Текст книги "Журавлик - гордая птица (СИ)"

Автор книги: Juliya-Juliya

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 45 страниц)

– Ты заслужил, это, любимый. Я верю тебе. Верю, что ты – тот человек, который сможет дать моей девочке всё то, что не смог подарить биологический отец: любовь, заботу, защиту. Но самое главное, что Аня верит тебе. И это даже важнее.

– Спасибо, – Эдвард обнял Изабеллу, прижавшись головой к её виску.

– Прости, я немного подслушала, – извинилась она, обвивая его спину обеими руками так сильно, словно готова была раствориться в нём.

– Всё нормально. Люблю тебя. – Каллен бережно прикоснулся губами к кончику её носа. Его взгляд упал на губы Беллы, и он, не в силах сопротивляться влечению, подарил ей долгий нежный поцелуй, на который женщина сразу же ответила.

– Господа, господа, – начал канючить Эммет, дурачась, – пожалейте психику старенького дядюшки Эма. Между прочим, в соседней комнате играют дети. А вы тут приклеились друг к другу, как будто сто лет не виделись.

Белла смутилась и, оторвавшись от Эдварда, негромко хихикнула.

– А мы и не виделись, – тихо шепнул Каллен, ласково проводя ладонью по пунцовой от смущения щеке Изабеллы. – Не сто лет, конечно, а всего девять. Девять долгих лет…

========== Глава 19. С Новым годом! ==========

Всегда с тобой и в радости, и в горе,

И в бодрости, и в колыбели снов,

И в лета тёплом солнечном просторе,

И в белой дымке зимних вечеров.

Всегда с тобой в осеннюю прохладу

И под весенней первою грозой.

Смеяться, плакать, жить с тобою рядом,

Ходить с тобою по земле одной…

Все вместе проведённые минуты

Благословлять и в прозе, и в стихах.

В объятьях крепких просыпаться утром

И ночью засыпать в твоих руках…

Всегда с тобой, в спокойствии, в тревоге

По воле звёзд, в согласии с судьбой.

На узкой тропке, на большой дороге…

Не важно, как и где – всегда с тобой!

Эдвард вёл машину, направляясь к дому Евгении. Белла сидела на пассажирском сиденье, прижимая к себе небольшую переноску, внутри которой находился щенок. Сегодня, в ночь с 31 декабря на 1 января этот маленький неугомонный комочек должен был стать подарком для Алекса. Предполагалось, что щенок должен был попасть к Белле немного позже. Но, зная, что мальчик будет безумно рад такому сюрпризу на Новый год, она созвонилась с прежними хозяевами. Те, быстро вникнув в ситуацию, без особых проблем пошли на уступки, передав алиментного щенка в руки Изабеллы на неделю раньше срока. И теперь он ехал с ними в машине, чтобы стать полноправным членом маленькой семьи Эммета.

Дети на заднем сиденье негромко переговаривались между собой, споря, кто будет дарить малыша. Белла с Эдвардом поначалу просто переглядывались, предоставив Ане и Саше возможность самим разобраться в этом вопросе. Но когда тихая перепалка стала превращаться в грандиозное выяснение отношений, Каллен решил вмешаться:

– Стоп – стоп, – спокойным, но твёрдым тоном прервал он их громкие возмущённые возгласы. – Переноска довольно тяжёлая, и если кто-то из вас понесёт её в одиночку, она может выскользнуть из рук и упасть. Вы же не хотите напугать щенка?

– Не-а, – пискнула Аня и виновато шмыгнула носом.

– Значит, вы поздравите Алекса вместе. Будете держать переноску вдвоём. Идёт? – предложил Эдвард, посмотрев на детей в зеркало заднего вида у себя над головой.

– Идёт, – нехотя согласился Саша, тяжело вздохнув.

– Значит, ничья? – хохотнул Каллен, забавляясь над недовольным выражением детских мордашек.

– Угу, – пробурчали они одновременно.

– Я не расслышал, – мужчина хитро улыбнулся.

– Да, папочка, – Аня быстро закивала головой и, повернувшись к брату, показала ему язык.

