Текст книги "Паслен (ЛП)"
Автор книги: Кери Лейк
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 35 страниц)
В порыве я пнула оставшуюся кучку пепла, подбросив ее в воздух, откуда она полетела обратно нам в лица. Кусочки останков Гэрика попали мне в глаза, и я закашлялась, вытирая порошкообразную пыль.
–Ах! Черт! -Реми провел пальцем по языку и сплюнул на землю. -Ублюдок залез мне в рот!
Прикрыть рот рукой было всем, что я могла сделать, чтобы удержаться от смеха, но это не помогло, когда я фыркнула, и из моего носа вылетело еще больше пепла. При этих словах я не смогла сдержать смех, который слетел с моих губ, и я наклонилась вперед, чтобы громко рассмеяться.
Реми взглянул на меня, и то, что началось как тихий смешок, превратилось в настоящий слезливый смех. Прошло совсем немного времени, прежде чем мы оба едва могли стоять прямо, так сильно мы смеялись.
Когда он, наконец, стих, в воздухе повисла мрачная тишина, и я уставилась на бумагу, все еще лежащую на земле.
Рядом с ним лежала сделанная мной рамка, которую я, должно быть, уронила от смеха.
Я наклонилась, чтобы поднять их обоих. -Я никогда не понимала самоубийства. В течение многих лет мне говорили, что именно так умер мой отец. Я думаю … Я никогда не принимала это как возможность. Но, может быть, мне следует.
–Эй, эй, подожди. – Реми порылся в кармане брюк и вытащил кусок бечевки. -Прежде чем ты откажешься от меня, я должен показать тебе это .
–Веревочка? – Спросила я, не впечатленная.
Он поднял палец и на своей вытянутой ладони сложил и скрутил нитку в определенную форму.
–Я нашел это, оставленное на пороге. Точно так же, как это .
Когда он показал это мне, я чуть не поперхнулась. Символ бесконечности. Тот, который мой отец оставил для меня у тети Нелл несколько раз переступал порог, когда я была маленькой.
Я выхватила бечевку из его рук и крепко сжала ее в своей ладони.
–Где ты это увидел? Здесь? -Я огляделась вокруг, как будто хотела найти ответ. -Ты уверен, что он был в такой форме?
–Да. Я уверен. Но я не нашел этого здесь. Я нашел это у тебя дома. С другой стороны .
–Ты... ты был в моем доме?
Он пожал плечами.
–Ты попросила меня найти твоего отца. Я прикрываю базы .
–И– и тебе хоть немного повезло? Есть какие-нибудь предположения, где он может быть?
–Пока нет. Но я иду по следу. Я уже близко. Я обещаю .
Я размышляла о возможности того, что мой отец оставил этот символ у тети Нелл для меня. На протяжении многих лет, до его исчезновения, я иногда находила маленькие безделушки, которые заставляли меня думать, что он оставил их здесь. Символы, которые было очевидно расшифровать в то время, одним из которых была веревочка, намеренно сформированная в виде вытянутой восьмерки, то, что, как он всегда говорил мне, символизировало его любовь ко мне.
–Значит, он жив .
–Почти уверен .
Прижимая шнурок к груди, я боролась, чтобы сдержать слезы, которые покалывали мои глаза.
–Эй, все в порядке.-Прежде чем я смогла возразить, Реми обхватил меня руками и притянул к себе. -Я собираюсь найти его, хорошо?
–Ты можешь … ты ведь можешь пересекать плоскости, верно?
Он посмотрел на меня с подозрением.
–Ты знаешь о перемещении?
–Да. – Я отстранилась от него, глядя на него снизу вверх. -Ты можешь перевозить других через плоскости?
–Я не похож на "Боинг" или что-то в этом роде. Я могу взять, может быть, еще одного. Но я уже давно этого не делал. Ты хочешь сказать, что хочешь вернуться?
Опустив взгляд, я покачала головой.
–Нет. Конечно, нет. Я имею в виду ... не прямо сейчас. Но если бы мне понадобилось ...
Его палец зацепил мой подбородок, и он поднял мой пристальный взгляд к своему.
–Я отвезу тебя .
Ползучее ощущение предательства охватило меня, и я резко кивнула, желая увеличить дистанцию между собой и мыслью действовать за спиной Иерихона. Почувствовав отвращение от этой мысли, я повернулась, чтобы уйти, но Реми дернул меня назад.
