Текст книги "Возвращение Тени (ЛП)"

Автор книги: Джон Рональд Руэл Толкин

Соавторы: Кристофер Толкин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 35 страниц)

– Добрый отзыв, Боб! – сказал Гэндальф, дав конюху серебряную монету. Он сел верхом, и Боб подсадил хоббита на подушку позади чародея, а затем отступил, держа шапку в руке и широко ухмыляясь.

– Верно, парень! – рассмеялся Гэндальф. – Чудная мы пара, смею сказать. Но мы не так чудны, как выглядим. Когда мы уедем, помни, что мы уехали на восток, но забудь, что мы тронулись по этому просёлку. Понял? Прощай! – Он ускакал, оставив Боба чесать в затылке.

– Скреби меня скребницей, коли это не чудны́е деньки! – сказал он себе. – Чёрные люди скачут невесть откуда, и народ на Зелёном Тракте, и старый Гэндальф с хоббитом на крупе, и всё такое! Дела в Бри приходят в движение! Но ты гляди в оба, Боб, парень мой, – старый Гэндальф может отвалить кое-что погорячее серебра.

Ясное утро, что настало после дождя, позднее сменилось облаками и туманом. Больше ничего в Бри в тот день не случилось, пока не пали сумерки. Тогда из тумана въехали в ворота четыре всадника. Гарри глянул в окно и поспешно отпрянул. Он подумывал было выйти и затворить ворота, но передумал. Всадники все были одеты и укутаны в чёрное и ехали на высоких чёрных конях. Кое-кого того же сорта видели в Бри двумя днями раньше, и ходили дикие россказни. Иные говорили, что они не люди, и даже псы их боялись. Гарри запер дверь и стоял, дрожа, за нею.

Но всадники остановились, и один спешился, подошёл и ударил в дверь. – Чего вам надо? – окликнул Гарри изнутри.

– Нам нужны вести! – прошипел холодный голос сквозь замочную скважину.

– О чём? – ответил он, трясясь от страха.

– Вести о четырёх хоббитах,^[14] едущих на пони из Шира. Они проезжали?

Гарри пожалел, что нет, ибо это, может, удовлетворило бы этих всадников, сумей он сказать «да». В холодном голосе были угроза и настойчивость, но он не посмел рискнуть «да», что было бы неправдой. – Нет, сударь! – сказал он дрожащим голосом. – Не было хоббитов на пони через Бри, и вряд ли будут. Но был хоббит, что ехал позади старика на белом коне, прошлой ночью. Они отправились в «Пони».

– Знаешь ли ты их имена? – сказал голос.

– Старик был Гэндальф, – сказал Гарри.

Шип прошёл сквозь скважину, и Гарри отшатнулся, чувствуя, будто нечто ледяное коснулось его. – Прими нашу благодарность, – сказал голос. – Ты будешь высматривать четырёх хоббитов, коли всё ещё желаешь нам угодить. Мы вернёмся.

Гарри услышал, как звук копыт удаляется к деревне. Он украдкой отпер дверь, затем выполз и вгляделся вверх по дороге. Было слишком туманно и уже слишком темно, чтобы много разглядеть. Но он услышал, как копыта остановились у поворота Дороги близ трактира. Он подождал немного, а затем тихо затворил и запер ворота. Он как раз возвращался к дому, когда в туманном воздухе снова услышал звук копыт, что поднялся у трактира и замер за углом и вниз по Дороге к востоку. Становилось очень холодно, подумал он. Он поёжился и поспешил в дом, заложив дверь засовами.

Следующее утро, четверг, было снова ясное, с тёплым солнцем и ветром, поворачивающим к Югу. К вечеру дюжина гномов вышла с Востока в Бри с тяжёлыми котомками на спинах. Они были угрюмы и мало с кем перемолвились словом. Но ни один путник не прошёл через западные ворота за весь день. Пала ночь, и Гарри затворил ворота, но всё ходил к своей двери. Он боялся угрозы в холодном голосе, упусти он каких-нибудь чудных хоббитов.

Было темно, и белые звёзды сияли, когда Фродо и его спутники подошли наконец к перекрестью Зелёного Тракта и приблизились к деревне. Они обнаружили, что её окружает глубокий ров с изгородью и оградой по внутреннюю сторону. Над ним и сквозь него пролегала Дорога, но теперь она была заперта большими воротами. Они увидели дом по ту сторону и человека, сидящего у двери. Он вскочил, принёс фонарь и поглядел поверх ворот вниз на них в удивлении.

