Текст книги "Стань светом в темном море. Том 3"

Автор книги: Softcoral

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 32 страниц)

ГЛАВА 210

ЦАРЬ ДРАКОНОВ ЁНВАН

Часть 3

Пока я говорил, Со Чжихёк молча слушал, а потом – с абсолютно каменным лицом – отступил от меня на три шага.

Эй, ты куда это намылился?

Он отошел чуть дальше, нахмурился и обратился к своему командиру:

– Не знаю, в еде дело или в воздухе, но если даже новичок в таком состоянии, значит, проблема серьезная.

Ха-ха… Я не удержался от смеха. Вчера я и сам не поверил бы, что стану нести такую чушь.

Санхён застонал, перекатился на бок и пробурчал:

– Террористы на станции? Что за бред… Черт, все болит, а этот тип еще и ахинею несет. Ай-ай-ай…

Чжихёк посмотрел на меня с сочувствием и вздохнул:

– Лично к вам ничего не имею, не подумайте. Просто… на станции есть госпиталь, и вам помогут. Сам я там не бывал, но те, кто ходил, говорят, врачи толковые, посетителей много. Лекарства вам помогут, так что сильно не переживайте. Вот выберемся отсюда, и можно будет туда сходить.

Я слушал Чжихёка вполуха, рассеянно кивая. Не веришь? И правильно. Я и сам, пока объясняю, начинаю чувствовать себя дураком, будто рассказываю про НЛО человеку, который в пришельцев не верит. Вот выберусь со станции, найду его и раз тридцать скажу, что обиделся. Жди, дружок.

Син Хэрян с трудом приподнялся и, не обращая внимания на скептические взгляды остальных, спросил:

– Вы сказали, что те, кому сейчас плохо, в прошлой временной петле либо погибли, либо получили тяжелые ранения. Получается, некоторые из присутствующих уже один раз погибли?

– Не один раз. Несколько, – ответил я. Даже самому было трудно в это поверить.

Син Хэрян нахмурился:

– И как вы можете быть уверены, что пропавшие сейчас на Тэхандо?

– Не уверен. Но у меня остались воспоминания о том, как они эвакуировались.

– И сколько нужно ждать, чтобы боль прошла?

– Не знаю.

Вопросы были вполне логичные, но ответить я ничего толком не мог и с каждым новым вопросом будто становился меньше ростом. В четвертый раз возвращаюсь к жизни, а по части полезной информации – полный ноль. Интересно: все, кто переживает такое, выглядят так же жалко? Или только я умудрился за все это время не раздобыть никакой полезной информации о том, как выбраться?

Да хоть сто раз умри и воскресни, Пак Мухён все равно останется Пак Мухёном. После смерти и возрождения ты не превращаешься в гения и не обретаешь суперсилы.

Син Хэрян задал последний вопрос:

– Зачем вы нам все это рассказываете?

– Надеюсь, что информация поможет вам выбраться со станции живыми.

Пэк Эён, до этого молчавшая, воспользовалась паузой и спросила:

– Какие драгоценности носят эти… сектанты?

Из всего, что я только что наговорил, ее больше всего заинтересовала ювелирка?! А то, что родную станцию захватили террористы, совсем не волнует? Неужели уже прикидывает, как уложить их и стянуть побрякушки?

– Думаю, каждый носит, что хочет. Церковь Бесконечности ничего им специально не выдает.

Пэк Эён поморщилась и выдохнула так тяжело, что казалось, скамья под ней прогнулась. Син Хэрян прикрыл рот рукой и замер. А вот Санхён, наоборот, подскочил и попытался направиться к капсулам.

– Да пошло оно все! Пусть один, но я выберусь! Не останавливайте меня! Я сказал, не останавливайте-е-е!

Но дальше метаний на полу дело не пошло – Санхён просто беспомощно ерзал, как рыба на суше.

Со Чжихёк скрестил руки на груди, некоторое время наблюдал за ним, а потом тяжело вздохнул:

– Сегодня с утра прямо парад редких зрелищ. Трое моих коллег решили поплавать по полу… Куда, черт возьми, подевалась замком? Почему, когда они с командиром нужны, их нет или толку от них ноль? Эх, судьбинушка моя… Надо увольняться отсюда к чертовой матери.

Пока он ворчал и жаловался на жизнь, Син Хэрян, нахмурившись, сказал:

– Если все, что мы сейчас услышали, – правда, нужно действовать немедленно.