Нетерпеливые губы захватили мои в нежеланном поцелуе.
Прижав ладони к его груди, я оттолкнула его от себя, на этот раз успешно.
–Что, черт возьми, ты делаешь!
–Мне очень жаль. Люцифер в аду, ты так хорошо пахнешь. Этот запах ... это у меня в голове, и я … Я так сильно хочу трахнуть тебя прямо сейчас . -Он провел рукой по лицу и покачал головой. Только тогда я заметила, что уголки его глаз покраснели. -Я ходил в тот твой старый дом. Просматривал твои фотографии и прочее дерьмо .
–Ты просмотрел мои фотографии?
–Пришлось найти фотографию твоего отца.
–Я показывала тебе фотографию моего отца .
–Как ты думаешь, какого хрена у меня есть? Фотографическая память? Половина Чикаго – это лысые старики. Это все равно что найти иголку в куче игл .
–Ты придурок. Не могу поверить, что ты рылся в моих вещах .
Его щека дернулась, и он отвел взгляд. Виновато.
–Тебе лучше бы ничего моего не брать , – предупредила я.
–Нет. Просто ...– Он сунул руку в другой карман и вытащил пару моих трусиков, которые свисали с кончика его пальца.
Выхватывая их у него из рук, я зарычала на него в ответ.
–Ты действительно мудак!
Расстроенная, я бросилась обратно к собору, оставив его стоять на опушке леса.
–Я обещаю, что взял только одну пару!
Он позвал меня вслед, но я не потрудилась оглянуться.
Мудак.
Я превратила нитку в символ бесконечности на одеяле моей кровати и провела пальцем по ее соединенным петлям. Должно быть, это было послание от моего отца. Кто еще мог догадаться оставить это? Должно быть, он навестил меня за то время, пока меня не было.
Что означало, что он вполне мог быть все еще жив.
Живой!
Так много мыслей терзало мою голову. Самые запутанные?
Оставаться ли мне там, где я была, с Иерихоном, или перейти обратно и помочь в поисках.
Я бы солгала, если бы сказала, что мысль об отъезде меня ни капельки не беспокоила. Не имело смысла, что я хотела бы остаться в Паслене. Что я хотела бы рискнуть потерять там себя. Но интриги Иерихона схватили меня за горло. Этот человек очаровал меня. Поджег мое тело. Я замечала это притяжение каждый раз, когда он был рядом со мной. Подобно электричеству, что-то вспыхнуло между нами, какое-то необъяснимое притяжение, которое взбудоражило мои чувства.
Он бы назвал это судьбой. Доказательство прежнего существования.
Я, с другой стороны, не знала, во что я верила. Эта возможность сбила меня с толку.
Но мой отец мог быть жив. Возможно, в опасности.
Пока я смотрела на символ, мои мысли унеслись в черную пустоту, в которой со мной заговорил голос.
" Dominus vigilans", ’ прошептало оно. Этот звук вывел меня из транса, и я подалась вперед, оглядывая свою комнату в поисках каких-либо признаков говорящего.
Кроме мебели и волшебного платья, которое все еще лежало небрежно брошенным на шезлонге, со мной в комнате ничего не было. Ни одного.
Но слова остались. Скручивая и разрывая мои мысли, пока в памяти не всплыло лицо.
Алисия. Она сказала это мне на празднике Памяти. Я слышала это раньше.
Где?
Зажмурившись, я мысленно повторяла эти слова, пока в моих мыслях не сформировалось другое лицо.
Отец Бэйн.
Он сказал мне то же самое. Но в чем же все-таки заключалось это значение?
Из стопки книг рядом со мной я взяла текст на латыни.
Чего бы я только не отдала, чтобы погуглить это. Чистилищу действительно нужно было идти в ногу со временем.
Услышав щелчок двери, я перевела взгляд туда, где Иерихон почти заполнил кадр, его вид отвлек меня от размышлений.
–Я слышал новости о Гэрике. -Как обычно, в его голосе звучало спокойствие, которое я пожалела, что не смогла сдержать. -Должно быть, тебе было очень трудно на это наткнуться .