– Чего вам надо и откуда вы? – спросил он угрюмо.

– Мы держим к здешнему трактиру, – ответил Фродо. – Мы странствуем на восток и дальше нынче ночью идти не можем.

– Хоббиты! Четыре хоббита! И более того, из Шира, судя по говору, – сказал привратник тихо и почти как бы про себя. Он мрачно вгляделся в них мгновение, а затем медленно отворил ворота и пропустил их.

– Не часто видим мы ширский народ, едущий по Дороге ночью, – продолжал он, когда они остановились на миг у его двери. – Простите, что дивлюсь, какое дело уводит вас на восток от Бри.

– Прощаю, – сказал Фродо, – хотя нам это не кажется таким уж дивным. Но это, кажется, не лучшее место толковать о нашем деле.

– Ну что ж, дело ваше – это ваше дело, без сомнения, – сказал привратник. – Но, может, вы найдёте, что есть и другой народ, кроме старого Гарри у ворот, что станет задавать вопросы. Не ждёте ли вы встретить здесь каких друзей?

– Что вы хотите сказать? – спросил Фродо в удивлении. – С чего бы нам?

– А отчего нет? Много народу встречается в Бри даже в эти дни. Коли двинетесь к «Пони», может, найдёте, что вы не единственные гости.

Фродо пожелал ему доброй ночи и не дал дальнейшего ответа, хотя и видел в свете фонаря, что человек всё ещё оглядывает их с любопытством. Он был рад услышать, как ворота лязгнули позади них, когда они поехали вперёд. Он гадал, что человек разумел под «встречей друзей». Не справлялся ли кто о вестях о четырёх хоббитах? Гэндальф, быть может? Он мог пройти, пока они мешкали в Лесу и на Курганах. Но Чёрный Всадник был вероятнее. Было нечто во взгляде и тоне привратника, что наполнило его подозрением.

Гарри поглядел им вслед мгновение, а затем пошёл к своей двери. – Нед! – позвал он. – У меня дело наверху, в «Пони», и оно может задержать меня надолго. Будь на воротах, пока я не вернусь.

С этого места «красная версия» отличается от первого текста лишь тем, что рассказ Баттербура о визите Гэндальфа, конечно, очень сильно сокращён против формы, данной на с. 338–339.

Глава 21. ТРЕТЬЯ ФАЗА (3): К ЗАВЕРТИ И РИВЕНДЕЛЛУ

Следующая глава, занумерованная X и с заголовком «Дикими путями к Заверти», принадлежит к основной форме «Под вывеской „Гарцующего Пони“» и непрерывна с нею, но она начинается с почти точного повтора конца той главы, от «Фродо не ответил» до «„Прочтите!“ – сказал Топотун» (с. 343). Затем следует:

Фродо внимательно оглядел печать, прежде чем сломать её. Она, несомненно, казалась Гэндальфовой, как и почерк, и руническое Г. Внутри было следующее послание. Фродо прочёл его и затем повторил вслух для Фолко и Сэма.

«„Гарцующий Пони“, среда, 28 сент. Дорогой Ф.! Где тебя только носит? Надеюсь, не всё ещё в Лесу! Не мог не запоздать, но объяснения подождут. Если ты вообще получишь это письмо, я буду впереди тебя. Спеши и нигде не останавливайся! Дела хуже, чем я думал, и погоня близка. Остерегайся всадников в чёрном и избегай их. Они опасны: твои худшие враги. Не пользуйся Им снова, ни в коем случае. Не двигайся в темноте. Постарайся меня нагнать. Не смею здесь ждать, но остановлюсь в месте, известном подателю, и буду высматривать тебя там. Передаю это следопыту по имени Топотун: смуглому, довольно сухощавому хоббиту, носит деревянные башмаки. Он мой старый друг и многое знает. Можешь ему довериться. Он проведёт тебя к условленному месту дикими краями. NB. Одо Бэггинс со мной. Спеши! Твой Г.»

Фродо поглядел на размашистый почерк: он казался столь же явно подлинным, как и печать. – Помечено средой и из этого дома, – сказал он. – Как оно к тебе попало?

– Я встретил Гэндальфа по уговору близ Аркета, – ответил Топотун. – Он покинул Бри не Дорогой, а пошёл боковым просёлком и обогнул холм с другой стороны.

