Текст книги "Драйв Астарты"

Автор книги: Александр Розов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 108 (всего у книги 166 страниц)

Сержант поднялся на ноги, встряхнулся, и взял из рук француженки канистру.

– Aloha. Mauru. Кстати, про тебя уже спрашивали.

– E aloha, – ответила она. – А кто спрашивал?

– Гоген с Еиао. Типа, он ответственный. Смотрит на монитор и беспокоится.

– А что беспокоиться, если Лианелла со мной? – Удивилась Чеди.

– Хэх! – Сержант шлепнул юную туземку ладонью по попе. – С таким начинающим дирижаблем, конечно, любой хабитант в полной безопасности.

– Пошел ты, – обиженно буркнула она и чувствительно пихнула его локтем в живот.

– Блин! Прямо по печени! А где нежность, которая должна быть свойственна…

– За дело получил, – перебила Деркэто, ловко обрабатывая уже приклеенный пластырь аэрозолем из какого-то баллончика, – …гло, пихни его ещё пару раз, авансом.

– Это лишнее, – Чеди покрутила головой. – У вас и так боевые потери. Тадес, как тебя угораздило?

– Долбанная рыба, – ответил афро и кивнул в сторону полуметровой тускло блестящей тушки, уже обезглавленной и выпотрошенной.

– Прикинь, – добавил Вомо, – мы нырнули порыбачить, и видим: на дне эта тварь. Она точно бы улизнула, но боец Амра придавил её к дну собственным корпусом.

– Как на гвозди упал, – печально сообщил афро, – кто ж мог знать?

Чеди присела на корточки рядом с рыбой и хмыкнула.

– Ну, ты артист, Тадес! Это же blade-shark. У нее спинной плавник, как пила.

– Ясно. Я принял к сведенью. А она хоть вкусная?

– Вполне, – подтвердила Чеди.

– Ну, – заключил раненый боец, – тогда не так обидно.

– А как эту рыбу готовят? – Поинтересовалась француженка.

– О! – Сержант Вамо выпучил глаза. – Есть великий армейский метод. Смотри! Вот это, дюралевая гильза от учебного боеприпаса для 6-дюймового орудия. Туда пихают рыбу. Дальше, берем пустой бокс от пулеметных патронов, и делаем из него спиртовку. Вот, примерно, так… Дальше накрываем частично асбестовым ковриком из комплекта для пожаротушения, и получается тот же принцип, как если запекаешь в фольге в печке.

– Шедевр военно-инженерного креатива, – поддержала Деркэто, хлопнула пациента по плечу и объявила. – Первая помощь оказана, условная боеспособность восстановлена.

– Мерси, – ответил он, – Кстати, на счет креатива. У местных есть такая травка…. Нет, сержант, ты не понял. Не та, которую курят, а та, что к рыбе. Чеди наверняка знает.

– Я здесь знаю любую травку, – гордо подтвердила туземка. – И ту, которую курят, и ту, которая к рыбе, и даже летающую.

– Летающую травку, как раз все знают, – заметила Деркэто.

Лианелла пожала плечами.

– Я не поняла, это какой-то прикол?

– Может и прикол, – сказал Вомо, – а может и нет. Но она летает. Не вся, а только специальные листочки. Это называется: «муха-одуванчик». У первой версии листочки летали как попало, а сейчас они уже с фитэпами и кое-что соображают.

– Они не соображают, – возразил Тадес. – Просто у листков рефлексы, как у пчел. Они нюхают воздух и ищут, где есть сахарный сироп на халяву.

– Они не ищут, а просто летят по градиенту концентрации сахара в воздухе, – сказала Деркэто – А потом, когда наберут полную емкость сиропа, летят обратно к стеблю, двигаясь по градиенту концентрации феромона, который вырабатывает этот стебель.

– Тогда почему они летят не к ближайшему стеблю, а к разным? – Спросил Вомо.

– Ну, блин… – Деркэто почесала в затылке. – Это надо прочесть статью внимательно.

– Ребята, вы не шутите? – Недоверчиво спросила француженка.

