Текст книги "Протокол "Гхола": Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Ivvin

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 43 страниц)

Он поднял на нас совершенно ошеломленный взгляд.

– Если вам это удалось… – голос Восса дрогнул, наполняясь искренним, глубоким трепетом. – Если вы смогли пройти через это и не потерять рассудок, сохранив волю к возвращению… Вы невероятно сильны духом. Оба. Теперь мне понятен ваш симбиоз. Вы – монолит, скованный экстремальным выживанием. Приношу свои извинения за ошибочную гипотезу.

– Извинения приняты, Альден, – устало, но мягко произнесла Элара.

– Ладно, вечер откровений окончен, – я хлопнул ладонью по гладкому металлу стола, подводя черту под этой долгой ночью. Усталость накатывала тяжелыми свинцовыми волнами, мышцы гудели после напряжения аукциона и возвращения. – Нам всем нужно отдохнуть.

Я обошел стол и открыл одну из боковых дверей, ведущих из командного центра в небольшой, но комфортный жилой отсек. – Вот ваша комната, Восс. Она совмещена с центром. Пока что будете жить здесь, поближе к нам. Располагайтесь.

Ментат молча кивнул, проходя в комнату.

– Спокойной ночи, миледи. – произнес он, и дверь за ним закрылась.

Я потянулся, чувствуя, как хрустят позвонки, и повернулся к Эларе.

– Ну что, Леди Варос? Иди спать, ты едва на ногах стоишь.

Она сидела в кресле, замерев, словно изваяние. Её взгляд был направлен куда-то сквозь меня, в пустоту. Я списал это на такую же усталость.

– Доброй ночи, Кейн, – тихо, как-то отстраненно ответила она.

Не придав значения её странной задумчивости, я направился в свою каюту. Дверь за мной закрылась, отсекая меня от центра управления. Я не видел, как Элара медленно поднялась, и ушла к себе.

* * *

POV Элара.

В комнате было темно, но сон не шел. Я лежала на кровати, глядя в тёмный потолок, и слушала ровное, легкое шуршание воздуха в вентиляции. Физически я была только немного уставшей, и поспать было бы хорошо. Но разум, отказывался отключаться. Слово «консорт», брошенное ментатом, словно вирус проникло в мозг. Оно засело там, принося хаос, и заставляя посмотреть на кое-что под совершенно новым углом.

Почему эта мысль ни разу не приходила мне в голову за все четыре года?

Ответ лежал на поверхности. Потому что он – гхола. Искусственный человек, созданный Тлейлаксу из мертвой плоти. Ходячее нечто, от которого благочестивые аристократы морщили носы брезгливо, как и она. Но здесь, в темноте, наедине с собой, я должна была признать правду: для меня он уже очень, очень давно не был никаким «гхолой». Это слово потеряло свой смысл там, в глубине песков. Когда вся твоя жизнь мгновенно рушится в непроглядном мраке, тебе плевать, как был рожден тот, кто не дает тебе сдаться. Для меня он был просто Кейном. Моим напарником. Моим щитом. Моим единственным якорем в мире, который решил меня уничтожить.

Но как же любовь? Я криво, безрадостно усмехнулась в темноту. Где же то возвышенное, книжное восхищение возлюбленным? Где красивые ухаживания, стихи, дорогие подарки и волшебные простыни с Рецада V, о которых я, как и любая девушка, втайне мечтала до катастрофы? Всё это разбилось вдребезги вместе с кораблём. Пески Арракиса сожрали мои девичьи грезы и выплюнули вместо них в суровую реальность. Романтика пустыни выглядит иначе. Первая встреча? – В разгромленной падением рубке, рядом с еще теплым телом отца. Первое свидание? – В мрачной кают-кампании. С соответствующим “меню”. А потом месяцы и годы совместного тяжёлого труда и учёбы. Для него, было такое ощущение, всё было незначительной неприятностью. Упали в пустыне? – И что? Живы же. Погребены под толщей песка? – Тоже мне проблема. У нас есть дроны и фабрикатор. Выкопаемся. На годы заперты? – Зато есть время поучиться. И так во всём. И я брала с него пример. Кейн научил меня жить и выживать, не обращая внимание на обстоятельства, делать что можно и должно. Он выковал из испуганной, изнеженной девочки Леди Варос. И теперь эта Леди должна была думать о будущем своего Дома.

