Текст книги "Нейтрал: падение (СИ)"

Автор книги: Джексон Эм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 33 страниц)

Глава 16

Самообман

Дениел не рассказывала Тиграну ничего о себе, но, несмотря на это, ей казалось, что он знает о ней намного больше, чем говорит. Иногда это прослеживалось в его взгляде. И Дениел не понимала: то ли ей это кажется, то ли действительно, так и есть.

Они стали видеться. Чаще и чаще. Она вообще уже начала считать, что у нее нет другого выхода. Макс в последнее время стал отрешенным. Она уже даже перестала его трогать. Интимных отношений у них уже не было очень долго, что наводило на Дениел тоску и непонимание: обычно с чем, с чем, а вот с этим у них с Максом проблем не было. Она все чаще покидала дом, в котором он сидел практически безвылазно, потому что смотреть на кислое пустое выражение его лица становилось невыносимо. Как начала она скучать по тому времени, когда знала его в молодости. Это был совсем другой Максим. И вот однажды, посетив Лику, она решила поведать ей о своем новом увлечении. Вот только то, что она начала говорить, повергло ее подругу в шок.

– Подожди, то есть ты хочешь сказать, что при живом Максе ты ходишь с человеком, который напоминает тебе его? – в словах Лики прозвучало необычайное удивление и даже упрек.

– Да, а что мне еще делать. Если до Максима я не могу достучаться.

– Дениел, ну о чем ты говоришь. Он ведь тебя так любит. Сейчас вы муж и жена. Он твой наставник. Вы хоть можете жить вместе. Если даже у вас есть временные трудности...

Все время, когда Лика говорила это, Ден сидела, отвернувшись от нее. При слове "трудности" она повернула голову к Лике с такой силой, что, казалось, ее шея сейчас сломается. Такого взгляда Лика не видела у Ден еще никогда. Будто она знала что-то. Полная уверенность в своей правоте, которая нечасто была у Ден.

– Он меня не любил. Никогда. Он любил свой воображаемый образ. Каким я никогда не стану. А ему, может, и не надо, чтобы этот образ даже был с ним.

Она осеклась и снова посмотрела в сторону.

– Ден, ну зачем ты опять накручиваешь все? Зачем снова ищешь проблемы на пустом месте? Перестань, это глупо.

– Глупо говорить на твоем месте о том, о чем ты не знаешь. Понимаешь, то, что Джексон бегал за мной, добивался чего-то, это было лишь все для него. Он не хотел чего-то для меня. Все, что он когда-либо делал, было лишь для него самого. Плюс еще последствия заклятия.

Дениел замолчала и опустила голову на руки, продолжив говорить в пол, так что Лике пришлось прислушиваться.

– А Тигран... Когда я с ним, мне кажется, что я снова с Максом, что вот всю жизнь знала Макса для того, чтобы когда-то встретить Тиграна и быть с ним.

– Ты врешь сама себе,– покачала головой Лика.

– Может, да, а может, и нет. Я счастлива, да?– спросила Лику Ден и засмеялась.– Когда я с Тиграном, я даже не думаю, что это он рядом со мной. Я все время вижу Джексона. Его походка. Легкая, невесомая, словно он не прикасается к земле. Эта улыбка. Такая искренняя, которая появляется нечасто, но при которой глаза озаряются теплым огоньком и надеждой. Улыбка, которая дарит любовь, и просто мягко поливает цветы в душе тех, кто ее видит. Макс уже так долго не улыбался, – Дениел тяжело вздохнула.– Я давно не видела эту улыбку. Именно ту, которая была у него в молодости, тогда, когда на нас еще все не свалилось. Этот нос, этот профиль. Плюс эта улыбка, эта привычка поправлять рукой волосы. Ему так самому всегда нравились его волосы, – Дениел замолчала.

Лика видела, что ей одновременно и приятно, и тяжело говорить. Но перебивать она не хотела. Для Ден все это было очень важно.

– А этот искренний светящийся добрый взгляд, когда он слышит какие-то хорошие слова от меня, который просто начинает сиять, будто звезда вдалеке. Эти глаза... Глубокие как два карих алмаза. А эта привычка наблюдать за мной, когда он думает, что я этого не вижу. И как он задумчиво потом смотрит, не отводя глаз, когда я наконец-то навожу на него взгляд. А эта скромность, безразличие к правилам, обществу...