– Никаких шуток, – Тадес сложил и развел ладони. – Если сержант не против, я прямо сейчас налью сироп на пленку, и мухи-одуванчики прилетят. Не сразу, но скоро.

– Валяй, – согласился Вомо. – Это точно надо показать Лианелле. А я займусь рыбой.

Афро кивнул и, выбрав место, положил там кусочек пластика и начал капать на него густую жидкость из бутылочки. Деркэто, тем временем, пояснила:

– …Все началось с прикола. Один канак сделал на пари что-то типа микро-планера с резиномотором из одного эластичного листка. Потом кому-то пришло в голову это вырастить. Ну, ген-дизайн, все такое. А когда листки начали вырастать и летать, сразу появилась идея вырастить в них минимальные мозги и кое-какие сенсоры.

– Вот и неправда! – Заявила Чеди. – Всё началось не с пари, а с Ктулху! Один чел, я не помню, как по имени, нарисовал картину «Летающие цветы Ктулху».

– Ктулху, это планета около Немезиды? – Уточнила Лианелла.

– Ну, – Чеди кивнула. – Про летающие цветы, по ходу, фантазия, потому что пока про Ктулху подробности неизвестны. Но идея появилась из этой картины.

– Миф, – припечатала Деркэто. – То же самое рассказывают про псевдобионты. Типа, стартовая идея возникла в начале века у канадского художника из Ванкувера.

– Его имя Мартин Нарозник, – подсказал Вомо, и повернулся к Чеди. – Кто-то обещал специальную травку для рыбы, верно, гло?

Туземка кивнула и отправилась куда-то вглубь зарослей, покрывавших островок.

– Так вот, – продолжила Деркэто, – этот канадец придумал fun: космические цветы, к которым кто-то ещё придумал слово «псевдобионты». Эти цветы, размножающиеся машинки из молекул полимера, придуманы не для планет, а для условий открытого космоса. Цветы Нарозника утилизируют космическую пыль, газ и излучение. Но они существуют лишь в виде научной фантастики, и, при всем респекте к этому канадцу, считать его автором реализованной идеи псевдобионтов было бы некорректно.

– У этого канадца, – добавил сержант, – космические цветы с квази-мозгами, чем-то похожими на сети фитэпов. Не считать же его ещё и автором идеи фитэпов!

– Я вспомнила! – объявила Лианелла, – Поэле Ваэохо Гоген говорил про космические цветы Нарозника на круглом столе на Хэллоуине в Анти-Каабе! Картинка: XXIII век. Межзвездные колонии людей, и вокруг, прямо в пространстве, огромные цветы. Как плантации, на которых растет пища и ещё множество всяких полезных предметов. И Гоген говорил именно про интеллектуальные цветы – псевдобионты с фитэпами. А некоторые цветы даже с ионным двигателем. Или хотя бы с солнечным парусом.

Расположенный на раскладном столике необычный ноутбук с модулем периферийной системы и антенной, уходящей вверх, в крону пальмы, требовательно пискнул.

– Амра, глянь, что там, – распорядился Вомо.

– Да, командир, – отозвался парень-афро, мгновенно перемещаясь к столику.

– А я смотрела этот круглый стол, – заметила Деркэто. – Мне вообще понравилась идея Гогена про то, что фиг знает, встретим ли мы каких-нибудь инопланетных существ, но точно будем иметь дело с нашими искусственными внеземными разумными… Ну, не существами, но и не роботами, а чем-то вроде нешгайских овощей… Ну, или цветов.

– Цветов – красивее, – заметил Вомо. – А ты придумала классное слово: «неробот».

– Iri! – воскликнула она. – Я подарю это слово Гогену, если он поможет мне слепить курсовую работу на повышение квалификации. Там кибер-раздел…

– Командир… – вмешался Тадес Амра, – есть сомнительный объект: мини-яхта, идет с Оаху, янки-Гавайи, на юг. Детально: курс на Киритимати, округ Лайн. Особенность: регулярные идентичные корректировки курса. Сейчас она на 14-й параллели, держит скорость 17 узлов. Нашу морскую границу пересечет через 3 часа.

