Текст книги "Запасной"

Автор книги: Гарри Сассекский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 39 страниц)

45

Мег месяцами пыталась успокоить отца. Всегда было что-то новое, что он читал о себе, что-то уничижительное, что он принимал близко к сердцу. Его гордость постоянно была уязвлена. Каждый день в газетах появлялась очередная унизительная фотография: Томас Маркл покупает новый унитаз, Томас Маркл покупает упаковку пива, Томас Маркл с животом, свисающим над поясом.

Мы понимали его. Мег сказала ему, что мы понимаем его чувства. Пресса, папарацци – они ужасны. Невозможно полностью игнорировать то, что написано, признавала она. Но, пожалуйста, постарайся игнорировать их. Не обращай внимания на тех, кто приближается к тебе, папа. Будь начеку слушая любого, кто называется твоим другом. Казалось, он слышит нас. Он начал говорить так, как будто мысленно был в лучшем месте.

В субботу перед свадьбой нам позвонил Джейсон: У нас проблема.

Какая?

The Mail в воскресенье публикует статью о том, что отец Мег работал с папарацци за деньги и позволил им сделать несколько сальных фоток.

Мы сразу же позвонили папе Мег и рассказали ему о том, что будет. Мы спросили, правда ли это. Он дал сделать кучу фоток за деньги?

Нет.

Мег сказала: Возможно, мы сможем замять эту историю, папа, но если выяснится, что ты лжёшь, мы больше никогда не сможем убрать ложную историю о себе или наших детях. Так что это серьёзно. Скажи нам правду.

Он клялся, что никогда не позировал для фотографий, не участвовал ни в одном подобном фарсе, что он не знает этого папарацци.

Мег прошептала мне: Я ему верю.

В таком случае, сказали мы ему, уезжай из Мексики прямо сейчас. На тебя вот-вот обрушится совершенно новый уровень преследований, так что приезжай в Британию. Немедленно. Мы организуем для тебя жильё, где ты сможешь безопасно отсидеться до полёта.

Air New Zealand, билет в первый класс, забронированный и оплаченный Мег.

Мы незамедлительно пришлём машину с частной охраной, чтобы забрать его.

Он сказал, что у него дела.

Теперь лицо Мег изменилось. Что-то было не так.

Она снова повернулась ко мне и вздохнула. Он лжёт.

История вышла на следующее утро, и это было хуже, чем мы думали. Было видео, на котором отец Мег встречается с папарацци в интернет-кафе. Была серия фейковых кадров, в том числе один из них про то, как он читает книгу о Британии, будто готовясь к свадьбе. Фотографии, которые, как сообщалось, стоили 100 тыс. фунтов, казалось, вне всяких сомнений доказывали, что отец Мег действительно лжёт. Он принимал участие в их создании, возможно, чтобы заработать немного денег, или, возможно, у папарацци было какое-то влияние на него. Мы не знали.

Заголовки кричали: Отец Меган Маркл артист погорелого театра! Он фотографируется за деньги!

За неделю до свадьбы это стало сенсацией. Хотя фотографии были сделаны за несколько недель до этого, они хранились до самого ужасного момента.

Вскоре после того, как история стала известна, Томас Маркл прислал нам сообщение:

Мне очень стыдно.

Мы позвонили ему.

И написали.

И снова позвонили.

Мы не злимся, пожалуйста, возьми трубку.

Он не ответил.

Потом мы вместе со всем миром узнали, что у него, видимо, случился сердечный приступ, и он не приедет на свадьбу.

46

На следующий день Мег получила сообщение от Кейт.

Похоже, что с платьями для подружек невесты были проблемы. Они нуждались в переделке. Платья были от французского кутюрье, сшитые вручную, исключительно по меркам. Поэтому новость о том, что, возможно, их нужно перешить, не была большим шоком.

Мег не сразу ответила Кейт. В те дни на неё сыпались бесконечные сообщения, связанные со свадьбой, но в основном она боролась с тем бардаком, который устроил ей отец. Поэтому она написала Кейт только на следующее утро, что наш портной ждёт во Дворце. Его звали Аджай.

Этого было недостаточно.

В тот день они решили поговорить.

Платье Шарлотты слишком велико ей, оно слишком длинное и слишком мешковатое. Шарлотта плакала, когда примеряла его дома, жаловалась Кейт.