– Так ты о Тигране или о Максе?– все же перебила ее Лика.

– Я о Максе. Может, часть Макса переселилась в Тиграна,– и Дениел захохотала ужасным смехом, от которого у Лики, казалось, волосы сейчас встанут дыбом.

– Перестань, перестань,– крикнула она, подскочила к Ден и стала ее успокаивать.

Та билась в припадке. Наконец, успокоившись, она проговорила:

– Ты, наверное, думаешь, что мы с Максом еще можем что-то вернуть? Я тоже хочу этого. Но ты ведь не видела его. То, каким он стал в последнее время. Того Макса уже нет. Того, которого я любила.

– Так ты что думаешь, что Тигран тебе его заменит?

Дениел скривила губы. Она не знала, что ее ждет дальше. Но нежелание возвращаться домой все росло и росло. Максим и сам ее уже не ждал. Ему было легче без нее. И ей стало казаться, что ему до нее совсем плевать.

– А что делать, Лика, что делать, если на месте наших с ним чувств теперь образовалась просто пустыня.

В это же время, Макс сидел у Линды и по своему старому обычаю предавался рассказам о своей несчастливой жизни. Это уже стало его излюбленным занятием, когда он находился в ее доме и ее обществе. В последнее время Линда стала немного по-другому смотреть на ситуацию. Она стала ее раздражать. Потому что если бы нытье переходило в эффективные действия, было бы другое дело. Раньше, когда они только начинали общаться с Максом, она во всем винила Дениел, потому что та мучила Максима, как ей казалось, не хотела быть с ним. В последнее же время Дениел тоже стала гостем ее дома. Линда, наконец, начала открывать ей не только свои двери, но и свое сердце. Она видела, что Ден неравнодушна к ее любимому воспитаннику. И поэтому слушать его речи в последнее время становилось все тяжелей.

При очередной фразе Максима Линда что есть мочи сжала кулаки. А он продолжал:

– Я так и не смог заставить ее полюбить меня. Показать и доказать ей, как сильно она мне нужна,– Макс говорил это так отрешенно и безучастно, что Линде могло бы показаться, что ему все равно, если бы это не было единственной вечной темой их разговоров.

Он вообще уже говорил это на автомате. Даже не понимая, о чем он говорит и какие у него аргументы. Линде ужасно надоело быть просто ушами. Макса не интересовала ее жизнь. Более того, она понимала, что он ее не уважает и ненавидит.

– Может, ты перестанешь закапывать все?– резко сказала ему она.

Он поднял на нее глаза, которые смотрели непонимающим взглядом.

– О чем ты?

– Да о том, что назови, пожалуйста, сейчас реалии твоей жизни. Ну, назови,– прикрикнула она, начиная выходить из себя.

– Что именно ты хочешь услышать?– скривился Макс.

Перспектива отвечать на ее вопросы его явно не устраивала. Он хотел просто продолжить свой концерт – монолог и потом спокойно, как и обычно пойти домой.

– Просто я уже начинаю поражаться всему абсурду, который ты плетешь, Макс! Ты что, ненормальный?– и она начала крутить пальцем у виска.

– С чего бы это?– начал злиться он. – Что тебе не понятно? Я ж не виноват, что там в этой белобрысой голове мозга нет,– и он постучал по своей голове, вроде как издеваясь над Линдой.

Она уже давно привыкла к такому отношению, поэтому даже не обиделась, и просто продолжила:

– Очнись, Макс! Послушай, нет, не отворачивайся! Ты послушай,– она всеми силами попыталась привлечь его внимание и вырвать его из пучины одному ему известных мыслей, чтобы он хоть понял то, что она будет ему говорить.– У тебя есть жена, твоя воспитанница. Хоть это и запрещено по канонам Организации. Но, видимо, это традиция Шветских.

– Не надо над ними смеяться,– злобно отрезал Макс.

– Так, а кто смеется? Ты что видишь, что я смеюсь?– перекривила его Линда.

– Когда я пришел в эту семью, я подумал, а почему я здесь не родился. Эта семья моя мечта, то, чего у меня никогда не было, – Макс опять стал горевать и плыть в мир своей печали и иллюзий, потому Линда его перебила.

–Так, а почему же ты сейчас не построишь свою, такую же? С Ден?

Он посмотрел перед собой, явно обдумывая что-то, потом покачал головой туда-обратно, в глазах его летали какие-то мысли, но он молчал, прикидывая что-то.