– Что ж, Топотун, – сказал Фродо после паузы, – было бы куда проще и сберегло бы много времени и разговоров, предъяви ты это письмо сразу. Зачем ты сочинил всю ту байку о подслушивании?

– Я её не сочинял, – рассмеялся Топотун. – Я порядком напугал старого Гэндальфа, когда вынырнул из-за изгороди. Но он был очень рад, увидев, кто я. Он сказал, что это первая удача за долгое время. Тогда-то мы и уговорились, что я буду ждать здесь на случай, если вы окажетесь позади, пока он поспешит вперёд и попытается увлечь Всадников за собою. Я знаю всё о ваших бедах – включая Кольцо, скажу я.

– Тогда мне нечего больше сказать, – сказал Фродо, – кроме того, что я рад, что мы тебя нашли. Прости, если я был без нужды подозрителен.

Разговор идёт во многом как в первоначальной истории (с. 155), вплоть до «оседания» Фолко (Одо) под мнением о нём Топотуна.^[1] Затем следует:

– Мы все погибнем, крепкие или нет, если не случится странной удачи, насколько я вижу, – сказал Фродо. – Не возьму в толк, отчего ты хочешь впутаться в наши беды, Топотун.

– Одна причина в том, что Гэндальф просил меня помочь вам, – ответил он тихо.

– Что же ты посоветуешь? – спросил Фродо. – Не вполне понимаю это письмо: «нигде не останавливайся», говорит оно, и всё же «не двигайся в темноте». Безопасно ли оставаться здесь до утра? – Фродо поглядел на уютный огонь и мягкий свет свечей в комнате и вздохнул.

– Нет, вероятно, небезопасно – но куда опаснее было бы тронуться ночью. Так что придётся ждать дневного света и надеяться на лучшее. Но лучше бы нам выйти рано – до Заверти путь неблизкий.

– Заверти? – сказал Фолко. – Где это и что это?

– Условленное место, помянутое в письме, – ответил Топотун. – Это холм, как раз к северу от Дороги, где-то на полпути отсюда до Ривенделла.^[2] С него открывается очень широкий вид во все стороны. Но вы тронетесь почти на два дня позади Гэндальфа, и придётся идти быстро, иначе не застанете его там.

– В таком случае давайте-ка ляжем теперь, пока ещё осталось немного ночи! – сказал Фолко, зевая. – Где этот глупый малый Мерри? Только этого не хватало – выходить теперь и искать его.

Рассказ Мерри о Чёрном Всаднике, которого он увидел у трактира и за которым пошёл, отличается тем, что если в первоначальной версии (с. 161–162) Всадник проехал через деревню с запада на восток и остановился у дома (норы) Билла Ферни, то здесь:

– Он ехал с востока, – продолжал Мерри. – Я шёл за ним по Дороге почти до самых ворот. Он остановился там, у дома привратника, и мне показалось, я слышал, как он с кем-то говорит. Я попытался подкрасться, но не посмел подойти совсем близко. На деле, боюсь, я вдруг начал дрожать и трястись и пустился наутёк обратно сюда.

– Что же делать? – сказал Фродо, оборачиваясь к Топотуну.

– Не ходите в свои комнаты! – ответил тот тотчас. – Мне всё это совсем не нравится. Гарри Гоутлиф был здесь нынче вечером и ушёл с Биллом Ферни. Вполне вероятно, что они выведали, какие комнаты вам отвели.

Хотя в остальной части главы есть продвижения в подробностях к тексту FR (от с. 186, конца Главы 10 «Бродяжник», до с. 201, в ходе Главы 11 «Кинжал во тьме»), повествование этой версии третьей фазы следует первоначальному (с. 162–171) близко почти во всех точках, где то отличалось от FR, и оканчивается в той же точке.

Это теперь Топотун изобразил голову Фродо на постели подстилкой. О пони прямо сказано, что он Билла Ферни, и описан он как «костлявое, недокормленное и довольно понурое животное». Двое людей глядели поверх изгороди вокруг дома Ферни: сам Ферни и «южанин с землистым лицом и хитрым, почти гоблинским взглядом в раскосых глазах». Этот последний не отождествлён с «косоглазым южанином», что покинул трактир накануне ночью с Ферни и привратником (с. 336). В старой истории (с. 165) там стоял один Билл Ферни, которого Бинго счёл «гоблинским». Это всё ещё Топотун, у кого яблоки и кто попадает Ферни одним по носу. Аркет, Комб и Стэддл помянуты как в FR (с. 193), в согласии с тем, что сказано о них в описании Брийского края в начале Главы IX (с. 332), и замысел Топотуна теперь – держать на Аркет и обойти его с востока (ср. с. 165 и примеч. 21).

