Текст книги "Драйв Астарты"

Автор книги: Александр Розов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 149 (всего у книги 166 страниц)

– Слишком примитивно, – заметила Фрэн.

– Примитивно, – согласился Палфри. – А твоя версия?

– Я не знаю, Стью, но по-моему это чья-то очень большая и очень грязная игра.

– Точно, Фрэн! – Объявил Бертон Улкерт, появляясь на мостике. – Это мировая плутократия, однозначно. Папа был слишком яркой фигурой, и его убрали.

Капитан вздохнул и погрозил ему пальцем.

– Когда-нибудь ты доиграешься, Берт. Какая-нибудь штабная крыса напишет в твоем досье «убеждения – коммунистические» и у тебя будут проблемы с карьерой.

– Никак нет, сэр! В Гренландии либертари-комми считаются в рамках лояльности.

– Что ты все время умничаешь, Берт? – Проворчал Палфри.

– Извините, сэр! Больше не повторится! Буду старательно тупить!

– У тебя не получится, – подначил его Инсвик.

– Ещё как получится!

– Попробуй, – лаконично предложил капитан.

– Слушаюсь, сэр! Если на маломерном судне найдется коран, то, значит, Папу сбили исламисты. Если «Капитал» Маркса – то комми. А если нет никакой книжки, то Папу сбили антарктические пингвины, потому что они не умеют читать, сэр!

Палфри утвердительно покивал головой.

– Очень хорошо. Вот ты и поищешь там книжку.

– Э… В каком смысле, кэп?

– В прямом. Бери штаб-сержанта Гэго и летите на тактическом геликоиде туда. Ты назначен шефом группы поиска. В группе: ты, Гэго и два оператора дронов: Нлиа и Шаони. Девчонки… В смысле операторы, понятно, остаются здесь, но управлять их действиями будешь ты, находясь непосредственно на месте. Дроны окажутся там примерно через 40 минут. Ты должен грамотно поставить задачу операторам.

– Понял, кэп. А что надо искать в первую очередь?

– В первую очередь, – многозначительно произнес Палфри. – Уясни, что вам не надо искать. Не надо искать на свою жопу приключений. Эта маломерная дрянь лежит в дрейфе, она не пытается уйти и скрыться. О чем это, по-твоему, говорит?

– Одно из двух, кэп. Или у них действующая лицензия на отстрел Римских Пап, что маловероятно, или это одноразовый плавучий робот-стрелок. Его просто бросили.

– Просто бросили? Включи мозг, Берт!

– Бросили с самоликвидатором, – уточнил Улкерт. – Или, может, он заминирован.

– Верно. Поэтому вам надо взять спайдер-робота, десантировать его на эту штуку, передать дистанционное управление роботом сюда, и мы все обследуем. Вы должны оставаться на безопасной дистанции, пока мы не скажем, что все ОК. Теперь насчёт времени. Вы долетите за 3 часа, а «Loki» и «Fenrir» подойдут через 14 часов. Итого: интервал 11 часов. Приводнитесь ближе к месту падения самолета и каждые 2 часа выполняйте облеты вокруг этой штуки и вокруг обломков «Embraer-Ferry», чтобы посмотреть, не происходит ли что-нибудь этакое, чего не заметили девчонки через телекамеры дронов. И держите связь с бразильцами. Их «AWACS» будет рядом.

…

Центральная Атлантика. 9 С.Ш., 30 З.Д.

Ночной океан для человека за бортом превращается в нечто наподобие подземного царства Аида из античной мифологии. Темнота, только усугубляемая светом звезд, который создает неясные блики и тени на волнах. Окружающее пространство может показаться огромным черным водяным мешком, объединяющим и воду, и небо, а сознание того, что внизу – тысячи метров тьмы, населенной подводными монстрами, способными закусить человеком, как шоколадным батончиком, никак не добавляет оптимизма. Ужас – паника – апатия. Такова обычная последовательность состояний, которые проходит индивид, оказавшийся в такой неприятной ситуации.

