Текст книги "Паслен (ЛП)"

Автор книги: Кери Лейк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 35 страниц)

–Ну, ты недостаточно стараешься, потому что я, конечно, расстроена.

Отвернувшись, она, казалось, прикусила губу, красноречивые признаки отрицания запечатлелись на ее лице.

–Значит, я оказалась здесь, потому что не верю в Бога, верно?

–Насколько я понимаю .

–Ну, зачем мне это? Что Бог когда-либо делал для меня?

–Алисия, мне нужно знать, помнишь ли ты, кто причинил тебе боль той ночью .

–Бога нет. Рая нет .

–Если ты скажешь мне, кто причинил тебе боль, я смогу помочь .

–Как? Ты тоже не умерла? Как и все здесь, как ты сказала?

–Нет .

Растерянные глаза прошлись по мне, как будто ища различия между нами.

–Тогда как ты здесь оказалась?

–Я здесь только временно .

–Как? Ты можешь вернуться?

Я ненавидела то, как она смотрела на меня с проблеском надежды в глазах, как будто я, возможно, могу спасти ее из этого места.

–Да, но … то, о чем ты думаешь ... это невозможно .

–Ты хочешь сказать, что тоже не можешь вернуться?

–Я могу. Потому что я не мертва .

Почувствовав крепкую хватку моей руки, я взглянула вниз, туда, где ее пальцы, словно тиски, сжали мою плоть.

–Ты можешь взять меня с собой. Ты можешь взять меня с собой, и я смогу вернуться. Я могу пойти домой .

Горькая боль пронзила мое сердце от ее мольбы. -Ты не можешь вернуться со мной .

–Почему? Почему ты можешь вернуться, а я не могу?

–Потому что, если ты это сделаешь, ты проведешь вечность в погребенном трупе .

Ее бровь дрогнула, как будто она только что получила пощечину от осознания, и она, казалось, на мгновение задумалась над этой мыслью. Серия эмоций сменила выражение ее лица, все стадии горя не более чем за минуту, пока ее плечи не опустились в знак поражения. Она оглядела комнату, прикидывая, с какими душами ей предстояло провести целую вечность.

Глаза, в которых всего несколько мгновений назад светилась искра надежды, казались более усталыми.

–Мне нужно, чтобы ты сказала мне, кто причинил тебе боль .

–Чтобы ты могла вернуться. И я осталась здесь .

Она покачнулась на ногах, ее взгляд стал рассеянным и расфокусированным. Зрачки расширились.

Напиток.

–Чтобы я могла убедиться, что он схвачен и больше никогда не убивает .

Фыркнув невеселым смехом, она сжала челюсти и покачала головой.

–Какое мне теперь дело? Оглянитесь вокруг, мисс Рейвеншоу. Я никуда не пойду .

Когда она уставилась куда-то мимо меня, ее глаза расширились, и она опустила взгляд.

–Вирджил .

Нахмурившись, я оглянулась и увидела мужчину в костюме сатира, приближающегося к нам слегка прихрамывающей походкой. Когда он бочком подошел ко мне, маслянистое ощущение практически оставило тонкий слой на моей коже, и я вспомнила, что Аня сказала мне ранее вечером.

–Почти время шоу .

Его дыхание пахло серой, его длинное тело напомнило мне изголодавшуюся собаку, то, как слегка изогнулась его спина и длинные сухожилия мышц натянулись под кожей.

–Кто твой друг?

–Она всего лишь сделала комплимент моему платью .

Подняв нос в воздух, он вдохнул, закрыв глаза.

–Какой восхитительный аромат. Такой чистый и непорочный .

Когда он наклонился ко мне, принюхиваясь в моем направлении, я отступила назад.

Полуприкрытые янтарные глаза, выглядевшие слегка опьяненными, оценивающе оглядели меня, и он облизнул губы.

–Этот костюм просто сногсшибателен. -Его пристальный взгляд, наконец, поднялся на мой, и в его глазах мелькнул огонек интриги. Губы растянулись в улыбке, он наклонил голову, казалось, прикованный к делу. -Странно. У меня такое чувство, что мы уже встречались раньше.

–Я так не думаю .

Его губы растянулись шире.

–О, я думаю, что у нас есть. У тебя необычное имя ... Оно начинается на ... на букву "Ф". Фанни? Нет, это неправильно. Фея? Нет. Фа-фа-что-то вроде.

