Текст книги "Сессия в условиях Талига (СИ)"

Автор книги: Дана Канра

сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 33 страниц)

Как выяснилось позже, я глубоко заблуждался. В следующей пустой деревне, на которую я наткнулся люди побросали больше, чем в предыдущей, в том числе и еду. Пришлось выбирать черствый хлеб, на котором нет плесени, а лошади – довольствоваться остатками сена. Жители этих домов боялись за свои жизни больше, чем за имущество, а я слишком хотел выжить до возведения Алвы на трон, поэтому надеялся, что мои поступки не являются мародерством. В конце концов, я ничего с собой забирать не собирался.

Столь тоскливое существование тянулось довольно-таки долго, однако я устал считать дни. Главное – я пришел в норму душой и телом, решил добраться до ближайшего населенного пункта, заложить там свои перстни, которые сейчас мне нужны, как той же гнедой пятая нога. Сколько времени прошло с той ночи, как я выжил, несколько недель? В любом случае я решил перед долгой дорогой поехать погулять по окрестностям. Надор ведь большой… Надо его посмотреть, прежде чем уезжать.

И посмотрел. Первым делом наткнулся на Марселя Валме, что стоял растерянно возле какой-то дыры в каменистой земле, с растерянным и горестным видом простирая к ней руки. У него что, крышечка съехала? Излом, все дела… Но ведь он не Повелитель, особо глючить не должно, как меня, например…

– Марсель? – позвал я негромко, спешившись. – Что случилось?

– Чтоб струна звенела вечно… – промолвил он срывающимся голосом, не замечая ни меня, ни моих слов.

– Виконт, – я поводил ладонью перед его лицом, – сейчас не время впадать в транс. Здравствуйте. Вот, садитесь на камушек, – осторожно подвел его к очередному валуну, – поговорим. Что стряслось?

– Рокэ Алва прыгнул в дыру, – отрывисто ответил Валме, глядя прямо перед собой. – Или упал. Я больше ничего не понял.

Чудесно. Вот и выясни… что?! Стоп. Что он сказал?! Что Алва, являющийся Раканом, прыгнул вот в эту черную пропасть?! В голове не укладывалось… Я растерянно посмотрел на Марселя. На дыру. На Марселя. Опять на дыру. Доходило довольно-таки долго.

– Стоять, пернатая сволочь! – возопил я с праведным гневом, метнувшись к дыре. – А трон кому, кошкам?!

В дыру сигануть труднее, чем в овраг, но я все-таки сиганул, не слыша вежливых и тихих попыток ошеломленного виконта меня отговорить. Прыжок – и все затянулось холодной тьмой. Последней осознанной мыслью было то, что в этот раз мне действительно предстоит умереть.

====== Глава 100. Как обретать убежище ======

Падая в черную неизвестность, я искренне думал, что нахожусь в колодце. Или что-то вроде того, но нет, это оказалось круче. Вместо сильного удара об каменистое дно этой дыры, я вдруг оказался во дворце. Именно в королевских покоях, где на розовом пушистом ковре лежал мой бывший эр. Закрыл глаза и лежал на том месте, где упала фрейлина. Верхняя часть туловища на ковре, ноги – на мраморе. Как я попал во дворец? Но ведь я не толкал Розалин... Что касается девицы Дрюс-Карлион, то она лежала рядом с Рокэ. Такого соседства он словно бы не замечал.

– Эр Рокэ... – пролепетал я, не в силах произнести больше ничего. – Я пришел за вами. Вы...

Тут меня словно током ударило, когда он повернул голову в мою сторону. Мой эр был слеп. И тот ли это эр? И если нет, то как их различать? Оба – синеглазые, белокожие, темноволосые. А со слепым человеком я общался в первый раз. И отчего-то стало неловко.

– Окделл? Не лучшее время и место для встречи. Лучше уйдите, эрэа сейчас вернется и ей не понравится, что мы беседуем.

– Катарина Оллар не вернется! Она умерла во время родов! – почти прокричал я. – И это устроено мной, я оставил ее одну в пустых покоях... здесь... – только сейчас до сознания дошло, что совершил я тогда, по сути, чудовищный поступок, но по крайней мере, оставил ей шанс выжить. – Можно сказать, что я убил ее. Вот.

– Вот как? Роскошно, – Алва приподнял бровь. – Ладно, если твой кинжал с вепрем при тебе...

