290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Глория (СИ) » Текст книги (страница 21)
Глория (СИ)
  • Текст добавлен: 9 декабря 2019, 01:30

Текст книги "Глория (СИ)"


Автор книги: Юлия Елихова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 34 страниц)

Окинув взглядом всех приглашённых ко двору, Клиос не стал затягивать долгую молчаливую паузу.

– Я рад вас всех сегодня здесь видеть, друзья, – громким, гулким голосом произнёс царь. Он говорил на кларианском языке, и кое-что из его речи земляне уже могли разобрать – Все те, кого я хотел видеть в эту минуту пришли, и я готов поделиться с вами большой радостью. Но прежде, я прошу военачальника царских войск поведать нам всем, как обстоят дела на боевых рубежах.

После призыва царя, к трону взошёл Кериф. Он не волновался, не нервничал и вообще, не проявлял никаких чувств. Не человек, а робот! Он стал возле царя и, окинув взглядом аудиторию, сказал следующее:

– Благодарю тебя, повелитель, за оказанную честь, – он повернулся к царю и низко ему поклонился. Вернувшись в прежнее положение, он продолжил, – Опираясь на ту информацию, что поступает ко мне и твоим генералам с мест боевых действий, могу заключить следующее, – он прокашлялся и голос его стал ещё грубее и громче, – Мы терпим большие потери. В последнем крупном сражении мы потеряли около двух тысяч твоих воинов, повелитель. А точнее, одну тысячу восемьсот девяносто два кларионца не вернулось с того сражения. Они навсегда останутся лежать под Минэрой. Враг продолжает наступление. За прошедший месяц ему удалось захватить Корингар и Ферею. Теперь, по данным разведки, он направляет свои силы в глубь материка.

Этим предложением Кериф закончил своё выступление. Громкий гул и бурное обсуждение вызвали его слова. Оно и понятно. В самом центре материка и раскинулся величественный, древнейший город минувших веков и будущего Клариона – Ислинор.

Клиос видя, что народ его не на шутку растревожился, одним жестом руки своей дал понять военачальнику, что тот свободен. Когда Кериф возвращался на своё прежнее место, проходя мимо, в толпе он увидел Семилу. Острее кинжала был его хищный взгляд. От страха у неё всё сжалось внутри. Дочь жреца отвернулась и закрыла глаза. Но не Керифа рисовало её воображение. Илья протягивал ей руку и звал пойти с собой. Ей стало тепло и спокойно на душе. И Семила открыла глаза, но Керифа уже не было видно. Он прошёл мимо, направившись к своим генералам.

А Клиос, проводя взглядом своего военачальника, продолжил свой монолог с поданными:

– Эта, и много других битв, что проходили в восточной и северной частях материка говорят нам о том, что противник растёт и крепнет. Наши силы давно сравнялись. И теперь настал тот момент, тот переломный момент в нашей с вами истории, когда мы не можем допустить того, чтобы враг превозмог, стал сильнее нас. Иначе, всему конец. Но я спрашиваю вас, как нам ослабить врага? Как ослабить его и возвыситься над ним?

Царь сделал паузу, осмотрел зал. Но все до единого молчали. Никто и слова не проронил. Макс переглянулся с Тиграном и оба тихонько, еле заметно улыбнулись.

– Все наши силы, – продолжил Клиос, – Мы уже задействовали. Количество воинов увеличить невозможно, потому как все те, кто пригодны к военной службе уже защищают нашу землю. Остаётся открытым вопрос с нашей техникой и оснащением, с нашим оружием и технологиями. Как раз с этим нам и помогли наши друзья – земляне.

После этих слов всё внимание публики переключилось на Басаргина и его друзей. Они стояли, будто на показе мод. Толпа глазела на них и не понимала. Как, а главное, чем они могли помочь? А сами ребята чувствовали, скорее, некую не ловкость, нежели восторг и гордость.

– Дело их родителей завершено! Всего три месяца понадобилось им, чтобы создать, по истине, чудо военной техники! – глаза царя сверкнули холодной сталью, – Сборка боевой капсулы завершена и сегодня вам, друзья, представится огромная честь увидеть её первыми. А создатели МИТ-1, именно так земляне пожелали назвать своё творение, продемонстрируют капсулу во всей её красе. Прошу всех в харогос.

