Текст книги "То, чего мы никогда не забывали (ЛП)"

Автор книги: Люси Скор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 30 страниц)

Образ пистолета, наведённого на мою племянницу, навсегда отпечатался в моём мозгу. Я сомневалась, что когда-нибудь сумею заснуть.

– Тетя Наоми!

Паника в голосе Уэйлей заставила меня резко развернуться. Я инстинктивно встала между ней и опасностью и оказалась прямо в сокрушительной хватке Дункана.

Его ладонь сомкнулась вокруг моей шеи, перекрывая доступ кислорода.

Из его носа хлестала кровь. На мгновение я испытала проблеск удовлетворения от того, что это сделала я. Я дала ему отпор. Но это мгновение оказалось мимолётным, и перед глазами начало чернеть.

– Ты всё испортила! – взвыл он.

Время застыло и превратилось в финальный кадр, когда он приставил пистолет к моей голове.

Всё не могло закончиться так. Только не на глазах Уэйлей. Только не тогда, когда подмога уже в здании.

Только не без Нокса.

Я почувствовала, как руки Уэйлей обвили меня сзади. Одно последнее объятие. Я не могла пошевелиться или заговорить. Не могла сказать ей бежать. Мой мир погружался в темноту.

Дверь распахнулась, испугав меня и Дункана. Он повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как один из его парней вваливается комнату спиной вперёд. Нет, вычеркните. Он не ввалился. Его швырнули как тряпичную куклу.

Я из последних сил пнула Дункана по лодыжке.

– Уэйлей, беги! – приказал кто-то. Голос звучал таким изумительно знакомым, но в то же время таким далёким.

Подмога уже в комнате.

С Уэйлей всё будет хорошо.

Я погрузилась в темноту.

Глава 49. Кавалерия

Нокс

Я нанёс низкий и мощный удар, сшибая его тело на пол. Какая-то часть меня осознавала, что Наоми рухнула на пол.

Мне надо было к ней. Но я не мог перестать бить мужчину подо мной.

Мой кулак снова и снова впечатывался в его лицо, пока кто-то не подхватил меня за подмышки и не оттащил.

– Довольно, – сказал Люсьен.

Дункан Хьюго перестал существовать для меня.

Были лишь Наоми и Уэйлей. Уэйлей стояла рядом с ней на коленях, прижимая ладошку к её груди. На её голубые глаза навернулись слёзы, будто ножом пронзившие моё нутро.

– Очнись, тётя Наоми, – прошептала она.

Я сократил расстояние и схватил Уэйлей, прижимая её к себе.

– Заставь её очнуться, Нокс, – молила она.

Мой пёс-идиот протиснулся между ними и принялся выть.

Люсьен уже звонил кому-то и прижимал пальцы к шее Наоми, покрытой синяками.

– Нам нужна скорая, – коротко сказал он.

Всё ещё прижимая к себе Уэйлей, я наклонился над Наоми и накрыл ладонью щёку женщины, которую я любил. Женщины, которую я потерял. Женщины, без которой я не мог жить.

– Бл*дь, ну очнись, Маргаритка, – прорычал я. Мои глаза и горло жгло. Перед глазами расплывалось, потому что горячие слёзы затмили всё.

Я почти пропустил это. Трепет этих длинных ресниц. А потом я был уверен, что это галлюцинация, когда эти охрененно прекрасные ореховые глаза приоткрылись.

– Кофе, – прокаркала она.

Иисусе, как же я любил эту женщину.

Уэйлей напряглась, и её ручка, обвившая мою шею, едва не придушила меня.

– Ты меня не бросила!

– Слава Богу, бл*дь, – прошептал Люсьен, тыльной стороной руки смахнув пот со лба, затем бухнулся назад, опираясь локтями на пол.

– Конечно, я тебя не бросила, – прохрипела Наоми. Синяки на её горле вызывали у меня желание прикончить мужчину, который их оставил. Но у меня имелись приоритеты поважнее.

– С возвращением, Маргаритка, – прошептал я, наклоняясь, и поцеловал в щёку, вдыхая её запах.

– Нокс, – вздохнула она. – Ты пришёл.

Прежде чем я успел ответить, боковая дверь, через которую я прокрался, как Люсьен создавал отвлечение, распахнулась. Я увидел пистолет и блеск в глазах мужчины, и понял, что сейчас произойдёт. Действуя чисто на инстинкте, я притянул Уэйлей к своей груди и использовал своё тело, чтобы пригвоздить её и Наоми к полу.