Я перевернулась на живот, жестко отсекая эмоции и включая ту самую холодную логику, которой меня учили наставники. Долг Главы Дома непреклонен. Он обязан продолжить род. Мне нужен муж. И, что гораздо важнее – мне нужны наследники. Если завтра убийца доберется до моей спальни, или мой топтер рухнет в бурю – Дом Варос исчезнет навсегда. Растворится в истории, оставив после себя лишь строчку в архивах КООАМ и Империи. Все эти миллионы, все эти купленные сегодня люди, всё, ради чего мы выжили – достанется стервятникам. А Башня так и сгинет в песках, никому не известная. Это было недопустимо. Внутри меня поднялась волна глухого упрямства. Я не позволю своему Дому и Роду сгинуть.

Итак, кандидаты. Кто может стать моим мужем? Альфонсы и искатели богатого приданого со всей Империи? Отпадают сразу. Официально я нищая, у меня есть только горстка соляриев и кусок пустоши со старым аванпостом. К тому же, это слабые люди, пиявки.

Бене Гессерит? Слава Создателю, они не пытаются вплести Дом Варос в свои селекционные программы, слишком мы мелки. И мне нужно успеть закрепить свой статус до того, как они вдруг пришлют ко мне с «советом» какую-нибудь Сестру.

Остаются серьёзные дворяне. Младшие, третьи или четвертые сыновья Домов, ищущие себе свой титул и вотчину. Я могу выйти на рынок Ландсраада и лечь под какого-нибудь лощеного аристократа с хорошей родословной. Это даст мне политический вес и защиту его семьи. Но цена… Цена будет неприемлемой. Это будет означать конец моей самостоятельности. Дом Варос просто поглотят, сделают придатком чужой семьи. Останется только имя. А мой благоверный муж немедленно начнет диктовать свои условия. Я закрыла глаза, представив эту картину. Представив, как какой-то лорд, никогда не чувствовавший вкуса песка во рту, будет указывать мне, как вести дела и какие именно. Как он будет распоряжаться моей судьбой. Как он попытается отдавать приказы Торну или Воссу.

Нет. Я слишком привыкла править сама. Я отдавала приказы. Я не смогу терпеть чужие указы и строить из себя покорную жену. Не было ни одного человека, чьим приказам я была бы готова подчиняться или хотя бы прислушиваться к ним. Никого. Кроме, разве что, Кейна. Да и с ним мы действовали как равные партнеры, как единый механизм, идеально дополняющий друг друга. Для него я не Леди, хоть он так и называет меня. Для него я просто Элара. Девчонка в порванном платье и не знающая что делать. Я провела мысленный эксперимент. Допустим, я найду «правильного» дворянина. Идеального, покладистого мужа-ширму, который даст мне статус и наследников. Что тогда сделает Кейн?

Мое сердце пропустило удар.

Отношения изменятся. Может не мгновенно, но однозначно. Кейн – не из тех, кто будет стоять в тени чужого лорда и играть роль преданного слуги или начальника стражи при чужом муже. Он слишком независим, как и я. Точнее это я стала такой же независимой как и он. Как только в моей жизни появится официальный муж, Кейн решит, что его миссия окончена. Что долг по спасению девчонки из пещеры выплачен сполна.

Он просто соберет свои немногочисленные вещи, хмыкнет, назовет меня напоследок «Вашим Высочеством» и уйдет. Растворится в песках Арракиса, уйдет к фрименам, улетит с контрабандистами. Уйдет навсегда. От одной мысли об этом по моему телу пробежал ледяной, пронизывающий до костей озноб. Остаться одной. Встречать интриги Ландсраада без его ухмылки человека, знающего всё. Без его абсолютной уверенности.

Нет. Этого не будет. Я этого не допущу. Я резко развернулась и села на койке. Мезальянс? О да. Выйти замуж за простого пеона, за техника – это скандал, который заставит Ландсраад содрогнуться от хохота и отвращения. Меня назовут сумасшедшей. Бене Гессерит придут в ярость от такого нарушения генетической чистоты линий. Ну и пусть. Для «высшего света» это падение. Но для меня? Для меня это было единственно верным решением. Мне нужен был не просто муж-производитель. Мне нужен был равный. Тот, кто разделит со мной этот суровый мир, кто не дрогнет перед ним.

