Текст книги "Общество психов (ЛП)"

Автор книги: Кэролайн Пекхам

Соавторы: Сюзанна Валенти
сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 34 страниц)

Когда она наконец кончила, то издала крик, который можно было назвать шедевром, а ее киска сжалась вокруг моего члена и вынудила меня последовать за ней в экстаз так, что я достиг кульминации с диким рыком и погрузился глубоко в нее в последний раз.

Взгляд Найла был прикован к нам через зеркало, и я был удивлен, что мы не разбились, так как он был увлечен нашим выступлением, но каким-то образом мы все еще мчались по дороге, без единого намека на то, что водитель не следит за трассой.

– Иисусе, – пробормотал Найл, снова сосредоточившись на дороге. – Теперь тебе не поздоровится, маленькая психопатка. Мне придется потрудиться над тем, чтобы превзойти это маленькое представление позже вечером, и тебе лучше поверить, что я не остановлюсь, пока ты не закричишь для меня вдвое громче.

Бруклин невнятно пробормотала что-то, что прозвучало как согласие, когда она откинулась в моих объятиях, не делая попыток разъединить наши тела и позволяя мне просто наслаждаться ощущением ее близости.

Я держал ее так всю оставшуюся дорогу домой, вдыхая ее аромат и проводя пальцами взад-вперед по ее нежной коже, позволяя себе наконец поверить в то, что она рядом после стольких лет, проведенных в одних только мыслях о ней. Моя сладкая одержимость.

Найл припарковался и вышел из машины, бормоча себе под нос, что никогда не сталкивался с подобными проблемами, когда работал один.

Но, прежде чем мы успели последовать за ним, Матео заблокировал двери и повернулся к нам.

– Карлос Алонсо знал тебя, – тихо сказал он. – А я нет. А это значит, что ваша с ним вендетта, должно быть, носила личный характер.

– Почему? – выдохнула Бруклин, усаживаясь рядом и поправляя платье, выглядя при этом как гребаная мечта.

– Потому что я был тем самым существом, которого посылали охотиться на тех, кто перешел дорогу нашей организации, – ответил он. – И если я не ошибаюсь, Джека упекли в «Иден-Хайтс» задолго до того, как я покинул свою гору. Будь его смерть заказана главой картеля, именно меня послали бы отрубить ему голову.

– Маловероятно, – усмехнулся я, и Матео нахмурился.

– Уже целых шесть слогов выговариваешь?

Я одарил его насмешливой ухмылкой, и Бруклин заерзала на своем месте.

– Нам нужны какие-то секреты из головы Эй-Джея? – серьезно спросила она Матео. – Потому что я могу прочитать его мысли и вытащить их для тебя, если он мне позволит?

Ее вопросительный взгляд обратился ко мне, и я кивнул в знак согласия.

– Хорошо. – Бруклин сделала глубокий вдох, а затем закрыла глаза и взяла меня за руку. – Расскажи свою правду, Злюка. Я готова принять ее.

– Я убил Хавьера Алонсо давным-давно, – сказал я, и глаза Матео вспыхнули одновременно триумфом оттого, что он услышал, что я все таки умею разговаривать, и раздражением из-за того, что его так долго водил за нос. – В другой жизни я был частью банды на западном побережье под названием «Команда Арлекина». – Я оттянул верх костюма, чтобы полностью показать бандитскую татуировку, которая была набита там: череп в шутовском колпаке, которую я когда-то носил с такой гордостью.

– Однажды он убил человека по имени Капитан Алонсо, – сказала Бруклин, ее глаза все еще были закрыты, когда она передавала то, что я сказал Матео, как будто думала, что он меня не слышит. – И увлекался групповухами с элементами бандажа.

Матео открыл рот, как будто собрался сказать ей, что он меня прекрасно слышит, но вместо этого покачал головой и обратился ко мне.

– Картель Кастильо время от времени имеет дело с «Арлекинами», – сказал Матео с понимающим кивком. – Они помогают переправлять часть продукта картеля в Штаты. Но, насколько я понимаю, они не позволяют своим людям покидать их организацию. С кровью вступил с кровью и выйдешь. Так почему ты еще дышишь, если присягнул на верность Лютеру Арлекину, а потом отказался от своего обещания?

Я слегка улыбнулся при упоминании безжалостного лидера моей бывшей банды, а затем пожал плечами.

