Текст книги "Протокол "Гхола": Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Ivvin

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 43 страниц)

– Даааа… – но не теперь. – усмехаясь протянула Элара, – Самое забавное что сколько параноили чтобы Башню не нашли, чтобы допросы прошли спокойно, а по факту никаких допросов не было. Вообще. А Башня рискует стать известным местом. Если твоя идея выгорит – нами точно ОЧЕНЬ сильно будут интересоваться и копать до конца.

– Увы, всё не предусмотришь и от нас это никак не зависело. Но, как по мне, лучше бы просто опросили, обыскали базу в пещере и забили на нас. Гораздо безопаснее и комфортнее чем лезть во всё это кубло.

На это Элара только грустно улыбнулась и разговор утих, обоим было что обдумать.

Внизу показался Арракин. Теперь под нами расстилался улей жилых кварталов, переплетение узких улочек и приземистых зданий, вылепленных из пластали и местного камня. Город, который никогда не спал, но всегда был настороже.

Мы снижались к нашему сектору. Я переключил управление на ручное, готовясь к посадке на крошечной площадке на крыше администрации, апартаменты в которой служили нам временным домом.

– Один год, – повторила Элара, глядя на город внизу. – Один год, чтобы переиграть двух гигантов. Пепелац мягко коснулся посадочной площадки. Пыль взметнулась вокруг шасси и медленно осела, скрывая нас от посторонних глаз. Мы вернулись.

– Глуши двигатели, – скомандовала Леди Варос. – У нас теперь надолго много работы.

* * *

Едва за нами закрылась дверь, я просканировал помещение на предмет жучков. Их было три: в вентиляции, в ножке стола и за зеркалом в ванной. Стандартный набор параноика. Я их быстро отключил. Элара уже сидела за узким пластиковым столом, впившись взглядом в светящийся экран дата-пада. И сравнивала информацию с него с информацией в другом дата-паде, оставшимся с проверки состояния Дома.

– Десять килограммов, – произнесла она, не поднимая головы. – такова квота сдачи спайса в месяц для нас.

Я присел на край дивана, расстегивая ворот дистикомба.

– Меньше, чем я думал. Но для нас сейчас и столько – проблема. Что будет в случае недосдачи?

– А вот здесь начинается самое интересное, – Элара развернула экран ко мне, подсветив мелкий шрифт в пункте 14-Б. – Читай. «В случае невыполнения месячной назначенной квоты держателем Лицензии, разница в количестве непоставленного продукта покрывается Администрацией планеты во избежание штрафных санкций со стороны КООАМ и разрыва контракта».

Я перечитал строчку дважды.

– Подожди. Обычно при недосдаче лицензию просто аннулируют.

– Обычно – да, – кивнула она, и в её глазах заплясали бесенята. – Но Барон, как мы и думали, подстраховался, объявляя нам «налоговые каникулы». Согласно этому дополнению, в течение года Администрация не имеет права аннулировать лицензию за недовыполнение плана. Вместо этого Администрация обязана компенсировать недостачу из своего кармана.

Я откинулся назад, чувствуя, как губы растягиваются в улыбке.

– Старый паук… Он гений.

– Он платит за нас сейчас, – продолжила мою мысль Элара. – Для Харконненов покрыть десять килограмм спайса не мало, но разик можно. Но через год…

– Через год сюда придут Атрейдесы, – закончил я. – И этот контракт перейдет к ним по наследству. Герцог Лето будет обязан платить за нас из своей казны. Каждый месяц. Десять килограмм в месяц, – я начал считать в уме. – В пересчете на наши возможности…

– Я уже прикинула, – перебила она. – Наши эксперименты в Башне – один заряд, одна камера – это примерно 20, иногда 40 грамм чистого продукта. Цикл – неделя.

– В среднем 30 грамм в неделю с камеры, – быстро подсчитал я. – Это 120 грамм в месяц. Чтобы получить десять тысяч грамм…

– Нам нужно около восьмидесяти камер, работающих идеально, – Элара покачала головой. – Но с учетом брака, сбоев и того, что мы не можем находиться там постоянно… нам нужно перекрытие. Минимум сто семьдесят. А лучше двести активных камер.

– Двести, – присвистнул я. – Сейчас у нас их всего три.