И царь встал с трона. Он спустился вниз и, проделав тот же путь, что и в самом начале церемонии, вышел из зала. За ним всё так же следовали земляне. Далее – Кериф с персональной охраной царя, Заур с Семилой, придворная знать и все остальные.

Харогос был своего рода ангаром. В нём хранилась передовая техника Архинона и персональные капсулы царя. А ещё, под специальным навесом в самом центре харагоса стоял «Одиссей». Ребята очень обрадовались, когда его увидели.

– Ну что, команда, – в шутку скомандовал Макс, – По местам, на встречу звёздам и новым планетам.

– А почему бы и нет, – поддержала его Алекс, – Куда теперь держим курс?

Но Макс не успел ответить. Царь к нему обратился:

– Капитан Басаргин, продемонстрируйте нам ваше творение, – приказал он.

И Макс, вернувшись с небес на Глорию, направился в сторону, стоявшей рядом с «Одиссеем», МИТ-1. Тигран неизменно проследовал за ним. Он никогда не оставлял друга в полёте – надёжный товарищ и первоклассный механик.

Внешне «Одиссей» и МИТ-1 были очень похожи. Но по размерам капсула превосходила космический корабль в два раза. И если, «Одиссей» имел форму самолёта, то МИТ-1 походила скорее на дирижабль. Огромная, блестящая продолговатая сфера с зеркальным покрытием. Публика была в восторге от одного внешнего вида. А ведь они не видели эту «крошку» в полной боевой готовности.

Капитан и Тигран по скользящему, словно плоские «гусеницы» танка, металлическому трапу поднялись в капсулу. Блестящая стальная дверь-заслонка скатилась вниз. Царь, стоявший в первом ряду этого действа, немного отступил назад. За монархом повторила и вся его свита.

А Макс и Тигран, тем временем, заняли свои места и запустили моторы. Через несколько минут публика во главе с царём, затаив дыхание, увидела, как капсула беззвучно поднялась в воздух и скользнула в сторону царского сада. Вся толпа ринулась ей в след. А Алекс, Илья и Павел шли сзади.

– Так вот над чем вы работали два с половиной месяца? – спросил она Илью, не сводя глаз с блестящей красотки.

– Именно. А что? Нравиться? – ответил он вопросом на вопрос.

– Хороша! Когда они вернуться попрошусь «покататься» на ней, – и Алекс, увлечённая этой неземной машиной, зашагала быстрее.

– «Покататься», – фыркнул Павел с насмешкой, – Ты хоть понимаешь, что это такое? Это тебе не болид, и не космический корабль «Одиссей». Это – машина-убийца. Думаешь, вон те деревянные манекены там просто так стоят?

И Алекс с Ильёй повернулись вправо. На специальной лужайке стояли деревянные макеты обычных пассажирских капсул.

– И что же, по-твоему, должно произойти, – недоверчиво спросила Алекс.

– А вот сама и увидишь.

– Седой прав, – неожиданно произнёс Илья, – МИТ-1 – не прогулочный катер, Алекс. И она будет служить не для перевозки людей.

– Да знаю я для чего она будет служить, – махнула рукой девушка, – Но сама по себе, без людей за штурвалом и их низменной жажды кровопролития, она прекрасна.

– Сама по себе она и с места не сдвинется, – хихикнул Павел.

– Да не цепляйся ты к словам, – одёрнула его Алекс, – Ты же прекрасно понял, что я имела ввиду.