Белла протянула руку и легонько погладила колено будущего мужа, благодаря его за помощь. Он, оторвав от руля одну руку, накрыл ей кисть Изабеллы и большим пальцем стал выводить на её коже успокоительные круги. До конца пути и Эдвард, и Белла не произнесли ни слова, но их соединённые ладони так и остались лежать на колене мужчины.

Женька открыла дверь с радостными воплями, впуская в квартиру всё семейство. Эммета и Алекса ещё не было. Белла отдала детям переноску с животным и получила в ответ обещание позаботиться о щенке до прибытия Алекса. Брат с сестрой исчезли в одной из комнат, потому что Аня пришла к выводу, что их с Сашей подопечный устал и ему нужен отдых. Пользуясь моментом, Каллен взял одну из тех сумок, что они привезли с собой. Всю дорогу она была наглухо закрыта и лежала в багажнике его автомобиля, потому что там находились подарки, которые они вместе Изабеллой купили для сына и дочери. Учитывая неугомонный характер Ани, им стоило больших трудов до самого праздника прятать их так, чтобы они не попались на глаза тем, кому предназначались. Пока Белла расставляла на праздничном столе те блюда, которые привезла с собой, приготовив их дома, Эдвард быстро разложил обёрнутые красочной бумагой свёртки под большой ёлкой в гостиной. Чтобы до нужного момента они не бросались в глаза, он накрыл гору свёртков пледом, до сего момента сиротливо свисавшим с уголка дивана. Закончив со своей почётной миссией, Каллен подошёл ближе к столу в центре гостиной и удивлённо присвистнул. Создавалось впечатление, что Белла с Женькой решили превзойти сами себя, наготовив столько, что можно было накормить целую армию гостей. В комнату с корзинкой хлеба в руках впорхнула Дубова. Она уже успела переодеться, сменив домашние шорты и майку на нарядное платье и лодочки на высоких каблуках. Заметив, что Каллен удивлённо разглядывает накрытый к празднику стол, Женя усмехнулась.

– Новый год по-русски, Эдвард. Оливье, селёдка под шубой и прочие традиционные прелести сегодня присутствуют. Между прочим, большую часть этих вкусняшек готовила твоя ненаглядная. Я, кстати, слышала, некоторым иностранцам нравятся не все русские блюда. Готов к экспериментам?

– Ты забыла, что моя бабушка была русской? – ответил Каллен. – Энни, упокой Господь её душу, часто бывала в русских ресторанах и меня брала за компанию. Так что я имею представление обо всём этом. К тому же, Эммет сметёт всё, что на любом языке мира обозначается словом «еда».

– Да? – удивилась Женька. – Знаете, одна моя знакомая вышла замуж за американца. Когда она, желая удивить его родственников на одном большом семейном ужине, приготовила селёдку под шубой, половина гостей посмотрели на неё, как на умалишённую. Их сильно удивило, что в одном блюде сочетаются майонез, солёная рыба и варёные овощи.

– Ой, – отмахнулся от неё Эдвард, – не пугай. Я и не такое пробовал.

Белла, всё это время молча наблюдавшая за их шутливой перепалкой, не выдержала и тихо рассмеялась. Закончив с сервировкой, она устало опустилась на диван и расслабленно выдохнула.

– Устала? – обеспокоенно спросил Каллен. – Ты сегодня полдня на кухне провела.

– Нет, всё хорошо, – она замотала головой. – Мне это было только в радость. Отвлекает, знаешь ли, от лишних тревожных мыслей.

– Эй, – нежно окликнул её Эдвард, сев рядом. – Не надо, не думай о плохом. Я же сказал тебе, всё будет хорошо. Сказал?

– Сказал, – подтвердила Изабелла, словно под гипнозом, утопая в глазах цвета летней травы и мгновенно расслабляясь.

– Помни об этом, – Каллен коснулся губами кончика её носа, потом оставил лёгкий поцелуй на губах.

– Беленький, ты отдохни, – засуетилась Женька, – а мы со всем сами справимся.

Эдвард, пойдём, принесём из кухни ещё стулья.

Евгения многозначительно посмотрела на жениха подруги. Женя привела его на кухню и вручила ему стул, попросив:

– Подожди.

Она протянула Эдварду маленькую прямоугольную карточку, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся визиткой.