Все сказанное выше относится к стандартному индивиду, или даже не индивиду, а массовому продукту урбанистической культуры условно-западного образца, или к продукту другой массовой культуры, воспринимающей природную среду (особенно океанскую и особенно в темное время суток), как имманентно-враждебную. Но если индивид порожден натуралистически-ориентированной культурой или (как вариант) переориентирован на объективное отношение к природе, тогда другое дело.

Хавер де Гамбоа, Папа Климент XV (в прошлом – офицер спецназа военной разведки Бразилии, имевший опыт боевых действиях в джунглях, в болотах и в прибрежной акватории) относился как раз к последней категории индивидов. Он объективно и конструктивно оценивал ситуацию, и (как грамотный боевой офицер) не забывал о необходимости «морально поддерживать личный состав» (см. памятку командиру, выполняющему автономную боевую операцию). Если бы не чёткие приказы Папы, «Личный состав» (пилот Грего Аркандэ и штурман Бенито Сантено) перешел бы в категорию «необратимые потери» примерно три часа назад, когда «Embraer-Ferry» дернулся в воздухе, а через пару мгновений стало ясно, что правый движок разбит вдребезги. До перехода полета в падение было несколько десятков секунд. С одной стороны – очень мало, а с другой – гораздо больше, чем предусмотрено нормативом: «Действия спецподразделения при аварии воздушного транспортного средства на оперативном маршруте». Накинуть надувной жилет, надеть парашютный ранец и сваливать на хрен – вот и все действия. Казалось бы, ничего сложного, но в реальной ситуации далеко не все способны выполнить это без предварительной тренировки. Аркандэ и Сантено, в недавнем прошлом служащие военно-транспортной авиации, умели выполнять этот норматив, но растерялись от неожиданности. Только вовремя отданный приказ в сочетании с крепким подзатыльником подтолкнул их к нужным действиям. В результате они не превратились в куски свежего мяса среди обломков самолета, а стали живыми организмами, плавающими в океане в компании Папы.

Итак, в данный момент Хавер де Гамбоа «морально поддерживал личный состав».

– Вы, мальчики, – произнес он лежа на спине так, что над водой иногда торчало его оранжевое пузо, точнее, пузо спасжилета, – …не понимаете, как вам обоим повезло. Господь лично для вас совершил чудо. Снаряд, направленный в наше транспортное средство, не привел к немедленному разрушению, и вы не получили даже царапин.

– Но почему Господь не мог устроить, чтобы снаряд вообще прошел мимо? – Робко спросил Аркандэ, сплевывая соленую воду.

– Ты совсем обнаглел, Грего? – Поинтересовался Папа. – Ты думаешь, Бог должен обслуживать тебя, как VIP-клиента? Подавать тебе авто к дверям, смешивать тебе коктейли, разбираться с твоими женщинами, к которым ты, кстати, относишься по-свински? Ты так думаешь, засранец? Отвечай, когда я спрашиваю!

– Простите, дон Хавер, я ничего такого не имел в виду. А на счет женщин, я тут не виноват. Откуда я знал, что эта дурочка Лита залетит? И какого черта она ничего не сказала мне, а вместо этого позвонила Белли? Белли не то, чтобы очень ревнивая, но услышать такое по телефону… А потом я прихожу домой и получаю по лбу этой бутылкой. Хорошо, что вскользь, а то бы я не отделался синяком на фасаде…

Пилот замолчал – очередная волна плеснула ему в лицо и вынудила отплевываться. Климент XV ткнул его пальцем в плечо и сообщил:

– Во-первых, ты неправильно надел спасжилет. Распредели его по телу и застегни на поясе, тогда тебя не будет болтать, как дерьмо в сортире, а когда ты снова раскроешь пасть, тебе туда не забросит полпинты воды. Во-вторых, ты закономерно получил бутылкой по морде. Если ты завел любовницу, что, кстати, грех, то ты должен был сделать так, чтобы она не познакомилась с твоей женой, или же познакомить их сам, чтобы это не произошло в неудачный для тебя момент.

– А я тебе говорил: не заводи постоянных любовниц, – вмешался Сантено, – я вот не завожу постоянных, и моя Камилла ничего не знает. Очень даже замечательно.