– Найди видео-поток с дрона, – сказал сержант. – Нужно посмотреть, есть ли экипаж.

– Уже ищу, командир, – отрапортовал Тадес Амра.

Из зарослей появилась Чеди и продемонстрировала два пучка крупных листьев.

– Вот эта травка для рыбы, а вот это травка, которую курят. Не глючная травка типа ганджубаса, а нейтральная типа кукурузного табака.

– Mauru, – сержант кивнул, – дай, пожалуйста, ту, что для рыбы.

– Держи… А что у вас тут? Какой-то стрём, нет?

– Проверяем… – ответил он.

– Есть видео-поток! – Амра щелкнул ногтем по экрану. – Я перехватил радио-обмен любительского spy-drone, по ходу манчжурского. Оператор сидит на Минамитори. Качество хреновое… Интересно, почему он тоже прицепился к этой яхте?

– А он прицепился? – Спросил сержант.

– Ага… Вот, сейчас он выберет ракурс… Iri… Люблю, когда работают за меня!

– Может, этот дрон не любительский, – предположила Деркэто. – Прикиньте foa: на Минамитори скандинавская военная верфь, и у них есть спецслужба…

– …Очень специальная, – перебил Амра, – глянь, Деркэто, ты точно это оценишь!

Капрал-военмед подвинулась поближе к экрану, понаблюдала минуту и сообщила:

– Я впервые вижу такое креативное применение спасательного круга.

– Вот! – Рядовой энергично кивнул. – Это надо запомнить!.. Командир, я докладываю: Экипаж, два человека, на яхте имеется, но оба заняты, поэтому включен автопилот.

– Ты уверен, что это не прикрытие? – Спросил сержант, тоже посмотрев на экран.

– Уверен, командир. Если бы исламисты умели делать прикрытия из таких ребят…

– …Дайте посмотреть! – Чеди ввинтилась между Тадесом и Деркэто. – Ух! Классно! Лианелла, посмотри! Я балдею от этих янки!

Юная француженка бросила взгляд на экран и… В первое мгновение казалось, что на палубе яхты обнаженная девушка спортивного вида хочет прыгнуть сквозь стоящий вертикально спасательный круг, а обнаженный молодой человек или помогает ей, или наоборот, старается прервать её прыжок на полпути. В следующее мгновение, смысл происходящего процесса стал предельно понятен.

– Э… Мм… – произнесла Лианелла.

– …Необычно, – согласилась с ней Деркэто. – По статистике, треть женщин янки из-за психологического прессинга при воспитании больны фригидностью. Жуть. Но среди остальных двух третей есть такие талантливые изобретатели…

– …Типа как Эдисон с лампочкой, – договорил сержант Вомо.

– Есть данные фэйс-контроля, – отрапортовал Амра. – Короче, это студенты из Каилуа. Яхта арендована в гавайском университетском клубе. Поэтому дешевая модель. А в Меганезии они были четыре раза, из них два – в этом году.

– Чисто, – констатировал Вамо. – Я ставлю печься рыбу с травкой, а ты отцепляйся от студентов и заполняй форму в оперативной ленте.

– Выполняю… – пальцы рядового забегали по сенсорной панели.

– Гоген и Тиатиа катят, – сообщила Чеди, – и с ними ребята из второго отделения.

…Надувной «Зодиак» пересекал маленькую лагуну по хорде кратчайшим путем от Фатамоуа к Ниаунуи, а Чеди кратко представляла француженке находившихся там персонажей.

– Ну, Гогена ты знаешь. Парень, креол, рядом с ним это сержант Рилдэ. Та девчонка, которая на руле, это Китира, а вот тот парень это Нэбор, её брат. Симпатичный, ага? Прикинь: они этнические греки. Мама с папой были коммунисты, но в европейской версии, поэтому они что-то там, в Европе, взорвали в знак протеста, и им пришлось линять сюда. Китира и Нэбор родились уже на Мангарева. А девчонка типа малайки, которая в черных трусиках, это Гута. Она вьетнамско-французская метиска, родом с Маршалловых островов. Девчонка-утафоа, у которой брюшко, как у меня, это Тиатиа Хаамеа с Рапатара-Тубуаи. На первый взгляд у нее брюшко меньше, но это иллюзия, потому что она сама немножко больше чем я. Ну, типа, относительность…

По прибытии, первые слова произнес сержант Рилдэ.