Огни в восточном небе, увиденные путниками с Миджуотерских топей, не появляются, пока вся история о передвижениях Гэндальфа в это время не была изменена. Топотун отвечает на вопрос Фродо «Но разве мы не надеялись застать там Гэндальфа?» (FR, с. 195, первоначальная версия с. 167) так:

– Да – но надежда моя довольно слаба. Прошло четыре дня с тех пор, как мы покинули Бри, и если Гэндальф сумел добраться до Заверти сам, без слишком жаркой погони, он, должно быть, прибыл по меньшей мере два дня назад. Сомневаюсь, чтобы он осмелился ждать так долго на одном лишь шансе, что вы за ним следуете: он не знает наверняка, что вы позади или получили его послания…

Он всё ещё говорит: – Есть даже некоторые из Следопытов, что в ясный день могли бы высмотреть нас оттуда, если бы мы двигались. И не всем Следопытам можно доверять…

Хронология, таким образом, такова (ср. с. 175):

– Среда, 28 сент.: Гэндальф и Одо покинули Бри.

– Четверг, 29 сент.: Фродо и спутники достигли Бри.

– Пятница, 30 сент.: Топотун, Фродо и спутники покинули Бри; ночь в Четвуде.

– Суббота, 1 окт.: ночь в Четвуде.

– Воскресенье, 2 окт.: первый день и стоянка в топях.

– Понедельник, 3 окт.: второй день и стоянка в топях.

– Вторник, 4 окт.: уход из топей. Стоянка у ручья под ольхами.

В этот день Топотун рассчитал, что Гэндальф, если он достиг Заверти, должен был прибыть туда «по меньшей мере два дня назад», то есть в воскресенье 2 октября, что отводит целых четыре дня и ночи на путь от Бри верхом.

В первоначальной версии они достигли Заверти 5 октября, тогда как в FR они в ту ночь стали лагерем у подножия холмов (см. с. 175). В нынешнем тексте мой отец удержал прежнюю историю, но затем изменил её на ту, что в FR:

К ночи они достигли подножия холмов и там стали лагерем. То была ночь пятого октября, и они шестой день как вышли из Бри. Утром они нашли, впервые с тех пор, как покинули Четвуд, ясно различимую тропу.

Вскоре будет видно, что это изменение было сделано до того, как глава была закончена.

Отрывок, что следует за вопросом Фолко «Есть ли на Заверти какой-нибудь курган?» (FR, с. 197), остаётся в точности как в первоначальном тексте (с. 169), с Элендилом вместо Валандила, и когда они достигают вершины, всё остаётся как прежде, лишь с необходимой переменой слов Мерри «Не виню Гэндальфа, что не ждал здесь! Ему пришлось бы оставить повозку, и коней, и большинство спутников тоже, я думаю, там, внизу у Дороги» на «Не виню Гэндальфа, что не ждал долго, – если он вообще сюда приходил». Но бумага, что вспархивает с груды камней, несёт иное послание (см. с. 170):

«Среда, 5 окт. Дурные вести. Мы прибыли поздно в понедельник. Одо исчез прошлой ночью. Я должен немедля идти в Ривенделл. Держите к Броду за Тролльшоу со всей быстротой, но остерегайтесь. Враги могут попытаться его стеречь. Г.»^[3]

– Одо! – вскричал Мерри. – Это значит, что Всадники схватили его? Какой ужас!

– То, что мы упустили Гэндальфа, обернулось бедой, – сказал Фродо. – Бедный Одо! Думаю, это плод притворства, будто он Бэггинс. Если бы только мы все могли быть вместе!

– В понедельник! – сказал Топотун. – Значит, они прибыли, когда мы были в топях, и Гэндальф не уходил, пока мы уже не были близко к холмам. Они не могли заметить наших жалких огоньков ни в понедельник, ни во вторник. Гадаю, что случилось здесь в ту ночь. И всё же гадать без толку: нам ничего не остаётся, как держать к Ривенделлу, как сумеем.^[4]

– Далеко ли до Ривенделла? – спросил Фродо, устало озираясь. Мир с Заверти выглядел диким и широким.