Два выстрела прозвучали быстрой чередой, но я ничего не почувствовал. Никакой боли. Только мои девочки, тёплые и живые подо мной.

Я рискнул поднять взгляд и увидел стрелка на полу.

– Вы е*аные идиоты, – произнёс Нэш. У него виднелся порез на лице, кровь на футболке, и весь он сильно вспотел.

– Ты проделал это правой рукой? – спросил Люсьен, впечатлившись.

Мой брат показал ему средний палец, сползая по стеночке.

– Я же говорил вам, идиотам, что я хорошо делаю свою бл*дскую работу.

– Мы живые? – поинтересовалась Уэйлей подо мной.

– Мы живые, дорогая, – заверила её Наоми.

Я аккуратно убрал с них вес своего тела. Они обе смотрели на меня с идентичными улыбками. Я показал пальцем на Уэйлей.

– Ты получишь чёртову вечеринку в честь дня рождения. А после этого мы поженимся, – сказал я уже Наоми.

Наоми выпучила глаза и потянулась ко мне, руками лихорадочно ощупывая мой торс.

– Что не так, детка?

– Тебя подстрелили? Головой ударился?

– Нет, Маргаритка. Я в порядке.

– Тогда я головой ударилась?

– Нет, детка.

– Должно быть, ударилась. Мне показалось, будто ты только что сказал, что мы поженимся.

– Ты думаешь, я настолько туп, чтобы отпустить вас двоих?

– Эм, ну да, – хором сказали Уэйлей, Люсьен и Нэш.

– А можно мне одно платье на вечеринку и одно платье на свадьбу? – спросила Уэйлей.

– Тебе можно хоть десять платьев, – пообещал я ей.

– Ты её избалуешь, – сказала Наоми, гладя Уэйлей по волосам.

– Ещё как, бл*дь. И тебя тоже избалую.

Её улыбка вновь соединила какие-то частицы внутри меня, хотя я даже не осознавал, что они разбились.

– Где Дункан? – спросила Уэйлей.

Люсьен поднялся на ноги и осмотрелся.

– Сбежал.

– Да вы бл*дь издеваетесь, – пробормотал Нэш. – Вот почему чайникам не стоит вмешиваться в полицейские дела.

– Мне не терпится стать взрослой и постоянно материться, – объявила Уэйлей.

Мы все одновременно услышали шаги на лестнице. Нэш повернулся, чтобы навести дуло своего пистолета на дверь. Я вытащил свой пистолет из-за пояса джинсов и тоже прицелился.

Лина и Слоан одновременно ворвались в комнату.

– Иисусе, я же мог вас пристрелить, – пожаловался Нэш, опуская оружие. – Вы что тут делаете, чёрт возьми? Как нас нашли?

Слоан выглядела немного позеленевшей.

– Мы последовали за Нэшем.

– Вы оставили след из тел на парковке. А нам вообще не дали повеселиться, – сказала Лина, опускаясь на колени возле моего брата. Она аккуратно приподняла рукав его футболки. – Швы разошлись, красавчик.

– Почти и не чувствую, – соврал Нэш сквозь стиснутые зубы.

Слоан увидела Наоми и двинулась к нам. Но Люсьен уже двинулся вперёд как бог, готовый сокрушить смертную.

Они встретились посреди комнаты и остановились в считанных дюймах друг от друга.

– Я же сказал тебе оставаться в городе, – рыкнул он.

– Уйди с дороги, здоровяк ты... – её голос сорвался, и я видел, что она смотрит на труп того типа, которого прикончил Нэш. Её лицо побелело.

– Слоан, – когда библиотекарь не посмотрела на него, Люсьен стиснул её подбородок и силой повернул лицом к себе.

– Коленом. По яйцам. По носу, – прошептала мне Наоми.

– Ты ж моя умница, – я слегка её стиснул.

– Наоми, ты в порядке? – окликнула Лина, ухаживавшая за моим братом.

– Просто офигенно, – сказала Наоми, глядя на меня с такой улыбкой, которая могла бы озарить всю жизнь мужчины.

– Бл*дь, я люблю тебя, – прошептал я ей. Она открыла рот, но я покачал головой. – Неа. Ты пока что не можешь говорить это в ответ. Подумал, что мне надо как минимум неделю говорить тебе об этом, и только потом я заслужу услышать это в ответ. Поняла?

Её улыбка сделалась до невозможности ослепительной, а глаза переполнились слезами.