В этом парне было что-то жуткое, от чего у меня в животе возникло неприятное чувство.

–Фаррин , – сказала Алисия, к моему большому разочарованию, и я не могла не бросить на нее разочарованный взгляд за то, что предложила это. -Ее зовут Фаррин .

–Фаррин! Конечно, это все .

–Откуда именно ты меня знаешь? Меня осенила мысль.

Я поспешно открыла свой медальон на фотографии моего отца.

–Ты тоже его знаешь? Ты его видел?

Улыбка на его лице исчезла, его глаза переместились с изображения на меня, и, если мне это не почудилось, в них, казалось, промелькнуло узнавание.

–Конечно, нет .

–Ты не видел его?

–Я никогда этого не делал .

Однако то, как он не мог оторвать от этого взгляда, говорило мне об обратном. Он лгал.

–Тогда откуда ты знаешь меня?

Снова улыбнувшись, он проигнорировал вопрос и снова обратил свое внимание на Алисию.

–Мистер Барчиел намерен сделать объявление, а затем вы подниметесь на сцену. А пока я бы посоветовал вам пообщаться с его очень добрыми гостями.

–Конечно .

Когда он потянулся к ней, я заметила, как дрогнули ее глаза, прежде чем он положил руку ей на затылок.

–Прости, что это было, дорогая?

Бровь Алисии дернулась, ее тело напряглось, явно испытывая дискомфорт. -Я была бы счастлива это сделать, сэр .

–Очень хорошо.

Эти янтарного цвета глаза снова повернулись ко мне.

–Приятно было повидаться, Фаррин. Снова.

Со своими прощальными словами он захромал обратно сквозь толпу, стук его деревянного посоха растворился в шуме.

–Кто он такой?

–Мой менеджер. Этот человек темнее ивы .

–Спасибо, что назвали мое имя .

–Он знал это. Он просто играл с тобой. Вирджил знает больше, чем показывает.

–Он причиняет тебе боль?

–Только когда он должен. Не самый худший в этом заведении .

Этот парень показался мне довольно плохим. Определенно хуже, чем Ван Круа.

–Тот, кто убил тебя ... Он убивал других. Сестры Святого Феликса? Ты ведь там ходила в католическую школу, верно?

Что-то холодное промелькнуло в глазах Алисии при упоминании ее старой частной школы. Она смотрела вдаль, словно в состоянии ужаса.

–Dominus vigilans.

–Подожди, что?

–Из моего сна. Это то, что убийца говорил мне во снах .

Кто-то налетел на меня, и я повернулась к мужчине, одетому в костюм какого-то неопознаваемого лесного существа с рогами и копытами. Это маслянистое ощущение снова коснулось моей кожи, точно так же, как это было, когда Вирджил стоял рядом со мной. Покачиваясь на ногах, несомненно, пьяный, он провел ладонью по руке Алисии. Она извивалась в его объятиях, когда он тащил ее за собой.

–Эй! – Я, пошатываясь, последовал за ними, поначалу колеблясь, увидев открытый лес за ним и зловещую тьму внутри.

Смирившись, я все равно последовала за ним и обнаружила, что стою в гуще тихого леса, и никого из этих двоих не видно.

–Алисия!

Я обернулась, осматриваясь по сторонам, и пришла в ужас, когда даже огней вечеринки больше не было видно.

–Эй? Алисия?

–Тебе не следует вмешиваться , – ответил скрипучий голос, и я резко обернулась, ища его в темноте. -У наших законов есть цель .

–Кто ты такой? Покажись.

–Кто ты такой? Вы пришли с мистером Ван Круа, я это хорошо видел. Пока … Я также видел, как ты вздрогнула у двери. Так же, как ты дрожишь сейчас .

–И?

–Дрожат только живые существа .

Живые существа. Несмотря на жуткий характер его голоса, этот комментарий успокоил меня.

–Ты чувствуешь, что я живая?

–Конечно. У Интортуи есть определенная интуиция. Вот почему нас так многие боятся. Твоя дрожь подобна мухе, вибрирующей в паутине .

–Я была бы склонна дрожать меньше, если бы могла видеть твое лицо .

–Я в это не верю .

