Текст книги "Пока чародея не было дома. Чародей-еретик"

Автор книги: Кристофер Зухер Сташеф (Сташефф)

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 32 страниц)

Грегори, передал братьям и сестре мысленный образ нервной системы Грогата, и все вчетвером дети занялись стимуляцией солнечного сплетения великана. Грогат согнулся так, будто из него дух вышибло – да, собственно, так оно и было.

– Он спит, – сообщил Грегори.

– Отзови пчел, Пак, – распорядился Магнус.

Пак немного помолчал, улыбнулся – и черное облачко, окружавшее великана, взмыло ввысь и направилось к лесу.

Магнус выпрямился со вздохом облегчения:

– Все в порядке.

– Ага, – подтвердил Джеффри, глядя на великана с высоты. – Теперь добрые люди смогут снова без страха ходить по дорогам.

– Пока нет, – поправила его Корделия. – Подлые разбойники все еще прячутся в лесах.

Джеффри запрокинул голову, губы его тронула улыбка.

– Ну, так мы их выманим! – воскликнул он, развернулся и схватился за кинжал.

– Ну уж нет! – вскричал Пак и удержал мальчика за запястье. – Вот вырастешь – будешь делать что хочешь. Захочешь лезть на рожон – дело твое, а сейчас, будь добр, предоставь это взрослым, чей долг этим заняться!

Джеффри обернулся и хмуро посмотрел на Пака:

– Но ведь граф в плену!

– Так давайте поскорее освободим его! – воскликнула Корделия, хлопнув в ладоши. – Пак, ну пожалуйста!

– Конечно, – согласился эльф. – В этом опасности не будет. Но разве вы хотите оставить коня вашего отца на съедение воронам?

– Векс! – Корделия прижала пальцы к губам. – А я и забыла!

– Чтобы ворона могла клюнуть Векса, у нее должен быть стальной клюв, – утешил ее Магнус с усмешкой. – Но все же не годится нам бросать нашего железного друга. Давайте поскорее разыщем его.

С этими словами он быстро полетел к лесу, а остальные – за ним.

Огромный черный конь лежал на боку. Его глаза затуманились.

Корделия опустилась на колени рядом с ним:

– Только бы он не сломался насовсем!

– Ну, это вряд ли, – пробормотал Магнус, присел на корточки рядом с Вексом и нащупал под седлом увеличенный «позвонок» – потайную кнопку включения-выключения. – Папа мне говорил, что «мозг» Векса упрятан в прочную оболочку, способную выдержать удары, в пятьдесят раз превышающие силу притяжения… Так… Есть!

Янтарные глаза коня прояснились. Он медленно поднял тяжелую голову.

– Чж-ж-жто?.. Гдз-з-зе?

– Запускай самодиагностику, – быстро подсказал ему Грегори.

Робот утих.

– Ты что ему такое сказал, эй! – обеспокоенно спросил Джеффри.

– Сам не знаю. Только папа так всегда говорит, когда боится, что Векс повредился. А что это значит, Магнус?

– Т-дак-г з-запус-зкаетс-зя п-брограбба п-бровверк-ги б-боих б-бик-гросхеб-б с-з т-дочк-ги з-зрения их-х п-бо-лоб-бки, – запинаясь, провещился Векс. – А п-ботоб-б п-бривод-зитс-зя в п-боряд-док вз-зя б-боя б-беханика. В д-данноб з-злучае б-бикросхеб-бы не пос-зтрадали. Т-долько д-дебдого б-барахлид-д ле-евая з-зад-д-дяя д-дога.

– Ой! – сокрушенно воскликнула Корделия. – И как же нам ее починить?

– Д-де д-дужд-до. 3-зейчаз-з д-де д-дужд-до. Отойд-дите в стородку, дзети!

Дети вскочили и расступились, а Векс дрогнул и поднялся на ноги.

– А если придется сражаться – не скажется ли твое увечье? – забеспокоился Джеффри.

– Вероятность отказа механики составляет ноль целых девяносто семь сотых, – признал Векс. – Когда вернемся домой, я позабочусь о замене вышедшей из строя детали. Но сейчас я более или менее в порядке. – Вдруг он поднял голову и посмотрел в северную сторону. – Твой друг вернулся, Корделия.

Тут все обернулись и увидели, как из лесу вышел единорог. Корделия бросилась к нему и с радостным криком обняла. Единорог потерся носом о щеку девочки и вопросительно склонил голову.

– Еще бы! – вскричала девочка и проворно уселась верхом на серебристого зверя. Единорог подошел к мальчикам и остановился в десяти ярдах от них.

Пак довольно улыбнулся:

– Ну что, детки? Пойдем спасать графа?

– И его детей, – добавила Корделия.

Граф томился в подземелье, сидел на хлебе и воде. В соседней темнице была заперта его жена. Она подбадривала детей, а те старательно подкапывали стену столовой ложкой. Графиня, конечно, понимала, что толку от этого никакого, но хотя бы дети были чем-то заняты. Нечего и говорить, как обрадовалась графиня, когда четверка детей Гэллоуглассов выпустила ее с детьми из узилища. Ну и граф, конечно, тоже.

– Я созову всех своих воинов! – вскричал граф.

– Сначала вам нужно вернуться в ваш замок, – напомнил ему Магнус. – Будьте осторожны, идите северной дорогой.

– Почему?

– Потому что на южном пастбище мы оставили спящего великана, а он, возможно, того и гляди, проснется.

– К тому же на юге нам встретилась старуха колдунья, зачарованная злым колдуном. И его, и ее мы тоже усыпили, – добавил Грегори.

– А еще есть одна девушка-крестьянка, которая напускает чары на парней и уговаривает их вступать в войско шерифа, – вставила Корделия.

– Столько всего произошло всего-то за несколько дней! – Граф сокрушенно покачал головой.

Его супруга тактично умолчала о том, что неоднократно напоминала ему о том, что следует обращать больше внимания на негодяев, прячущихся в лесах.

– Всех этих опасных людей мы встретили на юге, – пояснил Магнус. – И поскольку вы пойдете пешком, мы бы вам посоветовали идти на север.

Граф спорить не стал. И он, и все его семейство вышли в лес и быстро зашагали на север.

Магнус развернулся к братьям, сестре и эльфу:

– Граф, его жена и дети обрели свободу. Великан обезврежен. Думаю, теперь он больших бед не натворит, а мы могли бы заняться его повелителем.

Пак нахмурился:

– Вот теперь речь зашла о настоящей опасности. Эти чародеи владеют Холодным Железом и колдуют на манер вашего отца. Как противостоять такой магии – это мне неведомо.

– Да не в магии тут дело! – возмутился Келли. – Не нужно разрушать колдовские чары, связанные с Холодным Железом! Нужно обезвредить самих колдунов!

Пак искоса глянул на него:

– И в этом у меня тоже опыта маловато. За себя я нисколько не боюсь – но мне страшно за детей.

Джеффри, уязвленный этими словами, горделиво вскинул голову, но Грегори заметил:

– Может быть, эти самые злодеи держат в плену наших папу и маму.

Дети переглянулись между собой и все вместе посмотрели на Пака.

– Все верно, – медленно проговорил Магнус. – Где же еще папины враги станут держать своих пленников, как не в собственном замке?

– Не больно-то они к замкам привычны, – напомнил мальчику Пак. – Свои приказы они могут отдавать хоть из особняка, хоть из церкви, и даже из крестьянской избушки, если на то пошло.

– Словом – откуда угодно, – проворчал Келли.

Пак хмуро глянул на него:

– Откуда ты родом, я что-то подзабыл?

– По крайней мере не оттуда, откуда ты, – огрызнулся Келли.

– Пожалуйста, не ссорьтесь, – умоляюще проговорил Магнус. – Если папа с мамой в плену у этих звездных чародеев, мы должны каким-то образом выманить мерзавцев!

На миг наступила тишина. Пак и Келли обменялись настороженными взглядами.

– Ладно, мы поможем вам найти их, – согласился Пак. – Но только если вы торжественно пообещаете мне оставаться в лесу, неподалеку, и в драку не лезть.

Дети сердито переглянулись. Джеффри, казалось, того и гляди, взорвется. Наконец Магнус неохотно проговорил:

– Мы обещаем, Пак.

– Торжественно-преторжественно?

– Да, да, торжественно-преторжественно, – с отвращением выпалил Джеффри.

– Ну, хорошо. – Пак довольно кивнул и развернулся к лестнице, уводящей наверх из подземелья. Дети пошли следом за ним.

– Одного не пойму, – озадаченно пробормотал Магнус. – В какой же тюрьме враги могут держать папу с мамой? Что за тюрьма такая, из которой они не могут выбраться?

– Их могли опоить сонным зельем, – отозвался Джеффри. – Давай-ка, братец, попробуем мысленно отыскать их!

13

Но почему же мы снова идем на юг? – спросила Корделия у Пака, не сводя глаз с ощипанной куропатки, которую Магнус медленно поворачивал над огнем походного костра.

– Ага, – кивнул Грегори и проглотил слюнки. – До сих пор мы шли на север. Неужто ты решил отвести нас домой, Пак?

Эльф покачал головой:

– Что-то мне подсказывает – просто нутром чую, что вы правы, решив разыскать своих родителей, Найдете вы их или нет – это другой вопрос, но искать должны.

– Но ведь мятежи обычно начинаются в Раннимеде, – возразил Магнус, поворачивая вертел. – Так почему тогда нам не повернуть к столице?

– Нету общего мятежа, – ответил ему Пак. – А есть сразу несколько отдельных бунтов, и те, кто их возглавляет, при первой же возможности готовы захватить престол. Стало быть, мятежники сосредоточены где-то неподалеку от королевских владений.

Джеффри кивнул:

– Это разумно – с точки зрения тактики.

– Рад, что вы со мной согласны, – чуть насмешливо проговорил Пак. Джеффри, сдерживаясь из последних сил, следил за тем, как зарумянивается куропатка. Он тоже сглотнул слюнки – есть хотелось нестерпимо.

– Но ведь тогда нам вовсе не стоит углубляться в лес, – непонимающе сказал Магнус и нахмурился. – Разве не может быть так, что главное гнездо мятежников – в самой столице?

– Нет, – покачал головой Джеффри. – Хотя бы потому, что мы бы стали их искать прежде всего именно там. Пак прав: скорее всего они засели в лесу неподалеку от Раннимеда и выжидают.

– Учитывая уровень развития современной техники, «штаб» мятежников может находиться практически где угодно, – заметил Векс. – Однако если логово бунтовщиков существует, то гораздо логичнее было бы разместить его рядом с Раннимедом, как предполагает Пак.

– Векс с тобой согласен, – перевел Грегори для эльфа.

– Да понял я, – проворчал Пак. – Не только одни чародеи и волшебницы слышат чужие мысли.

– И ты недоволен?

– Нет, я просто вне себя от счастья, – буркнул эльф.

– А нет ли у тебя на уме какого-либо способа обнаружения этой гипотетической штаб-квартиры? – осведомился Векс.

– Натравить лазутчиков на лазутчиков, – отозвался Пак. – А лазутчиков у меня как-никак побольше, чем у смертных.

Зашуршала листва, и на полянку выпорхнули две феи. Они подлетели так близко, что их стало видно в свете костра.

– Лето и Осень! – обрадованно воскликнула Корделия.

Обе феи приветствовали детей, Келли и Пака учтивыми реверансами.

– Мы прилетели, чтобы отплатить вам за вашу услугу.

– А кто вас позвал? – фыркнул Келли.

– Пак, конечно, – отвечала Лето. – Это ведь наши родные леса, и нам лучше, чем кому бы то ни было, известно, кто по ним ходит.

– Ну и кто по ним ходит? – негромко спросил Пак.

Осень повернулась к нему:

– Вы ищете чародеев, не так ли?

– Чародеев, да… Но если точнее – колдунов.

– Мы знаем о них, – сказала Лето. – У них есть большой дом в чаще леса, у подножия гор.

Пак посмотрел на Джеффри.

– Это всего в трех часах от Раннимеда, если скакать верхом на лошади.

– Что-то я сомневаюсь, что они верхом поскачут, – покачал головой мальчик.

– Но для смертного это получится два дня пути пешком, – заметила Осень. – Ведь вы – дети чародея и волшебницы. Разве вы не можете странствовать быстрее?

Магнус уже открыл было рот, чтобы ответить, но его взгляд упал на Векса.

– Не задерживайтесь, – сказал стальной конь. – Из-за меня медлить не стоит. Я буду наблюдать за вашими мыслями и быстро вас нагоню. А единорог отыщет Корделию – где бы она ни была, в этом я почему-то не сомневаюсь. Я только прошу вас: не подвергайте себя слишком большой опасности, пока меня не будет с вами.

– Полетим, как на крылышках, – заверил фей Магнус.

– Ага, – кивнула Корделия. – Это точно.

Перед ними предстал большой дом – сверху бревенчатый, а снизу отделанный стукко – искусственным гипсом, который от времени слегка пожелтел и приобрел цвет слоновой кости. Впрочем, даже сама желтизна могла быть искусственной.

– Кому бы взбрело в голову построить дом в такой глуши? – удивился Магнус.

Стояла бы тут избушка или даже хижина – это еще было бы понятно, но это был двухэтажный дом в тюдоровском стиле, с флигелями, обрамлявшими внутренний двор.

– Верно, никто бы тут дом не выстроил, – прошептал Джеффри с полной уверенностью. – Его соорудили папины враги не раньше, чем родился Магнус.

– Дом большой – значит в нем хватит места для призраков, – заметила Корделия.

Братья удивленно посмотрели на нее и тут же понимающе усмехнулись.

* * *

Взгляд охранника перебегал с одного экрана на другой, и на каждом экране красовалась инфракрасная панорама опушки леса за пределами дома, где размещалась штаб-квартира. Посматривал он время от времени и на графический экран, на котором предметы выглядели точками на фоне сетки пересекающихся линий. Был и еще один экран – на нем фиксировались звуки в виде волн. Охранник устал, но понимал, что эта ежедневная рутина обязательна: штаб-квартире ничто не грозило только потому, что она надежно охранялась.

Неожиданно весь дом сотрясся от странного протяжного звука. Поначалу звук был таким тихим, что охранник решил, что он ему померещился. Однако постепенно звук набрал высоту и глубину. Охранник огляделся по сторонам, пробежался взглядом по десятку экранов, которые показывали различные помещения в доме. Наконец он нажал на клавишу на пульте и сообщил:

– Капитан! Я что-то слышу!

– Я тоже, – послышался ответ. Через некоторое время появился и сам капитан. Стараясь перекричать странный звук, он завопил: – Что это такое?

Однако звук внезапно прекратился.

Капитан и охранник переглянулись, немного подождали. Наконец капитан ошарашенно проговорил:

– Что это такое было, проклятие?

– Это вы верно подметили, капитан, – отозвался охранник, но, заметив выражение лица начальника, смутился: – Это я так… Чтобы разрядить обстановку.

– Мне никакая разрядка не нужна! Мне ответ нужен! Что там у вас на экранах? Было что-нибудь?

– Ничего, – решительно ответил охранник. – Абсолютно ничего.

Капитан прищурился и обвел взглядом экраны:

– А на осциллоскопе?

– Там тоже пусто.

Капитан развернулся к нему:

– Но ведь должно было быть! Это был шум, звук, а все звуки отражаются на экране осциллоскопа в виде волн!

Охранник покачал головой:

– Прошу прощения, капитан. Ничего там не было, кроме самых обычных ночных шумов.

– Да я тебя не про наружные шумы спрашиваю, идиот! Про внутренние!

– Тут тоже все чисто, капитан, – ответил охранник и уставился на капитана. – Но если мы с вами оба слышали этот звук, хотя бы один из микрофонов должен был его засечь!

Оба пару секунд молчали. Охранник смотрел на капитана, а капитан смотрел по сторонам и хмурился.

– Что же, – озадаченно изрек он, – может издавать звук, который люди слышат, а микрофоны не улавливают?

– Они встревожены, – сообщил Грегори. – И испуганы, хотя виду не подают.

– Еще не родился смертный, который бы не боялся неведомого, – с довольной усмешкой проговорил Пак. – Это вы унаследовали от своих далеких предков, которые первыми стали разводить костры, потому что их пугала ночная тьма.

Спутники залегли на дне пустого русла речушки. Сама речка была заключена в трубу, чтобы питать дом водой. Старое русло поросло сорной травой, достаточно высокой для того, чтобы дети могли спрятаться в ней, лежа на боку.

– Потому мы и ждали ночи? – спросил Джеффри.

– Угу, – отозвался Пак. – Ваши сородичи боятся темноты, хотя некоторым и удается более или менее удачно это скрывать.

– Чем мы их порадуем в следующий раз? – полюбопытствовала Корделия.

Пак с усмешкой повернул к ней голову:

– Ну а ты бы чего испугалась?

Капитан вернулся в офицерскую караульную комнату и сел у окна. Что же это был за странный шум? Эта мысль не давала ему покоя. Конечно, в старых домах всегда слышались какие-то шумы, но этот дом на самом деле старым не был – он только выглядел старым!

Но с другой стороны, и в новом доме вполне, могли слышаться какие-то шумы, пока он устоится: капитан знал, в какой спешке строился этот дом. И все же никакой шум не мог слышаться настолько долго!

Мимо окна что-то пролетело – капитан только краем глаза успел заметить. Он нахмурился и более пристально вгляделся в темноту. И снова что-то мелькнуло – и все же стоило проверить! Капитан развернул вертящийся стул к пульту связи и нажал на клавишу:

– Проверить результаты визуального сканирования северо-восточного квадрата, срочно!

– Проверяю, – отозвался охранник.

Капитан ждал, глядя в окно. И снова мимолетный промельк – правда, на этот раз он длился на долю мгновения больше. Капитану почти удалось разглядеть силуэт…

– Ничего, – сообщил охранник.

Капитан выругался и, отвернувшись от пульта, подкатил кресле поближе к окну.

Между стволами двух деревьев в ста футах от дома, на самом краю периметра сигнализации приплясывала фигурка. Бледная, светящаяся, смутно напоминавшая человеческую. У капитана волосы встали дыбом на затылке. Он был убежденным материалистом и твердо верил в то, что на свете не существует ничего такого, что нельзя было бы взвесить или измерить. Если он что-то видел, а камеры наружного наблюдения – нет, значит, ничего там и быть не могло. Это была галлюцинация. А это означало, что…

Если только то же самое не видел кто-нибудь еще. Капитан вернулся к пульту, поспешно нажал другую клавишу и рявкнул:

– Сержант! Мигом ко мне!

Через две минуты в караульную комнату из боковой двери торопливым шагом вошел сержант. Волосы у него были растрепаны, он протирал заспанные глаза:

– Что… что такое, капитан?

– Призрак, – процедил сквозь зубы капитан и указал за окно. – Доложите мне, что вы там видите.

Сержант озадаченно подошел к окну и тут же вытаращил глаза:

– Но… их же не бывает!

– Хо-ро-шо… – со вздохом облегчения выдавил капитан. – По крайней мере вы его тоже видите!

– Что? – Сержант резко обернулся. – А вы думали, что он вам приснился, сэр?

– Да нет, я решил, что это галлюцинация. Ну вот. Теперь ты видел его собственными глазами, так ступай погляди на мониторы.

Сержант нахмурился, развернулся и вышел из офицерского кабинета. Через несколько минут из динамиков пульта связи послышался его голос:

– Вы правы, сэр. На мониторах ничего нет.

– Так я и думал. – Капитан снова оторопело уставился в ночную темноту за окном. Теперь призраков стало три. Они резвились, перелетая от одного дерева к другому. А может, это был один и тот же призрак, только он летал слишком быстро… – Проверьте показания всех датчиков до единого!

Несколько минут погодя сержант отрапортовал:

– Инфракрасный экран молчит, сэр.

Затем зазвучал голос дежурного охранника:

– Радиации нет… Новых сосредоточений массы нет… На радиочастотах чисто…

– Они ненастоящие, – проговорил капитан, как бы стараясь убедить себя в этом и не сводя глаз с танцующих светящихся фигурок. Сейчас им более всего владели злость и возмущение, однако к ним мало-помалу примешивался страх. Странные существа были – они были, и в том не могло быть никакого сомнения. Не только сам капитан, но и сержант их увидел. Но как же они могли быть и при этом не оставлять никакого следа на экранах датчиков сигналов?

Грегори посмотрел на Магнуса и Джеффри:

– Долго ли вы сможете поддерживать этот обман?

Старшие братья стояли на коленях бок о бок. Лбы у них взмокли от испарины. Было видно, что сосредоточение стоит им немалых сил.

– Довольно долго, – отозвался Магнус.

– Непросто забрасывать им в сознание эту картинку, – пробормотал Джеффри. – Выть было куда как легче.

– Ну так надо, чтобы они снова услышали вой, – процедил сквозь стиснутые зубы Магнус, выждал немного и спросил: – Ну, как на них подействовало?

– Они начинают бояться, – ответил Грегори и посмотрел на Осень. – Пауки готовы?

– О да! По тысяче на каждую дверь. Они заплели все дверные проемы гигантскими сетями.

– Отлично! – прошептала Корделия и обернулась к Магнусу. – А эльфы на местах?

Старший брат вопросительно глянул на Келли.

– Угу, – ухмыльнулся лепрехун. – И просто мочи нет, как хотят повеселиться.

– Ну так пусть повеселятся, – распорядилась Корделия.

* * *

Из каждого угла, каждой щелочки, каждой дырочки донесся злорадный хохот.

– Есть след! – прокричал охранник. – Вот у этого звука есть волновая форма, капитан!

– Ну наконец-то! Хоть что-то реальное! – Капитан нажал на кнопку, пригнанную к стене около стола, и дом огласился воем сирены. Агенты вскочили с кроватей как очумелые, с мутными глазами. – Обшарить весь дом, искать потайные динамики!

Агенты приступили к обыску. Искали за мониторами, за штабелями коробок и ящиков, доверху наполненных органическим порошком, в кладовых – но не находили ничего, кроме паучьих сетей, на которых, что странно, не было ни единого паучка. Как только сирена смолкла, все услышали то, что, собственно, искали – вернее, свидетельство этого самого: пронзительный, душераздирающий, маниакальный хохот, звучавший ровнехонько на такой частоте, чтобы по спине побежали мурашки. Агенты искали в туалетах, вокруг камина и внутри дымохода – вот только в щели между камнями не заглядывали. Они осмотрели лабораторию времени – всю, до последнего винтика: проверили кабину прибытия, слазили под кушетки – но, увы, не заглянули за деревянные панели, которыми были забраны стены. Они выдвинули один за другим все ящики столов, заглянули за унитазы, в шкафчики и тумбочки – но им и в голову не пришло заглянуть в водопроводные краны или за зеркала в ванной комнате.

И хорошо сделали, что не заглянули, а не то бы такое нашли… что все равно бы не поверили. А и поверили – легче бы им уж точно не стало.

В каждой щелочке шире двух дюймов, за которой имелось пространство хотя бы с фут, притаились эльфы. В стенах, под половицами, за пищевым синтезатором, распугав мышей, спрятались пикси. И из каждой щелочки и дырочки, из-за каждой вентиляционной решетки доносился их хохот, становившийся все более и более зловещим с каждой минутой.

– Это какая-то… массовая галлюцинация! – проревел капитан. – Да и больше это ничем быть не может!

– А как насчет саботажа? – осведомился один из гражданских сотрудников центра.

– Откуда ему взяться, саботажу?

– Скажи им: пусть подгонят мышей туда, откуда бы они увидели этих людей, – проинструктировал Келли Магнус.

Эльф запротестовал:

– Зачем? У Колдовского Народца лучше получается!

– Нельзя, чтобы Громадины их нашли! Это слишком опасно, – пояснила Корделия.

Джеффри кивнул:

– К тому же, если они увидят что-то такое, с чем смогут связать весь этот шум, они хоть как-то справятся со страхом.

– Ну а нам это вовсе ни к чему, – ухмыльнулся Келли и развернулся к эльфу-гонцу, дабы передать ему новые распоряжения.

Эльфы подогнали мышей к отверстиям норок, о которых зверьки и понятия не имели. Дрожа от ужаса, мышки смотрели на то, как огромные двуногие существа перебегают с места на место, присматриваются, шарят и становятся все более и более беспокойными с каждой минутой.

Корделия закрыла глаза и соединила свое сознание с разумом кухонной мышки.

– Так… Вижу их! Вот эту чашку, ага…

* * *

Чашка сорвалась с полки и, пролетев через кухню, чуть не угодила в агента, одетого в пижаму. Агент вывернул шею, оторопело наблюдая за полетом чашки, и зажмурился, когда чашка ударилась о стену и разбилась вдребезги. Открыв глаза, агент огляделся по сторонам с новым страхом… и увидел, что прямо к его переносице по воздуху мчится, вертясь, блюдце!

Капитан, остававшийся в караульной комнате, услышал грохот. Обернувшись, он увидел, что корпус монитора разлетелся на сотни мелких кусочков и что молекулярные микросхемы весело парят над столом, описывая круги.

В комнате у дежурного охранника забибикали динамики компьютера. Охранник, выпучив глаза, обернулся к нему и увидел, как по дисплею в бешеном темпе прокручивается в обратную сторону текст.

Неожиданно прокрутка прекратилась.

Охранник медленно, на ватных ногах подошел к монитору и стал читать:

– Инструкции на случай непредвиденной инспекции… – Он бросил отчаянный взгляд на экраны датчиков, но те хранили невозмутимое спокойствие. Охранник поднес дрожащую руку к пульту, нажал на кнопку и, заикаясь, промямлил: – Капитан, кажется, кто-то… хочет нам… что-то сказать…

А в это время в прихожей гражданский сотрудник проворно пригнулся: от потолка оторвалась видеокамера, просвистела рядом с его ухом и разбилась о стену.

– Полтергейст! – взвизгнул агент.

Магнус, у которого уже пот ручьями лился со лба, спросил:

– Гномы уже подкопали фундамент?

– Да, – сообщил Келли. – Под каждым из четырех углов – по дюжине гномов. Пак с ними.

Магнус кивнул:

– Передай им, что веселье начинается.

– Это вражеская диверсия! – взвыл капитан, глядя на агента, который стоял перед ним белый как плат. – Этот… этот Верховный Чародей, видимо, догадался, где мы находимся, и натравил на нас целое войско эсперов!

– Верховный Чародей пропал без вести, – выпалил агент. – Или вы забыли?

Стены кабинета сотряслись.

Агент так вытаращил глаза, что странно, как они не выскочили из орбит.

– Это что еще, черт подери, такое?

В комнате дежурного охранника вспучился пол, и стол с аппаратурой подпрыгнул. Охранник шлепнулся на спину, крича:

– Землетрясение!

– Если это вражеская диверсия, – пролепетал агент, стоявший перед капитаном, – то она зверски здорово организована!

Половицы приподнялись на фут и легли на место. Капитан и агент с воплями рухнули на пол.

Инженеров которого чуть было не угодила видеокамера, попытался ухватиться за дверной косяк, но рама неожиданно резко отпрыгнула в сторону.

– Вражеская диверсия, сверхъестественные или просто необъяснимые явления – как бы то ни было, это смертельно опасно! – вскричал агент, вскочил на ноги, бросился к пульту связи, нажал на кнопку и проорал в микрофон: – Срочная всеобщая эвакуация!

– Они могут появиться откуда угодно, – недовольно проворчал Джеффри.

Грегори покачал головой:

– Они хотели, чтобы этот дом был защищен от грабителей, поэтому вставили в окна небьющиеся стекла. Окна к тому же не открываются.

– Стало быть, остаются всего-навсего две двери, – с ухмылкой заключил Магнус.

– Идут! – прокричала Корделия.

Дверь со стуком отворилась, и из нее посыпались люди… которые тут же попадали в крепкую сеть, сплетенную тысячей пауков. Сеть натянулась, но выдержала давление. Люди метались, кричали, выли, но сеть крепко держала их. За каждой из двух дверей в сети попалось по десятку агентов.

А потом к парадной двери зашагал Верховный Чародей.

Он был выше ростом, чем на самом деле, – не меньше девяти футов. Голову его вместо волос венчали языки пламени, а глаза его горели словно угли.

Главный агент в ужасе уставился на него:

– Но тебя… вас… вас же похитили!

– Неужто вы и вправду поверили, что меня возможно удержать хоть в какой-то ловушке? – громовым голосом вопросил Верховный Чародей.

Агент набрался храбрости и проговорил:

– Одна из наших ловушек смогла бы тебя удержать! Но чего ждать от анархистов? Конечно, их западня оказалась ненадежной!

Корделия, лежа на дне сухого русла, прочитала мысли агента и прошептала Магнусу:

– Он говорит правду. Он не знает, как украли наших папу с мамой.

Верховный Чародей вопросил:

– Но вы сговорились с ними! Именно сейчас ваш ставленник рвется к власти!

– Да нет же! Никто из наших ребят ничем таким не занимается! – взвыл капитан, а агент добавил:

– Вы про это лучше у ИДИОТов спросите.

– Они лгут, – сделана вывод Корделия. – У них в мыслях промелькнул образ шерифа. Он много лет состоял у них на службе, и они давно сказали ему, что ему делать, когда представится такая возможность.

– И она представилась, – нахмурившись, пробормотал Джеффри. – Но предоставили ее не они?

– Нет, – покачала головой Корделия.

Магнус молчал. Сосредоточенно наморщив лоб, он выглядывал из-за края овражка и смотрел в сторону дома, на кучку агентов, барахтавшихся в паучьей сети в проеме двери. В сознание этих агентов он и спроецировал образ отца.

– А кто служит опорой вашему шерифу в других графствах? – требовательно вопросил Верховный Чародей.

– Как это вы, проклятие, догадались… – вырвалось у капитана, но агент жестом остановил его.

– Мы никого из местных не поддерживаем, – заявил он.

– А в уме у него сразу десяток, – сообщила Корделия. – Лица, имена… По одному на каждое герцогство и графство. А самый главный – шериф.

– Врать вы, однако, плохо обучены, – прогремел Верховный Чародей. – Но нынче ночью я вас больше не побеспокою. Прощайте.

С этими словами он развернулся и ушел во тьму. Агенты ВЕТО, оторопев от потрясения, долго смотрели ему вслед.

Через некоторое время капитан обернулся, посмотрел на дом:

– Похоже, все спокойно.

Агент покачал головой:

– Это не имеет значения. Теперь ясно, что Верховный Чародей знает об этом центре. Надо срочно перебазироваться!

– Сэр! – прокричал сержант. – Сеть ослабла!

– Ослабла? Где? Ну-ка, пропустите меня. Выпустите меня!

– Выходить согласно штатному расписанию! – рявкнул агент. – Посторонитесь!

Он выбрался из сети первым, за ним – капитан. Агент встал на пороге и принялся отряхивать с себя липкую паутину. Капитан в дом входить не торопился – стоял и опасливо смотрел внутрь.

– Только никаких предложений, – буркнул агент. – Здесь оставаться нельзя.

– Понимаю, – огрызнулся капитан. – Вот только… уж больно здоров он был, этот малый. Хоть он и Верховный Чародей – все-таки необычайно здоров…

– К чему это вы, а? – настороженно поинтересовался агент.

– Да и голос у него вроде низковат – люди так не разговаривают, вам не кажется?

– Вообще-то верно, сэр, ежели подумать, – подтвердил вставший рядом с капитаном сержант.

– А если еще получше подумать, – заметил один из агентов помладше званием, – то Верховный Чародей, по идее, должен на современном английском разговаривать, а не на языке елизаветинских времен.

В миле от дома дети устроили привал, чтобы передохнуть и обсудить с Паком, Келли и Вексом новые, только что раздобытые сведения.

– Значит, украли папу с мамой не наши враги из ВЕТО, – сказал Магнус.

Корделия кивнула:

– Хотя бы это ясно. Стало быть, их нужно искать где-то еще.

– Но что, если мы не сумеем разыскать их до того, как Грогат и бароны свергнут их величеств? – нахмурившись, спросил Джеффри. – Или если шериф захватит престол?

Несколько секунд все молчали.

– Мы не должны позволить такому случиться, – вдруг сказал Грегори.

– Нет! – вскричал Пак. – Только не это! Это слишком опасно даже для отпрысков чародея!

– Но нельзя же разрешить этим негодяям бесчинствовать на нашей земле, Пак, – горячо возразила Корделия.

– Однако остановить их вы тоже не сумеете, – рассудительно заметил Векс. – В этом Пак прав, дети. Вы можете оказать неоценимую помощь взрослым, но сами сражаться с такими могущественными, зрелыми врагами не сумеете. Они победят вас, и вы можете погибнуть.

– Вот-вот, слушайте, что вам умные лю… лошади говорят, – подхватил Пак.

И снова все умолкли. Корделия подошла к единорогу и обняла его.

Поднялся и Джеффри, отряхнул пыль с ладоней.

– Ну что ж… – пробормотал он. – Если мы сами на это не способны, значит… значит, надо разыскать маму и папу, чтобы они этим занялись!