Текст книги "Князь Вольдемар Старинов. Дилогия"

Автор книги: Сергей Садов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 40 (всего у книги 80 страниц)

Володя достал стопку писем, которые Джером всё-таки сложил отдельно. Полнейшая белиберда, а значит шифр. Володя, для удобства, разбирал слова по буквам, пытаясь их произнести. Конечно, он не большой знаток языка, тем не менее ясно, что слов таких в нём точно нет, тут язык сломаешь пока произнесёшь.

В дверь постучали.

– Войдите. – Володя разложил перед собой на полу несколько писем и теперь изучал их.

В комнату быстрым шагом вошла графиня Лорниэль, едва не наступила на разложенные письма и замерла.

– Князь, я думала, вы прежде зайдёте ко мне…

– Зачем? – поинтересовался Володя, даже не подняв от писем голову.

– Зачем? – графиня явно растерялся. – Хотя бы из вежливости…

– Гм… Я у себя дома.

– И вас не интересует передала ли я послание Раймонда или нет?

– Нет. Я знаю, что вы его передали. За вами следили.

– Следили…

– Ради вашей безопасности, графиня. Я не был уверен, что в том письме не содержался приказ устранить вас как ставшую ненужной свидетельницу. Шансы этого были малы, поскольку восстание ещё не подготовлено, но присутствовали.

– И вы послали меня…

Володя встал и отряхнул штаны. Жестом предложил графине присесть на кровать, а сам сел на стул, поставив его напротив спинкой вперёд. Она как раз была такой высоты, что удобно было положить подбородок.

– Скажите, чего вы хотите?

Вопрос поставил графиню в тупик.

– Чего я хочу?

– Да. Сейчас, когда нет больше Раймонда, вам никто не угрожает. Чего вы хотите?

– Я… я… Да какой у меня выбор…

– Достаточный. В моих силах отвести от вас угрозу и вы вполне можете остаться, правда в этом случае вам придётся отказаться от мужа. Полагаю, король придумает что-то по этому поводу. Публичный отказ и тому подобное. Второй вариант: вы можете попытаться добраться до мужа, но в этом случае вам придётся нести всю ответственность и всю вину как жены предателя. Если мятеж герцога потерпит поражение тогда…

– Я знаю, чем это может мне грозить. – Графиня вдруг весьма эмоционально всплеснула руками. – Но какая вам от этого всего польза?!! Вы уже третий раз спасаете меня!

– Разве? – Володя задумался. – На пристани… С Раймондом… А когда третий?

– Да вот сейчас! Я ведь думала, что вы как и Раймонд будете меня использовать в этой вашей игре.

– Хорошего же вы обо мне мнения.

– Но милорд! Вы можете сдать меня и заслужить благодарность короля! А вместо этого…

Володя резко встал и откинул стул. Графиня испуганно сжалась, но мальчик просто подошёл к окну.

– Я видел смерть матери и сестры. Чудом уцелел сам. Если могу понять убийство отца… Заметьте, понять, а не простить, то убийство сестры и матери не пойму никогда. Они совершенно не мешали. Их вполне могли оставить в живых…

– Поэтому…

– Я вам уже говорил, что не воюю с женщинами и детьми. Ваша казнь ничего не прибавит и не убавит. Разве что приведёт вашего мужа в ярость. Ваш приезд к мужу тоже ничего не прибавит и не убавит.

– А если бы прибавлял?

– Я нашёл бы способ удержать вас. Сейчас же… Графиня, у вас есть эта ночь на принятие решение. Если захотите ехать к мужу – завтра последний день когда вы сможете беспрепятственно покинуть город.

– Не могу сказать, что люблю мужа… Мы поженились против воли по настоянию родителей. Но граф оказался на редкость деликатным человеком. Возможно, я его не люблю, но уважаю… Я очень жалею, что он примкнул к этому восстанию. Мне не надо думать, милорд. Завтра с утра я покину город и постараюсь добраться до мужа.

Володя подошёл к сундуку в углу и достал из него кошель. Бросил его на кровать.