Но я же говорила тебе, что портной ждёт здесь с восьми утра. Во Дворце. Можешь привезти Шарлотту на переделку, как это делают другие мамы?

Нет, все платья нужно перешить.

Кейт добавила, что это сделает её собственный дизайнер.

Мег спросила, знает ли Кейт, что сейчас происходит с её отцом.

Кейт сказала, что она прекрасно знает, но сейчас речь о платьях. Свадьба уже через четыре дня!

Да, Кейт, знаю…

Кроме этого у Кейт были и другие вопросы к тому, как Мег планировала свадьбу. Что-то связанное с вечеринкой для пажей.

Мальчики-пажи? Половина приглашённых детей были родом из Северной Америки. Они ещё даже не приехали.

И так то одно, то другое.

Не знаю, что тут ещё сказать. Если платье не подходит, отведи Шарлотту к Аджаю. Он ждёт её весь день.

Хорошо.

Вскоре я пришёл домой, а Мег рыдала на полу.

Увидев её такой расстроенной я был в ужасе, но даже и не думал, что случилась какая-то катастрофа. Конечно, после прошлой недели, месяца, да и вчерашнего дня эмоции просто зашкаливали. Это невыносимо, но временно. Кейт не хотела ничего плохого, сказал я ей.

Действительно, на следующее утро Кейт пришла с цветами и открыткой, в которой говорилось, что она сожалеет. Когда она появилась, на кухне была лучшая подруга Мег, Линдси.

Это простое недопонимание, сказал я себе.

47

Накануне свадьбы я остановился в частном коттедже, в отеле Coworth Park. Несколько приятелей сидели со мной и выпивали, но один из них заметил, что я выглядел немного отрешённым.

Да, конечно. Много чего произошло.

Я не хотел слишком распространяться. Случай с отцом Мег, Кейт и платьем, постоянное беспокойство о том, что кто-то в толпе сделает что-то безумное – лучше не говорить об этом.

Кто-то спросил о брате. А где Вилли?

Я снова отмолчался, ведь это ещё одна больная тема.

Он должен был присоединиться к нам вечером. Но, как и отец Мег, он отменил встречу в последнюю минуту.

Он сказал мне об этом, как раз перед чаепитием бабушкой: Я не смогу прийти, Гарольд. У меня Кейт и дети.

Я напомнил ему, что это была наша традиция, ведь мы ужинали перед его свадьбой, что мы вместе ходили и общались с народом.

Он настаивал. Не могу.

Я надавил: Что с тобой случилось, Вилли? Я был с тобой весь вечер перед тем, как ты женился на Кейт. Почему ты так себя ведёшь?

Я спросил себя, что на самом деле происходит. Он обиделся, что не стал моим шафером? Он расстроился, что я попросил об этом старого приятеля Чарли? (Во Дворце рассказали, что Вилли должен был стать шафером, как и я был его на его свадьбе с Кейт.) Могло ли это быть причиной?

Или это опять из-за моей бороды?

Или он чувствовал себя виноватым из-за отношений между Кейт и Мег?

Он не давал никаких объяснений. Он просто продолжал говорить «нет» и спрашивал меня, почему это вообще так важно.

Зачем тебе вообще общаться с народом, Гарольд?

Потому что пресс-служба сказала мне всё делать так же, как и на твоей свадьбе.

Ты не обязан их слушать.

С каких это пор?

Мне стало дурно. Я всегда считал, что несмотря на наши проблемы, наша основная связь нерушима. Я думал, что поддержать брата всегда важнее платья подружки невесты или бороды. Похоже, что нет.

Затем, где-то в шесть вечера, когда мы ушли от бабушки, Вилли прислал СМС, что он передумал и придёт.

Может бабушка его переубедила?

Без разницы. Я счастливо и сердечно поблагодарил его.

Через несколько мгновений мы встретились снаружи и сели в машину, которая довезла нас до ворот короля Эдуарда. Мы вышли, здоровались с собравшимися и благодарили всех за то, что они пришли.

Все желали нам добра и посылали воздушные поцелуи.

Мы попрощались и сели обратно в машину. Когда мы уезжали, я попросил его поужинать со мной. Я упомянул, что, возможно, он переночует у нас, как я сделал перед его свадьбой.