– Здесь координаты Никиты. Вчера я говорила с ним. Его сейчас нет в городе, но послезавтра он готов встретиться с тобой, – тихо затараторила Дубова, косясь в сторону гостиной, где осталась перевести дух Изабелла. – Прошу, Белле не говори об этом хотя бы сегодня. Пусть передохнёт немного.

– Женя…

– Скажешь, конечно, скажешь, – перебила его Евгения, кивнув. – Но не сегодня, прошу. Я же вижу, что с ней творится. Вроде радуется, суетится, а глаза, как у загнанного в ловушку оленёнка. Помоги ей хоть на одну ночь забыть об этом уроде, её бывшем муже. Сделай так, чтобы ей было хорошо!

Эдвард кивнул, с трудом сглотнув огромный ком, застрявший в горле. Он понимал, что Женя права. В последние дни Белла была сама не своя. Несколько раз он заставал её в спальне, в одиночестве сидевшей на кровати и уставившейся в пространство рассеянным взглядом. Несколько минут спустя она приходила в себя, чтобы тут же кинуться в его объятия и вцепиться в него мёртвой хваткой, дрожа, словно от лютого холода. При детях Изабелла старалась держать себя в руках, но это не всегда ей удавалось. И тогда она сгребала Аню с Сашей в охапку и неистово прижимала к себе, то торопливо целуя их макушки, то зарываясь лицом в мягкие детские волосы. Первый раз став свидетелем такой сцены, Каллен сильно растерялся. Стыдно было это признавать, но на какую-то секунду он даже почувствовал себя лишним. Но эта секунда прошла, а вместе с ней испарилось и ощущение собственной ненужности. И тогда он сделал единственное, что пришло на ум: подлетел к Изабелле и детям и сграбастал всех троих в объятия, желая укрыть от всего мира. Сколько раз такое происходило в течение нескольких дней, Эдвард не считал. Он просто был рядом, просто обнимал, даря своей новой семье защиту. Аня хихикала, видя в этом родительскую заботу и принимая всё как должное. А Саша… Саша просто молчал, уткнувшись носом матери в живот и прижимаясь спиной к отцу…

Звук дверного звонка вывел Каллена из оцепенения. Женька мгновенно испарилась с кухни, помчавшись в прихожую. Очень скоро оттуда послышалось смущённое бормотание Эммета и радостный голосок Алекса. Аня с Сашей, покинув комнату, где находились всё это время, вышли им навстречу. У обоих на лицах сверкали улыбки от уха до уха. Они, как ни странно, молчали, обмениваясь друг с другом загадочными взглядами. Аня, взяв Алекса за руку, отвела его в гостиную. С важным видом усадив его на стул, она попросила подождать и куда-то удалилась. Мальчик, заинтригованный необычным поведением своей подружки по играм, ждал продолжения. Эммет, присев рядом с сыном, с интересом наблюдал за этой сценой.

– Что они задумали? – спросил он у Беллы. Та лишь закатила глаза и засмеялась.

– Терпение, Эм, – остановил его Эдвард.

Как только он произнёс это, за дверью послышалась странная возня, а затем в дверях появились Аня и Саня, держа в руках переноску.

– Упс, – выдал Эммет.

Тем временем дети опустили переноску на пол, и Саша открыл маленькую крышку – клапан на корпусе. Наружу, зевая и потягиваясь, медленно вышел упитанный щенок. Его шерсть была белоснежной от головы до кончика хвоста. И только на мордочке блестели три тёмных точки: глаза и нос. На нём был крошечный ошейник, на котором болтался маленький синий бантик, заботливо привязанный Аней.

Из груди Алекса вырвался восторженный вздох. Он сполз со стула на пол, сев на колени, и протянул руки к щенку. Тот завилял хвостом, и, переваливаясь с боку на бок, пошёл прямо к мальчику. Белла присела рядом, чтобы показать, как правильно держать малыша. Осторожно подняв щенка, Алекс бережно прижал его к себе. С восхищением смотря в щенячьи глазки-пуговки, он пролепетал:

– Вайт… Ты – Вайт, потому что ты весь белый.

Вайт тут же облизал лицо своего маленького хозяина, тоненько тявкнув. Алекс счастливо захихикал, легонько чмокнув щенка в нос.

