Текст книги "То, чего мы никогда не забывали (ЛП)"

Автор книги: Люси Скор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 30 страниц)

Глава 43. Алкоголь днём

Наоми

Нокс: Я должен извиниться за вчерашнее у Лизы. Я преступил черту.

***

Я сделала глубокий вдох, заглушила двигатель и посмотрела на боковой вход в «Хонки Тонк». Это моя первая смена после Расставания, и всё моё нутро скручивало узлами. Это обеденная смена в выходной. Шансы того, что Нокс реально будет внутри, были отрицательными.

Но мне всё равно пришлось подбадривать себя перед тем, как выбираться из машины.

Всю неделю мне было комфортно на другой моей работе. Библиотека ощущалась как начало с чистого листа, и воспоминания о Ноксе не таились за каждым углом. Но Хонки Тонк – это другое.

– Ты можешь это сделать. Выбирайся из машины. Греби лопатой чаевые и улыбайся, пока не заболят щёки.

Нокс закатил свою мелочную истерику у костра, и Люсьену пришлось выпроводить его. Я предприняла слабые попытки выведать у Слоан причины джентльменства Люсьена. Но внутри я снова расклеивалась от близости Нокса.

Он выглядел злым и почти раненым. Будто то, что я стояла рядом с его братом, было каким-то предательством. Это смешно. Этот мужчина выбросил меня как ненужный чек, а потом ему хватило наглости сказать, что я слишком быстро двигаюсь дальше, хотя я всего лишь отдала Нэшу список тех людей и инцидентов, что показались мне странными.

Я посмотрела в зеркало заднего вида.

– Ты Снежная Королева, – сказала я своему отражению. Затем вышла из машины и направилась внутрь.

Облегчение заструилось по моим венам, когда я не увидела его внутри. Милфорд и другой повар раздачи уже работали на кухне, готовясь к рабочему дню. Я поздоровалась и направилась в бар. Там было до сих пор темно. Стулья были подняты, так что я включила музыку, освещение и занялась подготовкой помещения.

Я перевернула все стулья, заправила автомат с газировкой и уже включала устройство для подогрева супа, когда открылась боковая дверь.

Вошёл Нокс, и его взгляд устремился прямиком ко мне.

Всё дыхание покинуло мою грудь, и я внезапно забыла, как делать вдох.

Проклятье. Как мужчина, причинивший мне такую сильную боль, мог выглядеть таким привлекательным? Это несправедливо. На нём были джинсы и очередной джемпер от Henley с длинными рукавами. На сей раз зелёный как лес. На щеке виднелся выцветавший синяк, придававший ему вид проблемного парня. Сексуального, аппетитного проблемного парня.

Но Новая Наоми умнее этого. Я не собиралась туда возвращаться.

Нокс кивнул мне, но я переключила внимание на суп и притворилась, будто его не существовало. По крайней мере, пока он не подошёл так близко, что игнорировать было уже невозможно.

– Привет, – сказал он.

– Привет, – повторила я, накрывая устройство подогрева металлической крышкой и выбрасывая полиэтиленовую обёртку.

– Я сегодня за баром, – сказал он после секундного колебания.

– Ладно, – я проскользнула мимо него к посудомоечной станции, где ждали два раздельных подноса с чистыми стаканами. Я взвалила один, но его тут же выхватили из моих рук. – Я займусь этим, – настаивала я.

– Теперь я этим займусь, – сказал Нокс, доставив его к автомату с газировкой и поставив на прилавок из нержавеющей стали.

Я закатила глаза и схватила второй поднос. Его тоже проворно у меня забрали. Игнорируя его, я включила лампы нагрева над линией раздачи и перешла к терминалу, чтобы проверить чековую ленту.

Я чувствовала, что он наблюдает за мной. Его взгляд словно имел свой вес и температуру. Мне было ненавистно так остро осознавать его.

Я буквально чувствовала, как он осматривает меня с головы до пят. Сегодня я надела джинсы вместо джинсовой юбки – такое чувство, будто мне были нужны все слои защиты.

– Наоми, – его голос произнёс моё имя с хриплыми нотками, и это заставило меня задрожать.

Я глянула на него и одарила своей лучшей фальшивой улыбкой.

– Да?

