Текст книги "Стань светом в темном море. Том 3"

Автор книги: Softcoral

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 32 страниц)

ГЛАВА 174

ИНЖЕНЕРЫ КОМАНДЫ «НА»

Часть 3

Сато улыбался глазами. Он что-то замычал, глядя на спорящих за него командиров, и Владимир, заметив это, слегка ослабил стропу, затянутую у него на затылке. Сато сплюнул монетку, которую все это время прятал за щекой, и облизал порезанный веревкой уголок губ. Мелькнули кривоватые клыки.

Син Хэрян метнул на Владимира осуждающий взгляд, как бы спрашивая: «Зачем развязал?» – но тот только пожал плечами:

– Зачем ему кляп?

– А ты как думаешь? Чтобы не болтал.

На фоне гнетущего напряжения Сато совершенно невозмутимо вставил:

– Вот уж не думал, что вызову такой неподдельный интерес к своей скромной особе. Похоже, давно следовало наведаться в Пэкходон с винтовкой. Простите, что раньше не проявлял к корейцам и русским должного интереса.

Несмотря на то что почти все вокруг мечтали его прикончить, Сато и глазом не моргнул. На лице у него не отразилось ни малейшего волнения. Мне вспомнилась история о том, что инженерные команды получили свои названия по результатам партии в покер. Получается, команда «На» заняла второе место?³ Мне и Син Хэрян всегда казался человеком довольно своеобразным, но этот Сато вполне мог потягаться с ним в странности.

– А я не думал, что ты будешь разгуливать по станции и стрелять в людей, – холодно сказал Син Хэрян. – Разве ты не собирался сегодня слушать какую-то симфонию? Генделя, если не ошибаюсь?

– Генделя, да. Господин Син, я ведь не потому стреляю, что мне это нравится.

– Судя по ранениям Дмитрия и Ирины, стреляешь ты из рук вон плохо. До этого когда-нибудь боевыми стрелял?

 – Я тренировался в тире, стрелял по голограммам. Как выяснилось, толку от этого немного. Жаль, конечно. Так хотелось хоть разок попасть тебе в голову.

Син Хэрян никак не отреагировал на провокацию. Только хмыкнул и спокойно перешел к следующему вопросу:

– Инженеры из команды «Ра», которые сейчас в Чхоннёндоне, сейчас заняты тем же?

– Кто знает. Хай Юн тебе не рассказывала? Она же вроде как твоя подружка. Или ты предпочитаешь разделять работу и развлечения?

Насколько я помнил, Син Хэрян говорил мне, что они с Хай Юн не встречаются. Видимо, по станции просто ходили слухи, что между ними что-то есть.

Син Хэрян проигнорировал подколку Сато и спокойно продолжил:

– У нас пропали два человека. Вы их видели?

– Они сейчас в Хёнмудоне. У нас.

– Думаешь, я поверю? Если продолжишь нести чушь, отдам тебя Никите. Она еще не слишком ловко орудует ножом – вон полоски у Ичиды на лице получились кривоваты, – но все приходит с опытом.

Сато и Такахаси одновременно посмотрели на лежащего на полу Ичиду. Рядом с ним на корточках сидела Никита – вся в крови, с ножом в руках, – и в полном молчании наблюдала за двумя еще живыми японцами.

С тех пор как Никита увидела тело младшего брата, она стала заметно молчаливее. Раньше хотя бы изредка разговаривала с членами команды, могла улыбнуться… Теперь же, казалось, что в ней не осталось ничего, кроме злости и жажды крови.

Посмотрев на нее, Сато тяжело вздохнул и повернулся к Син Хэряну:

– Я говорю правду. Они молили о пощаде, вот я и сжалился – из уважения к тебе. Мы их раздели и оставили голыми в жилом блоке.

Со Чжихёк, который дежурил на другом конце коридора, резко обернулся. Неужели он слышал разговор даже оттуда?

Не успел Син Хэрян ответить, как вмешался Владимир:

– Да? А как насчет моих людей? Ко мне у тебя уважения не нашлось?