– Нет, этот куда-то потерялся... Есть другой, эр... – я достал кинжал, брошенный Карвалем.

– Тогда пройди в кабинет – там на стене должен висеть кинжал в синих бархатных ножнах. Трехгранный клинок, на нем клеймо в виде вихря. Принеси его.

– Но эр Рокэ, нам надо уходить! Вы – король! А с вашими глазами мы что-нибудь придумаем...

– Ричард Окделл!

Обойдя мертвую фрейлину, я зашел в кабинет. На шкуре черного льва было развешано оружие, в том числе и кинжал в синих ножнах. Я взял его и вернулся. Рокэ продолжал с преспокойным видом лежать. Он здесь что, спать собрался?

– Нашел? – спросил он спокойно.

– Да.

– Молодец. Теперь подойди к инкрустированному столику, который в углу. На нем лежит ключ.

– Лежит... – собственный голос показался мне затравленным.

– Сними с меня цепи.

Он еще и закован! А мне показалось, что послышался легкий звон, но нет. Рокэ еще удавалось не выдавать наличия оков моей невнимательности. Когда я был в цепях, будучи в плену, то звенел ржавыми железками без конца. И я отбросил цепь подальше, почувствовав нервное напряжение. Но очень скоро я почувствовал спокойствие, потому что эр Рокэ был рядом. Волновала только его слепота. Последствия прыжка в дыру или что-то иное? Тут Рокэ пошатнулся, поднимаясь, и я его поддержал.

– Спасибо. Полгода в кандалах – очень неприятно, – посетовал он.

– Но вы уже давно не заложник, – нахмурился я. – Лжекороль мертв, город взят! Наверное, пришел Лионель... Вы же не хотите возвращаться в Ноху?

– Нет, разумеется. А на воле слепому делать нечего. Лучшее и единственное, что я могу, это умереть. И я умру, но без цепей и от собственной руки. Еще утром я и мечтать не мог о таком счастье.

– Я вам сейчас умру! Зря я что ли расставался с жизнью?! Чтобы вытащить вас отсюда. Вы сядете на трон, и...

– Не смеши меня, Дик, – сказал он с непонятной злобой. – Все, теперь убирайся.

– Нет. Я не уйду. Либо мы уйдем вместе, либо останемся.

– Дикон, когда все уляжется, выбирайся из города и скачи в Гальтары. Анакс тебя примет.

– Вы – мой анакс! Хотя я вас и предал, но это произошло по его, Альдо вине...

– Балбес, – с отеческой теплотой промолвил Алва. – Неужели ты не понимаешь, что я не хочу жить?

– Зато я хочу, чтобы вы жили! Ради Талиго... Талига... да кошки с ним, с названием, ради страны!

– Тогда тебе придется стать вором. Если собираешься прятать слепца, по следам которого кинутся все нохские крысы, тебе понадобится много золота. Открой бюро. Там лежат королевские кошельки, а на туалете стоят шкатулки с драгоценностями.

– Хорошо.

Я нашел кошели, туго набитые монетами, а потом выбрал самые неприметные драгоценности. Алой ройи среди них не было. Потом получил задание найти в тайнике, в спальне, плащ с капюшоном и фонарь. Рокэ тем временем разбрызгал по комнате благовения, с надеждой на то, что это отпугнет собак. Когда сборы были закончены, Алва подошел к статуе мужчины с кабаньей головой, что стояла в углу, плеснул розовым маслом на ее подножие и что-то нажал. Раздался щелчок и человековепрь сдвинулся – открылся черный колодец прямоугольной формы.

– Все, Дикон, – голос Рокэ звучал тихо, – дальше будешь водить меня за руку.

– Хорошо... – от переполнивших меня страха и смятения не получилось сказать больше ничего. Ни подбодрить, ни утешить. Я прыгнул сюда, чтобы вывести наружу Алву, а попал в какие-то глюки. Или нет? Время покажет... Но ведь Рокэ сейчас должен быть далеко от Олларии, так зачем вернулся в столицу?

Лестница оказалась узкой и крутой, а фонарь светил плохо. Я шел впереди и держал Рокэ за руку, стараясь идти как можно более осторожно. Этот ход был очень старым. Очередная “дорога королев”, вроде той, по которой убежала Бланш с маленьким Эркюлем Приддом, не иначе, но Катарину она не спасла. Свет фонаря плясал на бесконечных ступеньках, а я больше всего боялся упасть. Мы спустились в какие-то подземелья. Над головой – толщи земли и камня, но раз это просуществовало так долго, то вряд ли обвалится, так что я не боялся.