– Да. Но технология отработана. Она начала расхаживать по комнате. – Пятнадцать камер в месяц… Три камеры в неделю… Много, но даже вдвоем с трудом, но справимся… За этот год «каникул» мы должны будем покрыть всю Башню камерами… Она остановилась и посмотрела на меня. – Это реально, Кейн. Тяжело, грязно, опасно, но реально. Материалы у нас есть. Если же наймем персонал – все ускорится. Если мы создадим эту сеть за год, то к приходу Атрейдесов у нас будет добыча минимум десять килограмм.

– И тогда они не будут иметь причины нас тронуть, – согласился я. Элара устало опустилась на кушетку. Адреналин последних часов наконец выветрился, оставив после себя свинцовую тяжесть.

– Двести камер… – прошептала она, закрывая глаза. – Мы опять станем кротами. Будем рыть, рыть и рыть.

Я поднялся и погасил верхний свет, оставив только тусклое дежурное освещение у пола. – Спи, Элара. Завтра будет долгий день. Пойдем искать «персонал».

– А ты? – сонно спросила она.

– А я на первую смену, – я сел в кресло у двери. Старая привычка спать по очереди. Здесь, это правило было актуально как никогда. Всегда. Глаза на затылке лишними не бывают. Через минуту дыхание Элары выровнялось. Я сидел в полумраке, слушая гудение силового поля и перебирая в уме варианты упрощения и ускорения постройки новых камер. Двести штук. Год времени.

.

Глава 24. Право собственности

Утро на Арракисе наступает не с пения птиц, а с нарастания гула климатических систем, борющихся с подступающим адом. Я проснулся за мгновение до сигнала таймера. Элара шуршала бумагой в гостиной. Она сидела на диване, гипнотизируя взглядом проекцию Арракина.

– О чём задумалась?

– Да так…о том что еще одну часть планов можно спокойно выкидывать.

– Выкидывать? – я нахмурился. – А поточнее?

– Нам не нужно идти сейчас и искать место под базу тут, в городе. Тем более серые варианты. Быть незаметными у нас теперь никак не выйдет. Внимание к нам уже и так привлечено, так не проще ли сначала глянуть что предлагает администрация? Раз Харконнены съезжают, то и куча народа с ними. И отнюдь не местных жителей. Сейчас должно освободиться не просто очень много мест, но и цены на них рухнуть. Сейчас, конечно, не самый минимум, но для нас вполне пойдет – наверное. – высказала она свои мысли.

– Официальный путь… – я вздохнул. – Значит, придется надеть «парадные дистикомбы», тебе нацепить кольцо и изображать лояльных подданных Империи перед жирными чиновниками?

– Именно. – кивнула на это Элара. – Мы придем туда и потребуем то, что причитается нам по закону. И они продадут нам это, потому что жадность местных бюрократов сильнее их служебных инструкций.

– Тогда пошли искать нужного чиновника. Чем быстрее начнем – тем быстрее закончим. Не факт что у них найдется подходящее место.

– Ну не такие у нас и большие запросы. – фыркнула она.

– Вот и увидим. Прошу на выход, Леди. – и открыл перед Эларой дверь.

* * *

Наш Пепелац с натужным воем рассекал раскаленный воздух над Арракином. Мы шли низко, едва не задевая крылом шпили водосборных башен. В пассажирском кресле сзади, вцепившись побелевшими пальцами в поручень, сидел администратор Харек из департамента имущества. Ему было явно не по себе. И дело было не только в моей агрессивной манере пилотирования.

Харек знал, кто сидит рядом с ним. Леди Элара, новая Глава Дома Варос.

Но его когнитивный диссонанс вызывал её вид. Вместо парадных одежд и свиты – потертый дистикомб, облегающий тело, как вторая кожа, и синие без белков глаза, выдающие глубокую спайсовую зависимость. Из атрибутов власти – только тяжелый перстень-печатка поверх перчатки.

– Миледи! – крикнул Харек, перекрывая шум двигателей. – Мы приближаемся к первому лоту. Сектор 49, ближний круг.

Я качнул машину, закладывая вираж над огромным комплексом из стекла и белого пластита.

Мы сели на частной площадке. Жара ударила в лицо, как только аппарель откинулась.