Он смачно ударил Сато по щеке. Тот впервые поморщился, будто от мигрени, и медленно сказал:

– Что касается Дмитрия и Ирины… мне искренне жаль. Я не собирался их убивать. Строго говоря, их смерть была несчастным случаем. Но вот что действительно интересно, как вы нашли тела? Мне казалось, мы надежно их спрятали.

– Жаль, говоришь? – Син Хэрян посмотрел на него с холодным презрением. – А как ты объяснишь то, что вы намеренно вывели из строя спасательные капсулы, чтобы мы погибли при попытке выбраться?

Такахаси заметно занервничала, затравленно огляделась по сторонам, но Сато с наглой невозмутимостью пожал плечами:

– Ну… судя по тому, что вы стоите тут живые, план, очевидно, провалился. Между тем вы убили троих наших. Потерь у нас больше. Поздравляю, победа за вами.

Владимир уставился на Сато как на психа, а Син Хэрян поморщился:

– Я же говорил, что не хочу его слушать.

Сато окинул взглядом всех присутствующих, а потом посмотрел прямо на меня – я как раз проверял, дышит ли Ичида. Улыбнулся и сказал:

– Давненько не виделись, дорогой доктор.

Что это сейчас было? Брр. Я даже подумал, что ослышался. Ты чего здороваешься так, будто встретил лучшего друга, которого не видел лет десять? Мы, на минуточку, ни разу не друзья. Надеюсь, окружающие не подумают, что я заодно с инженерами команды «На».

Чон Санхён и Ким Чжэхи, которые стояли рядом со мной и смотрели в планшет, молча отошли. Прекрасно. Просто прекрасно.

– Да, с прошлого приема. По поводу брекетов мне, кстати, пока не ответили, – сухо сказал я, воздвигнув между нами невидимую стену.

А что еще тут скажешь? В голове пусто. Всем дежурным фразам вроде «Как поживаете?» или «Как вам погода?» самое место в мусорке.

Сато пожал плечами и ответил:

– Не знаю, чем вы отличились, доктор, но… вам стоит переживать не о моих зубах, а о том, как бы самому целым остаться.

Это что, угроза? Или дружеский совет? Оба командира тоже посмотрели на меня, и не сказать, чтобы их взгляды были доброжелательными.

– Если чем и отличился, то исключительно блестящей работой.

Шутки шутками, но если так подумать… Я ведь и правда ничем не отличился. Разве что позволил акуле цапнуть себя за бок, получил пулю в голову и хлебнул морской водички на годы вперед. Ну а по сравнению с Сато, который сломал капсулы и убивал ни в чем не повинных людей, я вообще святой. Лучше бы он волновался за себя: Владимир и Син Хэрян выглядели так, будто с каждой секундой все больше хотели его прикончить.

– Ну… многие с этим не согласятся, – хмыкнул Сато.

Син Хэрян махнул рукой Владимиру. Не знаю, что именно означал этот жест, но выглядел как: «Забирай, он твой». Сато посмотрел на Никиту, которая буквально пожирала его взглядом, и уставился куда-то поверх ее плеча – судя по всему, на стоявшую в стороне Пэк Эён. Потом лениво бросил:

– Если уж выбирать, то Пэк Эён нравится мне больше. В отличие от Иванова, я геронтофилией не страдаю.

Едва он успел договорить, как Син Хэрян молча без предупреждения врезал ему в челюсть. Сато развернуло на девяносто градусов, и он рухнул как подкошенный. Наблюдая за Син Хэряном со стороны, я понимал, что он сдерживался из последних сил, поэтому даже не удивился. Что ж… Для брекетов обычно нужно удалять зубы, но чтоб вот так, кулаком…

Владимир кивнул кому-то из своих, после чего Виктор схватил Сато за лодыжку и поволок куда-то в сторону. Такахаси испуганно наблюдала за происходящим. Похоже, она была уверена, что ее начальник попытается выкрутиться, будет умолять о пощаде, а вместо этого Сато выдал целую провокационную речь, проехался по всем, по кому только можно, огреб и теперь был без сознания. Такого развития событий Такахаси не ожидала. Сато же, судя по всему, с самого начала понимал, что легкой смерти ему не видать. И лишь теперь, глядя на его тело, Такахаси испугалась по-настоящему. До нее словно только сейчас дошло, что следующей будет она.