– О! Он согласен! – прокомментировал Эммет с восторгом.

Вручив здоровяку большой пакет с кормом, мисочками и игрушками для щенка, Белла подробно проинструктировала его, как ухаживать за животным. Тот слушал, согласно кивал, но у Беллы почему-то создалось впечатление, что половину того, что она рассказывала, Эммет пропустил мимо ушей. Он был слишком занят разглядыванием хозяйки квартиры, которая стояла рядом с его сыном и с поистине детским восторгом перебирала мягкую шёрстку Вайта. Изабелла могла поклясться, что увиденное ему очень нравилось. Не выдержав, она несильно стукнула Эма по руке, привлекая к себе его внимание.

– Ты меня слушаешь или нет? – уточнила она, с трудом сдерживая смех.

– А? – Эммет встрепенулся и виновато посмотрел на Беллу. – Прости, я немного отвлёкся.

– О да! Я это заметила! – из груди Журавлёвой вырвался смешок, а потом её лицо вытянулось от удивления, потому что старший из братьев Каллен… сильно покраснел.

Эммет покраснел?! Белла не верила своим глазам. Она смущённо кашлянула и, недоверчиво покачала головой. Она оставила Эммета в покое, решив отложить лекцию по уходу за щенком на то время, когда мужчина будет в состоянии её выслушать.

Женя вдруг подняла голову и взглянула прямо на Эммета. Он же, вопреки сложившейся традиции, и не думал отводить глаза. Женя словно оцепенела, удивлённая неожиданной переменой в поведении мужчины. Но тут щенок на руках у Алекса снова громко тявкнул, и она, резко дёрнувшись, пришла в себя. Нацепив на лицо прежнюю маску спокойствия и радости, Евгения хлопнула в ладоши, напомнив всем, что до Нового года осталось всего ничего, а значит, пора садиться за стол. Эммет только фыркнул и, последовав примеру остальных, покорно поплёлся к своему стулу.

Часы на экране телевизора начали отсчитывать последние минуты уходящего года, поэтому Эдвард, открыв бутылку шампанского, быстро разлил напиток по бокалам. Под звук курантов он протянул один из бокалов Изабелле, успев шепнуть:

– Загадывай желание.

– Уже, – с хитрой улыбкой ответила та.

– Расскажешь мне?

– Не-а, – наигранно возмутилась Журавлёва. – Тогда не сбудется!

Сразу после последнего удара часов послышался Женькин громкий вопль:

– А-а-а! С Новым го-одом!

Вайт, временно откомандированный на свою новую лежанку в углу комнаты, подал голос, возмущённо залаяв. Дети завизжали от восторга. Белла, чокнувшись собственным фужером со всеми по очереди, не выдержала и расхохоталась. Она повернулась к Эдварду и, обняв мужчину за шею одной рукой, оставила на его губах нежный поцелуй.

– С Новым годом, любимая, – шепнул Каллен, прижавшись своим лбом к её лбу.

– С Новым годом, родной, – ответила Белла, чувствуя, как из уголка глаза скатилась маленькая слезинка.

Эдвард осторожно смахнул влагу подушечкой большого пальца и потёрся носом о её нос.

В их колени одновременно впечатались два детских тела с криком: «Ура! Новый год!». Аня мгновенно вскарабкалась Каллену на руки, крепко обняв его за шею и радостно лепеча о том, что «Новый год – это классно, потому что не надо ложиться спать». Саша приник к Изабелле, уткнувшись ей носом в солнечное сплетение, и бормотал поздравления.

Когда стихли радостные возгласы, все снова заняли свои места за столом. Вопреки опасениям Женьки, всё, что приготовили они с Беллой, пришлось по вкусу и Эдварду, и Эммету. В самый разгар застолья Эдвард, вдруг, поднялся со своего места, сжимая в пальцах фужер с шампанским.

– Я хотел сказать кое-что, – смущённо произнёс Каллен, обводя взглядом всех собравшихся.

