Текст книги "Пока чародея не было дома. Чародей-еретик"

Автор книги: Кристофер Зухер Сташеф (Сташефф)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 32 страниц)

– Верно. – Магнус поднял голову, расправил плечи. – А начать можно с поисков папиных врагов из ИДИОТа!

– Никого нет, – сообщила Лето. – Ни в этом лесу, ни в одной из окрестных деревень.

– Верно, – подтвердила Осень. – Никого во всем герцогстве Тюдорском. Ни большого дома, ни пещер, где бы обитали чародеи.

– Все они правильно говорят, – согласился Келли. – И по всем королевским владениям то же самое: даже в самом Раннимеде нету никакой такой «штаб-квартиры», как вы это называете. Я туда гонцов засылал, так что все точно знаю.

– Да, во всех провинциях такая же картина, – добавил Пак. – И я тоже разослал гонцов во все концы – и фей, и эльфов, и пикси, и пук, и прочих духов, вроде боханов и кобольдов, гномов и гоблинов…

– Да мы вам верим, верим, – поспешно проговорил Магнус, чтобы прервать перечень многочисленных фэйри, обитавших в Грамерае. – Однако эти «анархисты» действуют слаженно. Разве и у них тоже не должно быть какого-то центра?

– Центр в географическом смысле не так уж необходим, – напомнил детям Векс. – Не более, чем он был бы необходим волшебницам и чародеям. Точно так же, как вы можете общаться с вашим предводителем, где бы он ни находился, это возможно и для анархистов. Они это делают с помощью передатчиков и приемников.

– Но ведь и люди из ВЕТО тоже могли бы так!

– Верно, – признал Векс. – Однако центральная база управления гораздо более согласуется с их образом мыслей. Цель же анархистов из ИДИОТа – уничтожить всякую централизованную власть, поэтому скорее всего они стремятся обойтись без ее физического символа.

– Но все равно какой-то предводитель у них должен быть, – настойчиво проговорил Джеффри. – Командир! Нельзя действовать слаженно, не имея командира!

– Теоретически это возможно, – возразил Векс. – Однако на практике не случалось ни разу.

– Что же это за люди такие, – с отвращением выговорила Корделия, – которым не терпится уничтожить все, к чему бы они ни прикоснулись!

Векс тактично умолчал о том, что Корделия – не первая, кому пришла в голову эта гениальная мысль.

– Если у них есть командир, – упорствовал Джеффри, – нужно просто-напросто найти его и допросить. Как мы могли бы разыскать его, Векс?

– Это будет сопряжено с большими трудностями, – ответил Векс. – На самом деле, если анархисты действуют по своей обычной схеме, у них работают одновременно несколько командиров, каждый из которых располагает теми же сведениями, что и другие, и любой из них может осуществлять координацию всей операции.

– И все-таки они – командиры, – упрямо заявил Джеффри.

– Так они ведут себя во всем, – сказала Осень. – Феи из других графств рассказывали нам о пахарях и пастухах, которые уходят из деревень в разбойничьи шайки, о великанах и людоедах, которые напускают на всех страх, но при этом воров и разбойников не трогают, о колдунах, которые рвутся к власти, о графах, которые дерутся друг с дружкой, а также о расплодившихся повсюду страшных чудовищах. Везде только и говорят если не о драконе, так о мантикоре или василиске.

Джеффри побагровел от злости:

– Есть у них командир или нет, но кто-то ими здорово руководит, если они за пару дней такой хаос в стране учинили!

– Да, просто ужасно, – согласилась Корделия. Она побледнела и сильно дрожала. – О, как тяжко приходится крестьянам. Как они страдают от того, что творят эти злодеи!

Грегори крепко сжал руку сестры. Его глаза от страха стали большими-пребольшими.

– А мы ничего не можем поделать, – сокрушенно выдохнул Магнус, – потому что это не по плечу четверым детям.

– Верно, – согласился Пак. – Это работа для ваших мамы с папой, когда они вернутся.

– Но вернутся ли они? – тихо-тихо пробормотала Корделия.

– Обязательно вернутся! – воскликнул Грегори и посмотрел на сестру с непоколебимой уверенностью. – Они снова, как в тот раз, непременно отыщут дорогу домой. Никто не посмеет помешать им возвратиться к нам!

Почему-то никому даже в голову не пришло спорить с ним.