–Почему?– Когда он не ответил, я снова огляделась вокруг, выискивая толпу, прислушиваясь к ней. -Что у тебя хотя бы за имя?

–Тартис.

–Тартис , – эхом повторил я. -Почему я больше не слышу толпу?

–Тебя накачали наркотиками .

–Прошу прощения?

–Напиток, который вам передали ранее .

Нахмурившись на это, я покачала головой.

–Я никогда его не пила .

–Ты почувствовала это. Вот как это попадает в вашу систему.

Неудивительно, что пахло восхитительно.

–Я не чувствую себя не в своей тарелке .

–Нет. В этом-то и заключается прискорбная прелесть всего этого. Ты бы даже не поняла, что вдохнула это .

–Девушка, которую увели в лес. Ты знаешь, где она?

–Выполняет свои обязанности. Это то, что женщины здесь обязаны делать. Но я могу предложить тебе защиту.

–Защита? – Спросила я, пытаясь определить направление его голоса.

–Спрячу тебя подальше, чтобы тебя не подобрал и не предъявил права другой. Это печальная жизнь для тех, кого забрали сюда. Но вы были бы свободны приходить и уходить. По твоей собственной воле .

–И как вы могли бы гарантировать мою защиту?

Откуда-то сверху, из темноты, упала тонкая паутинка лунного света, и на свет вышел невысокий мужчина с горбатой спиной и уродствами.

–Я страдаю от буллио. Никто не приближается ко мне .

Болезненное искривление его позвоночника и шеи заставило меня внутренне съежиться при виде бедняги.

–Мне нужно заполучить в свои руки цветок паслена. Ты можешь мне помочь?

–Конечно , – сказал он, потирая свои скрюченные руки.

–Я точно знаю, где их найти .

–И чего ты просишь взамен?

Мужчина опустил взгляд так, что это показалось ему постыдным.

Смущенный.

–Только для того, чтобы я мог прикоснуться к твоей коже. Прошло так много времени с тех пор, как я прикасался к чему-либо живому .

–Ваше состояние ... Простите, что спрашиваю, но это заразно?

–Нет. И все же другие боятся этого, точно так же. Хотя, честно говоря, именно моя способность видеть то, чего не видят другие, вызывает у них наибольший страх .

–Я нахожу это утешительным .

Уголок его губ приподнялся в улыбке, как будто это доставило ему удовольствие.

Я протянула к нему руку. -Я согласна на твои условия, Тартис .

4 7

ИЕРИХОН

Пробираясь сквозь толпу, я крался к мужчине, одетому как сатир, с раздвоенными пятками и серебряными рогами, его обнаженная грудь и спина были выкрашены в белый цвет с золотыми завитками. Он нес деревянный посох, который позвякивал по поверхности, когда он ступил на каменный мост, который вел к полосе маленьких коттеджей. Место, где воплощались самые разнообразные плотские фантазии. В то время как я должен был думать о том, чтобы провести своим клинком по его черепу, моя голова не желала смягчать образы Фаррин в этом гребаном костюме.

У меня было ощущение, что Вирджил в конце концов учует ее в толпе, ее запах будет подобен сладкому нектару для стаи голодных шершней. Демон не смог бы устоять перед ней, даже если бы попытался.

Мэр Кеселшира, одетый в головной убор белого волка, преследовал женщину по периметру близлежащего коттеджа, прежде чем схватить ее и исчезнуть внутри, а она брыкалась и кричала в знак протеста.

Вирджил открыл дверь другого коттеджа и вошел внутрь. Оглядев гостей, которые спотыкались и смеялись в пьяном забытьи, я зашагал к тому самому коттеджу. На мой стук в дверь Вирджил позвал спокойным и выжидающим голосом:

–Войдите .

Я толкнул дверь, ведущую в темную комнату, все еще скрытую моим плащом с капюшоном, и обнажил тяжелый меч у моего бедра. Существовало несколько способов, с помощью которых падший ангел мог быть уничтожен, ни один из них не был настолько абсолютным, как один кусочек небесного металла.

Это гарантировало, что они канут в небытие, вместо того чтобы вернуться в адские земли.

Ведя Блейда вперед, я вошел в комнату.

Мерцание масляной лампы освещало пространство, когда Вирджил сидел на единственном стуле рядом с маленькой кроватью, сжимая в руке кинжал.

–Я мог бы поклясться, что ты забыл обо мне после всех этих лет .

