Текст книги "Львица: судьба или выбор (СИ)"

Автор книги: Елена Завадская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц)

– У меня ещё немного от них осталось, я хотела разменивать квартиру, но она ипотечная… Всё как-то сразу…

– Не выдумывай, – с этими словами он достал из кармана брюк мобильный и стал кому-то звонить, глядя мне в глаза.

– Егор? Открой сейчас на имя моей дочери счёт и пополни его на сумму, чтобы хватило ей и детям. Ты должен следить, чтобы на этом счету деньги не заканчивались. Молодец.

– Пап! – возмутилась я.

– Хватит! – впервые повысил он голос. – Наигралась в самостоятельность. Дай мне теперь привести всё в порядок. Я тебе эти деньги в рот не засовывал и глотать не заставлял. Хочешь – бери, не хочешь – не бери. Но у тебя всегда должна быть подушка безопасности на все случаи жизни! В конце концов ты не одна, у тебя двое детй! – каждое слово сопровождал удар ладони по крышке стола. Так, что в чашках жидкость расплескалась. – Ты меня поняла? Ты от меня уехала, чтобы не быть зависимой. Я это понял и принял. Но что же ты теперь так упрямо лезешь в петлю к другому? Кардинал – авторитет с опытом. Он держит область, и уже не один год. Он не плюшевый мишка, а зверь с руками по локоть в чужой крови.

Я на секунду представила себе эту картину, и меня замутило.

– Да, желудок у тебя всегда был слабый. Попей, – пододвинул ко мне мою же чашку с чаем. Посмотрел на меня долго, изучающе, как будто пытался понять, лгу я или говорю правду. Потом вздохнул, откинулся на спинку стула.

– Тебя врач смотрел?

– Да, вчера. Как только меня привезли в безопасное место. Ничего серьёзного, ушибы, рассечения мягких тканей.

– Эти ублюдки тебя не тронули? – наклонился вперёд он, впиваясь суровым взглядом.

– В каком смысле? А! Ты об этом. Намекали только. Но, нет. Они разозлились, когда я сказала, что не знаю ничего и не понимаю, что они хотят. Зачем-то про детей спрашивали, потом пытались увезти, но подоспели люди Кардинала. Думаю, меня планировали допросить и, возможно, продавить через детей. Но вряд ли насиловать.

– Хорошо. Расскажи мне про мужа. Ты знаешь, чем он занимался на самом деле?

Я качнула головой.

– Работал экономистом в «ТехноФинанс». Легальная компания, бухгалтерия, аудит, обслуживание других фирм. Я её по верхам пробивала, когда он устроился. Платили вовремя и хорошо. Стабильная работа, редкие командировки и максимум на сутки. Ему обещали повышение, сказали – съезди в командировку, подпиши документы с новыми партнёрами, и место твоё. Он уехал утром в субботу, сказал, что вернётся утром в понедельник. А в воскресенье уже не отвечал на звонки.

Я поневоле снова окунулась в то ощущение страха, беспомощности, неизвестности и передёрнула плечами, словно сбрасывая с себя весь вес этих чувств.

Отец слушал, кивал, лицо мрачнело с каждым моим словом.

– Деньги, – сказал он наконец, и это прозвучало как приговор. – Схема отмывания, скорее всего. Твой муж был либо соучастником – впервые пошёл на дело, либо подставным, Марго. Его могли банально использовать. Дали документы, может, ключ от ячейки, может, сам нал – не важно. Отправили на встречу. Убили. Забрали всё. А теперь ищут либо деньги, либо свидетелей. Может, ты знаешь что-то, мог тебе сказать по телефону. Думают, что у тебя что-то есть. Поэтому напали.

– Но у меня ничего нет! – я качнула головой резко, почти отчаянно. – Максим мне ничего не говорил! Вообще ничего! Мы с ним тогда разговаривали только о детях, что скучаем друг по другу, и всё. Он рассказал про гостиницу, где остановился.

