Текст книги "Запасной"

Автор книги: Гарри Сассекский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 39 страниц)

30

Мег приехала в Лондон. Сентябрь 2017. Мы были в Нотт Котт. На кухне. Готовили ужин.

Весь коттедж был наполнен... любовью. Наполнен до отказа. Казалось, что она даже выплеснулась в открытую дверь, в сад снаружи, маленький участок земли, который очень долго никому не был нужен, но который мы с Мег медленно облагородили. Мы копали и косили, сажали и поливали, и много вечеров сидели на пледе, слушая концерты классической музыки, доносящиеся из парка. Я рассказал Мег о саде по ту сторону нашей стены: Мамин сад. Где мы с Вилли играли в детстве. Теперь он закрыт от нас навсегда.

Как когда-то были мои воспоминания.

Кому сейчас принадлежит этот сад? спросила она.

Принцессе Майкл Кентской. И её сиамским кошкам. Мама ненавидела её кошек.

Принцесса Майкл Кентская

Когда я почувствовал запах сада, и подумал об этой новой жизни, лелеял эту новую жизнь, Мег сидела на другом конце кухни и накладывала японскую еду из картонной коробки в плошки. У меня неожиданно вырвалось: Не знаю, я просто…

Я был к ней спиной. Я замер, не закончив фразу, боясь продолжать, боясь обернуться.

Чего ты не знаешь, Хаз?

Я просто...

Ну?

Я люблю тебя.

Я ждал ответа. Его не было.

Теперь я слышал или чувствовал, как она идёт ко мне.

Я обернулся и увидел её прямо перед собой.

Я тоже тебя люблю, Хэз.

Мне хотелось сказать это с самого начала, так что в одном смысле слова не стали каким-то откровением или даже не были необходимы. Конечно, я любил её. Мег это знала, видела, это было известно всему миру. Я любил её всем сердцем, как никогда раньше. И всё же после моих слов всё стало по-настоящему. Мои слова запустили движение. Они стали поступком.

Это означало, что теперь нам предстоит ещё несколько серьёзных шагов.

Типа... жить вместе?

Я спросил, не хочет ли она переехать в Британию, ко мне в Нотт Котт.

Мы говорили о том, что это будет означать, как это будет происходит, и от чего ей придётся отказаться. Мы говорили, как она будет сворачивать жизнь в Торонто: когда, как и прежде всего... для чего? Именно?

Я не могу просто прекратить съёмки и бросить работу, чтобы попробовать. Будет ли переезд в Британию означать вечное обязательство?

Да, я сказал. Будет.

В таком случае, она сказала с улыбкой, пусть так и будет.

Мы поцеловались, обнялись, сели за ужин.

Я вздохнул. Мы на верном пути, подумал я.

Позже, когда она уснула, я проанализировал себя. Возможно, пережиток терапии. Я понял, что, смешавшись со своими бурными эмоциями, я испытал большое облегчение. Она сказала в ответ "я люблю тебя", и это не было неизбежным, не было формальностью. В глубине души, не могу этого отрицать, я был готов к худшему. Хаз, прости, но я просто не знаю, смогу ли я... В глубине души я боялся, что она сбежит. Вернётся в Торонто, сменит номер телефона. Прислушается к советам подружек.

Да стоит ли он всего этого?

В глубине души я считал: поступи она так, это будет разумно.

31

По чистой случайности «Игры непобеждённых» в 2017 собирались проводить в Торонто. Где живёт Мег. Идеальный повод, решил Дворец, для нашего первого официального выхода на публику.

Мег немного нервничала. Я тоже. Но у нас не было выбора. Мы сказали, что так надо. Мы достаточно долго скрывались от мира. Кроме того, это будет самая управляемая, предсказуемая среда, на которую мы могли надеяться.

Прежде всего, как только мы сделали публичное свидание, это могло бы уменьшить вознаграждение на наши головы среди папарацци, которое в тот момент составляло около 100 тыс. фунтов.