– Вот. Передайте Рокерту, он сумеет ими распорядиться. И не спорьте, я знаю, что у вас плохо с деньгами, а вам ещё карету нанимать. Не повезёте же вы дочь на лошади? К тому же и дополнительная охрана в дороге не помешает – время военное, на дорогах разбойников развелось.

– Милорд…

– Уходите, графиня. Мне ещё работать.

– Милорд… Если королевство проиграет, вы найдите меня… я постараюсь обеспечить…

– Спасибо, графиня, но в этом нет нужды. Ценю вашу заботу, но вам всё же стоит поторопиться.

Графиня ещё хотела что-то сказать, но только вздохнула и вышла. Володя снова засел за письма. Похоже, он понял, что это за шифр – самый простой и примитивный, когда одна буква заменяется на другую. Как разгадывается такой шифр описывал ещё Конан Дойль в одном из рассказов про Шерлока Холмса. Главное отыскать ключ, хотя бы одно слово… к счастью такой ключ отыскался очень быстро – короткая записка и тут же её зашифрованный вариант. Мальчик радостно хмыкнул, очень самоуверенный человек этот Раймонд. Разве можно таскать с собой такие вещи? Всё-таки он действительно дилетант, хотя и с опытом. За такую ошибку любого курсанта выкинули бы из академии ФСБ с волчьим билетом. Володя вспомнил как его специально на прослушивание некоторых курсов возили в Москву в эту самую академию… Удачно, что даже преподаватели не видели тех, кому читали лекции, потому его и включили в курс. Многое полезного узнал. Володя вздохнул, если бы всё сложилось иначе, возможно сейчас он готовился бы к приёму в ту самую академию… или в какие-нибудь специальные войска. Он так и не смог определиться со своим интересом, а потом уже выбора не осталось.

Отогнав воспоминания, он придвинул к себе первое письмо, положил рядом чистый лист, перо, чернила, улёгся прямо на пол, предварительно постелив плащ и приготовился писать.

Глава 4

Спать в этот день пришлось очень мало. Сначала расшифровывал письма в надежде отыскать там что-то важное и полезное, потом плюнул, решив, что до завтра потерпит. Тут некстати вспомнился последний разговор с Конроном. Пробормотав ругательство, Володя вздохнул. Не сможет он теперь уйти. Если бы тот попытался удержать его, как-то надавить… забрал бы Аливию с семьёй и ушёл. А так… Иди мол, если хочешь. Обидно. Словно он и не нужен тут. Словно ничего и не сделал для обороны города. Боясь признаться самому себе, но это его задевало больше всего. Всё-таки совсем недурственную операцию провернул. Его учителя могли бы гордиться. И уж можно было ожидать, что Конрон попросит его остаться и помочь. Попросил… но так, словно и без него можно обойтись. Задело. Тем более и сам Володя и Конрон понимали, что без него город не удержать. Тут нужно что-то очень нестандартное, а Конрон на такую импровизацию был неспособен. А он сам? Тут был вызов… А ещё где-то внутри копошилась мыслишка, что если он сейчас сбежит, то предаст всех, кто в него верил. Уж тогда надо было сразу город сдавать. А если отбились от первой атаки, так надо доводить дело до конца.

Мысленно проклиная неизвестно кого, Володя забрался в кровать, тут ему и пришла в голову мысль по поводу возможных дальнейших действий. Сначала посчитав её бредовой, Володя попытался уснуть, но мысль упорно не уходила. Чертыхнувшись, он встал, зажёг свечи и достал допросные листы, которые сегодня так и не успел перечитать. Вытащил те, в которых упоминался командующий основной армией родезцев герцог Ансельм и внимательно перечитал. Все дворяне отзываются о нём в очень восторженных тонах, но тут иного и трудно ожидать, гораздо интереснее мнение о нём простых солдат. Хорошо, что среди пленных попались те, кому уже приходилось служить под командованием герцога, иначе пришлось бы специально выискивать таких.

Ещё раз перечитав бумаги, Володя задумался, пальцев размазывая по столу пролитую из стакана воду. Нарисовал круг, добавил лучей… задумался, ниже дорисовал домик. Потом плюнул и отправился спать.

