Текст книги "Добыча лорда Эндрю Грегори (СИ)"

Автор книги: Полина Ром

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 29 страниц)

Глава 60

Завтрак закончился, однако дальше день пошёл совсем не по плану. Сразу же после еды сэр Дилан душевно попрощался и отправился в город, а я с удивлением узнала, что во дворе седлают коней.

– Ты что, уедешь прямо сейчас?!

Мы стояли в совершенно пустой трапезной. Обычный завтрак сегодня утром прошёл без лорда, так как их светлость изволили дрыхнуть, поэтому и ели они в одиночестве, без слуг. Сейчас, жестом отправив лакея за дверь, я пыталась задержать Эндрю хоть ненадолго. Мне надоело таскать в себе груз семейной тайны, и я уже знала, что Эндрю осведомлён о моём «неправильном» рождении. Требовалось выяснить, как он к этому относится. Мне нужно было обсудить вопрос пребывания в замке Агаты и её детей, я хотела уточнить… Да много что требовало детального разговора, однако лорд Эндрю чуть поморщился и ответил:

– Сандра, пойми… Я сорвался из столицы без разрешения его величества, никого не предупредив. Конечно, там остался капрал, но если моё отсутствие обнаружат – могут быть неприятности. Я обязан вернуться как можно быстрее.

– Знаешь что, Эндрю… Ты потратил кучу времени на то, чтобы убедиться в моей порядочности, но не хочешь потратить даже час на то, чтобы обсудить со мной домашние проблемы?! Если ты уедешь прямо сейчас, я больше палец о палец не ударю в твоём замке! Можешь послать записку и вернуть миледи Блаунт, пусть она распоряжается!

Не думаю, что мой «наезд» пришёлся ему по нраву, но его реакция на мои слова выбила у меня почву из-под ног.

Он сидел на своём хозяйском месте, развернувшись ко мне полубоком, а я стояла, держась одной рукой за спинку кресла, а другой – за стол, как будто бы перегораживая ему путь. Этот наглец каким-то ловким жестом «подрубил» сзади так, что мои ноги сами собой сложились, и я чуть не упала, но он ловко подхватил меня, и я оказалась сидящей прямо у него на коленях. Крепкие руки слегка сжали, не давая возможности резко и гордо вскочить, и лорд, несмотря на моё смущение и прилившую к лицу краску, чуть насмешливо сказал:

– Слушаю тебя, жена моя.

– Эндрю, я не шучу! Мне действительно необходим разговор с тобой, и не вот так… – я слегка дёрнулась, пытаясь встать, но он не позволил, – а нормально, чтобы ты меня услышал.

Демонстративно тяжко вздохнув, муж выпустил меня и неохотно сказал:

– Хорошо, пойдём к тебе в комнату и поговорим. Но чем раньше я выеду из замка, Сандра, тем больше шансов сегодня добраться на ночлег в Гросснор. Всё же ночёвка под открытым небом дело небезопасное, со мной слишком мало охраны, а дезертиров и мародёров сейчас по лесам достаточно

– Почему мало охраны? – мы уже двигались в строну моей комнаты, поэтому больше я не злилась.

– Во-первых, я не мог взять с собой много народу: это было бы слишком заметно. Во-вторых, мы ехали без обоза, и каждому нужен был заводной конь, чтобы менять животных почаще. Именно поэтому мой путь занял всего четыре дня, а не десять. Но таким малым отрядом, да ещё и с лишними конями, мы – симпатичная цель для банд. Поэтому ночевать лучше в городах или замках, а не в лесу.

– Понятно…

* * *

В моей комнате лорд прежде всего осмотрелся и нашел взглядом Рыжа – тот недавно позавтракал и сейчас потягивался на моей кровати, между делом царапая столбик, поддерживающий балдахин. Эти столбики пришлось обернуть жгутом, чтобы создать для рыжего хулигана когтеточки. Впрочем, я зря оборачивала все четыре: пользовался он только тем, который располагался у меня в ногах. Поэтому горничным приходилось каждый вечер вытряхивать покрывало, чтобы убрать с него тонкие ошмётки льняного жгута. Да и саму обмотку скоро придётся менять.