– Вы серьезно? А капсулы?

Хэрян молча уставился на Чжихёка, который, в свою очередь, перевел взгляд на меня, будто надеялся, что я встану на его сторону. Ага, щас. Я так же молча уставился на него в ответ.

Чжихёк мотнул головой, вздохнул и сдался:

– И как вы собираетесь передвигаться?

– Со мной все в порядке. Помоги другим.

Чжихёк мгновенно оказался рядом, уперся ногой в плечо сидящего Син Хэряна и толкнул. Тот попытался удержаться, но все-таки завалился на спину.

Чжихёк убрал ногу, скривился и сказал:

– Ну и куда вы собрались, если даже пошевелиться толком не можете? Если вам что-то не нравится, попробуйте меня сдвинуть.

Ты что творишь, Чжихёк?! А если он сейчас вскочит и заедет тебе кулаком? Ты вообще в курсе, как он дерется? Инстинкт самосохранения совсем отшибло? Или думаешь, он тебе поблажку сделает?

Син Хэрян, все еще лежа на полу, сказал:

– Нужно уходить из Пэкходона. Здесь мы только зря время теряем. Сначала пойдем в Центральный квартал.

Чжихёк шумно выдохнул, глядя на него:

– А что с пропавшими?

– Потом.

Чжихёк сделал какой-то жест – на середине движения ладонь явно указала на меня.

Син Хэрян чуть приподнял бровь и ответил:

– Тоже потом.

Чжихёк поморщился, но спорить не стал. Вместо этого перешел к делу:

– Пусть я и супермен, но троих за один раз не утащу.

Он окинул взглядом лежащих – Хэряна, Эён и Санхёна – и, повернувшись к последнему, бодро выдал:

– Спасибо за все, Санхён. Бывай.

Тот аж дернулся, замахал руками:

– Ты что несешь, хён?! Эй! Не пугай так!

– В следующей жизни будь потише и постарайся не бесить всех вокруг.

– Да что с тобой? Ты же должен меня защищать! Что за чушь?!

– Передавай привет рыбкам. А я, как выберусь на сушу, передам от тебя – муравьям.

– А-а-а, командир! Видите?! Чжихёк меня бросает!

– Ты же сам хотел сесть в капсулу. Вон, все четыре – твои.

– Да что на тебя нашло?! А если они сломаны?

Ким Чжэхи усмехнулся, глядя на этот цирк. Син Хэрян, приподнявшись на локтях, перевел взгляд на него, потом – на меня и неожиданно спросил:

– Кстати… доктор?

– Да?

– Среди присутствующих есть те, кто связан с Церковью Бесконечности?

Я машинально глянул на Ким Чжэхи, но, осознав, что выдал себя, быстро перевел взгляд обратно на Син Хэряна. Я не собирался афишировать его причастность. Хотел сначала поговорить с ним наедине.

Замявшись, протянул:

– Э… ну… это…

И, натянуто улыбнувшись, попросил:

– Можете… повторить вопрос?

– Ясно, – сухо ответил Син Хэрян, бросив косой взгляд на Чжэхи.

Со Чжихёк от изумления разинул рот. Остальные тоже повернулись к Чжэхи. Тот лишь пожал плечами и как ни в чем не бывало лениво сказал:

– Хм. Попался, значит.

– Хён! Ты что, террорист?! – в ужасе уставился на него Чон Санхён.

– Формально просто член секты. Но думаю, с сегодняшнего дня можно будет добавить и «террорист».

Санхён, сидевший к нему ближе всех, в панике отполз к Син Хэряну.

Чжихёк глянул на него и расхохотался:

– Чжэхи, так, значит, все, что Мухён сказал, правда?

Со Чжихёк уже без привычной насмешки смотрел ему прямо в глаза. Голос его звучал как обычно, но в воздухе повисло напряжение. Мне даже показалось, что, стоит Син Хэряну подать малейший знак, и Чжихёк без раздумий бросится на Чжэхи… Или у меня уже паранойя? Сам Чжэхи, похоже, не ощущал ни малейшей угрозы.

– Наверное. Сам-то я в чужих чудесах не участвовал, так что точно не знаю.

Чжихёк окинул его быстрым, оценивающим взглядом:

– Ты без оружия?