Я медленно откинулась обратно на подушку, глядя в потолок. Сонливость как рукой сняло. Губы сами собой растянулись в хищной, уверенной улыбке. Ментат Альден Восс вовсе не ошибся в своих расчетах. Он не упустил переменных. Он просто… немного опередил время. Но это была ошибка, которую я собиралась исправить. Причем в самое ближайшее время.

Глава 43. Инвентаризация и модернизация

Это утро на базе ощущалось совершенно иначе. Звукоизоляция была хорошей. Вроде все тихо, спокойно. Но было понятно что база и её обитатели проснулись. После выхода из центра управления стали ясно слышны шаги десятков людей, приглушенные голоса, смех, лязг металла из жилых блоков – сорок пять новых жизней требовали пространства, еды и, самое главное, воды. После быстрых утренних процедур вернулся назад. Когда я вышел в центр управления, Элара уже была там. Она стояла у стола, свежая, собранная. Посмотрела на меня, когда я вошел, и в уголках её губ мелькнула легкая улыбка, прежде чем она снова повернулась к Альдену Воссу. Ментат стоял напротив неё, сложив руки за спиной.

– …итого, Альден, у нас сто двадцать человек, включая старый персонал, – ровным, властным тоном говорила Элара. – Мне нужны точные цифры. Не приблизительные оценки, а абсолютный минимум и оптимальный уровень снабжения. Еда, медикаменты, расходники для систем жизнеобеспечения. И, главное, вода.

Восс даже не моргнул. Ему не нужны были никакие костыли.

– Вводные данные приняты, миледи, – его голос звучал сухо, как песок за стенами бункера, но слова вылетали с пулеметной скоростью. – Учитывая возрастные коэффициенты: сорок пять растущих организмов требуют увеличенной нормы потребления питательных веществ на 60-120 % по сравнению со стандартным рационом. Инженерный состав и пилоты, учитывая тяжелый физический труд и стрессовые нагрузки – плюс 180 %.

Ментат на секунду закрыл глаза, и я почти физически услышал, как в его мозгу щелкают невидимые костяшки счетов.

– Базовое потребление воды возрастет экспоненциально. Плюс 200–300 % в текущих условиях. Однако вы упускаете вторичный фактор, Госпожа. Сорок пять дополнительных дышащих и потеющих тел повысят общую влажность внутри герметичного периметра базы. Наши текущие влагоуловители спроектированы на обслуживание меньшего количества. Они начнут работать на износ. Извлечение влаги из воздуха увеличится, и фильтрующие мембраны придут в негодность через семнадцать стандартных дней.

Элара нахмурилась, быстро прикинув что-то в уме.

– Значит, заказываем новые мембраны промышленного класса и провизию на полгода вперед. Подготовьте списки, Альден. Будем закупать всё необходимое.

– Абсолютно верное решение, миледи, – Восс открыл глаза и одобрительно кивнул. – Я настоятельно рекомендую проводить закупки максимально открыто, через официальные каналы КООАМ в Карфаге. Никаких серых схем и контрабандистов. Это дороже, но надежнее.

Я подошел ближе, наливая себе утреннюю порцию прохладной, отфильтрованной воды из диспенсера.

– Логично, – согласился я, делая глоток. – Харконнены и остальные знают, что мы вчера легализовали огромную сумму и на их же глазах купили полсотни рабов. Было бы крайне подозрительно, если бы мы после этого не начали тратить деньги на их содержание.

– Именно так, командир Кейн, – подтвердил ментат. – Алгоритмы надзора ожидают от нас предсказуемого поведения. Если мы не будем делать определенные покупки в определенных объёмах, у них возникнет закономерный вопрос: чем мы кормим такую ораву? Поставки от контрабандистов? Значит не уплачены налоги. А делая масштабные, стандартные закупки воды, пайков, фильтров и запчастей, мы идеально вписываемся в наш профиль. Мы просто подтверждаем их ожидания: удачливые новички обустраивают свою базу и тратят легальный куш. Но в дальнейшем необходимо организовать собственную добычу воды с полюса, производство еды и всего необходимого. Это менее одобряемо, но не запрещено. Так-как большую часть ресурсов для развития придется ввозить. Тех же металлов на Арракисе мало для серьёзного развития. И их ввоз весьма дорог.

– Альден, Дом Варос это шахтерский Дом. Мне это более чем известно. – хмыкнула Элара.

– Лицензия расширенная? Да, несомненно. – тут же забормотал ментат. – Кто – то решил её забрать и организовал ваше уничтожение. Базовая лицензия не стоит такой войны на уничтожение. Кто?