Мы пытались сделать всё как можно более естественно. Мы смотрели из первого ряда, как инвалиды на колясках играют в теннис, сосредоточились на игре и хорошем деле, игнорируя шум камер. Нам удалось отвлечься, несколько раз пошутить, рядом с нами сидели новозеландцы, и фотографии, которые появились на следующий день, были милыми, хотя некоторые в британской прессе раскритиковали Мег за ношение рваных джинсов. Никто не упоминал, что всё, что она носила, вплоть до балеток и рубашки с пуговицами, было предварительно одобрено Дворцом.

И под "никто", я имею в виду никого во Дворце.

Одно заявление, на той неделе, в защиту Мег... и всё бы изменилось в одночасье.

32

Я сказал Эльфу и Джейсону, что я хочу сделать предложение.

Поздравляю, сказали оба.

Но потом Эльф сказал, что ему нужно покопаться в протоколах. Существуют строгие правила, регулирующие такие вещи.

Правила? В самом деле?

Он вернулся несколько дней спустя и сказал, что прежде чем делать что-либо, я должен спросить разрешения у бабушки.

Я спросил его, действительно ли существует такое правило, или с этим можно что-то сделать.

О, нет, всё очень серьёзно.

Это была какая-то чушь. Взрослый мужчина должен спрашивать у бабушки разрешения жениться? Не помню, чтобы Вилли спрашивал, прежде чем делать предложение Кейт. Или чтобы мой двоюродный брат Питер спрашивал, прежде чем сделать предложение своей жене Отом. Но если подумать, я помню, как папа просил разрешения, когда хотел жениться на Камилле. Абсурдность того, что 56-летний мужчина просил разрешения у матери, меня тогда потрясла.

Эльф сказал, что нет смысла выяснять, почему и как, это было неизменное правило. Первые 6 в очереди на престол должны спрашивать разрешения. Королевский Закон о Браках 1772 года, или Закон о Наследовании Короны 2013 года – он продолжал и продолжал, и я с трудом верил своим ушам. Дело в том, что любовь часто отходила на второй план перед законом. Действительно, закон превзошёл любовь не один раз. Одну близкую родственницу... сильно отговаривали... от женитьбы на любви всей её жизни.

Кого?

Твою тётю Маргарет.

В самом деле?

Да. Она хотела выйти замуж за разведённого и... ну…

Разведённого?

Эльф кивнул.

О, чёрт, подумал я. Похоже, тут шансы 50/50.

Но папа и Камилла тоже были разведены, сказал я, и они получили разрешение. Разве это не означает, что правило больше не применяется?

Это они, сказал Эльф. А ты – это ты.

Не говоря уже о гневе на одного короля, который хотел жениться на разведёнке-американке, о чём напомнил мне Эльф, и это закончилось отречением короля и изгнанием[17]17
  Имеется в виду Эдуард VIII, который отрёкся от престола ради женитьбы на Уоллис Симпсон, на что правительство Великобритании не давало согласия.


[Закрыть]. Герцог Виндзорский? Слышал о нём?

Итак, с сердцем, полным страха, и ртом, полным пыли, я повернулся к календарю. С помощью Эльфа я выбрал выходные в конце октября. Семейная охотничья поездка в Сандрингем. Охотничьи поездки всегда поднимают бабушке настроение.

Возможно, она будет более открыта для мыслей о любви?

33

Облачный, ветреный день. Я запрыгнул в почтенный старый «Лэнд Ровер», старинную армейскую скорую, которую переделал дедушка. Папа был за рулем, Вилли на заднем сиденье. Я сел на пассажирское место и подумал, не сказать ли им обоим, что я намереваюсь сделать.

Я решил не делать этого. Я предполагал, что па уже знал, и Вилли предупредил меня не делать этого.

Это слишком быстро, он сказал мне. Слишком рано.