– Ну вы артисты, блин! Приняли мини-яхту за самоходную бомбу, я угадал?

– А за что, блин, её принять? – Ответил Вомо. – Она 5 метров длиной, идет в океане на автопилоте от Оаху к Лайн. А ты помнишь ориентировку по исламистам на Гавайях?

– Помню. А ты помнишь параметры стандартной мини-яхты «Explorater-studio»?

– …Образца 1970 года, – добавила Китира.

– Умники, блин, – проворчал Тадес Амра. – А как, по-вашему: исламисты для теракта сконструируют специальную мини-яхту или возьмут готовую модель с автопилотом?

– Второе логичнее, – признал Нэбор.

– Что за исламисты на Гавайях? – Удивилась Тиатиа, – я думала, что уж там-то их нет.

– Ошибка, – припечатала Гута. – Они там есть, и с 2009 года каждое 24 сентября у них симпозиум. На последнем симпозиуме они объявили нам джихад, а когда агенты FBI потребовали объяснений, представили это, как «духовный джихад», не связанный с планированием терактов. «Духовный» это любимое словечко у адвокатов, которые защищают террористов. Короче, им удалось отмазаться от FBI и полиции.

– В этом полугодии, – заметил Гоген, – религиозные террористы в 1-м мире как с цепи сорвались. Исламские, римско-католические, англиканские, южно-баптистские…

– Южно-баптистские террористы это Ку-клукс-клан в США? – спросила Деркэто.

Гоген неопределенно пожал плечами.

– Хрен знает. Я не вникал, но можно спросить у ребят, которые имели с ними дело.

– Что? – Переспросил Вомо. – Наши ребята работали по теме Ку-клукс-клана?

– Про это я не в курсе. Я имел в виду ребят-янки, которые у нас на Еиао, Маркизские острова. Это длинная история, но если интересно…

– Бимини и Динго мне что-то такое начали рассказывать, – сообщила Тиатиа подойдя к огромной корзине с кокосовыми орехами. – …Что-то про парня-каторжника, Хобарта Освальда из диверсантов NSA с субмарины «Норфолк». Но не досказали и смылись, потому что у них возникла срочная коммерция с чилийцами… Foa, дайте штык-нож и ведро. Непорядок, что свежие кокосы валяются просто так, и вообще я пить хочу!

– Держи! – Нэбор точно бросил в её сторону длинный предмет в чехле.

– Блин! – Возмутилась Деркэто. – Ты соображаешь, что девчонка на 6-м месяце?

– Aita pe-a hamani, – сказала юная наследница морских королей, буднично-привычным движением поймав вещь и вытащив из чехла футовый гибрид штыка и мачете.

– Фф! – Выдохнула капрал-военмед. – Дикие вы люди, Хаамеа!

– Типа того, – согласилась Тиатиа. – А вот это ведерко цвета хаки по ходу чистое.

– Чистое, – подтвердил Амра, – можешь юзать… Хэй, Гоген, а что там с каторжником?

Тиатиа взяв из корзины первый орех, небрежным движением срубила его верхушку и выплеснула в ведро порцию кокосового молока. Гоген махнул рукой, дав понять, что бороться с хозяйственной активностью этой девушки бесполезно, и начал рассказ.

– Хобарт попал к нам в конце прошлого года. Ну, по обычной заявке на каторжника с технической квалификацией… Мы с Бимини и Динго напряглись, когда прочли его биографию, но он оказался отличный парень. Типа современный фермер с подготовкой коммандос. А в Колорадо у него оставались vahine Лорин и киндеры: два и пять лет. Естественно, они приезжали пару раз, но надолго зависать в наших краях как бы не собирались. Хотя мы им сразу предлагали. В 60 милях к югу от нас – Нуку-Хива, это большой остров, там есть фермы не хуже, чем в Колорадо, причем дешевле.

