Текст книги "Протокол "Гхола": Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Ivvin

сообщить о нарушении

Текущая страница: 34 (всего у книги 43 страниц)

– Да. Я решила, – твердо ответила она, делая шаг вглубь комнаты. – Без тебя, Кейн, Дом Варос умер бы четыре года назад. Уж я-то знаю цену выживания. А опасность… опасность здесь повсюду. Это Арракис. Если твои секреты привлекут беду, что ж… уйдем в глубокие пески. Пропадем в пустыне, пусть ищут ветра в дюнах. Не в первый раз.

Я улыбнулся, на этот раз искренне. Её решимость стоила дорогого.

– Даже если это, например, страшные секреты Бене Гессерит?

Элара удивленно вскинула брови. В её глазах мелькнул азартный огонек, смешанный с настороженностью.

– О-о-о… – протянула она, и в её голосе появилось еще больше любопытства. – Это… это делает историю ещё интереснее. И опаснее. Откуда только ты можешь их знать? Как ты там говорил – просто знаю?

Я подошел к кровати и сел на край. Тяжело вздохнул.

– Именно. Считай это моим проклятием или даром. Но есть нюанс. Гарантии, что всё, что я знаю – правда хотя бы близко, нет. Мои информация оказалась не идеальна. Ошибки уже есть, и они значимые. Но основы, остались прежними.

Я замолчал, подбирая слова, чтобы начать этот сложный разговор.

– Но начнем по порядку. Когда ты училась в школе Бене Гессерит, какие мифы или истории ты о них слышала? Что рассказывали послушницам шепотом, когда наставницы не слышали?

Элара задумчиво прикусила губу, вспоминая годы обучения. Она подошла и села в кресло напротив меня.

– Мифы? Да разные. Бене Гессерит окутаны тайнами. Еще до обучения слышала, что они ведьмы, могут управлять другими людьми с помощью своего Голоса. Это оказалось не мифом, я сама это видела. – Она сделала паузу, глядя в пустоту. – Слышала миф, что Преподобные Матери помнят всю свою жизнь, до мельчайших деталей. А что?

Я усмехнулся.

– Просто это не совсем миф, Элара. И Бене Гессерит, некоторые из них, действительно помнят всю жизнь. Только не свою. А вернее, не только свою.

Она резко вскинула голову, впиваясь в меня взглядом.

– Что ты имеешь в виду?

– Об этом не говорят, но те, кто выживают после опаснейшего, смертельного ритуала пробуждают в себе Память. Другую Память. Они получают доступ к памяти всех своих предков по женской линии. Миллионы жизней, миллионы голосов, от начала времен. Они становятся носителями истории своего рода.

Элара застыла в кресле. Её лицо побледнело.

– Это… это… – прошептала она. – Это чудовищно. Как они не теряют себя в миллионах голосов?

– Кто знает? И с этим связан еще один их термин. Мерзость.

Слово повисло в воздухе, тяжелое и зловещее.

– Мерзость – это та, кто по какой-то причине после пробуждения Другой Памяти не справилась с напором предков. Её собственная личность оказалась слабой. Её эго было подавлено, разорвано и заменено на личность кого-то из памяти. Сильного, древнего, злобного предка. Она становится одержимой. Мерзостью. Угрозой для Ордена и всего человечества. Такой объект подлежит немедленному, жестокому уничтожению. Без суда и следствия.

Элара молчала долго. Она переваривала услышанное, сопоставляла факты. А потом она подняла на меня глаза. В них не было страха.

– Как ты, – сказала она. Это не был вопрос. Это было утверждение. Утверждение факта, который она только что приняла.

Я кивнул.

– Именно. Только у меня есть нюанс, который делает ситуацию ещё абсурднее. У меня нет личностей миллионов предков. Нет хора голосов, разрывающих разум. А только одна. Одна посторонняя личность, заместившая прежнюю. Но… – Я криво усмехнулся. – Как ты думаешь, Элара? Бене Гессерит, когда узнают мою историю, будут выяснять такие нюансы? «О, у него всего одна посторонняя личность? Ну, тогда ладно, пусть живет». Нет. Вердикт будет однозначным. Гхола-Мерзость… уничтожить на месте. Изжечь ересь.