Но вот Магнус помрачнел и повернулся к братьям и сестре:

– И все же мы не можем позволить, чтобы наш край так страдал от произвола мерзавцев всех мастей! В Раннимеде и в герцогстве Тюдорском, что лежит к югу от столицы, мы сможем навести порядок! Конечно, самим нам это не под силу, но мы созовем всех фэйри и других добрых существ, – он кивком указал на единорога Корделии, – чтобы они все вместе выступили против этих… этих…

– Плохих дядек! – выкрикнул Грегори и свирепо наморщил лоб.

Магнус замер от неожиданности и тоже постарался напустить на себя суровость. Но тут Корделия хихикнула, и старший брат улыбнулся:

– Да, братец, ты прав: против плохих дядек! Нам уже удалось потрепать им нервишки с помощью Келли, Пака и их сородичей, и мы сможем делать так снова и снова, покуда не добьемся, чтобы от них больше никому не было вреда! Хотя бы мы сумеем навести порядок в Раннимеде и его окрестностях, и король, пребывая в безопасности, сможет править страной!

– Да! – радостно выкрикнул Грегори. – Мы разыщем плохих дядек и упрячем их за решетку!

– И покуда мы будем этим заниматься, – угрюмо проговорил Джеффри, – мы сможем задавать им кое-какие вопросы.

– Вперед! – прокричала Корделия. – Но только… с кого же нам начать?

Все умолкли и напряженно переглянулись.

– А кто, – тихонько пролепетал Грегори, – самый-самый гадкий из плохих дядек?

14

Хороший вопрос, – признал Магнус. – Кто у них может быть главным? Кому они, не признающие руководства, все же скорее его доверили бы?

Разговор происходил на лесной тропе неподалеку от столбовой дороги.

– На самом деле нельзя сказать, чтобы у них совсем не было предводителей, – возразил Джеффри, – хотя сами они будут клясться и божиться, что это как раз так и есть. Как-то раз я слышал, как папа обмолвился о том, что есть кто-то один, к чьему слову они прислушиваются.

Магнус нахмурился и взглянул на брата:

– А я об этом ничего не слышал. Как его зовут?

– Не знаю, – признался Джеффри. – И папа не знал. Но все же он не сомневался, что такой человек есть.

– Может быть, ты что-то слыхал об этом, Робин? – спросила Корделия.

– Не больше, чем Джеффри, – ответил Пак. – И не меньше. Ваш отец занят поисками того, кто стоит за всеми этими измышлениями, к чьим мыслям прислушиваются все эти недоумки. Он приказов-то не отдает, понимаете? Он просто предлагает то или иное деяние.

– И все же папа точно не знает, кто это? – спросил Грегори. – Он только догадывается?

– Нет, я бы так не сказал, – покачал головой Пак. – Он уверен, что такой человек существует, но только предполагает, что другие прислушиваются к его словам!

Джеффри сдвинул брови и покачал головой:

– Вот и я о том же. Не бывает такого, чтобы люди действовали, не имея хоть какого-то командира. Иначе они бы все делали разрозненно, поодиночке. Один бы не знал, что творит другой, и толку бы не было никакого – все бы занимались, по большому счету, одним и тем же.

Магнус медленно, задумчиво кивнул:

– Но между прочим, если задуматься, во многом оно так и есть.

– Стойте! – вдруг насторожился Пак. – А ведь есть один такой…

Лето и Осень зашелестели крылышками, вытаращили глазки.

– Верно! Верно! – защебетали они, перебивая друг дружку. – Нам один эльф сказал, и мы слетали посмотреть. Он не обманул нас!

– В чем же он вас не обманул? – спросила Корделия.

– Он рассказал нам о крестьянском отряде, – принялась объяснять Осень. – Этот отряд идет по Королевской дороге. Люди вооружены серпами и вилами, а впереди всех идет мальчик!

Корделия растерялась.

– Впереди? Но его мама, наверное, идет рядом с ним?

– Да нет же, нет! – пылко возразила Лето. – Этот мальчик – он их предводитель!

Дети вытаращили глаза.

Джеффри состроил недоверчивую гримасу:

– Да может ли такое быть? Чтобы целый отряд взрослых позволил какому-то мальчишке ими командовать?

– Все так и есть, – подтвердила Осень. – Потому что тот мальчик, что ведет их за собой, утверждает, что он – это ты.