– Сейчас начнется реклама Маркизских островов, – предположила Гута.

– Хэй, гло! Я не рекламирую. А говорю потому, что это имеет отношение к теме. Вот. Короче, в августе Хобарт говорит: «Гоген, мы хотели бы взять на Нуку-Хива четыре небольшие фермы. Ты поможешь моей squaw, чтобы было нормально?».

– Aha o «squaw»? – Спросила Китира.

– E «squaw» esto «vahine» o te US lingua, – сказала Чеди. Гоген кивнул и продолжил.

– Я не стал вникать, зачем им надо четыре фермы. Мало ли, какие у человека идеи по бизнесу. А приехала vahine Хобарта с киндерами и плюс ещё три семьи из Колорадо. Сюрприз, e-oe? Потом кузен vahine Хобарта объяснил про баптистских террористов.

Сержант Вомо повернул на полоборота гильзу от снаряда над спиртовкой (видимо, с целью равномерности прогрева рыбы, находящейся внутри) и поинтересовался.

– Гоген, а эти фермеры, они кто по религии?

– Они, типа, шотландские католики. Но дело даже не в том, что баптисты враждуют с католиками, а в том, что для южных баптистов GM-агрокультуры это хуже, чем для исламистов – свинина. По южно-баптистскому шариату это криминал 1-го ранга.

– У баптистов нет шариата, – вмешалась Лианелла.

– Шариата как бы нет, – согласился Гоген, – но есть какая-то похожая книжка, и там написано, за что надо сжигать или побивать камнями. Правда, в Штатах не очень-то побалуешься с прямым насилием. Это вам не Евросоюз…

– В Евросоюзе насилие тоже запрещено! – Снова вмешалась француженка.

– Да. Но в Евросоюзе полисмен не может просто застрелить погромщика, который не подчинился требованию. А в Штатах может. Отсюда – разница. Вот. Но, это никак не исключает подлянок. Проколотые шины у тачки. Бутылку с огнесмесью в сарай. Ну, понимаете… И ещё адвокатский шантаж. Адвокаты в США это базис касты оффи.

– Легальные рэкетиры, – согласился сержант Рилдэ. – Про это даже в кино есть.

– А откуда у этих фермеров GM? – поинтересовалась Гута.

– Отсюда, разумеется. Лорин протащила посадочный материал через американскую таможню. В начале всё было ОК. А летом начался терроризм… Но сейчас эти янки нормально устроились на Нуку-Хива. Кузен Лорин за кружкой пива сказал, что их пытались пугать нашей Хартией, а он вообще не заметил, какая разница между янки-Гавайями и нашими Маркизами. Только наши сборы меньше, чем их налоги, нет адвокатов и нет принуждения к лицензиям, банковским кредитам, страховкам. Если кратко, то нет узаконенного рэкета. Так это выглядит с позиции фермера…

Тиатиа снесла штык-ножом верхушку очередного ореха и недоверчиво спросила:

– Что, так-таки и нет больше никакой разницы?

– Ну, – Гоген улыбнулся, – после энной кружки пива парень нашёл ещё пять отличий. Первое: в пабе смотрят по TV ацтекбол, а не бейсбол. Второе: деньги – фунтики, а не баксы. Третье: машины на спирте, а не на бензине. Четвертое: люди купаются голые. Пятое: в католическом marae – чай с крекерами вместо communion.

– Вместо чего-чего?

– Э… Вместо какого-то шотландского католического ритуала. Я это не понял.

– E aha catholic tahuna-lipo aita mo-ee teie, – предположила она.

– Что? – Не поняла Лианелла.

– Я говорю: наверное, католическое колдовство от этого не будет хуже.

– Вообще-то, – сказала француженка, – считается, что этот ритуал, communion, или eucharist, имеет очень серьезное значение для верующих католиков.

– А по-моему, – заметила Деркэто, – религиозные террористы специально раздувают значение всяких мелочей. Типа как у Свифта в «Гулливере» была война из-за спора, с какого конца разбивать яйца, с тупого или с острого.