Вместо ответа я стоял, пытаясь решить, перерезать ли лезвие поперек его горла или вонзить его в череп.

–Ты должен знать ... В том, что с тобой случилось, виноват не я.– Он указал пальцем вверх и закатил глаза. -Они хотели, чтобы было именно так. Теперь я возьму на себя ответственность за некоторые мучения, но ... это я тебя отпустил. Спроси Кассиэля. Он тебе скажет.

–Кассиэль мертв .

Расправив плечи, он нахмурился.

–Каким образом?

–Ему подрезали крылья. Я предложил ему милосердный конец .

Стиснув челюсти, он вздернул нос.

–Пентакрукс?

–Я предполагаю, что да, хотя у меня сложилось впечатление, что они вымерли где-то в семнадцатом веке .

–Ах, ты знаешь, самые ужасные тенденции всегда возвращаются, не так ли? – Рука, не державшая кинжал, сжалась в крепкий кулак, а Вирджил сидел, скрипя зубами. -В любом случае, если бы Кассиэль все еще был с нами, он бы сказал тебе, что я тебя отпустил. Я мог бы убить тебя. Я хотел убить тебя, я признаю. Но я этого не сделал .

–Разве ты не такой милосердный .

–Я был. Особенно после того, что он рассказал мне о тебе.

Все, что извергалось из его рта, было не более чем отвлекающим маневром. Обычная тактика, используемая Падшими.

–Поскольку я не могу решить, что бы ты предпочел, чтобы тебе перерезали горло или раскроили череп?

Широко растянув губы, он усмехнулся и указал на меня длинным, накрашенным серебристым лаком ногтем.

–Это твоя вина. Ты не сказал мне, что ты был одним из них. Если бы ты это сделал, я бы не был настолько глуп , что ... ну , ты понимаешь ... -Он пожал плечами. -Но! Я не прикасался к ней все эти годы. Я хочу, чтобы ты это знал. Она была прекрасна. И заманчива. О, это так заманчиво .

–Кого трогать?

На его лице появилось недоверчивое выражение.

–Ты спрашиваешь меня, кто? Та, за кого ты чуть не отдал свою душу?Эй?

Пока я продолжал ломать голову над его загадочными словами, он нахмурился.

–Ты не помнишь? Вообще? Что-нибудь?

Я не ответил, только уставился.

Запрокинув голову, он ударился макушкой о стену коттеджа.

–Конечно, они стерли бы все, кроме того, что я тебя мучаю. Как удобно, что ты помнишь свою месть и ничего больше.– Он снова наклонил голову вперед. -Та девушка. Твоя девушка. Ты действительно ее не помнишь .

–Я теряю интерес .

–Как ты думаешь, ты повредил глаз? -Подняв палец, он покачал головой. -Вычеркни это – это эмоциональный вопрос, я знаю. Я бы не хотел, чтобы ты преждевременно пустил в ход свой меч, поэтому я просто скажу тебе. Стрела была нацелена на нее. У меня было твердое намерение застрелить девушку после того, как ты предал меня.

Ничто из того, что он сказал за последние десять минут, не имело никакого смысла.

–Как именно я предал тебя?

–Примерно четверть века назад ты пришел ко мне, прося о выходе из Паслена. Мы заключили сделку. Вы предоставляете души, я предоставляю средство спасения. -Его руки нетерпеливо размахивали, когда он говорил. -Путь обратно в земное царство. Я помог тебе уйти в самоволку после того, как небеса изгнали тебя в Паслен. И я справился. Это очень важная часть, которую нужно запомнить, потому что, похоже, вы забыли, что я лично провожал вас обратно. Только после того, как вы не выполнили свою часть сделки, я узнал, что занимало ваше время. Девушка. Эта Девушка. Такая хорошенькая малышка, раньше ты преследовал ее, как лев детеныша газели. Сначала я не мог понять твоего очарования. Почему ты заключил сделку со мной, рисковал последствиями, чтобы преследовать простого ребенка. Он усмехнулся, теребя один из своих ногтей на руках. -Казалось, это не в твоем вкусе, но, эй, у каждого есть свои причуды .

Пристально глядя на него, я внимательно наблюдал. Я мог бы убить его прямо тогда и покончить со всем этим шумом, но он, по общему признанию, возбудил мое любопытство.