– Чтобы научиться стрелять, мало уметь нажимать на курок. Вроде как нужно еще три недели отдельной подготовки. Тренируют группами, по несколько человек. Те, кто уже умел, конечно, быстрее втягиваются, а остальным тяжеловато. Плюс вставать ни свет ни заря, таскаться с винтовкой, носить тяжести… ну и, возможно, стрелять в людей. Мне и на своей работе хватает забот, так что в это болото я не полез.

– Это Церковь Бесконечности запустила торпеду по Чучжакдону?

– Ха-ха-ха… Командир, если бы я знал о торпеде, то взял бы отгул. Но уж точно не полез бы чинить внешнюю обшивку и рисковать сдохнуть вместе со всеми.

Син Хэрян посмотрел на все еще улыбающегося Ким Чжэхи и спросил:

– Поможешь дотащить Эён или Санхёна?

Чжэхи скосил взгляд на меня, потом ответил:

– Да. Если двигаться медленно, смогу. Мы ведь вместе пойдем?

– Да.

Я поспешил вставить:

– И я одного смогу унести.

– Спасибо.

Со Чжихёк окинул взглядом троих пострадавших и спросил самого тяжелого из них:

– Если я сейчас понесу Эён, то долго не проживу, да?

– Только попробуй – прибью раньше, чем террористы!

Не сказав больше ни слова, Чжихёк подхватил Син Хэряна, поставил его на ноги и закинул руку себе на плечо. С одним разобрались; остались еще двое.

Пэк Эён посмотрела на Ким Чжэхи с откровенным раздражением:

– Секта и террористы? Каждое само по себе мерзко, а ты все сразу собрал. Как ты так живешь?

– В жизни всякое бывает. То ногу оторвет, то палец, то в секту запишешься, – пожал плечами Чжэхи.

– Держись на расстоянии трех метров. Меня от тебя тошнит.

– Как ты холодна, Эён…

ГЛАВА 211

ЦАРЬ ДРАКОНОВ ЁНВАН

Часть 4

Пэк Эён выбрала «транспортом» меня – человека, которого видела всего раз в жизни. Она лежала на спине и смотрела в потолок с таким видом, будто при первой возможности стерла бы этот мир в порошок. Видимо, боль, свалившаяся на нее словно ниоткуда, располагала к таким мыслям.

Чтобы поднять человека, который явно мечтал лежать вечно, я уточнил:

– На спине понести? Или, как Чжихёк, под руку?

– На спине.

Я присел, подставил спину. Эён со стоном повисла на мне, как лягушка. Задержав дыхание, я напряг ноги, поднялся и только тут понял, что она легче, чем ожидал. Наверное, меньше шестидесяти килограммов. Я просунул руки ей под колени и устроил поудобнее.

– Пойдемте?

– Мм.

Хиленький «рикша» осторожно двинулся вперед, лавируя между скамейками. Эён то обхватывала меня за шею, то дергала за волосы на затылке, вертелась, устраиваясь удобнее, и лишь через несколько минут затихла. Ну да, на чужой спине особо не разляжешься.

Ким Чжэхи по умолчанию достался Чон Санхён. Тот сперва ныл: мол, как он теперь может доверять хёну, но быстро заткнулся, поняв, что других желающих тащить его нет. Правда, впереди их ждала целая дипломатическая миссия по выбору способа транспортировки.

Чжэхи предлагал либо тащить Санхёна волоком, либо поддерживать сбоку, как это делал Со Чжихёк. Но Санхён уперся: у него болит абсолютно все, ходить он не может, так что его надо либо нести на спине, либо вообще на руках.

Чжэхи выслушал это и медленно выдал:

– Пожалуй, тебя проще тут бросить. Ну, бывай. Гудбай. Сайонара. Да свидания. И лу шунь фэн.

После этих прощальных слов на пяти языках Санхён вцепился ему в штанину:

– Хён! Ты чего! Есть же понятие чести! Мужской дружбы! Если умирать, то вместе! Выживать – тоже вместе!

Чжэхи почесал щеку и повернулся ко мне:

– А давайте Эён вдвоем понесем?

– А! Хён! – возмутился Санхён.

Син Хэрян, судя по всему, привыкший к балагану в своей команде, невозмутимо наблюдал за происходящим, а потом велел Со Чжихёку выдвигаться. Они с Чжихёком вышли первыми, следом мы с Пэк Эён. А уж за нами плелся Чжэхи с Санхёном на спине.

