Текст книги "Общество психов (ЛП)"

Автор книги: Кэролайн Пекхам

Соавторы: Сюзанна Валенти
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 34 страниц)

– О, ты имеешь в виду «Американского психопата» – понял Найл, и я оживилась.

– Да! Этот. Про человека с ножом, который живет своей мечтой, – сказала я с улыбкой.

– Договорились. – Найл повернулся к Джеку. – Включи телик, здоровяк, а ты, el burro, принеси ей грелку. Я позвоню, чтобы организовать остальное. – Он направился наверх, в то время как Джек занялся поиском фильма, а Матео ушел на кухню.

Я поглубже завернулась в одеяло, и через несколько минут страна грез позвала меня, и я погрузилась в приятную дремоту.

***

– Маленькая психопатка, – донесся до меня голос Найла, пока он пальцем тыкал меня в бок. – Просыпайся, просыпайся.

Я зарычала, зарываясь поглубже в одеяло и вздрагивая каждый раз, когда он меня тыкал.

– Я думаю, мы должны дать ей поспать, – сказал Матео.

– Чушь, она захочет увидеть, что я ей принес. – Найл снова тыкнул меня, и я приоткрыла глаз, когда он убрал одеяло с моего лица. Он потряс передо мной обувной коробкой и подмигнул мне. – Я приготовил тебе сюрприз.

Я осознала, что моя голова теперь лежит на коленях Джека, и, зевая, приподнялась, с любопытством глядя на коробку.

– Надеюсь, это стоило того, чтобы испортить мне сон, Адское Пламя, – сказала я, прищурившись.

– Я бы сказал, что стоило. – Он провел костяшками пальцев по моей щеке, и я потянулась к коробке в другой его руке, но он поднял ее выше моей головы, хихикнув, поскольку ему нравилось дразнить меня.

– Поцелуй меня, и я отдам ее тебе, – сказал он, наклоняясь вперед, и я позволила ему поцеловать меня, его язык проник между моими губами, и я решила прикусить его, когда он начал затягивать момент.

– Блядь, – он дернулся назад, поднося пальцы к языку, и на них остались кровавые следы. – Ты маленькая психопатка, – прорычал он, как будто ему это понравилось.

Появился Матео с грелкой и подошел, чтобы забрать ту, что уже лежала у меня на бедрах, меняя их местами.

– Спасибо, Мертвец, – выдохнула я, и он мрачно ухмыльнулся мне, прежде чем сесть рядом.

Джек играл с моими волосами, когда я снова потянулась к коробке в руках Найла, и на этот раз он отдал ее мне. Я разорвала ее, как животное, и вытащила подарок изнутри, которым оказался черный молоточек с золотой окантовкой и деревянным бруском для ударов.

– Я же сказал, что достану тебе такой, – сказал Найл с широкой улыбкой.

– Я его обожаю! – Взвизгнула я, когда Найл протянул мне пакет с вкусностями, полный всего, что я просила. Я достала кокос для эмоциональной поддержки и положила его на бедро Джека, а затем принялась рыться дальше, пока не нашла то, что мне было нужно больше всего. Мой шоколад. Я разорвала зубами обертку и откусила огромный кусок, застонав, когда сладость прокатилась по моему языку.

– Спасибо, – вздохнула я, съев еще несколько кусочков, прежде чем выпрыгнуть из своего гнездышка и запрыгнуть на кофейный столик с молоточком в руках. – Теперь я хочу принять несколько новых законов! Во-первых, я официально запрещаю слово «влажный» в этом доме. Оно противное, и никто не должен его больше произносить под страхом смерти. – Я держала блок в руке, противоположной молотку, а затем ударила по нему с таким грохотом, что новый закон вступил в силу.

– Смерть, – рассмеялся Джек, и от глубокого тенора его голоса у меня мурашки побежали по коже.

– Ага. Смерть! – воскликнула я, когда Найл плюхнулся на мое место и положил мою грелку себе на грудь. Матео отодвинулся от него с угрюмым выражением лица, но обнаружил, что далеко уйти не может, так как Брут с низким рычанием прыгнул на диван и сел рядом с ним.