–Не потребовалось много времени, прежде чем я начал понимать, кем она была для тебя. Лев не просто выслеживал свою следующую добычу. Он намеревался полакомиться падалью, которую уже однажды разорил. -При виде того, что, должно быть, было выражением полнейшего абсурда на моем лице, он ухмыльнулся. -Твоя родственная душа. Как это отвратительно. Но для меня? Идеальная пешка. Я просто не знал, что в то время на твоей стороне было что-то большее. Стражи. Кто бы мог подумать, что в тебе течет кровь ангелов и демонов?

Пренебрежительно махнув рукой, он покачал головой.

–Но я отвлекся. Вернемся к нашей истории. Итак, я разыскал ее, бла-бла-бла.– Он снова нетерпеливо махнул рукой. -Ты пришел ей на помощь, как я и ожидал. Ты даже не был на расстоянии вытянутой руки от нее, и все же стрела, которую я направил в нее, вместо этого пронзила твой глаз.

–Тогда ты ужасный стрелок .

–Вряд ли. Что еще более необычно, так это то, что я почувствовал непреодолимое желание уйти от нее. Чтобы позволить ей жить. Почему?-Постучав себя по виску, он покачал головой, пока я пытался осмыслить, что, черт возьми, он говорит. Чтобы отвлечь, он, конечно, сделал это изощренно. -Это вопрос, над которым я размышлял еще долго после той встречи. Я мог бы вернуться, пока ты впоследствии был заключен в тюрьму здесь, в Паслене. Похитил бы ее и украл у ее отца. Но я этого не сделал. И теперь она вернулась к тебе .

–Кто?

–Девушка. Твое любимое близнецовое пламя. И она такая же прелестная, какой я ее помню .

Все еще бдительный и настороженный, я сжал пальцы вокруг рукояти тяжелого меча в моей руке, движение, которое, казалось, привлекло его внимание.

Застонав, он еще больше ссутулился в кресле и провел рукой по лицу.

–В любое другое время я бы счел отсутствие у тебя памяти одновременно забавным и оппортунистическим. Учитывая обстоятельства, это довольно раздражающе и неудобно .

–Кто эта девушка

–Было время, когда она носила другое имя, но в наши дни ее зовут Фаррин .

Мои мышцы напряглись при звуке ее имени.

Я доверял Падшему примерно так же, как самому Люциферу, но часть меня, по общему признанию, была заинтригована.

К сожалению, у меня было не так уж много времени, чтобы выслушивать его теории.

–Это интересная история. Но время рассказов закончилось .

Я дернулся к нему, но остановился на полушаге, нахмурившись, когда он приставил свой собственный кинжал к его горлу. Ни один эгоцентричный падший ангел не был бы так склонен покончить с собой. Цвет меня удивил.

–Вспомни ее .

–Почему тебя это волнует?

Он закатил глаза и покачал головой.

–Мне наплевать на твой скучный роман с человеческой девушкой. Это пророчество, которое меня интересует. Кровавая луна .

–Сказка .

–Так ли это? Ты тоже об этом забыл? Как ты уничтожил целый город и всех его жителей ради нее?

–Я уничтожил Пентакрукс. За то, что они сделали со мной. По той же причине, по которой я намерен уничтожить тебя.

–Она умрет. В ночь кровавой луны. И так же, как и прежде, вы отомстите тем, кто несет за это ответственность. Пентакрукс. И со своего собственного места в аду я буду радоваться великолепию, наблюдая, как они горят за то, что они отняли у меня .

–Что они забрали?

Слезы в его глазах противоречили фырканью смеха.

–Все , – прошипел он сквозь желтые кривые зубы, прежде чем полоснуть лезвием по горлу. Черная, смолистая кровь сочилась из раны, и он прикрыл ее рукой, задыхаясь. -Вспомни. Ее,– прохрипел он.

Лезвие выпало из его руки, когда он схватился обеими ладонями за горло и еще глубже вжался в свой стул. Задыхаясь, он схватился и задергался в самом драматичном зрелище смерти, которое я когда-либо видел.

Мне стало скучно, и я вонзил свой меч ему в череп, и его тело напряглось, прежде чем полностью обмякнуть в кресле. Он загорелся, его плоть обуглилась и потрескивала на стуле, который не загорелся, и еще через минуту единственной уликой, оставшейся, была черная кучка пепла на подушке и его клинок, все еще лежащий на полу.