Получив молчаливое одобрение, он продолжил:

– Этот год стал особенным для меня. Так сложились обстоятельства, что я вернулся в Россию. Вернулся, чтобы найти то, что считал давно и безнадёжно утерянным. Мечтал ли я снова обрести свою любовь? Да! Мечтал! И хотел этого даже тогда, когда слишком много обстоятельств, как мне казалось, были тому преградой. Но сердцу не прикажешь, и надежда, как говорят в России, умирает последней. Я надеялся вернуть женщину, которую любил все эти годы. У меня это получилось! Более того, судьба подарила мне не только её любовь, но и любовь двух детей, так быстро впустивших меня в свой маленький мир. Эдвард Каллен, ещё недавно считавший себя одиночкой, неспособным сделать кого-то счастливым, обрёл свою собственную семью. И сейчас, здесь, я хочу ещё раз сказать своей будущей жене, своим дочери и сыну: я люблю вас! Вы – самое дорогое, что есть у меня на этой земле.

– И мы тебя любим, папочка! – тоненько пискнула Аня со своего места.

– Пап, – прошептал Саша охрипшим голосом, – я тебя люблю.

Признание Саши прозвучало так неожиданно, что в первый момент Каллен подумал, что у него галлюцинации. Но выражение лица Саши, смотрящего на отца с восхищением и преданностью, говорило само за себя.

– Ты не представляешь, сынок, что для меня значат эти слова. – Голос Эдварда сорвался. Он сильно сжал пальцами ножку бокала в попытке хоть немного взять под контроль собственные эмоции. – Это – лучший подарок из тех, что я когда-либо получал.

Лицо Саши озарилось искренней улыбкой. Эдвард повернулся к Белле, желая разделить с ней радостный и такой значимый для него момент.

– Мне остаётся только присоединиться к их словам, – произнесла Изабелла, даже не пытаясь остановить бегущие по щекам слёзы. – Люблю тебя.

У Эдварда закружилась голова от нахлынувшей на него эйфории. Горло перехватило, а глаза заволокло непрошеной влагой. Он сел и, найдя руку Изабеллы под столом, переплёл её и свои пальцы. В комнате повисла тишина. Все молчали, переваривая только что прозвучавшее откровение. Обстановку немного разрядила Женька. Жалобно шмыгнув носом, она вытерла глаза и пробубнила, обращаясь к Эдварду:

– Ой, Каллен, знаешь, даже я тебя уже люблю. Хотя бы за то, что ты делаешь счастливой вот эту девушку, – Женька мотнула головой в сторону подруги, а потом посмотрела на притихших Сашу и Аню. – А ещё за то, что твоего сердца хватает для них обоих.

– Да-а, – глубокомысленно изрёк Эммет. – Цени это, братишка. Я подозреваю, что-то подобное ты ещё не скоро услышишь из уст мисс Дубовой.

Белла фыркнула, потом кашлянула, пытаясь таким образом скрыть рвущийся наружу смех.

Женька уставилась на Эммета так, словно хотела прожечь его насквозь. Поняв, что, ещё немного, и в теле Эма на самом деле появятся два дымящихся отверстия, Эдвард поспешил сменить тему.

– Что ж, – объявил он торжественным голосом, – время подарков!

– Ура! – Аня захлопала в ладоши.

Каллен встал, подошёл к елке и жестом фокусника сдёрнул плед с горки разноцветных упаковок.

***

Обмен подарками затянулся надолго. Аня по достоинству оценила новую куклу – пупса, способную ползать, кушать и ходить на горшок. К чудо-игрушке прилагался большой набор кукольной одежды, бутылочек и игрушечных памперсов. Саша получил от родителей большую машину с радиоуправлением, о которой давно мечтал. Он Эммета и Жени ему достались две огромных коробки с конструктором любимой марки. Оба набора были из одной серии, и это навело Эдварда на мысль, что подарки Евгения и Эммет покупали по взаимной договорённости. Взглянув на выражение лица Изабеллы, мужчина понял, что она сейчас мыслила в том же ключе. Когда Белла встретилась с ним взглядом, он радостно ей подмигнул, незаметно качнув головой в сторону брата и Жени. Белла кивнула, изогнув губы в еле заметной улыбке. Она опустила глаза на конверт, вручённый ей подругой несколько минут назад, когда они обменивались презентами. Обнаружив внутри сертификат на несколько сеансов тайского расслабляющего ойл-массажа, Изабелла почувствовала огромную благодарность. Немного расслабиться ей бы точно не помешало.