– Лютер имел полное право убить меня за то, что я сделал. Я был его инструментом, его оружием, зверем, привыкшем жить в ярости, и выпускать ее по его приказу.

– Джек был помощником плохого человека, который держал его на поводке, – таинственно прошептала Бруклин, прежде чем я продолжил.

– Но со временем мне стало все труднее контролировать свои агрессивные порывы. Я мог сорваться и напасть на людей при малейшем поводе. Мне слишком сильно нравился вкус крови. Лютер заставил меня участвовать в боях в клетке, мотивировал меня, пытался держать в узде как свое верное оружие.

– Джека держали в клетке, и у него были всевозможные побуждения, которые заставляли его использовать свое гигантское оружие, – добавила Бруклин для Матео, и я с трудом сдержал смешок над ее интерпретацией.

– Мне трудно поверить, что Лютер Арлекин натравил тебя на Хавьера Алонсо, и ты все же выжил, чтобы рассказать об этом после того, как его братья узнали, – сказал Матео, пригвоздив меня взглядом.

– Он этого и не делал, – согласился я. – Я просто потерял самообладание однажды ночью в баре. Набросился на самого большого и злобного ублюдка и размозжил ему голову голыми кулаками. К тому времени, как я пришел в себя, я уже был в полицейской камере, куда меня доставили после того, как кто-то вызвал полицию, и они нашли меня все еще выбивающим дерьмо из уже мертвого тела.

– И остальные два брата Алонсо не пришли мстить, пока ты был в тюрьме? – слегка усмехнулся Матео, прежде чем Бруклин успела перевести, и она фыркнула.

– Я еще не рассказала тебе о том, как у него выросли медвежьи лапы. Они были большие, коричневые и мохнатые, с когтями и все такое, – огрызнулась она, заставив нас обоих посмотреть на нее в замешательстве, но она лишь крепче сжала мои пальцы, не открывая глаз. – Давай, Эй-Джей, проскользни в меня снова.

Мой взгляд блуждал по ее телу в этом маленьком облегающем кожаном наряде, и я уже начал подумывать сделать именно это, но Матео щелкнул пальцами у меня перед лицом, заставляя посмотреть на него.

– Сосредоточься, bastardo, – рявкнул он. – Я хочу знать, какие секреты ты скрываешь.

– Да, они посылали за мной людей в тюрьму. Я убил пятерых или шестерых из них, ярость во мне всегда была готова к драке, но я знал, что не смогу бесконечно избегать их покушений на мою жизнь. У Лютера не было выбора, кроме как исключить меня из банды, чтобы я не мог обратиться к ним за помощью. Он должен был защитить команду. Я не виню его за это. Но я должен был защитить себя. Поэтому, когда пришли врачи, чтобы провести психиатрическую экспертизу, я решил позволить им думать, что я не в состоянии произнести больше одного слова за раз, не говоря уже о том, чтобы контролировать свою агрессию. Так что, убедить их отправить меня в «Иден-Хайтс» было несложно. Последний человек, который пришел за мной, умудрился ударить меня по голове металлическим прутом, так что у меня даже появилась травма головы, подтверждающая мою историю. И не успел я опомниться, как меня упаковали и отправили в «Иден-Хайтс», где оставили гнить, а братья Алонсо поверили в мой спектакль, решив, что я попал в куда больший ад, чем могли устроить они сами, и сочли, что мучиться там достаточная плата за отнятую мной жизнь.

– Пока Карлос не увидел тебя сегодня вечером, – пробормотал Матео.

– О, Эй-Джей, я знала, что ты хитрое создание, – промурлыкала Бруклин. – Ты использовал свое безумие, чтобы спасти себя.

Она открыла глаза и пододвинулась, чтобы поцеловать меня в губы, а затем выскочила из машины и последовала за Найлом в дом.

Между мной и Матео повисло молчание, пока он переваривал эту информацию.

– Ты умный ублюдок, – пробормотал он. – Но я раскусил тебя.

– Ты первый, кто это сделал.

Он взглянул в сторону дома.

– И что теперь? Ты снова заговорил?

– Нет. – Я не был уверен, почему я планировал хранить молчание, но я привык к нему и обнаружил, что мне оно нравится больше, чем заполнять воздух пустыми словами.

– Значит, Найлу ты ничего не скажешь? – Его ухмылка стала шире, и я покачал головой, заставив его коротко рассмеяться. – Хорошо. Этот bastardo не заслуживает твоих слов.