Син Хэрян кивком указал на тело Ичиды и сказал:

– Если тебя заберут инженеры из команды «Да», считай, что ты уже труп, Такахаси. Тебя не просто убьют – будут пытать до смерти.

Такахаси не поверила своим ушам – побелела, залепетала:

– Нет… я ведь… я ведь даже не стреляла по русским! Это Ичида с Ямаситой стреляли! При чем тут я? Почему я должна отвечать?!

– А камеры вы зачем по пути ломали?

Молчание.

– Ты видела моих людей?

– Они в Хёнмудоне, – после долгой паузы ответила Такахаси.

– А раньше говорила, что в Чхоннёндоне.

– Вы все равно отдадите меня русским! Даже если скажу правду!

Син Хэрян криво усмехнулся:

– Если вы расстреляли моих людей… Поверь, я могу быть куда страшнее, чем вся команда «Да», вместе взятая.

Такахаси на секунду застыла, а потом принялась лихорадочно озираться по сторонам, словно надеясь, что кто-нибудь встанет на ее сторону. Но безуспешно – не только инженеры из команды «Да», но и из команды «Ка» смотрели на него с холодом в глазах. Когда Такахаси поняла, что ни я, ни Туманако с Карлосом не станем за нее заступаться, лицо ее помрачнело.

– Я не убивала! Никогда никого не убивала! Кроме американского и канадского инженеров, нам попадались только шахтеры!

– А камеры?

– Нам приказали их ломать.

– Кто приказал?

Такахаси замялась, поморщилась и нехотя ответила:

– Представители религиозной секты. Они велели уничтожать все камеры на пути. Говорили, что через камеры можно всех отследить… Точно не помню.

– Из секты? Которая Церковь Бесконечности?

Такахаси уставилась на меня… и медленно кивнула.

Я понятия не имел, почему она так странно на меня смотрит, но внутри все сжалось от дурного предчувствия. Син Хэрян снова подал Владимиру знак, видимо означавший что-то вроде: «Забирай и ее». Николай и София подошли к японке и молча подняли за плечи. Руки у нее были связаны спереди, и сопротивляться она не могла.

– Подождите! Я думала, что пойду с командой «Ка», разве нет?!

– Если мои люди убиты, то я сам за тобой приду.

– Постой! Так нельзя! – закричала Такахаси, пытаясь вырваться, и в следующую секунду раздался выстрел.

Стрелял Со Чжихёк. Не раздумывая, я схватил за руки Туманако и Ким Чжэхи и толкнул на пол.

ГЛАВА 175

ТРЕБОВАНИЕ

Часть 1

В конце коридора раздался крик, за которым последовал глухой звук. Со Чжихёк сорвался с места, и спустя несколько секунд по нам открыли ответный огонь. Поблизости не было ни укрытий, ни перегородок, за которыми можно было бы спрятаться. Вспомнив выставочный зал с драгоценностями, я подумал, что там по крайней мере стояли подиумы и камни, за которыми можно было укрыться. А здесь – открытое пространство. Оставалось только лежать на полу и ждать, пока перестрелка прекратится.

Выстрелы звучали со всех сторон. Похоже, Пэк Эён тоже открыла огонь. Но я не мог поднять голову, чтобы посмотреть. Как она умудрялась стрелять в такой обстановке? Видела хоть что-нибудь, прежде чем нажать на спуск? Как показал мой предыдущий опыт, в перестрелке невозможно уловить, кто стреляет, куда летят пули и вообще, что происходит. И теперь, во второй перестрелке в моей жизни, все было абсолютно так же. Только на этот раз я хотя бы не ревел от ужаса. Вот, пожалуй, и вся разница.

Все вокруг попадали на пол, обхватив головы руками и истошно крича. Туманако вопила так громко, что заглушала выстрелы, поэтому я подполз поближе и зажал ей рот ладонью. Через несколько секунд она поняла, что происходит, и замолчала. Я убрал руку.