Кто-то тронул её за плечо. Обернувшись, она обнаружила рядом Эдварда. Он уже успел поздравить брата и теперь стоял, протягивая Изабелле небольшой яркий свёрток.

– Это тебе. Открой, пожалуйста, – тихо попросил Каллен.

Под упаковочной бумагой обнаружилась коробочка, в какой обычно хранят ювелирные украшения. Дрожащими пальцами Белла подняла крышку и выдохнула от восторга. На обтянутой шёлком подушечке лежал браслет. Украшение состояло из причудливо переплетённых между собой звеньев, соединённых в сложный орнамент. К браслету были прикреплены две подвески. Одна из них представляла собой минерал насыщенного зелёного цвета в форме капельки, заключённой в золотую оправу. Когда Белла положила украшение на ладонь, чтобы лучше рассмотреть его, камень, попав под электрическое освещение, мягко замерцал. Создавалось впечатление, что он пульсирует и дышит, живя собственной загадочной жизнью. Вторая подвеска имела вид танцующего журавля. Он расправил крылья и стоял на одной ноге, находясь внутри тонкой золотой окружности.

– Господи! – выдохнула Белла и прикоснулась рукой к губам. – Как красиво!

Лицо Эдварда осветила широкая улыбка.

– Это изумруд. Древние греки считали, что он олицетворяет любовь и душевную чистоту. А ещё он прогоняет страхи и дарит хладнокровие и мудрость. Но, согласно старинному поверью, у этого минерала есть ещё одна особенность. Если рядом с ним поместить изображение какой-нибудь птицы, изумруд поможет своему обладателю прожить долгую и счастливую жизнь. Зло будет обходить такого человека стороной. И, конечно же, я ни минуты не сомневался в том, какую птицу должен изобразить мастер, который занимался изготовлением украшения. Ты согласна со мной, Crane?

– Подожди, ты хочешь сказать, что браслет сделан на заказ. Но… Эдвард, это же безумно дорого! Я… Тебе не стоило… – Изабелла смутилась под решительным взглядом Каллена.

– Белла, – ответил он, коснувшись указательным пальцем её губ, – я вполне допускаю мысль, что на свете есть много великолепных женщин, которые могли бы стать идеальными жёнами, подругами, матерями. Но для меня именно ты – та единственная из всех, кто стОит всех сокровищ мира. Ты заслуживаешь большего, гораздо большего, чем этот золотой браслет.

– Я не знаю, что сказать, – благодарно шепнула Изабелла, прижав ладони к пылающим от смущения щекам. – Хотя, нет! Что я несу?! Конечно же, мне есть, что сказать!

Она посмотрела Эдварду прямо в глаза.

– Когда тебя не было рядом со мной, я привыкла к мысли, что проживу эту жизнь без человека, которого так сильно любила все эти годы. Я смирилась с этим, день за днём находя умиротворение в заботе о моих детях. Я твердила себе, что счастье у каждого своё, что оно может быть разным, и для того, чтобы чувствовать его, необязательно быть рядом с любимым мужчиной. И, наверное, мне бы хватило того, что я имела, чтобы знать, что жизнь прожита не зря. Но появился ты, и я поняла, как мне на самом деле не хватало твоих глаз, твоих рук, губ, твоего красивого бархатного голоса. Ты даже представить себе не можешь, как сильно я люблю тебя, Эдвард Энтони Каллен, и насколько важной частью моей жизни ты теперь являешься!

– Crane! – Каллен шагнул ещё ближе, и обнял её за талию. – И ты тоже часть моей жизни. Нет! Не так… Ты – вся моя жизнь! Помни это! Всегда помни это, Белла!

Эдвард наклонился и приник губами к её губам. Поцелуй вышел слишком коротким, оба они понимали, что стоит подождать с проявлением страсти, находясь в комнате, наполненной людьми.

Мужчина взял Беллу за руку и обернул браслет вокруг её тонкого запястья, щёлкнув маленьким изящным замочком.

– Прекрасно, – шепнул он, разглядывая плоды своих стараний. – Он прекрасен. А ты идеальна. Каллен снова посмотрел ей в глаза, что заставило сердце Беллы работать на предельной скорости и качать кровь по её венам в бешеном темпе.