Выйдя из коттеджа, я оглядел нескольких гостей вечеринки, которые начали возвращаться по мосту в главный купол, где вокруг столов собралась толпа. Я держался окраины, в тени, и, проходя мимо, услышал смутно знакомый голос, который перекрывал приглушенный шепот.

–Мои дорогие друзья, спасибо вам за то, что посетили праздник Священного урожая в этом году. Я призываю вас принять участие в выпивке и веселье! Слуги будут подавать прохладительные напитки в течение всей ночи, а также что-нибудь совершенно особенное. Небольшой мой страстный проект, если хотите. -Крепкий мужчина в изысканной золотой мантии и колючей короне из веток и листьев стоял в центре купола, сжимая золотой посох. Он поднял что-то похожее на таблетку серебристого цвета. -Мой подарок вам. Я называю это Восторгом.

Мужчина в костюме, стоявший ближе всех ко мне, усмехнулся, сказав, что подарил немного своей девушке ранее вечером. Когда второй мужчина, стоявший рядом с ним, спросил, где она, он указал большим пальцем через плечо в сторону коттеджей, где обменивались сексуальными услугами. -Развращает бедных ублюдков, которые последовали за ней в тот коттедж. Черт возьми, почти у всех в выпивку подмешана эта дрянь .

Оба мужчины усмехнулись, и именно тогда я поискал в толпе место, где оставила Фаррин, прежде чем отправиться за Вирджилом.

Она ушла.

Застонав, я направился к углу купола, где видел ее в последний раз, и нашел отверстие, тропинку в темный лес за ним. Положив руку на рукоять моего меча, я шагнул в лес, прислушиваясь. Услышав отдаленные голоса, я направился к маленькой каменной лачуге с соломенной крышей, расположенной вдали от празднеств, где мерцала газовая лампа, освещая тени на стенах внутри. В окнах не было стекол, так что я мог слышать голоса, разносящиеся по воздуху.

–Твоя кожа подобна шелку. Такая гладкая. Такая мягкая. Отдай себя мне, и я предложу тебе защиту .

Губы скривились от отвращения при звуке голоса, который, как я узнал, принадлежал Тартису, я ударил кулаком по двери, заставив ее широко распахнуться.

В центре комнаты стояла Фаррин, протянув руку к деформированному Интортуи, который застыл на месте с широко раскрытыми глазами. Он отдернул конечность и отскочил назад, чуть не споткнувшись о собственные ноги.

–Мистер Ван Круа ...– Интортуи потер свои скрюченные пальцы, по-видимому, нервничая из-за моего присутствия. -Я просто... присматривал за твоим гостем, пока ты занимался делами. Ты ведь позаботился о бизнесе, верно?

Фаррин снова перевела взгляд на Тартиса.

–Вы знали, для чего он пришел? Ты тоже был в этом замешан?

Он вздернул подбородок с такой гордостью, которую я мог бы сбить с его плеч.

–Конечно. Как ты думаешь, кто устроил ему вступление в партию? Это сделано мной. Я один. И я полагаю, что должен был состояться своего рода обмен .

–Того, что ты даже допускаешь мысль о порабощении того, что принадлежит мне, достаточно, чтобы заставить меня смеяться. -Я поднял меч в воздух и провел пальцем по блестящей стальной поверхности. -Если бы я не представлял лезвие у твоего горла прямо сейчас. -Я рванулся вперед, изуродованный человек не успел среагировать,и я приставил свой меч к его подбородку. -На самом деле, зачем пытаться представить то, что легко могло бы стать реальностью .

–Теперь осторожнее, Иерихон. Вы бы не хотели провоцировать ненужную напряженность.

Шипение его кривых зубов напомнило мне змею.

Я потянулся к Фаррин, прежде чем она смогла отвернуться, и повернул ее лицо ко мне, обнаружив, что ее зрачки расширены.

–Боюсь, ты уже привел это в действие, мой друг. У каждого действия есть последствия. Я просто уравновешиваю чашу весов .

–Я в порядке , – сказала она, шлепнув меня по руке, что вывело ее из равновесия, и она чуть не упала на пол. -О каком обмене он говорит?

–Ночь с тобой.