– Неизвестно. Только подозрения. Виконт Орейн.

– Знаменитая Синяя Борода. – мгновенно ответил ментат. – Мстителен, но при этом осторожен. Опасен. Повторит попытку, но тайно. Связываться с Харконненами не будет. Необходимо устранить.

– Для этого нужно больше ресурсов чем есть у нас, но я полностью согласна. Сейчас же,

Альден, я дам вам доступ к операционному бюджету для этих нужд. Подготовьте контракты и свяжитесь с поставщиками. База не должна испытывать недостатка ни в чем.

– Слушаюсь, миледи, – ментат вежливо поклонился и тут же покинул центр, приступив к выполнению задания.

Я поставил пустой стакан на стол. Хозяйственно-финансовая часть дня была в надежных руках.

– Отличная работа, – произнес я, поправляя кобуру на бедре. – А теперь, пока вы снабжаете нас всем необходимым, я пойду проверю, на что способны наши новые приобретения. Пора было посмотреть, из чего сделаны наши новые инженеры и вытрясти душу из пилотов.

* * *

Двенадцать инженеров, облаченных в чистые комбинезоны, уже ждали меня, сбившись в неуверенную группу. На их шеях тускло поблескивали черные ошейники. Рядом стоял Дакс, который с важным видом, явно наслаждался своим статусом ветерана. Я подошел ближе. Техники инстинктивно вытянулись, ожидая приказов.

– Расслабьтесь, – бросил я. – Для начала проясним ситуацию. Справа от вас – наш основной транспортник. «Пепелац».

Я указал на массивную, покрытую шрамами тушу тяжелого орнитоптера.

– Он уже залатан и готов к полетам. Оборудование для сбора – тоже. – Я развернулся и указал в дальний угол ангара, где под плотными чехлами угадывались хищные, стремительные силуэты. – Ваша сегодняшняя задача там. Сдерните чехлы.

Дакс и несколько новичков бросились выполнять приказ. Брезент с шуршанием сполз на бетон, открывая три легких орнитоптера-перехватчика.

– До этого дня они просто пылились без дела, – громко сказал я, обводя взглядом инженеров. – Мне нужно, чтобы вы провели полную дефектовку. Гидравлика, пневматика, авионика, маховые генераторы. Замените все подозрительные фильтры и уплотнители. Но главное – им нужны зубы. Эти машины станут нашим патрульным и ударным звеном.

Я подошел к ближайшему перехватчику, похлопав по его бронированному боку.

– Грузоподъемность у них небольшая, тяжелые пушки они не потянут – потеряют в маневренности, а для легкой птички скорость – это жизнь. Будем ставить средние игольники для работы по пехоте, небронированной технике и крыльям топтеров. Плюс смонтируем под крыльями компактные пусковые установки для легких ракет. Оружие и крепежи лежат в арсенале, Торн выдаст. Вопросы?

Вопросов не было. Люди поняли задачу. Я не стал уходить или стоять над их душой. Я взял с верстака инструмент и полез под брюхо первого топтера вместе с ними. Ничто так не снимает напряжение и не показывает реальную квалификацию человека, как совместная работа в масле и грязи. В процессе я внимательно наблюдал за новичками, быстро отсеивая середнячков от настоящих талантов. Уже через час я мысленно разделил их на звенья, выделив троих неоспоримых специалистов.

Мужчина лет сорока, чьи руки были покрыты въевшимися пятнами смазки, сам того не замечая, взял на себя руководство моторной группой. Его звали Гаррик. Он не суетился, отдавал короткие, точные команды и на слух определил микроскопический люфт в приводе первого левого крыла второго топтера. Идеальный кандидат на должность главного механика.

Затем мой взгляд зацепился за Тию – резкую, угловатую девушку со старым, бугристым шрамом от химического ожога на левой стороне лица. Она нацепила на голову кожаный ремешок с набором увеличительных линз-луп и буквально нырнула в хитросплетение проводов под приборной панелью. Используя лишь тестер и свои линзы, она за считанные минуты синхронизировала управляющие элементы с универсальными прицельными и управляющими контурами монтируемого оружия. Не лучший вариант, но что было в продаже. Гений тонкой работы.

А основную работу по монтажу орудийных пилонов взял на себя Ролд – молчаливый, широкоплечий крепыш, который за всё время работы почти не произнес ни слова, обходясь жестами. И его понимали. Он просто брал чертеж, брал деталь и идеально интегрировал её в систему топтера. Никаких перекосов.

