Текст книги "Ошибки были совершены (ЛП)"

Автор книги: Люси Скор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 37 страниц)

– Это Леви? – с надеждой спросила я. Я определённо могла бы использовать его привлекательное личико, чтобы продать несколько книг.

– Он показал мне всего несколько глав. Он хорош и становится лучше, но есть ещё кое-кто, с кем, я думаю, тебе захочется поговорить.

– Неужели ты не можешь просто сказать мне? – взмолилась я. Мой мозг сегодня уже слишком устал, чтобы играть в игры.

– Мы сегодня начинаем занятия или вы собираетесь подождать, пока у кого-нибудь из нас возникнет экстренный припадок, связанный с возрастом? – спросила женщина с впечатляющим седым начёсом, сидевшая за партой у окна.

– Рада снова видеть тебя, Милдред, – сказала Хейзел, не обращая внимания на жалобу.

– Кто твоя подруга? Она одинока? – спросил мужчина в огромной ковбойской шляпе. Большим и указательным пальцами левой руки он пригладил пушистые белые усы. Его правая рука представляла собой крутой роботизированный протез.

Хейзел лукаво улыбнулась мне.

– Она определённо одинока, Терренс, и если ты будешь вести себя тихо, я уверена, она скажет тебе, в её ли ты вкусе.

– Я ненавижу тебя, – прошептала я.

– Ты бы никогда не смогла меня ненавидеть, – выпалила она в ответ, похлопав ресницами.

Я неохотно направилась к свободному месту рядом с Леви. Оно было ближе всего к двери, так что, по крайней мере, при необходимости я смогу изобразить чрезвычайную ситуацию и ускользнуть.

– Эй, давай, может быть, никогда и ни с кем не будем говорить о том, что ты подслушал, – предложил я Леви.

– Никогда не говорить – это моё любимое, – ответил он.

– Мне это в тебе нравится.

Он хмыкнул.

Хейзел повернулась к доске в передней части комнаты.

– На нашей прошлой встрече мы обсуждали построение мира...

***

– Я просто хочу сказать, что в моё время мы не кричали об этом с крыш, – фыркнул Джордж со своего скутера.

– В твоё время у вас не было крыш. Все ещё жили в пещерах, – парировала его подруга Опал.

Остальные в классе одобрительно захихикали.

– Спасибо тебе за эти... интересные мысли о... чём бы это ни было, Джордж, – сказала Хейзел из передней части зала. – Ваши персонажи – основа истории, но мир – это основа всего, что происходит с вашими персонажами. Мне нравятся примеры, которыми вы решили поделиться с другими авторами. Особенное спасибо тебе, Милдред, за то, что выбрала сцену из одной из моих книг. Ты определённо моя любимица. Но теперь пришло время побыть писателем. В течение следующих десяти минут я хочу, чтобы каждый из вас написал короткую сцену, абзац или даже просто предложение, которое показывает, а не рассказывает, в какой обстановке находятся ваши персонажи и что это значит для них.

Пока все готовились к выполнению задания, я оглядела комнату.

Это была разношёрстная группа студентов. До сих пор мне никак не удавалось идентифицировать потенциального клиента, которым дразнила меня Хейзел. Половина из них, казалось, относилась к занятию серьёзно, а другая половина воспринимала это к последний урок перед обедом.

Красивый, непроницаемый Леви сидел тихо, его пальцы методично двигались по клавишам ноутбука. Член городского совета и известная вязальщица шапок Китти Суарез заполняла словами и каракулями блокнот на спирали. Парень в ковбойской шляпе хмуро смотрел в потолок, положив пальцы на крошечную Bluetooth-клавиатуру своего планшета. Джордж листал журнал. Седовласая женщина рядом с ним спала. По крайней мере, я надеялась, что она спит.

Моё внимание привлекло какое-то движение во дворе, и я почувствовала прилив возбуждения, который тут же попыталась подавить.

Гейдж был снаружи с помощником, и они втаскивали на открытое пространство несколько больших деревянных балок. Послеполуденное солнце, очевидно, было достаточно тёплым для одежды с короткими рукавами, что означало демонстрацию бицепсов. Красивых бицепсов. Именно это привлекло моё внимание. Именно это вызвало искру интереса. Я решила, что это не волнение. Это нейтральное восхищение прекрасными мужскими формами. Да. Вот и всё.