Завидев лорда, Рыж бросил своё излюбленное занятие и внимательно принялся наблюдать. Как только мы уселись на стулья, он соскочил с кровати, требовательно дёрнул меня за платье, уже зная, что царапаться по моей ноге чревато ссорой, и, когда я подняла его, уселся на коленях мордой к лорду. Рыж явно не простил свой вчерашний испуг и не испытывал доверия к Эндрю Грегори.

Поскольку время его поджимало, никаких долгих разглагольствований не потребовалось. Каждый раз, когда я проговаривала очередную проблему, он думал минуту или две и говорил «да» или «нет». Но если меня не устраивал ответ, то он выслушивал возражения.

На просьбу оставить Агату и детей при замке последовал резкий отказ, но, стоило мне добавить, что Эмма взяла на себя кухню, а Агата – все бумаги, и что они честно отрабатывают крышу над головой и кусок хлеба, Эндрю тут же кивнул и добавил:

– Если работают и справляются – оставляй.

– Отлично! Теперь то, что касается кухни…

Он не слишком спорил и тут, хотя недовольно морщился, но слушал внимательно.

– …там вот, болезнь суставов – именно из-за того, что люди едят слишком много мяса и почти не едят овощи. Этот купец показывал мне тот самый свиток, правда, отказался продать, – тут я слегка соврала об источнике знаний, – но все эти рекомендации я читала сама и думаю, что лекарь, который их составил – мудрый человек. Это старинный и дорогой свиток, Эндрю. Из библиотеки какого-то восточного правителя. Вряд ли бы там стали хранить глупости.

После паузы и недовольно сморщенного носа я получила ответ:

– Ты можешь кормить прислугу как угодно, главное – чтобы у меня и моих гостей на столе было достаточно мясных блюд.

Тут я даже спорить не стала. Устроить раз в несколько месяцев полный стол мяса – не проблема, а Эндрю я приучу постепенно, когда он начнёт питаться дома регулярно. Так что и причин для спора не было.

В общем-то, он одобрил всё и даже сказал, что Дилан отзывался обо мне очень одобрительно.

– Правда, я бы тоже хвалил хозяйку, если бы мне достался такой роскошный плащ...

В этих словах мне почудился некий намек на причину его приезда сюда, и я почти рассердилась, но скандалить сразу не стала. Задумалась...

Этот мир с его тяжёлой и старомодной моралью не примет ответа: «если я влюблюсь в другого мужчину – ты узнаешь об этом первый». Нельзя так и сказать: «Дорогой муж, я не так глупа, чтобы тащить любовника в собственный дом, и если захочу развлечься на стороне, то никогда не опозорю твоё имя!». Такие шутки здесь, к сожалению, неуместны и могут быть поняты совершенно не так, как нужно. Пришлось вдохнуть поглубже и ответить максимально корректно:

– Эндрю, мне неприятны твои намеки. Я ничем не заслужила такое отношение и попросила бы не оскорблять меня. Из твоих слов следует, что ты не веришь не только мне, но и своему другу.

Пришла и его очередь тяжело вздыхать:

– Сандра, я уже понял, что письмо было ложью. Я приношу тебе свои извинения за эти нелепые подозрения, но… И ты, и Дилан – вы живёте среди слуг, в городе вас видит множество случайных людей, поэтому прошу: будьте осторожны. Никогда не оставайтесь вдвоём в одной комнате без кого-либо ещё. Сплетни способны серьёзно отравить жизнь всем нам.

– Если бы миледи Блаунт не вела себя так по-свински, то она вполне могла бы сопровождать меня, Эндрю. А сейчас же будь благодарен леди Агате за то, что, кроме своих обязанностей, она выполняет и обязанности моей компаньонки. Всё же она дворянка, и слово её имеет вес.

Слушая меня, он кивнул и приказал:

– Что ж, в благодарность позаботься о её гардеробе и сделай какой-нибудь приятный подарок от меня. Думаю, ты справишься с этим даже лучше, чем я сам.