Отсюда текст следует старой версии (с. 170–171) почти в точности – с переработанной формой ответа Топотуна о расстоянии до Ривенделла, с. 171, – до конца главы, причём Топотун, Фродо и Мерри соскальзывают с вершины Заверти, чтобы найти Сэма и Фолко в лощине (где оканчивалась и первоначальная Глава VII).

Поскольку Гэндальф и Одо покинули Бри утром в среду 28 сентября, но не достигли Заверти до позднего часа в понедельник 3 октября, у них ушло даже больше, чем рассчитал Топотун (с. 355): почти шесть дней верхом, тогда как Топотун говорит (в этом тексте, как и в старом, с. 171), что «следопыту на своих двоих» нужно около недели от Бри до Заверти (в отвергнутом отрывке старого текста, с. 170, Топотун сказал, что считает это «около 120 долгих миль» по Дороге). Слова Топотуна «Гадаю, что случилось здесь в ту ночь», относящиеся к ночи, в которую исчез Одо (вторник 4 октября), показывают, что ночная стоянка у подножия холмов 5 октября вошла в повествование и что теперь был четверг 6 октября, ибо он не сказал бы «в ту ночь», если бы разумел «прошлой ночью». Хронологию, данную на с. 355, можно поэтому дополнить для этой стадии развития повествования так:

– Понедельник, 3 окт.: второй день и стоянка в топях. – Гэндальф и Одо достигают Заверти поздно вечером.

– Вторник, 4 окт.: уход из топей. Стоянка у ручья под ольхами. – Одо исчезает с Заверти ночью.

– Среда, 5 окт.: стоянка у подножия холмов. – Гэндальф покидает Заверть.

– Четверг, 6 окт.: Топотун, Фродо и спутники достигают Заверти.

Следующая глава, занумерованная XI, но без заголовка,^[5] начинается с рассказа о том, чем были заняты Сэм и Фолко (FR, с. 201), там же, где начиналась соответствующая глава VIII в первоначальной версии (с. 177).

Сэм и Фолко не сидели сложа руки. Они исследовали маленькую лощину и окружающую долину. Невдалеке они нашли родник чистой воды, а близ него – следы не более чем день-два давности. В самой лощине они нашли свежие следы костра и иные признаки малого лагеря. Но самое неожиданное и самое желанное открытие сделал Сэм. У края лощины, ближайшего к склону холма, лежало несколько крупных упавших камней. За ними Сэм набрёл на небольшой запас дров, аккуратно сложенных, а под дровами был мешок с едой. То были по большей части лепёшки крама,^[6] уложенные в две маленькие деревянные коробки, но было также немного бекона и сушёных плодов.

– Стало быть, старый Гэндальф здесь побывал, – сказал Сэм Фолко. – Эти пакеты крама о том говорят. Я отродясь не слыхал, чтоб кто, кроме двух Бэггинсов да чародея, пользовался этой штукой. Лучше, чем помереть с голоду, говорят, но ненамного.

– Гадаю, оставлено ли это для нас или Гэндальф всё ещё где-то поблизости, – сказал Фолко. – Хотел бы я, чтобы Фродо и те двое вернулись.

Сэм был благодарнее краму, когда остальные и впрямь вернулись, спеша обратно в лощину со своими тревожными вестями. Долгий путь лежал впереди, прежде чем они могли надеяться на помощь, и казалось ясным, что Гэндальф оставил ту еду, какую мог уделить, на случай, если их собственные припасы будут скудны.

– Это, вероятно, то, что ему не понадобилось после исчезновения бедного Одо, – сказал Фродо. – Но как же дрова?

– Думаю, они, должно быть, собрали их во вторник, – сказал Топотун, – и готовились ждать здесь в лагере какое-то время. Им пришлось бы пройти за ними некоторое расстояние, ибо поблизости деревьев нет.

Был уже поздний полдень, и солнце садилось. Они некоторое время совещались, как им быть. Именно запас топлива в конце концов решил их не идти дальше в тот день, а заночевать в лощине.

