Текст книги "Журавлик - гордая птица (СИ)"

Автор книги: Juliya-Juliya

сообщить о нарушении

Текущая страница: 35 (всего у книги 45 страниц)

– Э-э, – Эммет почесал затылок и растерянно посмотрел на сына. – Это – взрослое слово, сынок, детям не стоит его повторять. И вообще… и вообще нам пора ехать – столик в ресторане уже заказан! – выдал он, поспешив сменить тему.

– Тогда – вперёд! – поддержал брата Эдвард. – Предлагаю отметить сегодняшнее событие!

Он подмигнул жене и, взяв её за руку, повёл к дверям. Вслед за ними потянулись к выходу и все остальные.

***

– Я уже говорил сегодня, что ты прекрасна? – поинтересовался Эдвард, покачиваясь вместе с Беллой в медленном танце.

– О да! Примерно раз сто… или двести, – известила она мужа и, приподнявшись на цыпочки, коснулась губами его губ. – Но мне это нравится. Очень. – Изабелла обняла Каллена за шею и устроила голову на его плече. Она закрыла глаза и умиротворённо вздохнула, чувствуя, как в ноздри проникает неповторимая смесь естественного аромата Эдварда и его любимого парфюма.

– Белла Каллен, – восхищённо прошептал он, проведя кончиком носа по её волосам. – Моя жена… Ты не представляешь, что для меня значат эти слова! Когда-то я и не смел мечтать о таком. Да и сейчас у меня ощущение, что я сплю. Так боюсь проснуться и оказаться в другой реальности, где нет тебя, нет Саши и Ани, а есть только мой дом в Сиэтле, слишком большой для меня одного. Он холоден и пуст, потому что там нет тебя, нет детей.

– Эдвард, давай не будем ворошить прошлое, прошу тебя! – Изабелла накрыла ладонью щёку Эдварда и с мольбой посмотрела на него.

– Нет, я… Я не ворошу прошлое. Я пытаюсь объяснить, что чувствую. Может, пока я не встретил тебя снова, я не понимал той огромной разницы между тем, что у меня было и что имею сейчас. Я просто не смогу теперь без вас, не смогу жить без своей семьи. Поэтому так боюсь однажды проснуться в одиночестве в своей прежней постели в Сиэтле. То, как я живу сейчас, до сих пор кажется мне счастливым сном. Не хочу вас потерять!

– Ты и не потеряешь, – пообещала Белла. – Мы всегда будем с тобой. Я люблю тебя. Саша любит тебя. И ещё… я хочу попросить у тебя прощения.

– За что?! – изумлённо пробормотал Каллен.

– Я действительно когда-то боялась доверить тебе Аню. Мне было страшно, когда я видела, насколько быстро она привязалась к тебе. Я не верила, что, будучи для моей дочери посторонним человеком, ты сможешь найти в сердце частичку тепла и для неё тоже. Прости меня, Эдвард – я ошибалась. Спасибо за то, что любишь и оберегаешь мою дочь.

– Нашу, – поправил её Каллен. – Нашу дочь.

– Да, конечно, – Изабелла виновато пожала плечами. – Нашу дочь. И она любит тебя, не сомневайся в этом! – с жаром добавила она. – Мне даже иногда кажется, что к тебе она привязана больше, чем ко мне.

– Ну, Аня – явно папина дочка, – с удовлетворением констатировал Эдвард.

– Вынуждена с эти согласиться, – смиренно кивнула Белла, признавая правоту мужа, но тут же радостно рассмеялась. – И абсолютно ничего не имею против.

– Эй, новобрачные! – окликнула их Евгения со своего места за столиком. – Песня закончилась уже минут десять назад, а вы всё никак не оторвётесь друг от друга.

Опомнившись, Белла с Эдвардом оглянулись вокруг, только теперь заметив, что неторопливая мелодия давно сменилась быстрым зажигательным ритмом, а они, попросту не осознавали этого, пока не вмешалась Дубова.

Едва они успели вернуться за столик, как Эммет лукаво подмигнул им обоим и произнёс:

– Да что же это такое?! У салата какой-то странный привкус, у вина – тоже. Всё какое-то… горькое.

– О-о, – Женька ухмыльнулась, – моя лекция о русских свадебных традициях не прошла даром.

– Горько! – довольно выкрикнул Эммет и выжидающе уставился на брата и его жену. Вслед за ним то же самое начали выкрикивать Даша и Никита.