К середине дня легкие топтеры преобразились. Из запылившихся легких пташек они превратились в ощетинившиеся стволами смертоносные машины. Насколько это ухудшило их лётные характеристики – покажет проверка.

– Сэр, оружейные системы смонтированы, – Гаррик вытер пот со лба и подошел ко мне. – Калибровка завершена. Какой боекомплект заряжать?

– Загрузите учебный боекомплект. Маркерные дротики с краской в игольники. И учебные ракеты. Зарядите ими все три легких топтера.

– А «Пепелац»? – басом подал голос Ролд.

– И «Пепелац» тоже. Его пушки зарядите тем же самым маркером. Я окинул взглядом проделанную работу. Инженеры оказались хороши – они были отличным приобретением. Свои деньги эти двенадцать человек уже начали отрабатывать с лихвой. Элитный аукцион снова оправдал себя.

– У нас есть восемь пилотов, которые считают себя элитой. Мне нужно знать, насколько они хороши в воздухе, прежде чем я доверю им жизни наших людей и боевые ракеты. Подготовьте машины к вылету.

Я развернулся и направился к выходу из ангара. Железо было готово. Пришло время проверить тех, кто будет им управлять.

* * *

Солнце уже перевалило точку зенита, когда бронированные створки ангара с лязгом поползли в стороны. Восемь пилотов стояли в шеренгу перед машинами. Они смотрели на ощетинившиеся стволами легкие перехватчики с тем особым, профессиональным голодом, который бывает только у настоящих летунов, надолго отлученных от неба. Я вышел к ним, застегивая дистикомб.

– Внимание, – голос разнесся под сводами ангара, перекрывая гул ветра. – Вчера вы называли себя элитой. Сегодня мы это проверим. Условия просты: я беру «Пепелац». Вы берете легкие перехватчики. Оружие заряжено маркерными дротиками и такими же ракетами. Полный боекомплект.

Я остановился напротив Вандера – пилота со шрамом на подбородке, который вчера возмущался громче всех.

– Сначала один на один, – сказал я, глядя ему в глаза. – Посмотрим, как вы чувствуете новую машину. А дальше – по ситуации. По машинам!

Пилоты не заставили себя просить дважды. Вандер жестом отправил к перехватчику молодого, жилистого парня из своей группы, а сам остался. Я поднялся в кабину «Пепелаца». Привычный запах кабины и едва уловимый аромат спайса, въевшийся в систему фильтрации, мгновенно прочистили разум. Я активировал маховые генераторы. Тяжелая машина содрогнулась, крылья с гулким, ритмичным хлопком рассекли воздух, и я вывел транспортник из ангара, бросая его в небо. Следом, с высоким, хищным жужжанием, вырвался легкий перехватчик.

Бой начался без прелюдий.

Парень на легкой машине попытался взять меня скоростью. Он заложил крутой вираж, намереваясь зайти мне в хвост и расстрелять из игольников. «Пепелац» был тяжелым, неповоротливым грузовиком по сравнению с его птичкой, но не настолько, насколько думал противник. Я резко сбросил скорость левых крыльев, позволяя ему почти сорваться в штопор. Перехватчик пронесся над моей кабиной. Я рванул вверх, выравнивая нос. В этот момент легчайшее, интуитивное предвидение, выдало мне траекторию противника на долю секунды раньше, чем тот нажал на педали. Я просто знал, что он дернется вправо. И нажал на гашетку чуть правее его текущего курса. Тяжелые пулеметы рявкнули, выплевывая очередь маркерных пуль, не дротиков, пусть и тяжёлых. У Пепелаца проблем с грузоподъёмностью небыло ни малейших. Секунду спустя легкий топтер сам влетел в облако летящих маркеров. Его фонарь кабины и правое крыло мгновенно окрасились в кислотно-зеленый цвет условного поражения.

– Зафиксировано критическое попадание. Ты труп, – спокойно произнес я в комлинк. – Возвращайся в ангар.

– Принято, – расстроенно, но с явным уважением ответил пилот, уводя «убитую» машину к базе.

Ему на смену поднялся второй. Этот уже действовал осторожнее, но тоже недооценил моё творение. От третьего же пришлось поуклоняться дольше, но он забыл про ракеты, ведь до этого я их не использовал, и тоже получил прямое попадание, окрасившее ему всю кабину. Но очистка справилась быстро, иначе сесть было бы сложно.