Текст теперь следует старой версии (с. 177–179) довольно близко. На вопрос Мерри «Могут ли враги видеть?» Топотун теперь отвечает: «Их кони могут видеть. Сами они не видят мир света, как мы, но они не слепы, и в темноте их более всего и надо страшиться». Топотун больше не говорит, что в землях к Югу от них жили Люди; не рассказано и того, что они по очереди сидели в дозоре у края лощины. Отрывок, описывающий рассказы Топотуна, – характерное сплетение старой версии (с. 179) с новыми элементами, что уцелеют в FR (с. 203):

Когда пала ночь и свет костра начал ярко разгораться, Топотун принялся рассказывать им истории, чтобы отвлечь их умы от страха. Он знал много преданий о диких зверях и понимал кое-что в их языках, и у него были странные истории о их скрытых жизнях и малоизвестных приключениях. Знал он также многие повести и предания древних дней – о хоббитах, когда Шир был ещё неисследован, и о вещах за пределами туманов памяти, из которых вышли хоббиты. Они дивились, сколько ему лет и где он выучился всем этим преданиям.

– Расскажи нам о Гил-галаде, – сказал вдруг Мерри, когда тот умолк в конце истории об эльфийских королевствах. – Ты назвал это имя недавно, и оно всё ещё звенит у меня в ушах. Кажется, я слышал его и прежде, но больше ничего о нём вспомнить не могу.

– Об этом имени тебе следует спросить обладателя Кольца, – ответил Топотун тихим голосом. Мерри и Фолко поглядели на Фродо, что глядел в огонь.

С этого места рукопись с изъяном, двух листов недостаёт, но отвергнутая страница несёт историю немного дальше, прежде чем сойти на нет:

– Я знаю лишь то немногое, что рассказал мне Гэндальф, – сказал он. – Гил-галад был последним из великих эльфийских королей. Гил-галад на их языке – Звёздный Свет. С помощью Короля Элендила, Друга эльфов, он низверг Врага, но оба они погибли. И я бы охотно услышал больше, если Топотун расскажет нам. Это сын Элендила унёс Кольцо. Но эту повесть я рассказать не могу. Расскажи нам больше, Топотун, если хочешь.

– Нет, – сказал Топотун. – Не стану я рассказывать эту повесть теперь, в это время и в этом месте, когда слуги Врага рядом. Быть может, в доме Элронда вы её услышите. Ибо Элронд знает её полностью.

– Тогда расскажи нам какую-нибудь другую повесть старины, – сказал Мерри…

Песнь Топотуна и его повесть о Берене и Лютиэн, таким образом, здесь отсутствуют, и рукопись возобновляется на «Пока Топотун говорил, они наблюдали его странное горящее лицо…» С этого места достигнут текст FR, вплоть до конца Главы 11 «Кинжал во тьме», едва ли с каким различием даже в словах, кроме таких точек: Фолко стоит вместо Пиппина; в нападении на лощину всё ещё было три Всадника, а не пять, и Фродо, бросаясь наземь, вскричал Эльберет! Эльберет!

В этом месте в FR начинается Глава 12 «Бегство к Броду», но, как и в первоначальном тексте (с. 190), нынешняя версия продолжается без перерыва до Брода Ривенделла. Соотношение строения глав между нынешней фазой и FR можно показать так (и ср. таблицу на с. 133):

Нынешняя «фаза»:

IX. Под вывеской «Гарцующего Пони». Кончается тем, что Топотун отдаёт Фродо письмо от Гэндальфа.

X. Дикими путями к Заверти. Завершение разговора с Топотуном. Нападение на трактир, уход из Бри; кончается видом Всадников под Завертью.

XI. Без заголовка. Нападение на Заверть. Путь от Заверти к Броду.

FR:

9. Под вывеской «Гарцующего Пони». Кончается тем, что Фродо, Пиппин и Сэм возвращаются в свою комнату в трактире.

10. Бродяжник. Разговоры с Бродяжником и Баттербуром.

11. Кинжал во тьме. Нападение на трактир, уход из Бри; кончается нападением на Заверть.

12. Бегство к Броду.