Элара вдруг улыбнулась. По-доброму. Тепло.

– Что-то я за всё это время не заметила в тебе никакой мерзости, – тихо, с нежностью произнесла она. – Ты спас меня. Ты сохранил Дом. Ты учил наших людей. Ты заботишься о нас. Мерзость так не поступает. Я вижу перед собой Кейна. Своего Кейна. Какая разница, кто был в его голове до этого?

Её слова были бальзамом на мою душу.

– Я ценю это, Элара. Глубоко ценю.

– Но… кто об этом узнает и как?

– Способы есть, например их Голос, их способность чувствовать ложь… – Я откинулся назад, ложась на кровать. Вытянул ноги, блаженно зажмурившись на секунду. А потом открыл глаза и посмотрел на Элару. – Но начнем с самого начала… – Я похлопал рукой по месту рядом с собой на широкой койке. – Ложись рядом, Элара. Раз уж мы решили разделить этот груз, давай делать это с комфортом.

Она не колебалась ни секунды. Встала, скинуло комбенизон, оставшись в простой легкой одежде, и легла рядом. Она положила голову мне на плечо, и я почувствовал, как её дыхание выравнивается.

– И-и-и… я расскажу тебе историю, – тихо начал я, глядя в темный потолок, словно читал строки из невидимой книги. Книги, которую теперь, как показала проверка, помнил наизусть из своей прошлой жизни. – Многое из того, что я знаю, станет тебе понятно. А вопросы… вопросы обсудим в процессе. Это длинная сказка. Сказка о будущем, которое могло бы быть.

Я сделал глубокий вдох. Слова сами всплывали в памяти.

«Начало есть время, когда следует позаботиться о том, чтобы все было отмерено и уравновешено. Это знает каждая сестра Бене Гессерит…»

* * *

На Бусти +1 глава.

https://boosty.to/ivvin

Глава 52. Эффект Бабочки

Я рассказывал долго, не сжимая события до сухой выжимки, не упуская важные детали. Я лежал на спине, глядя в серый потолок комнаты, и мой мерный голос нарушал тишину. Элара слушала молча. Её голова покоилась на моем плече, теплое дыхание касалось кожи, а рука лениво, почти неосознанно поглаживала мою грудь. Я рассказал ей события, которые в моей памяти были первыми главами великой истории. Рассказал о мальчике по имени Пол, наследнике герцога Лето и леди Джессики. О визите Преподобной Матери Мохиам на Каладан, о смертельном испытании гом-джаббаром, шкатулке боли и страхе, который убивает разум. Затем перенес повествование на Гьеди Прайм, мрачную метрополию Харконненов. Описал тайный совет, где необъятно жирный барон Владимир Харконнен делился планами со своим ментатом Питером де Вризом и племянником Фейд-Раутой. Я выложил суть грядущего заговора: как Император из страха перед растущей силой Атрейдесов решил отдать им Арракис. Это была не награда, а плаха. Ловушка, чтобы уничтожить популярного герцога руками давних врагов и переодетых в чужую форму сардаукаров. И, наконец, я назвал главный механизм этой ловушки – предателя. Врача Суккской школы Веллингтона Юэ, чье абсолютное имперское кондиционирование барон умудрился сломать.

Я замолчал, давая ей время переварить услышанное.

Тишина затянулась. Я ждал чего угодно: нервного смеха, обвинений в безумии, внезапного отстранения. Но Элара чуть приподнялась, опершись локтем о матрас, и внимательно заглянула мне в глаза. В её взгляде шла быстрая, напряженная работа мысли.

– Это очень стройная и выверенная картина, Кейн, – произнесла она негромко. – Она идеально ложится на паранойю Великих Домов. Барон вполне способен спланировать подобное. А Император действительно до дрожи боится популярности Красного Герцога в Ландсрааде. Но в твоей… Другой Памяти есть огромная ошибка.

– Я знаю, – спокойно ответил я.