– Балбес! – Сказал ему Папа. – Будь у твоей жены побольше логики, ты бы уже сто раз попался. Но твоя жена просто золото. Веселая, симпатичная, хорошо готовит, любит детей и совершенно не умеет логически мыслить. Зачем ты вообще ей изменяешь?

– Ну, не знаю… – Произнес штурман. – Оно как-то само получается. И потом, все так делают… Дон Хавер, а я вдруг подумал: что, если я дам обет?

– Это какой ещё обет? – Удивился Климент XV.

– Ну, такой, что если мы выберемся из этой передряги, то я больше не буду изменять своей жене. Может, Бог услышит и пошлет какой-нибудь корабль, как вы думаете?

Папа немного покачался на воде и попробовал, в порядке тренировки, разглядеть появляющиеся над волнами пальцы ног (ботинки и носки, разумеется, были давно сброшены). Добившись в этом успеха, он ответил на вопрос штурмана.

– Бенито, ты балбес, как я уже сказал. Какой толк в обетах, которые ты даешь, когда находишься объективно в жопе и мечтаешь, чтобы Господь тебя оттуда вытащил? Никакого толка. Вот если, по возвращении домой, сидя в вечернем клубе и глядя на симпатичных девчонок, которые крутят попками и сиськами, ты вдруг поймешь, что клеиться к ним будет нечестно по отношению к Камилле, тогда другое дело.

– С чего это я в вечернем клубе вдруг такое пойму? – Совершенно искренне удивился Сантено, – вот если бы вообще не ходить в этот клуб… Но куда тогда ходить?

– А ты попробуй пойти в вечерний клуб с Камиллой, – предложил Папа.

– Ну вы и скажете, дон Хавер! Кто же в такой клуб ходит с женой?

– На ней не написано, что она твоя жена. Иди с ней в клуб, как если бы ты её склеил.

– А потом? – Растерянно спросил штурман.

– Потом в парк, или на пляж, или на чердак, я не знаю, как у вас теперь принято. Вот увидишь, Бенито, какой получится интересный эффект.

Сантено замолчал, сосредоточенно пытаясь вообразить себе действия с собственной женой, рекомендованные Климентом XV, а пилот Аркандэ вздохнул и спросил:

– Мне-то что теперь делать, дон Хавер? В смысле, с Белли и Литой?

– По-моему, – сказал Папа, – ты на данный момент сделал все, что мог. Лучше пока ничего больше не делай, а то снова получишь по лбу, но не вскользь, а фронтально.

– Как? Совсем ничего не делать? – Уточнил Аркандэ.

– Совсем, – твердо сказал Климент XV. – Тебе, болвану, повезло, что тебя любят две толковые женщины, и что они сами решили между собой договориться. Но если ты начнешь встревать в это, то тебе так разукрасят физиономию, что ты сможешь идти работать в Голливуд играть инопланетных монстров без грима. Когда ты вернешься домой после того, что сегодня произошло… Я не буду сейчас читать тебе лекции по женской психологии. Когда мы доберемся до телефона, ты сам поймешь.

На поясе у Папы висел отличный спутниковый телефон, но именно сегодня связь временно отсутствовала по причине войны между Альянсом и Нуэва-Гранада.

– Дон Хавер, а нас правда найдут? – С надеждой спросил Сантено.

– Мальчики, вы уже двадцатый раз об этом спрашиваете, – проворчал Климент XV и, подняв правую кисть, посмотрел на светящийся циферблат часов. – Я двадцатый раз объясняю: найдут, если мы все сделаем правильно и вовремя. Вовремя это в данном случае значит: через четверть часа.

…

Через четверть часа, тремя милями севернее.

Флайер-геликоид «Paja» на поплавках-шасси медленно дрейфовал на юго-запад. Два широких полукольца ротора имели значительную площадь и работали, как парус. Лейтенант Улкерт и штаб-сержант Гэго перекуривали, заодно наблюдая по монитору процедуру обследования роботом-спайдером маломерного судна-автомата, которое представляло собой типичную «пляжную» скоростную моторку: 4 метра длиной со стеклопластиковым корпусом и тканевым тентом кабины. В тенте – вырез, вполне достаточный для работы компактного противовоздушного комплекса «Startracker», размещенного в кабине на турели. Управление турелью, как и управление самой моторкой – от обычного ноутбука с встроенным GPS и приставкой-гирокомпасом. Экипажа не было, зато рядом с турелью на видном месте лежала книга в зеленом переплете с золотой надписью «Al Koran», продублированной арабской вязью.