А в то время, пока они стояли и спорили, Макс поднял капсулу вверх и стал демонстрировать некоторые манёвры. Так сказать, всё то, на что она была способна. За пять секунд она разгонялась до триста тридцати километров в час. Капсула могла неподвижно зависать в воздухе на длительное время. При этом, движение МИТ-1 было абсолютно бесшумным. Но самое главное её преимущество над всей существующей на планете техникой, было продемонстрированно далее. Заметив цель, Макс развернул МИТ-1. Он потянул на себя нужный рычажок и две огромные пушки высунулись из гладкого блестящего корпуса капсулы. Одним движением большого пальца Басаргин открыл крышку, которая закрывала красную кнопку на верхушке рычага. Словно взвёл курок. Убедившись, что цель находится под прицелом, капитан нажил на кнопку. В тот же миг пушки стали «выплёвывать» сверкающие лучи, которые разнесли цель в щепки за считанные секунды. Ничего подобного царь и его поданные не видели никогда в своей жизни. Уничтожив цель, Макс развернул капсулу в сторону царской свиты. От испуга все ахнули. Реакция придворных была похожа на испуг людей, увидевших в начале XIX прибытие поезда с полотна экранов зарождающегося кинематографа. Быстрый паровоз мчался прямо на них. От страха, они разбежались во все стороны. Кларионцы поступили также, кроме царя. Клиос знал во всех деталях сцены этого спектакля. Макс развернул капсулу и пошёл на снижение. Аккуратно посадив МИТ-1 возле Клиоса, он сказал Тиграну:

– Похоже, смотрины прошли на ура.

– Что-то тебя это не радует. Или я не прав? – спросил Тигр.

– Да нет, просто…

Он не стал договаривать. Только тяжело вздохнул и отстегнул ремни безопасности. При выходе из капсулы их ждал полный восторг и ликование.

– Великолепно, друзья, – лицо царя озарила улыбка, – Она превзошла все мои ожидания.

А придворные, подняв ладони к Солнцу, только и повторяли:

– Вилоста, вилоста!

– Что они говорят? Какое-то не знакомое слово, – спросил Макс.

– Они прославляют вас, – довольно произнёс царь, – Это великий день для моего народа, для Архинона и всей нашей планеты. Я уверен, она повернёт ход войны в нашу пользу.

Клиос подошёл к капсуле и провел рукой по её поверхности. В ней он увидел своё отражение.

– Ну а теперь думаю, что самое время отпраздновать нашу победу.

Они выступили на рассвете. За штурвалом МИТ-1 был сам царь. Овладев за короткое время навыками управления этой «крошкой», он чувствовал себя уверенно, как никогда прежде. И в это утро он вёл свой народ в бой против самого ненавистного им и призираемого врага – Хетта. Мчась впереди полсотни новеньких не бывавших ещё в бою луфертад, МИТ-1 выглядела потрясающе величественно и, в то же время, угрожающе. Сливаясь со всем окружающим её миром, будучи неотъемлемой частью его, капсула несла смертельную угрозу всему живому, самой жизни. Одно понимание этого приводило в необъяснимый ужас и восторг. Именно эти чувства овладели молодым царём. Он ощущал в своих руках силу и мощь, какую его планета до сих пор не видела. Осознание того, что отныне равных ему по силе нет и вряд ли появятся, не могло теперь остановить его не перед чем. Клиос уже предвидел свою победу. Он мчался на невообразимой скорости к месту смертельной схватки. А его военачальники и генералы еле поспевали за ним на, хотя и новых, но отстающих по многим показателям, боевых капсулах – луфертадах.

На борту МИТ-1 вместе с царём находились земляне, за исключением Алекс. Она наотрез отказалась участвовать в этом «кровавом месиве». А Макс, Илья, Тигран и Павел не смогли избежать этой печальной участи. Им придётся стать свидетелями жестокой расправы. Они сидели за спиной царя на пассажирских местах и молчали. То ли от недовольства и нежелания во всём этом участвовать, то ли от того, что было слишком рано. А в такое время вряд ли кому-то взбредёт в голову болтать без умолку.

По правую сторону от царя сидел его верный и самый главный военачальник – Кериф. Он неустанно следил за полётом и был готов в любую минуту сменить царя за штурвалом. Но Клиос, окрылённый приближающимся триумфом, не собирался ни с кем делиться славой. Его цель на сегодня – провести операцию по освобождению, недавно захваченного врагом, города Гонатоса. Холодный, стальной блеск огромных серых глаз царя и подающаяся вперёд осанка говорили о готовности, или даже, о сильном желание поскорее прибыть к месту сражения.