Выйдя из эвакуационного отсека, мы свернули в коридор, соединяющий Центральный квартал с Пэкходоном. Не знаю, что Чжихёк сказал Син Хэряну, но тот вдруг перехватил его за руку, которой тот его поддерживал, и в одно движение впечатал в пол. Я только вытаращился – не думал, что человека можно вот так поднять в воздух и шмякнуть.

Чжихёк, лежа на спине, простонал:

– Да вы живее всех живых! Зачем притворялись больным?!

– Следи за ногами, если не хочешь, чтобы их сломали, – холодно отрезал Син Хэрян.

Я замер, но Пэк Эён за моей спиной спокойно сказала:

– Не обращайте внимания.

– А он точно не ушибся?

– Судя по тому, как упал, все в порядке.

Интересно, есть ли вообще какой-то «правильный» способ упасть, чтобы не ушибиться? Обычно ведь все происходит в доли секунды. Но слова Эён тут же подтвердились – Чжихёк, пошатываясь, поднялся и пошел дальше. Я, глянув на его спину, облегченно отметил про себя, что он вроде цел.

Сзади донесся голос Чон Санхёна. Обернувшись, я увидел, что Ким Чжэхи тащит его медленно, как пьяный, петляя из стороны в сторону.

– О-о-о! Кажется, сейчас грохнусь… Санхён, а ну, перестань дышать. Из-за дыхания ты тяжелее становишься!

– А-а-а-а-а! Хён! Только не урони меня! Если уронишь, сам знаешь, что будет! Я тебя засужу!

– Вот ты это сказал, и у меня внезапно щиколотка заныла. И колено тоже.

– Хён! У тебя же нет щиколотки!

Чжэхи пошел еще более шатко, и Санхён принялся орать в такт каждому шагу:

– А-а-ай! Ай! Хён! Ты издеваешься, да?! Блин, за что?!

– Санхён, да я надрываюсь, пока тебя несу.

– Хён! Я человек честный! Вот выберемся отсюда, и я, э-э-э, вспомню, что ты мне помог, и верну долг… ну, по себестоимости!

– По себестоимости? Должен в два-три раза больше отдать.

– А! Хён! Мы же друзья, ну что за подколы!

Кажется, Пэк Эён, оглядев всех, пробормотала что-то про жалких мужиков, но, может, мне послышалось.

Ощущая тяжесть у себя на спине, я осторожно спросил:

– Все еще болит?

– Сначала было так плохо, что хотелось вырубиться, но понемногу отпускает… Вы, случаем, не знаете, почему мне стало больно?

– Потому что вам выстрелили в грудь.

Пэк Эён немного помолчала, потом спросила таким тоном, будто я только что сморозил глупость века:

– А командир у нас, значит, полную грудь пуль словил?

– Ага.

– А идиот сзади?

Я обернулся – Ким Чжэхи, похоже, не слишком привык кого-то таскать, и они с Санхёном отстали от нас на приличное расстояние. На секунду задумался, стоит ли сейчас рассказывать, что именно натворили сектанты, и решил ограничиться коротким ответом:

– У Санхёна примерно то же самое.

– А Чжихён и зам, с ними все в порядке?

– Да, должно быть.

– Ну ладно. Хотя погодите. Что-то тут обидно получается. А почему этот болван впереди целый и невредимый?

Кто там у нас болван впереди… А. Я чуть сбавил шаг, увеличивая дистанцию между нами, и ответил:

– Чжихёка не задело.

– Меня, что ли, кто-то как щит использовал? Я, между прочим, не такая медленная и тупая, чтобы под пулю подставляться.

– Вам просто не повезло.

Вряд ли кто-то умеет уклоняться от пуль.

Пэк Эён крепче ухватила меня за плечо и живо спросила:

– Вы говорили, что выбрались из жилого блока Пэкходона. Вы уверены, что его полностью затопило? Может, заглянем в мою комнату на минутку?

А… точно. Шкатулка с драгоценностями.

Я поспешил ответить:

– Нельзя. Все полностью под водой. Я сам еле выбрался.

И вдруг снизу донесся гул – длинный, затяжной, и пол под ногами заходил ходуном, словно началось землетрясение. Я остановился как вкопанный. Остальные тоже замерли. Все закончилось так же быстро, как и началось. Син Хэрян скомандовал двигаться быстрее.