Утром его разбудил грохот на лестнице и отчаянный шёпот за дверью Джерома с просьбой не беспокоить его светлость…

– Я уже встал!

Дверь распахнулась и в комнату вошёл Конрон. Сзади недовольно вздыхал Джером. Не обращая внимания на одевающегося мальчика и хмурого слугу, Конрон заглянул под стол, потом, вспомнив, недовольно сморщился.

– Хотя бы для гостей мог держать у себя в комнате кувшин хорошего вина.

– Пить с утра – уже алкоголизм, – буркнул Володя, вздевая руки в рукава рубашки. – Между прочим… – мальчик взглянул на лежащие на табуретке часы, – я всего лишь три часа спал. Мало спать – вредно для молодого растущего организма. И вообще, с чем пожаловал? Джером, ну не торчи ты там с такой постной миной. Что случилось?

– Я просто по поводу ваших распоряжений, милорд. По поводу сухого сена и масла.

– Пока пусть ждут. Вот что… Тюремный писарь обещал к утру сделать копии своих записей… Разыщи его и забери, заодно вот что ещё сделай: разыщи среди пленных тех, кто служил под командованием герцога Дорна Ансельма. Не сам разыщи, прикажи кому-нибудь от моего имени – ты мне тут понадобишься. Пусть таких отделят от остальных и соберут в каком-нибудь доме попросторней. Много не надо, человек десять достаточно.

Джером, уже привыкший к порой очень странным распоряжениям господина, молча поклонился и вышел. Володя выглянул в коридор, обнаружил там одного из латников охраны и подозвал его.

– Встань там, – махнул он к окну, – и никого не подпускай к комнате.

Убедившись, что теперь подслушать будет трудно, мальчик закрыл дверь и уселся на кровать, откинувшись на подушку.

– Как я понимаю, ты что-то придумал по поводу наших планов? – Конрон придвинул стул и устроился на нём поудобнее, приготовившись слушать.

Наших? Володя хмыкнул. Ну пусть так.

– Два. – Мальчик поднял руку с двумя пальцами.

– Что два?

– Два плана. В общем-то, на самом деле один я придумал довольно давно и то, что десант пойдёт двумя волнами нам на пользу, убирается лишний риск. Собственно, мы там практически вообще ничем не рискуем… ну кроме жизни людей. Второй же план пришёл мне в голову вчера… точнее уже сегодня утром.

– Хм… И какой ты предлагаешь? Как я понимаю, второй.

Володя покачал головой.

– Никакой. Выберешь ты. – Видя удивление тира Володя соскочил с кровати и прошёлся по комнате. Замер у окна. – Конрон, я здесь чужак. Меня лично эта ваша война не касается никаким боком. Мы с тобой об этом уже говорили… вчера.

– Если ты решил остаться, тогда…

– Я не об этом. Я остаюсь… пока. Я о другом. Понимаешь какое дело… Первый план я разработал давно. Вместе с планом обороны города. Даже сделал кое-какие распоряжения на этот счёт. Мы можем атаковать корабли пока те не высадили десант. Все не уничтожим, но проредим. В этом плане их разделение нам на руку – имеется возможность уничтожить первый отряд. Но! Беда в том, что это нас не спасёт. Даст отсрочку… в месяц может быть, но не более. Сможем потрепать главные силы, поводить их за нос, но рано или поздно они всё равно окажутся под стенами города. Злые от потерей и задержек. Но если очень сильно повезёт, может быть продержимся дольше. Плюс тут тот, что риска для нас практически нет. В смысле риска для города. Второй план в случае успеха гарантирует нам победу даже в том случае если враг Тортон возьмёт.

– Это как?

– Тортон для Эриха не главное. Ему нужна база для армии и место, куда можно подвозить припасы. Вся эта армия идёт не против Тортона, а против вашей столицы. Тортон всего лишь ступенька на пути к ней.

– Ну да, я помню ты говорил. Я ведь и не спорю с тобой.

– Так вот, в случае успеха этого второго плана враг лишится почти всех осадных машин и понесёт большие потери в инженерах и солдатах. Даже если после этого Тортон и падёт наступать этим летом они не смогут, а зиму здесь они не продержатся. Когда снег закроет перевалы Эрих уже не сможет вести активные действия из Эндории и королевская армия освободиться и вскоре окажется тут. В зимние бури припасы в город тоже не подбросить, подкреплений не подвести.