Я снова прижал лезвие к его горлу, нарисовав там маленькую струйку крови.

–Я беру свои слова обратно. Девушка твоя. Я бы никогда не посягнул на вашу собственность. Приношу свои извинения за то, что предложил такую нелепую вещь. Но я напомню вам, мистер Ван Круа, что вы обещали ее мне.

–Она никогда не была обещанием для тебя.

Я смотрел, как его пульс бьется о сталь, и изучал очевидный страх в его глазах.

–Приношу свои извинения, если я неправильно понял договоренность .

–Это не я требую извинений .

Его взгляд переместился на Фаррин, вздрагивание выдавало его отвращение к необходимости извиняться перед непритязательной женщиной.

–Этот клинок становится тяжелее с каждой минутой , – насмехался я. -Кто знает, когда мне надоест держать его в руках .

–Мои извинения .

Фаррин застенчиво улыбнулась, как будто он заслуживал такого большого смирения.

–Все в порядке...

–Ты можешь сделать лучше, чем это. Обращайся к ней с таким уважением, какое ты проявил бы к собственной матери, или я отправлю тебя в небытие .

–Мои извинения. Мэм.– Подняв лезвие, он прочистил горло. -Моя леди , – добавил он, свирепо глядя на меня в ответ.

–Вот. Это было так трудно?

Я отвел лезвие от его горла. На следующем вдохе раздался свист стали, рассекшей воздух, и это свирепое выражение упало на пол вместе с отрубленной головой Интортуя.

Фэррин становилась все более неуверенной, покачивание становилось все более заметным, а бледность ее лица говорила мне, что она может просто упасть в обморок.

–Т... т... ты убил его .

–Я бы так сказал. – Я вытер кровь Интортуя о рубашку его обезглавленного тела и поднял оружие, поворачивая его, чтобы полюбоваться блеском. Не прошло и мгновения, как его тело вспыхнуло пламенем, и она с визгом отскочила назад, прямо мне в грудь. -Впечатляющее оружие, этот меч .

–Но … он сделал, как ты просил. Он извинился.

–Хотели бы вы знать, какие мысли пронеслись у него в голове, когда он это сделал?

–Ты обезглавил его ... за ... за ... мысли? – Она оттолкнулась от меня, все еще нетвердо держась на ногах.

–За то, что вообразил тебя вздернутой голой и находящейся в его власти. Да, я обезглавил его за это .

–Разве ты не говорил мне раньше, что представлял себе то же самое?

–Я так и сделал. Я полагаю, разница в том, что я держал меч. Он этого не сделал .

Уверенный, что она вот-вот упадет, я засунул меч обратно в ножны и, вытащив ее ноги из-под нее, подхватил ее на руки. Часть меня хотела игнорировать то, какой идеальной она чувствовала себя рядом со мной. Другая часть меня не могла.

–Мне не нужно, чтобы ты нес меня , – прорычала она, извиваясь. Доблестное усилие, но, тем не менее, бесполезное.

Возвращаясь на вечеринку, я низко опустил голову, проходя мимо толпы мужчин, на случай, если кто-нибудь из них мог узнать меня.

Услышав, как мистер Барчиел кого-то зовет, одного из мужчин поблизости, и увидев, как он ковыляет к нам, я поставил Фаррин, опустился и прижал ее к ближайшему дереву. Мужчины были всего в нескольких футах от того места, где мы стояли, и когда она открыла рот, чтобы возразить, я прикрыл ее аргумент ладонью, приглушая ее голос. Казалось, наркотик начал делать ее несколько воинственной, и она прижалась ко мне, когда я повернул голову, чтобы подслушать. Ощущение ее тела напротив моего стало болезненно эффективным отвлекающим маневром.

–Я надеюсь, у всех вас была возможность убедиться в эффективности этого продукта, – сказал мистер Барчиел с ноткой гордости в голосе. -Я подозреваю, что это произведет революцию в бизнесе коррупции и разврата .

Мужчины рассмеялись в унисон, некоторые из них подняли свой бокал в тосте.

–Вы гений, мистер Барчиел. Абсолютно блестяще ,– воскликнул один из них.

–Это не гений и не великолепие, а судьба, мой дорогой друг. Ибо душам неверующих суждено погибнуть в огне .

При этих словах я замер, сосредоточившись на словах, которые были мне знакомы. Слова, которые я слышал давным-давно.