Когда кризис был предотвращён, я с трудом оторвала взгляд от мужественной, мускулистой сцены за окном и попыталась прочитать текст на экране Леви.

В истинно авторской манере мужчина переместил своё тело и экран, чтобы закрыть мне обзор.

Против моей воли мой взгляд вернулся к Гейджу, который устанавливал на место ещё одну балку. Небольшая толпа местных жителей женского пола уже собралась снаружи, чтобы понаблюдать за происходящим. Я не могла их винить. Вид был... приятный.

Что-то щёлкнуло меня по уху, и я вернулась к реальности, обнаружив позади себя Хейзел. Она бросила сложенный лист бумаги на стол передо мной.

– Ещё две минуты.

Я развернула листок и закатила глаза.

«Он тебе нраааааавится! Не будь такой...» – я присмотрелась к примитивному наброску и прищурилась.

«Что это, чёрт возьми, такое?» – одними губами спросила я, указывая на рисунок.

Хейзел остановилась позади Леви, засунула руки в подмышки и помахала локтями, как куриными крылышками.

Я притворилась, что выковыриваю что-то из глаза средним пальцем, когда она пошла дальше. На самом деле Гейдж мне не нравился. Ведь нет же? Нет. Конечно, нет. Это просто старая добрая ситуация с запретным плодом. В ту же секунду, когда он сказал, что я не в его вкусе, мои женские части решили, что к его мужским стоит присмотреться повнимательнее.

Это просто скучная взрослая версия того инцидента, когда мои родители настаивали на том, что девятнадцатилетний парень с восьмого этажа, днём работающий выгульщиком собак, а ночью играющий на бас-гитаре – плохая идея. Трип стал лишь привлекательнее в моих глазах после того, как мне запретили с ним видеться.

Это всё объясняло.

Спустя две минуты решительного невыглядывания в окно, Хейзел хлопнула в ладоши в передней части класса.

– Ладно. Время вышло. Кто хочет начать первым?

Поднялись три руки. Полагаю, в каждом классе были любимчики учителя.

Мы прослушали абзац, в котором ковбой Терренс описывал свой ящик с носками в ярких, если не сказать захватывающих подробностях. Следующей была Хана с описательной сценой, происходящей на кухне ресторана во время обеденного перерыва. За ней последовала Милдред, подробно описавшая заправочную станцию в Висконсине, где она встретила своего второго мужа.

– Каждый раз, когда я чувствую солёный, пряный аромат хот-догов, приготовленных на гриле, я вспоминаю своего Нормана, – заключила она с поклоном.

При слове «хот-доги» у меня заурчало в животе, и я поняла, что с завтрака прошло много времени.

– Это замечательно, Милдред, – воскликнула Хейзел. – Я думаю, ты заставила всех мысленно перенестись туда. Леви, как насчёт тебя?

Мужчина выглядел так, словно хотел, чтобы на него обрушился потолок, и у него появился бы повод исчезнуть.

– Да ладно вам, шеф. Не бойтесь. Мы всего лишь будем оценивать каждое слово, – поддразнила его Опал, самодовольно заложив руки за голову и откинувшись на спинку сиденья.

Со вздохом, который граничил с рычанием, Леви начал читать, опустив голову и не отрывая глаз от экрана.

– Опавшие листья образовали красно-золотой ковёр. На нём лежало тело, изувеченное и изломанное.

– Вот теперь дело принимает интересный оборот, – сказал Джордж, хлопнув ладонью по столу.

– Помолчи, Джордж, – приказала Хейзел.

– Сколько людей прошли по обсаженной деревьями тропе, так спеша добраться до обзорной площадки, что пропустили это место последнего упокоения? Сколько семей упорно шагали вперёд, с бутербродами в рюкзаках, биноклями на шее, предвкушая очередное великое приключение, в то время как за замшелым валуном всего в трёх метрах от них убийца заканчивал свою работу?

Я поджала губы. Неплохо для новичка. Я вопросительно приподняла бровь, на что Хейзел ответила самодовольной улыбкой, которая мне ничего не сказала.