– Ну значит всё здорово! Какие же вопросы? – Конрон недоумевающее покрутил головой. С его точки зрения всё было ясно. Раз есть возможность сделать такое – надо делать!

– Нет, не здорово. Есть один минус в этом плане. Маленький такой. Он очень рискованный. Если он провалится – Тортон падёт через два или три дня. В случае действий по первому плану мы гарантировано держимся месяца три и если повезёт четыре, но закончится всё понятно чем. Во втором случае мы можем победить, но если где-то что-то пойдёт не так город будет в руках Ансельма уже через неделю. Через месяц он будет у столицы. Спасти вновь собранную армию ваш король в этом случае вряд ли сможет. Мятеж на севере.

– Так что ты хочешь от меня? – растерялся Конрон.

– Выбора. Либо безрисковый вариант с долгой осадой, либо риск с надеждой на победу. Поскольку командующий ты, решение за тобой. Я его принять не могу. Это не моя страна. Я не чувствую за неё ответственности и я не присягал вашему королю. Поэтому моё отношение ко всему достаточно отстранённое, а потому я боюсь, что мой второй план продиктован этаким холодным любопытством: получится или нет. Но когда на кону судьба королевства в прямом смысле, решение, я полагаю, должен принять тот, кого оно касается больше всего.

Конрон, похоже, проникся и надолго задумался.

– Без знаний подробностей я не могу оценить насколько рискован этот твой второй план. В чём он заключается?

– Дать возможность противнику объединить силы, высадиться… не полностью и одновременно атаковать с моря и с суши. Деталей я сказать не могу, поскольку тут думать надо. Просто тут главное не то, что на суше, а корабли, которые ещё не успеют разгрузить. Если мы сумеем уничтожить их, тогда вся экспедиция родезцев теряет смысл.

– Уничтожить корабли? Как??? Какими силами?

– Есть возможность. Такое применяли у меня на родине. Однажды так был уничтожен целый флот. Проблемы и риск есть, но проблемы вполне решаемы, а риск вовсе не запредельный.

– Однако в случае если мы не сможем уничтожить корабли…

– Мы понесём большие потери на суше и не сможем защищать город. Практически защищать город станет просто некому.

Конрон снова задумался.

– Если бы знать детали…

– Я их сам ещё не знаю. Так, наброски. Сегодня займусь ими. У нас время есть до прибытия первого отряда десанта. Вот когда они прибудут придётся решать и быстро: атакуем их или рискуем.

Конрон поднялся. Тяжело поднялся и даже словно ростом стал ниже, как будто какой-то груз прижал его к земле. Устало потёр подбородок.

– Знаешь, я сейчас с огромным удовольствием оказался бы впереди клина идущего на вражеские позиции, чем принимать такие вот решения.

Володя подошёл к столу и протянул Конрону свёрнутый и запечатанный свиток.

– Тут я изложил все свои размышления по поводу возможных планов и действий Эриха и всё то, что удалось узнать от пленных… в общем всё, что удалось узнать. Надо отправить королю.

Конрон взял свиток.

– Сегодня как раз того гонца обратно отправлять собирался со своими донесениями. С ними твоё письмо и отправлю. Так говоришь решение надо будет принять как только прибудет первый отряд родезский кораблей?

– Да. К тому времени я представлю детали плана. Или же сам от него откажусь если сочту что риск слишком велик, поскольку не учёл каких-то моментов. Ну это на месте видно будет уже.

– Ладно. – Конрон направился к выходу. – Тогда сегодня я тебя тревожить не буду – занимайся своими деталями. Вечером расскажешь что надумал и уже будем думать вместе.

Володя дождался когда за Конроном закроется дверь и плюхнулся на кровать, зарывшись лицом в подушку. В этот момент он ни за что на свете не хотел бы очутиться на месте тира Пентарского. Принимать решение от которого зависит судьба твоего королевства… Даже Володе от этого было не по себе.