На самом деле, он был довольно обескуражен тем, что я вообще встречаюсь с Мег. Однажды, сидя вместе в его саду, он предсказал множество трудностей, которые мне следует ожидать, если я начну затевать с "американской актрисой" – фраза, которая в его устах звучала как "с закоренелым преступником".

Ты в ней уверен, Гарольд?

Конечно, Вилли.

Ты представляешь, как это будет сложно?

И что мне делать? Разлюбить её?

На нас троих были плоские кепки, зелёные куртки и костюмы, как будто мы играли за одну спортивную команду. (В каком-то смысле, полагаю, так и было.) Па, выгоняя нас в поле, спросил о Мег. Без особого интереса, просто мимоходом. Но всё же он спрашивал о ней не всегда, так что я был доволен.

Она в порядке, спасибо.

Она хочет продолжить работу?

В смысле?

Она хочет продолжать играть в сериале?

А… Ну, не знаю, вряд ли. Думаю, она захочет быть со мной, заниматься чем-то таким, чтобы не сниматься в «Форс-мажорах»... так как они снимаются в... Торонто.

Хм-м. Понятно. Ну, дорогой мальчик, ты же знаешь, что денег никогда не бывает много.

Я уставился на него. Что он несёт?

Он объяснил. Или попытался. Я не могу платить за других. Мне уже приходится платить за твоего брата и Кэтрин.

Я вздрогнул. Лучше бы он не упоминал Кэтрин. Я вспомнил, как он с Камиллой хотели, чтобы Кейт по-другому писала своё имя, потому что уже было два королевских шифра с буквой "С" и короной сверху: Чарльз и Камилла. Будет много путаницы с третьим похожим. Пусть она пишет его через букву "К", предложили они.

Интересно, что она тогда им ответила.

Я повернулся к Вилли, посмотрел на него и сказал: Ты это слышал?

Его лицо было безразличным.

Па не содержал Вилли, меня и наши семьи чисто из щедрости. Это была его работа. В этом-то всё и дело. Мы согласились служить монарху, ехать туда, куда нас посылали, делать всё, что нам скажут, не принимать самостоятельных решений, держать руки и ноги в позолоченной клетке, а взамен хранители клетки соглашались нас кормить и одевать. Папа, со всеми его миллионами из чрезвычайно прибыльного герцогства Корнуолл, пытался сказать, что наше содержание в плену стоило ему слишком дорого?

Кроме того, сколько может стоить дом и питание Мег? Я хотел сказать, Она не ест много, знаете ли! И если тебе так нужно, я попрошу её покупать одежду себе самой.

Мне вдруг стало ясно, что дело не в деньгах. Па, возможно, боялся роста цен на наше содержание, но на самом деле он не мог вынести того, что кто-то новый подомнёт под себя монархию, завладеет всеобщим вниманием, кто-то блестящий и новый придёт и затмит его. И Камиллу. С ним такое случилось раньше, и ему не хотелось пережить это снова.

Мне не хотелось спорить с этим прямо сейчас. У меня не было времени на мелочную ревность и дворцовые интриги. Я по-прежнему пыталась угадать, что сказать бабушке, и время пришло.

"Лэнд Ровер" остановился. Мы собрались и выстроились во главе с па вдоль изгороди. Мы ждали появления птиц. Ветер дул, и мой разум блуждал, но когда началась первая вылазка, оказалось, что я хорошо стреляю. Я попал в цель. Может быть, было бы облегчением думать о чем-то другом. Может быть, я предпочел сосредоточиться на следующем выстреле, а не на заявлении, которое я планировал сделать. Я просто продолжал размахивать стволом, нажимать на курок, поражать каждую цель.

Мы прервались на обед. Я несколько раз пытался, но не смог добраться до бабушки. Все окружали её, разговаривали с ней. Так что я управлялся едой, выжидая своего времени.