Она слегка нахмурилась, задумавшись.

– Ах вот что ты тогда узнал в библиотеке! – вспомнив один из моментов, когда мы были еще погребены песками. – У герцога Лето нет сына. Никакого Пола не существует. Весь Ландсраад, вплоть до самых мелких Домов вроде нашего, в курсе, что у него дочь. Аристе Атрейдес. Девочке сейчас как раз около пятнадцати лет. Столько, сколько было мне. – посмурнела она.

– Аристе, – эхом повторил я, пробуя имя на вкус. – Именно. В этом-то всё и дело, Элара. В той памяти, что есть у меня в голове, Джессика ослушалась приказа. Из любви к герцогу она дала ему наследника мужского пола. И этот единственный выбор стал ключевым. Что будет дальше – узнаешь позже.

– Так не честно! – тут же возмутилась она. – Я же умру от любопытства!

– Ну значит мне меньше трудиться рассказчиком придется, – демонстративно задумался. – И искать нового работодателя. Эхх…

– Эй!!!

Элара, в наказание, упала обратно на мое плечо. Я чувствовал, как напряглись её мышцы. Она не спешила с выводами, её разум наследницы Дома анализировал новые вводные.

– Значит, изменилась всего одна переменная, – задумчиво пробормотала она. Её пальцы на мгновение замерли на моей груди. – Нас учили, что политика Империи – это огромный механизм, где каждая шестеренка имеет значение, а каждое решение порождает свои последствия. Ты хочешь сказать, что в тебе заперты воспоминания о реальности, которая пошла по другому пути из-за одного-единственного выбора? О мире, где леди Джессика решилась пойти наперекор Ордену?

– Или наша реальность – это отклонение от того пути, – я пожал плечами, насколько позволяло положение. – Кто знает, какой вариант изначально правильный? Но давай смотреть на вещи логически. Если начальные условия изменились, и родилась девочка, а не мальчик, это не значит, что планы остальных фигур на доске испарились. Барон готовился к этому удару десятилетиями.

– Ловушка Харконненов.

– Да. Атрейдесы прибывают на Арракис примерно через полгода. Как думаешь, барон отказался от идеи уничтожить своего кровного врага только потому, что у того растет дочь, а не сын?

Элара фыркнула, и в этом звуке было столько же презрения, сколько и понимания реалий Империи.

– Владимир Харконнен скорее захлебнется собственным жиром, чем упустит шанс вырезать Атрейдесов под корень. Если Император действительно отдает им Арракис… это капкан. В это я верю безоговорочно. Заставить Великий Дом сменить прохладный, богатый водой Каладан на эту пыльную преисподнюю можно только по прямому указу падишах-императора. Это имеет смысл.

Она замолчала, обдумывая следующую деталь моего рассказа.

– Но Юэ… – Элара покачала головой. – Кейн, ты не понимаешь. Кондиционирование Суккской школы абсолютно. На их лбах ставят бриллиантовое клеймо. Они физически не могут причинить вред своим пациентам. Никто и никогда не ломал эту защиту.

– Барон нашел способ. Он взял в заложники жену доктора, Ванну. И долго, методично пытал её, заставляя Юэ смотреть или верить в то, что она еще жива и мучается. Он сломал его не через боль, а через любовь и отчаяние.

Я почувствовал, как Элара резко напряглась. Её рука на моей груди замерла.

– Ванна… – почти беззвучно произнесла она. – Я не слышала это имя. Ванна Маркус.

Она снова приподнялась и посмотрела на меня. В полумраке каюты её глаза казались почти черными.

– Если твоя… память… знает такие детали, как имя пропавшей жены суккского доктора, хотя я имени и самого доктора не знаю, нужно будет проверить, то это значит или очень структурированный бред или правда.

Она села на кровати, обхватив колени руками.

– Полгода, Кейн. У нас есть полгода до смены власти на Арракисе. Герцог Лето славится своим благородством… Мы могли бы попытаться предупредить их. Найти способ передать сообщение на Каладан до их отлета.

Я тяжело вздохнул, глядя на её профиль.