Мой желудок заурчал, когда мои мысли переключились с Гэрика на нежеланный поцелуй, который я хотела бы стереть из своего мозга лазерным лучом. Мне пришлось мысленно заставить себя не выглядеть отвращенной из-за этого и рискнуть предупредить Иерихон.
–Так и было .
В тот момент, когда он вошел в комнату, от этого прилива энергии у меня по коже побежали мурашки, и я скрестила ноги, чувствуя щекотку в бедрах.
–Что это теперь? Новый корабль? -Даже звук его голоса каким-то образом вызвал трепет у меня в животе.
Натянув улыбку, я посмотрела вниз на нитку, все еще лежащую на пуховом одеяле.
–На самом деле я пытаюсь расшифровать значение фразы .
–Что это за фраза?
–Dominus vigilans.
Бороздка на его лбу обозначила напряженную хмурость. -Где ты это услышала?
–Алисия сказала мне это прошлой ночью. Я не помнила этого до сих пор. Я знаю его перевод, но значение этого ускользает от меня .
–Это основа Пентакрукса. Их визитная карточка, если хочешь. Они верят, что они избранные сторожевые псы небес. Архангелы, посланные защищать праведников .
–Что? Зачем бы ...? О боже. Отец Бэйн. Он... он сказал это мне. Как раз перед тем, как я приехала в Паслен.
Поднявшись с кровати, он провел рукой по лицу.
–Тогда он знает, кто ты такая. Они знают, что ты существуешь. Я полагаю, это был только вопрос времени.
–Вопрос времени для чего?
–До того, как Пентакрукс выследил тебя .
Заложив руки за спину, он медленно расхаживал. Спокойно, как я и ожидала от этого человека.
–Согласно древнему пророчеству, ты приведешь к их уничтожению на кровавой луне .
–Они … они думают, что ты собираешься ... потому что я перевоплотилась ... из Люстины .
–Да. Но тебе нечего бояться, пока ты остаешься здесь.
Вздохнув, я слегка отвернулась от него, чтобы он не мог видеть, как я вздрогнула.
–Что? В чем дело?
–Реми, возможно, нашел моего отца. В царстве смертных .
–Реми? -Как и ожидалось, тон его голоса звучал далеко не взволнованно.
–Он предложил найти его и, по-видимому, пересек границу, чтобы выяснить, где я живу. Мой отец кое-что оставил мне после себя. Знак. Реми принес его мне обратно .
Неловкое молчание побудило меня осмелиться оглянуться на него.
–Ты поручила Реми найти твоего отца после того, как я сказал тебе, что помогу?
–Это было намного раньше. Когда я залечила его рану, чтобы выразить свою благодарность, он предложил сделать что-нибудь приятное взамен. Я не знала, что он собирается выложиться до конца .
Губы скривились от отвращения, он издал горлом неодобрительный звук.
–Я бы хотел, чтобы ты пришла ко мне. Реми может показаться относительно безобидным, но он все равно Падший .
–Да, ну, я бы тоже хотела пойти к тебе. Очевидно, он рылся в моих вещах .
–Какие вещи?
–Личные вещи .
–Я поговорю с Реми , – сказал он сквозь стиснутые зубы.
В порыве нетерпения я рванулась к нему.
–Нет! Нет, подожди. Пожалуйста. Очевидно, он идет по следу. Пожалуйста, просто позволь ему сделать это. Я знаю, что он полная задница, но если он сможет разыскать моего отца ... тогда...
–Тогда, что?
–Это может облегчить пребывание здесь с тобой. Если я буду знать, что с ним все в порядке .
Подергивание его челюсти сказало мне, что он разозлился, но то, как он оставался спокойным все это время, вселило в меня толику надежды.
–Ты бы осталась, зная, что твой отец вполне может быть жив на другой стороне?
–Да. До тех пор, пока ему не грозит опасность.
Челюсть задвигалась, так как он, казалось, буквально пережевывал эту мысль.
–Очень хорошо. Я не буду вмешиваться. Но ты ни в коем случае не должна приближаться к Реми.
–А что, если он действительно выследит моего отца? Ты, по крайней мере, позволишь мне навестить его? Чтобы увидеть его еще раз?
–Нет .
Это единственное слово, такое прозаичное, поразило меня, как пощечина. В его тоне не было компромисса. Никаких намерений сгибаться ни в малейшей степени.