– А что касается плаща, подаренного Дилану…

– Сандра! Я просто пошутил! Я прекрасно помню, что просил тебя позаботиться о его костюме и не возражаю против твоего решения. Но, пожалуйста, давай заканчивать беседу, я действительно тороплюсь…

В общем, договаривали мы уже на ходу, и только когда он с двумя охранниками выехал за ворота замка, я вспомнила, что так и не выяснила самый главный вопрос: как Эндрю относится к тому, что я бастард. Впрочем, знает он об этом уже давно, и, если бы хотел что-то сделать, наверное, воспользовался бы этим визитом и сделал. Тем более что, услышав от меня о том, что миледи Блаунт осталась в монастыре, не возразил ни одним словом.

Мне стало немного спокойнее за своё место в этом мире, но по-прежнему слегка тревожила мысль о постели с ним…

«Целуется он, конечно, восхитительно… Но всё же как оно там дальше будет…»

Впрочем, тут оставалось только полагаться на судьбу, поэтому я честно помахала платочком уезжающему Эндрю и отправилась в замок: нужно было выполнить распоряжение мужа и сделать подарок Агате.

Глава 61

К новой своей жизни я вполне привыкла.

Сейчас, когда в замке отсутствовал раздражитель в виде миледи Блаунт, я даже начала находить в этой истории всё больше приятного. Всё же молодое тело и отсутствие возрастных болячек – большое счастье. Дела города теперь официально возложены на Дилана аж до самой осени, а у нас в замке появился даже некий режим дня. И пусть офицеры не всегда были счастливы, получая на обед овощной салат, зато нижние чины и солдаты, а также все слуги, чей стол значительно улучшился, благословляли меня чуть не каждый день. Во всяком случае, и Бетти, и Линда докладывали об этом очень часто.

Да, между ними существовало некоторое соперничество за, так сказать, «близость к телу». Однако открытых конфликтов между горничными не было, обязанности они делили равномерно, просто у каждой были свои. Бетти больше занималась моими покоями, одеждой и обучалась делать причёски.

Линда же, как более опытная, служила для связи со слугами и общего управления хозяйством. Она передавала мои распоряжения и следила, чтобы они выполнялись так, как требуется, присутствовала рядом, когда я обходила замок, докладывала, если где-то что-то шло не так.

Жизнь потекла спокойно и размеренно. Общий завтрак, раздача приказов на день, всевозможные мелкие проблемы, которые приходилось решать на бегу, лёгкий обед у себя в комнате, ранний ужин в общей трапезной и спокойный долгий вечер в компании Агаты и Эммы, когда мы неторопливо обсуждали всякие домашние дела, работая не столько языком, сколько руками. Линда и Бетти тоже быстро стали присоединяться к нам по вечерам.

Тут и свечей я не жалела, да и разговоры велись спокойные, дающие возможность отдохнуть от дневной суеты. Этот уютный женский кружок рукоделия оказался прекрасной отдушиной, дающей возможность расслабиться после мелких забот.

Не то чтобы я расписала себе жизнь на годы вперёд, но до осени, до приезда лорда Эндрю, не ожидалось никаких потрясений. Однако жизнь не спрашивает нас, чего мы хотим, а строит сюжет по собственному желанию. Не прошло и недели с отъезда милорда Грегори, как уже под вечер, почти сразу после ужина, в швейной мастерской, где я осматривала новое бельё, меня нашла взволнованная Линда:

– Миледи Сандра, там гости прибыли…

– Гости? Кто именно, Линда?

– Пока не знаю, миледи, но один из них – кардинал.

– О господи!

* * *

Титулы гостей ввели меня в ступор. На ночлег в мой маленький замок просились архиепископ Лойский монсеньор Эдмунд Ле Гранд и кардинал Стефан Уолтер, личный легат Папы Иннокентия III. Так доложил мне круглолицый служка прибывших, ожидающий в холле. Молодой кормлёный парень, может быть, секретарь или личный помощник кого-то из гостей.

–...монсеньоры просят у вас пристанища, миледи, во имя Господа нашего, – он поклонился, поглядывая на меня чуть надменно и явно понимая, что таким высокопоставленным вельможам не отказывают.

Признаться, я не только растерялась от перечисления столь значимых имён, но и струсила. Глянув в окно и увидев во дворе небольшое столпотворение – две кареты, пяток телег и человек тридцать охраны, – я скомандовала только что подбежавшей Бетти:

– Бегом! Найди капитана Олсоппа, и пусть немедленно пошлёт гонца в Фокстаун с сообщением к сэру Дилану. Пусть он бросает все дела и срочно едет сюда. А ты, Линда, пригласи леди Агату.