Эдвард тут же захватил лицо Изабеллы в ладони начал её целовать под одобрительные смешки гостей.

– Мне нравится этот обычай, клянусь! – прокомментировал Эм происходящее.

– Это уже все заметили, – снисходительно кивнула Женя и хмыкнула. – Ты так часто орал «горько» за сегодняшний день, что никому не досталось ни единого шанса сделать это вместо тебя. Эммет, пойдём лучше потанцуем, – попросила она своего спутника.

– Конечно, – тут же согласился он и протянул Жене руку. – Дорогая, я в твоём распоряжении.

– Идите, идите, – расслабленно произнёс Эдвард. Но внезапно его глаза округлились, а рот от удивления приоткрылся: вслед за Эмметом с Женей на танцпол вышли… Никита и Даша.

– О-оу, – задумчиво протянул он и повернулся к Изабелле, ожидая пояснений. Но та была удивлена не меньше и только растерянно пожала плечами.

Услышав, как Танечка, прикрывая рот морщинистой ладошкой, негромко засмеялась, они вопросительно уставились на неё.

– Вы были слишком заняты друг другом, чтобы заметить хоть что-то, не так ли? – добродушно сказала она, ласково глядя на внучку и её мужа. – Да этот парень сегодня целый день глаз с Дарьи не сводит! Он ещё в ЗАГСе рассматривал её, словно восьмое чудо света.

– Но… – Изабелла с трудом находила слова, – она ещё совсем девочка. А Никита… он ровесник Эдварда. И… как же это?

– Белла, – бабушка вздохнула и покосилась на Николая, сверлившего взглядом младшую дочь, доверчиво прижавшуюся к Дубову и смотревшую на него с обожанием. – Даше двадцать два года. Из неуклюжего и неуверенного в себе подростка она давно превратилась в красивую девушку. Мужчины обращают на неё внимание. А Никита… он вроде неплохой парень. И ему всего тридцать. И потом, он лишь пригласил её потанцевать. Что в этом такого?

– Не знаю, – задумчиво протянула Белла. – Просто это немного… непривычно – видеть, как твою младшую сестрёнку обнимает мужчина, даже если это – просто танец. И когда она успела повзрослеть? – Изабелла вздохнула, с грустью глядя на светившуюся от счастья сестру и Никиту, не отрывавшего от девушки восхищённых глаз.

Последние аккорды мелодии растворились в тишине, и обе пары вернулись за столик. Николай раздражённо кашлянул и выжидающе уставился на Никиту. Но тот, встретившись с отцом Дарьи глазами, не спешил отводить спокойного открытого взгляда от Журавлёва.

Неуютную тишину, повисшую за столом, нарушила Женька. На правах подружки невесты она взяла слово. Дубова долго и красочно произносила свою речь, умудрившись впихнуть в свой монолог кучу хвалебных отзывов об Изабелле, её новоиспечённом муже и двух замечательных детях.

– Рада за вас, Каллены! Беленький, ты заслужила право на счастье. Эдвард, береги свою семью и люби их так же сильно, как и они любят тебя. Гордись ими, защищай и балуй. Они это заслужили. Я точно знаю, что и они гордятся тобой. Да что там! Они обожают тебя! – торжественно произнесла Женька. Её слова были встречены бурными овациями родных и друзей.

Эммет заулюлюкал и уже открыл рот, чтобы, не изменяя традиции, выдать заветное слово. Но Евгения опередила его, произнеся:

– Горько!

Эдвард с готовностью обнял жену и накрыл её губы своими. Кто-то начал считать: «Один-два-три-четыре…» Они оторвались друг от друга, только когда Женька выкрикнула: «Двадцать два!» Оба рвано дышали, с жадностью хватая воздух. Оба не находили сил отвести друг от друга глаз, с упоением разглядывая любимое лицо напротив и впитывая в себя каждую его чёрточку.

***

– Итак, жену полагается переносить через порог, – Каллен подхватил Беллу на руки и шагнул в дом, умудрившись захлопнуть за собой дверь ногой.

– Чтишь традиции? – довольно спросила она и медленно провела подушечками пальцев по лацканам его пиджака, когда он поставил её на ноги.

– Почему бы и нет? – парировал Эдвард с очаровательной улыбкой, заставившей сердце Изабеллы пропустить несколько ударов. Он накрыл её запястья ладонями и прислонился к её лбу. – Привет, миссис Каллен.