Однако предаваться невесёлым размышлениям было некогда – дела не ждали и за этот день сделать предстояло ещё очень много. Переговорив с графиней и её охранником он договорился, что уедут они после обеда, когда найдут карету и договорятся об дополнительной охране. Володя оставил с ними одного охранника, чтобы тот помог им беспрепятственно покинуть город.

– Вряд ли мы сегодня увидимся, – сообщил им на прощание Володя. – Я совершенно не представляю где буду в обед, а потому прощайте и удачи. Передайте от меня привет Генриетте, графиня. Я уже послал сообщение Осторну, так что вашу дочь в дорогу они соберут.

– Милорд… спасибо ещё раз…

Мальчик отмахнулся от благодарностей и торопливо спустился вниз, даже позавтракать времени не нашлось.

Первым в плане были лучники, которые уже собрались у северной стены, где рабочие как раз заканчивали монтировать чучела-мишени. Сами лучники расположились большой кучей в стороне, что-то обсуждая и хохоча. Володя оглядел это сборище, а потом велел позвать командиров.

– Мне кажется, мы вчера уже обговаривали как будут организованы отряды. Я же сейчас вижу одну толпу.

– Милорд, мы…

– И чем вы занимались пока рабочие ставят мишени? Ладно. По хорошему тебя, тир, – Володя гневно глянул на командира, – стоило бы разжаловать. Проблема только в том, что другого не найти.

– Милорд…

– Хватит! Я ведь не зря говорил, что лучники – наша главная надежда, а потому считайте это последним предупреждением. Но клянусь, простым разжалованием вы не отделаетесь – повешу в назидании остальным! Глядишь тогда зашевелитесь! Вам всё ясно?! – Володя в ярости уставился на командира. Тот попытался было что-то сказать, но поперхнулся, сообразив, что этот князь шутить не собирается. Действительно повесит.

– Всё будет сделано, милорд.

– Тогда созывайте сержантов и будем обговаривать чему и как будем учиться.

Когда собрались все офицеры, вплоть до самых младших командиров Володя ещё раз повторил то, что говорил на вчерашнем совещании, только более подробно остановился на деталях

– Поэтому сейчас разделите людей как я говорю, потом половину отправьте на одиночную подготовку, а половину на тренировку в группе… – Тут Володя задумался. – Нет. Делите на четыре части. Часть тренируется индивидуально, другая в группе, третья занимается строевой подготовкой.

– Строевой?

– Да! Я хочу превратить отряды лучников в настоящую боевую единицу, а значит от них требуется чёткая слаженность и умение работать в группе. Потому строевая подготовка! Разыщите сержантов из пехотных полков и гоняйте людей до седьмого пота. Четвёртая часть пусть отдыхает – мне не хочется совсем заматывать людей перед боем… Потом отряды меняются.

Володя устроился в стороне под стеной в тенёчке, достал захваченные с собой письма Раймонда и снова занялся их изучением, изредка поглядывая как офицеры распределяют лучников по отрядам, назначают командиров. Вот организационная часть закончилась и отряды разбрелись по позициям. Мальчик не вмешивался, понимая, что тут он скорее навредит, чем поможет.

Здесь его и разыскал Джером. Бросив перед господином сумку с бумагами, он плюхнулся рядом.

– Вот, милорд, как вы и просили, допросные листы.

– Спасибо. – Володя достал первый и пробежал его взглядом. – Скажи… нет ли у тебя толкового знакомого для одного опасного дела?

– Опасного?

– И высокооплачиваемого, само собой. Ты же ведь свёл знакомство с этим Крейном… Кстати, ты сделал что я просил?

– Да, милорд. Я переговорил с людьми Пентона, которые были арестованы. Они очень злы на Крейна за то, что он их сдал. Так что мне удалось выяснить всё, что вы просили.

– Хм… Странно. Обычно они не выносят сор из избы. Даже если кто-то кого-то сдал, то разбираться с этим они предпочитают сами без привлечения властей.

– Ну, милорд, конечно же я знал об этом. Я в камеру к ним подсадил одного человека и тот всё выяснил.

– Понятно. И что ты пообещал этому человеку?