Он сказал, что придёт на ужин, но не сможет остаться.

Да ладно тебе , Вилли!

Извини, Гарольд. Не могу. Дети.

48

Я стоял у алтаря, разглаживая перед своей кавалерийской формы и смотрел, как Мег летит ко мне. Я потратил много времени на то, чтобы выбрать правильную музыку для её шествия, и в конце концов остановился на «Вечном источнике божественного света» Генделя.

Когда над нашими головами раздался голос солистки, я подумал, что сделал правильный выбор.

Действительно, по мере того как Мег подходила все ближе и ближе, я благодарил себя за все свои решения.

Удивительно, что я даже слышал музыку сквозь звук собственного сердца, когда Мег подошла и взяла меня за руку. Настоящее растворилось, а прошлое вернулось. Наши первые сообщения в Instagram. Наша первая встреча в Soho House. Наша первая поездка в Ботсвану. Наш первый восторженный обмен мнениями после того, как у меня телефон утонул в реке. Наша первая жареная курица. Наши первые полёты туда и обратно через Атлантику. Моё первое признание в любви. Слышать, как она говорит то же самое в ответ. Пёс в гипсе. Злой лебедь Стив. Суровая борьба за то, чтобы уберечь её от прессы. И вот мы на финишной прямой. И одновременно на старте.

За последние несколько месяцев мало что шло по плану. Но я напомнил себе, что всё это и не было планом. Это был план. Наша. Любовь.

Я бросил взгляд на па, который вёл Мег. Не её собственный отец, но всё же особенный для неё человек, что растрогало её. Это не оправдывало поведение её отца, и то, как это использовала пресса, но это очень помогло.

Тётя Джейн встала и прочитала в честь мамы песнь Соломона.

Её выбрали мы с Мег.

 
Влеки меня, мы побежим за тобою…
Положи меня, как печать, на сердце твое, как перстень, на руку твою;
Ибо крепка, как смерть, любовь, яростна, как могила, страсть...
 

Крепка, как смерть. Яростна, как могила. Да, подумал я. Да.

Я видел, как архиепископ протягивал дрожащими руками кольца. Я забыл об этом, а он явно нет: на нас были направлены 12 камер, а 2 млрд. человек смотрели свадьбу по телевизору, фотографы стояли на стропилах, а огромные толпы шумели и аплодировали снаружи.

Мы обменялись кольцами, кольцо Мег было сделано из того же куска валлийского золота, что и кольцо Кейт.

Бабушка сказала мне, что оно почти закончилось.

Последний кусочек такого золота. Вот как я относился к Мег.

Архиепископ дошел до официальной части, произнёс несколько слов, после которых мы становились герцогом и герцогиней Сассекскими (титулами, дарованными бабушкой), и соединил нас, пока смерть не разлучит нас, хотя он делал то же самое днями ранее, в нашем саду, на небольшой церемонии, на который присутствовали только мы вдвоём, а Гай и Пула были наши единственными свидетелями. Неофициально, ни к чему не обязывающе, разве что для наших душ. Мы были благодарны каждому в церкви Святого Георгия и вокруг неё, а также тем, кто смотрел на нас по телевизору, но наша любовь началась наедине, а публичность была в основном болью, поэтому мы хотели, чтобы первое освящение нашей любви, первые клятвы были произнесены в узком кругу. Какой бы волшебной ни была официальная церемония, мы оба стали немного бояться… толпы.

Подчёркивая это чувство, мы вышли, и первое, что мы увидели, кроме множества улыбающихся лиц, были снайперы. На крышах, среди флагов, за серпантином. Полиция сказала мне, что это чрезвычайная мера, но это необходимо. Из-за беспрецедентного количества угроз, которые к ним поступали.

49

Наш медовый месяц был засекречен: мы уехали из Лондона на машине, замаскированной под фургон для переезда, с окнами, закрытыми картоном, а затем отправились на 10 дней на Средиземное море. Здорово быть далеко, на море, на солнце. Кроме этого, нас уже от всего тошнило. Подготовка к свадьбе нас утомила.

Мы вернулись как раз к официальному июньскому празднованию дня рождения бабушки. Смена караула – одно из наших первых публичных выступлений в качестве молодожёнов. Все присутствующие были в хорошем и приподнятом настроении. Но потом…

Кейт спросила Мег, что она думает о своей первой Смене караула.