Пэк Эён разочарованно вздохнула:

– Сегодня явно не мой день.

Я невольно усмехнулся, вспоминая собственное положение, и ответил:

– Могло быть и хуже.

– Я только что потеряла все свое состояние.

– Заработаете снова, когда выберемся. Или потом попросите кого-то из ребят, кто хорошо плавает или ныряет, вытащить.

– Вы ведь знаете, что было моим состоянием, да? – медленно спросила Пэк Эён и едва заметно положила руку мне на плечо.

У меня по спине пробежал холодок. Будто она допрашивала меня. Хотя, может, просто показалось.

– Знаю только, что в вашей комнате в шкатулке лежали золото и прочие ценности.

– Вы ее открывали?

– Нет.

Несколько секунд Эён молчала.

– Вы говорили, что у этих сектантов много украшений.

– А? Да.

– И вам в голову не приходит в голову меня подозревать?

– Вас, Эён?

– Ну да. Сектанты ведь носят украшения.

– Ну если так рассуждать, то всех женатых можно записать в сектанты.

И тут мне вспомнилось, как на выставке Памела Браун, увидев Пэк Эён, сделала вид, что не заметила ее, и прошла мимо. Наверняка они знакомы.

С этой мыслью я спросил:

– Среди верующих Церкви Бесконечности есть кто-то, кого вы знаете?

– Есть один человек, которого я подозреваю.

– Почему?

– Он хотел подарить мне браслет. Говорил, браслет дешевый, но мне стало неловко, и я отказалась.

К нам незаметно подошел Ким Чжэхи и без приглашения встрял:

– Какой браслет?

– С красными камнями.

– Тебе бы подошел.

– Держи три метра дистанции, сектант. И давай без сантиментов. Выполняй!

Пэк Эён отмахнулась от Чжэхи, как от назойливой мухи.

– То есть кто-то просто так хотел подарить тебе браслет? – вдруг спросил Чон Санхён, который до этого молчал. – Ну ты живешь, конечно. Сиди себе и получай подарки, даже делать ничего не надо. Хорошо устроилась.

– Завидуешь? Ну ты живешь, конечно. Неужели никто даже дешевенького браслета тебе не дарил?

– Сам могу себе купить, поняла? Я же Чон Санхён!

– Вот и купи, и хоть в нос вставляй.

Пока они не переругались окончательно, я прибавил шаг и пошел вперед. Ким Чжэхи держал ровный темп, поэтому Эён и Санхёну оставалось разве что перекрикиваться.

Я почти бежал с Эён на спине, ноги горели, но скоро догнал тех двоих, что шли впереди.

– Кому вообще придет в голову устраивать теракт в таком месте? – донесся до меня голос Со Чжихёка. – На станции в северной части Тихого океана собрались представители пяти из десяти сильнейших стран мира. Терроризм? Ну, попытаться можно… но если до сих пор никто не рискнул, значит, знали, чем это кончится. Любой инцидент тут максимум за три дня зачистят. Требования террористов никто и слушать не станет. Американцам только повод дай – пригонят авианосец, перебьют всех террористов и еще тут лагерь разобьют, чтобы насовсем остаться. Так что тихо отсидимся, и все рассосется. И потом, мы застряли на дне океана, думаешь, южнокорейское правительство не пришлет спасателей?

– Ага. Не дали нам ни телефон, ни лодку, но спасать побегут со всех ног.

– А та старая лодка, которую недавно притащили, чья вообще?

– Моя. Мне ее подарили.

Едва прозвучало слово «лодка», как Пэк Эён у меня на спине дернулась и приподнялась, будто хотела встать. Я чуть не выругался вслух; если она выпрямится, мы оба навернемся. Пришлось подойти ближе к тем двоим, лишь бы удержать равновесие.

Чжихёк уставился на командира с видом полного недоумения и спросил:

– И откуда у вас лодка?

– Ариа Фрейзер из команды «А» получила эту лодку по наследству, но она такая старая, что не продать. Сказала, если надо – забирай.

– С виду-то нормальная. И вообще, мне эта Ариа даже конфету ни разу не дала.

– Так ты в коридоре не был, когда она ногу сломала.

– Разве это не вы ее тогда в больницу отправили? Командир Хэйли вас потом по всей базе искал.

– Она сама поскользнулась. А Хейли еще и спасибо сказал.