–Подожди. Что?
–Пентакрукс найдет тебя. Они выследят. И они попытаются убить тебя. -Его челюсть дернулась. -И я ничего не смогу сделать отсюда .
–Разве они не охотились за мной всю мою жизнь?
–Возможно. Но то, что было раньше, больше не имеет значения. Моя память восстановилась. Следовательно, они не будут приближаться к тебе.
–Итак, что происходит, когда заканчивается кровавая луна, и никто не будет убит .
–Я не знаю. В прошлый раз этого не произошло.– Возвышаясь надо мной, он обхватил мое лицо ладонями, нежно проводя большим пальцем по моей щеке. -Но я могу заверить тебя, что история не повторится. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы гарантировать это. Все. И тебе придется довериться мне .
5 8
ФАРРИН
Он такой глупый.
Эти три маленьких слова повторялись в моей голове, пока я на цыпочках кралась по, казалось, бесконечному коридору западного крыла собора – единственному месту, которое я еще не обыскала в своих поисках Реми. Я подняла фонарь, который прихватила с одного из кронштейнов на лестничной клетке, отблеск пламени на стене вызвал у меня мурашки. Старые деревянные доски пола застонали под моими босыми ногами, от их холодной поверхности у меня по спине пробежал озноб.
Мой непосредственный план состоял в том, чтобы сообщить Реми, чтобы он осмотрел церковь. Возможно, между церковью и моим отцом не было абсолютно никакой связи, но что-то подсказывало мне, что все эти маленькие открытия были сделаны не просто так. Однако это не означало, что меня абсолютно нельзя было уговорить пойти с ним.
–Реми! – Прошептала я, съежившись, когда даже мой приглушенный голос отразился от стен. -Реми, ты там?
Приблизившись к концу коридора, я остановилась, осматривая двери. Тот факт, что большинство оставалось на другой стороне, делал его слишком тихим и каким-то образом более жутким, чем восточное крыло.
Вздохнув, я развернулась, чтобы повернуть назад, и огромная фигура, стоящая там, вызвала у меня шок ужаса. Вскрикнув, я уронила фонарь, который был подобран быстрыми руками.
Когда он поднес фонарь к своему лицу, я снова чуть не закричала.
–Иерихон, я … Я просто ...– Слова подвели меня. Конечно, они это сделали. Я выскользнула из своей комнаты в поисках Реми, и в его представлении хуже этого не стало. И если он подозревал, что я, возможно, была способна уйти с падшим ангелом, то сердитое выражение его лица было только началом того, что наверняка было приступом ярости.
–Кого-то ищешь? – спросил он.
Нет смысла лгать. Мое намерение было достаточно невинным, сомнительным казалось только мое исполнение.
–Да , – сказала я, высоко вздернув подбородок и как ни в чем не бывало. -Мне нужно кое-что передать Реми .
–И что же это такое?
–Фраза, о которой мы говорили ранее. Я слышала это раньше. Я думаю, что церковь, в которую я ходила в детстве, связана с этим Пентакруксом. Мне нужно сказать Реми, чтобы он проверил церковь. Для моего отца .
Двигая челюстью, он мгновение спокойно смотрел на меня сверху вниз.
Не нужно брать манжету для измерения артериального давления, чтобы сказать мне, что он был зол.
По-настоящему разозлился. Подергивания его губы со шрамом, казалось, отмечали вспышки ярости, пульсирующие в нем.
–Я знаю, где его найти , – сказал он на удивление спокойным голосом. -Пойдем со мной.
–Подожди. Почему?
Со скучающим вздохом он наклонил голову.
–Если тебе не интересно, тогда, пожалуйста, возвращайся в свою комнату .
–Прекрасно. Я пойду с тобой. Просто... не злись на меня, ладно? Я просто пытаюсь убедиться, что моему отцу ничего не угрожает.
Иерихон провел меня по нескольким коридорам и вниз по лестнице, которая, казалось, уходила в недра собора. От холодного воздуха, который прилипал к каменным стенам нижнего уровня церкви, у меня по коже побежали мурашки.
–Почему в подвал?
Быстрый взгляд через плечо был первым разом, когда Иерихон потрудился взглянуть на меня или хотя бы признать меня.
–Под крышей дома.