Когда обложка книги появилась на экране, Бертон Улкерт неудержимо заржал.

– Гэго, ты понимаешь, как это трогательно? Оставить стрелковому роботу Коран! Наверное, бородатые исламисты рассудили, что этот робот перед ответственным выстрелом по самолету Римского Папы захочет обратиться к священной книге!

– Исламисты – они тупые, да, – сосредоточенно произнес штаб-сержант. – Но они не бросают свою исламскую книгу просто так. Я думаю, её бросил кто-то другой.

– …И этот кто-то, – добавил Улкерт, – или нас считает дебилами, или сам дебил.

– Может быть, так, – согласился Гэго, – а, может быть, иначе. Может быть, это очень хитрый исламист, который подумал: Я брошу исламскую книгу, и все подумают: «конечно, это сделали не исламисты». Вот такая специальная хитрость.

– Ты сам-то веришь, что это возможно? – Скептически поинтересовался Улкерт.

– Ни хера не верю, нет, – ответил Гэго. – Если бы исламисты хотели сказать, что это сделали они, то позвонили бы на какое-нибудь TV. А если бы исламисты не хотели признаваться, что это сделали они, то поставили бы на эту моторку мину.

– Вот-вот, – Улкерт кивнул. – А ещё меня удивляет знаешь, что? С корпуса пусковой установки «Startracker» не сбит заводской номер, и мы можем узнать, откуда она.

– Очень глупый дурак делал этот теракт, – задумчиво проворчал Гэго.

– Или очень умный говнюк, – высказал предположение Улкерт.

– Кого-то сильно-сильно подставили, – заключил Гэго. – Скажи, Берт, как быстро мы можем узнать, кто покупал на заводе dick с этим номером?

– Один день, максимум два, – ответил лейтенант.

– Я думаю, – сказал Гэго, – тот человек, который покупал, уже умер. На него покажут пальцем. Он не сможет возразить. Все, кто надо, поверят: это сделали его друзья, да!

– Мертвые молчат… – Задумчиво произнес Улкерт.

В этот момент включился динамик.

– Тон-тон, Жаба, это Пчела! Проявись.

– Пчела, это Жаба, – ответил Гэго в микрофон, – что у тебя?

– Красная сигнальная ракета, – ответила Пчела (она же – Нлиа). – Запуск был прямо с поверхности океана. Примерно три мили к югу от вас. Даю маркер на ваш комп.

– Вижу маркер, Пчела, – отозвался Улкерт. – Выходит, кто-то уцелел…

…

На точке маркера через полчаса.

То, что находилось сейчас на поверхности океана, издалека можно было принять за странную сцепку двух осветительных устройств. Одно: футуристическая настольная лампа на низкой подставке и с разрезным плоским абажуром из двух наклоненных в разные стороны металлических полуколец. Другое: верхушка оранжево-красного бумажного фонаря вроде тех, что висят над входами китайских кафе во всем мире…

В действительности сцепка состояла из флайера-геликоида «Paja» и надувного спасательного плота с шатром (взятого из аварийного комплекта геликоида). Более близкий взгляд на эту сцепку выделил бы пять человеческих фигур, две из которых, одетые в униформу, сидели в кабине геликоида, а трое, абсолютно голые, стояли на коленях в шатре спасательного плота. Над темным океаном звучал нестройный хор:

 
Te Deum laudamus
Te Dominum confiterum
Te aeternum Patrem
Omnis terra venerator…
 

Гэго затянулся сигаретой, и почесал макушку.

– Берт, что это за стихи они читают, а?

– Католическая молитва, – сообщил Улкерт.

– У-у… Igbekela? Колдовство? От этого не будет проблем, а?

– Не колдовство, – успокоил его лейтенант. – Просто говорят богу «Thanks».

– Почему так длинно? – Подозрительно спросил штаб-сержант.

– Потому, что у католиков так принято.