Дети остолбенели, словно их поразил удар грома.

Наконец Магнус обрел дар речи.

– Как же так? – оторопело вымолвил он. – Неужто крестьянский мальчик мог набраться такой наглости?

– Не может такого быть! – возмущенно вскричал Джеффри. – Никто бы ему не поверил! Чем он докажет, что он – это я?

– Ему это очень просто, – вздохнула Лето, – потому что вы с ним похожи как две капли воды.

Джеффри замер и побледнел. Корделия, заметив это, шагнула ближе к нему, но, поняв, что лучше этого не делать, поспешно отступила на шаг.

Тут Джеффри взорвался:

– Какая наглость! Вот ведь змей подколодный! Да как он только посмел! Как только этот негодяй и разбойник посмел выдавать себя за меня?! Ну уж нет, вы мне его должны немедленно показать, и тогда из его задницы я изготовлю для него могильную плиту!

Обе феи опасливо отлетели в сторонку, испуганные яростью, охватившей мальчика.

– Вы что же, отказываетесь? – бушевал Джеффри. – Но я же должен…

– А ну-ка, успокойся! – строго приказал Магнус. Джеффри крутанулся на месте и развернулся к старшему брату, сжав кулаки, но Магнус более сдержанно проговорил: – Разве тот воин, кто бросается на соперника очертя голову?

Джеффри оторопел. Несколько мгновений он не спускал глаз с Магнуса, а потом вполне серьезно, без эмоций ответил:

– Так поступает только тот, кто готов проиграть.

Магнус кивнул:

– Так всегда говорит папа, и мы сами в этом не раз убеждались. Нет, брат, тут надо подумать хорошенько. Если уж какой-то маленький бродяжка-самозванец дерзнул выдать себя за тебя, стало быть, он не дурак в боевом искусстве. И потому, столкнувшись с ним, ты должен не поддаваться чувствам, а употребить выдержку и ум.

– Точно, – уверенно кивнул Грегори.

Джеффри недоуменно глянул на малыша, кивнул, выпрямился и с виду успокоился, однако все его мышцы остались напряженными – было видно, как трудно ему сдержать гнев.

– Спасибо тебе, братец, – поблагодарил он малыша. – Теперь я снова стал самим собой. Простите мня, милые феи. Я просто… сорвался.

– Твои извинения приняты, – отозвалась Осень, однако ее взгляд остался испуганным.

– Ну, теперь вы меня отведете к нему? – спросил Джеффри.

Феи согласно кивнули, молча развернулись и бесшумно полетели вперед над тропинкой.

Джеффри сжал губы и, взмыв в воздух, устремился за ними.

Братья не заставили себя ждать. Единорог, верхом на котором сидела Корделия, поспешил следом.

– Я еще ни разу не видела его таким злым, – прошептала Корделия Магнусу.

– Нечего дивиться, – ответил Магнус. – Однако нужно с него глаз не спускать, сестрица, а иначе он набросится на этот крестьянский отряд и может наделать много бед.

Магнус остановил всех, подняв руку:

– Стойте, ребята! Что-то не нравится мне все это!

Джеффри, порхавший рядом с ним, кивнул:

– Да, как-то это неестественно.

В сотне ярдов впереди виднелась деревня – горстка домишек вокруг площади. Но при этом не было заметно ни души.

– Куда же подевались жители? – обескураженно проговорила Корделия.

– Небось все с моим двойником, – предположил Джеффри. – Слушаются его. Или нянчатся с ним.

– Скорее второе, – заметил Магнус. – Видите, кое-где горят огоньки?

Его братья и сестра пригляделись получше.

– Вижу, – сообщил Векс. – К тому же я увеличил изображение. Там есть люди, и их немало. Они стоят спинами к нам и слушают кого-то одного.

– Корделия, – проговорил Магнус решительно и уверенно. – Скажи своему единорогу, чтобы он оставался в лесу, пока мы не вернемся. Тебе, Векс, тоже лучше было бы пока спрятаться.

Корделия погрустнела, а Векс сказал:

– Ты должен понимать, Магнус, что для меня нестерпимо покидать вас. Почему ты решил, что мне лучше остаться в лесу?

– Потому что без тебя нам проще будет подойти и затеряться в толпе. Тогда мы легко узнаем, что собой представляет этот двойник Джеффри: действительно ли он опасен и можно ли застать его врасплох. Вот потому-то я и прошу тебя: затаись и жди.