Наконец, лестница кончилась, но спускаться мы продолжали. Стало еще более сыро, с глухим стуком разбивались падающие с низкого потолка тяжелые капли воды. Если это смерть, то довольно интересная. Что будет дальше и есть ли где-нибудь тут настоящий Рокэ? А то, кажется, я в них запутался.

– Эр Рокэ, куда мы идем?

– Надеюсь, что домой. Или что-то вроде того. Пока смотри под ноги.

Это да, из-за бесконечных выбоин, выступов и щербин я рисковал подвернуть ногу, к тому же постоянно спотыкался здесь. Фонарь – плохой помощник. Несколько раз я мог бы упасть, если бы Алва не держался за мою руку. Рокэ же начал сначала насвистывать, а потом тихо напевать. От этой песни становилось гораздо легче на душе и растворялся страх.

– Мы уже под рекой, эр Рокэ?

– Мы уже.

Потом мы вместе искали черепки разбитой амфоры. Точнее, искал я, освещая землю и пытаясь нашарить черепки, а Рокэ указывал, где приблизительно это может быть. И вот, наконец они показались. Рокэ сделал широкий шаг вперед, присел, ощупал пол и стал что-то делать, но я не видел, что именно. Он напевал при этом песню, слова которой были мне уже знакомы.

Судьба моя – звездный иней,

Звезда над дорогой дальней,

Звезда над долиной синей,

Звезда на холодной стали…

– Идите ко мне, только медленно. Держитесь стены и представьте, что вы наполовину в ней. Ноги ставьте друг за другом. Пятку к носку, носок к пятке, и тихо.

– Сопеть можно?

– Нельзя. Все потом.

Я осторожно пошел вперед, надеясь на удачу. В голове звенело. Песня не прекращалась, но пел ее уже не Рокэ, она звучала в памяти. Очень хотелось поверить, что мы все-таки выберемся отсюда. Главное – не отступаться, не оглядываться.

– Вы при шпаге?

– Нет, эр Рокэ. Отобрали.

– Я вам не эр, молодой человек, попробуйте это запомнить. Сколько от нас до осколка с ручкой?

– Шага полтора. Точнее больше моего шага, но меньше двух.

– Тогда марш за угол.

– Может лучше я?

– Кыш за угол, говорю.

Шагнув за угол, я замер, не видя, что делает Алва. Не хотелось навлекать на себя его гнев после того, что уже случилось. А песня продолжала звучать глухим отголоском чего-то звонкого. Я закрыл глаза и ничего не видел, лишь слышал неясный шорох. Здесь не страшно, даже несмотря на то, что Рокэ слеп. Ой. И тут он бросился ко мне, встал рядом и стиснул мою руку, давая понять, что настала пора остановиться. Раздался треск и грохот – с потолка повалились древние плиты, замуровывая проход навсегда. Теперь ни одна королева не сможет убежать дорогой королев, потому что ее не стало.

Как зачарованный, я слушал ворчание упавших мокрых камней, недовольных, что их потревожили. Что-то говорили про Зверя, про Смерть. Про Скалы, но я не расслышал. Слишком глухо бормотали.

– Ричард. Идемте. Теперь близко, да и дорога получше. Когда упремся в дверь, найдете четыре гвоздя. Два ближайших к замку и два у средней петли. На них надо нажать одновременно. Дайте мне руку.

Сжав ладонь Алвы, я, не оглядываясь, зашагал в тоннель. Здесь все было обшито досками, исчезли ямы и выбоины, идти стало куда легче. Рокэ рассказал, что недалеко располагается тайное убежище Катарины, собственно, туда мы и направляемся. Слуг в доме не было, сам он заколочен и заперт, а осенью какая-то вдова, нанятая самим Алвой, приедет наводить порядок. Рассказав мне все это, Рокэ стал петь.

– Расскажи мне о море, моряк, ведь из моего окна я не вижу его. Расскажи мне о море, моряк, ведь я ничего не знаю о нем… Расскажи мне о море, моряк… Расскажи…

Наконец, мы вышли к двери. Кхм. Четыре гвоздя, значит? Их тут, судя по всему, сорок четыре! Но, если побороть истерику, можно разглядеть две пары восьмиугольных шляпок, отличающихся от остальных. Я, подумал, надавил пальцами на медные звездочки и раздался щелчок. Потом нажал на дверную ручку, навалился на дверь. Все. Мы куда-то пришли, а куда – Чужой его знает.