Леви закрыл экран ноутбука и скрестил руки на широкой груди.

Почему мне не нравился он? Он был крупным, задумчивым и явно не искал отношений. И всё же вот она я, размышляю о дурацких моногамных бицепсах Гейджа. Со мной реально что-то не так.

– По-настоящему отличная работа, Леви. Ты дал нам ощущение времени и места, показав читателю, как близко опасность подстерегает невинных. А как насчёт тебя, Опал?

В противоположном конце комнаты Опал в своих чёрных эластичных брюках и сером свитере-тунике раздосадованно вздохнула. Но вместо того, чтобы спорить, она лизнула палец и отлистала назад страницы жёлтого блокнота.

– Грязь пахла смертью, льнула к её коленям, приковывая её к месту. Кровь капала из зияющей раны на плече и, словно ледяной дождь, падала на опавшие листья. Сернистый туман стелился по лесу, приближаясь к ней, словно пальцы бесшумного серебряного призрака. Земля под её ногами задрожала, предупреждая о грядущем зле. Её рука сжалась на рукояти меча, который был намного тяжелее и не так полезен, чем волшебная палочка, которой она привыкла пользоваться. Но они забрали у неё палочку, как и всё остальное.

– Крик чудовища был нечеловеческим. Яростный рёв, обещавший боль, так много боли. Но ей было всё равно. Не тогда, когда он сидел на смертоносном троне, наблюдая за каждым её вздохом из собора деревьев. Она умрёт здесь, на этом поле, отдавшись на милость монстра, и он будет свидетелем всего этого. Её смертельный враг. Её ненадёжный союзник. Мужчина, ответственный за кражу её магии и за предрешение её казни. Она проведёт последние секунды своей жизни под взглядом его ледяных серых глаз, а он проведёт остаток своей жизни, никогда не забывая о ней. Она могла это принять. Улыбка тронула уголки её губ, когда свист крыльев и вспышка огня прорезали туман.

Опал перелистнула блокнот обратно на первую страницу и откинулась на спинку стула.

– Это всё, что у меня есть.

В комнате воцарилась тишина, как будто заклинило пластинку в граммофоне.

Моя челюсть отвисла так, словно я пыталась разом проглотить сэндвич длиной 30 см. На лице Хейзел появилось выражение «Я же тебе говорила».

– Чоооорт, – протянул Джордж, наконец нарушив тишину.

– Заткнись, старый ты пердун, – сказала Опал.

– Есть ещё что-нибудь? – с надеждой спросила я. – Например, кто она такая? Кто он? Он предал её?

– А драконы там есть? Драконы сейчас в моде, – спросила Китти.

– Что будет дальше? – проревела Милдред.

Опал хмыкнула.

– Это упражнение по написанию текстов. Вам, ребята, нужно почаще выбираться в свет.

***

Я была почти уверена, что буду вибрировать всем телом к тому времени, как Хейзел закончила урок.

Леви с треском захлопнул крышку своего ноутбука и исчез за дверью, прежде чем кто-либо ещё успел пошевелиться. Я встала, не сводя глаз с Опал, думая, что должна загнать её в угол здесь, в комнате, пока она не сбежала и я не потеряла её в море пенсионеров.

– Привет, милая леди. Ты напоминаешь мне мою внучку. Подожди. Это прозвучало жутко. Чёрт возьми! Я новичок во всей этой истории со «знакомствами с новыми людьми», – сказал Терренс. – В общем, меня зовут Терренс, и я только что переехал сюда, и ты действительно похожа на мою внучку, но она слишком занята, чтобы навещать меня. Дерьмо. Теперь это звучит просто жалко.

– Терренс, я Зои. Я бы с удовольствием помогла тебе поработать над навыками светской беседы, но сейчас мне нужно кое с кем поговорить. Мы поболтаем позже, – пообещала я.

– Договорились, – с энтузиазмом сказал он, пока я пыталась отцепить ремень своей сумочки от стула.

К тому времени, как я освободила его, Опал была уже в коридоре. Я чуть ли не перепрыгнула через Джорджа и его скутер, но у моей жертвы было преимущество передо мной. Женщина с ходунками оказалась шустрее, чем я ожидала. Не помогло и то, что я застряла в коридоре за спинами двух седовласых дам с четырёхногими тростями на присосках.