Как свойственно этим главам третьей фазы, нынешний текст во многом продвигается к форме в FR в подробностях слога и описания, но удерживает многие черты первоначальной версии; так, «красная вспышка», увиденная в миг нападения на Заверть, уцелела, о прорехе в чёрном одеянии Топотун всё ещё говорит лишь «Какой вред это причинило Чёрному Всаднику, не знаю», и далёкие крики Всадников, пересекающих Дорогу, не слышны, тогда как, с другой стороны, дрова, оставленные Гэндальфом, больше не сказано, что были взяты с собою, и описано омоложение пони Билла Ферни (об этих элементах повествования см. с. 190–191). Топотун теперь говорит Сэму вполголоса, но слова его иные:

– Думаю, теперь я понимаю всё лучше, – сказал он тихо. – Наши враги знали, что Кольцо здесь; быть может, потому, что они захватили Одо, и наверняка потому, что они чуют его присутствие. Они больше не преследуют Гэндальфа. Но теперь они на время отступили от нас, потому что нас много и мы смелее, чем они ожидали, но особенно потому, что они думают, будто убили или смертельно ранили твоего хозяина, – так что Кольцо неизбежно скоро попадёт в их власть.

Остальные его слова Сэму – как в FR (с. 210). – В обсуждении того, как теперь лучше быть (FR, с. 211), нынешняя версия гласит:

Остальные обсуждали как раз этот вопрос. Они решили покинуть Заверть как можно скорее. Было уже утро пятницы, и два дня, которых просило послание Гэндальфа, скоро истекали. В любом случае не было проку оставаться в столь голом и беззащитном месте теперь, когда враги их обнаружили и знали также, что Кольцо у Фродо. Как только день стал полон, они наскоро перекусили и собрались.

О «двух днях, которых просило послание Гэндальфа», см. примеч. 3 и 4.

Хронология пути остаётся как в первоначальном тексте (см. с. 192–193, 219): они всё ещё пересекли Дорогу обратно утром шестого дня от Заверти (седьмого в FR) и провели три дня в холмах, прежде чем погода обратилась в дождь (два в FR). Но отставание в один день, что оставалось между первоначальным текстом и FR (из-за их более раннего прибытия на Заверть), так что они достигали Брода Ривенделла 19 октября, теперь отсутствует (см. с. 356).

Дождь, что, по суждению Топотуна, выпал дня за два до того в месте, где они снова пересекли Дорогу (FR, с. 213), теперь помянут, но река Хоарвелл (Митейтель) и Последний Мост ещё не возникли. Река, которую они могли видеть вдали, безымянная в первой версии (с. 191), теперь получает имя: «Ривенская река, что сходила с Гор и текла через Ривенделл» (позднее в главе она зовётся «рекой Ривенделла»).

Разговор между Топотуном, Фолко и Фродо, возникающий из разрушенных башен в холмах, остаётся как в первой версии (с. 192–193; FR, с. 214).

Когда дождь прекратился и Топотун взобрался посмотреть, как лежит земля, он заметил в первой версии (с. 193), что «если будем держаться, как идём, то заберёмся в непроходимый край среди отрогов Гор». Это теперь становится: «мы заберёмся в Димрилл-долы далеко к северу от Ривенделла».^[7] Он продолжает, приближаясь к словам Бродяжника в FR:

– Это, я слыхал, страна троллей, хотя сам я там не бывал. Мы, пожалуй, могли бы пробраться насквозь и подойти к Ривенделлу с севера, но это заняло бы много времени, и еды нам не хватило бы. В любом случае нам следует последовать последнему посланию Гэндальфа и держать к Броду Ривенделла. Так что так или иначе мы должны снова выйти на Дорогу.

Встреча с Каменными Троллями следует первой версии: Топотун хлопнул нагнувшегося тролля, назвал его Вильямом и указал на птичье гнездо за ухом Берта. Всё ещё нет и намёка на Песнь Сэма о троллях, и когда Фродо увидел памятный камень, он «пожалел, что Бильбо не принёс домой сокровища опаснее украденных у троллей денег». Описание Дороги здесь почти такое же, как в Первом Издании FR (см. с. 200): «В этом месте Дорога отвернула от реки, оставив её на дне узкой долины, и жалась к подножию холмов, катясь и виясь к северу среди лесов и поросших вереском склонов к Броду и Горам».

Глорфиндель теперь зовёт Топотуна не Падатиром (с. 194), а Ду-финнионом, окликая: Ai, Du-finnion! Mai govannen! Отрывок, начинающийся с того, как Топотун подаёт знак Фродо и остальным спуститься на дорогу, встречается в двух формах, причём вторая, по всей видимости, тут же сменяет первую. Первая гласит:

– Привет и наконец-то добрая встреча! – сказал Глорфиндель Фродо. – Я был послан из Ривенделла высматривать ваш приход. Гэндальф боялся, что вы пойдёте Дорогой.