====== Эпилог ======

– Идите вдоль стены, – велел Рокэ. – Там будет еще одна дверца, она запирается на обычный засов. За ней – потайная лестница и дверь с леопардовыми мордами. Надавите правой морде на оба глаза и потяните кольцо на себя. Там найдете ключи.

Я поспешил выполнить все, что он сказать, чтобы забрать тяжелую связку ключей. Самый большой был от первой двери. Потом Рокэ сказал, что будем жить в левых комнатах, они выходят окнами на внутренний двор и нас там никто не заметит. Чудесно. Но что это все-таки за место? Посмертное чистилище? Я не сомневался, что умер. Совершив прыжок на такую глубину, я, вероятно, сломал себе руки, ноги, да и шею заодно. Пройдя в дальнюю комнату, бывшую спальней. Я открыл замок, вдохнул запах гиацинтов. Как он сохранился? Рокэ, придерживаясь за стену, добрел до камина и устало рухнул на золотистую шкуру льва.

– Посмотрите в окно, скорее всего, там, на улице, давно стемнело.

Окном Рокэ назвал щель между ставнями. И правда – совсем темно.

– Скоро ночь, – предположил я неуверенно.

– До утра мы не дотянем, – Алва поежился. – Затопи. Дрова или в ящике у камина или придется спуститься.

Ох. Как-то раз, в прошлой жизни, я принимал участие в затоплении печки, а что делать тут? Спичек нет, зажигалки – тем более, но ведь и времена соответствующие. Оглядевшись, я увидел ящик, окованный медью, в котором лежали поленья, а в корзинке рядом – еловые шишки, лучина, огниво и трут. Что-то из серии “сделай сам”. Вот я и принялся делать, усевшись на полу и громко сопя от напряжения. Час или около того я потратил на зажигание камина, и вот, наконец удалось. Рыжий огонь затрещал, разгораясь, я же зажег еще несколько свечей, потому что сидеть в потемках совсем не радостно. Присмотревшись, я увидел на светлом деревянном полу кровавые следы. Но я обут. Рокэ?.. Я внимательно посмотрел на его босые, сбитые в кровь ноги и мое сердце сжалось. Хорош эорий! Надо было предложить ему свою обувь...

– Я найду мазь для ваших ног, – решительно сообщил я.

– Это пустяки. Не сказал бы, что здесь жарко.

– Огонь еще не разгорелся. Я сейчас принесу вино. Здесь есть одежда?

– Нет. А вино давайте. Поищите в буфетной, – указал он, прикрыв глаза ладонями.

В буфетной – двенадцать запечатанных бутылок и кувшин с касерой. Отлично, может, мой бывший эр, выпив, придет в себя. Схватив одной рукой бутылку, второй – кувшин, я понесся, громко топая, обратно. Налил себе вино, Рокэ – касеру, как он попросил. И только выпив, ощутил, как сильно замерз сам. Странные мысли наплывали с потрясающей быстротой. Это дом Катарины... как проверить, настоящий ли Рокэ?.. Что делать дальше, если он – всего лишь фантом, мираж? В полузабытье мерещился голос Катарины, что говорила какие-то гадости. Я не слушал. Потом вспомнилось кольцо с молнией. Это... это не Эпинэ! Перстень Ариго...

– Юноша, если вы собрались спать, пожелайте хотя бы спокойной ночи.

– Я не сплю, – отозвался я тихо. – Меня развезло немного.

Алва молча протянул руки к огню. Его больше не била дрожь – касера помогла. Подвинувшись к нему, я сел рядом с Алвой и тот вскоре обнял меня за плечо.

– Рокэ, почему вы тогда не дали мне отобрать у вас вино?

– Хотел спасти вас от участи отравителя королевы и старика, – просто ответил Алва.

Угу, хотел. А как понимать наличие кольца и кинжала во врученном Хуаном ящике? Впрочем, я в этом уже успел сильно запутаться и поэтому не стал спорить. Рокэ попросил у меня кочергу, я, недоумевая, нашел и вручил ее бывшему эру. Он же свернул ее в кольцо и отбросил. Значит, жива в нем еще силушка молодецкая! И славно.