Выстрелы хлестнули по ушам резкой очередью.

Ким Чжэхи повернулся ко мне и вдруг расплылся в кривой усмешке:

– Адреналина хоть отбавляй, да? Сегодня самый веселый день за все мое пребывание на станции!

Он находился достаточно близко, чтобы я услышал, иначе в этом грохоте было бы ни слова не разобрать: стрельба сливалась в один сплошной грохот. Казалось, что звук идет со всех сторон; если я сейчас приподнимусь, то точно словлю пулю.

Все еще сжимая голову руками – то ли в попытке защититься, то ли чтобы не оглохнуть, – я буркнул:

– А ничего, что тут пули над головой летают?

В следующую секунду что-то со свистом просвистело в сантиметре от моего плеча и ударило в пол. Черт. Еще чуть-чуть, и зацепило бы.

– В этом весь кайф, – донесся до меня непринужденный голос сквозь грохот выстрелов.

Да какой тут кайф?! Придавленная моим телом Туманако буквально тряслась от страха. Рядом, так же распластавшись, лежал Чон Санхён.

– Тебя слабоумие накрыло, хён?! – заорал он.

– А вот это уже обидно!

Я чуть приподнял голову и осмотрелся – и Син Хэрян, и Владимир тоже лежали на полу и стреляли. На другом конце коридора валялись тела в черной одежде.

С той стороны донеслось: «Прекратить огонь!» – и выстрелы мгновенно стихли. Спустя несколько секунд инженеры тоже перестали стрелять.

– Чон Санхён! – тихо, но многозначительно окликнул Син Хэрян.

– На планшете никого видно не было-о-о! – жалобно протянул тот.

Один из нападавших вдруг заорал по-английски:

– Кто вы, черт побери, такие?!

«А вы кто?» – подумал я.

По форме похожи на последователей Церкви Бесконечности, но откуда бы им здесь взяться? В прошлые разы они оставались на Второй и Третьей подводных базах.

– А сами вы кто, мать вашу?! – рявкнул в ответ Николай, тоже на английском.

На той стороне замешкались, но потом один из них раскрыл карты:

– Мы – последователи Церкви Бесконечности, захватившие Подводную станцию! А вы кто?

Ага. Значит, угадал. Но… погодите-ка. Зачем им было спускаться?

Николай, похоже, слегка растерялся – повернулся к своим и шепотом спросил:

– Что за Церковь Бесконечности? Что? Никто не знает? Да, я тоже не в курсе. – Потом он повернулся к своему командиру. – Что отвечать, шеф? Правду?

– Скажи, что мы японцы, – отозвался Владимир. – Здесь вроде только у японцев и китайцев есть оружие.

Син Хэрян, не обращая внимания на болтовню вокруг, медленно пополз в сторону одного из автоматов.

– Мы японцы! – заорал во все горло Николай.

На русском.

Боже мой.

Син Хэрян даже замер на секунду – кажется, не ожидал такого поворота, – потом тяжело вздохнул и пополз дальше. Ким Чжэхи прыснул со смеху, уткнувшись лицом в пол. Владимир весь покраснел и метнул на Николая такой взгляд, что воздух вокруг будто стал холоднее.

Откуда-то из угла Карлос вдруг рявкнул:

– Сдурел?! Зря я связался с этими русскими…

Николай озадаченно огляделся, не понимая, почему все вокруг так странно реагируют, а потом осознал, что слово в слово повторил фразу Владимира. Лицо у него вытянулось.

Я приподнял руку. Никто не выстрелил. Тогда я приподнял голову и осмотрелся. Вдалеке, укрывшись за колонной, сидел Со Чжихёк с оружием наготове и целился в противника. Поймав мой взгляд, он махнул рукой – видимо, хотел сказать что-то вроде «ползите сюда». Я вдруг подумал, что за все время с начала перестрелки они с Пэк Эён вообще не произнесли ни слова.