Нокс резко провёл ладонью по волосам, затем скрестил руки.

– Я задолжал тебе извинение. Прошлым вечером...

– Не беспокойся. Всё забыто, – сказала я, демонстративно проверяя свой блокнот и запас налички в фартуке.

– Всё не должно быть... ну, знаешь. Странно.

– О, для меня ничего не странно, – соврала я. – Всё в прошлом. Дела давно минувших дней. Мы оба двигаемся дальше.

Его глаза напоминали расплавленное серебро, пока он пристально смотрел на меня. Воздух между нами наэлектризовался, как перед ударом молнии. Но я заставила себя выдержать его взгляд.

– Точно, – сказал он, стискивая зубы. – Ладно.

***

Я не знала, насколько именно Нокс двинулся дальше, пока не миновал один час самой медленной смены в истории. Обычно обеденная смена в субботу могла рассчитывать на неплохой оборот, но все семь посетителей, похоже, довольствовались неспешным потягиванием пива и пережёвыванием своей еды по 137 раз. Пусть мне приходилось обучать нового официанта, Брэда, всё равно оставалось время подумать.

Вместо того чтобы торчать у бара и терпеть взгляды Нокса, я занималась уборкой.

Я как раз драила стену возле служебного бара, занимаясь особенно коварным пятном, когда входная дверь открылась, и вошла женщина. Весьма вальяжно вошла. На ней были чёрные замшевые ботинки на шпильке, настолько облегающие джинсы, что те казались нарисованными на её теле, и укороченная кожаная куртка.

На правом запястье у неё болтались три браслета. Её ногти были накрашены великолепным, убийственно красным лаком. Я сделала мысленную пометку спросить, как называется цвет.

Её тёмные волосы были коротко подстрижены и слегка взъерошены сверху. Её скулами можно было резать стекло, и они дополнялись умелыми смоки-айз и кривой усмешкой.

Я хотела с ней подружиться. Пойти с ней за покупками. Узнать о ней всё, проследить все её шаги в прошлом и найти для себя такую же уверенность.

Её улыбка сделалась шире, когда она заметила Нокса за баром, и я была уже не так уверена, что хочу с ней дружить. Я украдкой глянула на Нокса и убедилась, что не хочу быть подругами. Только не тогда, когда он смотрел на неё с ласковым узнаванием.

Она не сказала ни слова, просто вальяжно пересекла бар, не сводя с него глаз. Добравшись туда, она не скользнула на стул и не заказала самый крутой напиток в мире. Нет. Она протянула руку, схватила его за рубашку и поцеловала прямо в губы.

Моё сердце улетело в пятки и продолжило стремительно падать к ядру Земли.

– О чёрт, – простонал Рэйф за своим столиком.

– Эм, это девушка босса? – спросил Брэд, официант, которого я должна была обучать.

– Видимо, – сказала я так, будто меня душили. – Я сейчас вернусь. Подержи-ка это, – я вручила Брэду грязную тряпку и обошла бар за милю.

– Наоми! – Нокс казался взбешённым. Но его настроение – уже не моя забота.

Моё сердце колотилось так сильно, что я слышала его в ушах, направляясь к туалету и смотря исключительно перед собой.

Я притворилась, будто не слышу, как он зовёт меня по имени, или как она приветствует его.

– Нокс? Серьёзно? Самое время, чёрт возьми, – произнёс гортанный голос.

– Ну зае*ись, Лина. Ты позвонить сначала не могла? Это худшее время на свете, бл*дь.

Я не слышала больше ничего, потому что толкнула дверь туалета и направилась прямиком к раковине. Я не знала, то ли мне хочется плакать, то ли блевануть, то ли взять мусорку и швырнуть её Ноксу в голову. Я пыталась взять себя под контроль и составить план со всеми тремя вариантами, когда дверь распахнулась.

Моя бывшая воображаемая подружка вошла внутрь, держа руки в задних карманах и глядя на меня.

Я могла лишь представить, что она видела. Жалкая, влюблённая неудачница лет тридцати пяти, с ужасным вкусом в мужчинах. Вот что я сама видела каждое утро зеркало, после чего скрывала всё за тушью и губной помадой.

– Наоми, – произнесла она.

Я прочистила горло, надеясь прогнать поселившийся там комок.