И вот, спустя два часа после вылета МИТ-1 и других, еле плетущихся за ней луфертад, в дали показалась крепость города.

– Вот мы и на месте, – довольно произнёс Клиос, – А что же нас никто не встречает? Это даже как-то не вежливо. Не гостеприимно, что ли.

Но не успел он закончить свою мысль как из-за высокой каменной стены, что ограждала город от всего мира, стали вылетать луфертады противника. Они принялись обстреливать капсулу царя Клиоса. Но все их попытки были тщетны. Пуленепробиваемый корпус капсулы оставался неуязвим. А на агрессивный приём людей Хетта царь ответил сокрушительным огнём, который сметал всё на своём пути. Один за одним падали луфертады противника на землю, разбиваясь и взрываясь там, внизу.

Изумлённый Макс и его товарищи смотрели на всё происходящее из иллюминатора капсулы и ужасались. Вот уже они насчитали тридцать, да нет, сорок луфертад Хетта, что догорали внизу. И всё новые и новые капсулы вылетали из-за стены. И всё та же участь ждала их, что и прежних. Пятьдесят, шестьдесят луфертад уже лежала на земле. А МИТ-1 хоть бы что! Она беспрестанно метала огонь в противника. И царь, от охватившего его задора, беспощадно крушил всех и всё на своём пути. А остальные пятьдесят луфертад царской армии замерли в воздухе позади и, затаив дыхание, следили за этой бойней.

Но недооценивать противника было рано. Хитрые полководцы Хетта тоже были предусмотрительны. И хотя предвидеть такой «прыжок» в оснащении царской армии они не могли, зато со стратегией у них было всё в порядке. Не заметно для военачальников Клиоса и для него самого, с тыла, из самого центра небольшой деревушки под названием Цетра, стали вылетать луфертады армии Хетта. Они открыли огонь с тыла и стали громить царские луфертады, что выстроились позади МИТ-1. Слишком поздно сориентировались военачальники царя. Они перестроились и открыли огонь по противнику, когда уже большая половина их была уничтожена. Видя, что воины Хетта оказались хитрее, царь будто озверел. Ещё с большим, неистовым остервенением он расстреливал капсулы противника. Отбив защиту с переднего фланга и дождавшись, когда из-за стен Гонатоса перестали вылетать луфертады, Клиос развернул капсулы и переключился на истребление сил противника с тыла. Не выдержали напора МИТ-1 и эти корабли. Падали они на поверхность Клариона один за другим. Каким бы ни был прицельный обстрел капсулы царя, а ничего не могло её поразить.

Наступил момент, когда из окна МИТ-1 уже ничего не было видно. Дым от догорающих на земле луфертад застил всё в округе. Наконец, звуки от работающих пулемётов боевых капсул стихли. МИТ-1 неподвижно повисла в воздухе. Казалось, вокруг всё замерло. Вдалеке, метрах в тридцати показались луфертады царской армии. Они были из тех не многих капсул, которым посчастливилось остаться в воздухе, а не сгореть на земле. В живых их осталось меньше половины. Капсулы царской армии легко было отличить от луфертад противника по сине-серому цвету корпуса.

– Всё кончено? – тихо и, непривычно хмуро, спросил Макс.

– Нет, это пока только первый акт возмездия, – упиваясь победой, ответил Клиос.

Когда дым рассеялся, Басаргин и его друзья увидели весь ужас, который сотворило их изобретение. Но это были только цветочки.

На земле кое-где ещё дымились и догорали капсулы противника. И их было превеликое множество.

– Сколько осталось в живых наших кораблей, – спросил царь у Керифа.

– Из пятидесяти вылетевших с тобой, великий царь, из Арихона осталось всего семнадцать, – напряжённо, ожидая негодования правителя, ответил военачальник. Но эта новость вовсе не расстроила царя.

– Превосходно, – сказал Клиоса, осматривая высокую, белоснежную стену Гонатоса, – Теперь, когда силы врага повержены, мы можем восстановить правление в этих землях. Но для начала…

Он не договорил и направил капсулу в сторону города. Уцелевшие луфертады отправились за ним. То, что происходило дальше иначе как террором и назвать нельзя.