– Мой следующий закон гласит, что все Pops в этом доме официально переходят под мое командование. Под страхом смерти! – Я снова ударила по деревяшке.

– Подожди минутку… – начал Найл, но я перебила его.

– Еще одно правило: когда я хожу какать по утрам, я хочу, чтобы для подтирания была туалетная бумага с запахом кокоса. Хорошая, многослойная и ароматная, чтобы я могла нюхать ее, пока какаю – под страхом смерти! – Я снова ударила молоточком по блоку.

– Похоже тебе лучше сделать еще один заказ, bastardo. Или не заказывай, и тогда я увижу, как Бруклин убьет тебя из-за своих утренних какашек. – усмехнулся Матео над Найлом.

– Но если я убью Адское Пламя, мне придется покончить с собой, помнишь, Мертвец? – Сладко сказала я, и его смех прервался.

– Ладно, я достану ей туалетную бумагу, но давайте вернемся к Pops. – Найл снова повернулся ко мне. – У тебя нет полномочий устанавливать законы для моих Pops.

– Закон уже принят, – твердо сказала я. – А теперь мой последний закон на сегодня. Я официально создаю наш клуб, «Общество Психопатов». Я, Бруклин Найл О'Брайен…

– Ты взяла только мою фамилию, когда вышла за меня замуж…

– Я, – заговорила я громче, перекрикивая его, и повторяя свои слова. – Бруклин Найл О'Брайен – первый член и основательница «Общества Психопатов», второй член – мой муж, Найл Мэдоу.

– Нет, нет, нет, – фыркнул Найл. – Я не брал твою фамилию. Это ты взяла мою.

– Если у вас есть жалоба, мистер Мэдоу, не могли бы вы записать ее и опустить в ящик для предложений? – Я подтолкнула к нему коробку с салфетками пальцами ног.

Найл поднялся на ноги, все еще прижимая грелку к груди.

– Ты Бруклин О'Брайен, а я твой муж, Найл О'Брайен.

Я пододвинула ящик для предложений еще поближе к нему.

– В ящик, пожалуйста, сэр. – Я снова стукнула молоточком по блочку, и Найл, фыркнув, пересек комнату, чтобы взять блокнот и ручку.

– Итак, третий член клуба – Матео Мэдоу, – радостно сказала я.

– Нет, – отрезал Найл, разворачиваясь, когда закончил складывать свое предложение. – У него не твоя фамилия. Он Матео Ортега. Ты не замужем за ним, ты моя.

– Хм, ну, может быть, тогда мне стоит выйти замуж за всех вас, чтобы было честно, – задумчиво сказала я.

– Нет, – прошипел Найл, а Матео и Джек выпрямились. Сегодня он был такой негативной Нэнси.

– Я отложу эту идею на потом. – Я вытащила из воздуха воображаемую булавку и приколола эту мысль над своей головой. – Итак, третий член клуба – Матео Орегано…

– Ортега, – поправил Матео.

– Ортега, – исправила я себя, а затем ударила молоточком-Гэвином по своему блочку. – Четвертый член клуба – Злой Джек, а пятый – Брут. – Я дважды ударила молоточком. – Итак, теперь, когда мы стали клубом убийц, нам нужен кто-то, кого можно убить.

Найл подошел и положил свое предложение в коробку с салфетками, и я жестом пригласила его вернуться на его место.

– Адское Пламя. – Я щелкнула пальцами в его сторону, как только он сел. – Принеси мой камень смерти.

– Я не твоя маленькая сучка, и мы не клуб, – сказал он, упрямо скрестив руки на груди. – И я собираюсь отшлепать тебя через минуту.

– Мы – клуб, Адское Пламя, – прорычала я.

– Обычно перед принятием законов голосуют, а ты за пять минут с молотком превратилась в диктатора, – сказал Найл. – Я его у тебя отниму и использую твою попку в качестве блочка для ударов.

Я прикусила губу, потому что мне понравилось, как это прозвучало, но у нас были важные официальные дела, так что я не могла отвлекаться на какую-то ролевую игру в судью и непослушного присяжного. По крайней мере, не прямо сейчас.