У меня даже не было времени глянуться в зеркало и проверить, всё ли со мной в порядке: держать столь важных персон на крыльце собственного замка мне показалось слишком неловко. Прихватив волнующуюся Агату и поставив за левым плечом обалдевшую от такой чести Линду, я вышла на крыльцо.

– Мир дому твоему, дитя моё…

Мужчина в алом шёлковом одеянии и прекрасно знакомой мне по фильму «Три мушкетёра» круглой маленькой шапочке на макушке смотрел на меня серьёзно и очень внимательно. Кардиналу Стефану Уолтеру было немного за сорок, и он изрядно напоминал того самого Ришелье из фильма: высокого роста, сухопарый, с узким лицом и длинным носом; широкий рот, властный и даже въедливый взгляд и тщательно завитые серебряные кудри, разложенные по алому шёлку. Столп Матери Церкви. Именно так он воспринимался.

Его спутник, монсеньор Эдмунд Ле Гранд, был ниже ростом, полнее и выглядел значительно добродушнее. На фоне ярко-алого кардинальского облачения его чёрный подрясник смотрелся скромно и неприметно. Только овальная панагия в золотой раме с крупными алыми камнями, висящая у него на груди, говорила о том, что этот человек – не простой смертный.

Я машинально отметила, что он значительно старше кардинала и выглядит более утомлённым: по лбу стекают крупные капли пота, как будто он не ехал в карете, а шёл пешком, да и сухой кашель, который архиепископ пытался сдерживать, говорил о том, что церковник простыл в дороге. Как он ухитрился это сделать при такой тёплой погоде – непонятно, но ему явно не помешает отдых.

За их спинами тёмными пятнами застыли какие-то сопровождающие их нижние церковные чины, их личные слуги, дальше шло этакое полукольцо охраны, в котором чётко выделялись два офицера. Они были одеты гораздо роскошнее, чем солдаты, но у всех военных на левой стороне груди была вышивка: шестиконечный крест, заключённый в круг.

Монсеньор кардинал так уверенно протянул мне руку с крупным перстнем, что я почти машинально склонилась и поцеловала камень. Архиепископ перекрестил меня молча.

– Дочь моя, мы просим приюта и отдыха в твоём замке, а в качестве нашего ответного дара привезли с собой твою любезную матушку. Она заскучала по дому в монастыре Святой Екатерины и решила сократить свой визит. Именно она и пообещала нам ночлег и немного каши на ужин, дочь моя… – мужчина чуть улыбнулся, показывая, что шутит. От этого он не стал выглядеть менее опасным.

Я даже не сразу сообразила, о чём говорит монсеньор кардинал. Но тут толпа за их плечами слегка раздалась, пропуская вперёд миледи Блаунт, которая легко поднялась по ступенькам, поцеловала оторопевшую меня в лоб и уверенно произнесла:

– Будьте гостями этого дома, ваше преосвященство. И вы, монсеньор Ле Гранд, не побрезгуйте нашим скромным приютом.

Пожалуй, это был достаточно неприятный момент, и я чудом удержала на лице ласковую улыбку. Пришлось быстро соображать: «Скорее всего, они заезжали по делам к настоятельнице… Может быть, даже ночевали в гостевых покоях при монастыре. Миледи – знатная дама, она вполне могла напроситься на знакомство. Ну, исповедь или что-нибудь там типа того… Вряд ли она выложила всю подноготную, скорее просто заявила, что соскучилась по дому, и попросила взять её с собой. Жаль, что настоятельница не смогла предупредить меня, но… Но собачиться перед церковниками миледи со мной вряд ли рискнёт. Значит, что? Значит – улыбаемся и пользуемся её знаниями, а всё остальное будем разбирать потом…»

Миледи и в самом деле, похоже, пакостить мне не собиралась. Поманив пальцем одного из лакеев, она быстро отдала приказание, и слуги, замершие за моей спиной, начали двигаться.

Оба церковника выглядели достаточно уставшими, и когда я спросила, желают ли гости перед ужином посетить мыльню, дружно отказались.