– Неважно, – отец покачал головой медленно. – Они думают иначе. Для них ты – вдова курьера. Могла что-то знать, мог муж что-то рассказать перед смертью. Поэтому пришли. Хотели допросить, запугать, выбить информацию.

Пауза. Я глотнула чай, он хоть согревал изнутри.

– Тебе нужно съехать из вашей квартиры, – сказал отец твёрдо, глядя на меня серьёзно. – Туда нельзя возвращаться. Я помогу. Найду новую. Безопасную. В Москве, если хочешь.

– Кардинал уже предложил помочь с квартирой, – сказала я тихо.

Отец нахмурился:

– То есть ты от него помощь готова принять, а от меня нет? Марго! Я, в отличие от него, с тебя никогда не спрошу. А он спросит. Рано или поздно, но придёт к тебе за должком. Он такой, как я, а мы ничего не забываем.

– Я не планировала брать от него такую помощь. Только хотела попросить найти юриста, который смог бы провернуть сделку с банком по ипотеке, чтобы закрыть разницу и найти жильё поменьше. Может, даже в другой части города. Я бы перевела Артёма в другую школу.

– Почему?

– Ему, кажется, нравится Варвара.

Непонимающий взгляд.

– Его одноклассница – Варвара Кардиналова.

– Ого.

– Да. Я не думаю, что стоит давать шанс этому чувству. Подросток – быстро пройдёт.

– А если нет?

– Посмотрим. Он уже проявил себя и избил в школе старшеклассника, который напал на Варю.

– Силён внук. Молодца! – засмеялся отец.

– Кстати, – тут же насторожилась я, – откуда он знает твой номер? – прищурившись, я вперила взгляд в родителя.

– А как ты думаешь?

– Если ты следил за мной…

– Не следил, а присматривал.

– Хорошо, «присматривал». Если ты присматривал за нами, ты мог как-то наладить контакт с Артёмом, а этот жук мне ничего не рассказал, – обвиняюще.

– И правильно сделал, что не рассказал.

– Почему это?

– Потому что ты бы запретила. А он у тебя парень, Марго. Ты растишь мужика или сыночку-корзиночку?

– У него был отец!

– Да безвольным бараном был его отец!

– Пап! – как обычно, мы перешли на крик. Но я поняла, что даже получаю какое-то удовольствие от этого. Я сейчас уже не та девочка, что боялась папу и считала его чуть ли не богом.

– Ты права, – спокойнее. – Про мёртвых либо хорошо, либо никак. Год назад твой пацан затесался в нехорошую компанию. Возможно, это странно прозвучит от меня, но, когда мне ребята донесли, что он с щипачами таскается, я чуть ли не озверел. Мой внук и с мелкой шушерой таскается.

– Конечно, ему надо было бы начать с убийства.

– Не передёргивай. По моим стопам ему тоже идти не стоило бы. Я вообще не хотел, чтобы он вошёл в мою сферу деятельности. Думал, подрастёт, отправлю куда-то в Лондон твоё наследие развивать. Ты же не захотела учиться за границей, взбрыкнула тогда.

– Ты мне ультиматум поставил!

– Я был неправ, требуя от тебя аскезы на секс? У тебя сейчас есть дети, и что, твоё отношение к той ситуации не изменилось?

– Пап, ты показал мне договор с английской клиникой, в которой я каждый месяц бы проходила обследование на наличие девственности! – в порыве чувств я поднялась, ладонями хлопнув по столу.

– Поэтому ты, едва сорвавшись с крюка, отдалась первому встречному, который тебя обрюхатил? – тоже поднялся, отзеркалив меня.

– Он не был первым встречным, и забеременела я не сразу, – то, как мы орали друг на друга, наверняка было слышно и на улице.

Мы стояли так. Я всё ещё чувствовала спазм в желудке от того, что только что произнесла вслух, о чём молчала шестнадцать лет. Тяжесть слов повисла между нами, и на секунду показалось, что сейчас всё снова сорвётся в крик. Но отец первым отвёл взгляд устало, будто из него разом вышел весь запал.