Я улыбнулся в ответ, уже чувствуя себя истощенной разговором и желая сбежать от него, вернуться к молчанию и снова найти утешение в компании моей Рук.

– Братья Алонсо снова вернуться к охоте, – сказал он. – И я полагаю, это делает нас обоих врагами картеля Кастильо.

– По крайней мере, пока они не умрут, – согласился я, и он медленно кивнул.

– По крайней мере, пока они не умрут.

– Адское Пламя? – Крикнула я на весь дом, но вместо моего Найла из гостиной выскочил Брут и врезался в меня с яростным лаем. – Привет, Брути, малыш! – взвизгнула я, упав, и обняла его, едва избежав укуса. Он был так рад меня видеть, что продолжал лаять и клацать зубами от счастья. Я почесала его за ушами, и затем вскочила на ноги, а он бросился на Джека и Матео, когда они переступили порог.

– Ах! Ты, perro loco (Прим. Пер. Испанский: Бешеный пес), – выругался Матео, не успев увернуться, когда Бруту вцепился зубами в его руку. Было так мило наблюдать, как они любят друг друга.

– Милый, я дома! – крикнула я, надеясь, что Найл услышит меня, где бы он не находился, и надулась, когда он не ответил.

Я протопала через гостиную на своих убийственных каблуках, а затем пошла наверх и замерла, увидев, что он выходит из своей комнаты. Он снял пиджак, и теперь его белая рубашка была распахнута, обнажая татуировки на его мускулистом теле. Он провел рукой по своим русым волосам, взъерошив их, и посмотрел на меня взглядом идите-сюда-миссис-О'Брайен, а темнота коридора окутывала его идеальной тенью.

– Иди сюда, – скомандовал он. – Тебе нужно напомнить, почему я твой номер один.

– Вижу, ты сегодня в настроении покомандовать, – промурлыкала я, и он склонил голову набок, а его губы изогнулись в психопатической улыбке.

Он открыл рот, чтобы заговорить, но вместо слов раздался оглушительный грохот, от которого задрожали стены, а вместе с ними и мое сердце.

В следующую секунду Найл бросился ко мне, и я поняла, что это звук исходил вовсе не из его рта, он доносился снаружи.

Я резко обернулась, запаниковав из-за Эй-Джея и Матео, когда в воздухе раздался еще один выстрел, но пуленепробиваемое окно в гостиной приняло удар на себя, сохранив нас внутри в безопасности.

– Найл, хватай оружие! – Рявкнул Матео, когда я заметила, как он вбегает в гостиную.

Джек был прямо за ним, глядя на меня на лестнице, и его лицо исказила ярость, в то время как Брут яростно лаял на окно и тени, скрывающиеся за ним.

Найл схватил меня за руку, потащив обратно в свою комнату, распахнул дверцу шкафа и достал сумку, полную ножей и пистолетов. Он вложил мне в руку оружие, а на голову надел шлем спецназа, который я быстро сбросила.

– Я не могу нормально видеть сквозь него, – огрызнулась я, когда Найл снял дробовик с предохранителя и перекинул сумку через плечо.

– Ты когда-нибудь будешь делать то, что я говорю? – прорычал он.

– Нет, – прошипела я.

– Да.

– Нет.

– Да.

– Нет.

Снизу донеслась стрельба, и Джек проорал: «Рук!», в тот же момент, когда Матео взревел: «Поторопись, блядь, bastardo!»

Мы вместе выбежали из комнаты, в то время как мои мысли метались и грохотали, как динамит.

– Кто в нас стреляет? – Спросила я в замешательстве, когда мы добрались до лестницы.

– Хрен его знает, – прорычал Найл. – Но я обязательно спрошу их, когда они умрут, любовь моя.

Он перекинул сумку с оружием через перила, и Джек поймал ее с еле слышным кряхтением, вырвавшимся из его легких, когда очередные выстрелы раздались снаружи, врезаясь в окна и стены.

Матео укрылся под окном на случай, если какая-нибудь шальная пуля все-таки пробьет стекло. Джек бросил ему винтовку, и он приподнялся, как бесстрашный воин, распахнул окно и начал стрелять в ночь. Я присела рядом с Матео, тоже высунув пистолет в окно и снова и снова нажимая на спусковой крючок так, что от отдачи у меня начали неметь пальцы.