– Свободу. Его поймали когда он пытался ограбить дом одного купца.

– Вряд ли он такой умный, раз попался.

– Но ведь справился с делом.

– Как думаешь, сгодится сыграть роль гонца от Раймонда к вражескому командиру?

– Нет, милорд. Он не очень смелый.

– Ладно, тогда ищи. Время до трёх часов пополудни, а пока разыщи Гирона и попроси ждать меня у тюрьмы. Я буду там через час. Кстати, не знаешь, где Филлипа носит?

– Он говорил, что вы дали ему какое-то поручение в порту.

Володя нахмурился.

– Джером, отправь кого-нибудь туда, пусть разыщут его. Он мне нужен.

– Хорошо, милорд. Я могу идти?

– Да.

Когда Джером умчался, мальчик вытряхнул из сумки листы и тут же придавил их камнем, чтобы не унесло ветром. Уже не обращая внимания на тренировку лучников, углубился в чтении. Беда только в том, что читал он ещё по-лохерски не очень хорошо и чтение отнимало очень много времени, что чрезвычайно его раздражало. Одно хорошо – у этого писаря, который делал копии, оказался на редкость хороший почерк. Какие-нибудь закорючки он бы вряд ли разобрал. Всё-таки надо побольше практики в языке, а ещё лучше нанять профессионального учителя.

Промучившись с несколькими листами, Володя плюнул на них и некоторое время наблюдал за тренировкой. Похоже командир, получив нагоняй, теперь решил ускорить дело и организовывал отряд прямо на ходу, которые и гнал на рубеж. Сами тренировки шли не шатко, ни валко, но ясно, что это только начало, когда никто, даже сами офицеры не знали, что делать. Володя поднялся, сложил бумаги обратно в сумку и подошёл к командиру. Указал на некоторые моменты, которые следовало бы ликвидировать при обучении. Потом понаблюдал за строевой подготовкой, которая тут заключалась в хождении строем и его удержании. Хорошо для пикейщиков, но совершенно бесполезно для лучников – из такого плотного строя они стрелять никак не смогут. Даже лук не натянут. Однако поправлять не стал – других приёмов сержанты, которые и проводили занятия, всё равно не знают, обучать их чему-то новому времени нет, а с задачей привития дисциплины они справляются. Тем не менее он всё равно посоветовал сделать строй менее плотный, а потом подозвал командира и посоветовал групповые занятия проводить именно в построении, а не так, когда все сбиваются в толпу. Закончив здесь Володя ко всеобщему облегчению уехал.

Филлипа он заметил около тюрьмы издалека. Тот сидел прямо перед дверью и дрых… настоящий солдат. Володя даже позавидовал – ему самому до чёртиков хотелось спать. Растолкав солдата, он отправил его на поиски писаря и велел возвращаться поскорее. Филлип появился минут через пятнадцать, подталкивая перед собой вчерашнего писаря, который озадаченно крутил головой, никак не понимая какого лешего его вытащили из постели с утра пораньше.

– Разыщите для него коня какого-нибудь, – попросил Володя своих охранников, а потом повернулся к писарю. – Поедешь со мной, мне может понадобиться твоя помощь. Как звать?

– Лилур, ваша светлость, – испуганно поклонился тот. Похоже никак не мог сообразить зачем он может понадобиться, но спросить не решился.

Коня разыскали быстро, и под общими смешками солдат Лилур с трудом взгромоздился на него. Володя понаблюдал за этим зрелищем и попросил кого-нибудь приглядывать за писарем, чтобы тот нечаянно не свалился по дороге.

– Филлип, ты тоже с нами едешь. Что там, кстати, в порту?

– Материалы про которые вы говорили, приготовлены. Несколько тюков отборной и самой сухой соломы, какая нашлась. Масло, смола. Нашли даже несколько бочонков земляного жира.

– Нефти что ли? Замечательно. Жаль, правда, мало. Надо бы обыскать купеческие корабли, которые оказались заперты в порту. Может будь у них в трюмах найдётся ещё что полезное… Помнится я велел опись сделать всех товаров.

– Она хранится у начальника порта, милорд. Я первым делом её смотрел. Земляной жир или нефть, как вы его называете, мы именно там и нашли.