И Мег пошутила: Красочно.

Зияющая тишина грозила поглотить нас всех целиком.

Несколько дней спустя Мег отправилась в свою первую королевскую поездку с бабушкой.

Она нервничала, но они отлично ладили, их сблизила любовь к собакам.

Она вернулась из поездки сияющей. Мы подружились, сказала она мне. Мы с королевой действительно сдружились! Мы говорили о том, как сильно я хотела стать мамой, и она сказала мне, что лучший способ вызвать роды – это хорошенько прокатиться на машине по ухабам! Я сказала, что вспомню об этом, когда придёт время.

Теперь всё изменится, сказали мы оба.

Однако газеты назвали поездку настоящей катастрофой. Они изображали Мег напористой, заносчивой, незнакомой с королевским протоколом, потому что она совершила немыслимую ошибку, сев в машину раньше бабушки.

По правде говоря, она сделала именно то, что сказала ей бабушка. Бабушка сказала: садись.

Она и села.

Какая разница? В течение нескольких дней ходили истории о невежливости Мег, о её полном отсутствии стиля, о том, как она осмелилась не носить шляпку в присутствии бабушки. Дворец специально сказал Мег не носить шляпку. Бабушка носила зелёное, чтобы почтить память жертв Гренфелл-Тауэр, но никто не говорил Мег носить зелёное, поэтому журналисты говорили, что ей нет никакого дела до жертв.

Я сказал: Дворец сделает телефонный звонок и выпустит официальное объяснение.

Они этого так и не сделали.

50

Вилли и Кейт пригласили нас на чай чтобы разрядить обстановку.

Июнь 2018 г.

Мы пришли к ним поздно вечером. Я видел, как расширились глаза Мег, когда мы вошли в их парадную дверь, прошли мимо их передней гостиной, прошли по коридору и вошли в их кабинет.

Вау, несколько раз сказала Мег.

Обои, карниз, книжные полки из орехового дерева, обрамлённые томами книг в тон, бесценное искусство. Безумно красиво. Как в музее. И мы оба сказали им об этом. Мы щедро хвалили их ремонт, хотя также смущённо думали о наших лампах из ИКЕА и диване, который недавно купили со скидкой на кредитную карту Мег на сайте sofa.com.

Мы с Мег сидели на двухместном диванчике в конце кабинета, а Кейт – напротив нас на обтянутой кожей скамейке перед камином. Вилли сидел слева от неё в кресле. В комнате был поднос с чаем и печеньем. В течение 10 минут мы вели классическую светскую беседу. Как дети? Как прошел ваш медовый месяц?

Затем Мег признала напряженность между нами четырьмя и предположила, что она объясняется теми ранними днями, когда она только вступила в семью – недоразумение, которое почти прошло незамеченным. Кейт думала, что Мег ждёт от неё знакомств с модельерами, но у Мег были свои связи. Может быть, они тогда встали не с той ноги? А потом, добавила Мег, всё усугубилось свадьбой и этими адскими платьями подружек невесты.

Но оказалось, что были и другие причины… о которых мы не знали.

Вилли и Кейт были явно были расстроены тем, что мы не подарили им пасхальные подарки.

Пасхальные подарки? Так это всё из-за них? Мы с Вилли никогда не обменивались пасхальными подарками. Конечно, па всегда придавал большое значение Пасхе, но это был па.

Тем не менее, поскольку Вилли и Кейт так расстроились, мы извинились.

Со своей стороны, мы признались, что были не слишком довольны, когда Вилли и Кейт поменялись местами на нашей свадьбе. Мы следовали американской традиции, размещая пары рядом друг с другом, но Вилли и Кейт эта традиция не устроила, поэтому их стол был единственным, за которым супруги сидели порознь.

Они настаивали, что это было не их решение, а затем добавили, что мы сделали то же самое на свадьбе Пиппы.

Мы так не делали и не хотели так. Нас разделяла огромная цветочная композиция, и хотя мы отчаянно хотели сесть вместе, мы ничего не могли сделать с этим.

Мне казалось, что всё это перечисление прошлых обид отнюдь не способствует нашему примирению. Мы шли в тупик.

Кейт выглянула в сад и, до белизны в пальцах сжав края кожаной обивки скамейки, заявила, что перед ней нужно извиниться.