– У меня тоже есть для тебя подарок, – произнесла Белла, когда дыхание её стало более ровным, а сердцебиение вошло в обычный ритм.

Она сделала шаг назад и протянула руку к ярко украшенной ели, вытащив из-под её нижних ветвей красиво упакованный свёрток и протянув его Эдварду. Он был совсем небольшого размера, поэтому свободно уместился на широкой мужской ладони.

– Что это? – Каллен удивлённо вскинул брови.

– Открой и узнаешь, – хитро прищурилась Журавлёва.

Эдвард развернул упаковку и начал вертеть в руках предмет, оказавшийся внутри.

Это был медальон. Белла улыбнулась, вспомнив, как недели две назад, когда у неё ещё была возможность передвигаться по улицам без оглядки и опасений, она выбралась в столицу по делам и наткнулась на эту вещицу в маленькой антикварной лавке в одном из московских переулков. Медальон лежал под витринным стеклом в окружении многочисленных безделушек. Случайно зацепившись за него взглядом, женщина уже не смогла оторваться. Цена была высока, но Изабелла всё же купила его, зная, что сможет найти ему достойное применение. В ювелирной мастерской по её просьбе на обратной стороне медальона сделали гравировку. Красивые витиеватые буквы тускло мерцали, создавая контраст со слегка потемневшим от времени корпусом.

– Какой красивый! – донёсся до неё голос Эдварда.

Он перевернул медальон обратной стороной и провёл пальцем по надписи.

– Всегда с тобой! – озвучил он слова, выгравированные на корпусе. – Это идеально, милая. Спасибо тебе!

– Открой его, – тихо попросила она.

Эдвард нажал на крошечный замочек, и разъединил створки медальона. На одной половине была закреплена фотография маленького Саши. Он лежал на животе на поверхности пеленального столика и улыбался в камеру пока ещё беззубым ртом. В нише второй створки красовалось фото, где были запечатлены Белла с Эдвардом, с двух сторон обнимающие Аню и Сашу. Эта фотография была сделана совсем недавно, а если точнее, всего неделю назад. Они гуляли в парке вчетвером, пользуясь возможностью насладиться погожим зимним деньком. «Мороз и солнце, день чудесный…», как выразилась тогда Белла, используя строки известных с детства стихов. Случайных прохожий по их просьбе запечатлел всех четверых на камеру мобильного телефона Изабеллы.

– Всегда с тобой, Эдвард. Это то, чего мы хотим, то, что мы чувствуем.

Каллен долго всматривался в обе фотографии, потом медленно сомкнул створки медальона и положил подарок Беллы в левый нагрудный карман своей рубахи.

– Он будет всегда находиться с левой стороны. Знаешь, почему?

– Почему? – пролепетала Журавлёва.

– Так ближе к сердцу. Именно там он и должен находиться. Всегда со мной…

Несмотря на то, что сейчас они были не одни, Каллен не смог удержаться и всё-таки сорвал с губ женщины мимолётный поцелуй.

Недалеко от них раздалось звяканье посуды. Белла и Каллен одновременно оглянулись, отмечая изменения, которые произошли за то время, пока они находились в своём личном мирке. Народу в комнате поубавилось, а те, кто остался, были заняты каждый своим делом. Женька уже успела унести всю грязную посуду и на кухню. Теперь она расставляла на столе чашки с чаем вокруг стоящего посередине большого праздничного пирога. Заметив взгляд подруги, направленный на неё, она изогнула уголки губ в еле заметной понимающей улыбке и хитро подмигнула Изабелле, указав глазами на браслет. Журавлёва кивнула, а потом вернула ей улыбку в ответ. Она поискала глазами Эммета и обнаружила его на диване в противоположной стороне гостиной. Он сидел в обнимку со щенком, бережно прижимая малыша к своей широкой груди. Вид у Эммета был немного потерянный. Он что-то тихо бубнил, обращаясь к Вайту, и почёсывал его за ушком. В качестве ответной реакции щенок периодически поднимал голову и облизывал лицо здоровяка.

– Мой брат, кажется, нашёл себе благодарного слушателя. – Эдвард пытался говорить шутливым тоном, но в голосе его угадывался лёгкий налёт грусти.