– Религиозный терроризм, – возразил сержант Вомо, – возникает из-за кризиса старых производственных отношений. Как и любой терроризм или политический конфликт. Парни, которые там, на рафте плывут сюда, докажут тебе это, как не фиг делать.

Капрал-военмед повернулась туда, куда показал сержант, и скептически хмыкнула.

– А по-моему, эти парни хотят не поспорить про марксизм, а упасть нам на хвост. В смысле, на хвост нашей печеной рыбе. И не только на хвост.

– Шестеро парней, – произнесла Чеди. – Почему-то без девчонок.

– Понятно почему, – возразил ей Рилдэ. – Это патрульная смена местных волонтеров береговой охраны.

– Да, я знаю. Но ещё неделю назад летали и девчонки тоже. А сейчас… Вот скажи, сержант, что происходит? По ходу войны же нет. Почему тогда всё вот так?

Сержант пожал плечами, порылся в кармане лежащего рядом комбинезон, вытащил сигарету и прикурил от зажигалки, сделанной в виде миниатюрной торпеды.

– Происходит какая-то фигня.

– Какое-то это кривое объяснение, – пробурчала Тиатиа, расправившись с последним кокосом и вытирая штык-нож бумажной салфеткой, вынутой из военной аптечки.

– Ну блин, я не политолог, – сказал он, – как ещё объяснить, если это интуиция?

– А знаете, – вмешалась Лианелла, – у меня сейчас тоже это чувство. И у меня оно уже возникало во Франции, в июне, когда начинался католический фестиваль.

– …Но, – заметил Вомо. – тогда альянс спецслужб сорвал исламистам теракт.

– Однако, – возразил Гоген, – после этого началась такая колбаса…

– Суб-лейтенант Зигерт идет, – перебил Амра.

Лайм Зигерт, молодая афро-латино-утафоа-англо квартеронка, окинула всю компанию быстрым и цепким, но предельно дружелюбным взглядом, и хлопнула в ладоши.

– Гута, Деркэто, Китира, хватит глазеть на парней. Все равно те, что с самым толстым хером, не здесь, а на Мадагаскаре…

– Это слухи, шеф, – отреагировала Деркэто. – В среднем хер на Мадагаскаре такой же.

– А меня это вообще сегодня не интересует, – сообщила Гута, щелкнув резинкой своих черных эластиковых трусиков, – у меня, типа, биотехнологический перерыв.

– Теперь к делу, – сказала суб-лейтенант. – Полувзвод, контроль! Сержанты! Рапорт!

– Состав 6, на постах 2, здесь 4, из них 1 с биологией, – докладывал сержант Рилдэ.

– Состав 5, на постах 2, здесь 3, из них с легкой травмой 1, – докладывал сержант Вомо.

– С биологией понятно, – сказала Лайм, бросив взгляд на Гуту, – а что за травма?

– Рядовой 1-го класса Тадес Амра ранен фауной типа «blade-shark», – пояснил Вомо.

Лайм критически окинула взглядом пластырь на теле рядового.

– Какие меры приняты в связи с этим?

– Мы поймали эту рыбу и съели, шеф! – Прокричал Тадес.

– Хорошее решение, – похвалила она. – А что, собственно, с легкой травмой?

– Травма неопасна, – сообщила Деркэто, – рыба не ядовитая, просто у нее плавники режущие. Дырка в организме обработана антисептиком и заклеена по инструкции.

– Понятно, – Лайм кивнула. – Короче, так, мальчики и девочки. Объявляется усиление режима сроком пока на 72 часа. Тип угрозы: неизбирательный, уровень: желтый.

– Шеф, – подал голос Нэбор, – а можно спросить, что случилось?

– Оперативный прогноз INDEMI, вот что.

– Хэх… Про наш сектор, или…

– Или, – последовал лаконичный уточняющий ответ. Возникла короткая пауза.

– Что, настолько хреновый прогноз? – поинтересовалась Китира.

– Прогноз, как прогноз, – спокойно сказала суб-лейтенант Зигерт. – Не надо ничего драматизировать. Просто у нас с вами такая работа, и её надо качественно сделать.