– Налейте мне еще и прогуляйтесь по дому, – посоветовал Рокэ. – Вам здесь жить, хоть и недолго.

– Эр Рокэ, вы были неправы. Штанцлер и Катарина хотели, чтобы я вас убил, а вы лишь упростили им задачу.

– Очень мило с их стороны, – объяснять причину такого поступка Алва явно не собирался. – Вы делали все верно, юноша, делая вид, что верите им, но они бы выкрутились, а вас убили бы, как Джастина Придда. Все. Идите спать.

– Не пойду! Сказали “а”, говорите и “б”! Что там с Джастином? Даже если бы нарисовали картину, то у меня нет столь же влиятельной родни, как у него. Ничего бы со мной не случилось. К тому же, я вас просто уважаю, а он любил вас.

– Ненавидел, – поправил меня герцог. – Чем-то смахивал на вас, но только страдал от любви к не менее страдающей королеве. Будьте любезны, налейте.

Я налил еще, теперь уже вина. Разумеется, в эти сказки Катарины я никогда не верил, но проверить Рокэ стоило. Хотя, что толку его теперь проверять? Все слишком сложно и запутано из-за грядущего Излома. И слушать теперь похвалы Рокэ Алвы было невыносимо, потому что я все-таки предал его. В суде, не выдержав натиска со стороны Альдо... Я старался быть хорошим оруженосцем, старался придумать идеальный план по вытаскиванию Рокэ из плена, только все пошло прахом.

– Вам и впрямь стоит послушать про Джастина. Наследник Вальтера стал очередной игрушкой Катарины. Он на нее молился, пока не узнал что-то, отчего сломя голову сбежал на войну. Дурак лез в самое пекло, пришлось держать его при себе. Юноша был готов меня убить, но ее величество была далеко, и отраву ему никто не подсунул. С кинжалом он на меня однажды бросился, было дело… Потом он пообвык и, к своему несчастью, решил, что я не столь уж и плох. После того как мы чуть не утонули во время переправы, граф Васспард стал смотреть на меня так, будто хочет что-то сказать. Это заметили, вернее, заметил. Килеан… Джастина вытребовали домой, назад он не вернулся. Килеан заплатил за Джастина, вместе с братьями Ариго, хотя у этих долгов поболе… Ты слышал про картину. Источник мог быть лишь один – Катарина. Она знала все мои родинки и все родинки Джастина. Я стал искать художника и почти нашел.

– Почти?

– Его убили, но не его собутыльников. Один вспомнил, как описывали внешность “Марка” и “Лакония”. Это был ментор братьев Ариго. Катарина часто повторяла однажды удавшееся, но, поскольку Эстебан был вашим другом, ей не удалось осуществить затеянное. А другая, подходящая на роль сплетника персона, попросту не подвернулась ей под руку.

Рокэ снова прикрыл слепые глаза ладонями, потом провел по бровям к вискам. Когда мы с ним впервые разговаривали, во время спасения моей погрызенной руки, он тоже сделал этот жест. Сколько времени прошло с того дня... Очень и очень много. Несколько лет. А кто я теперь – Ричард Окделл или Дима Сергеев? Вариант “два в одном” невозможен, поскольку слишком много событий произошло именно с Ричардом.

– Рокэ, вы слишком много пьете, – забеспокоился я, увидев, как он наливает себе четвертый стакан касеры. – Может, лучше не надо?

– Ты знаешь, чего я хочу на самом деле. Чтобы ты оставил меня в покое, – тоскливо и глухо ответил Рокэ. – А не возился со мной, как с малым ребенком, чтобы потом возвести на трон. Слепой король – как ты это себе представляешь?

– Я справлюсь!

– Упрямец, – вздохнул Алва, перебираясь в кресло.

На меня снова нахлынули горестные воспоминания о том, как все мои попытки пошли прахом, и я заплакал, как после смерти Удо. Помню, как Мирабелла неустанно твердила младшим хныкающим дочерям, что Окделлы не плачут, но я все еще не мог почувствовать себя полноценным Окделлом, как ни старался. Я умер, а дух того Ричарда, что жил в этом теле до меня, слоняется где-то в посмертии. Вероятность того, что мы когда-либо встретимся, так же, как и того, что я вернусь в жизнь, равна нулю. Со сломанной шеей и разбитой головой не живут. Я умер так, как умерла Розалин... почти так же...