Со Чжихёк, понизив голос, посмотрел на Син Хэряна с такой мольбой, будто от этого зависела его жизнь:

– Если лодка вам не нужна, может, мне отдадите?

– Не надейся. Лодку я оставлю замкому Кан Сучжон, когда уволюсь.

Закончив с темой лодки, Син Хэрян устало пробормотал:

– В этой работе самое паршивое то, что все снабжение приходится самому добывать.

– Да бросьте вы свои дурацкие покерные посиделки, берите американское гражданство и живите спокойно. Дженнифер только обрадуется, если вы окажетесь у нее в подчиненных, – прямо до ушей улыбаться будет.

Син Хэрян криво усмехнулся и покачал головой – видимо, представил себе лицо этой Дженнифер.

Пэк Эён аж подпрыгнула и крикнула на Со Чжихёка:

– Придурок! Не неси чушь. Ты вообще понимаешь, сколько мне еще тут торчать? Сам лети в свою Америку!

– Эй, ну я-то скоро… – начал Со Чжихёк, но осекся и замолчал. Потом вдруг повернулся ко мне: – Выберусь с этой долбаной Подводной станции. Мы все выберемся.

Я усмехнулся его находчивости. Видимо, он не хотел распространяться о том, что уходит. И вообще Чжихёк любит судачить о других, но о себе почти ничего не рассказывает. В следующую секунду я почувствовал, как Пэк Эён положила подбородок мне на плечо.

– Террористы думают только о том, как вернуться в прошлое, – сказал я. – Им, похоже, просто не хочется, чтобы наступало завтра. Так что давайте все выберемся сегодня.

Чжихёк помолчал, переваривая мои слова, а потом спросил:

– Тогда чем они отличаются от смертников-террористов?

– Я плохо знаю, что движет смертниками, – ответил я. – Поэтому сравнивать не могу.

ГЛАВА 212

ЦАРЬ ДРАКОНОВ ЁНВАН

Часть 5

Мы прошли уже больше половины коридора, когда Син Хэрян замедлил шаг. Впереди лежал мужчина. Подойдя ближе, мы увидели, что он, похоже, со всего размаху врезался головой в металлический поручень, тянувшийся вдоль стены. На лбу осталась глубокая вмятина.

Со Чжихёк приблизился, осторожно оглядел все вокруг самого пострадавшего, после чего перевернул его. Двигался так, будто ожидал, что к телу может быть прикреплена бомба. Показалось лицо, залитое кровью. Ах да, я его знал.

Его звали… кажется, Кевин Уилсон? Он вроде был инженером из команды «Ма». Интересно, Кевин – распространенное имя? Другой Кевин, которого я знал, был ученым и разгуливал с топором наперевес.

Как странно. Обычно этот парень погибал у выхода из Пэкходона, а теперь оказался на половине пути к Центральному кварталу. Почему? Черт возьми… Но до того как мы наткнулись на труп, я напрочь забыл о его смерти. Видимо, слишком много всякой жути пришлось пережить. И все же, как я мог забыть первого человека, которому официально констатировал смерть? Ведь я до сих пор отчетливо помнил, как меня передернуло от ужаса при виде его тела.

Неужели нет ни одного способа его спасти? Сколько раз ни встречаю, он неизменно мертв. Я быстро подтвердил смерть, после чего Со Чжихёк сфотографировал тело на планшет и прямо на фото нацарапал время. Син Хэрян предложил пройти немного дальше и сделать привал. Когда подтянулись даже Чжэхи с Санхёном, которые отстали больше всех, нам дали три минуты передышки.

Я осторожно опустил Пэк Эён на пол. Чжэхи поступил куда грубее – Санхён чуть не покатился по полу и так и остался лежать; похоже, сил подняться у него уже не осталось. Пэк Эён сцепила пальцы на затылке, улеглась прямо на пол и начала вслух отсчитывать время. Я, не раздумывая, тоже растянулся на полу.

Со Чжихёк остался стоять, привалившись плечом к стене. Если подумать, втроем мы отдыхали только один раз – тогда, у лестницы с четырьмя тысячами тремястами ступеней. Остальное время один из нас всегда оставался на страже.

Сидевший на полу Син Хэрян повернулся к Ким Чжэхи, присевшему рядом на корточки:

– Назови имена членов Церкви Бесконечности.

– А если я совру?