Гэго фыркнул, снова затянулся и щелчком стряхнул пепел в воду, каждым своим движением показывая, как сильно он не одобряет такое многословие в разговорах с богами. Если боги проигнорируют, то обидно: потерял время. А если они услышат столько болтовни и начнут все подряд исполнять… Ух! Это не будет хорошо, нет.

В кармане у лейтенанта Улкерта начал гнусаво квакать woki-toki.

– Ты мне друг, но сигнал у тебя выставлен дурацкий, – сообщил штаб-сержант.

– Точно, Гэго! У меня вообще дурной вкус… – Лейтенант поднес трубку к уху. – Это офицер Бертон Улкерт, ВМФ Гренландии. Кто говорит?

– Привет, Бертон, как дела! – Раздался в динамике оглушительно-радостный женский голос. – Это Бианка Валпао, TV-da-Gente из Форталеза, можно просто Бианка, а Папа реально у вас там? Извини, что звоню прямо вот так, мне твой мобайл дал тот парень, который командует вашим флотом, или флотилией, короче дал. Так Папа у вас?

– Да, – лаконично ответил Улкерт, пытаясь синхронизироваться с бешеным темпом, в котором эта девушка выстреливала слова.

– А! Классно! Мне правильно сказали! Алло, Бертон, а что он делает? Извини, что я наезжаю, но на телестудии блин, оборвали, на хрен, все телефоны, это же наш Папа! Алло, Бертон, ты меня слушаешь? Так, что он делает?

– Он, кажется, закончил молиться и общается со своим пилотом и со штурманом.

– О! Бертон, а ты можешь как-то подсунуть ему трубку? Это чертовски важно!

– Ну, Бианка, если это реально так чертовски важно, как ты говоришь…

– Реально-реально! Даже больше, чем чертовски! – Заверила она.

– ОК, Бианка. Понял тебя. Я попробую…

Улкерт бросил взгляд на Климента XV, который стоял на спасательном плоту в пяти шагах в пол-оборота к нему. Ноги Папы были широко расставлены, крепкие кулаки уперты в бока. Картина маслом: Командир спецотряда фронтовой разведки Хавер де Гамбоа дает наставление молодым бойцам. Бойцы слушают и даже рты раскрыли от усердия, хотя по глазам видно, что они замучены до готовности заснуть стоя.

В этот момент Папа, видимо, тоже пришел к выводу, что эти два парня уже с трудом воспринимают его слова, и заключил наставление гуманным приказом:

– Теперь, так, мальчики. Вскройте пищевые пакеты и сожрите. Но не глотайте, как аллигаторы, а прожуйте, не забывая запивать. Это для правильного усвоения. Когда сожрете, то разложите спальные мешки, и отбой. Вопросы есть?

– А вы, дон Хавер? – Осторожно спросил пилот Аркандэ.

– Мне работать надо, – буркнул Папа.

– А можно, мы позвоним домой? – Спросил штурман Сантено. – Тут есть связь…

– Нет! Я сам позвоню вашим женам. А то вы наболтаете такого, что они снова перепугаются. – Папа повернулся к пилоту, – …и твоей любовнице позвоню.

– Но… – Робко начал Аркандэ.

– Не бойся, я умею разговаривать с беременными девчонками так, чтобы они не нервничали, а приходили в рекомендуемое для них состояние психики. Это всё! Мальчики, вы молодцы, но на сегодня вы выложились. Жрите и ложитесь спать!

Климент XV развернулся кругом, перепрыгнул с плота на поплавок геликоида и схватился за дверцу кабины.

– Лейтенант, судя по взгляду, у вас что-то ко мне.

– Да, сэр, – ответил Улкерт. – Тут звонит одна мисс из Форталеза, с TV…

– Ясно, – оборвал его Папа. – Вы можете дать мне трубку, чтобы я с ней поговорил?

– Никаких проблем, сэр, – Улкерт протянул ему woki-toki.