– Бывший логистический центр Дома Эказ, – тараторил Харек, семеня за Эларой. – Офисный блок, склад с климат-контролем, прямая линия связи с биржей. Семьдесят тысяч соляриев в месяц. Для Вашего Дома это было бы достойным представительством.

Элара даже не вошла внутрь. Она просто провела пальцем по идеально чистой стеклянной стене офиса, за которой виднелись суетящиеся клерки.

– Стеклянные стены, Харек? – её голос звучал глухо из-за маски, которую она не сняла. – Мы здесь как на витрине. Любой снайпер или шпион с биноклем будет знать, какой сорт кофе я пью на завтрак.

– Но престиж…

– Престиж меня не волнует. Меня волнует безопасность и герметичность. Следующий.

Второй объект находился в «Ржавом поясе» – старой индустриальной зоне, где находились перерабатывающие предприятия. Здесь было грязно и шумно. Мы приземлились на замасленном дворе, подняв тучу черной пыли.

– Бывший завод полимеров, – Харек поморщился, прикрывая нос надушенным платком. – Обанкротились три месяца назад. Пятьдесят тысяч. Огромные цеха, свои генераторы.

Мы вошли внутрь. В нос ударил резкий химический запах, который пробивался даже через фильтры дистикомба.

Я прошел к несущей колонне и пнул по ней. С потолка посыпалась крошка.

– Вибрация от дробилок по соседству разрушила фундамент, – бросил я Эларе, сверяясь с показаниями сканера. – И здесь фонит химией. Слишком много переделывать и разоримся на чистке.

Элара кивнула.

– К тому же, здесь проходной двор. Я вижу следы трех разных грузовиков у ворот только за сегодня.

Она повернулась к чиновнику.

– Харек, вы тратите мое время. Мне не нужен офис для приемов и мне не нужна развалина в центре рынка. Мне нужна надежная ремонтная мастерская с достаточными объёмами внутри.

Харек вздохнул, вытирая пот со лба.

– Миледи Варос, в черте города подходящих объектов больше нет. Остался только… один вариант. Но это далеко. Пригород Ветров. И это… специфический актив.

– Показывайте, – приказала она, возвращаясь в топтер.

Мы летели еще минут десять, оставляя город позади. Пейзаж менялся: жилые кварталы исчезли еще раньше, закончилась окраина и потянулись каменистые пустоши, изрезанные ветрами. Здесь, на границе города, чуть в отдалении, стоял он.

Бывший военный блокпост. Приземистый бетонный бункер, вросший в скалу. Я посадил машину прямо перед массивными воротами ангара. Здесь царила тишина, нарушаемая лишь свистом ветра в узких бойницах. Мы вышли. Харек нервно теребил воротник мундира. Ему было неуютно в этой глуши.

– Объект списан с баланса гарнизона восемь лет назад, – голос Харека дрогнул, когда мы вошли в гулкое бетонное чрево. – Как видите, стены целы, но… оборудование демонтировано. Реактор требует замены стержней. Вентиляция забита.

– Я вижу, – холодно произнесла Элара. – Стены метровые. Армированный ферробетон.

– Идеально для склада, – закивал Харек, пытаясь нащупать привычную почву. – Арендная ставка здесь высокая из-за площади, но учитывая состояние, мы можем обсудить…

– Мы не будем арендовать, – перебила она.

Харек моргнул.

– Простите?

– Мы выкупаем объект. Полное отчуждение прав собственности в пользу Дома Варос.

Чиновник издал нервный смешок, косясь на её дистикомб.

– Миледи… Продажа бывших военных объектов гражданским лицам, даже благородного происхождения, ограничена строгими квотами. Это требует специальных разрешений, поручительства Гильдии и… цена. Полная стоимость объекта такого класса – это не аренда за месяц. Это сотни тысяч соляриев единовременно.

Я молча шагнул вперед и протянул ему планшет. На экране светились данные нашей лицензии.

– «Полная» лицензия, – произнес я сухим, техническим тоном. – Дает право на приобретение в собственность промышленных и складских помещений для обеспечения добычи спайса.

Харек уставился на экран, потом снова на нас. Его мозг отказывался соединять картинку: двое в пыльных дистикомбах покупают старый военный блокпост, почти маленькая база.

– Документы в порядке, – пробормотал он. – Но… вы понимаете, что выкуп подразумевает полную ответственность за коммуникации? Город отключает вас от муниципальной поддержки.