В наушниках тут же раздался хрипловатый голос Вандера. В его тоне больше не было снисходительности бывшей элиты к выскочке.

– Отличный выстрел. Вы умеете читать траекторию. Разрешите усложнить задачу?

– Валяй, Вандер.

– Выпускаю звено. Три на один. Посмотрим, как ваш грузовик спляшет против стаи, – в его голосе прорезался хищный азарт.

– Жду, – я хищно оскалился, закладывая широкий вираж над невысокими дюнами.

Из ангара вылетели сразу трое. Они не стали бросаться на меня в лобовую, а мгновенно рассредоточились, беря меня в клещи. И вот тут картинка резко поменялась. Мои рефлексы и спайсовая интуиция позволяли мне предугадывать их траекторию, но одновременно реагировать против слаженной, тренированной годами команды было сложно. Они дрались не как дуэлянты, а как арракийские стервятники. Грязно, эффективно и безжалостно. Один из тройки ударил первым, обрушившись сверху со стороны заходящего солнца, слепя меня. Я бросил «Пепелац» в боковое скольжение, снижаясь, отвечая заградительной очередью маркеров, но это была лишь приманка.

– Сара, нижний вектор! – рявкнул Вандер в открытый эфир.

Я инстинктивно дернул машину вверх, и тут же понял, что совершил ошибку. Сара, хладнокровная женщина-пилот, которую я приметил еще на погрузке, вообще не была внизу, как оказалось. Там был третий, а она оказалась в слепой зоне, куда не доставали стволы моих курсовых орудий. Тяжелый «Пепелац» не мог мгновенно сменить направление, чтобы сбросить её. Третий пилот в этот момент отсек мне путь к отступлению, загнав в жесткую «коробочку».

Пилоты синхронно нажали на гашетки.

Я был условно сбит, разорван на куски в воздухе. Тут приём с щитом не помог бы, не то положение корпуса, а использовать ускоритель не успел.

– Попадание зафиксировано, командир, – сухо, с едва скрываемым триумфом доложил Вандер.

– Подтверждаю, Вандер. Вы меня сделали, – развернул машину и взял курс на базу. – Возвращаемся.

Посадка прошла в тишине. Когда я заглушил двигатели и спустился по рампе в ангар, пилоты уже стояли у своих машин. Их лица были напряжены. Они еще не знали что ждать. Что если ущемленное эго хозяина, которого только что размазали в воздухе его же рабы, сейчас выльется в показательную порку или наказание. В их старом Доме такое было не раз. Я подошел к ним, снимая перчатки. Тишина в ангаре стала звенящей. Инженеры наблюдали, проводя чистку и проверку топтеров, ожидая развязки.

Я вытер рукавом пот со лба, посмотрел на Вандера, затем на Сару, и вдруг искренне, широко улыбнулся.

– Это было хитро, – я одобрительно кивнул. – Используя открытый канал, так обмануть. Вы зажали меня идеально. Но если бы я не слушал эфир? Это могло и не сработать.

Я обвел взглядом всех восьмерых пилотов. В их глазах настороженность медленно сменялась недоумением, а затем – профессиональной гордостью.

– Если бы Вы даже не среагировали, то не увернулись бы всё равно. Так просто получилось быстрее и красивее.

– Может быть. Потом еще проверим. Сейчас же я проиграл, и проиграл по делу. Вы доказали свою квалификацию, – мой голос стал серьезным, лишенным всякой иронии. – Я вами доволен.

Я постучал пальцем по черному пластику ошейника на шее Вандера. – Эта дрянь останется на вас до тех пор, пока вы не докажете свою лояльность в реальном бою, когда в нас полетят не маркеры, а настоящие бронебойные иглы и ракеты. Но сегодня… сегодня вы доказали, что стоите каждого солярия, который мы за вас заплатили. Свободны. Отдыхайте. Завтра начнем составлять график вылетов.

– Есть, командир, – Вандер вытянулся, и в этот раз это был ответ офицера своему прямому командиру.

Я развернулся и пошел к лифту, чувствуя, как ноют мышцы после перегрузок. Результат проверки был двояким: я понял, что в одиночку против хорошей стаи даже мои рефлексы не спасут. Но это и так было понятно. Но главное было в другом. Я убедился, что купил не просто «водителей» орнитоптеров, а настоящих боевых пилотов.