– Дикон! – очевидно Алва услышал мои всхлипывания.

– Что? – я безнадежно вздохнул, шмыгнув носом.

– Принеси мне поесть.

– Вы же не хотели... – вставать и отходить куда-то от огня уставшему и разморенному теплом мне не хотелось.

– И не хочу. Прекрати реветь. Хватит, я сказал! Потом будем жалеть себя, на сытый желудок.

– Но...

– Ричард Окделл!

– Лады, – буркнул я, вытирая слезы. Горе в душе ушло на второй план, я выплакался и теперь чувствовал себя просто подавленным.

– В жизни бывает всякое, но пока ты хоть что-то можешь, она продолжается. Когда от тебя не будет никакого толка, как вот от меня теперь, покончи со всем разом, но не раскисай. Никогда! Что ты обливаешь слезами?

– Неудавшуюся жизнь, – ответил я честно. – Рухнувшие планы и мечты. Свою жену Мэллит, которая теперь осталась вдовой. Погибшую ни за что фрейлину. Она оступилась и подвернула ногу, а бандиты Карваля решили, что я ее толкнул.

– Несправедливостей полно, оруженосец, но они не стоят того, чтобы из-за них лили слезы. Налей мне и себе заодно. Мы с тобой давно не пили. Повода не было.

Машинально выполнив его просьбу, я поискал взглядом кочергу. Ее не было в поле моего зрения. Пошевелить угли, чтобы камин не затухал и не остывал так быстро? Рокэ молчал, не просил ни о чем, не желал ничего, кроме покоя. А может и правда, к тварям закатным всю эту задумку с троном? Последний Ракан покалечен физически и морально, он вряд ли способен управлять Золотыми Землями и Кэналлоа впридачу. Но кто бы мог знать, что столько моих усилий уйдет в никуда? Все тщетные попытки и будущее рода Ракан сгорели в этом камине, как завещание, сожженное Альдо Раканом. Рокэ молчал, не желая больше беседовать со мной и я, махнув рукой, вспомнил о его совете побродить по дому. Заодно, может, найду новую кочергу. Сдалась мне эта чертова кочерга.

Не помня себя от злости и досады, я раздвинул дверную портьеру. И тут же отшатнулся от неожиданности, потому что увидеть стоявшего на пороге Альдо никак не входило в мои планы. Однако здравствуйте. Пошто приперся, товарищ белоштанный? Я на всякий случай попятился к огню, под звук мерзко знакомого смеха.

– Ну и в дыру ты забился! – оценил Альдо, окинув пристальным взглядом спальню. – Сказать, что я думаю об изменниках?

– Делайте, что хотите, – отозвался я. – Вы больше никому не нужны, в вас никто не верит. И если я предал, то совсем не вас.

– И все же ты мне нужен и немедленно.

– Для чего?

– Мы пойдем в Гальтару, – так называемого анакса понесло по кочкам и маленьким дорожкам, – и я там обрету древнюю силу!

– Альдо! – тут я хотел снова выпалить про родство собеседника с Приддами и поведать о выкрутасах королевы Бланш, но прервался на ровном месте кое-что подметив. – Альдо, а почему на тебе не белые штаны?

– Потому что мне не до нарядов, Надорэа, – не задумываясь, ответил он.

– Альдо, а почему у тебя глаза не голубые, а лиловые в отблесках огня?

– Нормальные глаза! – возмутился Альдо.

– Ненормальные.

Надо было еще задать вопрос, почему у него такие большие зубы, но это явно будет не в тему, поскольку с зубами у него пока проблем не наблюдалось. Я оглянулся на Рокэ – тот, как сидел, так и продолжал это делать. Они с Альдо друг друга не заметили. Но я не пойду с Альдо. С одной стороны, надо бы в Гальтару, может древние силы помогут Алве восстановить зрение и желание жить? Надо расспросить его об этом. Но говорить Альдо, кто настоящий Ракан, я не стану. Пожалуй, лучше просто уговорить его взять Рокэ с собой, как проводника, а уж в Гальтаре я сумею лжеанакса обезвредить.

– Пойдемте, – слукавил я. – Но только с Рокэ. Во-первых, он знает про Гальтару и пути в ней, во-вторых, я слепого не брошу.

– Такого гуманнее добить. Ты же не собираешься сказать, что нам с ним по пути?