– Прости, – она шмыгнула носом и поднесла руки к лицу. – Я знаю, тебе не нравятся слёзы.

– Думаю, против таких слёз я не возражаю, – сказал я, накрывая её губы своими.

– Буэээ, – пожаловалась Уэйлей.

Наоми затряслась от смеха, не отрываясь от меня. Я вслепую протянул руку, нашёл ладонью лицо Уэйлей и мягко пихнул её. Девочка со смехом повалилась на пол.

На лестнице снова зародилось какое-то оживление, а потом на пороге появились копы.

– Бросайте оружие!

– Ну наконец-то, мать вашу, – пробормотал Нэш, бросая свой глок и поднимая жетон.

***

Я сидел в задней части машины скорой помощи рядом с Наоми, пока женщина-детектив задавала нам очередные вопросы. Я не мог отойти от неё дальше, чем на метр. Я чуть не потерял её и Уэйлей.

Если бы Грим не позвонил... если бы я опоздал хоть на минуту... если бы Нэш не стрелял так метко даже правой рукой...

Столько «если бы», но я всё равно был здесь, изо всех сил держался за лучшее, что со мной случалось.

– Что это такое, чёрт возьми? Парад? – спросил один из офицеров в униформе. Подъехал мотоцикл. За ним ещё один и ещё. В общей сложности дюжина. За ними ещё четыре машины.

Двигатели заглушились. Дверцы распахнулись. И пожаловал весь Нокемаут.

Я поморгал несколько раз, когда увидел, как Рэйф помогает моей бабушке слезть с его байка. Лу и Аманда выбрались из своего внедорожника и побежали. Джеремайя, Стэйша и Стеф следовали за ними. Сильвер и Макс выпрыгнули из минивэна Фи вместе с Милфордом и четырьмя постоянными посетителями «Хонки Тонк».

Джастис и Таллула слезли со своих мотоциклов и поспешили вперёд.

– Можем мы закруглиться? – спросил я у детектива.

– Остался всего один вопрос, мисс Уитт, – сказала она. – Патрульная машина арестовала женщину, представившуюся Наоми Уитт. Поймали её за попытками угнать Мустанг в двух кварталах отсюда. Вы не знаете, кто это может быть?

– Да вы издеваетесь, – простонала Наоми.

Я заметил Нэша и Люсьена, отходивших от группы офицеров. Мой брат кивком позвал меня присоединиться к ним.

Я жестом показал Лу занять моё место.

– Я сейчас вернусь, Маргаритка, – сказал я ей.

Наоми улыбнулась мне, когда её папа поспешил к машине скорой, Аманда от него не отставала. Она помедлила ровно настолько, чтобы звучно чмокнуть меня в щёку, а потом крепко шлёпнуть меня по заднице.

– Спасибо, что спас моих девочек, – прошептала она мне, затем переключила внимание на свою дочь. – Мы принесли тебе кофе, милая!

– Ну ты закончил всё херить? – спросил у меня Стеф.

– Я только что сказал нашей девочке, что мы поженимся. Так что да. Закончил.

– Хорошо. Тогда мне не придётся рушить твою жизнь, – сказал он. – Вот стоит оставить тебя на две недели, и смотри, что происходит, Уитти.

– О Боже, Стеф! Ты когда приехал домой?

Шагая по асфальту, я ощутил в своей руке ладошку и посмотрел вниз. Уэйлей переплела свои пальчики с моими. Другой рукой она держала поводок Уэйлона. Мой пёс выглядел так, будто хотел просто бухнуться где попало и проспать месяц кряду.

– Ты правду говорил про платья? – спросила она, пока мы шли к моему брату.

Я отпустил её руку, затем обнял за плечи и притянул к себе.

– Конечно, ребёнок.

– А тёте Наоми ты тоже правду сказал? Что любишь её и всё такое?

Я остановился и повернул её лицом ко мне.

– Я никогда в жизни ещё не был так серьёзен, – заверил я её.

– Значит, ты нас больше не бросишь?

Я слегка сжал её плечи.

– Никогда. Я был несчастен без вас обеих.

– И без меня тоже? – спросила она.

Я увидел искорку надежды, которую она так же быстро оттолкнула прочь.

– Уэй, ты умная. Ты храбрая. Ты великолепная. И я возненавижу, когда ты начнёшь встречаться с мальчиками. Я пи**ец как люблю тебя. И не только потому, что ты идёшь в комплекте.

Она выглядела такой серьёзной, что это сокрушало моё сердце.

