Текст книги "Князь Вольдемар Старинов. Дилогия"

Автор книги: Сергей Садов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 43 (всего у книги 80 страниц)

Глава 6

На следующий день ближе к обеду Володя стоял на вершине холма и в бинокль обозревал бухту. Позади стучали топоры – рабочие заканчивали оборудование позиций, подрубали впереди стоящие деревья, чтобы их можно было свалить одним движением, пока же они неплохо маскировали установленные требуше и скорпионы. Вообще позиция была подготовлена с толком и весьма основательно, просто удивительно, как всё это успели провернуть всего лишь за сутки. Насыпь для орудий, впереди вырыли небольшой ров, откуда земля пошла на дополнительную земляную стену, укреплённую частоколом – спиленные деревья не пропали даром. Сделали настилы и под станки. Вот заскрипели колёса, раздался зычный голос возницы, и из-за дерева неторопливо вышла каурая лошадка, таща за собой гружённую большими стрелами для «скорпионов» телегу. Стрелы для удобства перевоза увязывались в стопки по десять штук. Теперь их торопливо разгружали, разнося по метательным машинам. Стрелами такими запасались с запасом, а вот камней для требуше всё ещё не хватало, хотя Филлип клятвенно заверили, что через час всё будет.

Заскрипели вороты механизмов и груз требуше плавно пошёл вверх. Не очень удачная система. Да и груз закреплён жёстко, а не подвижно, что снижало эффективность и дальность. Володя ещё в городе поговорил на эту тему с главным инженером по машинам. Тот сначала слушал недоверчиво, а потом задумался.

– Мне переделать их? – поинтересовался он тогда.

Володя покачал головой.

– Времени нет. Просто на будущее. Начинайте делать новые машины… поменьше этих, но на основе тех принципов, что я сказал. Мне не нужна сила, мне нужна скорострельность. Тем более, судя по тому, что я слышал, ваши города имеют не очень качественную кладку стен… за редким исключением.

На это инженер ничего не сказал, но потом периодически подходил с каким-нибудь вопросом. В этих вот машинах мальчик видел многие из тех нововведений, про которые он говорил с инженером, но все они носили не кардинальный характер – то, что можно было сделать быстро. Но мелочь к мелочи и боевая эффективность скорпионов и требуше повысилась заметно. Новые же вороты, опять-таки, предложенные Володей, сократили время перезарядки.

Вот требуше привели в боевое положение, проверили как лежит снаряд дёрнули за верёвку. Мальчик быстро глянул на часы – десять минут на заряжение. Противовес медленно, словно нехотя пошёл вниз, но скорость всё выше и выше, длинный рычаг качнулся и резко вознёсся вверх, увлекая за собой пращу со снарядом. Вот камень вырвался из плена и устремился вперёд… Володя приник к биноклю.

– Перелёт метров на сорок, – сообщил он.

Инженер кивнул и кинулся к противовесу, снимая с него лишний груз. Из пяти требуше не пристрелянным остался один, им сейчас все и занимались. Со скорпионами были проще – они позволяли производить наведение. Потребовалось совсем немного выстрелов, чтобы достичь той точности, которая требовалась.

Пока машину перезаряжали, мальчик подозвал командира.

– В общем, в среднем получается на заряжение около пятнадцати минут. Всего у нас пять требуше… делаем так. Стреляет первый, выжидание три минуты, выстрел второй. Три минуты, стреляет третий; ещё три минуты, четвёртый; три минуты пятый. Когда выстрелит последний, первый уже должен быть заряжен и готов к стрельбе.

– Э-э… милорд, я прошу прощения, а зачем…

– А затем, чтобы неприятель находился под обстрелом постоянно! Камни должны лететь практически непрерывно. Скорпионы могут стрелять по готовности – у них скорострельность повыше будет чуток. Если враг не дурак, то от обстрела он скроется вон за тем небольшим холмом. Привешивайте нужный груз и отправьте туда пяток камней после чего ваша работа будет закончена. Не знаю, рискнут они ночью карабкаться штурмовать эту вершину, но солдат я вам оставлю.

– Хорошо, милорд.

– Зажигательные стрелы подготовили?

– Нет ещё, ваша светлость, но к вечеру обязательно сделаем.

– Добро. Сегодня утром прискакал гонец от наблюдательного поста. Показались корабли. Хорошо, что погода хорошая и ветра почти нет, а на вёслах не все идти могут. Ещё некоторое время они потратят на то, чтобы получить необходимые сведения… Им станет известно о разгроме Розентерна… Дальше всё зависит от того, кто командует авангардом.

– И что они будут делать, как вы думаете, ваша светлость?

– Я бы стал осторожничать, а вот тир Корун вряд ли станет. Если всё пойдёт нормально, то он высадится в этой бухте и займёт вон тот холм в качестве опорной базы…

Тут требуше снова выстрелил и Володя поднял бинокль.

– Недолёт метров десять. Будем считать разлёт в пределах погрешности. Ещё пару выстрелов для верности и отправьте кого-нибудь собрать все камни и стрелы которые мы настреляли с того холма… не дай бог ещё насторожатся.

Рядом, тяжело дыша, остановился Филлип.

– Ну и тропа, – пожаловался он. – Да ещё всё забита телегами и рабочими. Мы пытаемся расширять её, но это сильно замедляет работу.

– Надо было сразу думать и делать дорогу нормальной ширины. Тогда бы её и колёсами меньше разбило. Уже когда я поднимался лошади с трудом тащили груз. Приходится вполовину загружать телегу. Да и разъехаться на ней с трудом можно.

– Вроде нормально, милорд. Ещё несколько пней выкорчуем и станет легче. А где совсем разбито – доски из города принесли и подложили. Но я не про холм, тут вроде бы всё в порядке – остались мелочи. А вот крепость…

– Что там?

– Насыпь сделали, частокол тоже поставили, тем более этого добра мы запасли столько, что на пяток таких крепостей хватит.

– Ров?

– Почва уж очень твёрдая, рыть трудно, но ежели ещё сутки у нас будут, сделаем.

– Сутки будут точно. Сразу штурмовать город не полезут, остерегутся после Розентерна. Сначала они своих из осады выручат и подготовят место для высадки основных сил. Про колья и «ежи» что?

– Как вы и приказали, от той крепости вкапываем колья и крепим к ним «ежи». Оставили проход к городу только рядом с крепостью… как раз под «скорпионы» и баллисты. Ежели ещё лучников туда и арбалетчиков…

– Как раз для них крепость и ставим. И командовать ею будешь ты!

– Милорд?

– Хочешь стать рыцарям – работай. Я говорил с Конроном и он со мной согласился. Сделаешь всё в лучшем виде, будешь рыцарем. Как голос короля в Тортоне он имеет на это право. Пока всё хорошо.

Сам Володя по своему титулу, равным местному герцогу, тоже имел право произвести любого человека в рыцари, но решил, что лучше, если сделает это локхерец – для местных тиров это будет значить больше.

– Ну… признаться, милорд, с крепостью тут не столько моя заслуга, сколько городского фортификатора. Без него я бы не справился.

Володя рассеянно кивнул, всё это он прекрасно знал.

– Так что там с крепостью?

– Как размещать ежи? Можно сплошными рядами поставить, их хватит.

– Да? А как нам отступать? Задача ежей не блокировать, а мешать вести правильное наступление.

Мальчик перешёл на другую сторону холма и снова поднял бинокль. Видно из-за деревьев было не очень хорошо, но основную проблему заметил, подозвал Филлипа.

– Иногда полезно посмотреть на линию обороны с высоты. Видишь вон там свободное место? Если противник его заметит, то сможет обойти без всякого риска и ударить в тыл. И крепость окажется совершенно бесполезной.

Филлип усмехнулся.

– Будем надеяться, что и враг так подумает.

Мальчик вопросительно глянул на вассала.

– Там волчьи ямы и колья в траве. Ещё верёвки между ними натянуты. Пущай пробуют.

– Хм… – Володя изучил то место внимательней и покачал головой. – Даже не видно где. Здорово замаскировали. Когда успели?

– Всю ночь копали, милорд. Тоже предложение фортификатора, я хотел просто «ежей» накидать и ров вырыть, там грунт помягче.

– Что ж, замечательно. Тогда в чём проблема?

– В людях! Милорд, я не могу приказывать выделить солдат для гарнизона! А сейчас я командую только рабочими, пленными и солдатами охраны.

– Лучники сейчас тренируются, а там почти все из них твои. Ещё из ополченцев выберем и человек пятьдесят арбалетчиков.

– Мало, милорд.

– Извини, но они мне нужны. В будущей операции им отводится важная роль, но посмотрим, может и не нужно мне столько будет. Сейчас, хвала щедрости его величества Эриха Второго, у нас много арбалетчиков.

Следующие два часа Володя носился между холмом, строящейся крепостью и городом, проверяя как идёт подготовка ополчения, что с установленными на стенах машинами, как продвигается установка «ежей». В одно из таких перемещений его и поймал Конрон.

– Только что приехал гонец от наблюдателей, – с ходу сообщил он. – Корабли пока стоят, не предпринимая никаких действий километрах в двадцати отсюда.

Володя почесал ухо.

– Ты ел? – вдруг спросил он.

– Нет. Как раз собирался.

– Я тоже. Сейчас как раз обед привезли рабочим. Поехали на холм, там и поговорим.

Конрон спорить не стал и вскоре они вдвоём, получив свои порции, расположились около одного из требуше, откуда открывался замечательный вид на Радужную бухту.

– Значит, говоришь, ничего не делают?

– Да. Я поставил наблюдательные посты по всему побережью и сейчас мои разведчики следят за всем перемещением флота.

– Понятно. Что ж, этого следовало ожидать – напролом не прутся, сначала хотят получить все данные.

– То есть, ты ждал, что они не полезут сразу? Зачем же тогда торопил со всем этим строительством? Люди уже от усталости чуть ли не падают.

– Всегда был шанс, небольшой, но был, что там командиром кто-то вроде Розентерна, который решится с ходу влезть в заваруху, а там будет разбираться. Так что лучше поспешить и сделать всё раньше, чем потом хвататься за голову. А так… если они не сдвинутся с места в ближайшие два часа, значит действовать они будут только завтра. Остаток же дня они потратят на то, чтобы оценить новое положение после разгрома барона Розентерна.

– И какие же, по твоему, буду их действия?

– Самым логичным будет высадка десанта и соединение с остатками авангарда барона, запертых в крепости. Скорее всего утром об этом мы услышим.

– Думаешь пойдут утром? – возражать против самого плана Конрон не стал.

– Сейчас они километрах в десяти отсюда… скорее всего стоят в точке, где у них назначена встреча с гонцом от барона. Пока он там не появится действовать они не будут, по крайней мере сразу. – Мальчик глянул на часы. – С этим человеком они должны уже встретиться. Час или два они потратят на выработку плана в новой ситуации, потом перейдут к месту, удобному для десанта и высадят там часть сил… но до этого они должны послать гонца к осаждённым, чтобы договориться о времени совместного удара. Как только наше охранение заметит продвижение десанта надо будет бросать осаду замка и двигаться сюда, оставив только наблюдателей.

– Ну это само собой. Командиров я предупредил уже, только недавно вернулся оттуда. – Конрон недоверчиво оглядел зажаренное куриное крылышко, потом решительно впился в него зубами, запив изрядным количеством вина. Володя поморщился. Тир заметив эту гримасу, хмыкнул. – Молод ты ещё, – сообщил очевидное. – Не ценишь хорошее вино.

– Ценю, но не в таких количествах. Как ты можешь столько пить и оставаться трезвым?

– Практика! – гордо сообщил Конрон и снова приложился к кувшину.

И не очень крепкое вино, мысленно закончил Володя. При всей любви рыцаря к выпивке, пить он всё же предпочитал вино, разведённое с водой. Только на праздниках пил не разведённым. Наверное, это и позволяло тиру сохранять ясность мысли несмотря на выпитое. Володя же подходил к выпивке с изрядной долей осторожности. Не отказывался, если предлагали, но одну кружку мог цедить весь вечер и ещё оставлял что-то на дне.

Тут приехал очередной гонец. Подскочив к Конрону, он что-то быстро ему доложил, после чего умчался в сторону котла за едой.

– Всё ещё стоят, – сообщил Конрон, когда гонец ушёл. – Я велел докладывать каждые полчаса.

Володя поднялся и стряхнул с себя крошки.

– Значит до завтра новостей уже не будет. Поеду в город, посмотрю как идёт тренировка ополчения. В этом сражении от пехотинцев будет много зависеть.

– Давай, – махнул мальчику рукой Конрон. – А я тогда тут останусь, буду смотреть что там и как. Если что, где искать?

– Либо на полигоне у северной стены, либо в доме Осторна.

Конрон кивнул и тоже встал.

– Проедусь-ка я к замку, где мы заперли остатки родезцев, ещё раз переговорю с тамошним командиром. А то ещё устроит героическую оборону.

– Есть такой шанс? – удивился Володя.

– Дорейн, – сообщил Конрон, словно это всё объясняло. Но тут же всё-таки пояснил: – Отчаянный парень. Я его отца знал, такой же рубака.

– Тогда замени этого Дорейна на кого поспокойнее. Нам ещё не хватало сорвать все планы из-за этого отчаянного парня.

– Я тоже об этом думал. Когда я сегодня там был и объяснял его задачу он с ходу предложил вариант как можно остановить десант и опрокинуть его в море. Оказывается он уже всю местность изучил вокруг и нашёл пару подходящих мест.

– Тогда тем более гони его оттуда.

– Пожалуй, ты прав. Мне кажется, он так и не понял, что наша цель не этот отряд, а вся армия…

– Наверное, потому что ты ещё сам в это не веришь, – хмыкнул Володя.

– Не то, чтобы не верю… просто… Впрочем ладно. Давай, езжай уже.

Володя вскочил на коня… Сначала лучники, где проверил как идёт тренировка. Люди, чуть ли не падая от усталости, несмотря на регулярный отдых, продолжали тренироваться. Отряды приобрели уже почти оформленный вид, и даже слушались команд офицеров… иногда. Впрочем, по сравнению с прошлым разом это можно считать прогрессом. А вот его отряды из бывших рабов уже почти превратились в боеспособный отряд. Почти. Всё решит первый бой, но в их тренировках уже виделась будущая структура совершенно новой для локхерцев пехотной армии: структурированной организации, сложенной и подготовленной.

– У нас есть ещё этот день и завтрашний, – сообщил Володя командиру. – Потратьте его с толком. Основное внимание действиям восьмёрок – будущий бой будет свалкой, где такие маленькие, но слаженные подразделения получат большое преимущество.

Лигор кивнул.

– Нам не хватает доспехов, милорд.

– Да знаю, я Лигор! Но где я их возьму? И так все склады уже опустошены! Сколько не хватает?

– Ещё бы комплектов двести… это самые нуждающиеся у которых кроме щита никакой защиты.

Володя вздохнул.

– Сколько сейчас всего людей?

– Пятьсот с небольшим.

– Мда… Ладно, переговорю с Роухеном. В крайнем случае разденем ополченцев, которые останутся в городе – им доспехи всё равно не пригодятся.

Роухен к такой идее отнёсся очень отрицательно.

– Чтобы я отдал их рабам? Да ни за что!!!

Мальчик постарался воззвать к разуму.

– Да пойми ты, этим ополченцам всё равно на стенах города сидеть, а тем в бой идти.

– Они хотели кровью завоёвывать себе свободу? Вот пусть и завоёвывают! Не дам!

Володя ещё минут пять пытался уговорить начальника гарнизона, но в конце концов не выдержал:

– Через два часа выделить те отряды, что остаются в городе и найти двести комплектов доспехов! Если через два часа их не будет у Тортона появится новый начальник гарнизона! Приказ ясен?!

Под яростным взглядом Роухен чуть отступил и отвернулся.

– Я доложу тиру Конрону. Это надо с командующим согласовывать.

– Во-первых, ты знаешь, что Конрон мой приказ всё равно поддержит, а ты потеряешь только время из выделенных тебе двух часов. А во-вторых, ты всё равно сначала выполнишь мой приказ, а потом будешь докладывать о нём кому угодно. Хоть самому господу богу!

Угробить только-только создающуюся новую армию из-за упрямства Роухена Володе не хотелось совершенно – столько сил в неё вложил, сколько времени сидели с Лигуром, обсуждая тактику подразделений. Володя тогда впервые кратко описал тактическое построение римского легиона и принцип его действий. Лигур тогда долго чесал голову.

– Это ж сколько тренироваться надо, чтобы такое творить…

– Много. У нас столько времени всё равно нет. Потому сильно усложнять не будем – главное научить твоих людей держать строй и слушать команды.

Лигур вроде бы не спорил, но Володя заметил, что на тренировках некоторые приёмы из услышанного всё же отрабатывает. Например, разворот вправо или влево в случае внезапной атаки фланга, отрабатывалось и планомерное отступление.

Следующим пунктом было неприятная, но необходимая обязанность, которую хотелось оттянуть как можно дальше, но увы. Игра уже началась и медлить дальше с принятием решений становилось рискованным.

Скрипнула дверь и Володя вошёл в уже знакомую тюремную камеру. Раймонд поднял голову.

– Уже?

– Мой человек уже на кораблях. Время пришло, Раймонд.

Тот изучил стоявшего перед ним мальчика и хмыкнул.

– А ведь ты боишься, милорд. Тебе отчаянно хочется, чтобы я согласился с твоим предложением. Не потому, что тебе меня жалко, а потому что убивать не хочется. Не в бою, а вот так, безоружного. Ещё не приходилось?

Мальчик отвернулся.

– Нет, – буркнул он.

– Так отдай приказ.

– Приказ или сам сделаю – это ничего не изменит, всё равно на моей совести будет. Так что ты решил, Раймонд?

– Ты же знаешь, мой ответ.

– Знаю… – Володя сел на пол и опустил голову.

– Обидно. – Вдруг заговорил Раймонд. – Нет, я не боюсь смерти, не думай, просто… вы действительно заинтересовали меня, милорд. Очень интересно, чем всё у вас закончится… очень хочется посмотреть…

– Тебе достаточно согласиться…

– Ты же понимаешь, что я не могу. Дело даже не в присяге, которую я давал… Однажды его величество спас меня от участи много худшей, чем смерть. С того момента моя жизнь принадлежит ему. Я мог отказаться от этого задания, поскольку шпионаж не совместим с рыцарской честью, но…

– Чушь.

– Это твоя точка зрения. Но предать короля я не могу.

– Что ж… это твой выбор. Если я могу что-то сделать… в пределах разумного…

– Сделать? Я не прошу, но, милорд… если будет такая возможность и это никак не повредит вам… прошу, передайте его величеству, что я не предавал его.

Володя замер, потом медленно кивнул.

– Если будет такая возможность, я передам…

Выйдя из камеры, мальчик устало прислонился к стене и прикрыл глаза. Сглотнул. Потом посмотрел на перепуганного стражника, который никак не мог понять, что случилось с князем.

На улице Володя, под удивлёнными взглядами охраны, попытался пару раз запрыгнуть на коня, но оба раза безуспешно. Потом ухватил коня за повод и зашагал пешком. Охранники переглянулись, недоумённо пожали плечами и пристроились следом.

За время путешествия до дома купца Володя уже немного пришёл в себя, но слуга Осторна, который встретил его на улице, вдруг испуганно отшатнулся, а потом торопливо провёл мальчика в дом и исчез. Володя машинально прошёл в выделенную ему комнату и там рухнул на кровать. Заскочившая было туда радостная Аливия испуганно замерла у двери, попятилась, но тут же решительно вошла и закрыла за собой дверь. Осторожно присела рядом.

Володя чуть приподнялся и вдруг ухватил её и прижал к себе.

– Если бы ты знала, как мне паршиво, Ленка… Я чуть-чуть не сделал то, что потом бы никогда себе не простил…

Девочка сначала дёрнулась было, но тут же замерла, а потом осторожно провела ладошкой ему по волосам.

– Всё будет хорошо, Володя. – Во всём мире только она так называла его… очень-очень редко. – Честно-честно. Я обещаю, что буду слушаться тебя…и… и… и даже умываться буду каждое утро и зубы чистить. Вот! Ты только не грусти.

Против воли мальчик улыбнулся.

– Да, для тебя это великий подвиг. Помню, как ты пищала каждое утро, когда я тебя к умывальнику тащил.

– Так зима же была! – Возмущённо закричала девочка и даже вскочила. – А вода холодная, бррр!

– А сейчас? Каждое утро умываешься?

– Ну-у… я же болею, вот!

– Ага. Скакать по пляжу и наполнять мешки песком твоя болезнь тебе не мешала, а умываться, это, конечно, тяжело, – серьёзно покивал мальчик.

Аливия надулась. Плюхнулась на кровать и отвернулась. Володя быстро привстал, повалил её на кровать и слегка пощекотал, старясь не задеть шов. Девочка взвизгнула, вскочила и схватила подушку, замахнулась… В этот момент в комнату вошёл Осторн и замер.

– Папа! – Сообразив, что сейчас её точно не будут хвалить, Аливия решила, что лучшая оборона – нападение. – А он первый начал! Я щекотки боюсь, а он… а он…

Купец чуть прикрыл глаза, что-то решая.

– Я пришёл пригласить вас к ужину, милорд.

Веселясь с Аливией, Володя даже забыл недавнее, но тут всё навалилось на него снова. Мальчик сразу помрачнел.

– Спасибо, не хочется.

– Аливия, в столовую. Дай милорду отдохнуть. Видишь, он устал.

Девочка нерешительно обернулась.

– Иди, – кивнул ей Володя. – Тебе надо есть, если хочешь поскорее выздороветь.

– Я потом приду. Обещаю.

У двери девочка обернулась, заметив, что Володя снова погрузился в какие-то неприятные воспоминания, нахмурилась и быстро вышла.

До самого вечера мальчик провалялся на кровати, стараясь ни о чём не думать. Потом пришла Аливия, судя по всему выдержав нешуточный бой с отцом и всё-таки настояв на своём праве прийти к «старшему брату». Зашла нахохлившаяся и сердитая, но тут же заулыбалась и потребовала рассказать очередную интересную историю потому что: а – давно не рассказывал; б – вечно занят, а сейчас тут и в – больной всегда надо идти навстречу, тогда выздоровление пойдёт быстрее, сам говорил!

Последний аргумент Володю сразил и он с усмешкой согласился, пытаясь вспомнить из известных ему сказок, которые ещё не рассказывал ей, пока они жили на острове.

– Я тебе расскажу историю про одну непослушную девочку и что из её непослушания вышло.

Аливия тут же уселась на кровать поближе к Володе и навострила ушки.

– А она совсем-совсем не слушалась?

– Совсем. Итак, звали эту девочку Красная Шапочка…

К концу историю Аливия вцепилась в руку Володи со всех сил, глаза с блюдца.

– А волк не съест её? Ну скажи, съест или нет?

– Да дослушай же ты! – Володя постарался освободить руку, ну куда там. – Так мне рассказывать или сразу сообщить окончание?

– Ты скажи, волк съест Красную Шапочку или нет, а потом рассказывай.

– Ну уж нет. Или я рассказываю по порядку, или просто сообщаю чем всё закончится.

Аливия поёрзала, а потом кивнула.

– Рассказывай.

Мальчик понизил голос, нагнетая таинственность:

– И вот Серый Волк побежал короткой дорогой, пока Красная Шапочка шла в обход и постучал в дверь…

– Глупая бабушка! Разве можно незнакомых в дом пускать!

– Наверное, бабушка в детстве тоже старших не слушала, – согласился с ней Володя.

История же тем временем подходила к концу. Красная Шапочка подошла к дому бабушки, постучала в дверь, волк пригласил её заходить в дом, вот Красная Шапочка входит… Мальчик сделал паузу и глянул на напряжённое личико девочки, которая уже готова была либо разреветься, либо захлопать от радости в зависимости от исхода. Володя вздохнул и не рискнул закончить сказку так, как она заканчивалась у Шарля Перро…

– Бабушка, бабушка, а почему у тебя такие большие глазки?

– А что бы лучше видеть тебя внученька.

– Бабушка, бабушка, а зачем тебе такие большие зубки?

– А это чтобы съесть тебя! – взревел волк выпрыгивая из кровати и хватая Красную Шапочку…

Аливия подалась вперёд, слушая.

– И в этот момент распахнулась дверь и в комнату ворвались охотники, которые давно уже шли по следу волка. В последний момент они выстрелили и убили зверя, когда он уже готовился проглотить Красную Шапочку. Вот так девочка была спасена, но если бы она сразу послушалась мамы и не стала бы разговаривать в лесу с незнакомцами, то ничего бы этого не было.

– Я знала! Я знала, что волк не съест Красную Шапочку!

– Ну а ты поняла, что не надо разговаривать с незнакомцами?

– Конечно! Вот если бы Красная Шапочка училась бы у тебя айкидо, она бы как дала этому волку корзиной промеж ушей, а потом за хвост… шкуру можно будет у камина постелить. Знаешь, как хорошо на волчьей шкуре?

Володя только рот раскрыл, слушая кровожадные мечты этой пигалицы.

– А ты меня ещё мечом научить драться обещал! Тогда рррраз! Ррраз, один волк, второй!

– Эй-эй, угомонись! Ты так всех волков перебьёшь. Не пора ли вам, юная леди, в постельку и спать? Больные, между прочим, нуждаются не только в сказках, но и в хорошем и крепком сне, а потому марш к себе и баиньки.

Аливия надулась.

– Я ещё хочу сказку.

– Хочешь, чтобы с тобой произошло тоже, что с Красной Шапочкой? Она тоже не слушалась.

– Ерунда, – девочка беспечно махнула рукой. – Ведь тогда ты придёшь и спасёшь меня, как те охотники. Правда?

Володя только вздохнул. Всё-таки зря он переделал финал, надо была рассказывать как в оригинале.

Однако шрам, похоже, всё ещё доставлял девочке неудобство, потому что она всё чаще и чаще касалась бока и слегка морщилась. В конце концов сообразив, что сказки больше не будет, она поднялась, пожелала спокойной ночи и вышла в коридор, чуть кособочась при ходьбе. Володя пообещал завтра взглянуть на то, как идёт заживление и коря себя за то, что не сделал это давно. Не то, чтобы он опасался, поскольку шов уже затянулся и никакого заражения не грозило, иначе давно бы началось, но… спокойнее, когда сам следишь.

На следующее утро Володя как раз заканчивал осматривать Аливию, когда в комнату ворвался Конрон.

– Гонец… только что прискакал… сообщение…

Володя удивлённо глянул на тира.

– Ты от самых стен пешком что ли сюда бежал?

– Что? А, нет. Ладно. В общем, родезцы сегодня утром с рассветом высадили десант и двинулись к осаждённому нами замку. Те как раз сейчас должны были начать отступление.

Володя вскочил и стал торопливо снаряжаться в свои доспехи и привешивать мечи, схватил накидку и посох.

– Поехали. Осторн, из дома никому не выходить… пожалуйста. Конрон, где Роухен? Надо усилить патрули в городе.

– Сам скажешь, на улице ждёт.

Мальчик кивнул, торопливо обнял Аливию и выскочил из комнаты. Роухен и правда ждал во дворе – сидел на коне и мрачно смотрел по сторонам. Володя тут же повторил приказ по поводу патрулей.

– Я уже распорядился, милорд.

Мальчик вспрыгнул на подведённого слугой коня, но тут же замер, оглянулся.

– Что с доспехами?

Роухен ещё сильнее насупился, но ответил:

– Пришлось разоружить ополченцев.

– Ополченцам в бой не идти. Атака на город случится только в том случае, если мы потерпим полное поражение, но в этом случае наличие или отсутствие у ополченцев доспехов никакого значения иметь не будет.

– Я поеду распоряжусь по поводу усиления часовых на стенах и у ворот. – Роухен чуть поклонился, пришпорил коня и умчался.

– Чего это с ним? – удивился Конрон, выходя из дома, где задержался, попросив служанку принести воды попить.

– Ему не нравится мой приказ по поводу доспехов.

– А-а-а. Он приходил ко мне жаловаться. Признаться, я его понимаю. Отдавать доспехи каким-то…

– Конрон, каждый оставшийся в живых солдат – это лишний защитник на стенах, как бы наш план не закончился. Или ты думаешь нам удастся разгромить родезцев полностью? Поэтому нам надо постараться свести потери к минимуму!

Вскоре они выезжали из ворот, где им встретился ещё один гонец: родезцы, высадив десант, быстро продвигались к осаждённой крепости и вот-вот должно было случится столкновение.

У вновь выстроенной деревянной крепости, где ещё продолжались работы, Володя с Конроном остановились. Проехав чуть дальше, чтобы не мешать рабочим, они соскочили с коней и расположились чуть в стороне от дороги, чуть в стороне располагалось человек пятьсот латников, готовых по приказу сорваться на помощь. Один из латников тут же воткнул штандарт с гербом Конрона, чтобы все видели, где находится командующий. Володя уселся прямо на траву, обхватил колени руками и замер, дожидаясь новых вестей. Конрон сначала сел рядом, но не выдержал, вскочил и быстро заходил из стороны в сторону. Володя с интересом наблюдал за ним. Замерев в очередной раз, он изучил горизонт и, не заметив там гонца, сердито обернулся к Володе.

– У тебя вообще нервы есть?! Как можно быть таким спокойным?! – Конрон тут же снова забегал.

– У меня на родине есть одна очень мудрая пословица. Как раз к нашему случаю.

– Что? – Конрон снова замер.

– Скорее не пословица, а просто присказка. Знаешь, почему командующие не бегают? Потому что в мирное время это вызывает смех, а в военное – панику.

Конрон задумался, осмысливая фразу. Потом фыркнул и плюхнулся рядом.

– Панику или нет, но эта неопределённость меня добивает.

На некоторое время тир успокоился, но вскоре опять начал метаться по полю. К счастью в этот момент прибыл очередной гонец, впрочем, доставленные им новости определённости не добавили. Известно было только, что осаждающие стали отступать и что произошёл бой.

– Какой бой? – нахмурился Володя. – Ни о каком бое мы не договаривались.

Гонец пояснений дать не мог. Снова минуты неопределённости и новый гонец: отряд отступает, их преследуют, но не очень большие силы.

Володя кивнул Конрону.

– Надо бы сбить спесь с этих преследователей, но если они не примут бой, не преследуй.

Конрон довольный вскочил.

– Наконец-то дело! – призывно махнув ожидающим его всадникам, он возглавил отряд и умчался по дороге.

Володе осталось только сидеть и ждать известий… Один из недостатков возраста, несмотря на то, что в четырнадцать лет в это время люди считалось вполне взрослыми, готовыми и воевать и командовать армиями. И командовали. Даже в его случае ни у кого не возникло даже мысли сомневаться в его праве отдавать приказы. Другое дело опыт, вот его катастрофически не хватало. Никакие знания не заменят практического опыта. В походах же… ну что походы? Всё-таки действия спецподразделений его мира в корне отличались от действий войск.

Его неплохо натаскали как диверсанта-одиночку, способного не столько нанести какой-то вред врагу, сколько выжить в трудных условиях, дали практику управления небольшими отрядами, но всё равно этого было мало и недостаточно. Да и опыт этот, честно говоря, годился очень ограниченно. И как ни старались психологи на базе натаскать его как раз для таких вот случаев, но трудно ветеранов, прошедших не одну схватку, заставить слушать какого-то мальчишку с необычными и, на их взгляд, совершенно дурацкими идеями.

Это тоже учитывалось при подготовке на базе… вот и приходилось всегда оставаться на заднем плане, выступая генератором идей, но вперёд выдвигая тех, кто мог своим авторитетом и властью заставить стронуться весь этот механизм вассальных присяг, интересов различных кланов и купцов. Таким тараном зачастую выступал Конрон, принимая на себя все удары. В подготовке новой армии тоже пришлось подыскать подходящего человека, готового принимать новые идеи. Главное эти идеи правильно подать и помочь советом при возникновении сложностей. Практическое же воплощение ложилось целиком на плечи этих вольных, а порой и невольных помощников.