– Сегодня ночью я собираюсь хорошенько разделать парочку врагов, – прорычал Найл, и я оглянулась на него, обнаружив, что он прикрепляет к своему телу ножи, а еще всевозможные взрывные и колющие предметы. Взгляд, который он обменялся с Джеком, сказал мне, что они собираются сделать что-то безумное. А безумие было моей сильной стороной.

– Подождите меня, – выдохнула я, когда они выбежали из комнаты, и я услышала, как открылась входная дверь.

– Я вижу тебя за деревом, ты мохнатая пизда! Засунь это себе в задницу! – крикнул Найл, а затем раздался оглушительный хлопок, от которого у меня сжались челюсти.

Матео бросился вперед, пригибая мою голову, когда весь дом опасно задрожал, но здесь мы были в безопасности, ему не нужно было беспокоиться обо мне.

– Bastardo loco, – прошипел Матео мне на ухо, и я дико рассмеялась, когда по моим коленям побежали мурашки.

– Хочешь еще, детка?! Я дам тебе еще! – Крикнул Найл, и воздух сотряс еще один взрыв.

Стрельба по дому прекратилась, и я догадалась, что наши враги пришли в движение, направляясь навстречу Найлу, который выпустил своих демонов на волю. Бегите, бегите так быстро, как только сможете, но вам не убежать от моего безумца!

– Давай, Мертвец, я не хочу пропустить все самое интересное. – Я вывернулась из его хватки и побежала к двери, низко пригнув голову.

– Mi sol, – прорычал он, приказывая мне остановиться, и звук его тяжелых шагов послышался прямо за моей спиной, но я не остановилась. Я прыгала и скакала, чувствуя, как возбуждение окутывает мои конечности.

Брут присоединился ко мне, громко лая, а его глаза блестели так, будто он наслаждался хаосом так же сильно, как и я.

– Давай поймаем их, щенок! – Крикнула я, выбегая на улицу, заметив Найла и Джека, мчащихся по подъездной дорожке и стреляющих в темноту. Теперь настала моя очередь поиграть в «бах-бах».

Я подняла пистолет, выискивая цель, и заметила мужчину за деревом у озера, его рука торчала из-за ствола.

Я нажала на курок: бум, бум, бум, ветер взметнул мою юбку, придав мне вид эпической суперзлодейки. Но тут я вспомнила, что на мне нет трусиков, и поняла, что выгляжу скорее как суперзлодейка из порнофильма, чем из комиксов DC (Прим.: Одно из крупнейших и наиболее популярных издательств комиксов).

Брут бросился к парню, не испытывая ни капли страха, мчась атаковать его. Я продолжила стрелять, прикрывая пса, пока тот несся к цели, чтобы вцепиться ему в лицо, но затем выстрел справа заставил меня вздрогнуть.

Матео врезался в меня, оттаскивая к машинам Найла, чтобы укрыться там.

Мы упали на колени и поползли прочь с линии огня, кожа на моих ногах покрылась небольшими ссадинами, но я чувствовала себя чертовски живой.

Мертвец встал, выглядывая из-за машины и целясь из винтовки через двор, а грохот его оружия и звериное рычание, которое он издавал, опьяняли меня, пока я смотрела на него снизу вверх. Его мощное тело было твердым, как камень, а каждый мускул напряжен, как заряженное оружие.

Я заглянула под машину и увидела, как Брут столкнулся с человеком за деревом, повалил его на землю и начал рвать его на куски, как голодный зверь.

– Давай, Брути! – Закричала я как раз в тот момент, когда в нашу сторону загремели новые выстрелы, и Матео присел рядом со мной, спиной к машине, перезаряжая винтовку.

Найл и Джек находились дальше по подъездной дорожке, борясь с мужчиной у припаркованного там роскошного черного седана. Джек прибывал в состоянии тотальной ярости, нанося удары, от которых ломались кости, явно предпочитая убивать руками. Найл играл в убийцу с другим мужчиной: он душил его одной рукой, а другой наносил удары ножом. Кровь окрасила моих мужчин в красный цвет, и это зажгло во мне огонь, заставив меня улыбаться от уха до уха.

Выстрел разбил окно машины над моей головой, и я прикрыла голову руками, а Матео подтолкнул меня вперед, заставляя двигаться. Мы услышали как две пары шагов обходят машину, и Матео упал на спину, заползая под машину рядом с нами.