Пролетев над всем городом Клиос убедился в том, что сил врага в нём больше не осталось. Приземлившись в самом центре города, он вышел из капсулы. Боевые капсулы сделали то же самое. А военачальники и воины, что находились в них, поспешили к своему царю, дабы защитить правителя от любой, затаившейся в толпе горожан, угрозы. И вот, царь Клиос, окружённый щитом своей охраны, взошёл на помост. К этому времени в центре города собралось немало праздных зевак и толпы напуганных жителей города. Они с неистовым испугом смотрели на царя и мысленно готовились к самому худшему.

– Ну здравствуй, свободолюбивый народ Гонатоса, – поприветствовал собравшихся людей царь, – Отныне вы свободны от насильственной власти предателя.

– А разве кто-то просил освобождать нас? И от кого? – донеслось из толпы.

– Что? Кто это сказал? – закричал царь, всматриваясь в толпу, – Если у тебя хватит смелости, поднимись сюда и стань передо мною.

И вдруг, в самой гущи зевак стало происходить какое-то движение. А через минуту к помосту уже шёл щуплый, не высокого, относительно всех остальных кларианцев, роста старик. Он был весь седой, с длинной окладистой бородой и в бедняцкой одежде. На трясущихся ногах он поднялся на помост. Стоявшие у ступеней молодые люди помогли ему взобраться на верх. А девушка, что была с ними, пыталась отговорить старика. Но тот лишь грустно улыбнулся и покачал головой.

– Значит, это ты тот смельчак, который осмелился слову царскому перечить? – надменно засмеялся Клиос.

– Да всевышний с тобой, царь! Где уж мне тебе перечить! Да вот только, сказать тебе хочу, по совести:

Не надо было тебе сюда с твоими людьми прилетать. Жили мы мирно с прежним устоем. А вы прилетели – сколько людей хороших полегло. Зачем? – и старик простодушно пожал плечами.

Но Клиос не стал отвечать на это. Он только посмотрел на Керифа и тот понял приказ царя без слов. Военачальник достал из ножен длинный, с усыпанной алмазами рукояткой, кинжал, подошёл к старику и проткнул его эти кинжалом насквозь. Старик безумными глазами посмотрел на царя, потом на своего убийцу и, испустив дух, упал замертво на пол. Кериф вытер окровавленный кинжал о рукав старика и спрятал его обратно в ножны. Все присутствующие при этой низкой, несправедливой расправе над беззащитным стариком, в том числе и земляне, были в ужасе от происходящего.

– Кто-то ещё так думает? – обратился к толпе царь. Но больше смельчаков среди собравшихся не оказалось. – Что ж, будем считать, что вопрос о повиновении моей власти решён. Не позднее завтрашнего дня в Гонатос прибудут новый управляющий города и мои люди. От вас же требуется беспрекословное подчинение им, как представителям моей власти в этом городе. А также, содействие и борьба с нашим общим врагом Хеттом и его людьми. За неповиновение и укрытие врагов каждый из вас будет казнён.

Клиос бросил взор на тело старика и перевёл его на горожан. Вокруг царила полная тишина. Напуганные и взволнованные люди смотрели на захватчиков и не смели и слова вымолвить. А царь и его военачальники спустились с помоста.

– Повелитель, – обратился к царю генерал Орихон, – А как быть с Цетрой? Его величество туда тоже направит управляющего?

– С Цетрой? – повторил царь и задумался, – С Цетрой. Нам нужен был Гонатос. А разве нам нужна была Цетра? Уничтожить!

– Но царь, – не выдержал Макс, – Разве те бедные люди в чём-то повинны? Они, как и горожане Гонатоса могут быть преданными тебе и твоей власти.

– Нет, землянин, – равнодушно сказал царь, – И не уговаривай меня оставить им их жизни.

– Но почему, о великий и справедливый царь?