– И тебе привет, мистер Каллен, – шепнула Изабелла и закрыла глаза, наслаждаясь теплом, идущим от его кожи.

– Сегодня здесь как-то… тихо, – неожиданно заметил он. – И это непривычно, если честно.

– Может, не нужно было отпускать детей погостить у Эммета? – с сожалением произнесла Белла.

– Может, ты и права. Но я, кстати, не заметил ни капельки печали на их лицах из-за того, что они проведут эту ночь вне дома.

– О, ещё бы! – Белла саркастически хмыкнула. – Они ведь отправились к любимому дядюшке Эму и к Алексу. Аня, Саша, Ал – неразлучная троица. А когда к ним присоединяется и твой брат тоже – это вообще взрывоопасная смесь.

– Ты переживаешь? – Каллен заботливо отодвинул с лица Беллы выскользнувший из причёски локон.

– Нет… да… просто… мне спокойней, когда дети находятся где-то поблизости, – сбивчиво пролепетала она, слегка покраснев.

– Crane, – Эдвард начал водить по её плечам ладонями, пытаясь успокоить, – я тоже чувствую себя уютней, если сын с дочерью рядом с нами. Если ты хочешь, можем позвонить Эму и Жене, и они привезут их.

– Эдвард, посмотри на часы! Скоро полночь! Аня с Сашей давно спят. Не будить же их в такое время!

– Да, точно, – Каллен помотал головой, удивляясь собственному легкомыслию. – В любом случае помни – это только на одну ночь и завтра наши дети будут с нами. Сейчас с ними мой брат и твоя подруга, и, что бы ни случилось, они не дадут их в обиду. Тем более, Эммет осведомлён о необходимости соблюдать осторожность. Он скорее откусит себе руку по локоть, чем допустит, чтобы с его племянниками что-то произошло. Ты ведь знаешь это, любимая?

– Знаю, – Белла согласно кивнула. – Твой здоровяк-брат и моя подружка – та ещё супер-парочка.

– О, да! – Каллен хохотнул. – Не могу с тобой спорить! Так и есть!

Он вдруг замолчал и пристально посмотрел жене в лицо, а потом протянул к ней руку. Почувствовав, как её ладонь обвила его пальцы, Эдвард медленно повёл Изабеллу к лестнице. Они преодолели ступеньки и, пройдя по коридору второго этажа, зашли в спальню. Всё это время ни один из них не издал ни звука. Зато их взгляды были красноречивее всяких слов. Белла не могла оторвать глаз от радужек Эдварда. Обычно зёлёные, сейчас из-за расширившего зрачка они приобрели тёмный, почти чёрный оттенок При виде этого зрелища Белла почувствовала, как её тело превратилось в вату. Хватая кислород приоткрытым ртом, она, словно загипнотизированная, отступила на пару шагов и опустилась на кровать. Попытки самостоятельно справиться с потайной «молнией» на платье ни к чему не привели – слишком сильно дрожали руки.

– Помоги, – тихо попросила она, умоляюще посмотрев на мужа.

Он тут же опустился перед ней на колени и быстро устранил возникшую проблему. Белла на секунду привстала и быстро стянула платье через голову, оставшись в одном нижнем белье. Эдвард восхищённо вздохнул, когда его глазам предстало это почти прозрачное великолепие. Он осторожно провёл пальцами по кромке тончайших кружев, потом медленно спустил лямки бюстгальтера по плечам жены и прикоснулся кончиками пальцев к обнажившейся горячей коже. Белла тихо простонала и откинулась на руки. Тихо щёлкнул крошечный замочек, и ненужная вещица, немилосердно смятая торопливыми мужскими руками, отлетела в сторону. Белла выгнулась и простонала, когда ладони Каллена накрыли её грудь. Она снова села и притянула его к себе, чтобы поцеловать. Не прерывая поцелуя, Изабелла скинула с плеч мужа пиджак и быстрым движением выдернула из-за пояса его брюк рубашку. Пальцы плохо слушались её, поэтому с пуговками на его рубашке она расправлялась слишком медленно. Исчерпав запас собственного терпения, Белла резко развела полы сорочки в стороны. Раздался громкий треск ткани, и половина пуговиц рассыпалась по полу с глухим стуком. Каллен удивлённо хмыкнул, но, судя по выражению его лица, он совершенно не жалел об испорченной вещи. Он быстро стянул её и небрежным движением забросил за спину. Следом полетели его брюки и боксёры. Каллен подошёл вплотную к Белле, слегка надавив ей на плечи, уложил на кровать и тут же навис над ней, опираясь на расставленные руки.