– Спасибо, лейтенант… – Папа с трубкой в руке уселся на подножку кабины. – Так, девочка, перестань тараторить… Значит, тебя зовут Бианка. Замечательно. Давай договоримся так. Во-первых, ты сейчас объявишь по трансляции, что пилот Грего Аркандэ и штурман Бенито Сантено живы и здоровы, но они ужасно устали и так же ужасно проголодались. Если я поверну трубку, то ты услышишь, как они чавкают… Гренландские пищевые пайки из спасательного комплекта, что же ещё?.. Перестань тараторить, дочь моя. Сейчас я хочу услышать, как ты даешь в эфир то объявление, которое я продиктовал. Потом мы продолжим наш с тобой разговор…

Штаб-сержант Гэго заметил, что Климент сделал непроизвольный жест, как будто в поисках некого предмета, который должен находиться на поясном ремне. Конечно, никаких предметов там не нашлось, как не нашлось там и ремня. Папа был гол, как кочерга. Но жест был понятен, и Гэго отстегнул от своего пояса фляжку.

– Сэр, вы это ищете, а?

– Верно, парень! – Климент кивнул. – Что у тебя там?

– Сладкий чай пополам с ромом согласно инструкции.

– Благослови тебя Бог, – сказал Папа, взял фляжку, сделал внушительный глоток и вернулся к телефонному разговору. – …Ты молодец, Бианка. Ты все замечательно объявила. Теперь сделай ещё одно важное объявление, после чего я отвечу на твои вопросы… Объявление такое. Ровно через час я обращусь с апостольским аудио-посланием к католикам всего мира… Если кто-то тебе сказал, что наместник святого Петра должен с кем-либо согласовывать, когда и что он говорит, то этот кто-то тебя обманул… Вот так-то лучше, дочь моя. Сделай объявление, а потом мы продолжим.

Папа сделал ещё один изрядный глоток, с легким поклоном вернул штаб-сержанту фляжку, вытер губы тыльной стороной ладони и повернулся к Улкерту.

– Лейтенант, что по нам врезало?

– Британский «Startracker», калибр 22 мм. Мы уже нашли и обследовали пусковую установку. Она стояла на маленьком катере с роботизированным управлением.

– Понятно… Катер, разумеется, ничей, и установка с бороздой на месте ID.

– Нет, сэр. На установке был заводской номер. Мы скоро будем знать, чья она. И ещё странная находка. На катере валялся томик корана. Идиотизм…

– Действительно, иначе не скажешь… – Климент XV кивнул. – Кто-то хочет грубо нас запутать. Коран. Не спиленный номер. Ребус… Лейтенант, вы можете дать мне какой-нибудь запасной мобайл, чтобы я не занимал ваш? Спутниковая сеть моего провайдера заблокирована из-за военных действий, так что мой Sat-Phone пока бесполезен.

– Никаких проблем, я и сам хотел вам это предложить. – Улкерт протянул Клименту плоскую коробку размером с пачку тонких дамских сигарет, – IT-адрес написан на корпусе. Но меню не европейское, а по трансполярному стандарту. Разберетесь?

– Да, лейтенант. Спасибо. Я уже имел дело с аппаратами этого типа… Алло, Бианка! Запиши другой адрес и перезвони по нему, чтобы не занимать служебный канал гренландского лейтенанта… Хорошо, я передам ему твой виртуальный поцелуй.

Климент XV вернул первый мобайл Улкерту, и сообщил.

– Вы очаровали эту девчонку. Будете завтра ночью в Форталеза – не зевайте.

– Завтра ночью в Форталеза? – Удивился лейтенант. – Я не понял вас…

– Я потом объясню, – сказал Папа (у него в руке уже пищал второй мобайл). – Да, я слушаю, Бианка… Да, я согласен, чтобы мои ответы были в прямом эфире…

–

16 января. Galaxy Police Flog. Trolley 1001

Обзор событий за сутки.

–

Привет всем, кто уселся в нашу 1001-ю тележку! Я, Элеа Флегг, удобно устроилась в бронированной рубке виртуальной информационной машины – и погнали! В центре экстремальной политической жизни сразу две темы. Первая – это война в Карибском бассейне. Вторая – невиданное обострение межрелигиозного диалога библейско-коранических конфессий с тяжелыми материально-гуманитарными последствиями.