– Мы не нуждаемся в вашей поддержке, – Элара подняла руку, и луч света, падающий из узкой бойницы, ударил в печатку. Золотой герб Дома сверкнул на фоне серого бетона, резко контрастируя с грубой тканью костюма. – Называйте цену выкупа.

– Шестьсот тысяч соляриев, – выпалил он, называя завышенную цену. – За участок земли, строение и остаточное оборудование.

Элара даже не моргнула своими синими глазами.

– Этот бункер – пассив на балансе вашей администрации. Вы тратите бюджет на его охрану, хотя охранять здесь нечего. Странно что кирабы еще не забрались и не утащили генератор по частям. Он гниет. Через два года песок сожрет приводы ворот, и вам придется списать его целиком.

Она сделала шаг к выходу, и я, как тень, двинулся следом.

– Двести пятьдесят тысяч. Сейчас. И вы избавляетесь от головной боли, а в отчете пишете, что удачно реализовали неликвид Дому Варос.

– Это государственная цена. Я не могу…

Я сделал шаг вперед. В моих руках появился небольшой, но увесистый мешочек из плотной, непроницаемой ткани. Я с глухим стуком опустил его на металлический верстак, стоящий рядом. Звук был тяжелым, плотным. Я развязал шнурок. В нос ударил густой, насыщенный запах корицы. Запах, от которого у любого на этой планете учащается пульс. Внутри мешочка, отливая фиолетово-синим в полумраке, лежал мельчайший песок.

Спайс. Чистая меланжа. Глаза Харека расширились, зрачки жадно сузились.

– Думаю так для Вас будет предпочтительнее? – тихо произнесла Элара.

Харек сглотнул, не в силах оторвать взгляд от мешочка.

– Это… сырец?

– Очищенный, – поправил я. – Высший сорт. Готов к употреблению или перепродаже.

Элара подошла ближе, её голос стал вкрадчивым, обволакивающим.

– Официальный курс биржи Харконненов сегодня утром – восемь тысяч соляриев за грамм. Мы предлагаем расчет по курсу семь двести. Минус десять процентов за… неудобство с наличными.

Чиновник быстро прикинул в уме.

– Здесь… тридцать грамм?

– Пятьдесят, – уточнил я. – По нашему курсу это чуть меньше четырёхсот тысяч, так что, как видите, «средства» у нас есть.

Харек поднял глаза. Жадность боролась в нем со страхом и бюрократической инструкцией.

– Но цена объекта шестьсот…

– Шестьсот – это для идиотов, которым нужно проводить через пять департаментов, – жестко перебила Элара. – А это – живой спайс. Вы спишете этот бункер как аварийный. «Разрушение несущих конструкций вследствие эрозии». Оценочная стоимость рухнет до двухсот тысяч, если не больше. Разница – на Ваше усмотрение. Продадите на черном рынке за десять тысяч за грамм, если у вас есть связи, например.

Она попала в точку. Харек был коррумпирован, как и вся система здесь. Спайс на руках – это возможность заработать вдвое больше, чем официальная взятка. А «аварийный» статус объекта избавит его от проверок.

– Аварийный, говорите… – он потянулся к мешочку, но я накрыл его ладонью.

– Сначала документы, Харек. Чистые. Полная передача прав собственности.

Он замялся, лихорадочно соображая.

– Триста пятьдесят тысяч по документам. Мне нужно хоть что-то внести в кассу, чтобы закрыть сделку официально. И… еще пять грамм сверху. За риск.

Элара переглянулась со мной.

– Кейн?

Я убрал руку с мешка, достал из поясного кармана небольшую пробирку и добавил её к «грузу».

– Договорились. Оформляйте как «объект, подлежащий капитальному ремонту».

Харек дрожащими руками сгреб спайс, пряча его во внутренний карман мундира. Аромат корицы теперь исходил от него самого.

– Мудрое решение, миледи. Я… я подготовлю акты прямо сейчас. С вашего позволения, в топтере у меня остался терминал с доступом к реестру.

Когда он, почти бегом, направился к выходу, прижимая руку к груди, Элара сняла маску и глубоко вдохнула.

– Мы купили крепость за горсть песка, – произнесла она с легкой улыбкой. – Четыреста тысяч реальной стоимости… Мы сэкономили почти двести.