– Я люблю тебя, Белла Каллен, – произнёс он, поймав взгляд жены.

– Люблю тебя ещё сильнее, Эдвард Каллен, – вернула она признание, поглаживая кончиками пальцев его напряжённые плечи. Потом приподнялась и прикоснулась губами к ключице мужчины, вызвав тем самым его благодарный вздох. Каллен немного склонил голову набок и дотянулся губами до обручального кольца на руке жены. Сердце Беллы пустилось вскачь под натиском эмоций, порождённых таким невинным и в тоже время интимным жестом мужа. Нетерпеливыми пальцами она обвела контур его лица, задержавшись чуть дольше на скулах и подбородке, и с жаром произнесла:

– Эдвард, будь со мной сейчас, умоляю! Люби меня. Мне так важно знать, что ты мой, что всегда будешь рядом. Прошу, скажи мне это!

– Crane, – его голос сорвался, опустившись до хриплого шёпота, – ты – моё всё. Где бы я не находился раньше, душой всегда был только с тобой. Я был твоим тогда и остаюсь твоим сейчас. И так будет всегда, обещаю. Я твой, Белла, твой и ничей больше, – последняя фраза слетела с губ Каллена вместе с низким стоном, потому что, продолжая шептать эти признания, он рывком проник в Изабеллу.

Эдвард сцепил зубы, еле сдерживаясь, чтобы не ускорить собственный темп. Контролировать себя было чертовски сложно – Белла, выгибаясь от удовольствия, всё теснее прижималась к нему бёдрами. Перед тем, как он плюнул на всё и перестал слушать голос разума, предоставив телу полную свободу действий, Каллен обратился к жене:

– Открой глаза, милая.

Белла моментально распахнула веки и обратила на мужа затянутый чувственной поволокой взгляд.

– Смотри на меня, – попросил он. – Я хочу… видеть… твои глаза. Хочу… наблюдать… за тем, как они… темнеют от… наслаждения.

Грудная клетка Изабеллы тяжело вздымалась, а рот приоткрылся в попытке восполнить запас кислорода.

– Хочу… услышать, как… твоё дыхание… станет рваным, а пульс сойдёт с ума, когда ты… приблизишься к… финалу, – тихие фразы Эдварда чередовались с ритмичными движениями его тела, а глаза были прикованы к глазам жены.

– Я хочу, чтобы ты…. видела, что… делаешь со мной, как… как я схожу с ума от… любви к тебе. И пусть… ничего не ускользнёт… от твоих глаз. Не… отводи взгляда, – тон Эдварда был умоляющим. Речь часто прерывалась рваными выдохами и стонами, эхом разносившимися по спальне.

Белла молчала и только с восхищением взирала на него, изредка смаргивая наворачивающиеся на глаза счастливые слёзы. Но постепенно движения Каллена теряли размеренность, он стал двигаться быстрее, и Белла захныкала, ощутив, как из самой чувствительной точки понеслись по телу нервные импульсы. Они становились всё интенсивнее и заставляли пальцы на ногах сжиматься от пронизывающих ступни судорог, а руки – сворачиваться в кулаки и сгребать в горсти полотно простыни. Когда разряды тока, достигнув мозга, заполнили его волнами дикого наслаждения, Изабелла, выпустив измятую ткань постельного белья, опустила ладони на спину мужа и с силой впилась кончиками пальцев в его поясницу.

– Да! – выкрикнула она, и, прижавшись горячими губами к его ушной раковине, выдохнула: – Ты – мой! Только мой!

Боль, которую причиняли, впившись в спину, женские ноготки, не доставляла Эдварду дискомфорта. Она сливалась с наслаждением и усиливала его. Момент, когда Белла, опаляя его ухо жарким дыханием, заявила, что он принадлежит только ей, подвёл Каллена к последней грани. Он успел только прохрипеть ей в ответ: «Твой!» и тут же сорвался в пропасть, потеряв чувство реальности, растворившись в пульсирующих световых вспышках, ослепляющих глаза и опаляющих тело.