– Почему? – надменно усмехнулся Клиос, – Видишь их всех, – царь указал рукой на толпу, – Они мне нужны. Они, хотя и малость, но образованы. Их можно чему-то обучить. А те бедняки, что живут в Цетре, они мне не нужны. Они ни чему не учились и не на что не сгодятся.

– Но царь…

– Довольно! – грозно прикрикнул Клиос. Он не дал договорить Максу ни слова.

Давая понять, что расправа с Цетрой – дело решённое, царь-победитель отправился к своей капсуле. Кериф и Басаргин с товарищами проследовали за ним. Макс, Илья, Тигран и Павел были до глубины души шокированы всем, что сегодня произошло на их глазах. Они ничего не говорили, ничего не обсуждали. Им всем одинаково и одновременно хотелось вернуться обратно, в Архинон, подальше от этого места и забыть обо всём, что произошло под стенами Гонатоса и внутри. А самое главное, каждый из них чувствовал свою неоспоримую причастность ко всему тому, что случилось в этом месте, и что ещё произойдёт с бедной деревушкой Цетрой. Теперь они – соучастники большой беды.

Вечером, после славного пира, организованного в честь блистательной победы Клиоса над вражеским войском Хетта, царь позвал землян в Зал советов для беседы и кое-что обсудить.

Макс и его товарищи до сих пор не могли прийти в себя от утреннего боя. Даже для него и Тиграна, повидавших не мало стычек и боёв за время своей военной карьеры, утренняя бойня оставила неприятный отпечатком в памяти. За весь ужин ребята не проронили и слова. Алекс не могла их узнать. Они как будто объявили ей бойкот. На все расспросы её о прошедшем бое, Макс закрывал глаза и качал головой. Другие делали также. Даже Павел, несмотря на свою циничность и язвительный сарказм, был молчалив. Он не меньше других был поражён, с какой жестокостью и хладнокровностью Клиос разделался с врагом. Догоравшие на земле луфертады, везде и повсюду стояли у него перед глазами. Он также, как и его капитан, как и его товарищи молчал. Да и что тут скажешь? Никакими словами нельзя было описать весь тот ужас, который они видели сегодня на заре.

В зал, кроме землян и Клиоса, проследовали ещё Кериф, Заур и вездесущий Шинар. Все расселись за огромным круглым столом, что стоял посреди зала. Царь занял своё почётное место на золочёном, украшенном драгоценными камнями, стуле.

– Я хочу обсудить с вами одну вещь, – спокойно произнёс царь и опустил глаза вниз. Он выдержал минуту, смотря при этом на свои, сложенные в замок, руки. Потом перевёл взгляд на капитана и его людей. После чего царь продолжил, – Я читаю в ваших глазах ужас от увиденного и убивающую критику в мой адрес за то, что я сделала сегодня. За расправу над врагом. Что ж, – он пожал плечами, – Вы имеете на это полное право. Но перед тем, как судить меня самым строгим судом, я хочу, чтобы вы увидели самую последнюю битву. Когда моё войско было уничтожено до одного врагом и предателем, чьё имя я даже не хочу произносить, потому как оно оскорбляет эти священные стены и тех, кто здесь присутствует, включая светлую память наших отцов.

После этих слов Заур, будто бы получив негласную команду от своего царя, встал со своего места и, положив на стол коричневый кожаный мешочек, сунул в него руку. Достав горсть какого-то жёлтого порошка, похожего на песок, он отошел от стола метра на три и просыпал содержимое своего кулака перед собой, возле ног. Держа посох в руках, оп поставил его в самый центр просыпанного песка и, ухватившись за него обеими руками, стал вращать по часовой стрелке. При этом глаза жреца были закрыты, а сам он приговаривал какие-то не знакомые слова и предложения. Совсем скоро, буквально через минуту, над Зауром в воздухе стало появляться белое облако. Сначала оно было маленькое. Но с каждой секундой облако росло, увеличивалось и переставало быть белым. Наконец, в середине сизого тумана появились фигурки кларионцев. Они стали оживать и двигаться. Но только фигурки не просто двигались. Они сражались, убивая друг друга один за одним. Алая кровь текло повсюду, пропитывая сухую землю, жаждущую влаги, но только не такой. В смертельной схватке участвовали две силы. И превосходство одной из них было не оспоримо. Люди Хетта, облачённые в коричнево-красные одежды, были умелыми воинами, хорошо знавшими военное дело. Они сражались с царской армией, в рядах которой, по большому счёту, были мирные жители, не знавшие ничего об искусстве ведения боя и нападения. Одетые в сине-зелёную военную одежду, они дрались как могли. Но большей частью, только защищались. О каком превосходстве может идти речь? И они гибли. Падали на землю замертво, словно желтые осенние листья невесомо и необратимо покидали ветки древа жизни. И от увиденного сейчас, в таком необыкновенном «кино», у Макса и его друзей мурашки пробежали по всему телу. Алекс же и вовсе закрыла глаза руками и легла на стол, лицом вниз.