Я коснулся спины Туманако и указал на Чжихёка. Потом легонько похлопал Чон Санхёна по ноге, чтобы показать, куда двигаться. Тот недолго думая сунул планшет себе за спину и пополз вбок.

И тут, спустя несколько секунд тишины, один из последователей Церкви Бесконечности вдруг закричал:

– Инженеры из команды «Да»? Раз у вас оружие, значит, отобрали у команды «На»?

– Спаси-ите-е-е!! – во все горло закричала Такахаси, умудрившись выплюнуть кляп.

Державшая ее София то ли была ранена в перестрелке, то ли просто не могла с ней справиться, – японка вырывалась изо всех сил. Ее истошный визг мгновенно наполнил Центральный квартал, и Никита без раздумий всадила ей нож в шею. Ким Чжэхи остановился и затрясся от смеха, будто происходящее его искренне развеселило.

Крик оборвался, и в коридоре снова повисла гробовая тишина.

– Похоже, и правда отобрали, – неуверенно сказал кто-то из сектантов. – Господин Сато еще жив?

Кажется, вон то тело возле Виктора и было господином Сато. Я снова похлопал Ким Чжэхи по ноге, но он не отреагировал. Тогда я постучал по спине.

– Чжэхи! Эй, Чжэхи!

Он повернул голову, взглянул сначала на меня, потом на Чон Санхёна, который уже уполз далеко вперед, оценил обстановку и последовал за ним.

– Считайте, что мертв! – крикнул Владимир. – Зачем вы захватили станцию?

– Не ваше дело! Мы кое-кого ищем! Хотите жить – сотрудничайте!

Ответ от тех, кто минуту или две назад палил по нам без остановки, прозвучал как ультиматум.

Владимир, не сдерживая злость, рявкнул:

– Да пошли вы!

Я тем временем добрался до колонны, за которой укрывался Со Чжихёк, и заметил, что он ранен: левый рукав насквозь пропитался кровью.

– Вас задели?

– Царапина, – спокойно ответил Чжихёк, не отрываясь от прицела. Потом повернулся ко мне и вдруг спросил: – Вы, случаем, не умеете оперировать огнестрел?

Как они все представляют себе обычного корейского стоматолога? Конечно же не умею.

– Нет.

– Ясненько.

– А что случилось?

– Там, за автоматом с печеньем, должна быть Эён. Но она не откликается и не выходит.

Так вот почему Син Хэрян направился в противоположную от Чжихёка сторону, – он искал Эён.

Чон Санхён спрятался за Чжихёком и спросил:

– И что нам теперь делать, хён?

– Что-что… – устало пробормотал Со Чжихёк. – Валить надо. На камерах что-нибудь видно?

– Похоже, японцы разбили все камеры в Центральном квартале. На экранах все черное.

– А где не разбили?

– Эм… ща, подождите.

– И отмотай назад те, что целы. Вдруг там засада.

Пока Чон Санхён лихорадочно листал изображения на планшете, один из последователей Церкви Бесконечности закричал:

– Среди вас есть человек по имени Пак Мухён?

У меня чуть сердце не остановилось. Я даже не сразу понял, что услышал, – настолько абсурдно это прозвучало. Что?.. Почему я?!

Туманако, Ким Чжэхи и Чон Санхён дружно уставились на меня. Только Со Чжихёк как ни в чем не бывало продолжал целиться из винтовки.

Теперь я прекрасно понимал, почему несколько минут назад Николай растерялся. Сложно быстро соображать, когда на тебя орет террорист из религиозной секты.

Я тоже не нашел ничего лучше, кроме как спросить у остальных:

– Как лучше ответить?

Первым порывом было крикнуть, что я здесь, но в следующую секунду до меня дошло: а точно стоит светиться? Оно мне надо? Удивительно, но в этот момент моя уверенность в себе испарилась без следа.

Туманако быстро зашептала:

– Может, скажем, что тебя здесь нет? Сомневаюсь, что они пришли обниматься.

– А если скажем, что нет, и они снова начнут стрелять?! – вмешался Чон Санхён.