– И получили чиновника на крючке, – добавил я, блокируя ворота изнутри, как только Харек вышел. – Теперь он соучастник. Он никогда не сдаст нас, потому что сам пойдет под трибунал за хищение государственного имущества и торговлю спайсом вне биржи.

– Или мы на его – как желающие обмануть Харконненов. – усмехнулась Элара.

– Несомненно, но им уж точно плевать на эту дыру. Документы настоящие, и если что-то не нравится, то пусть разбираются со своим человеком сами. Мы перед законом чисты. Нууу, почти.

Я оглядел наше приобретение. Старый военный пост, пахнущий теперь не только пылью, но и нашей первой победой.

– Добро пожаловать домой, Леди. Это уже третий да? Или пещеру считать не будем?

– Можно даже назвать первым, ведь на остальное у нас прав нет.

* * *

Пока администратор Харек, пыхтя и поминутно вытирая лысину платком, воевал с собственным портативным терминалом, пытаясь провести сделку через три слоя имперской бюрократии и при этом грамотно спрятать «откат», мы с Эларой отошли вглубь ангара. Пока он занят, можно осмотреть покупку подробнее.

– Ну, что скажешь? – тихо спросила она, когда мы отошли достаточно далеко. – Мы только что выкинули почти полмиллиона соляриев. Насколько оправданно?

Я подошел к ближайшей несущей колонне. На первый взгляд – обычный шершавый бетон, покрытый пятнами въевшейся смазки и вековой пыли. Я достал из поясного набора мультитул, выдвинул специальный щуп и с силой провел по поверхности. Обычный материал, и даже повышенной прочности, сделанный из местного песка, крошится под таким давлением. Но здесь щуп с визгом проскользнул, оставив лишь едва заметную царапину.

– Это не простой материал, – я удовлетворенно хмыкнул, проводя пальцем по следу. – Это военный композит, созданный по старым нормативам, чуть ли времен Джихада. Армирование пласталевой нитью, повышенная плотность.

– Значит, стены хорошие?

– Хорошие? – я усмехнулся. – Элара, это, считай, крепость. Здесь толщина внешнего периметра метра полтора. Харек и его предшественники видели только старые стены, облупленную краску и ржавые ворота.

Мы двинулись дальше, в сторону технического отсека. В ведомости этот объект числился как «морально устаревший». Сейчас вообще будет числиться как «поврежденный и устаревший» и продан по низкой цене. И формально они были правы. Здесь не было современных материалов, климат-контроль был грубым, а освещение – тусклым. Но скелет этого зверя был великолепен.

Мы спустились по узкой лестнице в реакторный зал. Здесь пахло застоем и металлом. В центре круглого помещения, похожего на колодец, возвышалась туша «проблемного», по словам Харека, реактора. Я посветил фонариком, осматривая его, и улыбка сама собой наползла на лицо.

– Тяжелый генератор корабельного типа. Если не ошибаюсь.

– Он работает? – Элара с опаской покосилась на громадину.

– Сейчас – конечно нет, – я открыл смотровой люк. Внутри было темно и пусто. – Топливные стержни вынули, контуры охлаждения сухие. Харек прав в одном: эта штука жрет топливо как не в себя. Он ОЧЕНЬ прожорлив, шумен и дает сильную вибрацию на весь фундамент. И будь тут все построено из другого материала – всё рассыпалось бы очень быстро. Современные генераторы на в три раза экономичнее и тише.

– Но? – Элара знала этот мой тон.

– Но современные генераторы далеко не так надежны. Чуть перегрел – отказ. Песчаная буря забила фильтры – авария. А этот… – я ласково похлопал по толстенному кожуху из свинцопласта. – Это кувалда. Он всеяден. Сюда можно загружать топливо любого качества, хоть списанные с харвестеров, хоть кустарного производства. Он переварит всё. И выдаст такую мощность, что мы сможем запитать здесь не то что этот блок пост со всей начинкой, но и кучу всего плюсом. Что говорить если он мощнее чем реатор в Башне? При этом он еще и нас переживет. Его только обслужить надо: прочистить, залить хладагент, поменять прокладки. Это я сделаю за пару дней. Даже наш Гефест, при всем его совершенстве, не смог бы напечатать нам такой реактор. У нас просто нет чертежей такого уровня, да и материалы тут тоже весьма непростые, хоть и выглядит как старая древняя ржавая развалина.