Итак, номер раз. Карибская война. 11 января генерал Синароко, лидер правящего военного оффи-клана Нуэва-Гранада, видимо, перешагнул рубеж, после которого в представлении американских политиков его режим стал восприниматься не как «потенциальный противник» (для потрошения карманов налогоплательщиков), а как реальная военная угроза. Заявив претензии на все Малые Антильские острова и начав реализовывать эти претензии с оккупации голландского Кюрасао, генерал Синароко рассчитывал на поддержку ООН (и, разумеется, получил её – за сходную цену). Но фактически именно это толкнуло правительства Кубы, Гватемалы и Гондураса к секретному соглашению о нейтралитете с лидерами Северо-Атлантического Альянса.

Генерал Синароко и лидер никарагуанского оффи-клана генерал Маритос лишились прикрытия этих трех сил, способных блокировать масштабные операции «gringos» в Карибском море. С этой минуты проект «Великая Новая Колумбия» был обречен.

Вечером 15 января вооруженные силы Альянса при поддержке ассоциированных вооруженных сил Гренландии и Зулу нанесли по территории Нуэва-Гранада и по её военному флоту серию ракетно-бомбовых ударов. Суммарная мощность ударов составила более мегатонны в тротиловом эквиваленте. Половина мощности – первая ракетная атака, проведенная зулусской артиллерией с территории Гамбии. Основа военного потенциала Нуэва-Гранада после первого обстрела фактически перестала существовать. Далее несколько последовательных волн штурмовой авиации без существенного противодействия уничтожали всю промышленную инфраструктуру: транспортные узлы, объекты энергетики и т. д. И специфически-военные объекты, разумеется, тоже (по версии Альянса, только эти объекты и были целью атаки). По мнению экспертов, число жертв среди гражданского населения невелико, поскольку жилые массивы не подверглись бомбардировке, но страна лежит в руинах и жителям грозит экономическая катастрофа, если им не будет оказана срочная помощь. На это мнение ссылается правительство Бразилии, взявшее под контроль весь северо-восток Нуэва-Гранада до реки Ориноко (цитата) «С целью экстренной помощи жителям». Сейчас участники банкета (включая нейтралов) приступили к дележке Никарагуа, которая, видимо, была оговорена в секретном соглашении о нейтралитете.

В Совбезе ООН обсуждают вопрос: является ли ядерно-изотопное оружие, которое применил Альянс, ядерным оружием по международному праву? Что они решат, совершенно не важно. Страны Альянса все равно покидают United Nations (UN) и создают Ассоциацию Прогрессивных Стран (АПС). Про физику ядерно-изотопного оружия согласился рассказать доктор Обо Ван Хорн из Университета Факаофо.

Обо Ван Хорн. INFO: Фокус в том, что атомное ядро это не просто комок протонов и нейтронов, а довольно организованная структура, похожая на электронные оболочки атомов. В ядре тоже существуют орбитали, на которых может размещаться не более определенного числа частиц. При возбуждении ядер коротковолновым лазером или пучком нейтронов в реакторе частицы в ядре переходят на более высокие уровни, а впоследствии могут излучать запасенную при этом энергию в виде гамма-квантов. Некоторые ядра могут существовать в возбужденном состоянии достаточно долго и отдают энергию либо постепенно, либо, в случае инициирующего воздействия, всей, образно говоря, толпой, как возбужденные электроны при работе лазера. Получается своего рода ядерный аккумулятор. Этот эффект открыт ещё до 2-й мировой войны и начал использоваться в конце прошлого века в биологии, в медицине, в инженерной дефектоскопии и т. п. Теоретическая возможность накачать в один грамм вещества с возбужденными ядрами энергию до четверти тонны в тротиловом эквиваленте и в определенный момент сбросить её в виде взрыва сразу заинтересовала военных. В странах Альянса в начале века на эту тему были потрачены десятки миллиардов долларов. Пентагон очень хотел иметь бомбу полноценной ядерной мощности, но не вызывающую радиоактивного заражения. Но более-менее реальный результат был достигнут лишь недавно, когда ядерно-изомерными аккумуляторами занялись для использования в космических двигателях. Четверть тонны ТЭ на грамм пока так и остались мечтами, практические итоги значительно скромнее, но и это неплохо. Из некоторых ядерных изомеров получилось очень эффективное ракетное топливо для космоса… Ну и, конечно, мощные боеголовки для Земли. Как же без этого?