Ким Чжэхи уставился на меня с видом зрителя, который смотрит любимый сериал:

– Сначала Сато, теперь вот они! Признавайтесь, что вы успели натворить?

Но Со Чжихёк лишь нахмурился и, не оборачиваясь, бросил мне:

– Сидите тихо.

Пока я не думал, что ответить, кто-то другой сделал это за меня.

– Что, если есть? А если нет?

Это кричал ползущий в нашу сторону Карлос. Отличный ответ, точнее, встречный вопрос. Хотелось бы услышать развернутый ответ: что именно будет в каждом из случаев, ведь в зависимости от ответа я либо есть, либо меня нет.

В ответ с той стороны резко выкрикнули:

– Отдайте нам Пак Мухёна, и остальные останутся в живых!

Вот теперь я почувствовал на себе с десяток прожигающих взглядов. Будто в коридоре включили прожектор и направили его прямо на меня.

ГЛАВА 176

ТРЕБОВАНИЕ

Часть 2

Все-таки взгляды людей – штука странная. Никто и слова не сказал, а ощущение такое, будто меня придавило бетонной плитой. В каждом взгляде – немой упрек: «Решай немедленно, что ты тянешь, все из-за тебя».

Нет. Это мои фантазии. Я же не телепат, откуда мне знать, что они там думают. Нельзя себя накручивать. Нужно принять решение, которое пойдет на пользу всем, и мне в том числе. Они ведь не настолько ослеплены страхом, чтобы вот так – толпой, поддавшись стадному инстинкту – выдать обычного человека опасным сектантам.

– Выходите уже! – внезапно рявкнул Чон Санхён.

– Ты вообще понимаешь, что они с ним сделают?! – тут же набросилась на него Туманако.

– Зато остальных отпустят!

– И ты поверил? Дурья башка! Тем, кто приходит с оружием, вообще ничего нельзя давать! Ни капли воды, ни глотка воздуха! – Она явно говорила из горького личного опыта, голос звенел от злости и обиды. – Ты хоть понимаешь, как это низко? Или ты готов на все, лишь бы самому выжить?

Санхён покосился на Туманако и ехидно спросил:

– Разве маори сами людоедством не промышляли?

То ли хотел уколоть, то ли просто испортить настроение.

– Заткнись, если не хочешь, чтобы и тебя сожрали, – мрачно ответила Туманако.

Санхён что-то буркнул себе под нос и, насупившись, замолчал. Я послал Туманако благодарный взгляд и кивнул. И все же, несмотря на ее слова, мысль о том, что, быть может, мне нужно попасть к этим фанатикам – хотя бы один раз, – все крепче застревала в голове.

По крайней мере, я смогу задать им интересующие меня вопросы. Зачем они вообще все это устроили? Что за драгоценности находятся на той выставке? Почему я умираю и каждый раз возвращаюсь к жизни? Почему у каждого из этих сектантов своя версия происходящего? Почему отсюда нельзя выбраться? Возможно, у фанатиков и правда есть какие-то ответы, – по крайней мере, они точно знают больше, чем я.

Но… если честно, идти к ним совсем не хотелось. Это как тянуть с неприятным делом до последнего, пока не припечет. И все равно не хочется. Сама мысль о том, чтобы добровольно пойти к сектантам и провести с ними хотя бы пять минут, вызывала такое отвращение, что аж мутило.

Даже если встреча с ними – необходимый шаг на пути к разгадке, я не хочу его делать. В голове всплывают сцены в выставочном зале, а стоит вспомнить бойню в лифте – и сразу хочется, чтобы наши с сектантами пути никогда не пересекались. Пусть они существуют где-то в параллельной реальности, подальше от меня. Кроме того, их поведение вызвало во мне глухую волну возмущения. Можно подумать, они имеют право размахивать оружием и требовать, чтобы им кого-нибудь выдали! Кто вы вообще такие, чтобы раздавать приказы? Думаете, если у вас есть стволы, можно вытирать об остальных ноги? А все безоружные должны трястись и подчиняться, чтобы не сдохнуть? Этот подход – когда страх используется как инструмент власти – сам по себе ублюдочный. Интересно: если бы сейчас численный перевес был на нашей стороне, они бы тоже так смело себя вели?