Верно. Я знала это. Я уже бывала в таком раньше. В моих кошмарах, когда я нашла двух монахинь, похороненных в стене.
–Аня сказала, что мне сюда нельзя спускаться .
–Аня не хозяин этого собора .
Мы прошли мимо низкого окна, примыкающего к лестнице, где оранжевая дымка освещала мягкую рябь на поверхности моря. Учитывая темноту неба, я предположила, что это были начальные фазы зловещей кровавой луны, хотя ее оттенок все еще оставался несколько бледным. Значит, это было правдой. Кровавая луна пентада. Странно.
Лестница вела к арочным каменным колоннам и рядам арочных деревянных дверей.
Волосы у меня на затылке встали дыбом, когда мы проходили мимо одного из них, и мой разум закрутился, решая, бежать или нет.
Он не причинит тебе вреда, сказала я себе. Он слишком увлечен.
Тем не менее, я знала, как быстро увлечение может стать смертельным, особенно если он думал, что я замышляю уйти.
Он остановился у двери и снял с бедра связку старомодных ключей.
Все в этой ситуации заставляло меня хмуриться. Неужели он запер Реми? Для чего? И какая мне была бы польза, если бы он посадил его в тюрьму? Не было бы никакого смысла рассказывать ему о церкви.
Опустив фонарь, он отступил в сторону.
–Сделай это быстро .
–Ты запер его внутри? Что толку говорить ему, если он не может уйти?
–И я спрашиваю тебя: что хорошего в том, чтобы уйти, если есть шанс, что тебя поймают и принесут в жертву?
Оскалив губы, я протиснулась мимо него в дверь, разочарованная его настойчивыми доводами.
–Реми!
Я позвала, но, войдя в комнату, резко остановилась.
Свет фонаря снаружи осветил небольшую, но обставленную комнату с огромной кроватью с четырьмя столбиками, задрапированной красным бархатным покрывалом, с потолка которой свисали цепочки и наручники
На соседней стене висели весла, кнуты и прутья. То, что выглядело как козел для пилы с закругленной обивкой сверху – явно приспособление сексуального назначения.
–Что это такое? – Спросила я дрожащим голосом.
Услышав щелчок двери, я обернулась и увидела, что Ван Круа ставит фонарь на маленький столик, к ножкам каждого стула прикреплены наручники.
–Это что ? -Спросила я.
Он ухмыльнулся.
–Это результат слишком многих наказаний. Они слишком сильно мне понравились .
–Ты ... обижаешь здесь женщин?
–Нет. -Потянувшись к одному из наручников, он слегка дернул. -Обычно эти хитроумные приспособления предназначались бы для меня .
–Обычно?
Мое сердце колотилось в горле, и я проглотила сухость.
–Я не позволю тебе уйти, Фаррин .
Паника взорвалась внутри меня, и я бросилась к двери.
–Нет!
Так легко, как будто я ничего не весила, он поднял меня и перекинул через плечо. Через всю комнату он отнес меня к кровати и осторожно уложил на постельное белье.
Крича, я брыкалась и размахивала руками.
–Ты не можешь удерживать меня против моей воли!
–Я могу, если ты достаточно глупа, чтобы подвергать себя опасности .
Без особых усилий ему удалось надеть на мою руку наручник, прикрепленный к одному из столбиков кровати.
Новая вспышка отчаяния захлестнула меня, и я ударила ногой в его грудь, не оказав абсолютно никакого эффекта.
Он надел наручник на другое запястье.
–Отпусти меня! Отпусти меня!
В ярости я брыкалась и корчилась в оковах и кричала, пока мой голос не охрип.
Он провел пальцем по моей щеке, его взгляд был полон раскаяния.
–Они говорят, что если ты любишь кого-то, по-настоящему любишь его, ты освобождаешь его. -Нежное поглаживание превратилось в жесткий захват моего подбородка. -Я гораздо более эгоистичен, чем это. Я скорее приковал бы тебя к своей кровати на вечность, чем позволил бы тебе покинуть этот мир, чтобы трахнуться с каким-нибудь ничтожеством в следующем.
–Ты психопат.
–Да. Я такой и есть. Не ошибитесь, мисс Рейвеншоу. Я одновременно неразумен и не подлежу обсуждению.
–Кто-нибудь, помогите! Помогите мне!
–Никто тебя не услышит .