Через пять минут «кино» закончилось. В самом конце сине-зелёных не осталось ни одного. Все они были вырезаны, расстреляны воинами Хетта, которые понесли куда меньшие потери и в большинстве своём остались живы, с незначительными ранениями. Заур перестал вращать свой посох и, опираясь на него, открыл глаза.

– В том бою, при Никафии, моя армия потеряла пять тысяч бойцов, большая часть которых были молодые ребята. Им было до двадцати пяти лет, – сурово сдвинул брови царь. Ладони его рук машинально сжались в кулаки. Он ударил ими по столу. – И сегодня я отомстил этим убийцам. Я воздал им по заслугам. А теперь вы, каждый из вас можете судить меня, как хотите. Меня, который больше всего на свете хочет сохранить жизнь на двух планетах. Меня, который всем сердцем хочет отомстить за смерть наших родителей и убить предателя и изменника.

Он в упор посмотрел на Басаргина и его людей. Набравшись храбрости и собравшись с мыслями, Макс встал. Он окинул взглядом всех присутствующих в Зале советов и остановился на Клиосе.

– Царь, – тихо начал Макс, – Я не стану скрывать очевидное. Скрывать то, что ты и сам заметил. Да. Увиденное сегодня и пережитое затронуло меня и моих друзей. Болезненно и до глубины души. Мы видели гибель сотни людей. При этом понимали, что к расправе над ними мы причастны более, чем кто бы то ни было. Это наша машина, МИТ-1, созданная нами, погубила тех людей. От этой мысли становится ещё невыносимее. Но сейчас все точки расставлены, и картина прояснилась. Нам жаль твой народ, твоих воинов, что погибли в битве при Никафии и нам тебя не судить, великий царь. Ты защищаешь свой народ, страну. И раз мирным путём врага не остановить, то, наверное, это единственный выход в войне с ним. У нас говорят: в войне – все средства хороши. Судя по всему, это как раз тот случай.

– Ты прав, капитан. Ваша помощь и участие в расправе над врагом не оспорима. С вашей машиной, я теперь в этом уверен, мы победим предателей, сколько бы на это времени не ушло. Приблизить победу и сохранить жизнь тысячам может только работа вашего товарища, – и царь посмотрел на Павла, – Да. Я говорю про телепорт. Но пока, к сожалению, это только мечты, в отличие от МИТ-1. И она спасёт нас. И жизнь сохранится на наших планетах. У нас с вами должна быть одна цель, один путь. И уходить с тропы, предначертанной нам с вами, нельзя. Кларионцы и люди, отныне, должны действовать вместе, заодно в войне с общим врагом. И мы должны быть беспощадны к нему, потому что враг не пощадит нас, как не пощадил воинов под Никафией и во многих других битвах до неё.

На этом беседа в Зале советов была окончена. Земляне отправились в себе, а царь ещё долго не отпускал своих поданных.

– В их душах и сердцах я вижу сомнение, – произнёс жрец, – Оно уже посеяно и может прорости, о великий.

– Я это тоже вижу, жрец. Это-то меня и гнетёт. Прикажи Семиле, чтобы глаз с них не спускала. Всё то, о чем они беседуют, думают, то, что им снится, в конце концов! – Клиос закричал и сразу же перешёл на спокойный тон, – Я всё должен знать. Всё! Я доволен их работой. МИТ-1 превосходна, но мне нужен телепорт.