***

Приятный аромат только что сваренного кофе проникал в нос, дразня обоняние. Белла распахнула глаза и вытянула руку, желая, как всегда по утрам, ощутить под пальцами тёплый бок Каллена. Но спальное место рядом с ней пустовало. Оглядевшись, она обнаружила Эдварда сидящим у неё в ногах с довольной улыбкой на лице.

– Доброе утро, – произнёс он, заглядывая в сонные глаза Изабеллы. – Что скажешь, если мы позавтракаем прямо в кровати? – Эдвард махнул головой в сторону тумбочки, где стоял поднос с двумя чашками кофе и тарелкой, наполненной тостами.

– Скажу, что ничего не имею против, – Белла приняла сидячее положение и озадаченно оглянулась вокруг, подыскивая что-то, чем могла сейчас прикрыть наготу. На глаза попалась валяющаяся на полу рубашка мужа. Она накинула её на плечи и бросила на Каллена извиняющийся взгляд.

– Извини, я испортила кое-что из твоей одежды, – Белла неловко пожала плечами.

– О, не извиняйся, милая, – хмыкнул Эдвард. – Это всего лишь рубашка. Обстоятельства, которым она была принесена в жертву, того стоили. Ты была такой… страстной, – Каллен с восхищением уставился на жену. – Это было потрясающе!

– Хм! – Белла немного смутилась под его пристальным взглядом. – Оказывается, я могу быть непредсказуемой.

– Миссис Каллен, – Эдвард вскочил и, обогнув кровать, схватил поднос, – завтрак вас ждёт. Но сначала вы должны заплатить за него.

Белла удивлённо изогнула брови.

– Всего один поцелуй, – пояснил Каллен. Наклонившись, он завладел её губами.

– Мне нравится такой способ оплаты, – хихикнула Белла, когда Эдвард разорвал поцелуй.

Как только они принялись за еду, на тумбочке ожил телефон Каллена. Звонил Эммет. Бодрым голосом он сообщил брату, что привезёт детей только вечером – Аня с Алексом крайне заинтересованно отнеслись к рекламе выставки домашних животных, промелькнувшей на экране телевизора. Узнав, что остался всего день до закрытия, они начали прыгать вокруг Эма, умоляя отвезти их туда. И, конечно же, Эммет, не устояв перед несчастными детскими мордашками, быстро капитулировал.

– Так что они уже в пути, едут на это «ЗООШОУ», – пояснил Эдвард, пересказывая жене разговор с братом.

– Ты предупредил его…

– Да, в сотый раз напомнил об осторожности, не волнуйся, – мягким тоном произнёс Каллен. – Женя тоже едет с ними. Вдвоём с Эмметом они справятся замечательно.

– Х-хорошо, – Белла неуверенно кивнула, потом вдруг вскинула голову и замерла с задумчивым видом. – Интересно, а на животных там разрешается только смотреть или питомцев, претендующих на право называться домашними любимцами, можно ещё и приобрести?

– Ты подумала о том же, о чём и я? – засмеялся Каллен. – Ох, чувствую, Аня вернётся оттуда не с пустыми руками!

– Не думаю, что ей удастся уговорить Эммета на это, – неуверенно протянула Изабелла.

– О-о, не сомневайся! У дочки получится! Убедить Эма будет совсем не сложно – он с радостью сделает племяннице такой подарок.

– Только бы её выбор не пал на какого-нибудь питона или другую экзотическую живность, – простонала Белла. – Аня обожает весь без исключения животный мир, и скользкая, пугающего вида змея может показаться ей забавной зверушкой, нуждающейся в ласке и заботе. Как думаешь, мы сможем найти место для огромного земноводного и расположить его таким образом, чтобы однажды, выйдя погулять, он не заполз к нам в постель? – обречённо спросила она.

Эдвард расхохотался.

– Не драматизируй, любимая. Давай надеяться на лучшее и верить, что наша дочь способна рассуждать здраво. Может, она пожалеет своих стареньких папу и маму и ограничится… м-м… хомяком, например?

Белла прыснула.

– Эдвард Каллен, которому в июне стукнуло тридцать, считает себя старичком? – с лукавой улыбкой поинтересовалась она. – Что вы делаете в моей постели, дедушка?