–Это преступление, ты же знаешь. Удерживать меня против моей воли .
Уперев кулаки по обе стороны от меня, он двинулся вперед, балансируя надо мной на вытянутых руках.
–Где, по-твоему, ты находишься, если кого-то волнует, что является преступным?
–Почему ты это делаешь?
Взгляд прикован к моим губам, он провел большим пальцем по их поверхности, его прикосновение несло электрический гул, который щекотал мою плоть.
–Я думал, что уже ясно дал это понять раньше. Я бы пошел на все, чтобы защитить тебя, Фаррин. Даже если это означает удерживать тебя против твоей воли. -Он облизнул губы и наклонился, чтобы поцеловать меня.
–Ты действительно думаешь, что я мог бы стоять сложа руки и рисковать потерять тебя снова?
–Я бы осталась с тобой .
–Ты бы стала? Зная, что твой отец может быть в опасности? Зная, что ты знаешь о церкви? Потому что я не смог бы, будь ты на другой стороне .
–Тогда возьми меня сам. Что произойдет, если ты вернешься туда?
–Ты все равно умрешь.– Губы сжаты в жесткую линию, он уставился на меня сверху вниз с яростью, горящей в его глазах. -И, клянусь адским пламенем, если я потеряю тебя дважды, весь Паслен сгорит за это .
Я поняла его рассуждения. Возможно, самой запутанной частью во всем этом было то, что он удерживал меня против моей воли не для своего развлечения. Он делал это, потому что чувствовал, что это единственный способ обезопасить меня.
Как бы сильно я ни хотела возненавидеть его за это, я не могла.
Какими бы темными и порочными ни были его чувства ко мне, казалось, превосходили все правила.
–Пожалуйста. Просто... тогда расскажи Реми о церкви?
–Я пошлю его проверить это. Даю тебе слово .
–Иерихон, я не виню тебя за это. Действительно. Каким-то странным, стокхолмским образом я понимаю твои рассуждения. Но тебе не обязательно связывать меня и запирать в комнате. Я не собираюсь уходить .
Он снова наклонился вперед, завладевая моим ртом, в то же время его руки скользнули вверх по подолу моей ночной рубашки.
–Дорогая, ты только что доказала, что тебе нельзя доверять в этом отношении настолько, что я бы никогда не поверил тебе на слово сейчас .
Каждая предательская клеточка в моем теле ожила от его прикосновения.
–Люди – такие соблазнительные маленькие создания . -Он лизнул мою шею, не торопясь пощупать мой бешено бьющийся пульс. -Я не знаю, что такого в том, что я вижу тебя скованной, что заставляет меня хотеть трахать тебя так безжалостно.– Его грубый голос и руки послали дрожь по мне, когда он спустил мои трусики вниз по бедрам. -Моя маленькая опасная ту'нажа.
Ту'Нажа. Крошечная птичка, о которой он рассказывал мне в тот день в лесу.
Я хотела бороться с ним, сказать ему, что не позволю ему прикоснуться ко мне, пока он не освободит меня от пут. Что я сильная и независимая женщина, которая может сама принимать решения и не нуждается в том, чтобы он присматривал за мной.
К сожалению, это была ложь.
Хотя я считала себя довольно умной, он был прав. Если бы мне дали шанс, я была бы достаточно глупа, чтобы попытаться уйти. Тайна моего отца слишком долго мучила меня,чтобы отказаться от его поисков. И Иерихону наверняка, черт возьми, пришлось бы связать меня, чтобы удержать от попытки сбежать.
Потерявшись от его прикосновений, я раздвинула для него бедра, растягивая ткань, которая впивалась в мои ноги.
Он ослабил шнурки моего платья и оттянул воротник достаточно низко, чтобы обнажить одну из моих грудей. В тот момент, когда его губы коснулись моего соска, все мое тело охватил теплый прилив удовольствия. Упрямый зверь внутри меня царапался, пытаясь вырваться, но более крупный, неотвратимый зверь сверху придавил меня к земле. Я извивалась и брыкалась, пойманная в ловушку его неподвижной клетки, мой разум призывал меня бороться, в то время как мое тело умоляло сдаться.
Сильные руки удерживали меня неподвижно.