К тому времени, как я обошла их, Опал уже выходила во двор.

– Опал! Подожди, – крикнула я ей вслед.

Она остановилась и оглянулась.

Я увернулась от очаровательной пожилой пары, держащейся за руки, и догнала её.

– Ты когда-нибудь раньше публиковалась? – спросила я, затаив дыхание.

Она оглядела меня с головы до ног.

– Тебе нужно присесть или что-то в этом роде?

– Нет. Я в порядке. Я просто не занималась кардиотренировками с 2010 года. Ты когда-нибудь публиковалась?

– «Публик» – это жаргонное название какого-то препарата, который ты хочешь мне продать? Потому что я его не буду покупать.

– Нет. То, что ты написала на уроке, было хорошо. Действительно хорошо. Опал, ты умеешь писать.

Она фыркнула.

– Я знаю. А ещё я могу пожарить яичницу, но ты же не видишь, чтобы я устраивалась на работу в закусочную.

– Значит, то, чем ты поделилась, было частью более масштабной работы? У тебя случайно не завалялась где-нибудь готовая рукопись? – с надеждой спросила я.

– Кто спрашивает?

– Прошу прощения. Я Зои Муди. Я литературный агент. Агент Хейзел. И я думаю, что ты действительно хороша.

– Слушай, мне нужно успеть на «счастливый час», пока Джордж не выпил весь хороший виски.

– Подожди! Дай я дам тебе свою визитку. Мы можем поговорить, когда у тебя будет больше времени. Или я могу пойти с тобой на «счастливый час». Я люблю виски, – я сунула руку в сумочку, молясь, чтобы на дне действительно осталось несколько моих старых визиток. Я собиралась заказать новые, но это вылетело у меня из головы.

– Мне не нужна визитка или какой-то там контракт на издание. Мне и так прекрасно живётся. А теперь уйди с дороги, или я раздавлю тебя этими чёртовыми ходунками.

Я отошла в сторону и уставилась ей вслед.

– Как всё прошло?

Я подпрыгнула от неожиданности и, обернувшись, увидела Хейзел, притаившуюся неподалеку.

– Отлично. Она пригрозила раздавить меня своими ходунками.

Хейзел открыла банку Пепси со вкусом дикой вишни и от души отхлебнула.

– Да, она крепкий орешек. А теперь расскажи мне всё о том, как ты и этот прекрасный образец мужественности не занимаетесь сексом, – настаивала она, указывая в сторону потного, работящего Гейджа. Он поднял руку, приветствуя нас. Мы обе ответили ему тем же.

– Ладно. Я расскажу тебе все подробности, если ты постираешь мою одежду. У меня уже неделю не было ни одной чистой пары нижнего белья.

– Договорились. С каких это пор ты начала носить нижнее бельё?

Глава 10. Так много сосков

Гейдж

– Ты всё время смотришь на часы, – объявил Деклан.

Мой помощник юриста появился в дверях, бесшумный и похожий на кота, и стал прихлёбывать кофе из простой белой кружки. Нана высунула голову из-за его ног, держа в зубах большую мягкую игрушку в виде молотка.

Я уронил ручку на документы, которые просматривал.

– Мой следующий клиент задерживается, – меньшего я от Зои и не ожидал. Чего я не ожидал, так это того чувства предвкушения, которое не покидало меня весь день перед назначенной встречей, о которой она, вероятно, забыла.

– Шесть минут. Должен ли я перенести встречу с мисс Муди?

– Используешь имена клиентов. Впечатляет, Деклан.

– Я всё равно думаю, что номера более эффективны, – пожаловался он.

– Дело не всегда в эффективности.

По его виду было видно, что он мне не поверил.

Дверь распахнулась со звоном колокольчика, и на пороге появилась она. Зои ворвалась как торнадо, растрёпанная от ветра и полная энергии, в дизайнерских джинсах, шёлковой полупрозрачной блузке и бархатном блейзере.

– Прости, прости, прости! Я опоздала. Я ужасна.

– Шесть минут, – предупредил Деклан.

– Ничего страшного, – настаивал я, поднимаясь со стула и встречая её в приёмной.