– Святые отцы, мне первый раз выпала такая честь – принимать столь высоких гостей под своей крышей, – и я в сомнении…

– Говори, дочь моя, – кардинал был сама любезность и внимание.

– Желаете ли вы получить постный ужин, или я могу поставить на стол что-то скоромное?

– Господь не требует от человека лишнего, дочь моя, и больным, и путешествующим разрешена любая пища, способствующая прибытку сил, а потому и я, и мой спутник будем счастливы получить кусок сочной баранины или что-то другое, что придаст нам сил. А также и бокал горячего вина не помешает моему спутнику, – пояснил кардинал и со вздохом сообщил: – Монсеньор Ле Гранд не слишком крепок здоровьем и нуждается в отдыхе и лечении.

– Благодарю за ответ, монсеньор, и, с вашего позволения, оставлю вас, чтобы немедленно распорядиться об ужине, – я присела в реверансе, подняв голову только тогда, когда оба церковника уже поднимались по лестнице в сопровождении своих служителей, солдат и капитанов.

Гостей повели в комнаты, часть охраны прошла в замок вместе с ними, а часть, как я видела, увёл с собой в казармы капитан Олсопп. Я же действительно рванула на кухню, пытаясь сообразить, что можно подготовить по-быстрому, чтоб гости не ждали ужина три часа. Всё же трапеза в замке прошла всего час назад, и вряд ли у кухарки найдётся что-то уже готовое к подаче на стол. А кормить сегодня придётся кучу народу. Интересно, почему гости не прислали вестника с предупреждением? Впрочем, думать об этом мне было совершенно некогда.

Глава 62

Я была просто счастлива, что каким-то чудом Эмма оказалась на кухне раньше меня и уже успела запустить работу. Сейчас тут уже стояла суматоха: ближе к чёрному выходу две служанки торопливо ощипывали молодых кур, тётка Валта командовала взбудораженными помощниками, а в плиту подбрасывали дрова так, что пламя гудело. Эмма торопливо докладывала:

– Миледи Сандра, я приказала ощипать и поджарить цыплят – это самое быстрое, что возможно на горячее. Похлёбку подадим рыбную – остальное готовить сильно дольше. Яйца уже варят, для холодной закуски думаю порезать ростбиф – от обеда остался хороший кусок. Вот только десерт... Даже не знаю, что придумать...

– Валта, поставь кого-нибудь быстро приготовить слоёное тесто. Масла сливочного хватит?

– Хватит, миледи, хватит! Два дня назад только свежее сбили. Мёдом потом полить али чего другого? Рыба крупна, но больно постная, прям ни жиринки на ей… Хлеба от белого ещё мало, только на верхний стол и будет, – озабоченно забормотала Валта. И тут же во весь голос рявкнула: – Ты куда суёшь, окаянная?! Чтобы похлёбка потом палёным воняла?! От я тебе... – она развернулась, чтобы дать подзатыльника молодой девице, сунувшейся к плите опалить тушку цыплёнка.

– Ти-ха! – рявкнула я.

Валта застыла, а девица с тушкой попятилась к выходу.

– Тихо, – уже спокойнее повторила я. – Валта, бульон хороший остался?

– Да, миледи.

– Отлично. Рыбу запусти в этот бульон, похлёбка будет наваристой и вкусной. На нижний стол подашь обычный хлеб, но добавишь белых сухариков в миске. Есть же запас?

– Есть, миледи, есть, как не быть! – торопливо закивала повариха. – Ветчины вот совсем мало, на два стола не хватит никак!

– Отлично. Значит, холодные закуски – ростбиф, яйца, молодые лук и чеснок – на оба стола, на верхний добавь ещё к ростбифу сырные рулеты. Начинку сделай из ветчины, яйца и зелени со сметаной. Свёклу натереть с чесноком и, как обычно, тоже на оба стола. Затем – рыбная похлёбка, и в неё лука побольше. Помнишь, как я учила? Не жарить, а пассеровать и потом потомить в бульоне. Следом – жареные цыплята с молодым горошком и кашей.

– Уже неплохо получается, миледи Сандра, – облегчённо вздохнув, сказала Эмма. – Десерт вот только...