– Возьми первого, а я возьму второго, – прошептал он, исчезая в темноте со взглядом, говорящим мне продолжать двигаться.

Я доверяла его решениям, поэтому поползла к задней части машины, прижимаясь к земле, и подняла пистолет, когда шаги послышались ближе.

– Куда подевался этот здоровенный ублюдок? – прорычал один из мужчин.

– Он не мог уйти далеко, – пробормотал другой. – Проверь там. Я посмотрю здесь.

Топот одной пары ботинок приблизился, в то время как другая пара начала удаляться.

Я затаила дыхание.

Я была выжидающей коброй, готовой нанести удар и глубоко вонзить свои клыки. Я выпущу каждую унцию яда на нашего врага и покажу ему, что случается с теми, кто нападает на нашу семью. Мое сердце сжалось, когда я осознала то, кем мы стали. Единым целым. Мертвец, Адское Пламя, Эй-Джей, Брутти-тути и я. Я так долго была одна, что ждала, когда все это исчезнет, когда я вернусь к своей жизни на улицах, где никто даже не интересовался тем, как меня зовут. Но здесь, среди этих свирепых зверей, я каким-то образом оказалась в центре их желаний и потребностей, и поняла, что они не уйдут.

Я бы умерла, защищая их. Истекла бы кровью, сгнила и обратилась бы в прах ради них. Но не сегодня

Когда мужчина обогнул машину, он посмотрел на меня сверху вниз с усмешкой, и я нажал на спусковой крючок своего пистолета с яростью в душе, а его смерть запела мне на ухо. Но раздался лишь щелчок, потому что магазин был пуст, и я поняла, что была полной дурой.

Он ухмыльнулся, целясь в меня из своего пистолета, наслаждаясь выражением смирения на моем лице, когда я поняла, что у меня нет времени ни на что, кроме как умереть. Моя последняя секунда на этой горько-сладкой земле растянулась в целую вечность. Я прожила жизнь, в которой воплотились все мои кошмары и сбылись все мои мечты. Мне хотелось брыкаться, кричать и закатить истерику у ног Смерти, потому что это было несправедливо. У меня было так мало времени, чтобы насладиться хорошим, насладиться вишенкой на вершине сладкого мороженого, которое наконец-то преподнесла мне жизнь.

Но тут за спиной моего палача возникла огромная тень, и с грохотом, который потряс меня до глубины души, пуля пробила его затылок и вылетела прямо между его глаз, залив меня кровью, прежде чем он замертво рухнул к моим ногам.

Я увидела Матео, который смотрел на меня сверху вниз с дикой яростью, а затем протянул мне руку, его тело блестело от крови его предыдущей жертвы. Я схватилась за нее, позволив ему поднять меня на ноги, и, почувствовав вкус крови на губах, рассмеялась от восторга, близость смерти привела меня в состояние эйфории.

– Почему ты не сказала, что у тебя закончились патроны? – прошипел он, и в его глазах промелькнул страх перед тем, что могло случиться из-за моей маленькой оплошности.

– Я не знала, – призналась я, когда он потянул меня за машину, чтобы снова укрыться. Он выхватил у меня пистолет и принялся перезаряжать его, а на его лбу появились глубокие морщинки.

Я протянула руку, чтобы разгладить эти гневные бороздки, но они не поддавались.

– Матео… – начала я, но он перебил меня, его глаза встретились с моими, и из них на меня уставился целый мир ярости.

– Eres mi sol. Eres mi luz en la oscuridad. Nunca me dejes (Прим. Пер. Испанский: Ты – мое солнце. Ты – мой свет во тьме. Никогда не покидай меня), – прорычал он, и моя душа задрожала от силы его слов.

– Это значит… что ты злишься? И хочешь печенье? – перевела я.

– Нет, – прошипел он сквозь зубы. – Это значит, что ты – мое солнце, мой свет. И я приказываю тебе никогда не покидать меня. – Он вложил заряженный пистолет обратно в мою руку и рванулся вперед, чтобы запечатлеть на моих губах жестокий поцелуй. Он длился всего две секунды, прежде чем он отстранился и снова одарил меня взглядом, сжигающим весь мир дотла.

– Следующий мой, – настаивала я, и он медленно ухмыльнулся.