Тем не менее, я извивалась против него, гнев внутри меня боролся с неоспоримым мастерством его языка и рта, что создавало сбивающую с толку смесь похоти и отвращения.
–Я ненавижу тебя , – солгала я.
–Твое тело не соглашается .
Одно долгое прикосновение его языка послало электрический импульс по моей чувствительной коже. Желудок сжался от боли, которая пульсировала у меня между ног, я стонала и корчилась.
Звук его мрачного смешка только усилил мое разочарование.
–Твоя наглость на меня не действует, Ту'Нажа.
Он сосал мою плоть, и моя борьба превратилась не более чем в умоляющие всхлипы.
–Потому что ты ведешь нечестную игру!
В моем голосе слышался жалкий скулеж поражения. Я откинула голову на подушку, вскрикнув от сильного удовольствия, от которого задрожали мои бедра.
–Я мог бы провести вечность, слушая этот звук , – прохрипел он напротив моей плоти. -Скажи мне то, что я хочу услышать, Фаррин .
Мое тело перевернулось, руки скрещены в ремнях, и он подпер мою задницу чем-то похожим на огромную подушку для шеи, которую он подсунул мне под живот. Когда я уткнулась лицом в матрас, он положил руку мне на макушку и повернул, склоняя голову набок. Неумолимая ткань моих трусиков впилась в бедра, обжигая, когда он развел мои колени в стороны.
Его палец скользил вверх и вниз по моему невыносимо влажному шву.
–Посмотри, как твое тело реагирует на мои прикосновения. Ты набухаешь, капаешь и дрожишь, практически умоляя, чтобы тебя наполнили .
Крошечные вибрации от его кожи проникли в мою плоть, и я прижалась к подушке подо мной, трахая ее, как животное.
–Ты не сможешь устоять передо мной. Не тогда, когда моя единственная цель – покорить твою упрямую волю. А теперь скажи это .
Трение моего клитора прекратилось, но он продолжал держать палец там, позволяя этим электрическим импульсам иннервировать слишком чувствительные нервы. Ощущение скрутило мой живот, и я сильнее сжала бедра, отчаянно нуждаясь в облегчении.
–Пожалуйста, Иерихон .
–Скажи мне, чего ты хочешь .
–Я хочу, чтобы ты трахнул меня .
–О, перестань сейчас. Ты хочешь большего, Фаррин. Подумай о том, как хорошо тебе было в прошлый раз, и попробуй еще раз .
–Я хочу ...
–Скажи это .
–Я хочу твою сперму .
–Где?
–Внутри меня .
От запаха горького аниса в его дыхании у меня потекли слюнки от желания поцеловать, когда он прикусил зубами мочку моего уха.
–Ту'Нажа, я собираюсь наполнить тебя веками сдерживаемого напряжения. Пока оно не выльется из твоей нетерпеливой маленькой пизды и не пропитает простыни. И ты будешь наслаждаться каждой секундой этого .
Услышав звук его молнии, я заерзала в своих бинтах, мое тело было встревожено и отчаяно одновременно. Кончик его члена встретился с моим входом, и при соприкосновении с моей кожей вибрации заплясали по моей плоти.
Я издала стон, неподатливая подушка сильно прижалась к моему животу, когда он наклонился надо мной. В то же время он толкнулся внутрь меня, его зубы сильно вонзились в мое плечо. Оба ощущения столкнулись в моей голове, мощный коктейль удовольствия и боли, который прокатился по мне дрожью, пробирающей до костей. Его зубы удерживали меня неподвижно, когда он вонзался в мое тело сзади, каждый толчок был окрашен достаточным количеством гнева, чтобы почувствовать, как будто он наказывал меня.
Подтвердилось, когда он процедил сквозь зубы:
–Никогда больше не пытайся сбежать от меня, Фаррин. Я найду тебя. Каждый гребаный раз .
Узлы пульсировали внутри меня, вершина экстаза была просто недосягаема. Его рука надавила на мой затылок, прижимая меня к матрасу. Его бедра врезались в меня.
Мое тело сжалось туго, так туго. Недостаток воздуха от матраса вызвал у меня головокружение.
Испытывая недостаток кислорода, я задыхалась и стонала. Пальцы скользнули между щелями моей задницы, и он прижал большой палец к запретному кольцу мышц, щекоча меня мягкими поглаживаниями.