– Сейчас я покажу тебе «дедушку»! – прорычал Эдвард с наигранным возмущением и, схватив Беллу за талию, стянул её тело вниз и уложил на подушки. Он не дал жене опомниться и сразу навис над ней, удерживая вес своего тела на руках, расставленных по обеим сторонам от её головы.

– Не хочешь взять свои слова обратно? – тихо уточнил он с еле заметной ухмылкой.

– Не-а, – весело фыркнув, завила она,

– Ну, тогда держитесь, леди. Сейчас ваш «старенький» муж будет любить вас до умозаключения.

– До умопомрачения, – хихикнула Белла. – Так нужно говорить.

– Плевать, – хмыкнул Каллен. – Углублённым изучением русского языка займёмся в другой раз. А сейчас у нас есть более важное дело.

Эммет привёз детей только под вечер. Он с минуту потоптался на пороге, а потом, сославшись на срочные дела в спортцентре, быстро покинул дом. Перед тем, как за его спиной закрылась входная дверь, Эм обернулся и одарил брата и его жену озорным взглядом, загадочно при этом усмехнувшись. В чём подвох, Белла выяснила, как только присмотрелась внимательнее к дочери. Её куртка в районе грудной клетки странно топорщилась.

– Ма-ам, па-ап, – просительно протянула Аня и аккуратно потянула вниз язычок «молнии» на пуховичке. Из образовавшейся прорехи показалась маленькая, слегка приплюснутая мордочка, покрытая дымчато-серой шерстью. Вдоль упитанных щёчек малыша свисали длинные уши.

– Ну, это хотя бы не питон! – заметил Эдвард миролюбиво.

Изабелла только покачала головой, но ничего не ответила.

– Не питон, – осмелев, кивнула Аня и с надеждой посмотрела на родителей. – Это – маленький домашний крольчонок.

– Декоративный. Голландский вислоухий. Самый маленький из всех разновидностей голландских кроликов, – добавил Саша и настороженно уставился на мать.

Белла подошла к дочери и осторожно вынула подрагивающего крольчонка из куртки дочери. В незнакомых руках тот затрясся ещё сильнее и поджал под себя короткие толстые лапы. Малыш был похож на плюшевый шарик. Уголки губ Беллы дрогнули, когда она ощутила ладонями учащённый ритм маленького испуганного сердечка. Изабелла легонько почесала кролика за ушком и посмотрела на Эдварда.

– Я же говорила, что вернутся они не с пустыми руками, – добродушно сказала она.

– У него даже родословная есть. И кличку ему прежние владельцы дали, – Саша протянул отцу документы, которые до этого момента прятал за спиной. Только… В общем, сам посмотри в нужной графе. Клянусь, это не мы придумали. Все графы были заполнены продавцом уже давно.

– Что там такого необыч… – Каллен запнулся и удивлённо заморгал, вчитываясь в строчки. – Эдди, – произнёс он, наконец, с раздражённым стоном. (2)

Белла фыркнула и расхохоталась.

– Конечно, – Каллен криво усмехнулся. – Разве мог Эммет не купить его? Не упускать ещё один повод подколоть собственного брата!

– Это имя кролику не подходит! – серьёзно заявила Аня. – Мало ли, что написано в какой-то там родословной?! Он будет Крошем, как в мультике. (3)

– О-о, спасибо тебе, солнышко, – Каллен, приложив руку к сердцу, смотрел на дочку с огромной благодарностью, и Белла могла поклясться, что он искренне радовался Аниному решению.

– Пожалуйста, папочка, – девочка хихикнула, – так… мы можем его оставить?

– Можем, – одновременно произнесли Эдвард и Изабелла. – Вот только… – Белла замялась. – Где он будет жить? Ему нужна клетка, корм и…

– Эммет всё купил, – Аня выглядела очень довольной. – На крыльце оставил.

– Дядя Эм сказал: «Сначала нужно подготовить родителей. Боюсь, ваша мама будет не в восторге от этой покупки и попытается меня стукнуть», – пояснил Саша извиняющимся тоном.

– Хм, идея неплохая, – заметила Белла с таким видом, словно всерьёз рассматривала возможность поколотить своего «братишку».

Саша метнулся за дверь и втащил в дом огромную, прямоугольной формы, клетку и пакеты со специальным кормом и наполнителем.

Учуяв присутствие нового члена семьи, к Белле подбежал Афанасий. В попытке дотянуться до крольчонка, устроившегося у неё руках, пёс приподнялся на задних лапах и стал смешно подпрыгивать, требовательно скуля и гавкая.