Классический королевский завтрак на охоте. Замёрзшие ноги согреваются от огня, поджаренный картофель, сочное мясо, сливочные супы, персонал следит за каждой деталью. Затем идеальный пудинг. Затем немного чая, чашка или две. Затем возвращаемся к птицам.

Во время двух последних заездов я постоянно поглядывал в направлении бабушки, чтобы посмотреть, как она справляется. Она выглядела хорошо. И очень замкнутой в себе.

Она правда не знала, что её ждёт?

После финальной вылазки группа разошлась. Все закончили собирать птиц и вернулись в "Ленд Роверы". Я видела, как бабушка прыгнула в свой миниатюрный "Рэндж Ровер" и уехала на середину поля. Она стала искать сбитых птиц, пока её собаки охотились.

Вокруг неё не было охраны, так что это был мой шанс.

Я вышел на середину соломенного поля, подошёл к ней, начал помогать. Пока мы искали на земле мёртвых птиц, я пытался завязать с ней лёгкую беседу, чтобы расслабить её и свои голосовые связки. Ветер дул сильнее, и щёки бабушки выглядели холодными, несмотря на шарф, плотно обёрнутый вокруг головы.

Имеет значение не помощь, а внутреннее чутьё. Оно рвалось наружу. Вся серьёзность всего происходящего, наконец, начала впитываться. Если бабушка скажет "нет"... мне придётся попрощаться с Мег? Я не мог представить, как буду жить без неё... но я также не мог представить, что буду открыто перечить бабушке. Моя королева, мой верховный главнокомандующий. Если она не даст разрешения, моё сердце разобьётся, и, конечно, я буду искать другой повод спросить снова, но шансы будут против меня. Про бабушку известно, что она не меняет своего мнения. Так что этот момент был либо началом моей жизни, либо концом. Всё сводится к тем словам, которые я выберу, как я их произнесу и как бабушка их услышит.

Как будто всего этого было недостаточно, чтобы заставить меня замолчать, я видел много репортажей в прессе, полученных из "Дворца", в которых некоторые из моей семьи, скажем так, не одобряли Мег. Им не нравилась её прямота. Им было некомфортно с её преданностью своей работе. Им не нравились даже её случайные вопросы. Что было здоровой и естественной любознательностью, они считали дерзостью.

Ходили также слухи о смутном и повсеместном беспокойстве по поводу её происхождения. В некоторых уголках выражалась озабоченность по поводу того, "готова ли Британия". Что бы это ни означало. Дошло ли что-нибудь из этой чепухи до ушей бабушки? Если да, то разве просьба о разрешении не была просто безнадёжной?

Неужели я обречен разделить судьбу принцессы Маргарет?

О, ручка. Ух ты!

Я вспоминал о многих моментах в жизни, когда требовалось разрешение. Запрашивал разрешение командования открыть огонь по врагу. Запрашивал разрешение Королевского Фонда на создание "Игр непобеждённых". Я вспоминал пилотов, просящих моего разрешения пересечь моё воздушное пространство. Моя жизнь сразу показалась мне бесконечной чередой просьб о разрешении, все они были прелюдией к этой.

Бабуля пошла к своему "Рендж Роверу". Я поторопился за ней, собаки путались под ногами. Глядя на них, разум начал метаться. Мама говорила, что находиться рядом с бабушкой и корги было как стоять на движущемся ковре, и я знал большинство из них, живых и мёртвых, как если бы они были моими кузенами: Дуки, Эмма, Сьюзан, Линнет, Пиклз, Чиппер, – все они, как говорят, произошли от корги, которые принадлежали королеве Виктории. Чем больше всё меняется, тем больше они остаются прежними, но это были не корги, это были охотничьи собаки, и у них была своя цель, а у меня – своя, И я понял, что мне нужно добраться до неё, не раздумывая ни на секунду, поэтому когда бабушка открыла заднюю дверь, а собаки вскочили в машину, я подумал о том, чтобы погладить их, но потом вспомнил, что у меня по мёртвой птице в каждой руке. Их хромые шеи, свисающие между пальцами, их глазки закатывались всю дорогу назад (я чувствую вас, птицы), их тела по-прежнему греют мне руки через перчатки, я вместо этого повернулся к бабушке и увидел, как она повернулась ко мне и хмурится (Понимала ли она, что я боюсь? Как просьбы о разрешении, так и её величества? Понимала ли она, что, как бы я ни любил её, я часто нервничал в её присутствии?) и я видел, как она ждала, что я заговорю – и без особого терпения.