И что это за «отпустим»? А если не отпустите? Что тогда? Что вы вообще умеете, кроме как убивать? Вместо того, чтобы стоять тут и нести чушь, пошли бы лучше вытаскивать людей из затопленных блоков – глядишь, уже всю Станцию спасли бы.

Я почувствовал, как внутри начинает подниматься злость. Противоречие. Казалось, просыпается какая-то часть меня, о существовании которой я раньше и не догадывался. Прежний я, наверное, уже дрожал бы от страха где-нибудь в углу. Но сейчас… сейчас я смотрел на вооруженную толпу и злился.

Спокойно, Мухён. Ты обычный человек, не спецназовец, да и физподготовкой не блещешь. Остынь.

Успокоиться было непросто, но я старался как мог.

Давай по порядку. Что даст мне встреча с этими фанатиками? Не сыграю ли я им на руку, если сам к ним явлюсь? Смогу ли вытянуть из них нужную информацию, не раскрыв свои карты? Смогу ли сбежать от людей, у которых, судя по всему, годы спецподготовки за плечами?

Да кому я вру. Скорее у меня жабры вырастут. Все закончится тем, что они вытянут из меня все, что знаю, выжмут досуха и пустят в расход.

Интересно другое: почему они решили, что им нужен именно я? Откуда им вообще знать, что я застрял в этом дне сурка? На этот раз я все проспал, слишком поздно вышел из комнаты и даже объявления не делал. Или они, как и инженеры из команды «Ка», просмотрели записи с камер? Но даже если так, что они там могли увидеть? Разве что как люди исчезают. Все.

– Зачем сектантам-террористам вдруг понадобился стоматолог, который только-только устроился сюда на работу? – спросил Ким Чжэхи.

А я… и сам не знал. Ни одной внятной версии. Поэтому просто буркнул:

– Может, у них в учении запрет на чистку зубов. Кариес запущен, изо рта несет так, что глаза слезятся. Кто их знает.

Ким Чжэхи посмотрел на меня с каким-то странным интересом:

– А можно я с вами пойду? Сам их поспрашиваю. А то скучно.

Стоявший рядом Чон Санхён отшатнулся от него как от прокаженного:

– Не неси чушь, хён! Скучно – поиграй вон в игру какую-нибудь!

– Разве твои игры такие же веселые?

– Мы в любую секунду сдохнуть можем, какое к черту веселье?!

– А когда еще выпадет шанс оказаться в эпицентре теракта на международной Подводной станции? Да еще и с перестрелкой? Это же бесценный опыт! Понимаешь?

– Не понимаю и понимать не хочу! Какой, блин, опыт?! Черт, ну точно, на станции ни одного нормального человека!

В коридоре повисла гнетущая тишина. Я все ждал, что кто-нибудь сейчас предложит выдать меня сектантам, закричит: «Пак Мухён здесь! Забирайте, только остальных не трогайте!» Но все молчали.

– Как-то тихо, – заметил я.

Со Чжихёк втянул воздух сквозь зубы – рука, наверное, болела, – задержал дыхание и медленно выдохнул:

– Все боятся, что стоит вас выдать, как эти сектанты скажут: «Спасибочки!» – и нашпигуют нас пулями. Вот и гадаем, что хуже: отдать вас и получить пулю или не отдать – и тоже получить пулю. Русские сейчас ждут, что скажет наш босс. – Он усмехнулся. – Если бы сектанты потребовали отдать им Софию или Николая, поверьте, мы бы тоже сидели молча. И не рыпались.

Карлос, который, ползком пересек почти весь коридор, наконец добрался до нас. Мы с Туманако втянули его за колонну.

Завидев меня, он расплылся в улыбке:

– О! Вот ты где прячешься?! Ну и что будешь делать? Я вот полагаю, что они врут. Стоит тебя выдать, и нас сразу расстреляют. А ты как думаешь?

– Вы не собирались сказать им о том, что я здесь?