– Из слоёного теста раскатаешь коржи, сверху щедро посыпешь сахаром и нарежешь полосок. Вот такой толщины, – я показала кухарке на пальцах требуемый размер. – Запечёшь до золотистого цвета и подашь в конце ужина. А для крема сунь в духовку яблоки запекаться. Всё равно все не успеваем съесть.

– Так и есть, вон две корзины я слугам приготовила отдать. Больно этот сорт нелёжкий, миледи, – закивала Валта.

– Вот с мёдом запечёшь, а потом протрёшь через сито и подашь каждому порционно к выпечке. Справитесь?

* * *

На моё счастье, к торопливо собираемому ужину успел примчаться из города сэр Дилан. Я всегда хорошо относилась к парню, но ещё никогда так не радовалась, видя его.

– Как дела, миледи Сандра?

– Всё неплохо, мы справляемся, ужин почти готов, но…

– Есть что-то, чего я не знаю? – насторожился Дилан.

– Они привезли с собой миледи Блаунт.

– Чёрт! – он растерянно глянул на меня, сообразил, что ругаться такими словами при хозяйке не стоит, и торопливо извинился: – Простите, миледи, это я от неожиданности.

– Ничего страшного, сэр Дилан. Я думаю, вам стоит зайти в комнаты к гостям и представиться. Только мне кажется, не стоит посвящать гостей в наши сложности…

– Это вы о чём, миледи?

– Это я о том, сэр Дилан, что Эндрю назначил вас сенешалем замка, вот как сенешаль вы им и представьтесь. Незачем посвящать гостей в неприятные подробности. Тем более что ваши покои ждут вас, и до отъезда церковников вам лучше ночевать здесь.

– Да-да, вы абсолютно правы, миледи.

Я оглядела примчавшегося с такой сумасшедшей скоростью Дилана, поморщилась от едкого запаха конского пота – явно скакал верхом – и добавила:

– Переоденьтесь, в комнате у вас есть хороший костюм. Я дам вам одну из новых рубашек Эндрю, а вы зайдите ненадолго к себе, и пусть слуги сперва почистят от пыли ваш колет. Воду для умывания сейчас подадут.

* * *

Несмотря на все мои опасения, ужин с церковниками проходил совершенно спокойно. Так как приехали они довольно поздно, то понимали, что к ужину опоздали, и были весьма терпеливы. Верхний стол был достаточно велик, чтобы за ним поместились гости, я и миледи Блаунт, сэр Дилан и Агата, а также оба офицера охраны. Может быть, это и было неким нарушением этикета – сажать церковников рядом с их же охраной, – но, прежде чем пригласить офицеров за стол, я спросила разрешения у кардинала и получила его одобрение.

Монсеньор же архиепископ к ужину даже немного опоздал и вышел совсем уже расклеившимся. Он сухо кашлял, почти не принимал участия в беседе, а в конце чуть не подавился жареным цыплёнком и всю трапезу налегал на горячее вино, которое подали в самом начале.

На удивление, миледи Блаунт почти не вмешивалась в разговор, а сидела с краю стола, скромно потупившись, и казалась полностью увлечённой едой. Я и Дилан беседовали в основном с кардиналом Стефаном Уолтером. Он оказался спокойным и интересным собеседником и даже немного рассказал о цели своего путешествия:

– …на коронацию его величества. Господь рассудил так, что в дороге я встретил архиепископа, и путь мы решили продолжить вместе. Я слышал, миледи Сандра, что муж ваш получил этот замок за спасения жизни короля?

– Так и есть, ваше преосвященство.

– Спасти жизнь будущего помазанника Божьего – большая честь.

– Но и награда от его величества Генриха была велика, – улыбнулась я.

– Сэр Эндрю Грегори – один из лучших воинов королевства, – серьёзно добавил сэр Дилан.

Дальше беседа потекла свободнее, кардинал с юмором рассказывал о некоторых дорожных неприятностях, и прерывалась эта беседа только приступами кашля бедного архиепископа. Ближе к концу ужина, в очередной раз прервав речь из-за того, что монсеньор архиепископ начал задыхаться, его преосвященство со вздохом обратился к мне:

– Признаться, миледи Сандра, здоровье моего святого брата внушает мне опасения. Боюсь, завтра он не в силах будет продолжать путь. Мне не хотелось бы обременять вас… – он вопросительно посмотрел на меня и сделал паузу.