Мег спросила: За что?

Ты задела мои чувства, Меган.

Когда? Поясни.

Я сказала, что ничего не помню, а ты сказала, что это у меня гормоны.

О чём ты говоришь?

Кейт вспомнила какой-то телефонный разговор, во время которого они обсуждали время свадебных репетиций.

Мег сказала: А, да! Вспомнила. Ты что-то там не могла вспомнить, а я сказала, что это ничего страшного и это простительно, потому что ты только что родила. Это гормоны.

Глаза Кейт расширились: Да. Ты говорила о моих гормонах. Мы недостаточно близки, чтобы ты могла говорить о моих гормонах!

Глаза Мег тоже расширились. Она выглядела сильно растерянной. Извини, что упомянула о твоих гормонах. Именно так я разговариваю со подругами.

Вилли указал на Мег. Это грубо, Меган. В Британии так себя не ведут.

Будь добр, не надо тыкать пальцем мне в лицо.

Что вообще происходит? Неужели у нас дошло до этого? Кричать друг на друга из-за карточек с местами и гормонов?

Мег сказала, что никогда намеренно не сделает ничего, чтобы обидеть Кейт, и если она когда-нибудь это сделает, она попросила Кейт дать ей знать, чтобы такого больше не повторилось.

Мы все неловко обнялись. Как-то так.

Я я сказал, что нам пора уходить.

51

Помощники чувствовали трения и читали прессу, и поэтому в нашем офисе часто возникали ссоры. Стороны были обозначены: команда Кембриджей против команды Сассексов. Соперничество, ревность, конкурирующие повестки – всё это отравляло атмосферу.

Не помогало даже то, что все работали круглосуточно. От прессы было так много запросов, шёл настолько непрерывный поток ошибок, требовавших исправления, а у нас почти не было достаточно людей или ресурсов. В лучшем случае, мы могли разрешать лишь 10% возникавших вопросов. Нервы были на пределе, все «вели снайперский огонь». В такой обстановке не было места для такого понятия, как конструктивная критика. Вся обратная связь воспринималась, как унижение, оскорбление.

Не раз случалось, что наши сотрудники просто падали пластом на рабочие столы и плакали.

Во всём этом, в каждой мелочи Вилли винил только одного человека – Мег. Он несколько раз заявлял мне об этом, и рассердился, когда я сказал ему, что он перешёл черту. Он просто повторял то, что писали в прессе, распространял выдуманные истории, которые читал сам или которые ему пересказывали. Великая ирония, как сказал я ему, заключалась в том, что настоящими злодеями были те, которых он сам привёл в офис, люди из правительства, которые, казалось, были непробиваемыми для такого рода раздоров и пристрастились к ним. У них был талант к нанесению ударов в спину, к плетению интриг, и они постоянно науськивали наших помощников друг на друга.

Тем временем, среди всего этого, Мег умудрялась сохранять спокойствие. Несмотря на то, что некоторые говорили о ней, я никогда не слышал, чтобы она отозвалась плохо о ком-либо или сказала кому-либо что-то неприятное в лицо. Напротив, я наблюдал, как она удвоила усилия, чтобы достучаться и распространять доброту. Она рассылала написанные от руки благодарственные письма, справлялась о здоровье заболевших сотрудников, отправляла корзины с едой, цветами или лакомствами всем, кто испытывал трудности, переживал депрессию, болел... В офисе часто было темно и холодно, поэтому она поставила новые лампы и обогреватели, купленные на личные средства. Она приносила пиццу и печенье, устраивала чаепития и совместные угощения мороженым. Всеми подарками, которые получала бесплатно, одеждой, духами и косметикой, она делилась со всеми женщинами в офисе.

Я пребывал в благоговении перед её способностями и решимостью всегда видеть в людях хорошее. Однажды я действительно узнал, как велико её сердце. Я узнал, что г-н Р., мой бывший сосед сверху по "барсучьей норе", пережил трагедию: скончался его взрослый сын.

Мег не была знакома ни с Р., ни с его сыном. Но она знала, что они были моими соседями, и часто видела, как они выгуливают собак. Поэтому она испытывала огромную скорбь за них и написала отцу письмо, выражая соболезнования, говоря ему, что хотела бы обнять его, но не знает, будет ли это уместным. К письму она приложила гардению, чтобы тот посадил её в память о сыне.