Син Хэрян уставился на Ким Чжэхи. Тот немного поерзал, отвел взгляд куда-то в сторону и неохотно заговорил:

– Ну… Элизабет Уивер, Джамал Грин, Рональд Уайс. Слышали о таких?

Син Хэрян подумал, потом покачал головой:

– Нет, никого из троих не знаю. Мухён, а вы?

Я задумался – мне было знакомо только одно имя.

– Элизабет Уивер знаю.

– Кто она?

– Белая женщина, длинные седые волосы, на вид чуть за тридцать. Рост около ста семидесяти, большие глаза. Квадратный подбородок, твердые черты лица. Очень красивая, сразу притягивает взгляд. И вся увешана драгоценностями. Говорят, она, как и я, умирала и воскресала снова. Судя по всему, входит в верхушку Церкви Бесконечности.

Я ненадолго задумался и добавил несколько личных наблюдений о Бэт.

– Она… довольно жестокая. Если нужно, без колебаний причинит вред другим. В общем, когда думаешь о сектантах, представляешь именно таких фанатиков.

Когда я закончил свою сбивчивую речь, Син Хэрян посмотрел на Ким Чжэхи, словно спрашивая: «Правда ли это?» Тот лишь пожал плечами:

– С такой внешностью грех не быть безумной. Красавицы просто обязаны быть опасными. Иначе как им выжить в нашем жестоком мире?

Чон Санхён, перекатившись на полу и устроившись рядом с Чжэхи, с любопытством спросил:

– Ну и как же она, на твой взгляд, выглядит, что ты так разошелся?

Чжэхи немного подумал, а потом, заметно оживившись, сказал:

– Если коротко: серебро в человеческом облике.

При слове «серебро» лежавшая на полу Пэк Эён резко приподнялась, я даже вздрогнул. Неужели Элизабет и правда так выглядит? Я встречал ее дважды, и, кроме горы украшений, запомнил лишь бледность, будто из нее вытянули весь цвет.

Если подумать… она и правда пугающе красивая женщина. Эён, услышав описание Чжэхи, нахмурилась, подняла взгляд к потолку, словно пытаясь представить, потом резко тряхнула головой, словно отгоняя лишние мысли, и снова растянулась на полу.

Ким Чжэхи тем временем повернул голову к Син Хэряну и уставился на него с непроницаемым выражением лица. Со Чжихёк заметил это и яростно замотал головой: не вздумай.

Син Хэрян, не меняясь в лице, встретил его взгляд и спокойно сказал:

– Расскажи о Джамале Грине и Рональде Уайсе.

– А каково жить с таким лицом?

– Как под прицелом, – как ни в чем не бывало ответил Син Хэрян. – Джамал Грин – черный?

– Эй, ну вы и душнила… – Ким Чжэхи фыркнул, но все же ответил: – Да, верно. Канадец, рост где-то метр восемьдесят. Тоже седой, из-за этого трудно сказать, сколько ему лет на самом деле. На указательном пальце носит огромный перстень, никогда не снимает. Постоянно в наушниках, слушает музыку. Заговоришь – ответит, но с обычными прихожанами общаться не стремится. Я как-то спросил, что он слушает, он назвал имя певца. Я проверил, оказалось, это артист, который жил почти семьдесят лет назад.

Чжэхи говорил так, будто не мог понять, как вообще можно фанатеть по такой древности. Пэк Эён сузила глаза. Ей, обожающей песни вековой давности, его слова казались кощунством. Но спорить или бросаться на Чжэхи она не стала.

Я вспомнил темнокожего мужчину, который протянул мне свой перстень и приколол брошь к груди. Это и был Джамал Грин? И в памяти тут же всплыл белый мужчина, стоявший рядом с ним.

Я спросил:

– А Рональд Уайс – это белый мужчина средних лет, ростом чуть ниже меня?

– Да. Вы что, встречались?

Я ненадолго задумался, потом ответил:

– Да. Сегодня днем.

Сказать, что это было вчера, я не мог – понятие времени тут совсем сбилось. Ким Чжэхи усмехнулся, будто понял, о чем я, но не стал уточнять.