– Хочешь познакомиться? – Белла приподняла бровь.

– Если бы, – вздохнул Каллен и пояснил: – Охотничий инстинкт, заложенный природой и мирно спавший в нём до сегодняшнего дня.

Словно подтверждая его слова, пёс пару раз облизнулся.

– Если Фаня его сожрёт, – прошипела Белла, убедившись, что дети заняты распаковыванием домика для малыша и не слышат её, – твой брат будет тем, кто ответит за это. Место! – скомандовала она, обращаясь к Афанасию. Тот сразу успокоился, но остался стоять рядом.

– Фаня, место! – Эдвард пришёл на помощь жене. Услышав его голос, Афанасий вскочил и потрусил к собственной лежанке. Вид у него при этом был очень печальный.

– Да-а, – разочарованно вздохнула Изабелла. – Похоже, теперь он слушается только тебя. Предатель, – обиженно бросила она вслед псу, но тот только смиренно опустил хвост и ещё быстрее засеменил лапами, удаляясь из поля её зрения.

– Ну, – Каллен пожал плечами и засмеялся, – парни всегда договорятся между собой. Только и всего.

Час спустя Крош мирно дремал в новенькой клетке, место которой нашлось в комнате Ани. Та упорно пыталась накормить крольчонка капустными листьями. Аня расстроено сопела, видя, что кролик, спрятав мордочку за плюшевыми ушками, не обращает на её старания абсолютно никакого внимания. Саша просто сидел рядом и, подперев подбородок ладонями, молча наблюдал, как его сестра пыхтит он напряжения, пытаясь засунуть очередной кусочек лакомства через тонкие металлические прутья.

– Что-то тихо сегодня у нас, не находишь? – Белла подняла голову и взглянула на мужа.

Они находились в гостиной, в обнимку устроившись на большом диване перед телевизором.

– За это нужно поблагодарить тот меховой шарик, который дети привезли с собой с выставки, – успокоил её Каллен. – Эммет будет разочарован, когда узнает, что Аня сменила крольчонку кличку. Представляю обиженную физиономию моего брата.

– О да! – Белла звонко расхохоталась.

Неожиданно по гостиной разнеслась трель телефонного звонка. Белла вынула сотовый из кармана толстовки и тихонько охнула: номер на дисплее был незнакомым. Это, исходя из недавнего опыта, не сулило ничего хорошего.

– Прими звонок и поставь на громкую связь, – велел Каллен, глядя в испуганные глаза жены. – Кто бы это ни был и что бы ни сказал, постарайся сохранять спокойствие.

Преодолевая дрожь в руках, она выполнила его просьбу и, потерянно глядя на мелькание цифр, отсчитывавших время разговора, произнесла:

– Алло? Говорите, я слушаю.

– Изабелла? – из динамика послышался встревоженный женский голос.

– Кто вы? – резко спросила Белла.

– Мы незнакомы. Меня зовут Ольга. Я звоню по поводу вашей бабушки. Ей стало плохо прямо на улице, и я подошла, чтобы помочь…

______________________________________________________________________

(1) – Один из стандартных вариантов речи, которую произносит регистратор в ЗАГСе. Позаимствовано из просторов интернета.

(2) – Кличка есть в перечне рекомендованных имён для декоративных кроликов. Честно, я не могла её не использовать.)))

(3) – Речь идёт об известном мультфильме «Смешарики», где есть кролик по имени Крош. Многие дети любят этот мультик.

От автора

У истории появилось видео. За это я очень благодарна трудолюбивой и талантливой Виточке. Ссылка на ролик – в шапке фанфика. Приятного всем просмотра, мои дорогие!

========== Глава 25. Часть 1. Мир, катящийся в пропасть ==========

Коль мир придётся мне перевернуть вверх дном,

Чтобы на шаре отыскать тебя земном,

Знай, так и поступлю. Я без тебя – лишь тень,

Слепец беспомощный, забывший ночь и день.

Я – просто оболочка, нет души во мне,

Себя теряю в страшной вязкой тишине.

И ты одна способна всё назад вернуть,

Касаньем губ потери горечь зачеркнуть.

И в ночь срываюсь я, забыв еду и сон,

И ритм шагов моих бьёт с сердцем в унисон.

Я чувствую тебя и слышу голос твой,

Перекрывающий унылый ветра вой.