– Ладно, – это прозвучало как капитуляция. – Я тогда перегнул. Но ты должна меня понять. Я хотел устроить своё будущее.

– Ты его строил по своему макету, а у меня даже не спросил, хочу ли я этого.

– Не могу не согласиться с тобой. Видимо, с возрастом у нас у обоих мозгов прибавилось.

– Видимо, – развеселилась и рухнула обратно на свой диванчик. Чай давно остыл, и пить его не хотелось. Я обратила внимание на пакеты, принесённые курьером, и решила переодеться.

– Ты ему доверяешь настолько? – спросил отец.

– Кому? – не поняла я, найдя носки и пытаясь откусить связывающую их нить.

– Кардиналову.

– Игорь спас мою жизнь, пап. И жизни моих детей. Я... я ему должна. Поддержал, когда не стало Макса. Это сильный поступок для постороннего человека.

– Это нормальный поступок для мужика.

Отец смотрел на меня долго, потом вздохнул тяжело, провёл рукой по лицу.

– Хорошо, – сказал он устало. – Но пойми, что даже в новой квартире тебя могут найти. Если они серьёзно ищут, найдут везде. Понимаешь?

– Понимаю.

– Оставайся под охраной. Не отказывайся от помощи. Пока не найдём, кто стоит за этим, кто заказал нападение. Я не смогу тут долго оставаться, дела. Ты же со мной в Москву не поедешь.

– Не поеду. Мне и тут нравится.

Я за очень долгое время вдруг ощутила себя снова девчонкой. Той самой, которая была влюблена в своего охранника, спорила с отцом, сбегала через окно на вечеринки и всегда, ВСЕГДА, была возвращена на плече одного из отцовских соглядатаев, которые ловили меня на полпути.

– Я устрою тебя, детей, всё будет безопасно, под контролем.

Я качнула головой медленно, глядя ему в глаза.

– Нет, пап. Я не хочу, чтобы дети росли под замком. Не хочу, чтобы они видели то, что видела я. Не хочу, чтобы они...

– Понял, – отец перебил меня коротко, поднял руку, останавливая. – Не поедешь. Хорошо. Как скажешь.

Он встал, обошёл стол, подошёл ко мне, обнял за плечи.

– Упрямая. В меня вся. В общем, в любом случае, я это дело не оставлю и уверен, раз Кардинал подвязался, он тоже не бросит. Тем более что для него это дело принципа – зачистить территорию.

– В каком смысле? – не поняла я, уже зашнуровывая замшевые ботинки.

– Твоего мужа убили на его территории, и он явно к этому не причастен. Не причастен ведь?

– Нет, они и знакомы не были.

– Это не обязательно.

– Я серьёзно. Думаю, он точно тут ни при чём.

– Может, он так расчистил себе путь? – толстый намёк на ещё более толстые обстоятельства – в духе папы.

– Мы с ним познакомились за пару дней до командировки Макса. Да и уже были моменты, когда он мог как-то проявить свои намерения. Но не проявил. Да и так себе улов: женщина не первой свежести с двумя прицепами.

– Марго!

– Но это правда. В глазах мужчин я выгляжу именно так.

– Ладно, как хочешь. Почти убедила. В любом случае, юрист с тобой сегодня свяжется. Квартиру поможет найти через риелтора, я напрягу ребят, и найдут толкового. О цене вообще не думай.

Я усмехнулась слабо, села на его диванчик и прислонилась к нему.

– Я сегодня улечу, но вернусь через пару дней, – сказал он, целуя меня в макушку. – Разберусь в Москве с делами, ребята уже шуршат, кто мог быть замешан, кто стоит за схемой. А пока будь осторожна. Береги себя и детей.

– Буду, – прошептала я. – Спасибо, пап.

Он отпустил меня, посмотрел в глаза.

– Ты не хочешь детей увидеть? – сказала я.

– Позже, – отец покачал головой. – Сначала разберусь с ситуацией. Потом увижусь с внуками. Передай сыну, что я горжусь им. Он всё правильно сделал.