– Я тоже об этом думал. Но как ты себе это представляешь технически? «Здравствуйте, герцог, мы – выжившие остатки уничтоженного Дома Варос. У моего начальника гвардии в голове сидят воспоминания из другой ветки вероятностей, и они говорят, что ваш личный, клейменный бриллиантом суккский доктор – предатель».

Элара поморщилась, сама понимая абсурдность этой идеи.

– Да. Звучит как низкосортная провокация.

– Хуже. Это звучит как ловушка самих Харконненов, – жестко пояснил я. – У Атрейдесов есть свой ментат. Один из лучших в Империи, параноик до мозга костей. Любое анонимное предупреждение о предательстве самого надежного человека в окружении герцога Хават расценит как попытку посеять раздор и недоверие в их рядах. Нас либо проигнорируют, либо, что вероятнее, найдут и вывернут наизнанку, чтобы узнать, на кого мы работаем. У нас нет никаких доказательств. Ноль.

Элара медленно кивнула, принимая этот факт. Её плечи чуть опустились.

– Значит, мы будем просто смотреть, как их ведут на убой?

– Мы будем готовиться, – поправил я её. – Мы знаем, что эта смена должна закончиться кровавой бойней. Харконнены вернутся с сардаукарами. Карфаг и Арракин утонут в крови. Все мелкие Дома, все вольные торговцы, кто не успеет вовремя уйти в тень, могут попасть под каток.

– Но мы-то успеем, – Элара повернула голову ко мне. На её губах играла жесткая, хищная улыбка. – Мы знаем, что буря надвигается. Мы знаем, откуда она придет. А когда пыль уляжется… посмотрим, кто останется хозяином положения.

Она наклонилась и поцеловала меня. Мягко, но решительно.

– Знаешь, – прошептала она мне в губы. – Я не ошиблась в тебе, Кейн. Если эта информация верна, то это дает огромное преимущество. Осталось его правильно разыграть!

Я притянул её к себе, чувствуя, как окончательно рушатся последние барьеры недосказанности между нами. Главная тайна была раскрыта. Мы стояли на пороге возможной грандиозной планетарной войны, особенно если вспомнить самую знаменитую игру по этой вселенной. Интересно, а Дом Ордос реально существует?

* * *

POV Элара

Утро началось с непривычного чувства пустоты на второй половине чужой кровати. Простыни еще хранили тепло и едва уловимый запах Кейна. Я провела ладонью по смятой ткани, заново переживая в памяти каждую минуту прошедшей ночи. Его рассказ. Другая Память. Альтернативная ветвь вероятности, где леди Джессика родила сына, а не дочь. Предательство суккского доктора. Падение Атрейдесов. Если бы мне рассказал это кто угодно другой, я бы не задумываясь сдала его инквизиторам Ландсраада как безнадежно больного, тронувшегося умом. Но это был Кейн. Человек, который вытащил мой Дом из небытия. И человек коему я доверяла полностью. Он, нагруженный новым оборудованием Альдена, улетел еще до рассвета, проверять их теорию об энергетических следах в бункере. У него была своя работа. У меня – своя.

Я не могла просто сидеть и ждать. Мне нужны были факты. Сухие, безэмоциональные данные, которые могли бы подтвердить или опровергнуть хоть что-то из его "памяти". Если доктор Веллингтон Юэ существует, если его жена Ванна действительно пропала… значит, капкан Харконненов реален, и времени у нас до прибытия Атрейдесов осталось катастрофически мало.

На Арракисе нет публичных библиотек в привычном понимании комфортных миров вроде Каладана. Информация здесь – это вода, и её охраняют так же тщательно. Но для признанной знати, даже представителей Малых Домов, существует доступ к Архивам Административного сектора Арракина. Там хранятся копии открытых реестров Ландсраада, контракты КООАМ и генеалогические сводки. Туда я и направилась, взяв с собой лишь двоих охранников. Оплатив доступ у равнодушного клерка, я прошла в зал, заставленный огромными шкафами с полками-ячейками.