– Хорошо, мы проведем голосование. Кто голосует за то, что мы клуб? – Я подняла руку, и Матео с Джеком обменялись ухмылками, прежде чем тоже поднять свои. – Брут? – спросила я, и Матео, рискуя быть укушенным, поднял его лапу.

– Эй, – рявкнул Найл. – Это нечестно.

– Ты в меньшинстве, bastardo, – промурлыкал Матео, и его глаза победно заблестели, когда он повернулся ко мне. – Можем мы проголосовать за члена клуба, который будет твоей маленькой сучкой, mi sol? Я бы хотел выдвинуть Найла в качестве кандидата.

– Все, кто за то, чтобы Найл стал моей маленькой сучкой, скажите «пирожок», – сказала я, и Матео с Джеком повторили за мной.

– Ради всего святого, – выплюнул Найл. – Я не буду твоей сучкой.

Я ударила Гэвином по блоку.

– Решение принято. Пожалуйста, принеси мой камень смерти, Адское Пламя.

– Нет, – прорычал он, в гневе швыряя мою грелку через всю комнату.

Я надула губы и умоляюще посмотрела на Джека. – Эй-Джей, он не хочет сотрудничать, а ты мой новый страж порядка. – Я ударила по блоку, и Джек встал, подтянув Найла за собой, их мышцы напряглись, когда Найл начал сопротивляться. Я почувствовала, как меня охватили жар и волнение, глядя на офицера Эй-Джея и мою маленькую сучку Найла.

Найл внезапно бросился ко мне, вырвал Гэвина и Блоки из моих рук, а затем прыгнул на стол, чуть не сбивая меня с него своим большим мясистым плечом. Я пошатнулась, и Джек поддержал меня, в то время как Найл смотрел на нас сверху вниз демоническим взглядом, упиваясь силой Гэвина, точно так же, как и я. О нет, что мы наделали, приведя Гэвина в наш мир? Он нас развратит. Хотя, подождите-ка, мы же кучка кровожадных убийц без всякой морали. Он не может сделать нас еще хуже. Или может?

– Я правитель этого королевства, – прорычал Найл, ударив Гэвином по Блоки с такой силой, что, клянусь, я услышала, как он взвизгнул от боли. – Я ваш император, ваш монарх, ваш принц смерти. Это моя земля, и я посею по ней ужас, превратив каждый светлый уголок во тьму. Вы – моя стая язычников, и я устанавливаю здесь правила, но я разумный принц и склонюсь перед своей безжалостной принцессой, когда это необходимо, чтобы удовлетворить ее потребности. Так что клуб остается. Мы – «Общество Психопатов», и в этом мире остался только один враг, имя которого написано на ее камне. Это хладнокровный броненосец, которого мы найдем, даже если нам придется перевернуть каждый камень в…

– Эм, Найл. Там нет никакого броненосца. Мы это обсуждали. – Я закатила глаза и побежала через комнату к шкафчику, где в последний раз видела свой камень. Я достала его и подошла к столу, чтобы присоединиться к Найлу, читая имя, которое я написала на нем.

– Сеньор Кастильо, – произнесла я низким и зловещим голосом, и Матео вскочил на ноги. (Прим.: Броненосец по-английски – armadillo, а Бруклин из-за недостатка образования путает слова, поэтому Сеньора Кастильо она записала как – Seen Your Case Armadillo. Поэтому Найл думает, что последний в списке – броненосец)

– Кастильо? – выплюнул он.

– Гребаный член картеля? – спросил Найл таким удивленным тоном, что его брови поползли к линии роста волос.

Плечи Джека напряглись, а глаза потемнели, потому что, по всей видимости, он тоже узнал это имя.

Я посмотрела на них всех, и мои губы приоткрылись в форме букве «О».

– Вы его знаете?

– Которого из них? В мире полно отбросов Кастильо. Кто из них тебя обидел, mi sol? – Матео двинулся ко мне, его лицо выражало ярость и желание убить, и я увидела в его глазах клятву убить человека, который сделал себя моим врагом.

– К нему меня отвезли, когда украли из-под моста, – сказала я, не зная, как еще описать его. – Он смотрел на меня, как на корову с бантиком на загривке, и оценивал, сколько я могу стоить. Это он продал меня в первый раз.