– Ты поверишь, если я скажу, что думала, что в кои-то веки приду пораньше? – спросила она, используя локоть, чтобы поднять солнцезащитные очки на макушку. – Я решила остановиться и купить нам всем кофе, но тут образовалась очередь. Очередь! В Стори-Лейке. Можешь в это поверить? Потом я поняла, что мои ключи куда-то подевались, и мне пришлось возвращаться по своим следам, и, короче говоря, если ты бросаешь ключи в банку для чаевых, это просто сбивает всех с толку.

– Привет, – сказал я и взял у неё поднос с напитками.

Её плечи опустились, когда неистовая энергия покинула её.

– Привет. Извини за опоздание. Надеюсь, чёрный кофе и Эрл Грей с миндальным молоком компенсируют это. Я спросила Дженнифер Чжан, что вы обычно пьёте.

– В извинениях нет необходимости, и я ценю, что ты принесла напитки, – сказал я, когда Нана подскочила к Зои и ударила её по коленям мягкой игрушкой-молотком.

– Здравствуй. Да, прости. Я должна была сначала поприветствовать тебя, Нана, – сказала Зои, наклоняясь, чтобы осторожно погладить мою собаку. – Ах, вот бы иметь уверенность золотистого ретривера, который верит, что все рады встрече с ним.

Нана оценила её усилия настолько, что бухнулась на спину, чтобы открыть Зои доступ к животу.

– Эм, я не знаю, что делать с этой частью твоего тела, – сказала она.

Я взял свой кофе и передал поднос с напитком Деклану.

– Ей нравится, когда ей гладят животик, – сказал я, демонстрируя это.

Зои неуверенно последовала моему примеру и погладила Нану.

– О боже. Почему у неё так много сосков?

– Почему бы нам не начать? – предложил я. Я подумывал о том, чтобы протянуть руку и помочь ей подняться, но решил, что чем меньше физического контакта, тем лучше.

Мы поднялись вместе, не касаясь друг друга, но наши взгляды встретились.

– Почему ты так пялишься? – спросил Деклан, разглядывая нас с дискомфортно близкого расстояния. Не желая оставаться в стороне, Нана втиснулась между нами, виляя хвостом и повизгивая молотком. – У неё что-то застряло в зубах?

– Я не пялюсь, – возразил я, защищаясь.

– У меня что-то застряло в зубах? – спросила она, проводя пальцем по дёснам.

– С тобой всё в порядке.

– Хочешь, я принесу зубную нить к тебе в кабинет? – заботливо предложил Деклан.

– Спасибо, Деклан. Зубная нить не нужна. Пойдём? – я указал в сторону своего кабинета, стараясь держаться подальше от неё.

– Ты уверен, что у меня ничего не застряло в зубах? – поспешно спросила Зои, когда мы уселись за стол напротив друг друга. – Потому что однажды я провела целую презентацию для отделов маркетинга и продаж, и всё это время между моими видимыми зубами застряло по нескольку зёрнышек чиа, и никто мне об этом не сказал.

– У тебя в зубах ничего нет. Так вот, я не увидел в контракте никаких поводов насторожиться, но это потому, что я, как городской адвокат, составлял его, – если я буду поддерживать профессиональный разговор, я не буду думать о её комментариях насчёт секса на одну ночь, как думал каждый день, начиная с выходных.

– Как это похоже на конфликт интересов, – поддразнила она.

– Поскольку ты не платящий клиент, и я делаю это по доброте душевной, я подумал, что ты не будешь возражать. Какие у тебя есть вопросы?

– Что это за трофей? – спросила она, указывая на одну из полок книжного шкафа.

– Чемпионы штата по бейсболу в старшей школе. Выпускной год. Вернёмся к контракту.

– У тебя здесь настоящая атмосфера капсулы времени, – заметила она, затем встала и прошлась по комнате со своим стаканчиком кофе.

Это правда. В дополнение к необходимым научным степеням, учебникам по юриспруденции и непритязательным офисным картинам я добавил несколько личных деталей. Семейные фотографии, вырезки из газет в рамках и другие сувениры занимали полки и стены.

– Мне нравится держать при себе то, что важно для меня.