Усевшись за один из свободных пультов из потертой пластали, я ввела свой личный код доступа. Экран мигнул зеленым.

Мои пальцы легли на сенсоры. Я не стала искать Пола Атрейдеса – это было бы глупо и привлекло бы внимание алгоритмов слежения Харконненов. Я сделала запрос по медицинскому персоналу Дома Атрейдес.

Ответ пришел через минуту. Доктор Веллингтон Юэ. Высшая Суккская школа. Имперское кондиционирование (бриллиантовое клеймо).

Сердце забилось чуть быстрее. Я углубилась в открытую часть его личного дела, пролистывая сухие строчки биографии. И там, в разделе семейного статуса, я нашла то, что искала.

Супруга: Ванна Маркус. Статус: Пропала без вести/Предположительно мертва. Примечание: Сестра ордена Бене Гессерит.

Я шумно выдохнула, откинувшись на спинку неудобного металлического кресла. Холодок пробежал по спине.

– Значит, мы будем готовы к буре, – тихо прошептала я самой себе отключая терминал.

Когда я вышла из зала в общий зал, мои охранники, стоявшие у дверей, напряглись. Я проследила за их взглядами и увидела причину.

Ко мне направлялась девушка. Точнее, учитывая её рост, она скорее возвышалась над толпой мелких клерков и торговцев, как колонна из белого мрамора. В ней было почти два метра роста. Идеально прямая спина, астеничное, но явно натренированное телосложение, которое не скрывал элегантный, строгого кроя костюм из темно-бордовой кожи и черного бархата. Волосы цвета воронова крыла были подстрижены в пышное каре, контрастируя с очень светлой, цвета слоновой кости кожей. Светло-серые, миндалевидные глаза под тонкими бровями смотрели на меня с ленивым, почти флегматичным спокойствием. В ней не было ни капли арракийской суетливости. Она двигалась с грацией хищника, который точно знает, что находится на вершине пищевой цепи в этом конкретном помещении. Из украшений на ней была только одна деталь – маленькая электриумная фибула на воротнике. Серебряный щит со схематичным черным вороном. Память услужливо подкинула мне карточку из архива. Дом Равенсборг. Икс. Малый дом, стюарды Верниусов. Разведчики, аналитики и, по слухам, первоклассные снайперы.

Я узнала её. Мы не были представлены друг другу официально, но я видела эту невероятно высокую девушку на том самом званом рауте, который устроил Барон. На том самом приеме, куда я ворвалась из небытия, сверкая синими глазами Ибада, чтобы заявить о возвращении Дома Варос. Она стояла тогда у колонны, потягивая вино, и её серые глаза были одними из немногих в зале, в которых не было пренебрежения или злорадства. Девушка остановилась в двух шагах от меня. Моя охрана инстинктивно сдвинулась, закрывая траекторию, но я сделала успокаивающий жест рукой.

– Леди Элара Варос, полагаю? – голос у незнакомки оказался под стать внешности: ровный, глубокий, лишенный лишних эмоций.

– Вы полагаете абсолютно верно, – ответила я, выдерживая её взгляд. – А я имею честь говорить с представительницей Дома Равенсборг? Ваш герб весьма приметен, учитывая, как редко иксианцы жалуют всех своим визитом после известных событий.

Уголок её губ едва заметно дрогнул. Не улыбка, а скорее признание того, что я не идиотка.

– Сарвейн. Третья дочь графа Гримальдуса, – представилась она, сделав легкий, почти незаметный кивок, обозначающий уважение равных по статусу. – Я не отниму у вас много времени, леди Элара. Арракин – город маленький. Увидев вас здесь, я решила, что это отличная возможность исправить оплошность и познакомиться лично.

– Исправить оплошность? – я чуть склонила голову набок.

– На приеме у наместника вы произвели… неизгладимое впечатление, – её серые глаза скользнули по моему лицу, задержавшись на синеве Ибада. – Воскрешение уничтоженного Дома – редкость в наши дни. Обычно такие истории заканчиваются в безымянных могилах. Если они вообще остаются. Вы же вышли к свету, да еще и с таким спутником. Это интригует.