Слава богу, я быстро сообразила, что нужно ответить:

– Вы можете отдыхать в нашем замке столько, сколько вам понадобится, ваше преосвященство. Принимать таких гостей – большая честь для нас.

– Благодарю, дочь моя, и был бы ещё более признателен, если бы ты поискала в своих запасах какую-нибудь микстуру, облегчающую участь болящего.

– У нас в замке, ваше преосвященство, есть хорошая травница. Я обращусь к ней, и, надеюсь, её декокт обязательно поможет.

* * *

Как только ужин был закончен, а гости и непривычно молчаливая миледи Блаунт отправились отдыхать, я посмотрела на Дилана, и мы почти синхронно выдохнули.

– Вроде бы всё прошло нормально?

– Мне кажется, миледи Сандра, вы сделали всё возможное, и монсеньорам не на что обижаться, – подтвердил Дилан.

– Я никогда ещё не сидела за столом с такими людьми! – несколько восторженно объявила Агата. – Но, миледи, если гости здесь задержатся… Эмма успела мне сказать, что у нас не так много цыплят, а несушки слишком жёсткие, их на стол не подашь. Может быть, стоит заказать свинину? Туши точно хватит на пару дней.

– Я зайду на кухню чуть позже, Агата. А ты ступай отдыхать: завтра мне понадобится помощь.

– А вы, миледи? – спросил сэр Дилан.

– А я сейчас пойду за декоктом для монсеньора…

* * *

Трейси пришлось будить: травница уже спала. Последнее время, поняв, что к своим обязанностям она относится добросовестно, я перестала регулярно навещать её. Предыдущий визит был, когда я привела ей ученика – старшего сына Агаты, Роберта. А дальше…

Дальше как-то всё закрутилось, и стало не до аптеки. Так что сейчас, спускаясь в комнату, где готовили лекарства, я слушала её неторопливые пояснения:

– …немного балованный, миледи, но старательный. И писать умеет, так что всё, что варим и готовим, всё и записывает, как вы велели. Сперва, конечно, малость дичился меня, а сейчас – ничего, поладили мы. Он и спать теперь туточки пристраивается…

В аптеке действительно обнаружился спящий на широкой лавке Роберт. Я только головой покачала.

– Роберт, это не дело. Не хочешь ходить в комнату к матери и сестре – скажи мне. Найдём тебе в этой башне приют. Но спать там, где делаете мази, нельзя!

– Спасибо, миледи Сандра, – он стоял у лавки, испуганно протирая глаза. – А что… что случилось?!

Всё же мой визит в такое время не был чем-то привычным.

– Ничего страшного, Роберт. У одного из гостей замка кашель, я пришла за лекарствами. А ты собирайся и отправляйся в комнаты миледи Агаты. Завтра зайдёшь ко мне, и выберем тебе место для ночлега.

Трейси тем временем собирала необходимое:

– Вот эту мазь, миледи, пущай сейчас вотрут в грудь и спину, да посильнее. Оно, конечно, немного попечёт шкуру-то, зато дышать с утра легче будет. А вот туточки микстура пользительная. Вы сразу-то не давайте, мужчины – они такие, выпьет и не задумается, а потом и проберёт его понос. А завтрева, как трапезничать сядете, – от о середину завтрака и налейте ему взвар горячий, а тудой – две али три ложки. Оно точно, что горькое, зато отхаркивать хорошо станет. А там и болезнь пройдет…

– Пожалуй, микстуры я и сама выпью, Трейси. Что-то у меня горло першит, как бы не заразилась от гостя.

– Ежли кушали недавно – то и выпейте горяченького, токмо непременно заешьте хоть хлеба кусочком али пирогом.

Роберта я отвела к матери, мазь передала служке архиепископа, велев натереть больного прямо сейчас, сходила распорядится на кухню, вернулась к себе, выпила на редкость мерзкую настойку, добавив её в горячий чай, нехотя заела куском хлеба, отпустила Бетти и наконец-то рухнула в кровать. Сил вообще не осталось.