– Все твои, chica loca, – пообещал он, прежде чем пнуть лежащее на земле тело и перевернуть его. – Это Томас Алонсо, что означает, что эти люди из картеля, – прошипел он.

– Как коровы? – выдохнула я.

– Нет. Как враги. Враги Джека. Должно быть, они проследили за нами от самого клуба.

Крик привлек мое внимание к Джеку и Найлу, и я выглянула из-за машины, заметив, что они бегут к мужчине, которого Брут прижал к земле. Когда пес отступил, мужчина остался на милость новых монстров, появившихся на сцене, и мое сердце бешено забилось, в ожидание его смерти. Больше не было слышно ни выстрелов, ни криков, когда Найл набросился на мужчину, скулящего от кровавой нападения Брута, и медленно и глубоко вонзил нож ему в горло.

Я надулась и скрестила руки на груди, когда тишина растеклась по лесу и за его пределы.

– Так нечестно. Я никого не убила, – фыркнула я.

Матео провел большим пальцем по моему подбородку, стирая полоску крови, и нахмурился, глядя на меня.

– Всегда будет следующий раз.

– Но я хочу сейчас, – прорычала я, и Матео посмотрел на Найла и Джека, а в его взгляде зародилась тревога.

– Нам нужно придумать план, – тяжело произнес он. – Оставайся здесь. – Он отошел от меня, чтобы присоединиться к остальным, и я надулась еще больше, когда уставилась на их маленький мужской клуб.

Я никого не убила, а теперь меня еще и не пустили на официальное собрание «Общества Психопатов»? Эта отстойная волосатая задница.

Мое сердце сжалось до крошечной горошины, которая упала мне в живот, кружась там и рыдая.

Мои мужчины начали спорить, показывая друг на друга пальцами, и проклиная друг друга, а Брут лаял на них, как будто он тоже участвовал в разговоре. Мне было плевать на то, о чем они там тявкали. Я была единственной, кто имел право быть капризным Джоэлом, потому что все они кого-то убили. А я? Нет, я находилась в самом центре кровавой бойни, но среди погибших не было ни одной моей жертвы.

Я с рычанием отшвырнула пистолет от себя, и он врезался в новый Jeep Найла, оставив вмятину на его боку. Затем я развернулась на каблуках и, кипя от злости, направилась обратно к дому.

Я хотела Coco Pops, но сейчас я даже не заслуживала их, потому что сегодня вечером не пролила ни капли крови. Предполагалось, что я буду Розовой Киской, но вместо этого я была просто Лысым Бобром. И не было ничего хуже, чем быть лысым бобром.

Я опустила голову, топая к входной двери и даже не глядя, куда иду, потому что мне просто хотелось сесть в душе и поораться.

Большая потная ладонь закрыла мне рот, и я резко выпрямилась, прежде чем меня дернули назад, к огромному телу размером с три тела, сшитых вместе горизонтально.

Я почувствовала, кто это был, еще до того, как услышала его голос, мои инстинкты вопили при воспоминании о нем, когда аромат лакрицы окутал меня.

Сеньор Кастильо.

– Одно неверное движение, и я разряжу в тебя свой пистолет, шлюха, – прошептал он мне на ухо, таща меня назад. – Ты будешь моим щитом, пока я не выберусь отсюда.

Я сопротивлялась в его хватке, чувствуя, как его высокомерный пистолет Саймон упирается мне в ребра, пока он тащил меня к грузовику Найла, в то время как звуки спора моих мужчин все еще доносились до самых небес. Фары машины вспыхнули, когда сеньор Кастильо открыл ее ключом, который, должно быть, украл из дома, но мои мужчины по-прежнему ничего не замечали.

Я прикинула свои варианты: я не хотела, чтобы пистолет Кастильо превратил меня в швейцарский сыр, но и не хотела играть роль живого щита, чтобы он мог сбежать.

Он усадил меня к себе на колени на водительском сиденье, крепко прижимая к своему телу, и нажал кнопку, чтобы завести грузовик. В тот момент, когда двигатель зарычал, мои мужчины перестали кричать друг на друга, и я повернула голову, пытаясь разглядеть их в заднее окно, пока Кастильо быстро разворачивал грузовик.

Найл начал стрелять, и я закричала, когда пассажирское окно взорвалось, и чертов осколок стекла порезал мне руку.

Злой Джек оттолкнул Найла в сторону, услышав мой крик, и Кастильо нажал на газ, выехав на подъездную дорожку: в одной его руке был зажат пистолет, который он упер мое тело, а другой он управлял автомобилем.