– Хм… интересно, на кой кто-то вёз бочонки с нефтью? Впрочем, нам хорошо, что она есть. Что ещё?

– Ну мы заготовили все материалы, которые легко загораются. Милорд, я только не понимаю, что вы со всем этим делать собираетесь. Мы не можем сеном стрелять с катапульты…

– Филлип, – Володя предостерегающе посмотрел на него. Тот намёк понял и заткнулся. – Когда придёт время я всё объясню. Сделать всё нужно будет быстро, но всему своё время. Охрану к складам поставил?

– Конечно.

– Отлично. В таком случае поехали.

– Э-э… А куда, милорд?

– За город. Будем искать удобную бухту для высадки вражеского десанта. Это ведь тоже была одна из задач авангарда. Негоже, если они не справятся.

Филлип озадаченно посмотрел на синьора, но спрашивать не стал, знал, что не ответит. Потом покосился на охранников, которые следовали за ними чуть позади.

– Мы вообще на чьей стороне выступаем? – тихонько буркнул он себе под нос.

– На своей, – ответил услышавший его Володя.

Когда они выехали за пределы города, Володя придержал коня и подождал когда с ними поравняется охрана.

– Кто-нибудь из вас знает пригород? Где лучше всего родезцам производить высадку?

– Я знаю, милорд. – Выехал вперёд один. – А самое удобное место – это Радужная бухта. Она километрах в семи отсюда вон за тем холмом.

Володя привстал в стременах и в бинокль осмотрел указанный холм.

– С него, милорд, великолепный вид на ту бухту открывается.

– Вот как? А давайте-ка посмотрим, что там за вид. Туда можно верхом добраться?

– Ну… склоны деревьями заросли, так что пешком было бы лучше, но…

– Ясно. Ладно, поехали, а там видно будет.

На вершину всё-таки подниматься пришлось пешком оставив коней под охраной одного из солдат. Зато сама вершина оказалась совершенно без деревьев и вид отсюда и в самом деле открывался великолепный. Володя с трудом смотрел на поверхность бухты, так ярко сверкала вода в лучах солнца. Понятно почему бухту назвали Радужной.

Мальчик глянул на солнце, потом из-под руки снова глянул на бухту и осмотрел побережье. Достал из кармана плаща коробочку со светофильтрами и приладил их на бинокль, достал лист бумаги и огляделся, ища куда бы его приладить. Один из охранников немедленно расчистил землю от травы. Володя благодарно кивнул ему и расстелил лист, придавив углы камнями. Потом достал готовальню и осторожно стал набрасывать схему местности, периодически осматриваясь вокруг из бинокля и определяя расстояния, которые немедленно наносил на схему. Замершие вокруг солдаты с уважением поглядывали на командира.

– Шаманит, – зашептал кто-то.

– Никак колдун…

Непонятно, похвалили или осудили? Володя решил не задумываться над этим и продолжил работу. Судя по всему, бухта и в самом деле для высадки вражеского десанта подходила идеально. Из города её не видно – холм загораживает. Сама бухта просторна, до другой стороны километра пять, значит, в неё свободно войдёт практически весь флот и не надо будет опасаться порывов ветра, защищена она хорошо. Пляжи тоже просторные и здесь недалеко до тракта в город. А вон там можно и лагерь организовать. Володя ещё раз обозрел холмик. Снова сделал замер расстояния до него.

– Филлип, ты видел в городе требуше… Как думаешь, на какую дальность они бьют?

– Ну… они там не очень мощные. Если кидать камни в сорок килограмм, тогда… метров семьсот, восемьсот. Там же не осадные машины.

Володя нахмурился, вспоминая те уроки, которые у него были по различным метательным машинам. Недавний его эксперимент с баллистой можно считать провалившимся. Не для боя он её строил, а просто посмотреть как её сделают и на что годна. Затраты превзошли эффективность. Чтобы баллиста работала нормально нужно время и эксперименты. А вот времени и нет.

– Слушай, а ещё я видел на стенах «скорпионы»…

Филлип его не понял. Володя задумался, сообразив, что вряд ли здесь понимают те названия, которые таким орудиям давали на Земле.