По гостиной разнеслась трель телефонного звонка. Белла вынула сотовый из кармана толстовки и тихонько охнула: номер на дисплее был незнакомым. Это, исходя из недавнего опыта, не сулило ничего хорошего.

– Прими звонок и поставь на громкую связь, – велел Каллен, глядя в испуганные глаза жены. – Кто бы это ни был и что бы ни сказал, постарайся сохранять спокойствие.

Преодолевая дрожь в руках, она выполнила его просьбу и, потерянно глядя на мелькание цифр, отсчитывавших время разговора, произнесла:

– Алло? Говорите, я слушаю.

– Изабелла? – из динамика послышался встревоженный женский голос.

– Кто вы? – резко спросила Белла.

– Мы незнакомы. Меня зовут Ольга. Я звоню по поводу вашей бабушки. Ей стало плохо прямо на улице, и я подошла, чтобы помочь…

– Что с ней? – осипшим от тревоги голосом воскликнула Изабелла. – Где она?

– Видимо, у неё поднялось давление. Я помогла ей дойти до дома, предложила вызвать врача, ваша бабушка отказалась. Вместо этого она попросила позвонить вам и дала ваш номер. Но…

– Не молчите, прошу! – взмолилась Белла

– Её состояние ухудшается. Минуту назад она потеряла сознание… – В трубке раздался тяжёлый вздох.

– «Скорую»! Вызывайте «скорую»! – взвыла Белла и свободной рукой сжала пальцы Эдварда.

– Уже, – быстро произнесла Ольга. – Перед тем как позвонить вам, я сделала это. Но, думаю, вам нужно приехать.

– Да, – Белла вскочила с дивана и заметалась по комнате, – я уже выезжаю!

– Умоляю, поторопитесь! – голос её собеседницы был наполнен тревогой и страхом. – «Неотложка» скоро приедет, и, наверное, будет лучше, если к этому моменту вы уже будете здесь. Времени мало!

– Ждите! – Белла нажала на сброс и, пулей вылетев из гостиной, понеслась наверх, чтобы переодеться.

– Ты не поедешь одна! – Эдвард нагнал её на лестнице. Схватив за локоть, он развернул её к себе лицом. – Я еду с тобой!

– Но… дети, Эдвард. Кто-то должен остаться с ними. Если мы поедем вдвоём, за ними некому будет присмотреть. Завезти их к папе, к Жене или Эммету мы просто не успеем! Ты же слышал, «скорая» должна подъехать! Танечка без сознания, а с ней рядом никого нет, кроме совершенно чужой женщины! Счёт идёт на минуты!

– Если нет другого выхода, мы отправимся туда все вместе. Но одна ты не поедешь! – заявил Каллен не терпящим возражений тоном. – И помни: я с тобой, что бы ни случилось.

– Я позвоню папе и попрошу присмотреть за детьми, – на ходу бросила Белла. – Мы встретимся с ним у Танечки. Времени нет, и, думаю, хорошим выходом будет, если он заберёт Аню с Сашей прямо оттуда.

Белла снова схватилась за телефон и стала набирать номер отца.

– Пап, где ты? – чуть не плача, спросила она, когда Николай взял трубку.

– Белла, я за рулём. Только недавно освободился на работе. Почему такой голос?

– Танечка… – проскулила она в трубку. – Ей стало плохо на улице. Мне звонила какая-то женщина, которая помогла ей дойти до дома и сейчас ждёт «скорую». Мы едем туда прямо сейчас вместе с детьми, и мне бы хотелось, чтобы ты забрал их.

– Я буду в городе примерно через полчаса! – выкрикнул отец. – И сразу к вам. Держитесь там.

– Ждём, – Белла всхлипнула и нажала отбой.

– Белла, – Эдвард взял её за руку, – все будет хорошо! Мы успеем! Ты меня слышишь?

– Д-да, – выдавила она еле слышно.

– Одевайся! Я соберу Аню и Сашу! – он быстро поцеловал её в лоб и, придерживая за плечи, повёл наверх.

Каллен ехал так быстро, как это было возможно, учитывая наличие в машине двоих детей. Белла сидела рядом и не выпускала из рук телефон, тщетно пытаясь дозвониться до Танечки. Она по очереди набирала то мобильный, то городской номер бабушки, и везде ответом ей были лишь равнодушные длинные гудки.