– Ты поэтому решил остаться и играть в героя родного города? – спросила она, ковыряя витрину с гвоздём, взятым с нашей первой с братьями работы.

– Когда я сказал «вопросы», я имел в виду вопросы о твоём контракте.

– Ты получил возможность расспросить меня о моей работе. Теперь моя очередь.

– Тогда да. Я никогда не планировал переезжать. Я всегда намеревался остаться в Стори-Лейке.

– Строительство по утрам, а после обеда юридическая практика для маленького городка всегда были частью этого плана? – спросила она.

– Я думал, что буду адвокатом на полную ставку. Но, несмотря на то, что иногда мои братья ведут себя как настоящие придурки, мне нравится работать с ними. Это лучшее из обоих миров.

– Какие юридические головоломки ты решаешь здесь, в Стори-Лейке?

Я откинулся на спинку стула и изучал её, пока она рассматривала семейную фотографию со свадьбы Лауры.

– В основном семейное право. Наследственные дела, разводы, соглашения об опеке. Иногда подворачивается судебное разбирательство, чтобы я не расслаблялся, а ещё есть обязанности городского адвоката, которые сводятся в основном к контрактам и подзаконным актам.

Она вернулась к столу и села.

– Итак, что ты делал сегодня?

– Я поработал прорабом в бунгало «Гавани» и осмотрел три кухни. Затем я встретился с электриком в четвёртом коттедже, чтобы выяснить, почему, чёрт возьми, лампочки на туалетном столике мигают каждый раз, когда в спальне включается потолочный вентилятор. Я заскочил в универмаг, пристроил несколько полок на складе для Лауры, а потом меня уговорили помочь отцу на ферме – починить участок забора, через который на прошлой неделе пробежали коровы. Нана вывалялась в какой-то иномирной смеси дерьма сельскохозяйственных животных, так что мне пришлось облить из шланга её, а потом и себя. После этого я съел сэндвич и принял душ дома, встретился с клиентом в Доминионе, отправил три предупреждения о пиратстве местному автору любовных романов, который останется неназванным, и ещё раз просмотрел твой контракт. Сейчас я веду светскую беседу с женщиной, в расписании которой указано, что у неё есть для меня сегодня только тридцать минут, и мне нужно пройтись по контракту, чтобы я мог ей кое-что показать.

– Ничего себе. Во-первых, мои пятичасовые планы были перенесены... после того, как я поняла, что неправильно записала их в календаре. Во-вторых, у меня в голове уже промелькнуло шесть разных идей о том, что ты, возможно, захочешь мне показать, и три из них невероятно непристойные.

Она флиртовала со мной, и разумным и логичным шагом было бы положить этому конец.

– Тебе просто придётся набраться терпения и выяснить самой.

Христос. Вот вам и умные решения.

– Уф. Терпение, – она произнесла это так, словно это было матерное слово.

– Вернёмся к твоему контракту, – сказал я, указывая на бумаги, разложенные передо мной. – Полагаю, тебя беспокоит его длина.

Она оперлась локтем о мой стол, подперев ладонью подбородок.

– Меня очень беспокоит длина. О какой длине мы говорим?

– Двенадцать.

Зои моргнула и опустила руку.

– Двенадцать? Ты кто? Наполовину жеребец?

(12 дюймов, если вы подумали о том же, о чём Зои – это 30 см, – прим)

Супер. Теперь я вёл себя неподобающе. Мне нужно вернуть всё на профессиональный уровень.

– Месяцев, – быстро ответил я. – Контракт рассчитан на двенадцать месяцев.

Она откинулась на спинку стула, выглядя забавляющейся.

– Ты меня подловил. И буду честна. Я не читала контракт. Это шесть страниц юридической тарабарщины. Раньше я полагалась на очень дорогого, очень терпеливого адвоката, которого больше не могу себе позволить. Я едва смогла сосредоточиться, чтобы распечатать это.

Она выглядела смущённой, как будто ожидала, что я её отчитаю.

– Зои, никто, кроме юристов, не любит читать контракты. Вот почему ты здесь. Я пройдусь по пунктам и переведу всё это на нормальный английский.

– Английский, понятный семилетнему ребёнку?

– Да.