Неделю спустя г-н Р. появился на пороге Нотт Котт. Он вручил Мег благодарственную записку и крепко обнял её.

Я так гордился ею и так сожалел о своей распре с г-ном Р.

Более того, я жалел, что моя семья враждует с женой.

52

Нам не хотелось ждать. Обоим хотелось сразу же создать семью. Мы часами работали, как сумасшедшие, работали напряжённо, время было выбрано неудачно, но что же тут поделаешь. Это всегда было нашим главным приоритетом.

Мы беспокоились, что стресс, присутствовавший в нашей повседневной жизни, может помешать нам забеременеть. Последствия этого начинали сказываться на Мег: за последний год она сильно похудела, даже несмотря на картофельные запеканки с мясом. Я ем больше, чем когда-либо, говорила она. Но она продолжала терять вес.

Друзья порекомендовали нам аюрведического врача, который помог им зачать ребенка. Насколько я понял, аюрведическая медицина разделяет всех на разные категории. Не помню, к какой категории этот врач отнёс Мег, но он подтвердил наши подозрения, что потеря веса Мег может быть препятствием для зачатия.

Наберите 2,5 кг, пообещал доктор, и вы забеременеете

Итак, Мег ела и ела, и вскоре набрала рекомендованные 2,5 килограмма, и мы с надеждой посмотрели на календарь.

Ближе к концу лета 2018 года мы отправились в Шотландию, в замок Мей, чтобы провести несколько дней с па. Связь между Мег и па, всегда бывшая крепкой, стала за те выходные ещё сильнее. Однажды вечером, за коктейлями, перед ужином, когда на заднем плане играл Фред

Астер, выяснилось, что у Мег общая дата рождения с любимым человеком па – Ган-Ган.

4 августа.

Удивительно, с улыбкой сказал па.

При воспоминании о Ган-Ган и связи между ней и моей невестой он внезапно оживлялся, рассказывал истории, которых я никогда не слышал, по сути, выступая, красуясь перед Мег.

Одна история особенно восхитила нас обоих, поразив наше воображение: о селках[20]20
  Мифические существа из шотландского и ирландского фольклора – морской народ, прекрасные люди-тюлени.


[Закрыть].

Кто-кто, па?

Шотландские русалки, ответил он. Они приняли облик тюленей и плавают вдоль берега за замком, в двух шагах от того места, где мы сидим. Так что когда вы видите тюленя, намекнул он, никогда нельзя сказать наверняка...Спойте ему. И они часто поют в ответ.

Ой, да ладно тебе! Это всё сказки, папа!

Нет, это абсолютная правда!

Представлял ли я себе, как рассказывал па, что селки могут исполнять желания?

Во время того ужина мы немного поговорили о стрессе, который переживали. Мы сказали, что не получится просто сказать газетчикам, чтобы те дали нам передохнуть... ненадолго.

Па кивнул. Но счел очень важным напомнить нам...

Да, да, па. Мы знаем: не читать их.

За чаем на следующий день атмосфера была по-прежнему приятной. Мы все смеялись, разговаривали о том о сём, но тут в комнату ворвался дворецкий па со стационарным телефоном в руках.

Ваше Королевское Высочество, звонит Ее Величество!

Па резко выпрямился: А… да! Он потянулся за трубкой.

Извините, сэр, но она звонит герцогине...

А…

Мы все были ошеломлены. Мег нерешительно протянула руку к телефону.

Похоже, бабуля звонила, чтобы поговорить об отце Мег. Она отвечала на письмо от Мег, в котором Мег просила у неё совета и помощи. Мег сказала, что не знает, как заставить прессу прекратить брать у отца интервью, побуждая его говорить ужасные вещи. Бабуля предложила Мег забыть о прессе и повидаться с отцом, чтобы вразумить его.

Мег объяснила, что он живёт в городке на мексиканской границе, и что она не знает, удастся ли ей тихо и безопасно проследовать через аэропорт, прорваться через представителей прессы, окружавших его дом, и через тот городок, а потом также вернуться обратно.

Бабуля признала, что такой план действий трудновыполним.

В таком случае, может, написать ему письмо?

Па согласился. Великолепная мысль!