Карлос, пригибаясь, чтобы не попасть под шальную пулю, пожал плечами:

– В фильмах такие крысы всегда дохнут первыми.

Чон Санхён скривился, а Карлос тем временем дотянулся до автомата с конфетами, который стоял у колонны. Нажал пару кнопок и как ни в чем не бывало начал собирать выпавшие сладости. Одну конфету протянул Туманако, а остальные запихал себе в рот.

Со Чжихёк, не оборачиваясь, спросил:

– Доктор, а вы сами-то хотите к этим ублюдкам?

От взглядов стало жарко, будто щеки подставили под паяльник. Кажется, стоит мне сказать «да» и меня с радостью спровадят.

А стоило ли быть честным? Мне уже доводилось встречаться с вооруженными фанатиками из Церкви Бесконечности, и ничем хорошим эти встречи не заканчивались. Сейчас – та же история. Взять хотя бы Со Чжихёка, который задал мне этот вопрос, – он истекает кровью.

Они, конечно, заявили, что не тронут остальных, но кто в здравом уме поверит на слово фанатикам с винтовками? Я и обычным-то проповедникам не особо верю. К тому же в недавней перестрелке погибли их люди, – кто даст гарантию, что они не захотят отомстить?

– …Нет. Не хочу.

– Тогда стойте у меня за спиной и не высовывайтесь. – Со Чжихёк тяжело вздохнул, приподнял брови и добавил: – Вообще такие штуки по части нашего шефа, не по моей. Я надеялся, что он быстро вернется и возьмет все в свои руки, но… похоже, у него и без нас дел по горло. Так что придется самому.

– Что именно?

– Вешать лапшу на уши. Или, если по-умному, провести операцию по дезинформации и отвлечению противника. Честно говоря, вранье не мой конек.

Можно ли считать умение «вешать лапшу на уши» чьим-то коньком? Это вообще считается положительным качеством?

– Тогда что вы считаете своим коньком, Чжихёк?

– Выполнять приказы и приспосабливаться – вот в этом я профи. – Он на секунду задумался, а потом хмыкнул: – Наверное, на моем месте шеф сейчас крикнул бы что-нибудь вроде… ЗАЧЕМ ВАМ НУЖЕН ПАК МУХЁН?

Последнюю фразу Со Чжихёк прокричал на английском, причем так громко, что у меня зазвенело в ушах. Ким Чжэхи вздрогнул и тут же зажал уши.

Ответ не заставил себя долго ждать:

– Не ваше дело!

Похоже, ни одна сторона не горела желанием делиться хотя бы каплей полезной информации. Но Чжихёк, судя по всему, и не ожидал ответа, просто продолжил надрывно кричать:

– Мы отдадим вам Пак Мухёна, если вы гарантируете безопасность остальным!

У меня по спине пробежал холодок. Что?.. Чжихёк собирается меня сдать? Зачем тогда спрашивал, чего я хочу? Зачем говорил стоять у него за спиной и не высовываться, будто собирался защищать?.. Если бы он честно сказал, что хочет пожертвовать мною ради остальных, я бы понял. Может, даже смирился бы.

У Туманако отвисла челюсть. Конфета, которую она собиралась отправить в рот, выскользнула из пальцев и покатилась по полу.

Карлос замер с леденцом во рту, вытаращился на Чжихёка и буркнул:

– Русские, может, и туповаты, но у корейцев – ни стыда, ни совести.

Чон Санхён расплылся в улыбке и с победным видом посмотрел на Туманако, но та даже не повернулась в его сторону.

Тем временем со стороны сектантов раздался крик:

– Как только Пак Мухён окажется у нас, мы покинем Четвертую базу!

Значит, со Второй и Третьей они уходить не собираются?

Не отрываясь от прицела, Со Чжихёк закричал:

– Пак Мухён мертв!

Что?..

Все, включая меня, разом онемели. Даже на той стороне, кажется, не ждали такого поворота.

Тем временем Чжихёк указал на изуродованное тело, лежащее посреди коридора:

– Вот он, с лицом в сеточку! Забирайте трупешник и валите отсюда!