Её лицо излучало свет. Ну, говори.

Я откашлялся. Бабушка, ты знаешь, что я очень люблю Мег, и я решил, что хотел бы попросить её выйти за меня замуж. Мне сказали… э-э… что я должен спросить твоего разрешения, прежде чем сделать ей предложение.

А это правда нужно?

Э-э... Да, так мне сказали твои помощники, да и мои тоже. Что что мне нужно спросить твоего разрешения.

Я стоял совершенно неподвижно, как птицы в руках. Я смотрел ей в лицо, но оно было нечитаемым. Наконец она ответила: Ну, полагаю, я должна сказать «да».

Я прищурился. Что значит должна сказать «да»? Так ты говоришь «да»? А сама подразумеваешь «нет»?

Я не понимал. Она надо мной смеётся? Прикалывается? Преднамеренно мутит? Или она балуется игрой слов? Ни разу не слышал, чтобы бабуля увлекалась каламбурами[18]18
  Принц Гарри сравнивает Елизавету II с королевой-матерью (Ган-Ган), которая была известна своими двусмысленными замечаниями.


[Закрыть], и это был бы невероятно странный момент (не говоря уже о том, что это было бы дико неудобно) прежде всего для неё. Но, может быть, она просто решила обыграть моё неудачное выражение «нужно» и не смогла устоять?

Или же, возможно, за игрой слов скрывался какой-то скрытый смысл, какое-то послание, которого я не понимал?

Я стоял, щурился, улыбался, снова и снова спрашивая себя: что королева Англии пытается до меня донести?

Наконец-то я понял: Она говорит «да», дурная ты голова! Она даёт разрешение. Кого волнует, как она это формулирует, просто пойми, что она ответила «да».

Так что я пробормотал: Прекрасно. Хорошо, бабушка! Ну, это просто сказочно! Спасибо! Большое спасибо!

Хотелось обнять её.

Мне так хотелось обнять её.

Я не обнял её.

Я усадил её в "Лэнд Ровер", а потом вернулся к па и Вилли.

34

Я взял кольцо из шкатулки Мег и отдал его дизайнеру, чтобы узнать её размер. Поскольку дизайнер также был хранителем маминых браслетов, серёг и ожерелий, я попросил его вынуть бриллианты из одного особенно красивого маминого браслета и использовать их для создания кольца.

Я заранее всё уладил с Вилли. Я спросил брата, могу ли взять этот браслет, и рассказал ему, для чего он нужен. Не помню, чтобы он хоть секунду колебался, отдавая его мне. Похоже, Мег ему нравилась, несмотря на часто выражаемые опасения. Кейт, похоже, она тоже нравилась. Мы пригласили их на ужин во время одного из визитов Мег. Мег готовила и всё было хорошо. Вилли простудился: он чихал и кашлял и Мег побежала наверх, чтобы принести ему несколько своих гомеопатических лекарств. Масло орегано и куркума. Он казался очарован, растроган, хотя Кейт объявила за столом, что он никогда не будет принимать такие нетрадиционные средства.

В тот вечер мы говорили об Уимблдоне, о "Форс-мажорах", о Вилли и Кейт, которым не хватило смелости признаться в том, что они невероятные фанаты шоу. Что было мило.

Единственным несоответствием, которое я мог придумать, была заметная разница в одежде двух женщин, которую обе заметили.