– Рук! – взревел Эй-Джей, когда трое моих мужчин побежали к нам, а в мою кровь хлынул адреналин.

Кастильо пришлось объехать роскошную машину, на которой он, должно быть, приехал сюда с остальными, так что мы выехали на траву, и пистолет на секунду соскользнул с моего бока.

Это был мой шанс. Неважно, насколько он был мал, насколько он был крошечным, пусть даже как удар сердца. Я не позволю утащить себя от моих язычников. Я не умру где-нибудь в канаве от рук этого потного мужика. Я вспомнила, как Мертвец пытался убить Найла рычагом переключения дворников, и поблагодарила его за умную идею. Я вырвала рычаг из рулевой базы, а затем со всей силы ткнула им назад, в направлении лица Кастильо.

Он взревел, когда острый конец вонзился во что-то мясистое, и пистолет выстрелил с грохотом, который я почувствовала во всем теле. Я была так переполнена адреналином, что не была уверена, подстрелили меня или нет. Но сейчас это не имело значения.

Я крутилась на месте, снова и снова вонзая в него обломок пластика, в то время как Кастильо зажимал свой окровавленный глаз, крича и пытаясь оттолкнуть меня.

Он выронил пистолет, когда начал брыкаться подо мной, и высокомерный старина Саймон оказавшись в пространстве для ног не дал ему возможности разогнаться, поскольку застрял под педалью.

Машина покатилась по склону холма, а моя голова ударилась о крышу из-за тряски, но я не переставала наносить удары, снова и снова вонзая импровизированное оружие в Кастильо, пока горячая кровь брызгала мне в лицо. Огромный мужчина больше не контролировал ситуацию, теперь власть была в моих руках, я была богиней его погибели, пришедшей, чтобы заставить его заплатить за всю жестокость, которую он совершил в своей жизни. Мой разум был окутан туманом убийства, и я продолжала колоть, колоть и колоть, и только когда дверь рядом со мной резко открылась, я поняла, что машина остановилась, а Кастильо уже давно перестал двигаться.

Эй-Джей вытащил меня из машины, и внезапно меня окружили все трое моих психов, они прижались ко мне, и наши сердца забились в унисон, как одно мятежное существо, бросившее вызов законам жизни. Мы были изгоями этой земли, отвергнутыми миром, но вместе у нас было что-то настоящее и принадлежащее только нам, что никто не мог у нас отнять.

Найл вырвал меня из рук Джека, и мы слились в кровавом поцелуе, который имел вкус наших поверженных врагов. Он улыбнулся мне, как шут, прижавшись своим лбом к моему, и я почувствовала, как наши души еще глубже сплелись воедино.

– Это был сеньор Кастильо, – выдохнула я. – Он был последним из моего списка на камне смерти. Теперь он мертвее маргаритки зимой.

– Он пришел с братьями Алонсо, – сказал Матео, и я перевела взгляд с него на Эй-Джея, чувствуя облегчение из-за их смерти. – Они не последние, кто сюда придет. Они наверняка сказали кому-то, куда собираются.

– Чертов картель уничтожил мое убежище, – раздраженно пробормотал Найл.

– Твое убежище? – Прошипел Матео.

– Да. Мое. Полностью мое, учитывая, что я украл его у тебя, – самодовольно сказал Найл.

– Ну, это не я был за рулем, когда они проследили за нами досюда, – с горечью сказал Матео.

– До сих пор я ни разу не пропускал хвост, – прорычал Найл. – Нет, пока вы двое, не решили отвлечь меня, заставив Бруклин кончить на заднем сиденье, когда я должен был сосредоточиться.

– Твой недостаток концентрации не моя проблема, – огрызнулся Матео.

– Ну и пошел ты нахуй за то, что привел своих врагов к моей двери, el burro, – сказал Найл, когда я спрыгнула с его рук, и он зашагал прочь к дому.

– И что теперь? – Спросила я, переводя взгляд с Матео на Джека, который хмуро смотрел на ближайший труп и казался более заинтересованным своими мыслями, чем нашей беседой.

Матео шагнул ко мне, черты его лица прояснились, а в глазах появилась решимость.

– Сначала мы должны уничтожить улики, спрятать тела и смыть с себя их кровь. Когда это будет сделано, составим план.