– Как он вообще? – тихо спросила Белла. – То есть, я хочу сказать, что Эммет держится молодцом. Нужно быть очень сильным, чтобы находить в себе силы не просто жить после такой трагедии, а ещё и улыбаться и не впадать в жуткую депрессию.

– Так и есть, – печально кивнул Каллен, украдкой разглядывая брата. – Большую часть времени Эм пытается вести себя, как и прежде, хотя бы ради Алекса. Он не позволяет себя жалеть, даёт понять, что у него всё окей. Но когда я жил вместе с ним в квартире Энни, то часто видел по ночам полоску света под его дверью и слышал, как он часами ходит по комнате туда–сюда.

– Время – это то, что ему нужно, Эдвард.

– Надеюсь, что со временем его боль действительно стихнет, – Каллен тяжело вздохнул.

– Нет, милый, – Белла сокрушённо помотала головой. – Когда уходят близкие люди, боль не стихает с годами, поверь мне. Она лишь проникает в нас всё глубже, покрываясь защитной коркой, словно панцирем. А потом мы просто привыкаем жить с этой болью, со временем начинаем принимать её, как должное. Знаешь, может быть, это странно… Но если бы кто-то когда-нибудь предложил мне стереть тот отрезок памяти, где хранятся мои воспоминания о потере близких людей, чтобы перестало болеть тут, – Изабелла приложила руку к груди, – я бы отказалась. Потому что я ХОЧУ помнить. Эта память мне дорога, она – часть меня. И Эммет, я думаю, тоже ни за что не расстался бы со своими горькими воспоминаниями. В конце концов, это сделает его только сильнее. Он справится!

Каллен обнял Беллу за талию, прижавшись грудью к её спине, и упёрся подбородком ей в плечо, подтвердив:

– Справится! У него нет другого выхода. Алексу нужен отец, и Эм это прекрасно понимает. Кстати, – Эдвард прекратил шептать и произнёс уже в полный голос, – а где Алекс? И Аня с Сашей тоже испарились.

– Оу, с Новым годом тебя, Каллен! Наконец-то ты заметил, насколько поредела наша скромная компания, – откликнулась Женька, не желая упустить возможность поддеть будущего мужа подруги. Впрочем, в прозвучавшей из её уст фразе не было ни капли раздражения и злости. – Пока вы двое были заняты обменом презентами и взаимными нежными признаниями, ваши дети и племянник изъявили желание удалиться в соседнюю комнату и поиграть там.

– Ну и язык у тебя, Женя, – Каллен, по-доброму усмехнувшись, обескураженно потряс головой.

– О, да! – раздался с дивана голос Эммета. – Мисс «та-ещё-заноза-в-заднице» снова в своей стихии.

Евгения повернула голову в сторону Эммета, и Белла, ожидавшая, что вот-вот начнётся привычная перепалка между её почти родственником и лучшей подругой, уже открыла рот, чтобы предотвратить намечавшийся обмен «любезностями». Но Дубова вдруг сменила гнев на милость и приветливо спросила Эма:

– А это хорошо или плохо?

Тот, поначалу растерявшись от неожиданного поворота в разговоре, задумался, а потом выдал ответ:

– Думаю, хорошо. Потому что, если бы ты сейчас нежно улыбнулась и проворковала что-то типа: «О, не волнуйся, Эдди. Вы с Беллой выглядели так мило минуту назад, что я не решилась мешать вашему уединению и взяла на себя смелость позаботиться о детях», я бы точно свалился от неожиданности с дивана. Я бы подумал, что ты, возможно, подхватила какое-то необычное, ещё неизвестное современной науке заболевание, повернувшее мозги в твоей черепной коробке на сто восемьдесят градусов. Но сейчас я спокоен, потому что вижу перед собой всю ту же особу с острым язычком.

– Как это трогательно, что ты печёшься о моём душевном состоянии, – протянула Женя, одарив мужчину милой улыбкой, а потом с невозмутимым видом начала разливать чай по чашкам.

Поняв, что продолжения не будет, Эммет удивлённо вскинул брови и пробормотал себе под нос:

– Либо я схожу с ума, либо её здоровье действительно под угрозой.