– А ты всё равно будешь любить меня, если я тебе кое-что расскажу? Кое-что плохое?

Если Дункан Хьюго дотронулся до Уэйлей, я его выслежу, отрублю ему руки, а потом ему же и скормлю.

– Ребёнок, ничего из того, что ты мне скажешь, не заставит меня разлюбить меня.

– Обещаешь?

– Клянусь твоими крутыми кроссовками.

Она посмотрела на них, на меня, и уголок её рта приподнялся.

– Может, я тоже пи**ец как люблю тебя.

Я притянул её в объятия, уткнув лицом в мою грудную клетку. Когда она обвила меня руками за пояс, у меня возникло такое чувство, будто моё сердце внезапно сделалось слишком огромным и не помещалось в моей бл*дской груди.

– Но не говори тёте Наоми, что я сказала это с матом.

– По рукам.

Она отстранилась.

– Окей. Короче...

Две минуты спустя я сопроводил Уэйлей к Нэшу и Люсьену. Медик из скорой помощи зашивал разошедшиеся швы Нэша. У обоих мужчин виднелись множественные крестики из лейкопластыря на разных порезах и царапинах. Всем нам троим завтра будет больно. И послезавтра. И после послезавтра наверняка тоже.

– Наоми сказала, что Тина и Хьюго искали флэшку с какой-то информацией, – объяснил Нэш. – Похоже, никто не знает, что за информация, и что стало с флэшкой.

– Уэйлей, почему бы тебе не сбегать к твоей тёте, вдруг ей что-то нужно, – предложил Люсьен.

Я проследил за направлением его взгляда и увидел, что он смотрит на Слоан, которая торчала возле Наоми, её родителей и Стефа.

– Вообще-то, Уэй хочет поделиться кое-какой информацией, – сказал я и сжал её плечо. – Давай, ребёнок.

Она сделала вдох, затем нагнулась, чтобы развязать шнурок.

– Они искали это, – сказала она, выпрямляясь и показывая подвеску в виде сердечка, которая теперь лежала на её ладошке.

Нэш взял у неё подвеску, покрутил между пальцев, затем нахмурился. Он осторожно раскрыл её посередине.

– Чтоб мне провалиться.

– Это флэшка, – объяснила Уэйлей. – Мама была на взводе из-за этой флэшки, когда притащила её домой. Повторяла, что скоро наконец-то сорвёт куш, будет водить крутой внедорожник и есть стейки на завтрак, обед и ужин. Мне стало интересно, и я туда заглянула. Это просто список имён и адресов. Я подумала, может, это важное. Так что я на всякий случай скопировала это на свою флэшку. Она вечно теряет всякую ху... я хотела сказать, «вещи».

Я кивнул, показывая ей продолжать.

– Мама разозлилась на меня из-за какой-то ерунды и в наказание состригла мне волосы. Так что я решила наказать её в ответ. Я забрала флэшку, чтобы она подумала, что потеряла её, а потом я спрятала её в библиотеке, только не в секции исторической литературы, как сказала Дункану. На самом деле, я приклеила её ко дну одного из архивных ящиков. Я не знала, что они вломятся домой к тёте Наоми, похитят нас и всё такое. Честно-честно, – сказала она.

Нэш положил ладонь на её плечо.

– У тебя не будет проблем, Уэйлей. Ты правильно сделала, что сказала мне об этом.

– Он сказал, что пристрелит тётю Наоми, если я не скажу ему, где флэшка. Я пыталась ему сказать, но он заклеил мне рот, – сказала она.

Я зарычал от этой новой информации.

– Всё это не твоя вина, – снова заверил её Нэш.

Это всё вина её матери, и я не жалел, что её арестовали. Однако я решил, что это не лучшее время, чтобы сообщать об этом Уэйлей.

– Есть ещё кое-что, – сказала она.

– Что такое? – спросил Нэш.

– Твоё имя было в списке.

Мы с Люсьеном переглянулись.

– Нам надо взглянуть на список, – объявил Люсьен.

Нэш протянул руки и зажал Уэйлей уши.

– Хера с два, засранцы. Это полицейские дела. Пошли, Уэй. Давай поговорим с твоей тётей, а потом Слоан пустит нас в библиотеку.

– Ладно, – отозвалась она. – Нокс?

– Да, ребёнок?

Она поманила меня пальчиком, и я наклонился. Я постарался не улыбнуться, когда она закончила шептать мне на ухо.

– Понял. Дома увидимся, – сказал я, взъерошив её волосы.

Мы наблюдали, как Нэш отводит её к машине скорой.

– Нам нужен этот чёртов список, – сказал Люсьен.

Я почувствовал, как изгибаются мои губы.

– Что? – спросил он.

– Это не единственная копия. Она также загрузила документ на библиотечный сервер.

Он на мгновение замер абсолютно неподвижно, затем издал лающий смешок. Взгляд Слоан метнулся к нему, и я осознал, что Люсьен редко смеялся. Не как раньше, когда мы были детьми, и вся жизнь была предвкушением чего-то кайфового.

– Ты возненавидишь свою жизнь, когда она начнёт встречаться, – сказал он.

Мне уже не терпелось, бл*дь.

Мы двинулись к Наоми, которая стояла, накрытая одеялом, и держала кофе. Вопреки всему, что я сегодня видел, всему, что я сделал неправильно, улыбка, которую она мне адресовала, осветила меня изнутри.

– Эй, – я хлопнул Люсьена по плечу. – Как ты смотришь на то, чтобы стать одним из моих шаферов на свадьбе?

Эпилог. Вечеринка

Наоми

– Мммм, Нокс. Нам надо возвращаться на вечеринку, – пробормотала я ему в губы.

Он пригвоздил меня к стене в доме Лизы, пока на заднем дворе происходила самая эпичная вечеринка в честь двенадцатого дня рождения. И на переднем дворе тоже. И на кухне, в столовой и на веранде.

Везде были дети, родители и байкеры.

Мужчина, который в настоящий момент зацеловывал меня до умопомрачения, как-то раз сел с Уэйлей и попросил её составить список всего, чего она только может захотеть. А потом исполнил все пункты до единого.

Вот почему на заднем дворе появилась надувная полоса препятствий, на переднем дворе – контактный зоопарк, а на столе не было ни следа овощей, зато он гнулся под весом пиццы, начос, попкорна и двух тортов.

Его язык снова проник в мой рот, и мои колени подкосились. Эрекция, которой он вжимался в мой живот, сводила мои дамские части с ума.

– Твои родители, Лиза, Стеф и Слоан выполняют роли радушных хозяев. Дай мне пять минут, – прорычал он мне в губы.

– Пять минут?

Нокс втиснул руку между нашими телами и запустил её под моё платье. Когда он нашёл сокровенное местечко, мои бёдра непроизвольно дёрнулись навстречу.

– Может хватить и четырёх, чтобы позаботиться о тебе, – решил он.

Да он мог удовлетворить меня и за пятнадцать секунд, но я была настроена весьма жадно.

– По рукам, – прошептала я.

Он потащил меня с собой, чтобы запереть стеклянные двери, затем подвёл к комоду у стены и усадил меня сверху.

– А зачем там коробки? – спросила я, заметив стопку коробок в углу.

– Не беспокойся о них, – сказал он.

Я решила последовать его совету, когда он сдёрнул мои трусики по ногам так, чтобы я смогла их скинуть.

– Пять минут, – напомнил он мне, ставя мои туфли на каблуках на край деревянной поверхности и широко разводя мои колени. Прежде чем я успела ляпнуть что-то остроумное, он высвободил свой толстый твёрдый член из джинсов и стал вводить в моё тело, дюйм за великолепным дюймом.

Мы хором застонали, когда он одним жёстким толчком вошёл в меня до упора.

– Поверить. Не могу. Что ты. Уговорил. Меня на такое, – выдавила я, и мои зубы стучали от его безжалостных толчков.

– Ты уже стискиваешь меня, детка, – он еле проскрежетал эти слова.

Нокс сделался ненасытным после «инцидента», как я это окрестила. Он практически не выпускал меня из поля зрения. И меня это устраивало. Поскольку большую часть нашего времени вместе мы были голыми. Ну, это между разговорами с полицией. И с полицией Нокемаута, и с другими департаментами.

Как оказалось, скандально известный список содержал в себе имена нескольких копов и их преступников-информаторов в пяти округах Северной Вирджинии.

Отец Дункана заполучил эту информацию и намеревался пройтись по списку, уничтожив всех копов и информаторов. Дункан, желая произвести впечатление на отца, решил попытать удачи с одним именем из списка: Нэш.

Но после того, как неудачная попытка обрушила на него отцовский гнев, Дункан решил, что прибыльнее будет украсть информацию и продать за кругленькую сумму.

Вся эта информация исходила от моей сестры. Тина пела как канарейка в оранжевой тюремной робе и надеялась заполучить весьма мягкий срок, если её информация поможет расправиться с преступным синдикатом Хьюго.

Когда Тина оказалась за решёткой, путь к опекунству сделался как никогда открытым. Всё равно предстояло ещё много всего, но мы хотя бы разобрались с основными препятствиями.

И пусть Дункан Хьюго до сих пор где-то там, вся полиция штата искала его, и у меня складывалось впечатление, что его свобода скоро закончится.

– Ещё детей, – прохрипел Нокс.

– Чего? – переспросила я, отстраняясь от его рта.

Он двинул бёдрами и погрузился до упора.

– Я хочу ещё детей.

Я почувствовала, как мои мышцы сжались вокруг него, и понимала, что кончу в любую секунду.

– Чего? – тупо повторила я.

– Из Уэй получится отличная старшая сестра, – сказал он, затем с хищной улыбкой подцепил пальцами вырез моего платья и дёрнул вниз вместе с лифчиком, обнажая мои груди. Он опустил голову, и его рот замер в сантиметре от моего напрягшегося соска. – Ты не против?

Он хотел детей. Хотел создать семью со мной и Уэйлей. Моё сердце готово было взорваться. И моя вагина тоже.

– Д-да, – выдавила я.

– Хорошо, – он выглядел самодовольным, торжествующим и таким чертовски сексуальным, когда накрыл ртом мою грудь.

Я выгнулась и позволила ему довести меня до предела.

Я всё ещё переживала сокрушительный оргазм, когда Нокс погрузился в меня и замер. У меня вырвался гортанный стон, когда я почувствовала в себе первую горячую струю его разрядки.

– Люблю тебя, Наоми, – пробормотал он, губами боготворя мою обнажённую кожу.

– Я л... – но он зажал мне рот ладонью, продолжая скользить в меня и выходить обратно, будто смаковал каждую секунду нашей близости.

– Ещё рано, детка.

Прошла неделя после инцидента, после его первого «я тебя люблю», и он до сих пор не позволял мне сказать то же самое в ответ.

– Скоро? – спросила я.

– Скоро, – пообещал он.

Я была самой счастливой женщиной в мире.

***

Нокс первым вышел из дома, сказав, что ему надо кое о чём позаботиться. Я всё ещё пыталась привести в порядок волосы и платье и надеялась, что это не стена для скалолазания и не путешествие на воздушном шаре. Выходя из комнаты, я наткнулась на Лизу, которая примостилась на кресле с цветастой обивкой, которое я выудила из подвала и поставила в прихожей.

– Ты меня напугала!

– Я тут подумала, – сказала она без преамбул. – Этот дом слишком большой для одинокой старухи.

Мои пальцы перестали возиться с волосами.

– Ты же не думаешь продать его, нет? – я не могла представить этот дом без неё. Я не могла представить её без этого дома.

– Нее. Слишком много воспоминаний. Слишком много истории. Подумываю переехать обратно в коттедж.

– О? – я позволила своим бровям взлететь на лоб. Я не знала, что тут сказать. Я всегда полагала, что мы с Уэйлей в какой-то момент переберёмся обратно в коттедж. Теперь же гадала, вдруг Лиза так нас выселяет.

– Этому дому нужна семья. Большая и шумная. С кострами и детьми. С подростками-острячками. С собаками.

– Ну, собаки уже есть, – заметила я.

Она отрывисто кивнула.

– Ага. Тогда решено.

– Что решено?

– Я забираю коттедж. Ты, Нокс и Уэйлей живёте здесь.

У меня отвисла челюсть, а мозг начал перебирать десятки новых идей по расстановке мебели.

– Эм. Я... я не знаю, что и сказать, Лиза.

– А не надо ничего говорить. Я уже поговорила с Ноксом на этой неделе.

– И что он сказал?

Она посмотрела на меня так, будто я только что предложила ей отказаться от мяса.

– А ты как думаешь, что он сказал, чёрт возьми? – переспросила она возмущённо. – Он вон закатывает твоей девочке лучшую вечеринку, что видел этот город, так? Он уже планирует свадьбу, так?

Я кивнула, лишившись дара речи. Сначала вечеринка Уэйлей. Потом решение насчёт детей. Теперь дом моей мечты. У меня было такое чувство, будто Нокс попросил меня написать список всего, что я хотела, и пошёл выполнять.

Лиза протянула руку и сжала мою ладонь.

– Хорошо поговорили. Пойду посмотрю, не разрезали ли торты.

Я всё ещё тупо таращилась на кресло, которое она освободила, когда в коридоре появился Стеф.

– Уэйлей тебя зовёт, Уитти, – сказал он.

Я выдернула себя из транса.

– Ладно. Где она?

Он большим пальцем показал в сторону заднего двора.

– На улице. Ты в порядке? – спросил он с понимающей улыбкой.

Я покачала головой.

– Нокс только что умыкнул меня, чтобы перепихнуться по-быстрому, сказал, что хочет со мной детей, а потом Лиза отдала нам этот дом.

Стеф тихо присвистнул.

– Похоже, тебе не помешает бокальчик чего-нибудь покрепче.

– Или семь.

Он провёл меня через столовую, где по чистой случайности ждало два фужера с шампанским. Он передал один мне, и мы через двери веранды вышли на террасу.

– СЮРПРИЗ!

Я отшатнулась на шаг и прижала руку к сердцу, когда большая часть жителей Нокемаута разразилась ликующими воплями, собравшись во дворе внизу.

– Это же не вечеринка-сюрприз, ребята, – сказала я им.

По толпе прокатилась рябь смеха, и я гадала, почему они все выглядят такими счастливыми, будто что-то предвкушают.

Мои родители стояли у края террасы с Лизой и Уэйлей, улыбаясь мне.

– Что происходит? – я повернулась к Стефу, но он пятился прочь и посылал мне воздушные поцелуи.

– Наоми.

Я повернулась и увидела, что Нокс стоит рядом со мной с таким серьёзным лицом, что моё сердце ушло в пятки.

– Что такое? – спросила я, поворачиваясь и оглядываясь, вдруг кто-то пострадал или пропал. Но все наши люди были здесь. Все, кто был нам дорог, стояли на этом самом дворе и улыбались.

В его руке была коробочка. Маленькая, чёрная, бархатная коробочка.

О Господи.

Я оглянулась через плечо на Уэйлей, беспокоясь, что порчу ей вечеринку. Это был её день, а не мой. Но она держала мою маму за руку и буквально подпрыгивала на носочках, а её лицо озаряла самая широкая улыбка на свете.

– Наоми, – повторил Нокс.

Я повернулась обратно к нему и прижала пальцы к губам.

– Да? – это больше напоминало приглушённый писк.

– Я сказал, что хочу свадьбу.

Я покивала, уже не доверяя собственному голосу.

– Но не сказал, почему.

Он сделал шаг вперёд, затем ещё один, пока мы не оказались вплотную друг к другу.

Мне казалось, будто я не могу перевести дыхание.

– Я тебя не заслуживаю, – сказал он, бросив взгляд поверх моего плеча. – Но один умный мужчина как-то раз сказал мне, что самое главное – это то, что я остаток жизни проведу, пытаясь стать тем мужчиной, который тебя заслуживает. Так что я это и сделаю. Каждый день я буду помнить, как мне повезло, бл*дь. И я изо всех сил постараюсь быть лучшим для тебя.

– Потому что ты, Наоми Уитт, просто невероятная. Ты прекрасная. Ты милая. У тебя такой вычурный словарный запас. Ты заставляешь людей чувствовать, что их видят и слышат. Ты делаешь сломанные вещи снова целыми. И меня тоже. Ты меня сделала целым. И каждый раз, когда ты улыбаешься мне, у меня такое чувство, будто я снова выиграл в лотерею.

Слёзы угрожали пролиться, и я ничего не могла предпринять, чтобы их остановить. Он открыл коробочку, но я ничего не видела сквозь слёзы. Зная Нокса, кольцо наверняка было явным перебором и в то же время абсолютно идеальным.

– Так что я сказал тебе один раз. А теперь попрошу. Выходи за меня замуж, Маргаритка.

Я не стала подмечать, что он не совсем попросил... скорее приказал. Но я была слишком занята, активно кивая.

– Детка, мне надо, чтобы ты это сказала, – уговаривал он.

– Да, – я сумела выдавить одно слово и оказалась прижата к очень крепкой, очень тёплой груди моего жениха. Все, кого я любила, радовались за нас, а Нокс целовал меня... в весьма неприличной для публичного поцелуя манере.

Он отстранился буквально на дюйм.

– Я пи**ец как сильно люблю тебя, Маргаритка.

Я прерывисто вздохнула и постаралась не начать рыдать. Мне удалось не очень чинно кивнуть.

– Теперь можешь сказать, – подтолкнул он меня, обхватив мое лицо ладонями. Эти серо-голубые глаза подсказывали мне, что именно ему нужно было услышать.

– Я люблю тебя, Нокс.

– Чёрт возьми, да, детка.

Он крепко обнял меня, затем поднял одну руку и отвёл в сторону. Уэйлей оказалась рядом и скользнула под его руку, тоже улыбаясь сквозь слёзы. Я свободной рукой обняла её, соединяя всех нас троих вместе. Уэйлон просунул голову между наших ног и тявкнул.

– Ты хорошо справился, Нокс, – сказала Уэйлей. – Я тобой горжусь.

– Ты готова резать торт? – спросил он у неё.

– Не забудь загадать желание, дорогая, – сказала я ей.

Она улыбнулась мне.

– Не надо. Я уже получила всё, что хотела.

И вот так запросто слёзы навернулись снова.

– Я тоже, дорогая. Я тоже.

– Так. Новое семейное правило. Вам обеим больше никогда не разрешается плакать, – хрипло заявил Нокс.

Он казался весьма серьёзным. Это лишь заставило нас расплакаться ещё сильнее.

***

Позднее тем же вечером, когда вечеринка закончилась, гости разошлись по домам, а Нокс снова меня раздел, мы лежали в темноте нашей комнаты. Его пальцы рисовали ленивые узоры на моей спине, пока я прижималась к его груди.

Дальше по коридору, в комнате Уэйлей, хихикали шесть девочек.

Лиза не тратила время зря в плане своего обещания. Она собрала чемодан, взяла собачьи миски и сегодня уже первую ночь проводила в коттедже.

– Сегодня был самый лучший день, – прошептала я, любуясь тем, как кольцо на моём пальце отражало свет из ванной и искрило. Я была права. Это перебор. Массивный бриллиант-солитёр в центре, обрамлённый тремя камнями поменьше с каждой стороны. Мне придётся поднимать тяжести другой рукой, чтобы мышцы оставались равномерно развитыми.

Нокс поцеловал меня в макушку.

– Каждый день с момента нашего знакомства был лучшим.

– Не будь таким милым, а то я нарушу наше новое семейное правило, – предостерегла я его.

Он поёрзал подо мной.

– Я приготовил для тебя ещё парочку вещей.

– Нокс, без обид, но после лучшей вечеринки, что видел этот город, после того, как Лиза вручила нам дом, а ты потребовал, чтобы я вышла за тебя, перед всеми нашими друзьями и семьёй, я не думаю, что справлюсь с чем-то ещё.

– Сама смотри, – отозвался он.

Я продержалась аж десять секунд.

– Ладно. Выкладывай.

Нокс сел и включил лампу на тумбочке. Он широко улыбался, и от этого моё сердце превратилось в жидкое золото.

– Во-первых, завтра тебе придётся помочь мне собрать вещи.

– Собрать вещи?

– Я официально переезжаю сюда, и я не знаю, какое дерьмо понадобится твоим родителям, а какое нет.

– Моим родителям?

– Лиза Джей отдала нам дом. Я отдам свою хижину твоим родителям.

Я села и подтянула одеяло до груди.

– Ты отдашь свою хижину моим родителям, – повторила я.

Он одарил меня хищным взглядом.

– У тебя в ушах всё ещё звенит, Маргаритка?

– Может быть. А может, все те оргазмы, которые ты мне даришь, замедляют моё слуховое восприятие.

Он положил ладонь на мою шею сзади и привлёк поближе.

– Твоя мама только что устроилась на работу в школу Уэйлей. Психолог на полставки. Она приступает в январе.

Я закрыла глаза ладонями.

– Мои родители...

– Переезжают в Нокемаут.

– Как ты это сделал? Как ты... Уэйлей сможет расти с бабушкой и дедушкой по соседству!

Каждая чёртова мечта, что только была у меня в жизни, воплощалась в реальность, и он делал это возможным.

– Тебе надо понять одну вещь, Наоми. Если ты чего-то захочешь в этом мире, я тебе это достану. Без вопросов. Хочешь что-то – это твоё. Так что вот, – он сунул мне стопку бумаг.

Я вслепую взяла их. Выглядело всё как какой-то юридический контракт.

– Что это?

– Перелистни на страницу с подписями, – посоветовал он.

Я воспользовалась удобным жёлтым стикером и обнаружила, что над специальной линией стоит подпись моей сестры.

На странице моё внимание привлекли слова «опека» и «родительские права».