С моих губ потекла слюна, захваченная мягким хлопком, которым было промокнуто мое лицо. Ощущения столкнулись воедино, взорвавшись в моей голове, и я закричала в толстое пуховое одеяло. Как и прежде, манящее сочетание тепла и крошечных трепетных вибраций заполнило меня так густо, что я почувствовала, как это месиво стекает по задней поверхности моих бедер, где оно щекотало мои мышцы. Пульс за пульсом заставляли меня кричать, скручивать пальцы, перекатываться животом по подушке под моими бедрами. Каждый мускул в моем теле дрожал, и когда он, наконец, отпустил мою шею, позволив мне глотнуть воздуха, я издала долгий, гудящий вздох удовлетворения.
Иерихон не убирал себя изнутри меня. Он оставался твердым и застрявшим, все еще помешивая злую смесь, которую он выпустил в меня.
Мягкое покачивание напротив меня сказало мне, что он не закончил со мной. О, Боже.
–Подожди, пожалуйста , – сказала я, прерывисто дыша.
–Мой аппетит к тебе ненасытен. Я хочу большего. Всегда больше.
Он убрал подушку из-под меня, позволяя мне
перевернуться на спину и распутать свои скрученные руки. Нежная рука ласкала мое лицо, его взгляд был таким сосредоточенным и светился обожанием, предназначенным для королевы.
–Лежи спокойно, Ту'Нажа. Это будет долгая ночь .
Непрекращающийся звук ударов пробудил меня ото сна. Я открыла глаза и увидела мерцание фонаря, все еще стоящего на столе, и манжету, свисающую с потолка над головой. Мои руки казались тяжелыми, их покалывало, и я пошевелила пальцами, чтобы они не онемели. Именно тогда я вспомнила, где нахожусь, и застонала. Кровать рядом со мной была пуста, и я подняла голову, обыскивая тускло освещенную комнату в поисках Иерихона.
Звук тихих стонов достиг моих ушей. Мягкие, женские стоны, доносящиеся с другой стороны двери.
–Ммм. Детка, ты чувствуешь себя так хорошо. Я скучала по тебе.
Голос Эви заглушал удары в стену.
Боже мой. Как будто быть прикованным и неподвижным было недостаточно плохо, я должна была слушать ее всю ночь за своей дверью?
Застонав, я уставилась на наручники, прикрепленные к стойкам, изучая их. Я могла бы взобраться наверх и перекинуть их через петлю, если бы не деревянный навес над головой. Когда я опустила взгляд, мои глаза снова наткнулись на пустую половину кровати, где Иерихон заснул ранее.
Ее стоны усилились. Стук становился громче, интенсивнее. Игнорировать было труднее, и я отвернулась от этого, насколько позволяли мои скованные руки.
Пока, наконец, удары не прекратились, и я закатила глаза, услышав, как Эви кончает. Независимо от того, что сказал Иерихон о том, что никто ничего не слышал в подземелье, ее отвратительный крик, вероятно, разбудил мертвых.
Дверь со щелчком открылась, и Эви вошла внутрь, ее волосы были растрепаны, а вырез платья свисал с плеч.
–Ошиблась комнатой.
Небольшое унижение от того, что я лежала беспомощная и привязанная к кровати, быстро прошло, когда я увидела, что она несла, когда пересекала комнату.
В руке она вертела длинное черное перо, проводя его кончиком по лицу. От Иерихона?
Черная зимняя ярость скрутилась в глубине моего нутра при этой мысли.
Нет.
Он бы не стал.
Возможно ли, чтобы он был настолько ненасытен, что стал бы искать ее свидания?
Нет. Ни за что.
–Так, так. Кажется, твоему темному рыцарю ты уже наскучила,– сказала она, направляясь ко мне. -Прелесть в том, что ты трахнулась с ним? Зная его потайные комнаты .
–Скучно? Маловероятно. И трахнулась. Например, в прошедшем времени. Преодолей себя, Эви .
Она усмехнулась и, к моему ужасу, забралась на меня, вытаскивая из-под себя юбку, так что я мог почувствовать ее влажность на своем платье. Ядовитая кульминация гнева и отвращения вскипела во мне, когда она закружила бедрами напротив меня. Мое тело дрожало от гнева, и от его давления внутри меня мое лицо горело и было готово взорваться.