– Ты была в Америке, когда тебя похитили? – Уточнил Матео, его глаза стали черными, как смоль, и я кивнула.

– Да, в Соединенных Штатах Анархии – больше я нигде не была. Не считая того единственного раза, когда я поехала в Англию со своим отцом и…

– Если он занимался торговлей женщинами в этой стране, то я его знаю, – перебил меня Матео. – Опиши, как он выглядел, mi sol.

– Он был крупным мужчиной, больше луны. И у него были злые маленькие глазки, как у моли. Ты знаешь, где его найти? – С надеждой спросила я, и Матео кивнул, как будто точно знал, о ком я говорю, а на его лице промелькнули всевозможные способы убийства.

– Знаю. Я когда-то работал на него.

Мое сердце перестало биться, превратившись в ледышку в моей груди, в которую с силой врезался «Титаник», заставляя ее дрожать и визжать внутри.

– Ты… работал на него? – прошептала я, и боль пронзила мою грудь. – Но он продавал людей. Он продавал таких женщин, как я, плохим-преплохим мужчинам, которые хотели сделать с ними плохие-преплохие вещи. Они бы сделали со мной все эти вещи, забрали бы меня, причинили мне боль, заставили меня разбиться изнутри.

Матео вздрогнул, как будто эти слова физически ранили его.

– Я никогда не был частью этого. Я только убивал людей по его приказу или заметал следы, когда он оставлял за собой кровавый шлейф. Я ликвидатор, Бруклин, или, по крайней мере, был им. Меня использовали почти все Кастильо в тот или иной момент. Его двоюродный брат руководит всем картелем, а я был их рабом в течение долгого времени.

Я кивнула, осмысливая эти слова, желая в них верить, и честность в его глазах заставила меня почувствовать, что я могу. Доверие было моим редким другом, который не часто навещал меня в жизни, но оно переехало в этот дом с клетчатой сумкой под мышкой и зонтиком над головой, как Мэри Поппинс, и еще не покинуло его. Это был первый раз, когда оно кралось к двери, собрав свои вещи и махая на прощание. Но я не хотела, чтобы оно уходило, потому что доверие к этим мужчинам сохранило мне рассудок, ладно, не рассудок, но оно делало меня счастливой. А счастье было такой драгоценной, хрупкой вещью.

– Mi sol, клянусь тебе. Я не имел отношения к продаже женщин. Но моя правда заключается в том, что я частично виновен. Я никогда не делал ничего, чтобы помешать этому, потому что в моем мире это всегда было в порядке вещей. Я не герой, я тот, кого вызывали, когда проливалась кровь и нужно было подчистить концы. Я всаживал пули в черепа людей, чьих имен я не помню, и это не мешает мне спать по ночам. До тебя я был бездушным, в груди у меня было пусто и холодно. – Он прижал руку к сердцу. – Но ты заставила здесь вырасти что-то теплое и хорошее, и оно болит за тебя, mi sol. Только за тебя. Так что если кто-то из Кастильо обидел тебя, я найду его и разорву на куски. Я заставлю его кричать, пока ты не попросишь меня заставить его замолчать навсегда. А потом я похороню его так глубоко, что его никогда не найдут.

Мои пальцы дрожали, когда я прикоснулась ими к его щеке, поглаживая щетину там, веря его словам. Потому что я видела, что они были правдой.

– Хорошо. – Я подалась вперед и крепко поцеловала его, прежде чем отстраниться.

– Так где мы можем найти этого броненосца? – Мурлыкая, спросил Найл у Матео. – Я готов содрать чешую с его спины.

***

– Ну что, все оделись? – спросил Найл с нижнего этажа, как раз когда я поправляла черное кожаное платье, которое было на мне. Оно было очень коротким и застегивалось металлическими пряжками по всему животу и на груди, оставляя очень много открытой кожи и едва прикрывая мои соски. Я распустила волосы, густо подвела глаза черной подводкой и нанесла блестки на внешние уголки глаз. Мои ногти были выкрашены в черный цвет, на мне были маленькие сетчатые перчатки и черные туфли на платформе, а ноги были полностью обнажены.

Матео рассказал нам о фетиш-клубе, где сеньор Кастильо проводил часть своих омерзительных аукционов, и всю прошлую неделю мы составляли планы и готовились, я, в основном, помогала выбирать наряды, но, глядя на себя сейчас, я была уверена, что мне досталась самая важная роль.

Мы направлялись туда сегодня вечером, чтобы убить монстра, который продал меня в смертельную игру, и я не могла дождаться, когда проткну его ножом. Это был особенный случай, потому что это был первый выход «Общества Психопатов», и мы собирались работать под прикрытием, чтобы найти нашу цель.

Я вышла из комнаты Найла и спустилась вниз, где Найл стоял, прислонившись к стене, скрестив лодыжки. На нем был очень сексуальный костюм в тонкую полоску, который делал его похожим на какого-то гангстера из старых фильмов, и у него даже были карманные часы, пристегнутые цепочкой к карману, на которые он смотрел у себя на ладони.

Он поднял на меня взгляд, пряча часы, и мое сердце запело, когда он оглядел меня, и в его глазах вспыхнуло желание.

– Ты только посмотри на себя…

– Подожди блядь, bastardo, – рявкнул Матео, появляясь из коридора, ведущего в его комнату. – Почему ты одет в хороший гребаный костюм, а я в это? – Он указал на одежду, в которую был одет: в его кожаных штанах отсутствовала ткань на заднице, а на обнаженной груди перекрещивались толстые кожаные ремни. На нем также была маска, закрывающая все лицо, и адреналин заструился по моим венам, когда я подбежала к нему и начала разглядывать.

– Оооо. – Я погладила его по голые ягодицам, пока он невозмутимо смотрел на меня, и хотя я не могла толком разглядеть выражения его лица сквозь маску, казалось, что он взобрался на Гору Гнева.

Джек появился в шипастом кожаном ошейнике для собак и полностью черном латексном костюме, который так плотно облегал его тело, что демонстрировал каждый дюйм его огромного члена, спрятанного там, внизу. Я долго-долго смотрела на него, слегка помахав ему, когда меня охватило желание написать о нем стихотворение и прошептать его луне. Его серебристые волосы были собраны на макушке в узел, и он выглядел просто… вау.

– Найл, – прорычал Эй-Джей, и наш босс посмотрел на нас в своем модном костюме.

– Проблемы, здоровяк? – Беспечно спросил Найл.

– Ты делаешь из меня дурака, bastardo, – прорычал Матео.

– Это элитный фетиш-клуб, и нам нужно слиться с толпой. Я ваш хозяин, а вы все мои секс-рабы, понятно? Хорошо. Пошлите. – Он свистнул нам, и я взволнованно гавкнула, как собака, подбежала к нему и обвила руками его шею.

– Могу я что-нибудь сделать, чтобы доставить вам удовольствие, хозяин? – Я облизнула губы, и Найл жадно посмотрел на меня сверху вниз.

– Есть пара вещей, которые ты сможешь сделать, когда мы закончим с этой работой, любовь моя, – тихо сказал он.

– Все, что угодно, – повторила я, хлопая ресницами, и он хмыкнул, задержавшись на несколько секунд, прежде чем Матео толкнул его в плечо.

– Пошли, bastardo, – прорычал он, толкая его вперед, уводя от меня, и я подбежала к Джеку, взяв его за руку.

– Ой, погодите, а как же Брути-тути? – Спросила я, ища его взглядом и обнаружив Брута лежащим на спине на диване со своим любимым ботинком, все еще зажатым в зубах, пока он спал. Мне было интересно, как бы он отнесся к тому, чтобы тоже надеть такой костюм, или, может быть, я могла бы сшить ему плащ из разноцветных фаллоимитаторов? Это выглядело бы круто со всеми его шрамами.

– Он будет охранять дом, любовь моя, – сказал Найл. – Он может поехать с нами на следующую работу.

– Хорошо, – вздохнула я, а затем подбежала к Бруту, наклонилась и поцеловала его прямо в щеку. Он проснулся в тот момент, когда мои губы коснулись его шерсти, так что яростно зарычал и клацнул зубами, но я уже была далеко, пританцовывая рядом с Эй-Джеем и переплетая свои пальцы с его.

Мы направились к новенькому блестящему Jeep Найла и забрались внутрь. Я подключила телефон Найла к динамикам, включила песню «Cannibal» от Kesha и мы с Найлом начали подпевать, выкрикивая слова, пока уезжали в ночь.

Казалось, что мы доехали до клуба в Хемлок-Сити в мгновение ока, и нам пришлось войти через дверь в переулке, следуя за Найлом, который заговорил с вышибалами у входа и похвастался своей маленькой свитой секс-рабынь.

– Этот любит, когда его трахают в зад, – сказал Найл одному из них, указывая на Матео. – Он настаивает на том, чтобы носить эти штаны везде, чтобы я мог легко получить доступ к нему, когда захочу. Он делает клизму два раза в день, чтобы быть уверенным, что всегда готов для меня, правда, парень? – Он похлопал Матео по щеке через маску, и все тело Матео напряглось, прежде чем он натянуто кивнул.

– Если я не трахаю его в зад, он думает о том, как я трахаю его в зад, да, приятель? – Громко сказал Найл. – Я постоянно нахожу его с какими-нибудь штуками в заду, пока он дрочит, представляя, как я врываюсь в его задние ворота.

– Да, хозяин, – процедил Матео сквозь зубы, и я хихикнула, потому что мне понравился этот образ, а потом посмотрела на Эй-Джея, который прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержать смех.

Вышибалы пропустили нас внутрь, и я последовала за Найлом по узкому коридору с черными стенами, освещенными розовой неоновой подсветкой. Мы направились в огромный бар, где в воздухе разносилась неземная музыка. Некоторые из толпы были одеты в сексуальные наряды, как и мы, а другие носили костюмы или изысканные платья, в то время как люди, одетые в кожу, окружали их со всех сторон.

Официантки наливали дорогое шампанское и виски всем желающим, а я с благоговением уставилась на девушку, покрытую краской для тела, которая непринужденно опустилась на колени перед мужчиной с серебристыми волосами, одетым в армейскую форму из латекса, и начала отсасывать ему прямо у нас на глазах.

Найл вел нас сквозь толпу, пока музыка пульсировала вокруг меня, а воздух наполнял аромат сахара и плохих поступков.

Я была очарована, наблюдая, как люди целуются и прикасаются друг к другу, но все стало еще интереснее, когда мы свернули в коридор, полный комнат с открытыми дверями. Я заглянула в каждую из них, и у меня отвисла челюсть. Там были мужчины, которых хлестали кнутами и шлепали лопатками, женщина, привязанная к огромному кресту, а несколько человек одновременно лизали и посасывали ее тело, еще там были вибрирующие игрушки, цепи и вещи, которые больше подходили для пыток, чем для удовольствия. Но все, что я слышала, были стоны и мольбы о большем, так что я запоминала все это, делая мысленные заметки обо всем, чему стала свидетельницей.

Все это было так ново, так возбуждающе, и я хотела попробовать все до последней мелочи и узнать, что мне нравится больше всего. Там были секс втроем, вчетвером, впятером и многое другое. Там были мужчины и женщины, одетые кошками, собаками и инопланетянами, и всех их трахали в разных позах, о которых я и не мечтала, но теперь мне было о чем помечтать. Об очень многом. Я хотела, чтобы меня нагнули и скрутили, как крендель. Я хотела одновременно три члена, и хотела быть прикованной цепями, пока я их принимала. Я хотела, чтобы меня подчинили, а потом, чтобы я подчинила их. Я хотела кнут с моим именем, выгравированным на нем, и остроконечные накладки на сиськи, которые делали бы меня похожей на принцессу-воительницу.

Я хотела всего этого, и я хотела этого прямо сейчас.

– Его не видно? – Спросил Найл, оглядываясь на нас.

Ах да, человек из Кастильо. Я была полностью отвлечена секс-фестивалем вокруг меня, и теперь пожалела, что у меня нет маленького блокнота или камня, чтобы записать все, что я хотела попробовать.

Я пожала плечами, а двое других покачали головами.

– Нам лучше разделиться и поискать аукционный зал. – сказал Найл, указывая головой на Матео. – Ты со мной, el burro. – Матео неохотно подошел к нему. – Присмотри за ней, здоровяк. – Он кивнул Джеку, и Эй-Джей шагнул ближе ко мне, когда они направились по другому коридору.

– Вот так, грязный человечишко, – до нас донесся сильный женский голос из комнаты впереди, и я с любопытством подкралась к ней, заглядывая внутрь, и мои губы приоткрылись от того, что я обнаружила. – Прими это как сучка, которой ты и являешься.

Она стояла на четвереньках позади мужчины, прикованного цепью к кровати, двигая бедрами вперед и трахая его прямо в задницу огромным синим членом на ремешке. Она была одета как королева, с короной на голове и позолоченным телом в золотистом бикини с накидкой, ниспадающей на плечи. Она выглядела сильной, красивой, и когда мужчина вскрикнул от удовольствия, мои губы растянулись в широкой улыбке.

– Как это называется? – спросила я с восхищением.

– Пеггинг (Прим.: вид сексуальной практики, при которой женщина, используя фаллоимитатор или страпон, проникает в анус мужчины), – подсказал Джек, оттаскивая меня от двери, пока я с тоской смотрела на королеву. – У тебя что-то на уме, Рук? – прошептал он мне на ухо. – Потому что ты выглядишь возбужденной всем этим. У тебя в голове появились маленькие грязные фантазии, которые ты хочешь, чтобы кто-нибудь исполнил? – Он прижал меня спиной к ближайшей стене, и я ахнула, когда посмотрела на него снизу вверх: жар разлился у меня между бедер, а клитор запульсировал.

– Я хочу попробовать все это, Эй-Джей, – сказала я со стоном в голосе, и он усмехнулся, низко наклонившись, чтобы заговорить мне на ухо.

– Ты уже вся мокрая, да? – прорычал он. – Хочешь, я поиграю с твоей прелестной киской позже? Я сделаю все, что ты захочешь, все, что ты мне прикажешь. Мне нравится, когда мне говорят, что делать.

Мое дыхание сбилось, и я вцепилась в его огромные руки, пока он держал меня в клетке своего тела.

– Я хочу тебя сейчас, – потребовала я, прижимаясь к нему.

– Позже. Сначала мы убьем ради тебя, детка. Потом ты сможешь распоряжаться мной, как захочешь. Я буду трахать тебя, до тех пор пока ты больше не сможешь меня выносить, ты этого хочешь?

Прерывистый выдох покинул мои легкие, когда я кивнула.

– Скажи мне точно, чего ты от меня хочешь, – прохрипел он.

– Я хочу, чтобы ты использовал свой рот, чтобы заставить меня стонать, Эй-Джей.

Он наклонился, чтобы подразнить уголок моих губ, но не поцеловал меня, как я пыталась заставить его сделать, а его огромный член затвердел, прижимаясь ко мне.

– Я так и сделаю. Я клянусь в этом. И ты будешь такой влажной к тому времени, когда я овладею тобой, что каждый мой дюйм легко войдет в тебя, – сказал он, а затем отстранился и прижал меня к себе, ведя по коридору. И я была рада, что он держал меня, потому что мои ноги были как желе, и я была уверена, что упаду прямо на пол и растекусь лужицей, если он отпустит меня.

– Ты должен дать Найлу понять, какой у тебя грязный рот, почему ты скрываешь от него свои слова? – Хрипло спросила я, и он посмотрел на меня сверху вниз с ухмылкой.

– Потому что мне нравится эта игра, – сказал он, и я слегка рассмеялась, уткнувшись носом в своего большого мужчину, пока в моей голове проносились дикие мысли о том, что он мне сказал.

Я надеялась, что мы скоро найдем сеньора Кастильо и пустим ему кровь, потому что я хотела отпраздновать нашу победу со своими мужчина и попробовать кое-что из того, что я увидела в этом месте, как можно скорее. Мое сердце уже бешено колотилось при мысли об этом, и мои губы тронула ухмылка, когда мы продолжали поиски аукционного зала, где, скорее всего, мы найдем нашу цель.

Я иду за тобой, Кастильо. И за мной по пятам следует стая монстров. Выходи, выходи, где бы ты ни был.