Текст книги "То, чего мы никогда не забывали (ЛП)"

Автор книги: Люси Скор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 30 страниц)

Глава 4. Ты тут не останешься

Наоми

– Должно быть, ты Наоми, – сказал коп.

Я, может, и пребывала в разгаре панической атаки, но мне вроде как понравилось, как он дружелюбно произнес мое имя с тягучим акцентом.

Ноксу это, видимо, не понравилось, потому что он внезапно разместил свою мускулистую тушу прямо передо мной, широко расставив ноги и скрестив руки.

– Это я, – сказала я, выглядывая из-за Нокса. Этот дуболом не сдвинулся, когда я ткнула его в спину.

Мужчина посмотрел обратно на Нокса, и что бы он там не увидел, это заставило его широко улыбнуться.

– Я здешний шеф полиции, но ты можешь называть меня Нэш. Очень приятно познакомиться, Наоми. Жаль, что это случилось при таких обстоятельствах. Не возражаешь, если я задам тебе несколько вопросов?

– Эм. Ладно, – ответила я, внезапно пожалев, что у меня не было возможности умыться и привести волосы в порядок. Я, наверное, выглядела как безумная зомби-подружка невесты.

– Почему бы нам не поговорить на парковке? – Нэш мотнул головой в ту сторону.

Внимание Уэйлей снова сосредоточилось на фильме, пока она потягивала сладкую лаймово-зелёную газировку.

– Конечно, – я пошла за ним и удивилась, что Нокс присоединился к нам. Он направился прямиком к внедорожнику Нэша, на боку которого было написано «Полиция Нокемаута», и воинственно прислонился к капоту.

– Твоё присутствие на этом этапе необязательно, – сказал ему Нэш.

Нокс обнажил зубы.

– Если хочешь, чтобы я ушёл, тебе придётся меня заставить.

– Извините. Он всё утро такой, – объяснила я Нэшу.

– Милая, он всю жизнь такой, – парировал шеф полиции.

Только когда они наградили друг друга идентичными гневными взглядами, до меня дошло.

– Вы братья, да?

– Да что ты говоришь, – проворчал Нокс.

– Естественно, – ответил Нэш, одарив меня полной мощью своей ослепительной улыбки. – Я в семье хороший.

– Просто делай свою бл*дскую работу, – сказал Нокс.

– О, теперь ты хочешь, чтобы я делал свою работу. Ты же понимаешь, почему я сбит с толку...

– Джентльмены, – перебила я. Мы так ни к чему не придём. У меня не было сил рассеивать напряжение между братьями, и у нас имелись проблемы поважнее. – Не хочу вмешиваться, но можем мы перейти к обсуждению моей сестры? – предложила я.

– Сдаётся мне, это отличная идея, Наоми, – сказал Нэш, подмигивая мне и доставая записную книжку.

Нокс зарычал.

– Давай запишем твои показания, а потом разберёмся, что будет дальше.

Мужчина с планом и улыбкой. Он определённо приятнее, чем его брат.

***

– Хочешь сказать, я могу просто завладеть живым человеком? – уточнила я несколько минут спустя. Я остро нуждалась в кофе. Мои когнитивные способности стремительно снижались.

– Ну, я бы посоветовал не называть это «завладеть». Но в Вирджинии родственная опека позволяет детям оставаться с членом семьи в качестве опекуна, когда они не могут быть со своими родителями.

Может, мне это померещилось, но кажется, братья обменялись настороженными взглядами.

– То есть, я стану опекуном Уэйлей?

Всё развивалось так быстро. В один момент я готовилась пройти к алтарю. В следующий я внезапно оказалась ответственной за будущее 11-летней незнакомки.

Нэш провёл рукой по своим густым волосам.

– Временно. Очевидно, что ты стабильный и здоровый взрослый человек.

– Что будет, если я откажусь? – подстраховалась я.

– Суд по делам семьи и несовершеннолетних определит Уэйлей в детский дом. Если ты можешь остаться в городе на несколько недель, пока мы разбираемся в ситуации, то закон разрешает, чтобы Уэйлей жила с тобой. Если всё сложится нормально, ты даже можешь оформить постоянное опекунство.