На её прекрасном лице заплясало облегчение.

– Спасибо.

Мы обсудили детали соглашения, не столкнувшись с какими-либо серьёзными препятствиями и не скатившись снова к флирту.

– Итак, я уточню формулировки результатов, а ты дашь мне знать, чего хочешь по срокам, – резюмировал я.

Она прикусила нижнюю губу.

– От мысли, что я проведу здесь целый год, у меня начинается сыпь.

– У меня было такое предчувствие, – сухо сказал я. – Подумай об этом денёк и перезвони мне. Дариус собирается проявить гибкость, тем более что он уже в восторге от твоей идеи Читательского Уик-энда.

Она усмехнулась.

– Супер. А теперь, не мог бы ты показать мне свою змею в брюках или свою коллекцию памятных тарелок в шведской королевской тематике?

– Вот на каких вариантах ты остановилась?

– Хейзел не единственная, у кого богатое воображение, – отметила она.

– Пошли, – раздражённо отозвался я.

Зои помахала на прощание Деклану, который металлическим угольником выравнивал папки на своём столе, чтобы они лежали идеально ровно. Нана развалилась животом кверху в лучах солнца и храпела, всё ещё держа мягкий игрушечный молоток во рту.

Я придержал дверь для Зои и указал на лестницу.

– Мы поднимаемся.

– Я бы хотела внести изменения в свой список и включить в него восемь крольчат, которых ты спас на обочине дороги, или твою коллекцию скаутских значков.

– Ты абсурдна, – сообщил я, подталкивая её к первой ступеньке.

Она начала подниматься по лестнице.

– Стена, где на клейких листочках написаны все комплименты, которые тебе когда-либо делали?

– Нет.

– О-о-о! Я знаю, – выдала она, разворачиваясь на ступеньке чуть выше меня. – Это слайд-шоу из селфи с каждой пожилой женщиной, которой ты когда-либо помогал перейти улицу!

– Определённо нет. Иди, – не подумав, я положил руки ей на бёдра и подтолкнул вперёд. Ощущение её изгибов под моими ладонями на мгновение заставило мой мозг отключиться. Что, чёрт возьми, я творил? В данный момент она была моей клиенткой. Неофициальной клиенткой, которая не платит, но правила есть правила.

Зои снова начала подниматься, и я опустил руки.

– Как насчёт записной книжки со всеми случаями, когда тебя останавливали копы, просто чтобы сказать, какой ты хороший водитель? – настаивала она.

– Ты говоришь, что не любишь обязательства, но посмотри, как ты привержена этой затее, – прокомментировал я, когда мы поднялись на второй этаж.

– Я многогранная женщина, – радостно сказала Зои. – И ты, кажется, держишься молодцом.

Я проводил её до двери и достал ключи.

– Оскорбления – это язык любви в моей семье. Я к этому привык.

– Мне нравится твоя семья. Они не отстой.

– Это ложное предположение. Они абсолютно отстой. Просто они отстой в забавной и очаровательной манере, а не в эмоционально травмирующей манере.

Зои склонила голову набок и пытливо посмотрела на меня.

– Ты хоть понимаешь, как тебе повезло?

– Понимаю. Не знаю, известно ли тебе об этом, но я и мои братья – приёмные дети. Наши родители умерли, когда мы были маленькими.

Зои кивнула.

– Хейзел рассказала мне. Не то чтобы она разбалтывала всю историю вашей семьи или что-то в этом роде. Просто мы много о чём говорим.

– Ничего страшного. Здесь все говорят. Нас разделили по разным приёмным семьям. Я оказался здесь с Фрэнком и Пепом Бишопами. Когда они узнали, что у меня есть два старших брата, они перевернули небо и землю, чтобы воссоединить нас. И вот мы все здесь. Я мало что помню о наших биологических родителях, но знаю, как мне повезло, что я Бишоп, – я открыл дверь и махнул рукой, приглашая её войти.

Зои осторожно шагнула внутрь.

– Это пустая комната. Должен сказать, я разочарована.

– Да, но это может быть твоя пустая комната в твоей пустой квартире, если ты перестанешь раздражать домовладельца.

В зелёных глазах вспыхнул интерес. Её брови удивлённо изогнулись.

– Оооо. Я закончила разочаровываться.

– Теперь тебе не хочется дерзить? – поинтересовался я самодовольно.

– Гейдж, это в два раза больше моей квартиры на Манхэттене.

Мне понравилось, как прозвучало моё имя в её устах, и признание этого вызвало у меня желание ударить себя по лицу. Она мне не подходила У меня не должно возникать ни одного из этих чувств. Почему, чёрт возьми, я не мог это запомнить?

– Здесь всё несколько дешевле, – сказал я.

– Что это за комната? – спросила Зои, проходя через застеклённый проход из гостиной в помещение, расположенное рядом с кухней.

– Это то, что мы, жители не-Нью-Йорка, называем столовой.

Она постучала пальцем по подбородку.

– Хм. Комната только для того, чтобы поесть? Что я тогда буду делать на диване?

– Что ты думаешь об огромных туалетных столиках в ванной? – спросил я.

– Я думаю, тебе стоит продолжать говорить, симпатичный потенциальный арендодатель.

– Флирт не даст тебе скидки на аренду, поскольку уже подтверждено, что мы не заинтересованы друг в друге.

– Знаешь, кто заинтересован в нас как в паре? – спросила Зои, направляясь прямиком к двери ванной. – Хейзел. О мой Бог. Он огромный! – радостно объявила она и оглянулась на меня, широко улыбаясь.

– Что я говорил о флирте? – спросил я, прислонившись к дверному косяку. – Почему Хейзел заинтересована в нас? Кэм и до неё добрался?

Зои запрыгнула на край туалетного столика, болтая ногами.

– Зацени. Она думает, что для книги, которую она пишет, ей нужно вдохновение из реальной жизни, и она пытается придумать роман между нами двумя.

– Откуда у неё эта идея?

– От того, что я сказала ей, что ты меня не интересуешь.

– Вы говорили обо мне? Что-то не похоже на отсутствие интереса.

Она закатила глаза.

– Вот тебе и эго Бишопов. Я знала, что оно не может быть так уж глубоко спрятано. В любом случае, я просто хотела тебя предупредить. Если ты увидишь, что за твоими мусорными баками прячется брюнетка-автор любовных романов, которая пытается навязать тебе романтические отношения, то теперь ты знаешь, почему. Как её агент, я была бы признательна, если бы ты подыграл ей, чтобы она могла начать достигать своих целей по количеству слов.

– Какое подыгрывание ты здесь подразумеваешь?

– Не снимай штанов, герой-любовник. Я, может быть, и согласилась бы провести с тобой одну ночь, но тогда ты был бы загипнотизирован моим телом и начал бы ходить за мной по городу, умоляя о ещё одной ночи.

– Кто-то сегодня проснулся дерзким, – заметил я.

Она оглядела отремонтированную ванную и принюхалась.

– Почему всё пахнет новым? Свежая краска, новый ковёр, – она спрыгнула со стойки и отдёрнула занавеску на ванной. – Ага! Новая плитка.

– Потому что это и есть новое.

– Гейдж.

– Зои.

– Ты переделал эту квартиру для меня?

Я подумывал о том, чтобы солгать. Потом я подумал о том, что заслуги за все самые лучшие подарки приписывались Санта-Клаусу.

– Я так и сделал. Квартира пустовала, и я использовал её для хранения вещей, – признался я.

Зои снова оглядела крошечную комнату.

– Это самое приятное, что кто-либо когда-либо делал для меня. Буквально за всю мою жизнь. И я тебе даже не нравлюсь.

– Дело не в том, что ты мне не нравишься, – раздражённо сказал я. – Мне просто не нравится проводить с тобой время.

– Ты засранец, – сказала она со смехом. Затем поднялась на цыпочки и чмокнула меня в щёку. – А теперь прошу меня извинить, я буду безжалостно оценивать вместительность шкафа.

Зои обошла меня и вышла из комнаты, оставив после себя аромат кокоса и обжигающее ощущение в том месте, где её губы коснулись моей кожи.

Бл*дь. Это не хорошо. Я играл с огнём, а я никогда не играл с огнём.

– Боже мой, я могла бы уместить здесь почти весь свой гардероб, – завизжала она в спальне.