– Что ж, хорошо, – вздохнул Векс. – Так я и сделаю. Но спрячусь я неподалеку и буду слушать, выведя усиление звука на максимальный уровень. Если я вам понадоблюсь – только позовите.

– Не сомневайся – позовем, – отозвался Джеффри. Было видно, что мысли летят впереди него – его лицо было серьезным и напряженным.

Корделия соскользнула со спины единорога, обернулась и погладила его бархатистый нос.

– Придется попросить тебя, чтобы ты меня подождал, мой красавчик, – проговорила девочка, и в ее глазах засверкали слезы. – Но ведь ты не убежишь от меня, правда? Ты останешься здесь?

Единорог кивнул. Магнус был готов поклясться, что дивный зверь понял слова его сестры. Но он понимал, в чем дело: Корделия, как и все они – дети четы Гэллоуглассов, была проективным телепатом, и единорог понял ее мысли, хотя и слова тут тоже помогли. Зверь тряхнул головой, развернулся и затрусил к деревьям.

– Ну, пошли, – вздохнул Магнус. – Корделия, вы с Грегори заходите с востока. Джеффри возьмет на себя центр, а я зайду с запада. Встретимся в первых рядах в середине.

Остальные, сосредоточенно поджав губы, согласно кивнули и, как только подошли к деревне, рассыпались. Векс до деревни шел за детьми, но за первым домом остановился, навострил уши, поднял голову, а дети бесшумно рассредоточились в толпе крестьян.

В толпе насчитывалось до сотни человек, и несколько десятков, судя по серпам и вилам, которыми они были вооружены, пришли с большой дороги следом за юным мятежником-самозванцем. Однако он старался, как мог, ради того, чтобы обратить в свою веру десятка три местных жителей. Как только дети затесались между взрослыми, они услышали, как мальчишка рассказывает страшные истории.

– Вот так они поступили с деревней, которая отстоит от вашей меньше чем на десять миль! – выкрикнул мальчишка. – Неужто и вы позволите им измываться над вашими женами и детьми? – Толпа яростно взревела. Люди принялись потрясать серпами и вилами. – Нет, вы так не поступите! – Мальчишка забрался на телегу, чтобы его хорошо видели все, но при этом не заметил четверых ребятишек, прокравшихся в проулок между двумя домами. – Вы не позволите разбойникам ограбить вашу деревню и не разрешите господам сражаться на ваших полях и вытаптывать выращенные вами всходы!

Толпа неуверенно зароптала: видимо, таких речей люди еще не слышали. Одно дело – разбойники, но совсем другое – благородные господа.

– Вы готовы им это позволить? – свирепо сдвинул брови мальчишка. – Ну, тогда я в вас жестоко ошибся! А я думал, вы – настоящие мужчины!

Ответом ему стал возмущенный гомон, а один из тех крестьян, что стояли ближе к телеге, выкрикнул:

– Тебе-то хорошо говорить, малый. Небось ты не видал, как господа дерутся! Что толку от наших вил да серпов против их стальных доспехов! У них мечи – и они с нами враз разделаются!

– Я не видал, – признал мальчика. – А вот шериф видал!

Толпа в изумлении примолкла.

Этой паузы Джеффри как раз хватило для того, чтобы услышать, как Магнус шепнул ему на ухо:

– Теперь ясно, чей он прихвостень!

Джеффри кивнул, и его глаза полыхнули яростным огнем.

– Шериф сражался в господских войсках! – крикнул Джеффри-самозванец. – В юности он сражался и в войске королевы против повстанцев! А еще он бился со зверолюдьми, изгонял их с нашего острова! И вновь он пошел в бой, когда его позвал Тюдор, и дрался с подлыми шайками других господ, но сердце его изнемогло – вдоволь насмотрелся он на господскую жажду власти!

– Но как же он, простолюдин по рождению, может выстоять против благородного рыцаря? – выкрикнул кто-то из толпы.

– Может, потому что у него высокий титул! – крикнул в ответ мальчишка. – Он – королевский шериф, он правит всей округой! А ежели он знает, как усмирить лордов, так кто осмелится противиться ему?

Толпа довольно загомонила. Мальчишка явно приобретал новых сторонников.

– Пойдемте со мной, и я отведу вас к нему! – вскричал самозванец. – Присоединяйтесь к шерифу и сразитесь с теми, кто вас угнетает!

– Это уже чересчур, – послышался знакомый басок под ногами у Магнуса. – Пора бы ему палки в колеса вставить.

А чуть погодя из толпы донесся выкрик:

– А откуда тебе знать, где его найти?

Люди начали вертеть головами, пытаясь понять, кто задал вопрос, но мальчишка невозмутимо ответил:

– Мы знаем, что он проживает в городке под названием Бельмид. Нужно просто пойти туда и предстать перед ним!

– А он-то хоть обрадуется, что мы к нему явились? – выкрикнул кто-то с другого края толпы. – Не решит, что-мы против него вздумали выступить?

И снова люди обернулись, чтобы посмотреть, кто это сказал, но у Джеффри-самозванца и на это ответ был готов.

– Да ему такое и в голову не придет! Конечно же, он обрадуется, когда мы явимся к нему!

– А тебе-то откуда знать? – полюбопытствовал кто-то из самой середины толпы. – Кто ты такой, чтобы мы тебе верили?

Мальчишка покраснел:

– Я вам уже говорил: я – сын Верховного Чародея. Как вы можете сомневаться в этом? – Он громко выкрикнул: – Кто посмеет сказать, что я – самозванец?

– Я посмею! – воскликнул Джеффри. – Я заявляю, что ты – самозванец!

С этими словами он взмыл ввысь, пролетел над толпой прямо к телеге, опустился на нее, обвел гордым взглядом толпу и развернулся к своему двойнику.

Тот вытаращил глаза – и было от чего. Не было предела изумлению и у тех, перед кем теперь стояли два Джеффри. И точно, самозванец был точной копией Джеффри: он походил на него и ростом, и чертами лица. Толпа огласилась испуганным ропотом.

– Как ты зовешься, наглец? – требовательно вопросил Джеффри. – Назови свое истинное имя!

Мальчишка вздернул подбородок:

– Я – Джеффри Гэллоугласс, сын Верховного Чародея! А вот кто ты такой, что посмел носить мое обличье?

– Ты лжешь, негодяй! – прокричал Джеффри. – Как ты дерзнул занять мое место?!

– Возмущайся, сколько пожелаешь, – фыркнул мальчишка. – Всем ясно, что настоящий Джеффри Гэллоугласс – это я!

Яростный вопль рассек воздух, и над толпой верхом на метле взлетела Корделия. Она устремилась к телеге, крича:

– Ты лжешь, мерзавец! Вот мой брат, Джеффри Гэллоугласс! А я – его сестра, дочь Верховного Чародея, Корделия!

Послышалось два взрыва, и рядом с девочкой возник Магнус, держащий на руках Грегори.

– Она говорит чистую правду! – подтвердил он. – А я – Магнус, старший сын Верховного Чародея!

– А я – младший! – крикнул Грегори тоненьким голоском. – И поверьте нам, люди добрые, что вас обманули!

– Да, именно так! – воскликнул Магнус и хлопнул по плечу настоящего Джеффри. – Вот мой брат, истинный Джеффри Гэллоугласс. А тот, за которым вы последовали, – обманщик и трус!

Джеффри коротко, благодарно взглянул на брата, а самозванец жутко побледнел и не знал, куда деваться. Однако он быстро оправился от потрясения и заявил:

– Они все сговорились против меня! Эти четверо – такие же братья и сестра, как я – петух! Они врут вам, потому что настоящий сын Верховного Чародея – я!

Толпа в страхе загомонила. Корделия злобно вскричала и бросилась на двойника Джеффри. Но братья удержали ее, и Магнус спокойно проговорил:

– Нет, не надо, – а потом, развернувшись к толпе, крикнул, чтобы все слышали: – Не нужно царапать его! Ведь ты – волшебница, тебе достаточно просто подумать – и он захворает!

Глаза Корделии сверкнули, и мальчишка торопливо сказал:

– Ну да, похоже, вы и вправду дети каких-то чародеев. Я сам видел, как вы летали, но этого мало, чтобы доказать, что вы – отпрыски Верховного Чародея!

– А ты-то как это докажешь? – выпалил Джеффри.

– А вот так! – процедил сквозь зубы мальчишка и легко поднялся в воздух.

Толпа среагировала на это затравленным гулом.

– Разве это доказательство? – фыркнул Джеффри и тоже взмыл ввысь, а Грегори шепнул Магнусу:

– Видишь? Что да то да – этот мальчик вправду чародей!

– Только это и правда, – проворчал в ответ Магнус.

– Докажи еще чем-нибудь, – не унимался Джеффри. – И я во всем буду равен тебе и даже превзойду тебя!

Мальчишка побагровел и с негромким хлопком исчез. Эхо этого звука еще не успело утихнуть над деревенской площадью, как все крестьяне, обернувшись, увидели мальчишку на крыше одного из домов.

– Сделай так же, если сумеешь! – выкрикнул он.

– Да какой же чародей этого не умеет? – надменно отозвался Джеффри. Послышался точно такой же хлопок, и в следующее мгновение Джеффри очутился на крыше рядом со своим двойником – около печной трубы.

– Они похожи, и оба умеют творить чудеса! – прокричал кто-то в толпе. – И как же нам разобрать, который из них – настоящий?

– Как? – горделиво выкрикнула Корделия. – Очень просто! По умению передвигать предметы! Во всем Грамерае это под силу только детям Верховного Чародея!

Самозванец побледнел, но тут же развернулся и, презрительно уставившись на Джеффри, процедил сквозь зубы:

– Неужто ты позволяешь девчонке говорить за тебя?

– А ты, – огрызнулся Джеффри, – небось завидуешь, что у тебя нет сестры?

– Ты лжешь, наглец! – выкрикнул его двойник. – Моя сестренка осталась дома!

– За такую подлую ложь тебя следует проучить! – не выдержал Джеффри, и в тот же миг из рук крестьянина, стоявшего неподалеку, вылетел куотерстаф и, вертясь в воздухе, полетел к дому, на крыше которого стояли оба мальчика. Однако самозванец вовремя заметил летящую палку, подпрыгнул, и она пролетела под ним. С издевательским хохотом он, повернулся к Джеффри.

– А что же ты сам подпрыгнул? – прищурившись, язвительно вопросил Джеффри. – Палку подвинуть не смог?

Мальчишка нахмурился:

– Не захотел, да и всё!

– Ну так захоти теперь! – злорадно усмехнувшись, крикнул Джеффри. – Обернись-ка!

Самозванец крутанулся на месте – как раз вовремя для того, чтобы увидеть, как вертящаяся в воздухе палка, описав полный круг, летит обратно к нему. Мальчишка взвыл, распластался на крыше, и куотерстаф пролетел над ним, едва его не задев. Но стоило ему подняться и встать на корточки, палка поднырнула снизу и резко ударила его по животу. Двойник Джеффри с криком ярости рухнул на крышу, но еще громче его вопля прозвучал голос Джеффри:

– Ну а почему же теперь ты не схватил эту палку силой своего разума?

Самозванец медленно поднялся, злобно вытаращил глаза, но сказать ему было нечего.

– Ты потому этого не сделал, что не умеешь! – победно вскричал Джеффри. – А я – настоящий Джеффри Гэллоугласс!

– Ты – настоящий лжец! – провизжал в ответ мальчишка. – Ты не сам управлял этой палкой! Это для тебя сделала твоя подручная, колдунья!

Корделия сердито вскрикнула, но Грегори рассудительно изрек:

– Уж если мой брат – не настоящий Джеффри, то ты-то точно – не настоящий, потому что всему Грамераю известно: сыновья Верховного Чародея умеют передвигать предметы силой мысли. А ты – не умеешь!

Толпа возбужденно взревела, но мальчишка дерзко и отчаянно прокричал:

– Это ложь! Никому из чародеев не под силу передвигать предметы мыслью! А если ты говоришь, что сыновья Верховного Чародея это умеют, так сделай – сделай сам!

– Это можно, – миролюбиво кивнул шестилетний малыш, и Корделия тут же взмыла ввысь – причем безо всякой метлы. Она оскорбленно вскрикнула и была готова проучить младшего братца, но тут слово взял Магнус:

– Вот! Всем известно, что волшебницы сами летать не умеют! Потому-то они и пользуются метлами! Теперь ты тоже скажешь, что моя сестренка сделала это за нашего младшего брата?

Самозванец злобно помрачнел:

– Ты сам сказал: это девчачьи проделки! Кому бы из мальчиков такое в голову пришло? Только тому, у которого в голове девчачьи мысли!

– Ах ты, негодяй несносный! – ,в ярости прокричал Джеффри. – Ну, давай, попробуй повторить вот такую «девчачью» проделку, если сумеешь!

Невидимая рука ухватила самозванца и, вертя, понесла по воздуху к Корделии. Мальчишка орал от злости и страха, а Корделия, поняв замысел брата, воскликнула:

– Да на что он мне сдался? Забирай этого мерзавца обратно!

Вертящийся в воздухе мальчишка вдруг развернулся и понесся в противоположную сторону.

– Нет уж, получай его! – задорно выкрикнул Джеффри, и самозванец, уподобившийся мячику, замер в воздухе всего в одном футе от его головы, развернулся и полетел к Корделии. Наконец он злобно взвыл, послышался щелчок, и на полпути до девочки мальчишка исчез.

– Вперед, за ним! – скомандовал Магнус, но он еще не успел договорить, как Джеффри со звуком, подобным ружейному выстрелу, исчез.

В толпе все разом взволнованно и раздраженно загомонили.

Грегори задумался, сосредоточился.

– Он поймал самозванца! – сообщил он через несколько мгновений.

– Да и как он мог его не найти! – фыркнула Корделия. – Ведь это – сущий пустяк для того, кто так подкован в игре в «салки-исчезалки»!

– Очень скоро толпа начнет кричать, что пора бы сжечь колдунов на костре, а мы, похоже, вряд ли сумеем их успокоить.

Корделия кивнула:

– Надо усмирить их, да поскорее! Приступай!

Магнус вытаращил глаза:

– Я?! Да как же я могу их успокоить?

Корделия пожала плечами.

– Ты старший, – только и сказала она.

Магнус одарил ее мстительным взором и в отчаянии огляделся по сторонам в поисках поддержки.

Тот, кто мог бы ее оказать, сидел на телеге, в самом дальнем уголке, беспечно положив ногу на ногу.

– Поговори с ними, – посоветовал он. – Расскажи про то, чем на самом деле заканчиваются все деяния шерифа. Они поверят тебе, ибо ты – сын Верховного Чародея.

Магнус, не отрывая глаз от эльфа, облизнул пересохшие губы и прошептал:

– Но что же… что же мне им сказать?

– Придумаешь что-нибудь, – заверил его Пак. – А не выйдет – так я тебе подскажу.

Магнус еще мгновение пристально смотрел на эльфа.

– Хорошо, – кивнув, сказал он. – Спасибо тебе, Робин. – Он вдохнул поглубже, расправил плечи и, развернувшись к толпе, поднял руки и вскричал: – Люди добрые, послушайте! Умоляю вас, выслушайте меня!

Тут и там жители деревни и пришлые крестьяне стали оборачиваться, поддевать локтями или окликать соседей. Мало-помалу все притихли, и наконец стало настолько тихо, что Магнус смог говорить.

– Вас повел за собой злобный мальчишка-колдун, – начал он. – А злобность его доказать очень просто: он призывал вас к войне! Может, вам так и не показалось – однако не обманывайтесь! Если шериф сражается с лордами, будет не одно сражение, их будет много! Будет самая настоящая война, а в конце ее шериф сразится с королем!

Толпа при этих словах мальчика опять взволнованно и возмущенно возроптала. Люди разворачивались друг к другу и вопрошали, может ли такое быть правдой. На этот раз Магнус не предпринимал попыток утихомирить людей. Он просто стоял на телеге, подбоченившись, и ждал, понимая, что теперь у людей на уме мысли о том, прав ли шериф, и что о чародеях и волшебницах на время забыто.

Грегори потянул Магнуса за подол рубахи:

– Это правда, Магнус? Шериф воистину желает напасть на короля Туана?

– Не знаю, – честно признался Магнус. – Но ведь это похоже на правду, верно?

Грегори кивнул:

– Мне кажется, иначе и быть не может. А сам-то шериф это понимает?

Магнусу этого вполне хватило. Если его прозорливый младший братишка сказал, что такой исход неизбежен, значит, так и должно было случиться. Он вновь поднял руки, прося тишины. Когда толпа немного успокоилась, Магнус крикнул:

– Послушайте, что я вам скажу, добрые люди! – Тут же стало совсем тихо. – Тот, кого мы называли братом, и есть настоящий Джеффри Гэллоугласс, сын Верховного Чародея. Мы – братья и сестра, мы – дети Верховного Чародея! И я говорю вам: наши мать и отец ни за что не одобрили бы деяния этого шерифа! Но сейчас на всем острове Грамерай беспокойно, и потому наши мать и отец не могут поспеть всюду, чтобы навести порядок! – Ну, тут он, конечно, немного приврал… – Потому мы и пришли, чтобы поговорить с вами! Ждите, наблюдайте за происходящим, оберегайте ваши деревни! Наберитесь терпения и сохраняйте верность королю и королеве! Не участвуйте в беспорядках, а не то все станет еще хуже, чем теперь!

Некоторые люди смутились, а те, что стояли дальше других, начали Отходить назад, к домам.

Вообще-то как раз этого Магнус и добивался, но нельзя было допустить, чтобы его слова обидели крестьян.

– И если среди вас, – поспешно продолжал мальчик, – есть те, кто поверил самозванцу и покинул свою родную деревню, молю вас: поспешите в обратный путь! Как знать, что теперь с вашими домами, с вашим хозяйством, с урожаем, который вы взращивали с таким трудом! Поскорее возвращайтесь домой! Оберегайте свое добро и своих домашних!

Тут уж и те, что стояли в самой гуще толпы, начали беспокойно оглядываться, а те, что уже успели отойти, прибавили шагу, и было видно, что им уже все равно, кто и как на них поглядывает. Ведь сам старший сын Верховного Чародея велел им расходиться по домам!

Корделия облегченно вздохнула.

– Неплохо, братец! – вырвалось у нее. – Только теперь я поняла, что тут могло произойти нечто страшное!

– Вот пусть это уходит вместе с ними, – рассеянно отозвался Магнус, не спуская взгляда с быстро рассасывающейся толпы. – Грегори, – окликнул он младшего брата, – поищи Джеффри. Как он там?

Воздух над лесной поляной огласился громким щелчком. Джеффри, возникнув как бы ниоткуда, огляделся по сторонам и тут же увидел загашенные костры, обглоданные кости, тряпье, гниющие огрызки овощей. Мальчик понял: здесь была последняя стоянка крестьянского отряда. В этом был определенный смысл: скорее всего именно это место было последним, запомнившимся самозванцу, и именно его он смог более или менее отчетливо представить, дабы сюда телепортироваться.

А мальчишка был, естественно, здесь. Он стоял посередине поляны спиной к Джеффри. Напуганный звуком, похожим на удар грома, он обернулся и в страхе уставился на своего двойника:

– Как ты узнал, где искать меня?

– Ну, – надменно отозвался Джеффри, – такое под силу любому чародею, который хоть что-то соображает в своем ремесле.

Мальчишка мертвенно побледнел. Но он был из тех, кто с перепугу лезет в драку. Подняв с земли толстую хворостину, он пошел на Джеффри.

Джеффри, издевательски хохоча, отступил в сторону, отпрыгнул и сам подобрал хворостину. В следующую же секунду мальчишка набросился на него, но Джеффри парировал его удар и ответил ему собственным. Самозванец с трудом сумел закрыться, но, сжав палку обеими руками, размахнулся.

Это было большой ошибкой с его стороны, поскольку бок его остался незащищенным. А Джеффри просто отскочил в сторону, и удар пришелся мимо, после чего он быстро вернулся на прежнее место и наградил мальчишку метким и сильным ударом в скулу. От удара тот пошатнулся и упал. Джеффри стоял и ждал, что самозванец поднимется, но он не поднялся.

Юному воителю стало не по себе. Каким бы он ни был храбрецом, ему еще ни разу не доводилось никого убивать. Только однажды он сильным ударом оглушил противника – но не насмерть же! Джеффри опасливо обошел своего поверженного противника по кругу, опустился на колени у головы мальчишки, протянул руку, чтобы потрогать его шею… Джеффри был готов к тому, что мальчишка в любое мгновение вскочит и вступит в поединок с ним, но тот лежал неподвижно, с закрытыми глазами. Нащупав сонную артерию, Джеффри убедился в том, что сердце самозванца бьется сильно и ровно, и со вздохом облегчения уселся на землю рядом с ним. Однако он тут же нахмурился. Что же, спрашивается, ему было делать теперь?