– Ну такой… – Володя изобразил нечто руками. – С большим луком и толстой тетивой. Он на станке стоит на стенах.

– А-а-а. Станковый самострел. Ну-у… если хороший, сделать нормальные стрелы для него… Тогда стрелу метров на шестьсот метнёт.

– А камни?

– Камни? Нет, милорд, камни из него не очень хорошо метать. Можно, конечно, но смысла нет. Да и дальность… метров двести.

Володя снова приник к биноклю.

– А вон до того холмика метров четыреста… Вот что, Филлип, бери солдат… человек двести, всех пленных… нечего им прохлаждаться харчи наши жрать. В общем с этого холма и до дороги прорубите просеку чтобы сюда, – Володя топнул ногой по земле, – поднять штук пять требуше из самых скорострельных. Большие камни метать не надо. Когда сделаете поднимите камни примерно одного веса и пристреляйте вершину вон того холма. Сегодня к вечеру всё должно быть готово.

– Милорд!!!

– Надо! Забирай всех рабочих, пленных, солдат для охраны пленных бери, но чтобы вечером здесь стояли пять штук требуше и с десяток этих ваших самострелов. Запасы стрел к ним само собой. Дальше… отсюда и вниз повалить деревья вершинами туда. Надо устроить хорошие завалы, чтобы враг не смог быстро подняться. Охрана тут будет, но облегчать жизнь врагам не стоит. А вон там, – Володя повернулся и махнул в сторону города и вниз, – необходимо возвести форт… Э-э-э… В общем построить небольшую крепость. Вырыть рвы, возвести палисад, поставить колья. Лучше в три ряда…

– Милорд!!!

– Всех рабочих из города забирай. Распоряжение Вайнеру Розену я дам.

– Но милорд! Это же какой…

Володя ухватил Филлипа за плащ и заставил наклониться.

– Делай что хочешь, но до вечера здесь должны стоять требуше и они должны быть пристрелены. Крепость должна стоять к утру. Хотя бы стены и насыпь. Потом ещё сутки будет времени на всё остальное. Ставьте костры, работайте посменно всю ночь, но она должна быть! Справишься, клянусь станешь рыцарем! Нет… лучше сразу откажись, я найду того, кто рискнёт.

Филлип открыл было рот для возражений, но услышав о возможной награде тут же его захлопнул. Задумался.

– Милорд, тут надо очень много людей.

– А их что, не хватает? В авангарде Розентерна инструментов полно и больше тысячи рабочих! Забирай их всех вместе с пленными солдатами. Вытаскивай наших рабочих. – Володя ещё раз изучил нарисованную схему, потом быстро свернул лист и спрятал, убрал готовальню. – Я в город, там отдам все нужные распоряжения. Когда осмотришься здесь и оценишь объём работы, отыщешь Розена и стребуешь с него всё, что нужно. Будет артачиться разыщешь… нет, не надо искать. Сам разберись. Что хочешь с ним делай, но чтобы работы начались уже сейчас. А лучше вчера.

– Вчера, милорд? Но…

Володя махнул рукой. Любимую присказку всех начальников на Земле Филлип явно слышал впервые.

– Это значит срочно. Так срочно, что начать работы лучше было бы уже вчера. Но поскольку мы этого не сделали, надо навёрстывать. Так как, берёшься или…

Филлип огляделся. Нахмурился. Подумал, потом махнул рукой.

– Берусь, милорд.

– Ну смотри! Я тебя за язык не тянул. Не справишься, пеняй на себя. Но если справишься… Озолочу. Всё, я в город.

Озадаченный Филлип остался на вершине, растерянно осматривающийся кругом.

В Тортон они ворвались на полном скаку. Охрана у ворот торопливо распахнула ворота – решётка была поднята. Проскакав вдоль стены они остановились только перед стрельбищем, где продолжалось обучение лучников. Володя заметил, что некоторые уже, тяжело дыша, лежали чуть в стороне на травке, отдыхая. Чуть в стороне слышалась ругань пехотных сержантов, прививающих лучникам, в большинстве своём бывших охотников, основы дисциплины.