– Это я, – бодро отозвалась я. Прозвучало это так, будто я давилась канцелярскими кнопками, но хотя бы я натянула на лицо старательно нейтральное выражение.

– Вау. Боевое лицо. Мне нравится. Молодец, – сказала она. – Неудивительно, что ты подвесила его за яйца.

Я не знала, что сказать, так что оторвала бумажное полотенце от рулона и протёрла абсолютно сухую и чистую столешницу вокруг раковины.

– Я Лина, – сказала она, сокращая расстояние между нами и протягивая руку. – Ангелина, но мне не нравится полное имя.

Я автоматически приняла протянутую руку и пожала.

– Приятно познакомиться, – соврала я.

Она рассмеялась.

– Нет, не приятно. Только не с таким первым впечатлением. Но я это компенсирую и куплю тебе выпить.

– Без обид, Лина, но я меньше всего хочу сидеть за баром своего бывшего и выпивать с его новой девушкой.

– Никаких обид. Но я не его новая девушка. На самом деле, я более бывшая-бывшая, чем ты. И мы определенно не будем пить здесь. Нам надо пойти куда-нибудь подальше от больших тупых ушей Нокса.

Я очень надеялась, что она меня не дурит.

– Что скажешь? – спросила Лина, склоняя голову набок. – У Нокса там тахикардия начинается, а все вокруг уткнулись в телефоны и распускают сплетни о том, что только что случилось. Я предлагаю дать им повод слететь с катушек.

– Я не могу просто уйти со смены, – сказала я.

– Ещё как можешь. Нам надо обменяться историями. Посочувствовать друг другу. Выпить. У него есть этот симпатичный помощничек. Он справится. А ты заслуживаешь передышку от этого цирка.

Я сделала глубокий вдох, задумавшись. Мысль о том, чтобы остаться на смене с Ноксом – это даже хуже, чем если бы мне по одному выдирали ногти на ногах во время гинекологического осмотра.

– Как называется цвет лака на твоих ногтях? – поинтересовалась я.

– Бургундское Кровопролитие.

***

Слоан: Я слышала, что новая девушка Нокса пришла в бар, и они начали заниматься сексом на бильярдном столе. Ты в порядке????? Нужны лопаты и брезент?

Я: Меня похитила новая девушка, которая на самом деле давняя бывшая девушка. Мы пьём посреди дня в «Адской гончей».

Слоан: Буду через пятнадцать минут! Только штаны найду!

***

«Адская гончая» была байкерским баром в пятнадцати минутах езды от города в сторону Вашингтона. Парковка снаружи была наполовину занята мотоциклами. Дерьмовая коричневая обшивка сайдингом ни капли не делала это место привлекательнее.

Внутри было приглушённое освещение, полно столов, а из автомата в углу ревела музыка Rob Zombie. Барная стойка была липкой, и мне приходилось сдерживаться, чтобы не попросить губку и чистящее средство.

– Что вам? – спросил бармен. Он не улыбался, но и не выглядел чрезмерно устрашающим. Он был высоким, дородным типом с седыми волосами и бородой, носил кожаный жилет поверх белой футболки с длинными рукавами. Эти рукава были закатаны до локтей и обнажали татуировки на обеих руках.

Это заставило меня подумать о Ноксе. А это в свою очередь вызвало тягу к алкоголю.

– Как тебя зовут, красавчик? – спросила Лина, устраиваясь на стуле.

– Джоэл.

– Джоэл, я буду твой лучший скотч. Давай сразу двойную порцию, – решила она.

Проклятье. Так и знала, что она закажет крутой напиток.

– Сейчас будет. А тебе, дорогуша? – он посмотрел на меня.

– О. Эм. Я буду белое вино, – сказала я, чувствуя себя самой скучной персоной в баре.

Он подмигнул мне.

– Уже бегу.

– Он не Нокс, но седые красавчики мне тоже нравятся, – протянула Лина.

Я уклончиво хмыкнула.

– Ой да ладно. Даже если Нокс говнюк (а он и есть говнюк), всё равно можно оценить его превосходную наружность, – настаивала Лина.

Я была не в настроении оценивать что-либо в Викинге, который растоптал моё сердце.

Седой Красавец Джоэл поставил перед нами напитки и снова исчез.

– Что мы тут делаем? – спросила я.

Лина подняла бокал.

– Выпиваем. Знакомимся.

– Зачем?

– Затем, что ты не видела выражение на лице Нокса сразу после того, как я припечатала его тем поцелуем с сомкнутыми губами.

С сомкнутыми – это хорошо.

Погодите.

Нет. Это не имело значения.

Даже если Лина не с Ноксом, он меня бросил. Мне не нужно утруждаться конкуренцией.

Я поводила пальцем по краю своего бокала.

– А что случилось с его лицом?

Лина показала на меня указательным пальцем.

– Страх. Я знаю этого мужчину ещё с тех пор, когда его мужиком-то нельзя было назвать, и я никогда не видела его испуганным. Но я видела страх, когда он наблюдал, как ты уходишь.

Я вздохнула. Я не желала это слушать. Не желала притворяться, будто существовала какая-то надежда.

– Я не знаю, с чего ему бояться, что я уйду. Он ушёл первым.

– Дай угадаю. Дело не в тебе. Дело в нём. Он не заводит отношения, осложнения или обязательства. У вас нет будущего, поэтому он отпускает тебя, чтобы у тебя это самое будущее было.

Я моргнула.

– Ты правда его знаешь.

– Довожу до твоего сведения, что я являюсь гордой обладательницей титула первой официальной не-девушки, благодарю покорно. Я была на третьем курсе колледжа. Ему было 24. Мы встретились на вечеринке, и это продлилось четыре великолепные, полные гормонов и похмелья недели, после чего этот идиот струсил и отправил меня восвояси.

– Судя по твоему приветствию, я так понимаю, для тебя всё закончилось лучше, чем для меня.

Лина улыбнулась и отпила скотча.

– Он недооценил моё упрямство. Видишь ли, я могла выжить и без него в роли бойфренда. Но я хотела сохранить его в качестве друга. Так что силой принудила его к дружбе. Мы общаемся каждые пару месяцев. Когда он ещё не выиграл в лотерею, мы встречались где-то раз в два года. Всегда где-то на нейтральной территории. Выступали друг для друга сводниками.

Я допила вино тремя большими глотками. Я не успела даже подвинуть бокал по бару, как появился новый.

– Спасибо, Джоэл, – я обменяла пустой бокал на полный. – В чём его проблема?

Лина фыркнула и снова сделала глоток.

– А в чём проблема у всех нас? Багаж прошлого. Люди встречаются, искры летят, а потом они всё время пытаются скрыть, кто они на самом деле, чтобы оставаться привлекательными. А потом мы удивляемся, почему не сложилось.

В её словах имелся смысл.

– Если бы все представлялись, называя свой багаж из прошлого, мы бы сэкономили столько времени. Привет, я Лина. У меня проблемы с папочкой и склонность к ревности, и всё это дополняется таким нравом, что мне лучше не переходить дорожку. А ещё я славлюсь тем, что сжираю целый противень брауни за один присест и никогда не складываю бельё после стирки.

Я невольно рассмеялась.

– Твоя очередь, – сказала она.

– Привет, Лина. Я Наоми, и я продолжаю влюбляться в парней, которые не видят будущего со мной. Но я продолжаю надеяться, что будущее, которое я воображаю для нас двоих, будет достаточно хорошим, чтобы они остались. А ещё я ненавижу свою сестру-близнеца, и от этого чувствую себя ужасно. О, и Нокс Морган испортил для меня оргазмы до конца моей жизни.

Теперь пришёл черёд Лины смеяться. Перед ней появилась очередная порция скотча.

– А этот парень знает свою работу, – сказала она, показывая на нашего друга-бармена.

– Когда две дамы приходят в это место и говорят об одном мужчине, я непременно подаю напитки вовремя, – заверил он нас.

– Джоэл, ты настоящий джентльмен, – сказала Лина.

Входная дверь распахнулась, и появилась Слоан. Она была без макияжа, одетая в поддельные угги, леггинсы и большую футбольную толстовку с эмблемой политехнического университета Вирджинии. Её волосы густой косой лежали на плече.

– Ты, должно быть, новая потаскушка, – заявила Слоан.

– А ты, должно быть, кавалерия, прибывшая спасти Принцессу Наоми от Злой Ведьмы, – предположила Лина.

Я хрюкнула в своё вино.

– Слоан, это Лина. Лина – изначальная бывшая девушка Нокса. Слоан – излишне опекающая библиотекарша с великолепными волосами, – я показала на бар. – А это Джоэл, наш седой красавчик-бармен.

Слоан заняла стул рядом со мной, и не успела её попка удобно устроиться, как появился Джоэл.

– Ты тоже встречалась с тем же парнем? – спросил он.

Она подперла подбородок ладонью.

– Нет, Джоэл, не встречалась. Я здесь только для моральной поддержки.

– Хочешь выпить, пока оказываешь моральную поддержку?

– Естественно. Как у тебя получается Кровавая Мэри?

– Пи**ец какой острой.

– Тогда я возьму Кровавую Мэри и порцию Фаербола.

Джоэл отдал честь и ушёл готовить напитки.

Один из мужчин за ближайшим бильярдным столом подошёл к нам. На плечах его жилета виднелись внушительные шипы, а также он мог похвастаться знатными усами.

– Купить вам, сучкам, выпить?

Мы в унисон развернулись на стульях.

– Нет, спасибо, – сказала я.

– Отъе*ись, – ответила Лина с коварной улыбкой.

– Если ты думаешь, что обращение «сучки» поможет тебе завязать разговор и уж тем более попасть в постель к кому-то из нас, тебя ждёт большое разочарование, – сообщила Слоан.

– Катись отсюда, Рипер, – сказал Джоэл, не отвлекаясь от водки, которую наливал в бокал для Слоан.

Мой телефон завибрировал на барной стойке, и я глянула вниз.

Нокс: Всё не так, как кажется. Я не встречаюсь с Линой.

Нокс: Не то чтобы это тебя касалось.

Нокс: Бл*дь. Хотя бы ответь и скажи мне, где ты.

Для того, кто обо мне якобы забыл, он явно много строчил сообщений.

Наоми: Это изумительное место называется «Не Твоё Дело». Прекрати. Мне. Написывать.

Я подвинула телефон к Слоан.

– Вот. Теперь ты ответственна за это.

Лина подняла свой телефон и показала сообщение.

Нокс: Куда бл*дь ты её повела?

– Видишь? – сказала она. – Страх.

– Не думаю, что я сегодня вернусь на работу, – сказала я.

– Эй, Уэйлей проводит время в вашингтонском музее с Ниной и её отцами. Нет лучшего способа провести осеннюю субботу, чем напиться.

– А что такое Уэйлей? – спросила Лина.

– Моя племянница.

– Племянница, о которой Наоми не знала, потому что её сестра-близнец – отстой, – добавила Слоан. Она накручивала кончик косички на палец и тупо смотрела на футбольную игру на экране телевизора.

– Ты в порядке? – спросила я у неё.

– Нормально. Просто мужики достали.

– Аминь, сестра, – сказала я, поднимая бокал.

– Моя сестра, мама Хлои – она бисексуалка. Каждый раз, когда она встречается с мужчиной, и тот её выбешивает, она потом месяцев двенадцать встречается только с женщинами. Она мой герой. Мне даже жалко, что мне так нравятся пенисы.

Джоэл поставил перед Слоан Кровавую Мэри с плавающим кусочком бекона и даже бровью не повёл при слове «пенис».

Я содрогнулась.

– Пожалуйста, не говори слово «пенис».

– Мой опыт с хозяйством Нокса был почти двадцать лет назад. Так что я могу лишь предположить, насколько талантливее он стал с возрастом, – сочувственно сказала Лина.

– Знаете, учитывая всю ситуацию с опекунством, может, мне лучше сосредоточиться на роли родителя и забыть о том, чтобы быть женщиной...

– С сексуальными потребностями? – подсказала Слоан.

Я подняла вино.

– Сколько бокалов надо, чтобы забыть о сексе?

– Обычно примерно полторы бутылки. Но с этим приходит похмелье, которое выводит тебя из строя на три дня, так что не рекомендую, – сказала Лина.

– Он правда заставил меня поверить, – прошептала я.

Джоэл поставил перед нами шоты, и я уставилась на свою стопку.

– Знаю, он сказал, что это ни к чему не приведёт. Но он заставил меня поверить. Он продолжал быть рядом. Не только со мной, но и с Уэйлей.

– Так, отмотай-ка назад. Нокс Морган? Проводил время с твоим ребёнком? Добровольно?

– Он возил её за покупками. Он пришёл на её футбольную игру и уговорил перестать материться. Он сказал ей, что сильные люди вступаются за тех, кто не может вступиться за себя. Он забрал её с ночёвки. Смотрел с ней футбол.

Лина покачала головой.

– Он безнадёжен.

– Все мужики такие, – сказала Слоан.

Джоэл остановился и покосился на неё.

– Кроме тебя, Джоэл. Ты герой среди злодеев, – поправилась она.

Кивнув, он передал мне новый бокал вина и снова скрылся.

Слоан прилепилась к трубочке своего напитка так, будто это был протеиновый коктейль после соревнования по бодибилдингу.

– Ладно, ну серьёзно. Что с тобой происходит? – спросила я. – Это как-то связано с тем, что случилось вчера с Люсьеном?

– Люсьен? Вот это сексуальное имя, – заявила Лина.

Слоан фыркнула.

– Сексуальное имя, принадлежащее сексуальному мужчине, – согласилась я.

– В Люсьене Роллинсе нет ничего сексуального, – сказала Слоан, оторвавшись глотнуть воздуха.

– Так. Ты определённо врёшь. Или врёшь, или тебе на голову упала вся библиотечная картотека.

Она покачала головой и взяла стопку.

– Я не буду говорить о Люсьене. Все мы не говорим о Люсьене. Мы говорим о Ноксе.

– Можем мы перестать говорить о нём? – спросила я. Каждый раз, когда я слышала его имя, это ощущалось как самый острый нож в сердце.

– Конечно, – сказала Лина.

– Ваше здоровье, – Слоан подняла свою стопку.

Мы чокнулись и выпили виски.

Мужчина с зубочисткой, опасно свисавшей с уголка его рта, подошёл и опёрся локтем на бар, вторгаясь в личное пространство Лины. Его футболка не до конца прикрывала брюхо, выглядывавшее поверх его чёрных джинсов.

– Кто из вас, дамы, хочет заценить мой байк?

Джоэл выставил перед нами новый раунд шотов.

Лина взяла свою стопку. Слоан и я последовали её примеру и выпили залпом. Она поставила стопку на бар, и прежде чем Зубочистка успел осознать происходящее, она упёрлась шпилькой своего ботинка ему в грудь.

– Уходи, пока я не пустила тебе кровь на глазах у твоих друзей, – заявила она.

– Мне нравится она и её туфли, – прошептала мне Слоан.

– Иисусе, Питон, сгинь, пока не пришла одна из твоих старушек и не отрезала тебе яйца.

– Послушай умного человека, Питон, – посоветовала Лина, пихнув его ногой. Тот отшатнулся на полметра, затем поднял руки.

– Просто спросил. Не знал, что вы лесбиянки.

– Потому что это единственная причина, по которой мы не захотели бы тебя трахнуть, да? – потребовала Слоан.

Слоан быстро пьянела, а она уже выпила две стопки и очень крепкую Кровавую Мэри.

– Можно нам воды? – спросила я у Джоэла.

Он кивнул, затем приложил руки ко рту в подобии рупора.

– Слушайте, придурки. Дамы не хотят развлекаться с вами или прокатиться на вашем байке. Следующий идиот, который решит их потревожить, будет вышвырнут за порог.

Вокруг нас раздалось бормотание, затем все вернулись к своим занятиям.

– Джоэл, ты женат? – спросила я.

Он поднял левую руку, показывая золотой ободок кольца.

– Все хорошие уже заняты, – пожаловалась я.

Входная дверь снова распахнулась.

– Да вы издеваетесь, – простонала Слоан. Джоэл поставил перед ней новую Кровавую Мэри, и она накинулась на выпивку.

Я развернулась на стуле, слегка пошатнувшись, ибо алкоголь сказывался на моём чувстве равновесия.

– Ого, – промурлыкала Лина. – Это у нас кто?

– Добавочная кавалерия, – пробормотала Слоан.

Люсьен и Нэш прошли к бару, воплощая собой пятьдесят оттенков великолепия.