Поблагодарим уважаемого дока Обо и поедем дальше. Второй хит суток: обострение межрелигиозного диалога. Вечером 15-го (по Гринвичу) кто-то взорвал девятерых «политических тяжеловесов» Римской католической церкви и сбил над Атлантикой самолет Папы Климента XV. Этот двойной теракт имел для Европы даже больший резонанс, чем происходившая в тот же вечер «трехчасовая» Карибская война, а для Северной Америки эти события стали примерно равновеликими для инфо-рынка. В Бразилии, где Папа Климент XV занимает 3-е место в рейтинге популярности (после главного футбольного форварда и девушки – лидера латинрок-группы «Toltekila»), известие о гибели Папы восприняли как национальную трагедию. На Web-cam в Рио можно было видеть, что многие прохожие нацепили черные ленточки или повязки, а студии TV уже вели трансляцию с черно-красной траурной полосой в углу экрана. Развлекательные программы прекратились, вместо них на экране появилась заставка: последнее фото Климента XV перед вылетом из Рима. Такие дела…

Траур продолжался более трех часов, а потом внезапно прошел слух: Папа жив. Ещё некоторое время публика пребывала в состоянии неопределенности, но потом в эфир вышла Бианка Валпао, популярная телеведущая TV-da-Gente, Форталеза, и заявила: «Ребята! Я только что говорила с Папой! Он жив, и его пилот, и штурман тоже…».

Пересказать словами то, что начало происходить в Рио, в Сан-Пауло и особенно в Форталеза, просто невозможно. А увидеть можно ТУТ.

О своем спасении, которое во многих католических mass-media называют «чудом» Климент XV рассказал в диалоге с Бианкой Валпао в прямом эфире. В начале он повторил то, что было уже известно публике: самолет сбила ракета, выпущенная из зенитного автомата, установленного на маломерном судне без экипажа. Затем Папа сообщил, что гренландцы нашли на этом кораблике исламскую книжку «Коран» на арабском и английском языках, но уточнил: «Это ещё не доказывает, что террористы именно мусульмане. Я хочу, чтобы все католики подождали, пока мы получим более чёткие подтверждения причастности тех или иных группировок к этим действиям».

На фермерский язык этот посыл переводится примерно так: «Скорее всего, мы за это будем гасить мусульман, но точно я ещё не решил, поэтому подождите, ребята». В Сиднее, где сейчас утро 16-го, община мусульман обратилась к властям на предмет защиты от возможных погромов. Католики – это четверть населения Австралии, а христиане всех типов – две трети. Мусульман около двух процентов. Климент XV исключительно популярен в Австралии из-за своей политики сближения римского и океанийского католицизма, а мусульмане, мягко выражаясь, очень непопулярны. В Северной Америке и Западной Европе полиция уже начала готовиться к массовым беспорядкам, которые там прогнозируются на завтрашний день и вечер.

В Италии эти беспорядки уже начались. В Рим стянуты полиция и пожарные из окрестностей, поскольку городские службы явно не справляются. Здесь ситуация развивается быстрее из-за гибели девяти крупных деятелей РКЦ при, я бы сказала, точечном теракте в отеле «Vaticana Plaza Millenium». Но если целью теракта была ликвидация, выражаясь по-военному, «генерального штаба» Папы, то эта цель не достигнута. Четыре центральные фигуры: кардинал Фаланто (личный секретарь Климента), кардинал Жюст (советник по науке и культуре), епископ Лигури (шеф разведки «Opus Dei»), и патер Камари (генерал ордена иезуитов) на совещании не присутствовали. В общем, террористы взорвали видных персонажей, но не самых значимых и не входящих в (выражаясь по-тиморски) Папское Политбюро.

Климент XV пока находится посреди Атлантики на спасательном плоту в компании своего экипажа (пилот и штурман) и экипажа гренландского флайера-разведчика с атомного мини-корвета «Loki». Сам корвет и катер-рейдер подойдут днем. Видимо, обстановка показалась Папе удачной, и он обратился к католикам с речью (или, на римском сленге – «с кратким апостольским посланием»). Текст – ниже.