– Отлично. Значит, с энергией вопрос решен, – кивнула Элара. – Что по щитам?

Я повел её обратно наверх, к неприметным полусферическим кожухам, расположенным в специальных нишах по всему периметру базы равномерно. Ии скрутил ржавые болты с одной из крышек. Крышка с грохотом упала вниз, подняв облако пыли. Под ней, в бывшей масляной ванне, сейчас сухой, тускло блестели сложные наборные линзы эмиттеров.

– Вот оно, – выдохнул я. – Главный приз лотереи.

– Щитогенераторы? – Элара снизу пыталась разглядеть содержимое ниши.

– Не просто генераторы. Это дублированный контур поля Хольцмана. Старая школа. Если я правильно понял логику и класс щитов, то они не только запитаны напрямую от реактора внизу, но и дублируют друг друга, еще и распределяя нагрузку на общую систему охлаждения… Понимаешь, что это значит? – Харек и все остальные, раз уж их не выдрали с корнем, думали, что это старая система охраны периметра, датчики движения например Но это, – я указал пальцем вверх, – тоже система военного класса. Если мы запустим реактор и подадим сюда полную мощность, этот ангар можно будет накрыть колпаком, который выдержит орбитальную бомбардировку. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока не перегреются все эмиттеры или не кончится топливо.

– Атомик? – тихо спросила она.

– Разве что атомик. Обычное стрелковое оружие, ракеты, даже артиллерия – всё это будет бесполезно.

Я видел, как загорелись её глаза. Мы купили не просто базу. Мы купили неприступную крепость по цене металлолома. Один только этот щит стоил больше, чем все те деньги, что мы отдали чиновнику, включая стоимость спайса. И самое главное – это было заводское оборудование. Нам не нужно было ничего изобретать, рискуя ошибиться в расчетах. Гефест может напечатать кристаллы, создать простой персональный генератор поля Хольцмана, как те что мы носили, но создать эмиттер поля Хольцмана такой мощности в кустарных условиях… Таких чертежей нет.

– Я надеялся найти еще кое-что, – признался я, осматривая пол у стены. – Может этот пост использовали контрабандисты как перевалочную базу, поэтому она и не разграблена кирабами до конца, но увы.

По дороге, проходящей метрах в двухстах от ворот, пронеслось звено тяжелых орнитоптеров с эмблемой Харконненов. Гул их крыльев даже сквозь толстые стены отозвался вибрацией в полу. Следом прополз гусеничный транспорт, везущий воду в город. Потом промчалась группа частных багги.

– А вот и ложка дегтя, – мрачно заметил я. – Трафик. Оживленнее, чем я думал. Мы стоим на старом тракте. Здесь летают все: от патрулей до вольных торговцев. С одной стороны, это плюс – никто не обратит внимания на очередной грузовик, заезжающий к нам. А с другой – мы тоже не сможем отследить наблюдателей когда они появятся.

Мы вернулись к входу. Харек как раз закончил возиться с терминалом и теперь победно размахивал стилусом.

– Готово! – воскликнул он, подскакивая нам навстречу. – Реестр обновлен. Права собственности переведены на Дом Варос. Лицензия прикреплена к объекту. Поздравляю, миледи! Вы теперь счастливая обладательница… кхм… этого монументального строения.

Он протянул планшет для финальной подписи. Элара сняла перчатку, намеренно медленно, демонстрируя перстень, и приложила палец к сенсору.

– Благодарю вас, администратор, – её голос был полон вежливости. – Надеюсь, все «нюансы» нашей сделки останутся между нами?

Харек невольно похлопал себя по нагрудному карману, где лежал мешочек со спайсом.

– Могила, миледи! В документах указано: «Аварийное состояние, продажа под снос и реконструкцию». Никто в здравом уме не поедет проверять эту груду камней. Для Департамента вы – благотворители, избавившие нас от балласта.

– Прекрасно.

Когда рев двигателя администраторского кара, вызванного Хареком заранее, затих вдали, я нажал на кнопку привода ворот. Механизм натужно завыл – смазка давно высохла, – и тяжелые створки начали сходиться, отрезая нас от раскаленного мира снаружи.