В моей озабоченности моя рука соскользнула с губ Фаррин.

–Отпустите меня! – Ее крик, черт возьми, почти отозвался эхом, и в моем отчаянии я прижался губами к ее рту, чтобы заставить ее замолчать.

–Звучит так, будто кому-то не помешала бы вторая доза .

Другой мужчина из их группы засмеялся, но его голос затих из-за прилива крови и адреналина, которые били через меня, когда я провел языком по ее губам. Полностью поглощенный женщиной, у которой был вкус сладких ягод и солнечного света. Аромат, который стал для меня чужим в этом месте вечной пасмурности, но что-то в ее поцелуе показалось мне знакомым, восхитительно амброзийным.

Закрыв глаза, я погрузился в воспоминания об одной девушке. Той, о которой я мечтал. Мое любопытство возросло, и когда она подняла руку, чтобы оттолкнуть меня, я схватил ее за запястье и прижал к себе, наслаждаясь ее вкусом.

Борьба в ней угасла, и она растаяла рядом со мной, ее пальцы вцепились в мою куртку. Когда я отстранился от нее, выражение ее глаз, нечто среднее между страхом и удивлением, завладело мной еще на мгновение, прежде чем я понял, что толпа мужчин рассеялась.

Как будто мы с ней были единственными оставшимися вдвоем.

Я молча поднял ее на руки и понес через купол, мимо двух оленей, проверяющих список гостей, и вышел в ночь.

4 8

ЛЮСТИНА

Маленькая птичка вспорхнула на подоконник окна Люстины, когда она засовывала маленький кусочек хлеба, который взяла на кухне, в сумку вместе с парой шерстяных варежек, запасными чулками и своим единственным оставшимся платьем.

–Терпение. Я еду так быстро, как только могу , – прошептала она птице, которая дважды пролетала мимо ее окна за то время, что она потратила на упаковку нескольких вещей. -Ты привлекешь к себе внимание, если будешь продолжать вот так летать .

Лязгающий звук, который она слышала ранее, но на который не обратила внимания, привлек ее внимание, и она приостановила свои сборы, чтобы внимательно прислушаться.

Лязг. Лязг. Лязг.

Лязг.

Лязг.

Лязг. Лязг. Лязг.

Та же схема, повторяется.

Нахмурившись, она посмотрела на закрытую дверь своей спальни. Услышав карканье птицы, она вернула свое внимание обратно и задвинула сумку под кровать.

–Один момент. Я должна убедиться, что никто не проснулся. Ты же не хочешь, чтобы за мной следили, не так ли? Нам никогда не удастся скрыться незамеченными .

Птица наклонила голову, оглядывая ее с ног до головы.

–Это может быть просто ветер .

На цыпочках она подошла к двери и приоткрыла ее лишь на щелочку, чтобы выглянуть в пустой коридор. Ее комната, будучи самой близкой к колокольне, часто

запечатлевала звуки ветра, который проносился через вершину башни. Никого не увидев в коридоре, она поднялась по каменной лестнице к огромному колоколу.

Лязг. Лязг. Лязг.

Лязг.

Лязг.

Лязг. Лязг. Лязг.

Звук, на этот раз более громкий, подсказал ей, что шум определенно доносился откуда-то изнутри башни. Она не осмеливалась говорить шепотом, опасаясь, что кто-нибудь может застать ее вставшей с постели, пока она взбегала по каменной лестнице. Именно на вершине Люстина заметила вдалеке вспышку света.

Надвигающийся шторм.

Внутренний голос упрекал ее в том, что она должна уйти. Не обращая на это внимания, она осторожно пересекла платформу, обогнув колокол, который оставался неподвижным, пока она не достигла другой стороны.

Резко вдохнув, она едва успела прижать руку ко рту, прежде чем из нее вырвался крик. Конечности были тяжелыми, как железо колокола, она не могла сосредоточиться. Каждый мускул дрожал от страха и неверия.

На веревках, которые свисали под ярмом колокола, у них за шеями болтались Пенташи Мария и Аурелия. Кожа голубая, а глаза пустые от смерти.

Глаза Люстины наполнились слезами. Густой ужас тяжелым грузом лежал у нее в груди, выбивая из нее воздух. Распятие, висевшее у Марии на поясе, стучало по колоколу.