– Так Гэндальф прибыл в Ривенделл? – вскричал Мерри. – Нашёл ли он Одо?

– Хоббит с таким именем, несомненно, с ним, – сказал Глорфиндель, – но я не слыхал, чтобы он был потерян. Он ехал позади Гэндальфа с севера, из Димрилдейла.

– Из Димрилдейла? – воскликнул Фродо.

– Да, – сказал эльф, – и мы думали, что вы тоже можете пойти тем путём, чтобы избежать опасности Дороги. Некоторые посланы искать вас в том краю. Но идёмте! Сейчас нет времени для вестей или споров, пока не остановимся. Мы должны идти со всей быстротой и беречь дыхание. Едва ли в дне езды назад к западу есть всадники, что ищут ваш след вдоль Дороги и в землях по обе стороны…

Глорфиндель продолжает как в первой версии (с. 195). Замещающий отрывок отличается большей частью в малом: Глорфиндель не говорит об Одо «но я не слыхал, чтобы он был потерян»; Димриллдейл пишется так (ср. с. 360), вместо Димрилдейла в отвергнутом тексте, и реплики Мерри и Фродо переставлены местами. Важное различие – в словах Глорфинделя:

– К западу позади есть всадники, что ищут ваш след вдоль Дороги, и когда они найдут место, где вы сошли с холмов, они помчатся за нами как ветер. Но это не все: есть другие, что могут быть теперь впереди нас или по обе руки. Если мы не пойдём со всей быстротой и удачей, мы найдём Брод заслонённым против нас врагом.

От обморочной слабости Фродо и возражения Сэма на понукания Глорфинделя текст FR достигнут до конца главы почти до последнего слова.^[8] И всё же остаются некоторые различия. Лишь три Всадника выехали из обсаженной деревьями выемки позади беглецов, и «из-за деревьев и скал слева налетели другие Всадники. Трое поскакали к Фродо; трое бешено понеслись к Броду, чтобы отрезать ему путь». А в самом конце «трое Всадников повернули и бешено умчались влево вниз по берегу Реки; прочих, несомых их обезумевшими и встающими на дыбы конями, загнало в поток и унесло». Это происходит из первой версии (с. 197), где, однако, было лишь два Всадника, что спаслись из потока. Рукопись была изменена к чтению последнего абзаца главы в FR, где не спасся ни один Всадник, и это было сделано до или в ходе написания следующей главы (см. с. 364).

Первая часть следующей главы, занумерованной XII, – прямое развитие первоначальной безымянной главы IX, сохранившейся в трёх текстах, ни один из которых не идёт дальше разговора между Бинго и Глоином на пиру в Ривенделле (с. 206 и далее, 210 и далее). Новой версии дан заголовок «Совет Элронда»; см. с. 399–400. Здесь, по причинам, что вскоре выяснятся, я описываю лишь ту часть главы, что происходит из Главы IX «первой фазы». В ней текст FR, Книга II, Глава 1, «Многие встречи» достигнут на долгих протяжениях лишь с самыми малыми различиями в словах, если они вообще есть; с другой стороны, многое ещё сохранено из первоначального текста. В нижеследующем можно понимать, что там, где не сделано замечания, текст FR наличествовал в это время либо в точности, либо в близком приближении.

Дата пробуждения Фродо в доме Элронда теперь – 24 октября, и все подробности дат в точности как в FR (см. с. 219, 360). Ссылки на Сэма в тексте FR ни одна не наличествует в этой версии, как написана, до самого пира, но были вписаны в рукопись, вероятно, после не очень долгого промежутка.

Гэндальф теперь прибавляет, после «Ты начинал угасать» (с. 210, FR, с. 231): «Глорфиндель это заметил, хотя и не говорил об этом никому, кроме Топотуна», и он всё ещё говорит (см. с. 206): «Ты вскоре стал бы призраком – наверняка, если бы надел Кольцо снова после того, как был ранен». Вслед за его словами «Немалый это подвиг – пройти так далеко и сквозь такие опасности, всё ещё неся Кольцо» (FR, с. 232) разговор развит из более раннего текста (с. 210) весьма любопытным образом, естественно, всё ещё далёким от формы в FR: