Текст книги "Князь Вольдемар Старинов. Дилогия"

Автор книги: Сергей Садов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 80 страниц)

– Вы очень щедры, господин, – неодобрительно отозвался Филипп.

Володя промолчал. Он и сам понимал, что поступил опрометчиво, но сделал так под влиянием момента. Зато как на него смотрела Аливия! С каким восхищением! Хм… Володя чуть скосил на неё глаза. Девочка весело скакала рядом с высоко поднятой головой и гордо поглядывала на прохожих: смотрите, с кем я иду! С каким замечательным человеком! Он самый-самый лучший!

Мальчик вздохнул. Действительно опрометчиво поступил, да и у артистов могут быть проблемы. Оставалось надеяться, что у них хватит ума припрятать нежданный гонорар подальше.

Новый шум толпы и крики теперь уже заинтересовали Володю. Шум оказался вызван очередным развлечением, на этот раз с участием какого-то силача, который стоял на деревянных подмостках, напоминающих боксёрский ринг, только ниже и без ограждений. Стоявший на них человек что-то громко говорил, обращаясь к зрителям, правда не очень разборчиво, и Володя, ещё не настолько знавший язык, чтобы понимать разные говоры и диалекты, мало что понял.

– Что тут за дела?

– Этот человек вызывает на бой всех желающих. Если кому-то удастся продержаться до того, как из котелка высыплется весь песок, он получает весь приз. Если побеждает силач, он его забирает себе, – перевёл Филипп.

Володя глянул на котелок с дыркой и привязанной к нему верёвкой. Котелок пока стоял на земле, но если его поднять, песок начинал высыпаться. Судя по размеру, хватит его минут на пять… хотя тут ещё от величины дыры зависит, а её не видно.

– Ты с ним справишься! – гордо и громко возвестила Аливия. Володя едва не подавился, а окружающие сначала посмотрели на девочку, потом на Володю. Рассмеяться не осмелился никто, но взгляды были более чем красноречивыми.

– Нет уж, я лучше в сторонке постою, – отбрыкался мальчик, глядя на мускулатуру борца. – Я сегодня не в форме.

К счастью, как раз в этот момент нашёлся один желающий. Он высыпал несколько монет на поднос, где уже лежала горсть от борца. Вот он вышел и встал напротив. Разница в мускулатуре у них не очень велика, но борец явно тренирован именно для таких потасовок, в то время как этот человек типичный крестьянин, тяжёлый труд накачал ему мышцы, но не привил навыков.

– Никаких шансов, – покачал головой Филипп. Володя с ним молча согласился.

Так и получилось. Едва помощник поднял котелок и из него в специальную посудину упали первые песчинки, борец, расставив руки, бросился вперёд. Крестьянин попытался встретить эту гору и скопировал движение, но борец вдруг присел, подхватил крестьянина, поднял, сделал круг по подмосткам, не обращая внимания на попытки противника вырваться, после чего вышвырнул его к зрителям.

– Как я понимаю, выигрывает тот, кто положит соперника на спину или выкинет с подмостков? – поинтересовался Володя.

– Совершенно верно, милорд.

– Хм… Когда-то у нас тоже любили такие развлечения, но сейчас они уже вышли из моды.

– А чем развлекаются у вас на родине сейчас, милорд?

– Да такие же состязания, только более регламентированные. Бокс – это бой на кулаках, борьба – что-то похожее на это.

Побитый крестьянин, прихрамывая, удалился, Володя заметил, что его монеты с подноса не убрали. Вот нашёлся ещё один доброволец, не крестьянин, солдат. Он положил свои монеты и тоже вышел вперёд. Крик о готовности и новая схватка, закончившаяся так же быстро – солдат попытался пнуть борца, но тот перехватил удар и за ногу просто вышвырнул того с арены.

– Ммм… – Володя задумчиво почесал кончик уха и внимательно понаблюдал за третьим боем.

– Мне кажется, что этот боец ни разу не проигрывал… и ещё он не очень опытен.

Филипп удивлённо глянул на синьора, потом на борца.

– Вы уверены, милорд?

– Мне так кажется. Подожди, сейчас ещё одна схватка… – Понаблюдав за ней, Володя кивнул. – Да, похоже, так и есть.

Филипп на миг задумался, потом поднял руку. Борец, разглядев людей вроде бы из благородного сословия, поспешно подошёл и чуть поклонился.

– Его светлость интересуется твоим именем!

Володя именем борца совершенно не интересовался, но счёл за лучшее промолчать, недоумевая, чего хочет Филипп.

– Его светлость… – зашушукались вокруг, искоса поглядывая на невозмутимого мальчика, который пообещал позже высказать кое-что вассалу. Его светлость на рынке, как два министра в трамвае… хотя в это время вероятность встретить герцога на базаре всё-таки много выше.

– Рут Кордон, ваша светлость, – на этот раз борец поклонился ниже.

– Скажи, ты давно уже так зарабатываешь?

– Уже больше двух месяцев, ваша светлость. – Спрашивал Филипп, но отвечал Рут только Володе, добавляя неизменное «ваша светлость». Ну, вроде бы логично, спрашивает типа синьор, но ведь не лично же ему общаться с простолюдином? По крайней мере, именно так эту картину понял Володя.

– И сколько раз проиграл?

– Ещё ни разу такого не было.

Володя снова нащупал кошельки в сумке, но на этот раз действовал осторожнее и достал всего лишь несколько серебряных монет, которые и протянул борцу.

– Молодец. Мне понравились твои бои. Держи.

– Благодарю, ваша светлость! – Глаза борца загорелись азартом, а мальчик развернулся и отправился дальше.

– Знаешь, Филипп, – задумчиво проговорил он, останавливаясь. – Пожалуй, один раз я смог бы его победить.

– Потому что он неопытен?

– Э-э-э… да. Хотя в основном потому, что он ни разу не проигрывал. Если проиграет хотя бы раз, я с ним состязаться не рискну.

– М-м-м… – Филипп задумался, пытаясь понять логику.

– У меня на родине есть такая поговорка: за одного битого – двух небитых дают. Пока он не потерпел ни одного поражения, он слишком самоуверен. Бросается вперёд, не пытаясь оценить врага. Однажды ему это аукнется, но пока везёт. Как только проиграет хоть раз, он станет осторожнее, и уже не будет так атаковать, словно бык красную тряпку. Пока же его на этом можно легко подловить.

– Хм… – Филипп крепко задумался.

– Володь, я устала, – вдруг захныкала Аливия. – Есть хочу.

Мальчик взглянул на наручные часы и охнул, уже почти пять часов мотаются по этому базару. Естественно, устала и проголодалась.

– Ладно, возвращаемся. Потерпи ещё немного, Кнопка, придём и поедим.

– Милорд, я вам сейчас нужен? – вдруг поинтересовался недалеко от постоялого двора Филипп.

– Да нет, – удивился Володя. – До утра мы в любом случае здесь останемся. Что-то хотел?

– Вы позволите мне ненадолго отлучиться?

– Ну если очень надо… Только постарайся вернуться до того, как мы ляжем спать.

– Конечно, милорд. – Филипп чуть поклонился и отправился обратно. Мальчик удивлённо проводил его взглядом, потом пожал плечами.

На постоялом дворе их ждал Джером, но Володя от него отмахнулся, когда тот пригласил их на конюшню посмотреть покупку.

– Я полностью доверяю тебе в этом, в конце концов, тебе же лошадью и править. Извини, но я сейчас сильно устал, да и есть хочется.

– Я как раз заказал еду, – тут же сориентировался Джером. – Сей миг всё будет… а…. а где Филипп?

– Понятия не имею. Ему куда-то срочно понадобилось уйти. Я его отпустил до вечера. Оставь там для него чего-нибудь…

Филипп появился через два часа с фингалом под глазом, но ужасно довольный.

– Вы были правы, милорд, – сообщил он удивлённому синьору, который разглядывал его украшение. – Это действительно бык, который ничего перед собой не видит. Когда он бросился на меня, я просто посторонился, а потом слегка подправил направление и он сам вылетел с подмостков, не успев затормозить. – Видя общее недоумение, пояснил: – Я подумал, почему того прекрасного парня должен обучить осторожности кто-то другой? Почему не я? Я подождал, когда у него на подносе накопится достаточно монет, и вышел сам. Вот, милорд! – Филипп выложил на стол кошелёк с выигрышем.

Мальчик удивлённо глянул на него, потом сообразил: выигрыш вассала – выигрыш и синьора, а это его доля. Подумав, он вернул кошелёк обратно.

– Оставь себе. Похоже, борьба оказалась вовсе не так проста, как стараешься показать.

– Ну… попотеть пришлось, конечно. – Словно так и должно быть, Филипп спрятал кошелёк.

– Тогда иди отдыхай, завтра с утра выезжаем.

– А если бы он ногу сломал? – возмутился Джером, когда солдат ушёл. – Он ради выигрыша поставил на кон наше дальнейшее путешествие!

– Так не сломал же, – пожал плечами Володя. – К тому же, полагаю, выигрыш его интересовал меньше всего. И вообще… тебе ведь тоже рано вставать.

– Конечно, милорд, – Джером, всем своим видом выражая несогласие с позицией господина, удалился. – Ещё я узнал про караван, который собирается завтра покинуть город, – напоследок сообщил он. – Правда он идёт не в Тортон, а в Сорвенну – это ближайший к нам порт. Я на всякий случай договорился о месте для нас, в Тортон же мы можем отправиться на корабле – это всяко безопасней будет, чем по суше.

– Хорошо. Завтра решим. – Володя пожал плечами, а потом занялся кроватью. Убедившись, что от мелкой живности не осталось и следа, он достал свои одеяла и постелил их.

– Кнопка, давай переодевайся и ложись.

– А ты где ляжешь?

– Рядом на полу постелю, как раз матрас с кровати пригодится. И не спорить! Ложись, завтра рано вставать.

Глава 17

Разбитые конницей дороги не самая лучшая вещь для путешествия. По крайней мере, на телеге ехать точно не очень удобно. Потому Володя, как и все остальные, неторопливо шагал пешком, занятый тем, что разглядывал дорогу перед собой, опасаясь споткнуться о какую-нибудь рытвину. Скорость передвижения такая, что и Аливия успевала.

– Ну и зачем мы купили нового коня, если всё равно плетёмся как черепахи? – риторически вопросил Володя в пустоту. Не дождавшись ответа, он печально вздохнул и оглянулся, рассматривая тот караван, который собрался в Рогуре. Война и бандиты превратили путешествия по дорогам королевства в игру, сравнимую с русской рулеткой. Потому и собирались такие вот обозы. Здесь и солдаты – охотники за удачей, которые направлялись в порт, и купцы с товарами, и крестьяне, едущие на ярмарку в крупный портовый город. Да проще сказать, кого тут не было. Вот их обогнала крытая повозка. Володя равнодушно проследил за ней, мысленно ругнувшись, и поспешно отвернулся, чтобы не наглотаться пыли, но тут его внимание привлёк радостный крик Аливии. Мальчик обернулся и заметил на задке телегу ту самую девочку-акробатку, выступление которой он наблюдал в городе. Повозка неторопливо проползла вперёд и снова встала в общий строй.

– Володь! А Володь! – Аливия задёргала мальчика за рукав. – А можно я туда? Можно?

Мальчик вздохнул, но согласно кивнул.

– Только если они опять вперёд поедут, возвращайся.

Аливия радостно взвизгнула и помчалась к возу. Вскоре она, правда, вернулась, но уже со своей новой знакомой.

– Вот! Её зовут Линара.

– Здравствуй, – кивнул девочке Володя. Та стушевалась, но поклониться не забыла.

– Для меня большая честь, милорд. Спасибо вам за вашу щедрую плату.

– Не за что. Как я говорил, легко доставшееся не ценится. И если вы собрались играть, проследи, пожалуйста, за Аливией. Она ещё маленькая.

– Я не маленькая!!! – возмущённо завопила девочка. – И я сама за ней присмотреть могу!

– Конечно, – серьёзно согласился Володя. – Присмотрите друг за другом.

Вскоре они уже бегали чуть в стороне от дороги по траве. Линара демонстрировала свои умения, Аливия восхищённо наблюдала, потом пыталась повторить. Получалось не всё, потому девочка сердилась, но тут же успокаивалась и показывала те приёмы из айкидо, которые уже освоила. Вскоре к ним присоединились ещё дети из каравана, и теперь слева от дороги постоянной стайкой носилась детвора, играя в какие-то свои игры.

– Не следовало бы ей играть с детьми низкого рода, – рискнул заметить Джером, неодобрительно наблюдая за игрой.

Володя приставил руку козырьком и стал что-то старательно выискивать среди детворы. Вздохнул.

– Нет. С такого расстояния не вижу никаких социальных границ. – Потом глянул прямо в лицо Джерому и серьёзно добавил: – Когда подрастут, они в полной мере нахлебаются этой разницей в социальном положении. Зачем портить им настроение сейчас?

Джером замялся, но что ответить не нашёл. Филипп глянул на синьора слегка удивлённо, но одобрительно.

Путешествие шло хоть и медленно, но в такой толпе вполне безопасно, что, собственно, и требовалось. Правда, немного нервировало отсутствие новостей, хотя Володя подозревал, что в настоящее время это скорее, благо, поскольку никаких хороших известий не ожидалось. Единственное, что ему хотелось, это доставить Аливию к отцу до того, как в королевстве всё рухнет окончательно. А в том, что так и случится, он не сомневался.

Знакомство с бродячими артистами совершенно неожиданно обернулось ещё одной положительной стороной. Оказалось, что та семья, которую Володя видел на базаре вовсе не все артисты, просто акробаты в этот день выступали отдельно. Среди них был и силач и фокусник, но для Володи важнее то, что с ними ехал профессиональный бард. Когда вечером отдыхая у костра, Володя наигрывал простенькую мелодию к нему подсел какой-то человек и стал слушать. Потом прибежала Аливия со своей новой подружкой и потребовала что-нибудь спеть. Володя противиться не стал, а пока он пел, девочка тихонько переводила… то, что понимала. Тогда-то тот человек робко попросил разрешения попробовать перевести песню самому, если ему расскажут слова. Так Володя познакомился со Сторном, и все последующие дни путешествия они провели вместе, занимаясь переводом, порой споря до хрипоты над каждой фразой или рифмой. Мальчик хотел перевода Высоцкого наиболее близко к оригиналу, а Сторн настаивал на адаптации под местные условия.

– Ну и что, что так не принято? В конце концов, это же песни совсем другой страны! Пусть звучат так, как пел автор! А если хочется что-то привычного, так пусть местные песни и слушают!

– Милорд прав, – неожиданно поддержала Володю мама Линары, которая частенько приходила слушать их работу над переводом. – Прелесть его песен как раз и заключается в их необычности, в другой… ауре, что ли. Зачем из прекрасных песен его родины делать бледное подобие наших?

Сторн задумался. Долго чесал затылок, потом вынужденно признал свою неправоту. Первая скованность от общения с благородным давно уже пропала, а когда вопрос касался его профессиональной деятельности, он и вовсе порой терял тормоза. Судя по реакции на такие вспышки со стороны Джерома и Филиппа, точнее по её полному отсутствию, к бардам здесь относились весьма почтительно и многое им прощали, а само занятие не считалось чем-то предосудительным для благородного. К тому же барды выполняли ещё негласную роль распространителей новостей, бродя по городам и странам. Что заставило Сторна прибиться к группе странствующих артистов, Володя не совсем понял, но путешествовал он с ними, похоже, уже давно. Так что скучное первоначально путешествие превратилось в весьма полезное и познавательное, тем более от Сторна он многое узнал о жизни в этом мире – постранствовать тому в своё время, похоже, пришлось немало. В свою очередь он и сам кое-что рассказывал о себе… в пределах легенды, понятно.

– А что это за закрытая военная школа? – поинтересовался позже Филипп. – Вы уже упоминали об этом, но как-то непонятно.

– Честно говоря, даже не знаю, что сказать, – растерялся Володя. – Там довольно всестороннюю подготовку давали. У нас нельзя назначить кого-то офицером, даже самого благородного, если он не прошёл обучения.

– Вот оно как, – удивился Филипп. – Весьма оригинально.

– Я говорю, это трудно объяснить. Проще объяснить чему там учат. Меня например учили разведывательным действиям, тактике, теории осады. Ещё инженерное дело… э-э-э… катапульты, там, инженерное обеспечение позиций, логистика… то есть теория снабжения…

– Да чего там теоретизировать? – совсем растерялся Филипп. – Загрузил в телеги провиант и вперёд.

– Ну… даже не знаю, как объяснить. Вот представьте, что командующий ставит перед вами задачу доставить в армию провиант и оружие для новичков. Сформирован обоз, вы едете. Какой порядок определите у обоза?

– Гм… Вообще-то обозы водить мне не приходилось, потому опыта тут у меня никакого нет.

– Так ведь и у меня нет. Видите ли, знания получать можно двумя путями: на собственном опыте или в процессе обучения кем-то, кто такой опыт имеет. На собственном опыте оно доходчивей, но чревато разными проблемами. Например, если от доставки вашего обоза зависит судьба кампании, то цена за приобретение опыта может оказаться чрезмерно высокой. А можно воспользоваться тем опытом, который уже накоплен за века, оформлен в виде инструкций и армейских уставов. Тогда, следуя тому, что написали люди намного опытнее вас, можно избежать многих ошибок.

Филипп развёл руками.

– Мне трудно спорить. Я сам многое узнавал по рассказам ветеранов в своё время.

– А вот если бы кто-то ещё удосужился записать эти рассказы, собрать воедино, полагаю, польза была бы большая. Нет?

Филипп снова развёл руки, признавая поражение.

– А как бы вы определили порядок движения?

– Не знаю, – Володя улыбнулся. – В текущих рамках задача решения не имеет. Важно ещё знать, в чём больше нуждаются войска – в продовольствии или оружии, какие дороги на маршруте, придётся ли пересекать реки и есть ли там мосты, насколько они прочные. Тут важно помнить, что доспехи тяжелее продовольствия, а потому на телегу их придётся загружать меньше, значит, сама телега будет устойчивей. Если дорога плохая, груз придётся распределять равномерно, чтобы люди могли вытащить застрявшую телегу не разгружая её. Если точно известно, что придётся пересекать реку вброд, а дно там илистое, надо позаботиться, чтобы первым прошёл самый лёгкий груз, который не разобьёт дно. Глупо пускать обоз следом за тяжёлой кавалерией, вы это и сами могли на собственной шкуре почувствовать, когда мы покидали город. А представляете, что будет с дорогой после дождя?

– Гм… полагаю, что обозники всё это знают… – Филипп выглядел откровенно озадаченным. – Хммм… честно говоря, до сегодняшнего дня я полагал всех этих обозников совсем никчёмными людьми, ни на что не годными. А им столько знать приходится…

– Каждому приходится знать своё. Солдат – учится владеть оружием и действовать в строю, офицер учится применять то, чему учат солдат, наилучшим образом. Старший офицер должен учитывать ещё множество дополнительных факторов. Глупо, например, планировать нападение, не позаботившись о нормальном снабжении войск.

– Так Эрих…

– Насколько я понял, Эриха подвёл только один фактор – необычайно снежная зима, из-за чего все его обозы застряли на перевалах, а он вынужден был кормить армию лошадьми. Только это и спасает до сих пор Локхер – он лишился главного оружия – подвижных соединений, способных совершать быстрые атаки. Интересно, что Эрих придумает, чтобы справиться с ситуацией?

Филипп глянул на задумавшегося Вольдемара. Никак не думал, что того волнует такой вопрос. Обычно князя оставляли полностью равнодушным любые известия, которые не касались их напрямую. Об этом он и осмелился спросить.

– Что? А-а-а. В общем, честно говоря, меня это и сейчас мало волнует, но всё же полезно знать, что может сделать тот, от кого зависит наше путешествие, чтобы иметь возможность вовремя избежать разных проблем. И потом… впрочем, неважно.

– Понятно, – ничего не понял Филипп, но от вопросов решил воздержаться, чтобы не запутаться сильнее. Этот Вольдемар порой поражал странностью своих рассуждений и выводов, которые трудновато было понять, но которые поражали своей точностью.

Время в дороге пролетело настолько незаметно, что Володе было даже жаль, что путешествие не продлилось дольше. За время пути он от разных людей успел столько узнать о здешнем мире, что вполне свободно ориентировался почти в любой возникающей ситуации. Тем более относились к нему в караване весьма уважительно… единственный благородный, да ещё такой титул… и совершенно не чурается общаться с людьми, не показывает своего превосходства. Хотя ни о каком панибратстве речи тоже не шло. Почти каждый из говоривших с ним словно ощущал границу, переступать которую не стоило, но это только добавляло уважения. К концу путешествия, к удивлению мальчика, к нему стали приходить за советами в случае возникновения каких-нибудь недоразумений или ссор. Приходилось разбираться. В присутствии благородного и солдаты, идущие вместе с караваном, вели себя весьма сдержанно, хотя и задирались порой к крестьянкам.

Попытку напасть на такой караван за всю дорогу никто не сделал…

Сорвена, как все уверяли Володю, довольно крупный порт, куда в мирное время постоянно прибывали караваны чуть ли не со всего света, но сейчас для него явно наступили не самые лучшие времена. Не обладая мощными морскими силами, которые могли бы захватывать или блокировать порты, Эрих и здесь поступил нестандартно – заплатив пиратам, которые хоть и не могли открыто бросить вызов флоту Локхера, но изрядно подсократили торговлю. Всё это можно было почувствовать ещё задолго до того, как показались крепостные ворота города, по сумрачным лицам идущих навстречу людей в торговых караванах. Володя видел, как порой купцы бросались навстречу таким караванам и о чём-то беседовали с коллегами, после чего уходили, мрачно качая головами.

– Милорд, если вы позволите, я пойду вперёд, постараюсь договориться о месте на корабле и обо всём остальном.

Володя чуть удивлённо взглянул на Джерома, но кивнул.

– А как ты нас найдёшь? – только и спросил он.

– О, не беспокойтесь, милорд. Вы сразу езжайте в порт, а там всего шесть более-менее приличных гостиниц.

Когда они миновали городские ворота, Джером соскочил с телеги, передал вожжи недовольному Филиппу и исчез, а Володя продолжил размышлять на тему, какие гостиницы Джером считает нормальными и можно ли считать нормальной ту, в которой они останавливались ранее. Но особого выбора Джером им не оставил.

Рядом с Володей грустила Аливия, расставшись со своей новой подругой – артисты после въезда в город направились не к порту, а на рынок: им надо зарабатывать деньги.

– Мы обязательно будем в Тортоне!!! – махала Аливии Линара, стоя на задке возка. Аливия, с трудом сдерживая слёзы, помахала в ответ.

И вот сейчас переживала расставание. Володя не мешал, только иногда искоса посматривал на неё.

Вот телега выехала из-за угла непонятного кособокого строения, и теперь Филипп правил вдоль причалов. Володя, откинувшись на сене, изучал корабли, мимо которых они проезжали. Большим знатоком кораблей он себя не считал, хотя типы и старался запомнить. Но тут… вроде бы типичные средневековые когги, но всё же какое-то отличие от земных аналогов в них есть… если бы Володя обладал настоящим опытом, тогда смог бы сказать в чём оно, но увы, такую практику даже с учётом возможностей конторы организовать крайне сложно. Так что ограничились только теорией.

А вот галеры, на которые полуголые люди что-то заносили в бочках, по спущенным сходням. Рядом стоял толстяк в свободной и простой одежде и что-то кричал матросам на корабле. Там ему активно отвечали. Мимо шумной стойкой промчались мальчишки. Володя обернулся, глянул на дома вдоль берега и поморщился, когда заметил трактир. Даже вид у того такой, словно говорил: «А ну-ка рискни – зайди». Что-то останавливаться там не тянуло. Филипп, кажется, был схожего со своим синьором мнения и потому даже не попытался свернуть в его сторону.

– Джером сказал, что тут есть шесть штук приличных… – неуверенно протянул Володя.

– Угу, – так же неуверенно отозвался Филипп, с сомнением осматриваясь. В конце концов, справедливо решив, что хороший трактир они не проедут, он просто направил лошадь по набережной, порой вызывая в свой адрес ругательства грузчиков и моряков. Вопреки опасениям Володи, солдат на матросскую ругань не реагировал совершенно, очевидно это тут считалось неизбежным злом вроде снегопада, ливня или бури – неприятно, но ничего не поделаешь.

Но вот поиски вроде бы увенчались успехом. Несколько минут поизучав строение, Володя дал добро, и телега покатилась во двор присмотренного трактира. Встретивший их хозяин, не задавая лишних вопросов, тут же провёл гостей в комнаты, куда доставил и еду. Уяснив, что господ может разыскивать слуга лет двадцати пяти, который станет спрашивать милорда, он пообещал проводить его к ним в комнату.

Подкрепившись, Володя подошёл к окну и минут десять изучал пейзаж. Озадаченный Филипп встал рядом и тоже выглянул во двор, не понимая, что там привлекло внимание милорда. Ничего особого вроде нет, типичный двор: человек, рубящий дрова, за которым из-за двери чулана с восторгом наблюдала молодая девушка, трое совсем ещё мальчишек увлечённо таскали нарубленные поленья на склад, где укладывали их в специальную нишу. Под ногами носились курицы, собирая зёрна с земли. Ничего такого, что могло бы привлечь внимание. Филипп пожал плечами и принялся разбирать вещи. Аливия, пристроившись на кровати, увлечённо что-то писала, даже кончик языка высунула от усердия.

Володя покосился на неё, потом поправил мечи и пистолеты, поплотнее запахнулся в накидку.

– Прогуляюсь, – сообщил он. – Филипп, побудь с Аливией, пожалуйста. Не хочу её тут одну оставлять, но и в порту ей делать нечего.

Филипп согласно кивнул.

– Конечно, милорд.

– Если Джером отыщет вас раньше, чем я вернусь, пусть дождётся меня.

Выйдя из трактира, Володя ненадолго остановился, осматриваясь и запоминая приметы, чтобы потом можно было отыскать это место, и неторопливо зашагал вдоль причалов, внимательно наблюдая за портовой жизнью. Вот мимо провели невольников, те, гремя цепями, хмуро прошли мимо, даже не взглянув на мальчика. Володя торопливо посторонился, а потом долго глядел им вслед, после чего уже более внимательно стал присматриваться к гребным судам. Тут его внимание привлёк знакомый голос. Сначала он подумал, что ему показалось: ну кто тут у него знакомый? Однако интерес всё же победил, и он осторожно заглянул во двор, где с удивлением увидел собственного слугу, распушившего хвост перед какой-то девушкой с шикарными длинными волосами, которые та довольно уродливо прятала под косынку.

– А вообще, – говорил Джером, важно поглаживая подбородок, – мой господин очень важная персона! Очень-очень. Приближённый самого короля. Но об этом молчок! Ты ведь, понимаешь, красавица?

Красавица млела в объятиях и, судя по всему, ей была глубоко фиолетова важность господина этого прекрасного молодого человека. А Джером продолжал сочинять: – Но, честно говоря, без меня он мало что может сделать. Он мне так и говорит, что ты… в смысле я, у него первый помощник. Он ведь сам герцог!

Тут Джером ненадолго оторвался от предмета ухаживания и встретился взглядом с Володей. Слегка побледнел, на миг растеряв всю уверенность, но Володя равнодушно отвернулся и вернулся на улицу. Недолго постоял, размышляя, куда двинуться дальше, а потом, приняв решение, зашагал в сторону высокого трёхэтажного здания, непонятно как затесавшегося среди мелких, преимущественно деревянных построек.

Здесь его и догнал запыхавшийся Джером.

– Милорд, – выдохнул он, пытаясь успокоить дыхание.

– Джером, – перебил его Володя, замедляя шаг, но даже не оборачиваясь. – По большему счёту мне нет дела до твоего морального облика, а также до того, где ты проводишь своё свободное время и с кем. Но… Не вздумай в эти свои дела впутывать меня… и не вздумай обсуждать их при Аливии… Пожалеешь. – Он зашагал дальше, не считая необходимым ещё что-либо добавлять.

– Как вы могли подумать, милорд! – возмутился Джером.

– Ты ведь не просто так нанялся ко мне? Нет? Тебе надо было срочно покинуть деревню? Потому и молчал всю дорогу?

– Некоторые мужья совсем не ценят шуток, – немного поразмышляв, признался Джером.

– И как твой бывший господин ко всему этому относился?

Джером только вздохнул.

– Он тоже шуток не ценил.

– Знаешь… я такие шутки тоже не очень люблю. Попадёшься – пеняй на себя.

– Как скажете, милорд… Да, я тут договорился о продаже телеги вместе с конём, дают неплохую цену. И ещё я нашёл место на корабле, он завтра с утра отправляется в Тортон, если повезёт, через три дня будем на месте… – Джером всем своим видом демонстрировал свою незаменимость и расторопность, желая как можно скорее загладить промашку. – Если вы распорядитесь, я сейчас же заберу телегу с конём и отвезу покупателю… он просил не тянуть.

– Мы остановились в «Степном беркуте».

– А-а-а, знаю такой, милорд. Хороший трактир, и хозяин в нём не задаёт лишних вопросов.

– Я заметил. Вот что, сейчас иди туда и поговори с Филиппом, расскажешь ему всё, заберёшь телегу.

– Конечно, милорд! Всё сделаю в лучшем виде. Меня уже нет.

Джерома и правда уже не было. Володя поглядел ему вслед, не выдержал и рассмеялся. Вот уж не думал, что придётся изображать такое. Хорошо ещё читал много и сумел разыграть однажды прочитанную аналогичную сцену. Если бы не это, точно бы растерялся и не знал, что делать. А так вроде бы сказал то, что Джером от него и ждал.

Володя ещё некоторое время бродил по городу, изучая окрестности. В своё время Александр Петрович и другие наставники крепко вбили ему в голову основы действий в незнакомой обстановке первое и главное, что он должен сделать – изучить территорию насколько возможно подробно, даже если не собираешься задерживаться надолго. Кто его знает, что может в будущем пригодиться. А потому, если позволяет время, надо продолжить исследование, наблюдая за людьми, изучая цены на рынке. Рынок – кладезь уникальной и необходимой информации для тех, кто умеет её извлекать, а Володю обучали профи своего дела. Пускай пока нет опыта, но ходи, слушай, запоминай, разговаривай ни о чём, изредка задавая необходимые вопросы, чтобы невзначай перевести разговор в нужное русло. Поддерживай разговор – люди любят говорить о себе и, встретившись с благодарным слушателем, часто рассказывают то, что говорить совсем не собирались.

Вот Володя и бродил, и разговаривал. Узнавал цены на хлеб в провинциях королевства, качал головой, соглашаясь с жалобами купца на дороговизну. Спрашивал про цены в Родезии и слушал про то, что оттуда стало практически невозможно вывезти продукты морем, поскольку Эрих фрахтует все корабли, более-менее способные плыть, а потому свободных кораблей для грузов не найти. Порассуждал с доморощенным философом на тему, как сделать всех людей счастливыми и согласился, что да, если бы золото валялось под ногами, тогда бедняков бы в мире не осталось и все стали бы счастливы. Благодарный философ тут же рассказал историю своей жизни, которую Володя дослушал уже с трудом – всё-таки у такого метода добычи информации есть и отрицательные стороны. После этого побеседовал ещё с несколькими купцами, прослушав истории о том, как раньше всё было хорошо, и о том, как сейчас всё плохо.