– Я польщена вашим интересом, леди Сарвейн, – я говорила вежливо, но держала дистанцию. Я прекрасно понимала, что эта случайная встреча вряд ли была случайной. Аналитик и разведчица Равенсборгов явно пасла меня, собирая информацию. – Но я сомневаюсь, что вы подошли ко мне только ради того, чтобы выразить свое восхищение моим чудесным спасением.

Сарвейн посмотрела на моих охранников, затем снова на меня. Её флегматичная маска чуть смягчилась, взгляд стал более цепким и, как ни странно, теплым.

– Вы правы, я предпочитаю прагматичный подход, – спокойно ответила она. – Мой Дом сейчас переживает не самые простые времена из-за политического климата на Иксе. Мы ищем… новые контакты. Я здесь, на Арракисе, чтобы наблюдать за местным серпентарием и находить возможности для взаимовыгодного сотрудничества.

– Сотрудничества? – я приподняла бровь. – Дом Варос сейчас находится в стадии восстановления. Мы вряд ли можем предложить Вам что-то, что заинтересует графа Гримальдуса.

– Меня не интересует спайс, леди Элара. Спайс интересует Гильдию и Императора, – Сарвейн сделала крошечный шаг ближе, понизив голос так, чтобы слышала только я. – Меня интересует информация. А вам, рискну предположить, могут понадобиться вещи, которые на Арракисе достать невозможно. Специфическая техника. Детали для сложных систем. Иксианкские технологии.

Я замерла. Предложение было…хорошим. Прямой канал поставок с Икса, минимизирующий таможенные и посреднические траты, был для нас манной небесной. И Сарвейн это понимала. Она была умна. Молода, возможно, не слишком искушена в глобальной политике. Третья дочь, актив Дома, который бросили в пекло Арракиса вынюхивать секреты. Мы были с ней в чем-то похожи. Обе из малых Домов, обе вынуждены играть по правилам больших хищников, обе ценим прагматизм выше красивых слов. И, сказать по правде, мне чертовски не хватало нормального женского общения. Кого-то, кто не является моим подчиненным, не смотрит на меня как на Главу Дома со священным трепетом и не является Кейном, с которым наши отношения перешли в совершенно иную плоскость. Сарвейн была примерно моего возраста, но её статус делал нас почти равными.

– Иксианские технологии в обмен на… что? – спросила я, позволив себе легкую, понимающую улыбку. – На рассказ о том, как я провела последние четыре года?

– Для начала – просто на честную деловую беседу за чашкой хорошего напитка, – в серых глазах Сарвейн мелькнула ответная искра. Холодность ушла окончательно, уступив место живому, человеческому интересу. – Без ядов в напитках и подслушивающих устройств под столом. Уверяю вас, я не работаю на Барона. Харконнены слишком грубы и вульгарны для эстетики Равенсборгов. К тому же, мне искренне симпатичен ваш стиль.

Она говорила правду. По крайней мере, в той части, что касалась её независимости от Владимира Харконнена. Её Дом служил Верниусам, а те поддерживали Атрейдесов.

– Хорошо, Сарвейн, – я кивнула, принимая решение. В конце концов, если мы собираемся выживать в грядущей мясорубке, нам нужны любые союзники. А если этот союзник может привезти нам партию суспензоров или качественной оптики – тем лучше. – Я не против деловой беседы. Но не здесь. В административном секторе даже у стен есть уши.

– Я знаю одно тихое место на границе рынка, – быстро отозвалась иксианка. – Там подают отвратительную еду, но хозяин – глухой старик, а стены экранированы свинцом от излучения старых генераторов. Идеальное место для двух благородных леди, желающих обсудить… поставки запчастей.

Я рассмеялась. Впервые за это долгое, напряженное утро.

– Ведите, леди Сарвейн. Посмотрим, насколько хороша иксианская разведка в выборе заведений.

Мы направились к выходу из информационного узла. Моя охрана безмолвной тенью следовала за нами.

* * *

На Бусти +1 глава.

https://boosty.to/ivvin