Син Хэрян кивнул, давая знак продолжать, и Ким Чжэхи медленно заговорил:

– Белый, седой, рост около ста семидесяти. Раньше он был довольно тучным, но потом заявил, что садится на диету, и, похоже, она помогла – с каждой встречей он выглядел все более худым. На руке у него часы, усыпанные драгоценными камнями, так что даже не скажешь, можно ли по ним время смотреть. А еще… то ли он терпеть не может лично меня, то ли вообще всех азиатов, не знаю. Я с ним здоровался – ни разу не ответил. Смотрел как на скотину какую-то. По словам других прихожан, он сделал состояние на акциях и фьючерсах. Всего за один день.

Пэк Эён молча слушала, потом окинула Чжэхи оценивающим взглядом:

– Все эти сектанты, похоже, носят какие-то драгоценности. А у тебя что есть?

Ким Чжэхи указал на ухо, чтобы она могла получше разглядеть, и, щелкнув пальцем по украшению, ответил:

– Пирсинг. Удовольствие, между прочим, не из дешевых.

– Почему ты его вообще носишь?

Ким Чжэхи на секунду замялся, потом вздохнул:

– Потому что верю, что он поможет мне вернуться в прошлое. Это наивно, даже глупо... но я верю.

– То есть ты сам понимаешь, что дурак? И все равно веришь?

– Верить приходится. Все, что у меня было, осталось в прошлом.

– Если что-то осталось в прошлом, значит, его уже нет. Три минуты прошли. Нам пора.

Пэк Эён попробовала подняться сама, но не смогла. Попробовала снова – то же самое. Я уже протянул руку, но на третий раз она уперлась руками в колени и встала. Потом посмотрела на меня и спокойно сказала, будто отсекая любую помощь:

– Спасибо. Дальше я справлюсь сама.

Пошатываясь, она двинулась вперед.

Однажды я видел, как новорожденный теленок делает первые шаги. Пэк Эён двигалась так же неуверенно. Надолго ли ее хватит?

Чон Санхён продолжал стонать, раскинувшись на полу. Мы с Ким Чжэхи кое-как подняли его на ноги.

Чжэхи закинул руку Санхёна себе на плечо, посмотрел на меня и хмыкнул:

– Я думал, что меня уже ничем не удивить. Но жизнь снова подкинула сюрприз.

– Вы о чем?

– Просто забавно: те, кто мечтали выиграть, так и не вытянули счастливый билет. Выиграл человек, который вообще ничего не знал.

Он говорил о выборе спасителя как о розыгрыше лотереи и даже усмехнулся с каким-то злорадством. Потом уставился на меня, поддерживающего Санхёна с другой стороны, и спросил:

– У вас есть драгоценности?

– Нет.

– Что-нибудь связанное с акулами?

– Ничего такого.

– А прошлое, в которое вы хотели бы вернуться любой ценой?

«Любой ценой»… Само выражение звучало зловеще. Я немного помедлил и ответил:

– Нет.

– Видимо, в Церкви сейчас полная растерянность. Они готовили сразу троих кандидатов, а избранным оказались вы – человек, который никак с нами не связан и на которого никто не ставил. Для той троицы – все, игра окончена.

Син Хэрян, пошатываясь, пытался идти сам, но Со Чжихёк со всей силы хлопнул его по спине и закинул его руку себе на плечо. Син Хэрян упрямо твердил, что справится без помощи, но Чжихёк не обратил внимания. Он слушал Чжэхи вполуха и все же спросил:

– Какие еще кандидаты?

– Люди, которых Церковь готовила для путешествия в прошлое. Кого выберут, тот и станет их спасителем.

– Ха! Спасителем? Обычный человек? Да ладно. В голове не укладывается.

– Хён, ты ведь сам говорил, что был религиозным?

Чжихёк скривился так, будто кислоты хлебнул, и тут же отмахнулся:

– Нет. Никогда такого не было.

– Да врешь ты.

– Чжэхи, держи дистанцию. Если какой-нибудь религиозный фанат сунется ко мне ближе чем на три метра, сразу получит в табло.

– Это уже похоже на религиозные гонения.

Чжихёк сделал пару шагов, потом резко обернулся к Чжэхи. По его виду было ясно – он не мог взять в толк, что у того в голове.

– Ты чего все улыбаешься? Тебе что, весело?

– Весело.

– Мы заперты на протекающей Подводной станции, без спасательных капсул, и тебе весело?

– Ну да.

– Эти ублюдки из Церкви даже не удосужились тебе нормально объяснить, что происходит, и сразу начали теракт. Да они тебя как пешку используют, а потом еще и выбросят.

– А разве где-то не так?