Я кивнула.

Отец вышел первым. Я осталась в кабинете. Посидела ещё минуту, собралась с мыслями, вытерла глаза, выпила ещё чаю, ощутила, что он остыл и стал мерзким, но проглотила. Открыла последний, самый большой пакет и достала коричневую шубку из явно искусственного меха. Здорово. Если это заказывала сама администратор, её надо похвалить – я никогда не смогла бы надеть на себя мех несчастного животного.

Громов ждал у машины – стоял, прислонившись к капоту, курил. Увидев меня затушил сигарету и открыл дверь.

– Куда, Маргарита Арсеньевна?

– На мою квартиру…

– Не утруждайтесь, я помню адрес, – усмехнулся.

Мне стало неловко, а он ещё и добил:

– Вы прибарахлились? Так намного лучше и теплее, правда?

– Да, конечно.

Он кивнул, сел за руль, завёл мотор. Я устроилась на заднем сиденье, откинулась, закрыла глаза.

«И ему не интересно откуда я в ресторане взяла шубу и ботинки? Профи не задавать вопросы. А мне нужно забрать вещи. Переехать. Начать заново. В который раз уже? Сбежала от отца – начала заново. Вышла замуж – начала заново. Муж умер – опять заново. Напали – снова заново. Интересно. Я как-то раньше не задумывалась: у отца же наверняка враги были все это время, а на меня никто не вышел? Я же далеко не сразу вышла замуж и фамилию поменяла. Надо будет подумать по этому поводу.»

Машина остановилась. Я открыла глаза – мой подъезд, знакомые окна, знакомый двор. Неделю назад я жила здесь. Неделю назад у меня был муж, работа, обычная жизнь, планы на будущее.

«А теперь ничего нет.»

Громов вышел, открыл мне дверь.

– Я пойду с вами, Маргарита Арсеньевна, – сказал он спокойно. – Для безопасности.

Я хотела возразить, сказать, что не надо, что я справлюсь сама. Но вспомнила синяк на щеке, как меня били, страх.

– Хорошо.

Мы поднялись по ступенькам молча. Но ещё до этого, едва вошли в подъезд, я услышала какие-то странные звуки, похожие на многоголосый шум, работу кучи приборов одновременно и ещё каких-то инструментов.

Поднявшись на свой этаж, увидела двоих рабочих, которые вставляли в мою квартиру новую дверь.

«Дура ты, Рита! Тебе вчера все двери в доме вынесли, и входную тоже. Там небось всё обнесли за ночь.»

Рабочие пропустили нас с Громовым без звука. А внутри меня ждал очередной шок: целая команда в форме известной в городе клининг-компании наводила порядок в моей квартире.

– Это… Что это? – повернулась я к Громову. Потому что он сейчас был единственным доступным для меня источником информации.

– Игорь Игоревич распорядился, ещё вчера.

– Распорядился, говоришь? – меня охватило какое-то необоснованное чувство злобы.

«Ишь ты, распорядился он хозяйничать в моей квартире без моего ведома.»

– Квартира под нашей охраной и никакие маргиналы туд ане пробрались, не волнуйтесь.

“Дверь выбили как раз его ребята, и, в идеале, он её должен ставить. У меня была самая обычная входная дверь. А сейчас в квартиру устанавливали новую дверную коробку с таким полотном, что в нацбанке сейф охраняет собрат потоньше. Пофиг! Клининг зачем? Что за самоуправство? И я не какая-то неблагодарная фря, я благодарна. Очень даже. Встречу вот и отблагодарю парой ласковых. Что они все меня контролировать пытаются?! Что он, что отец! Столько лет жила без их контроля и раз что-то случилось, как зашевелились, словно я овца безвольная.”