Мег – в рваных джинсах, босиком.

Кейт – разодетая в пух и прах.

Ничего страшного, подумал я.

Наряду с бриллиантами из браслета я попросил дизайнера добавить третий бриллиант из Ботсваны.

Он спросил, нет ли спешки.

Ну… коли уж ты спросил…

35

Мег собрала вещи, отказалась от роли в «Форс-мажорах», отснявшись в семи сезонах. Для неё это был трудный момент, потому что она любила этот сериал, любила персонажа, которого играла, любила актёрский состав и съёмочную группу, любила Канаду. С другой стороны, жизнь там стала невыносимой. Особенно трудно было на съёмках. Сценаристов раздражала, что команда Дворца часто велела им изменить слова и поступки её персонажа.

Она также закрыла свой веб-сайт и вышла из всех социальных сетей. И всё это, опять же, по распоряжению пиар команды Дворца. Она попрощалась с друзьями, со своей машиной, с одной из собак – Богартом. Он был настолько травмирован осадой её дома, постоянными звонками в дверь, что когда Мег была рядом его поведение менялось – он стал агрессивным сторожевым псом. Соседи Мег любезно согласились приютить его.

Но Гай поехал с ней. Не мой друг, а другая собака Мег, её потрёпанный маленький бигль, который в последнее время ещё больше состарился. Он, конечно, скучал по Богарту, но более того, он был болен. За несколько дней до того, как Мег уехала из Канады, Гай сбежал от охранника (Мег была на работе.) Его нашли за много миль от дома Мег, когда он не мог ходить. Теперь у него ноги были в гипсе.

Мне часто приходилось поддерживать его, чтобы он мог пописать.

Я нисколько не возражал. Я любил эту собаку. Я не мог перестать целовать и гладить его. Да, мои сильные чувства к Мег распространялись на всех, кого или что бы она ни любила, но также я так давно хотел собаку, но у меня никогда не было возможности завести её, потому что я был тем ещё кочевником. Однажды вечером, вскоре после приезда Мег в Британию, мы были дома, готовили ужин, играли с Гаем, и кухня Нотт Котт была полна любви, как любая комната, в которой мы были.

Я открыл бутылку шампанского – старый-престарый подарок, который я приберёг для особого случая.

Мег улыбнулась: Что за повод?

Без повода.

Я подхватил Гая, вынес его наружу, в огороженный сад, положил на плед, расстеленный на траве. Затем я побежал обратно внутрь, попросил Мег взять свой бокал для шампанского и пойти со мной.

В чём дело?

Ни в чём.

Я вывел её в сад. Стоял холодный вечер. Мы оба были одеты в большие куртки, а у неё был капюшон, отороченный искусственным мехом, который обрамлял ей лицо, как камея. Я поставил электрические свечи вокруг одеяла. Хотелось, чтобы это было похоже на Ботсвану и куст, у которого я впервые подумал сделать предложение.

Теперь я встал на колени на одеяло, а Гай был рядом. Мы оба испытующе посмотрели на Мег.

Глаза уже были полны слёз, я вынул кольцо из кармана и начал говорить. Я дрожал, сердце дрожало, голос дрожал, но она всё поняла.

Ты готова провести свою жизнь со мной? Сделать меня самым счастливым парнем на планете?

Да.

Да?

Да!

Я засмеялся. Она тоже засмеялась. Какая ещё может быть реакция на такое? В этом запутанном мире, в наполненной болью жизни мы сделали это – нам удалось найти друг друга.

Потом мы плакали, смеялись и гладили Гая, который выглядел замерзшим.

Мы направились к дому.

О, подожди. Разве ты не хочешь посмотреть на кольцо, любовь моя?

Она даже не думала об этом.

Мы поспешили внутрь, закончили праздник в тепле кухни.

Это было 4 ноября.

Нам удавалось держать это в тайне около двух недель.