– Я это уже сказал.

– Тогда отрекись от Скал и подавай вино, кому хочешь.

– Постойте! – я подскочил к Алве и заставил подняться. – Я дам ему свою обувь и буду вести, а он нам расскажет... Эр Рокэ, – добавил совсем тихо, – это не Альдо, а изначальная тварь.

– Прекрасно, юноша. И вы хотите, чтобы у твари был выбор?

Да, действитетельно. Значит, мне идти в Гальтару нельзя, пусть он и знает о ней. Вдвоем с Рокэ пройдем, если он прозреет. Ведь дальнейший путь ему должен быть известен… наверное. В противном случае, наймем какого-нибудь гогана-провожатого.

– Ричард Надорэа, ты слуга или Повелитель?

– Повелитель, – ответил я, – который служит своему господину Рокэ Ракану. У вас есть с собой реликвии, чтобы в Гальтару идти, Альдо? Нет? Тогда давайте до свидания.

Но Альдо прощаться не хотел – он стоял и смотрел пристально на меня, и такое внимание к своей персоне как-то пугало. Заставляло дрожать. А Рокэ ничего не видел, ничего не знал о том страхе, который я испытываю, и вряд ли бы смог помочь, если что. Тем временем глаза из голубых стали по-настоящему лиловыми, в них мелькнуло нечто жуткое. Зашипев, тварь бросилась на меня.

– Эй, спокойно! – крикнул я, отскочив в сторону. – Не шипеть мне тут! Сказал не пойду, значит не пойду! Совсем придворные манеры растеряли, Величество. Хотя, ты даже не Величество…

Кинувшись на меня снова, тварь вдруг зашипела и исчезла. Обернувшись, я увидел, что исчез и слепой Рокэ, и потрескивающий в камине огонь, и все, что окружало нас с ним до этого. А я снова остался в кромешном мраке, не зная теперь, в какую сторону мне идти и что делать. Мысли – ни одной, во всяком случае, здравой.

А потом свет вспыхнул ярко, так, что стало больно глазам, и на этот раз он был не рыжим, а скорее белым. Не нет, я не оказался внезапно в Рассветных садах, это просто пришел Леворукий. Ринальди Ракан, кем он, наверняка и являлся по моим выводам, относился к древнему королевскому роду, хоть и к побочной его ветви, а потому не любил сидеть в темноте.

– К тому же, – добавил он, – иногда мне кажется, что в прошлой жизни я видел слишком много темноты.

– Что ты сделал с Эстебаном?! – взвыл я, на него бросаясь.

– Тише, – белокурый мужчина поморщился и легким движением руки отшвырнул меня в стену. – Как тебя мой дальний родственник головой таким же образом о камни ударил, так ум из тебя и вышел.

– Неправда, – возмутился я, кое-как поднимаясь и потирая ушибленный затылок. – Я делал все, чтобы…

– Юноша, – послышался усталый голос, не давший Леворукому ответить мне. – Что стало с вашим другом, это известно одному Создателю, а нам с вами лучше уйти.

Эр Рокэ! Живой! Прозревший! Не помня себя от счастья, я кинулся к нему, но остановился на полпути. Вгляделся в глаза. Не лиловые – синие. Прекрасно, а теперь что делать? Кажется, Леворукий знает ответ, но что-то боязно с ним теперь разговаривать. Злые они, Раканы, какие-то. Нервные. Пить меньше надо и больше кушать.

– Идите в Гальтару, – распорядился Чужой, – реликвии у Рокэ, там призовете древние силы и раттоны разбегутся. Не сразу, правда. А то взяли моду – в дыры прыгать… Потом – один поедет в столицу, то есть Рокэ, другой останется в Надоре. За то, что Надорэа рискнул жизнью ради своего короля, Абвений Литт вернул ему владения, а жена твоя, Окделл, скоро будет там. Все, марш отсюда, а то мне еще в Закате котов кормить, – посетовал Зеленоглазый.

И вот, мы снова шагаем по каменным извилистым коридорам, вдыхая затхлость и сырость, зато вполне себе живые. Это позволяет мне подумать о том, что сессия в этом странном мире практически закрыта, чего не скажешь об зачете по истории, и сдал ее я почти блестяще. А насчет грядущего заключительного экзамена в виде гальтарских похождений волноваться уже не хочется, да и незачем.