– Да будет так, о великий! – и с этими словами Заур покинул зал, спеша выполнять волю царя.

А Клиос перед тем, как отправиться в свои покои, решил прогуляться по ночному саду в компании Керифа. Вдруг, вдалеке он заметил женскую фигурку. Тень её была меньше той, что оставляют кларионские женщины под светом Тамирона.

– Это она? – тихо спросил он Керифа.

– Без всяких сомнений, мой царь.

Жестом Клиос дал понять Керифу, чтобы тот не шёл за ним.

– И ты не боишься гулять здесь одна? Ночью? – услышала за своей спиной Алекс. Она испуганно обернулась и увидела стоящего перед ней царя. Клиос сделал ещё несколько шагов и стал совсем близко.

– Ваше величество, не ожидала вас здесь увидеть, – растерянно пролепетала она.

– Я тоже думал, что ты ушла со своими.

– Они очень устали за сегодняшний день. Встали рано вот и отправились отдыхать. А мне что-то не спиться, и я решила прогуляться.

– Расскажи мне, чем ты занималась у себя на Земле? Что ты любишь? – и с этим вопросом царь направился к ажурной беседке, что стояла неподалёку. Алекс, соблюдая все требования дворцового этикета, которые уже успела освоить, последовала за царём.

– Дома, – начала она, – Я занималась спортивными соревнованиями. Я гонщица.

– Что такое гонщица? – переспросил царь. Хотя Алекс и показалось, что он и сам знает ответ на свой вопрос, всё же ответила:

– У нас устраивают соревнования на скорость и умение управлять машинами. Представьте, ваше величество, что луфертады не летают, а ездят по земле. И та из которых быстрее и манёвреннее других и выигрывает соревнования. А управляют ими гонщики, одна из которых я.

– Но это может быть опасно? Разве ты не боишься?

– Нет. Страшно в самом начале. А потом, когда набираешь скорость, когда становишься одним целым с машиной, тогда уже ничего не страшно. И ты чувствуешь себя непобедимой, – Алекс взглянула на царя и глаза её загорелись огнём. Она казалось отчаянно смелой и отважной. Это его восхищало. – Так я зарабатываю себе на жизнь. Но больше всего на свете, даже больше гонок, я люблю путешествия. И одно из них стало путешествием всей моей жизни. Как и обещал Макс.

Царь остановился. Они подошли к беседке, но Клиос почему-то не заходил в неё, медлил.

– Ты не повторимая, – сказал он Алекс и сделал шаг вперёд, став к неё ещё ближе, – Меня всё восхищает в тебе и влечёт. Я долго не мог понять, что именно. А теперь вижу, что всё.

Алекс оторопела от такого признания. Значит, она не ошиблась и правильно истолковала его речь, когда они беседовали с царём в прошлый раз. Девушка испуганно посмотрела на Клиоса и, хотела было отойти назад, но царь предвидел это и схватил её за плечи.

– Я хочу, чтобы ты стала царицей Клариона и подарила моему народу долгожданного наследника, – не выпуская её из своих крепких огромных рук, сказал Клиос. Чувствуя власть над беззащитной Алекс, он прижал её к своей груди и поцеловал. Алекс оторопела. Она пыталась вырваться из объятий царя. Крутилась и извивалась. Наконец, ей это удалось. Она испуганно отскочила в сторону.

– Даже твоё сопротивление моей воле и чувствам волнует мою кровь, – он довольно засмеялся и посмотрел на неё хищным взглядом.

– Я не люблю вас, ваше величество, – спешно проговорила Алекс, переводя дух, – И потому не могу стать царицей, а уж тем более подарить вам и вашему народу наследника.

– Такова моя воля, – грозно сказал царь и направился в её сторону. Но Алекс отбежала дальше и спряталась за, светящимся в темноте светло-голубым цветом, кустом.

– Но не моя, ваше величество, – Алекс дерзнула перечить его воле.

– Это не имеет для меня никакого значения. Наш союз – дело решённое. Хочешь ты этого, или нет, а ты всё равно станешь царицей.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю