Текст книги "Матабар VIII (СИ)"

Автор книги: Кирилл Клеванский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 39 страниц)

– Зомби, – выдохнул Ардан. – Живые биологические куклы.

– Да, но те ублюдки пытались сделать их сложнее, – слегка вздрогнула капитан. – Менее отличимыми от людей и с большим количеством функций. Чтобы выполняли не только элементарные функции. В результате, разумеется, у них получилось огромное количество неудачной продукции, на которой они устраивали подпольные бои.

– Бои? – переспросил Ардан.

– Ага, – подтвердила капитан. – Стражи, вторая канцелярия и армия были слишком заняты в то время Нарихман и их лабораториями Ангельской Пыли и подпольными доходными домами. Так что твои коллеги по науке резвились как могли. И рубили эксы. Собирали бедняков на кровавые шоу. Гримировали зомби, чтобы казалось, будто это настоящие люди дерутся насмерть.

Ардан слегка поежился. То, что описывала Алоаэиол, звучало несколько сумасбродно. Да, на исследования Звездным ученым всегда не хватало эксов, но вот рефинансировать свои изыскания подобным образом… Весьма креативно. И, наверное, Арди страдал профессиональной деформацией не только как дознаватель, но и как Звездный маг.

До тех пор, пока не страдали люди, он…

Ах да.

Алоаэиол сказала, что пропадали и подмастерья. Тогда, разумеется, исследователи должны были быть преданы суду и отправлены кто куда в зависимости от тяжести деяния. От виселицы до каторги.

– Но при чем здесь Милар?

– Слушай дальше, – с явным недовольством сказала Алоаэиол. – Йонатан и его оперативники – Молчун, Длинная Шея и Катерина – распутали весь клубок. Но взять самостоятельно магов они не могли. Их лаборатория находилась в старом подземном коллекторе, а до него – толпы зомби. Причем в самом прямом смысле. Дагдаг в отчете потом сообщил, что мы покрошили не меньше четырех сотен немертвых тварей.

Ардан едва сдержался от того, чтобы не присвистнуть. Благодаря допуску к запрещенной литературе он успел пусть и поверхностно, но в достаточной степени изучить тему создания элементарных умертвий. Несколько идей он заимствовал и для своих «Ледяных Зверей».

В любом случае – несколько сотен зомби, пусть и неудачных, это годы труда и без малого больше тысячи эксов, спущенных на Эрталайн.

– Милар тогда уже был достаточно известным дознавателем, и его вместе с Урским и Эрнсоном отправили на укрепление.

– Как и тебя и еще десяток других оперативников, – Ардан все еще не понимал, что ему пыталась рассказать Алоаэиол. – Эту часть истории я знаю.

– И тебя ничего не смущает? – прищурилась капитан.

– А что меня должно смутить?

Алоаэиол фыркнула.

– Дознаватель… – не без сарказма сказала она. – Полностью завершенное расследование. Все доказательства собраны. Свидетели. Улики. Полный набор. Осталось только взять ублюдков. И тут волшебным образом несколько месяцев работы идут псу под хвост, потому что…

Мутант сделала весьма недвусмысленную паузу.

– Я знаю, что нарушившие Пакт маги взорвали лабораторию и себя вместе с ней.

– Да, – снова кивнула капитан. – И мы не успели остановить их только потому, что спасали Милара, который умудрился оказаться в окружении нескольких десятков зомби. Я буквально, в самом прямом смысле, вырвала его задницу из зубов одного из немертвых. Это ты знал?

– Нет, – честно признался Ардан. – Впрочем, не удивлен, что Милар не рассказал. Он весьма щепетильно относится к вопросу сохранности своего… сидения. Глупо прозвучало, если честно. В голове все складывалось забавнее.

– Это не шутки, капрал, – прошипела Алоаэиол. – Не видишь связи?

Ардан задумался ненадолго.

– Нет, – спокойно ответил юноша.

– Efaaha’e, – на языке Фае процедила Алоаэиол, начавшая терять самообладание, чего ранее за ней не наблюдалось. – Совсем незадолго до операции жена Милара, Эльвира, потеряла ребенка. Тяжелая болезнь. Что-то еще. Ей вырезали матку.

Ардан почувствовал, как мурашки пробежали по спине.

– Это недостойно, капитан, рассказывать подобные детали о личной жизни других людей.

– Да в задницу твои приличия, мальчишка! – не сдержалась капитан. – Все еще не видишь связи?

– Какой связи, капитан? – Арди заметил присутствие рычания в своем тоне. Уже не то что намеки, а открытая инсинуация в сторону Милара вызывала у него пока еще не злобу, но раздражение. – То, что мой напарник несколько лет назад оказался в тяжелом душевном положении и допустил ошибку на операции, за которую отвечал Йонатан? Пока единственная связь, которую я вижу, – это то, что тебе не нравится, что за промах понес ответственность твой любовник, а не Милар.

Алоаэиол замахнулась, но спустя несколько мгновений опустила руку.

– Она должна была умереть.

– Кто?

– Эльвира, Ард, Эльвира, – огрызнулась капитан. – Я потом прочла отчет из нашего госпиталя. Положение было страшное. Внутреннее кровотечение. Что-то с воспалением, давшим осложнения. Все говорило о том, что вместе с недоношенным ребенком к Вечным Ангелам отправится и жена капитана Пнева, если ей не помогут лучшие врачи. Но из-за постоянных кровавых операций, связанных с Нарихман, врачам второй канцелярии просто не хватало рук, чтобы спасти всех. Эльвире не успели бы помочь.

– Значит, слава Светлоликому, что так не произошло.

– А почему так не произошло, капрал? Почему, а? – Алоаэиол подошла так близко к Арду, что ей пришлось запрокинуть голову, чтобы сохранить зрительный контакт. – Откуда у простого капитана средства на то, чтобы перевести жену в госпиталь Слез Мучениц, где эльфийские целители и лучшие хирурги несколько суток боролись за её жизнь? Потому что именно об этом – о переводе, о транспортировке и оплате – свидетельствуют архивные записи.

Ардан от удивления широко открыл глаза…

– Ты… ты читала архивные записи о Миларе? Но все сведения, касающиеся жизни и деятельности сотрудников второй канцелярии, строго засекречены! Тебе бы никто…

Арди осекся. Ах да. Способности капитана Алоаэиол могли бы изрядно помочь в вопросе исследования интересовавших её деталей биографии капитана Пнева.

– Если бы имелся след коррупции, то твои же коллеги из Кинжалов при проверке истории с Эльвирой нашли бы те же следы, что и ты, – не отступал Ардан. – А по регламенту, учитывая все, что ты описывала, именно такая проверка и проводилась. И что она обнаружила? Ты ведь и это прочла, верно?

– Прочла, – не стала отпираться Алоаэиол. – Мои, как ты выразился, коллеги обнаружили, что Милар самостоятельно профинансировал лечение Эльвиры. Все триста семнадцать эксов.

Три сотни эксов с небольшим… Громадная, почти непосильная сумма для девяти из десяти жителей Империи.

– Уверен, что он взял ссуду в банке, – пожал плечами Ардан, тут же найдя логичное объяснение появлению в уравнении столь значимого числа эксов.

– Так и было.

– Тогда все твои обвинения строятся только на том, что…

– Они строятся на том, что Эльвиру, – перебила капитан Алоаэиол, – оперировали четырнадцатого дня месяца Огней. А ссуда в банке «Борновиц и Тонских» была выдана Милару пятнадцатого дня!

Чести ради, Ардан никогда прежде не слышал про банк с подобным названием. Но если задуматься, то найдется не так и много финансовых организаций, которые согласятся в короткие сроки выдать несколько сотен эксов государственному служащему.

– И, о чудо, – продолжила капитан Алоаэиол. – Буквально через несколько месяцев капитан Пнев вместе со своим отделом накрывает одну из крупнейших лабораторий по производству Ангельской Пыли, за что получает звание дознавателя Первого Ранга, личную грамоту от Императора и, что немаловажно, достаточно значимую премию. Настолько, что её хватает не только покрыть ссуду в банке, но и еще. По мелочи, Ард. По сущей мелочи. Внести первый взнос уже, заметь, в Императорском Банке для покупки жилья в Центральном районе. Пристроить своих детей в хорошие школы – еще до реформы Его Императорского Величества, благодаря которой дети Плащей теперь бесплатно учатся там же, где и отпрыски благородных кровей. И окончательно поправить здоровье жены.

Капитан замолчала и отстранилась назад. Ардан же смотрел на стоявшую перед ним женщину по-новому. Она ведь не соврала, когда сказала, что на всем белом свете всего двум именам было не плевать на капитана Алоаэиол. И если она была готова нарушить приказы Полковника и Его Светлости премьер-министра, чтобы отомстить за друга, то… На что была готова пойти капитан Алоаэиол ради возлюбленного?

– Ошибки случаются даже в государственных документах, Алоаэиол, – чуть тише и спокойнее произнес Ардан. – Уверен, что Кинжалы проверили банк и не нашли никаких очерняющих имя Милара следов.

– Не нашли, – подтвердила Алоаэиол. – Потому что клерк, допустивший ошибку в банковском чеке, был уволен за свою оплошность.

– Его допросили?

– Не смогли, Ард. Не смогли, – с толикой яда произнесла капитан. – К тому моменту, как Милара начали проверять, клерк, молодой юноша девятнадцати лет, почти твой ровесник, скончался. Несчастный случай. Его трамвай вышел из строя, и он решил продолжить маршрут пешком, но был сбит автомобилем. Перекувырнулся через перила и захлебнулся в Ньюве.

– Молодой клерк и ошибка в документации не звучат как нечто само себе противоречащее, капитан, – покачал головой Ардан. – Скорее наоборот – подтверждающее органичность возникновения неточности в уравне…

– Это не твоя математика, Ард! – снова перебила его Алоаэиол, едва ли не в точности повторяя слова Милара. – Это жизнь!

– Тем более, Алоаэиол, если это жизнь – то ничего из того, что ты сказала, не выглядит как предательство Милара, – всплеснул руками Ард. – Я понимаю, что, возможно, несправедливо, что за промашку Милара пострадал Йонатан, но это не повод выворачивать все так, будто бы дело в… в…

Ардан опять взмахнул руками, так и не найдя нужного слова.

Они оба, капитан Алоаэиол и Арди, смотрели друг другу в глаза, не отводя взглядов в сторону.

– По отдельности, капрал, по отдельности может быть и нет, – внезапно успокоилась мутант и начала говорить куда тише и медленней. – А в совокупности выглядит слишком подозрительно, чтобы не обратить внимания.

– Вот другие Кинжалы и обратили. Проверили. Ничего не обнаружили, – Ардану не то чтобы не нравилось, куда клонил разговор, он просто чувствовал себя неуютно. Сам не понимая почему.

Алоаэиол усмехнулась.

– Ты ведь умный мальчик, Снежный Волк, – последние два слова она произнесла на языке Фае. – Как часто присутствие Милара в расследовании помогало общему делу? Как часто что-то сдвигалось с места не из-за тебя, а из-за него? И как часто именно его решения, а не твои, двигали вас вперед?

Ардан на секунду задумался, а затем тут же отмахнулся от собственных мыслей.

– Это манипуляция данными, Алоаэиол, – ответил Ардан. – Так можно вывернуть что угодно и как угодно. Мы работаем в паре с Миларом. И так или иначе делимся идеями и лепим из них что-то общее.

– Общее, в котором…

– В котором от смертного не так много пользы, ты права, – Ард вновь почувствовал приступ раздражения. – Но это не ты лезла со мной под когти Химер, Звездных Оборотней и заклинания магов. Не ты без задней мысли согласилась наведаться к Бездомной Фае. Не ты осталась в гроте с демоном.

– Вот именно, Ард, вот именно, – с победной улыбкой закивала Алоаэиол. – Ты сам сказал. Я тебя за язык не тянула. Милар – смертный. Кровь, кости и слабые человеческие мышцы. И он пережил все то, что ты сейчас перечислил? И остался жив? Не находишь это странным?

Ардан смерил Алоаэиол снизу вверх и, развернувшись, вернулся обратно к креслу, где с комфортом разместился и открыл гримуар.

– Ты даже не слышишь сама себя, капитан, – ответил Арди. – Я, по-твоему, должен был каждый раз стоять и смотреть на то, как Милара пытаются убить? Чтобы что? Чтобы проверить теорию о том, что мы оба живы не благодаря нашим усилиям, а потому, что кто-то не хочет, чтобы мы погибли?

– Не «вы» или «мы», Ардан, – возразила капитан. – А он. Конкретно Милар.

– Глупости, – отмахнулся юноша. – Недавно его ранили.

– Да? А позволь узнать, кто именно?

Ардан открыл было рот, но на вопрос отвечать не стал.

– Ой, надо же, господин дознаватель, как неожиданно, что Милар был ранен в потасовке с накачанными алхимией бандитами, которые никак не связаны с вашим расследованием, – буквально с целым грузовиком сарказма произнесла Алоаэиол. – Удивительно. Наверное, их просто не успели предупредить, чтобы не повредили драгоценного крота, роющегося у нас же под носом!

Арди поднял взгляд обратно на мутанта. Та едва ли искрами из глаз не сыпала.

– В ночь, когда ты помогла нам с Миларом, ты ведь не за мной следила, верно?

– А я уже испугалась, Ард, что ты совсем слеп. Да, ты прав. Я следила не за тобой. А за Миларом.

– И что?

– Ничего.

Ардан кивнул.

– Из всего, что ты сейчас перечислила, Алоаэиол, можно сделать только один вывод. Ты используешь в своей теории все факты, которые её подтверждают, но отвергаешь любые, которые опровергают, – юноша достал карандаш из держателя и слегка смочил слюной графит. – Это самая распространенная ошибка новичка при любом научном исследовании.

– Хватит говорить со мной словами Эдварда. Ты не он.

– Значит, ты и к лорду Аверскому наведывалась?

– Да, – призналась Алоаэиол. – И он сказал мне то же, что и ты. Почти слово в слово.

– Тогда я не вижу…

– А потом помер, – продолжила капитан. – Он помер, а Милар выжил. Очередное совпадение? Как-то слишком их много на долю смертного, не находишь, Говорящий?

– Нахожу, что не могу понять, говорит со мной человек-мутант или эльф Высокого Леса, – не остался в долгу Ардан. – Не забывай, к чему привело высокомерие Первородных по отношению к людям.

– Не тебе меня учить, мальчик.

– И не тебе, капитан, использовать меня в своих попытках обелить Йонатана и очернить Милара. Я полагал, ты действительно хочешь помочь в расследовании. Ради Энсваилаала или замученных детей. Но ты просто… – Ардан не хотел использовать это словосочетание, но не мог найти более подходящего. – Играешь в свою собственную игру. И уж прости, я принимать в ней участие не намерен. Ищи другой способ, как доказать абсолютно пустую гипотезу.

– Ты просто слеп…

Ардан едва было сдержался от того, чтобы не перейти на крик.

– Спящие Духи, Алоаэиол! Я точно так же могу вывернуть любую биографию! Это элементарная перетасовка переменных! – Ардан на манер сабли взмахнул карандашом. – Ты участвовала в той же операции и предпочла не завершить её успехом, а спасти Милара. В результате твой любовник изгнан. Затем твой друг, служащий под прикрытием, умирает. В столице больше нет никого, кто мог бы поделиться каким-то уникальными сведениями о тебе. Уже сразу несколько совпадений! Тебя ставят в охрану Гагары, но ты саботируешь её своим отсутствием и попыткой еще и меня к этому же саботажу привлечь! А еще попутно пытаешься выставить одного из доверенных лиц Полковника предателем! И это только из известных мне деталей твоей жизни, а знаю я тебя чуть дольше недели! Не говоря уже о том, что ты можешь создать иллюзии, обманывающие Ведьмин Взгляд.

– И ты сам совсем недавно признавал, что моя роль в качестве крота абсурдна.

– Да! Точно так же, как и роль Милара!

Алоаэиол посмотрела на Арда с жалостью.

– Тебе стоит повзрослеть, Снежный Волк. Чтобы перестать быть щенком.

Ардан почувствовал, как на него накатывает та же волна, которая заставила ответить на оскорбления посла Селькадо, но на сей раз он успел её вовремя унять.

Юноша ограничился лишь простым наблюдением:

– Вы с Йонатаном оба были созданы его отцом, – спокойно и уже даже без особого интереса, тихо произнес Ардан. – Все знают, что лейтенант Корносский страдает серьезным дефектом, выражающимся в крайней степени паранойи. Логично предположить, что такой же присутствует и у тебя.

Последние слова Ардан договаривал в пустоту. Алоаэиол исчезла. Просто испарилась. Как по волшебству. А Арди… Арди вернулся обратно к вычислениям. Но только теперь ему приходилось отгонять от себя не только образы искалеченных детей, но и воспоминания минувшего года.

Проклятье.

Совсем неудивительно, что Йонатан и Алоаэиол нашли друг друга! Два психопата.

Глава 104

Через некоторое время Арда вновь выдернули из вычислений: дверь открылась во второй раз. Юноша поднял взгляд и увидел Милара. Слегка всклоченного, явно уставшего и немного нервно пытавшегося прикурить дешевую сигарету. Растрепанного, с растерянным взглядом, в своей обычной манере капитан Пнев, дознаватель первого ранга, недовольно ворчал:

– Круглый, мать их, стол… для каждой секции свои правила, для каждого сопровождающего отдельный участок с возможностью равного обзора, – отчаявшись совладать с зажигалкой, Милар достал из кармана коробок со спичками.

Сверкнула серная головка, и тонкая щепка занялась оранжевым огоньком. Капитан затянулся и, распластавшись безвольным желе на том же кресле, где полчаса назад сидела капитан Алоаэиол, выдохнул серое облачко. Ардан закашлялся и замахал ладонью, отгоняя от себя табачный смог.

– Уже мог бы и привыкнуть, – устало отметил капитан.

Ардан, в который раз убирая карандаш в держатель и закрывая гримуар, повесил тот обратно на цепочки и помассировал переносицу.

– Пока я привык только к тому, что меня все вокруг пытаются использовать.

– Метрополия, – философским тоном отметил Милар.

Несколько секунд они молчали, пока капитан, выпрямляясь в кресле и сверкая умными серыми глазами, коротко не спросил:

– Кто?

– Алоаэиол, – честно ответил Ардан.

– И чего она хотела от тебя? – спросил было Милар и тут же спохватился. – Хотя дай попробую угадать: хотела, чтобы ты составил ей компанию в районе Первородных, чтобы вы могли допросить… как её… Лилиру?

– Лиаэлиру, – поправил Ардан. – Но да. Ты прав.

Милар ухмыльнулся той улыбкой, в которой легко читалось: «На то я и старший дознаватель первого ранга».

– Несмотря на возраст, она все еще женщина, – с прежним философствованием в тоне отметил Милар. – На что только не пойдет ради Корносского… Но, учитывая, что её воззвания к твоему все еще по-юношески теплому сердцу не возымели должного эффекта, где-то она все же оступилась.

– Примерно так.

Милар выдохнул очередное облачко дыма.

– Просветишь? – спросил он. – Не то чтобы я тут сгорал от любопытства, но ты человек… полуматабар… в общем, не суть. Добродушный ты, Ард. Не уверен, что могу придумать причину, по которой ты мог бы отказать Алоаэиол в помощи. Тем более я уверен: к Йонатану у тебя не осталось претензий.

После того как Ардан убедился в том, что Арор действительно самостоятельно заключил сделку с Короной и выбрал, каким именно способом уйти, то – да. К Йонатану Корносскому Ардан если и испытывал какие-то эмоции, то те ограничивались легкой толикой уважения. Нельзя не уважать человека, который был готов пойти на многое, чтобы помочь случайно встреченным переселенцам. Даже если сам и утверждал обратное…

– Она высказала свои подозрения относительно того, что ты можешь быть кротом.

Ардан ожидал какой угодно реакции – от нервного смеха до возмущения откуда-то из глубин прокуренной души Милара, но не… усталый вздох.

– А я думал, она уже отпустила эту тему…

Ардан слегка приподнял брови.

– Не переживай, Ард, – отмахнулся Милар и снова затянулся. – Для меня это не новость. Первая проверка, которую Кинжалы инициировали в мою сторону и, собственно, всего отдела, была сделана именно по её запросу. В то время Алоаэиол служила в отделе Кинжалов, занимавшихся как раз таки поиском утечек информации. Как среди Плащей, так и среди корпуса стражей. Что-то вроде… стражей внутри стражей.

– Такая служба есть? – удивился Ардан.

– Разумеется, – кивнул капитан. – Учитывая все нюансы нашей службы, господин маг, искушение использовать её в корыстных целях весьма велико. Порой кто-то поддается… не всем же повезло, Ард, иметь талант к Звездной магии и потому быть исключенным из правила, запрещающего вести коммерческую деятельность.

Милар был прав: Арди как-то раз уже рассказывал Тесс, почему они с Баженом Иорским, несмотря на свои звания капралов второй канцелярии, имели возможность открыть аптеку. Которая, кстати, пусть и неспешно, но весьма уверенно обрастала клиентской базой. И да – подобные мысли поддерживали оптимистичный настрой Арда касательно будущих расходов.

Поездка по подземным трамвайным линиям все еще не погасла в его памяти, так что он рассматривал вероятность покупки автомобиля. И такого, чтобы мог достойно служить в том числе и в период зимних морозов. Потому как тратить сотни эксов на груду металлолома, четыре месяца в году отказывавшуюся работать, – перспектива так себе.

– Первую? – ухватился за оговорку Ард. – Ты сказал – первую?

Милар кивнул.

– Раз в три с половиной года все служащие второй канцелярии проходят подобную процедуру, – Милар придвинул к себе пепельницу и стряхнул внутрь белые хлопья сгоревшего табака. – И если у Кинжалов к тебе не возникает вопросов, то ты о ней и не узнаешь. А если возникают, то… лучше бы тебе располагать ответами. С предателями Черный Дом, господин маг, обходится ничуть не лучше, чем с теми, кто навредил семьям наших соратников. А порой и хуже.

Арди помнил истории, рассказанные Миларом после первого визита к Пижону. Он часто мысленно возвращался к ним. Особенно в те моменты, когда погружался в воронку тяжелых раздумий на тему их приближающейся с Тесс свадьбы, до которой оставалось всего несколько дней.

– Так сложилось, что Алоаэиол добилась моей внеочередной проверки, а затем еще и подтасовывала документы так, чтобы спустя полтора месяца меня проверили повторно, – Милар ленивым котом, полностью оправдывая свою маску, растянулся в кресле. – За это её и исключили из отдела внутреннего контроля. Перевели куда-то. Я тогда потерял её след. Мне, знаешь ли, не докладывают о делах Кинжалов. Полагал, что либо отправили в какое-то посольство за границу, либо, как Йонатана, колесить по стране, выполняя поручения Полковника.

Теперь Ард понимал, откуда у Алоаэиол оказался доступ к подобным документам. Тем более, учитывая её способности, она являлась едва ли не идеальным проверяющим. Та, которую невозможно заметить даже Говорящему, могла вызнать самые сокровенные секреты подозреваемого.

– Я полагал, что она следила за мной и моей семьей, – продолжал Милар. – Как много, кстати, она рассказала?

– Наверное – все, – пожал плечами Ард.

– Про выкидыш и операцию?

– Да.

– Про госпитали и ссуду?

– Тоже.

– Про то, что Эльвира после этого шесть месяцев пролежала в больнице для душевнобольных?

Ардан отрицательно помотал головой.

– Ну, значит, что-то человеческое еще осталось в этом параноидальном мутанте, – развел руками Милар и снова затянулся. – Хочешь услышать мою сторону медали?

– Милар, я не…

Капитан поднял ладонь.

– Не надо, Ард. Ты ведь неглупый малый. А мы с тобой, – капитан указал дымящейся сигаретой сперва на собеседника, а затем на себя, – смею надеяться, чуть больше, чем просто напарники, чтобы ты сейчас скармливал мне всякую чушь о том, что у тебя в голове не укрепились ростки сомнений. Вечные Ангелы, господин маг, да услышь я эту историю, то и сам бы стал себя подозревать.

Ардан отвел взгляд в сторону. Ему было стыдно признать. Признать себе и тем более Милару, но капитан действительно был прав. Слова Алоаэиол слишком хорошо и стройно звучали, чтобы полностью их игнорировать.

– Так можно вывернуть что угодно, – повторил свои же слова Ардан.

– Слушай, Ард, я подозревал тебя куда дольше, чем ты меня… сколько времени назад ушла Алоаэиол?

– Полчаса.

– Ну вот. Твои полчаса против моих нескольких месяцев, так что, скажем так, мы квиты, – уже куда расслабленней и как всегда залихватски хмыкнул Милар и начал свой рассказ. – Мы с Эльвирой всегда хотели много детей. Даже по меркам деревни – много. Не то что для города… но когда Эльвира была беременна Ирвидом, то подхватила чахотку. От неё уже тогда имелось лекарство, но возникли осложнения из-за беременности. Слава Светлоликому, Мученицам и Святым, что все обошлось и Ирвид родился здоровым. С Эльвирой, как мы думали, тоже все в порядке, но…

Милар вздохнул и снова отряхнул сигарету в пепельницу, хотя почти и не скурил больше прежнего. Он явно нервничал. Ардан чувствовал это по изменившемуся запаху, по тому, как билось сердце капитана и как сверкал его взгляд. Нет, капитан переживал вовсе не из-за того, что врал – он говорил правду.

Скорее Милар испытывал страх. Самый жуткий страх, которому подвержены мужчины. Страх беспомощности перед лицом угрозы для его семьи. Угрозы, которую он, что бы ни делал, не мог остановить.

Ардан хорошо знал это чувство: всего за год совместной жизни с Тесс он успел в достаточной мере познакомиться с ним. И предпочел бы трижды столкнуться с демоном, чем вновь ощутить нечто подобное.

– Мы долго пытались после Ирвида. У нас ничего не получалось. То одно, то другое. Врачи пичкали Эльвиру и меня всякой дрянью. Диеты. Ограничения. Мы даже в баню сходить не могли… вроде как излишнее тепло влияет на фертильность… а у нас дом был не подключен к центральному отоплению, которое тогда только начало появляться. А мы жили в Тенде. Куда там отоплению… – Милар скупо улыбнулся, и взгляд его слегка помутнел, свидетельствуя о том, что капитан отправился в странствие по лабиринтам памяти. – Наконец у нас получилось. Но, может быть, следы старой болезни, может быть, общая измученность организма… беременность протекала тяжело, чего раньше никогда не было. Эльвира всегда была огоньком вплоть до последних недель, а тут…

Милар ненадолго прикрыл глаза и откинулся на подголовник. Если что Ардан и понимал о своем напарнике, то, возможно, тот относился к своей семье с тем же пиететом, который воспитывался в самом Арде с самого раннего детства. Может, потому они так быстро и нашли общий язык.

– Затем она занемогла. Сильно занемогла. Я тратил большую часть жалования на лекарства. Написал заявление в службу снабжения, и Дагдаг вместе с Полковником выхлопотали мне помощь от госпиталя, так что мы справлялись, – голос Милара чуть потух, напоминая собой тот красный огонек, что до сих пор тлел на зажатой в пальцах сигарете. – Но начались подвижки в деле Нарихман и их лабораториях. Я был то в рейдах, то занимался собственными расследованиями, а дома возился с Эльвирой и детьми. Капрал Алиса Ровнева нам тогда сильно помогала. Буквально стала няней. Несколько ночей в неделю и вовсе ночевала у нас. Если бы не она…

Этого Ардан тоже не знал. А еще подобная деталь весьма полно дополняла историю, в которой Милар поставил на кон собственную карьеру, чтобы вытащить капрала Ровневу из тяжелого положения.

– Я начал сдавать, Ард. Морально, возможно, даже сильнее, чем физически, – Милар открыл глаза и направил взгляд в потолок, только вместо него, Ард не сомневался, капитан видел что-то совсем иное. – А затем это проклятое усиление операции Йонатана по задержанию магов. Блядских магов, Ард… мне как будто других проблем не хватало… А там живые мертвецы. Я до этого магию-то видел всего пару раз. Когда Мшистый и Аверский принимали участие в разгроме лабораторий Ангельской пыли.

– Они снимали стационарные щиты? – спросил Ардан.

– Ага, – коротко ответил Милар. – Так что… я допустил ошибку, Ард. Попал в окружение. Растерялся, как зеленый новобранец. Гранату не кинул, представляешь? Просто не кинул гранату… рубился саблей и растерялся… просто устал… и если бы не Алоаэиол, то сейчас здесь вместо меня, возможно, сидел бы Йонатан. А в столицу бы тебя притащил кто-то другой.

– История не знает сослагательного наклонения, Милар.

– Да, ты прав, господин ученый, – чуть съязвил капитан Пнев. – В этот же вечер, когда там все рвануло, уничтожив и исследования, и самих исследователей, Эльвиру увезли в госпиталь. Наш, Черного Дома, госпиталь. Алиса вызвала карету помощи. Эльвире было плохо. Очень плохо. Как и десяткам оперативников и дознавателей, раненных последней агонией Нарихман. Так что вскоре стало понятно, что на Эльвиру не хватает рук, и… я воспользовался своими связями.

Ардан вздрогнул от неожиданности.

– Алоаэиол права, Ард. Проверку я бы не прошел, – сердце Милара даже не дрогнуло – он говорил правду. – Помнишь, я рассказывал тебе про хирурга, который убивал детей, похожих на его родную дочь?

– Того, которого вам помогла поймать капрал Ровнева?

Милар кивнул.

– Так вот. Одна из девочек, которую тот загубил, приходилась племянницей банкира Тонских.

– Банк «Борновиц и Тонских», – протянул Арди.

Милар снова кивнул.

– За то, что его семья смогла рассказать могиле их девочки о том, что душегуб пойман и предан правосудию, он обещал мне помочь с чем угодно. И я воспользовался его предложением, – Милар, все еще запрокидывая голову, поднес сигарету к губам и затянулся. Пепел упал ему на подбородок, но он, кажется, даже не заметил. – Приехал посреди ночи и попросил ссуду. Достаточную, чтобы перевести жену в госпиталь. Он согласился. Сразу же. Стоя в ночнушке под проливным дождем. Бросился вместе со мной в автомобиль, чтобы как можно скорее выписать чек. Я даже не ожидал, Ард… даже не ожидал. Вместе мы приехали, забрали Эльвиру и отвезли в госпиталь Слез Мучениц.

Милар замолчал, а Арди заметил маленькую вспышку в уголке глаза капитана. Одинокая, миниатюрная слеза, наполненная страхом. Даже сейчас, спустя много лет, Милара все еще пугала сама мысль, что что-то могло сложиться иначе. И что Эльвира могла…

Ардан поежился.

– Но почему ты не рассказал?

– Рассказал, – спокойно возразил Милар. – На следующее же утро, когда стало понятно, что Эльвира выживет. Я приехал к Полковнику, положил удостоверение, саблю и револьвер на стол и во всем признался. Потому что я сын солдата, Ард. Солдата Импери… да плевать на Империю. Сын Галесского солдата. И я надевал мундир не для того, чтобы пользоваться им ради собственной выгоды. Кто угодно и что угодно может говорить про устарелость слов «честь и достоинство», но для меня они не пустой звук. Совсем не пустой…

Ардан вспомнил их разговор в начале лета.

' – Никто не совершенен, напарник. Я бы без всякого суда и следствия живьем снял кожу с такого ублюдка, как Иригов. И не испытывал бы по данному поводу ни малейшего сожаления или угрызений совести. Более того – я бы даже спал лучше, зная, что избавил мир от такого паскудного бремени. – Это лицемерие и…

– И на следующий день пришел бы в Черный Дом и сдался бы. А там уже как решат судьи'.

Да, Ардану не требовалось слушать сердце, стук которого не сбился ни на йоту, чтобы понять, что Милар говорил правду. Он действительно сам, лично, пришел сдаваться.

– Полковник дал мне несколько месяцев, – Милар выдохнул очередное облачко дыма. – Либо в моих поисках крупнейшей лаборатории Ангельской Пыли произойдет прорыв, либо я уезжаю в бессрочную командировку. И, знаешь, насколько это сильная мотивация, когда у тебя дома мерзнут и плачут детей, которые боятся за их маму. А сама мама лежит уже несколько дней овощем и смотрит в потолок.