Я прошла в спальню, зло топая, точно как обиженная Лиска, когда ей конфет недодали. Достала из шкафа большую дорожную сумку, начала складывать вещи, бегая по комнатам: одежду для себя, для детей, нижнее бельё, носки, тёплые свитера, джинсы. Документы из тумбочки выгребла: паспорта, свидетельства о рождении детей, свидетельство о браке, о смерти Максима, медицинские полисы. Фотографии из рамок на комоде: наша свадьба, Артём младенцем, дети постарше, Алиса на первом дне рождения…

Громов стоял в дверях молча, не мешал, просто присутствовал.

Я остановилась у кровати, посмотрела на неё – помятое одеяло, примятая подушка с моей стороны. Здесь мы спали с Максимом. Здесь он обнимал меня по утрам, целовал в шею, шептал что-то смешное на ухо. Здесь мы строили планы: отпуск летом, может, ещё одного ребёнка через пару лет, ремонт на кухне. А еще на эту кровать меня швырнул один из тех козлов, грозясь изнасиловать.

Передернула плечами от омерзения.

«Планов больше нет. Будущего с ним нет. Ничего с ним нет. Был человек, и теперь его нет.»

Я взяла ещё одну сумку, пошла в детскую. Собрала игрушки Алисы – любимого мишку, с которым она не расставалась, конструктор. Книжки Артёма – стопку фантастики, которую он читал перед сном. Его любимую толстовку с капюшоном, которую он носил до дыр. Одежду и личные вещи. Телефон на столе сына так и лежал с той поры. Его, конечно же, прихватила.

«Моим детям нужно вернуть понятную им стабильную жизнь!»

Вернулась в спальню. Подошла к комоду, открыла нижний ящик. Под стопкой старых свитеров, которые я давно не носила, лежала небольшая металлическая коробка. Я достала её, открыла.

Пистолет Макаров. Чёрный, тяжёлый, холодный. Громкий такой отголосок юности.

Отец дал мне его много лет назад, ещё когда я жила в Москве, до побега. На нём даже гравировка была «От папы, моей маленькой львице». Некоторым девочкам в этом возрасте дарят украшения, красивую одежду, а мне – пистолет и годовой курс обучения у профессионалов.

«Если что – защищайся. Не думай. Просто стреляй. Целься в центр массы. Два выстрела. Всегда два.»

Я училась. Стреляла на полигоне. Разбирала, собирала, чистила. Потом сбежала, вышла замуж, спрятала пистолет в комод и забыла про него на шестнадцать лет.

А теперь.

Проверила привычно – магазин полный: восемь патронов, затвор свободный, предохранитель стоит. Спрятала в сумку под одежду, прикрыла свитером. Коробку с запасными патронами тоже взяла.

В этот момент я как-то и забыла про молчаливо наблюдающую за мной скалу по имени Громов. Он как-то так мимикрировал под обстановку, что и из мыслей вылетел.

Я обошла квартиру ещё раз: кухню, где Максим пил утренний кофе и читал новости на планшете, ванную, где Алиса плескалась в пене, балкон, где Артём курил тайком, думая, что я не знаю. Забрала всё, что могло понадобиться. Две большие сумки стояли молчаливо в углу прихожей, а рядом приютился рюкзак Артёма с учебниками.

– Всё? – спросил Громов.

– Да, – я посмотрела на квартиру в последний раз. – Всё.

Он молча взял сумки, и мы вышли из квартиры.

– Эй, хозяйка, – окликнул один из рабочих, что ставил двери. – Тебе ключи что ль не нужны?

Как же сильно я в этот момент хотела ответить «себе оставьте!», но это уже было бы совсем детское поведение.

– Нужны, – лаконично бросила и протянула руку.

– Держите, – он протянул мне огромную связку с тремя комплектами.

К этому моменту из квартиры начали выходить уборщики. Последняя женщина стала мне отчитываться о проделанной работе, за что я её поблагодарила и спросила, сколько должна. Она взглянула на меня, как на душевно больную с четвёртой стадией рака мозга, и, тихо буркнув, что всё оплачено, ушла.

– Вы даже не проверите, хозяйка ли я? – спросила у работника.

– Нам вас очень чётко описали, – хмыкнул тот и, дособирав инструменты, ушёл.