– Ладно, – я нервно вытерла ладони о свои шорты сзади. – А с какой ситуацией мы тут будем разбираться? – поинтересовалась я.

– Главным образом то, что задумала твоя сестра, и как это повлияет на опекунство.

«У меня большие проблемы. Мне нужны деньги, Наоми».

Я прикусила губу.

– Она позвонила мне прошлой ночью. Сказала, что ей нужна помощь, и ей надо, чтобы я привезла наличку. Думаешь, ей грозит реальная опасность?

– Давай так. Ты сосредоточься на Уэйлей, а о твоей сестре позабочусь я, – посоветовал Нэш.

Я оценила это в теории, но если верить моему опыту, то единственный способ убедиться, что воцарится порядок – это навести его самой.

– Ты привезла наличку? – спросил Нокс, глядя на меня.

Я посмотрела на свои ноги, чувствуя себя глупой и пристыженной. Я должна была догадаться.

– Привезла.

– Она её получила?

Я сосредоточилась на лице Нэша, поскольку оно было более дружелюбным.

– Я думала, что поступаю хитро. Половина денег была в машине, а вторая половина – в моём чемодане.

Нэш выглядел сочувствующим. Нокс же, напротив, пробурчал что-то себе под нос.

– Ну, наверное, мне лучше вернуться и нормально представиться своей племяннице, – сказала я. – Пожалуйста, держи меня в курсе.

– Ты здесь не останешься.

Это заявление исходило от Нокса.

Я всплеснула руками.

– Если моё присутствие так тебя беспокоит, почему бы тебе не уехать в длительный отпуск?

Если бы кровь могла вскипеть от взгляда, то моя кровь превратилась бы в магму.

– Ты здесь не останешься, – повторил он. На сей раз он показал на хлипкую дверь с выбитым замком.

«Ах. Это».

– Уверена, я могу придумать решение, – бодро заявила я. – Шеф...

– Зови меня Нэш, – настоял он.

Нокс выглядел так, будто хотел пробить головой своего брата и без того повреждённую дверь.

– Нэш, – повторила я, выкручивая обаяние на максимум. – Ты не знаешь, где мы с Уэйлей могли бы остановиться на несколько ночей?

Нокс достал телефон и гневно уткнулся в экран, агрессивно тыча в него пальцами.

– Я мог бы подвезти вас до жилья Тины. Там не то чтобы уютно, но она вряд ли вломится и попортит собственные вещи, – предложил он.

Нокс сунул телефон в карман. Его взгляд остановился на мне, и в выражении его лица было нечто самодовольное, что вызвало у меня иррациональное раздражение.

– Это так мило с твоей стороны. Я не могу выразить словами, как я признательна за твою помощь, – сказала я Нэшу. – Уверена, у Нокса есть дела поважнее, чем торчать в моём обществе.

– Я всегда рад помочь, – ответил Нэш.

– Я только соберу остатки своих вещей и скажу Уэйлей, куда мы направляемся, – решила я и пошла к номеру.

Моё облегчение из-за избавления от татуированного Нокса с дурным нравом было прервано громогласным рокотом.

Мотоцикл с мужчиной, чьи размеры могли тягаться с медведем перед спячкой, пронёсся по улице со скоростью, которая точно превышала разрешённый лимит.

– Чёрт бы подрал этого Харви, – пробормотал Нэш.

– Видимо, тебе лучше разобраться с ним, – сказал Нокс всё с таким же самодовольным видом.

Нэш ткнул пальцем в сторону брата.

– Мы с тобой ещё поговорим, – пообещал он, вовсе не выглядя довольным.

– Поспеши и привлеки его к ответственности, – посоветовал Нокс.

Нэш повернулся ко мне.

– Наоми, прости, что так резко бросаю. Я буду на связи.

Нокс коварно поиграл пальцами, когда его брат поспешил к внедорожнику и пустился в погоню с включённой мигалкой.

И снова я осталась одна с Ноксом.

– Ты же не причастен к исчезновению доброго и вежливого копа, нет?

– С чего бы мне это делать?

– Ну уж явно не для того, чтобы провести время со мной.

– Пошли, Маргаритка, – сказал он. – Давай соберём твои вещи. Я отвезу тебя и Уэй к дому Тины.

– Я бы предпочла, чтобы ты не трогал мои вещи, – надменно сказала я. Эффект от фразы был испорчен моим неэлегантным зевком. Мои силы были на исходе, и мне оставалось лишь надеяться, что получится отделаться от Викинга прежде, чем я вырублюсь.

Глава 5. Бак бензина и вздремнуть

Наоми

Хиллсайд Эйкерз напоминало скорее площадку для фестиваля, нежели трейлерный парк.

Дети играли на маленькой опрятной игровой площадке на клочке травы, которая не до конца поддалась долгому вирджинскому лету. Мобильные дома были огорожены заборчиками, и возле них были разбиты огороды. Креативно выбранные краски и уютные террасы добавляли здешним местам привлекательности.

А рядом оказалось жильё Тины.

Это был классический трейлер в заднем углу парка. Бежевый прямоугольник сильно покосился вправо и выглядел так, будто с той стороны у него отсутствовала часть основания. Сорняки, пробившиеся сквозь гравий, доходили мне до колена.

У трейлера напротив имелось симпатичное крылечко с сеткой от насекомых, гирляндами и висячими растениями в горшках. А у Тины были только самодельные ступени из шлакоблоков, которые вели к ржавой и слегка приоткрытой двери.

Нокс снова одаривал всё вокруг гневным взглядом. Но не меня. А уведомление, приклеенное к двери.

ВЫСЕЛЕНИЕ.

– Стойте тут, – приказал он, не глядя ни на меня, ни на Уэйлей.

Я слишком устала, чтобы раздражаться из-за его мачизма, когда он вошёл внутрь.

Уэйлей закатила глаза.

– Да её уже давно тут нет. Она смылась отсюда ещё до мотеля.

Я рефлекторно потянулась к ней и положила руки на её плечи. Она отпрыгнула и уставилась на меня так, будто я попыталась дёрнуть её за волосы.

«Заметка на будущее: не спешить с физическим выражением привязанности».

– Эм, а где вы двое жили?

Уэйлей пожала плечами.

– Последние две ночи я ночевала в доме подруги. Её родители не возражают против ещё одного ребёнка за ужином. Где она была, не знаю.

Слово «ответственная» можно было применить к Тине только тогда, когда она не раз притворялась мной. И всё же я была в ужасе от того, как моя сестра относилась к родительским обязанностям.

– Пусто, – крикнул Нокс изнутри.

– Говорила же, – Уэйлей взбежала по ступеням, и я последовала за ней.

Внутри трейлер выглядел ещё хуже, чем снаружи.

Ковер перед дверью протёрся до длинных комковатых ниток, лезших во все стороны. Кресло, стоявшее лицом к дешёвой деревянной тумбочке под телевизор, покрытой слоем пыли. Прямо перед ним валялось маленькое розовое кресло-мешок.

– Она забрала телик. Но я стырила пульт, пока она не видела, – гордо заявила Уэйлей.

– Отличная работа, малышка, – сказал Нокс, ероша её волосы.

С трудом сглотнув, я оставила их в гостиной и сунула голову в обшарпанную кухню.

Содержимое шкафчиков было свалено в переполненную мусорную корзину посреди зелёного линолеума. Коробки сухих завтраков, консервированные супы, давно оттаявшие куски замороженной пиццы. Ни единого овоща в пределах видимости.

По сторонам были спальни. В той, что с двуспальной кроватью, виднелись две пепельницы с обеих сторон. Вместо штор использовались тонкие простыни, приклеенные прямиком к стене, чтобы не впускать солнце. Шкаф и комод по большей части пустовали. Всё или валялось на полу, или было вынесено за дверь. Я инстинктивно заглянула под кровать и нашла две пустые бутылки из-под бурбона.

Некоторые вещи никогда не меняются.

– Она вернётся, знаешь, да, – сказала Уэйлей, просунув голову внутрь.

– Знаю, – согласилась я. Вот только эта девочка не догадывалась, что иногда до следующего визита приходится ждать несколько лет.

– Моя комната с другой стороны, если хочешь посмотреть, – сообщила она.

– Хотелось бы, если ты не против.

Я закрыла дверь в депрессивную спальню Тины и пошла за своей племянницей через гостиную. Из-за измождения и ошеломления мои глаза ощущались горячими и пересохшими.

– Где Нокс? – спросила я.

– Говорит с мистером Гиббонсом снаружи. Он арендодатель. Мама дохрена задолжала по аренде, – сказала она, ведя к хлипкой фанерной двери на другом конце гостиной. На ней имелась сделанная вручную табличка «НЕ ВХОДИТЬ», нарисованная четырьмя оттенками розового фломастера с блёстками.

Я решила отложить нотации про ругательства до тех пор, когда я не буду засыпать на ходу.

Комната Уэйлей была маленькой, но опрятной. Тут стояла одноместная кровать с симпатичным розовым покрывалом. Книжный шкаф с просевшими полками хранил несколько книг, но в основном отводился под аксессуары для волос, разложенные по разноцветным корзинкам.

«Возможно ли, что Уэйлей Уитт нравились девчачьи штучки?»

Она плюхнулась на кровать.

– Так что? Что мы будем делать?

– Ну, – бодро отозвалась я. – Мне нравится твоя комната. Что касается остального места, думаю, мы справимся. Генеральная уборка, потом реорганизация…

«А ещё лучше сюда бы бак бензина и коробок спичек».

Нокс вошёл в комнату как взбешённый лев из зоопарка. Он занимал слишком много места и похищал весь кислород.

– Собирай вещи, Уэй.

– Эм. Что, прям все? – спросила она.

Его кивок был отрывистым.

– Прям все. Наоми.

Он развернулся и вышел из комнаты. Я чувствовал, как весь трейлер трясётся под его ногами.

– Кажется, это означает, что ты должна пойти за ним, – сказала Уэйлей.

– Точно. Ладно. Ты держись. Я скоро вернусь.

Я нашла Нокса снаружи, он положил руки на бёдра и уставился на гравий.

– Какие-то проблемы?

– Вы двое здесь не останетесь, бл*дь.

Внезапно утратив всякую способность функционировать из-за усталости, я прислонилась к алюминиевой обшивке трейлера.

– Слушай, Нокс. Я устала до невозможности. Я не спала миллион часов подряд. Я в незнакомом месте, в абсолютно незнакомой ситуации. И тут маленькая девочка, которой нужен кто-то рядом. К сожалению для неё, этот кто-то – я. Ты компенсировал своё мудачное поведение тем, то поработал шофёром. Можешь перестать играть в обременённого мачо. Я не просила о помощи. Так что ты волен уйти. Мне надо наводить тут порядок.

Буквально и образно.

– Закончила? – поинтересовался он.

Я слишком устала, чтобы возмущаться.

– Да. Практически.

– Хорошо. Тогда тащи свою задницу в грузовик. Вы тут не останетесь.

– Ты сейчас серьёзно?

– Вы обе не останетесь в мотеле с картонными дверями или в трейлере с антисанитарией и взломанной дверью. Кроме того... – он сделал паузу в своей тираде, чтобы сорвать с двери уведомление о выселении. – Это место уже не принадлежит Тине. По закону вы не можете перекантоваться в данном трейлере. А по чести я не могу позволить вам попытаться поселиться здесь. Поняла?

Это была самая долгая речь, что он выдал в моём присутствии, и у меня откровенно не было сил отвечать.

Но Нокс и не ждал ответа.

– Так что ты потащишь свою задницу в грузовик.

– И что потом, Нокс? – я оттолкнулась от трейлера и всплеснула руками. – Что дальше? Ты знаешь? Ибо я понятия не имею, и это пугает меня до усрачки.

– Я знаю место, где вы можете пожить. Безопаснее, чем в мотеле. Почище, чем в этом бл*дском бардаке.

– Нокс, у меня нет бумажника. Нет чековой книжки. Нет телефона или ноутбука. Со вчерашнего дня у меня нет работы, к которой я могла бы вернуться. Как я должна заплатить за... – я даже не могла закончить предложение. Усталость и отчаяние взяли надо мной верх.

Нокс выругался и провёл рукой по волосам.

– Ты же спишь на ходу.

– И что? – мрачно спросила я.

Он несколько долгих секунд сурово смотрел на меня.

– Маргаритка, просто садись в грузовик.

– Мне надо помочь Уэйлей собрать вещи, – возразила я. – И мне надо просмотреть мусорную корзину на случай, если там есть важные документы. Страховка, свидетельство о рождении, данные со школы.

Нокс сделал шаг вперёд, и я попятилась. Он продолжал наступать, пока моя спина не упёрлась в его пикап, и открыл пассажирскую дверцу.

– Гиббонс даст тебе знать, если найдёт что-то важное.

– Но разве мне не нужно поговорить с ним?

– Я уже поговорил. Это не первое его родео, и он не плохой парень. Он хранит важную фигню, оставленную арендаторами, и знает, на что обращать внимание. Он позвонит мне, если что-то найдёт. А теперь. Забирайся. В. Грузовик.

Я села на сиденье и попыталась подумать о других вещах, которые надо сделать.

– Уэй! – гаркнул Нокс.

– Божечки. Уйми ты шило в своей заднице! – Уэйлей появилась на пороге с рюкзаком и двумя мусорными пакетами.

Моё сердце дрогнуло. Её жизнь, всё её драгоценное имущество, влезло в два мусорных мешка. И это даже не были хорошие мешки с завязками.

Нокс забрал у неё мешки и положил в кузов пикапа.

– Поехали.

***

Поездка прошла тихо, и видимо, если я не поддерживала разговор и не ссорилась с Ноксом, то у меня не хватало энергии, чтобы оставаться в сознании. Я резко проснулась, когда грузовик тряхнуло. Мы ехали по земляной дороге, змеившейся через лес. Деревья образовывали сплошной полог над нашими головами. Я понятия не имела, то ли я задремала только что, то ли мы ехали целый час.

Вспомнив про своё затруднительное положение, я резко обернулась и расслабилась, увидев Уэйлей на заднем сиденье, сидящую рядом с белой пушистой кучей моего свадебного платья.

Повернувшись обратно к Ноксу, я зевнула.

– Супер. Теперь ты везёшь нас в какую-то глушь, чтобы убить, да?

Уэйлей позади меня захихикала.

Нокс упорно сохранял молчание, пока мы прыгали по кочкам.

– Вау! – возглас Уэйлей заставил меня сосредоточиться на виде через ветровое стекло.

Широкий ручей извивался вдоль дороги и уходил в леса. Прямо перед нами деревья поредели, и я увидела «вау». Это был большой бревенчатый дом с широким крыльцом, огибавшим одну сторону первого этажа.

Нокс продолжил ехать мимо дома.

– Ну вот, облом, – пробормотала Уэйлей себе под нос, когда мы проехали мимо.

На следующем повороте я заметила маленький домик с тёмным сайдингом, примостившийся в подлеске.

– Это мой дом, – сказал Нокс. – А это ваш.

Прямо за ним располагался коттедж как будто родом из сказки. Над ним нависали сосны, дарившие тень от летнего солнца. Белая обшивка из досок с нащельниками выглядела очаровательно. Маленькое крыльцо с весёлыми голубенькими рейками так и предлагало войти.

«Я влюбилась в это место».

Нокс заехал на короткую гравийную подъездную дорожку и заглушил двигатель.

– Идёмте, – сказал он, выбираясь из машины.

– Видимо, мы приехали, – прошептала я Уэйлей.

Мы обе вышли из грузовика.

Здесь было прохладнее, чем в городе. И тише. Рокот мотоциклов и дорожного движения сменился жужжанием пчёл и гулом самолёта где-то вдалеке. Поблизости лаяла собака. Я слышала ручей, змеящийся сквозь шелестящие деревья где-то за коттеджем. Тёплый ветерок приносил запах цветов, земли и летнего солнца.

Идеально. Слишком идеально для сбежавшей невесты без бумажника.

– Эм. Нокс?

Он проигнорировал меня и отнёс пакеты Уэйлей и мой чемодан на крыльцо.

– Мы будем жить здесь? – спросила Уэйлей, прижимаясь лицом к окну, чтобы заглянуть внутрь.

– Тут пыльно и наверняка чертовски душно, – сказал Нокс, открыв дверь-сетку и доставая ключи. – Домом давно не пользовались. Вам наверняка придётся открыть окна. Проветрить.

Почему у него имелся ключ от коттеджа, который как будто сошёл со страниц моей любимой сказки? Это добавилось к моему списку вопросов. Сразу за вопросами касаемо арендной платы и залоговых платежей.

– Нокс? – попробовала я ещё раз.

Но он открыл дверь, и внезапно я уже стояла на полу из широких досок, в уютной гостиной с крохотным каменным камином. В алькове между лестницей на второй этаж и гардеробным шкафом примостился старенький стол с раздвижной столешницей. Через окна виднелась природа вокруг.

– Серьёзно. Нам можно жить здесь? – спросила Уэйлей, и её скептицизм вторил моему собственному.

Нокс поставил наши вещи у подножья маленькой лестницы.

– Ага.

Она на мгновение уставилась на него, затем пожала плечами.

– Пожалуй, пойду посмотрю второй этаж.

– Погоди! Обувь сними, – сказала я ей, не желая разносить грязь по всему дому.

Уэйлей глянула на свои грязные кеды. В носке левого виднелась дырка, к шнуркам правого была привязана подвеска в виде сердечка. Преувеличенно закатив глаза, она сняла их без помощи рук и понесла с собой наверх.

Уголок рта Нокса слегка приподнялся, пока мы смотрели, как она уходит, притворяясь, будто ни капельки не взволнована и не заинтересована.

– Чёрт возьми, Викинг! – идея провести несколько недель в живописном коттедже вдалеке от бардака в моём прошлом просто опьяняла. Я могла бы до посинения организовывать обломки своей жизни, сидя на заднем крыльце и наблюдая за течением ручья. Если бы я могла позволить себе такое по деньгам.

– Теперь-то в чём твоя проблема? – сказал он, входя в кукольных размеров кухню и выглядывая в окно за раковиной.

– Ты хотел сказать, «что случилось, Наоми?». Ну, я скажу тебе, Нокс. Теперь Уэйлей в восторге от этого места, а я даже не знаю, могу ли я позволить себе аренду. Она окажется не только брошенной, но и разочарованной. Что, если этой ночью мы опять окажемся в мотеле?

– Вы не вернётесь в отель.

– Сколько составляет арендная плата? – спросила я, прикусив губу.

Нокс отвернулся от вида и с раздражённым видом прислонился к шкафчику.

– Не знаю.

– У тебя есть ключ от этого дома, но ты не знаешь?

– Арендная плата зависит от обстоятельств, – сказал Нокс, протягивая руку, чтобы смахнуть пыль со старомодного белого холодильника.

– Каких обстоятельств?

Он покачал головой.

– От одного человека.

– Ладно. От какого человека?

– От Лизы Джей. Твоего нового арендодателя.

«Моего нового арендодателя?»

– И эта Лиза Джей вообще в курсе, что мы здесь? – я и не осознавала, что меня тянет к нему, пока мои носки не задели носки его ботинок. Эти серо-голубые глаза не отрывались от меня, и создавалось впечатление, будто я оказалась под лупой.

– Если не в курсе, то скоро узнает. Она внешне кажется суровой, но внутри питает слабость, – сказал он, сверля меня взглядом. Я слишком устала, чтобы предпринять что-либо, помимо ответного сердитого взгляда.

– Я выбрала наши комнаты, – крикнула Уэйлей сверху, нарушив нашу игру в гляделки.

– Мы договорились? – тихо спросил он.

– Нет! Мы не договорились. Я даже не знаю, где мы, и как добраться обратно до города. У вас тут есть такси? Здесь водятся медведи?

Его губы изогнулись, и я почувствовала, что краснею. Он изучал меня так, как люди в вежливой компании себе не позволяли.

– Ужин, – сказал Нокс.

– А? – последовал мой интеллектуальный ответ. Я знала, что он не пытается позвать меня на свидание. Только не после того, как мы целое утро ненавидели друг друга.

– В семь. В большом доме ниже по дороге. Это дом Лизы Джей. Она захочет познакомиться с тобой.

– Если она не знает, что она мой арендодатель, она явно не будет ожидать меня к ужину, – заметила я.

– Ужин. В семь. К тому моменту она будет тебя ожидать.

Такое приглашение вызывало у меня дискомфорт.

– Что я должна принести? Где ближайший магазин? Ей нравится вино? – подарки хозяевам были не просто данью уважения; в данном случае они могли задать тон приятного первого впечатления.

Его губы изогнулись, будто мои терзания его забавляли.

– Иди вздремни, Наоми. А потом приходи на ужин к Лизе Джей, – он повернулся и направился к двери.

– Подожди!

Я поспешила за Ноксом и нагнала его на крыльце.

– Что мне сказать Уэйлей?

Я не знаю, откуда взялся этот вопрос или паникующие нотки в моём голосе. Я не была паникёршей. Я творила чудеса под давлением стресса.

– В смысле что сказать?

– Что мне сказать насчет её мамы и почему мы здесь?

– Скажи правду.

– Я не уверена, что тут правда.

Он начал спускаться по ступеням крыльца, и паника вцепилась в моё горло. Единственный мужчина, которого я знала в городе, бросал меня с незнакомым ребёнком, без транспортного средства, лишь с тем дерьмом, что моя сестра у меня не украла.

– Нокс!

Он снова остановился и выругался.

– Иисусе, Наоми. Скажи ей, что её мама оставила её с тобой, и что тебе не терпится узнать её поближе. Не усложняй ситуацию ещё хуже, чем уже есть.

– Что, если она спросит, когда Тина вернётся? Что, если она не захочет жить со мной? О Боже. Как мне заставить её слушаться меня?

Нокс ступил обратно на крыльцо, в моё личное пространство, а потом сделал то, чего я никак не ожидала.

Он улыбнулся. Широкой улыбкой на 100 ватт, от которой плавились трусики.

Я чувствовала головокружение и жар, и как будто уже не понимала, как работают мои суставы.

– Вау, – прошептала я.

– Что вау? – спросил он.

– Эм... Ты улыбнулся. И это было реально вау. Я не знала, что ты можешь выглядеть вот так. Ну типа, ты уже выглядишь... – я неловко махнула рукой, обводя его силуэт в целом. – Ты знаешь. Но потом добавить улыбку, и ты почти походишь на человека.

Его улыбка угасла, и вернулось знакомое раздражение.

– Иисусе, Маргаритка. Поспи. Ты несёшь какой-то бред.

Я не ждала, чтобы посмотреть, как он уедет. Вместо этого я зашла обратно внутрь и закрыла дверь.

– И что мне теперь делать, чёрт возьми?

***

Сон внезапно покинул меня, оставив позади осоловелое, паническое смятение.

Я лежала ничком на голом матрасе, всё ещё сжимая щетку для уборки. Комната медленно проступила перед моими глазами, когда мозг вернулся в мир живых.

«Уорнер. Гррр.

Тина. Уф.

Машина. Чёрт возьми.

Уэйлей. Срань господня.

Коттедж. Очаровательно.

Нокс. Ворчливый, сексуальный, ужасный, но вместе с тем помогающий».

Восстановив хронологию последних суток, я отодрала себя от матраса и села.

Комната была маленькой, но симпатичной, как и остальной дом. Панельные стены были выкрашены ярко-белой краской, кровать была антикварной и медной. Напротив постели разместился высокий комод, а узкий пристенный столик павлинье-синего цвета стоял под окном, которое выходило на извилистый ручей.

Я услышала, как кто-то напевает себе под нос внизу, и вспомнила.

«Уэйлей».

– Чёрт возьми, – пробормотала я, соскакивая с кровати. Мой первый день в роли опекуна, и я оставила свою новую подопечную без присмотра бог весть на сколько. Её могла похитить её же мать или задрать медведь, пока я позволяла себе вздремнуть посреди дня.

Отстойный из меня опекун, решила я, стремительно сбегая по лестнице.

– Божечки. Не сверни себе шею или типа того.

Уэйлей сидела за кухонным столом, размахивая босыми ногами и уминая, кажется, сэндвич с арахисовым маслом и джемом на толстом белом хлебе. В нём было столько джема, что один лишь взгляд на это провоцировал мгновенный кариес.

– Кофе, – прокаркала я.

– Мда, ты выглядишь как зомби.

– Зомби нужен кофе.

– В холодильнике есть газировка.

Придётся довольствоваться газировкой. Шатаясь, я пошла к холодильнику и открыла его. Я уже выпила полбанки Пепси и только потом сообразила, что внутри лежала еда.

– Откуда еда? – прохрипела я. Проснуться после дневного сна мне всегда было непросто. Утром я вылетала из кровати с таким запасом энергии, что позавидует и детсадовец, наевшийся конфет. Но Наоми-После-Дневного-Сна вовсе не была хорошенькой. Или вразумительной.

Уэйлей бросила на меня долгий взгляд.

– Ты пытаешься спросить меня, откуда взялась еда?

Я подняла один палец и допила газировку.

– Ага, – просипела я наконец, пока холодный кофеин и сахар обжигали моё горло. – Это, – я помедлила, чтобы неэлегантно рыгнуть. – Прошу прощения.

Уэйлей усмехнулась.

– Шеф Нэш поручил леди-курьеру завезти пакет продуктов, пока ты пускала слюни на кровать.

Мне в глаза словно песка насыпали, и я поморгала. Шеф полиции договорился о доставке еды, пока я была в бессознательном состоянии и не заботилась о своей племяннице. Я сегодня точно не заработаю звёздочку лучшего опекуна.

– Дерьмо, – буркнула я.

– Не дерьмо, – возразила Уэйлей, жуя большой кусок сэндвича. – Там есть конфеты и чипсы.

Мне нужно как можно быстрее обратно войти в режим «Ответственный Взрослый».

– Нам надо составить список, – решила я, потирая ладонями глаза. – Надо узнать, далеко ли мы от цивилизации, как туда попасть, какие вещи нам нужны на следующие пару дней.

Кофе. Мне определённо нужен кофе.

– До города чуть меньше километра, – сказала Уэйлей. На подбородке у неё виднелась капелька джема и, если не считать выражения «моя тётя чокнутая», она выглядела по-детски очаровательно. – Почему у тебя руки и колени все в царапинах?

Я посмотрела на ссадины на своей коже.

– Я выбиралась из подвала церкви через окно.

– Круто. Так мы поедем в город?

– Да. Мне лишь надо сделать инвентаризацию кухни, – решила я, найдя свою сумочку на столе и вытащив свой надёжный ежедневник и ручку.

Кофе.

Еда.

Средство передвижения?

Работа?

Новая цель в жизни?

– Мы можем поехать на велосипедах, – подсказала Уэйлей.

– Велосипедах? – переспросила я.

– Ага. Лиза Джей оставила их тут. И сказала, чтобы мы сегодня пришли на ужин.

– Ты видела нашу арендодательницу? – взвизгнула я. – Кто ещё заходил? Мэр? Сколько я вообще проспала?

Её глаза сделались выпученными и серьёзными.

– Тётя Наоми, ты проспала целых два дня.

– Что?!

Она усмехнулась.

– Просто шучу. Ты отрубилась на час.

– Очень смешно. Вот чисто за это куплю брюссельскую капусту и морковь.

Она сморщила нос.

– Гадость.

– Поделом тебе, шутница. А теперь сделай мне сэндвич, пока я занимаюсь инвентаризацией.

– Ладно. Но только если ты подумаешь о том, чтобы расчесаться и умыться перед выходом на публику. Не хочу, чтобы меня видели с Тетей Зомби.