Дверь заперлась очень легко. Мы спустились, Громов сложил вещи в багажник, сел за руль и завёл мотор.

– Куда, Маргарита Арсеньевна?

– Обратно, к детям.

Наблюдая в окно, как мой дом остается позади, я понимала, что там же осталась и моя прежняя жизнь.

«Кто я теперь? Вдова мужчины, которого подставили и убили? Мать двоих детей, которых чуть не забрали? Дочь криминального авторитета, которая сбежала и вернулась? Женщина под защитой другого авторитета, которому должна жизнь?»

«Кто я?»

Ответа не было.

От лица Кардиналова

Я сидел в офисе, разбирал бумаги на столе – отчёты, цифры, накладные, счета, рутина, которую надо делать независимо от того, что происходит вокруг. Подписал несколько документов, отложил в сторону, взял следующую стопку.

Но мысли были не здесь.

«Рита встретилась с отцом. О чём они говорили? Что она ему сказала? Про меня? Про то, что живёт у меня? Как она объяснила, кто я? А не всё ли равно? Чувсвую себя каким-то пацаном.»

Телефон зазвонил. Громов.

– Босс. Забрали вещи с квартиры Маргариты Арсеньевны. Везём обратно.

– Хорошо.

Пауза. Громов молчал, но я слышал, что хочет что-то сказать.

– Ещё что? Она тебя слышит?

– Нет, мы на заправке. Она осталась в машине, и я её вижу. Она взяла пистолет, Босс. Макаров. Судя по обращению с игрушкой, даже умела ею пользоваться. Может, Маргарита ещё в каком-то шоке, но она даже не подумала его от меня скрывать.

Я замер, положил ручку на стол.

«Пистолет. У неё был пистолет в тайнике. И она умеет им пользоваться. Почему не воспользовалась?»

– Понял. Езжайте.

Я повесил трубку, откинулся на спинку кресла, посмотрел в потолок.

«Она не такая беспомощная, как кажется. Вероятно и ножи в нападавших действительно она метала»

Телефон зазвонил снова

– Говори.

– Босс, утром в Кольцово прилетел Арс Чёрный, – голос Жени ПэКА спокойный, деловой, без лишних эмоций. – Рейс из Москвы, восемь ноль-ноль. Под настоящим именем – Черняев Арсений Петрович. Даже не на чартере, обычным рейсом, бизнес-класс.

Я замер, положил ручку на стол.

«Арс Чёрный. В Екатеринбурге.»

– Встречали?

– Семён. Не местный. Я пробил его. Московский казачок.

– Понял. Куда поехал?

– Пока не знаю, Босс. Долго по кольцевой катался, а потом в город заехал. Слежу. Как только будет что-то интересное – доложу.

– Хорошо. Держи на контроле.

Я повесил трубку, откинулся на спинку кресла, посмотрел в окно.

«Арс Чёрный. Москва. Федеральный уровень. Один из старых, серьёзных. Я под ним по иерархии. Зачем он здесь? Ждать проблем? Отмывание денег. Схема на моей территории, мимо меня. Приехал разбираться? Или кто-то ему доложил. Семен этот? Черт! Я вообще нихера не знаю о том, что у меня в области твориться! Значит, точно скоро встретимся. Объясняться придётся. Хорошо хоть начал копать. Концы есть, ниточки тянутся. Покажу, что работаю над этим.»

Я достал телефон, набрал Дмитрия.

– Слушаю, Босс.

– Информация по ТехноФинанс и Селиванову – как продвигается?

– Копаю, Босс. К вечеру будет полный отчёт. Селиванов чистый по документам, но есть нестыковки в движениях – встречи, которых в отчётах нет. «ТехноФинанс» тоже копаю, там заместитель директора Морозов – интересный персонаж, исчез без пыли.

– Ускоряйся. Мне нужно всё к вечеру. Максимум деталей.

– Будет сделано.

Я повесил трубку, встал, подошёл к окну. Город внизу – серый, холодный, засыпанный снегом. Становится всё интереснее. С предвкушением улыбнулся.