– Что, боишься ответственности? Или уж больно нравится жить во мраке? Так легче, да? То есть может ты и есть тот, с кем мы боремся, ты может один из тех, кому мы обычно помогаем?– Линда рассвирепела.– Так какого ты хрена,– она уже не на шутку разошлась.– Тогда протираешь свои штаны в Организации, если ты ничего сделать не можешь? Если ты ... ничтожество,– последнее слово она сказала так тихо, будто боялась сама произнести это вслух.

И сама испугалась своих слов. Замерла и просто смотрела на Макса. Он же продолжал сидеть абсолютно безучастный, смотря то в одну сторону, то в другую, поворачивая голову. Он продолжил свое, будто не слышал обидных слов Линды.

– Я увидел эту семью, посмотрел как Дениел, их ребенок там принята, и я захотел так же. Я захотел вдруг оказаться на ее месте. Мне стало так обидно, что у меня нет отца, которого я всегда так хотел, в котором так нуждался, который бы меня защищал, давал деньги, создавал мою жизнь. Я всегда хотел такого отца, как Сергей. А ее мать... Я бы все отдал за то, чтобы меня любили так же. Так же!– последние два слова он просто крикнул и опять сник.

– Макс, так стань отцом сам. И просто подари своему ребенку то, что ты хотел, чтобы было у тебя.

– Что? Я? Нет,– он стал двигать указательным пальцем вправо – влево.– Еще чего, никогда. У меня не было, так чего это я для других стараться должен. Я же выжил. Не выйдет с меня хорошего отца. Я не знаю как это. И никогда не знал.

– Макс!– Линда схватилась за голову.– Но ведь это, же был бы твой ребенок. Зачем ты как? Ты что ненормальный?

– Не знаю. Наверное, да. Наверное, я какой-то неполноценный. Все не как у людей, – и он едва заметно пожал плечами, уголки его губ опустились.

Терпение Линды сдало.

– Ты сам! Сам! – Линда вскочила и стала махать руками прямо перед лицом Макса.– Вечно сам все портишь! Ты меня достал!– и она разбила свою любимую вазу.

Осколки разлетелись по комнате, и один из них попал ей в глаз. Совсем маленький, но боль все нарастала.

– Что ты психуешь? Что, у этой больной научилась? Не думал что это заразно,– вышел из себя и затем снова сник Макс.

Ему было все равно, безразлично до происходящего вокруг него. Линде вдруг так захотелось раструсить его, чтобы он очнулся. От своего вечного сна, которым он уже ее действительно достал.

Она подскочила к нему, схватила его за плечи, и стала дергать из стороны в сторону. Внезапно с ним произошло то, что обычно всегда и происходило. Его настроение в один момент поменялось, абсолютная безучастность сменилась резким гневом, и он набросился на Линду, толкнув ее так, что она упала на пол и сильно ударилась. Он стал бить ее, нанося удар за ударом, даже не пытаясь рассчитать силу. Взгляд Линды встретился с его глазами, и она просто ужаснулась.

Такого зверского взгляда, такой ненависти она не видела еще никогда. За все свое существование Линда видела огромное количество злых, ненавистных глаз, но такие, как у Макса, впервые. Там не было человечности. Там не было даже боли. Просто безразличие и пустота. И еще раздражение. Словно она для него была каким-то насекомым, которое он хотел раздавить.

Он перестал ее бить, и просто сел рядом с ней на полу, опять думая о чем-то своем. Линда же даже не хотела на него смотреть. Едва слышно она просто промолвила:

– Уходи, уходи, прошу тебя,– еле слышно в жутком страхе прошептала она, еще автоматически прикрывая голову руками в попытке защититься от новых ударов.

Он лишь повернул голову, посмотрел на нее презрительным взглядом, плюнул на пол рядом с ее телом, приподнялся на руках, встал и промолвил:

– Да пошла ты! Идиотка!– кинул ей он, развернулся на каблуках, и покинул ее квартиру.

Он и сам не понимал, чего он сюда приходил. Наверное, потому, что у него не было друзей, а излюбленным занятием было плакаться, ныть, изливать душу. По крайней мере, Линде. Мир он видел сквозь черно-белую призму. Он не замечал ярких красок. Никак не хотел он раскрасить свою жизнь. Принести счастье себе или Ден. Его все устраивало и так. Он просто не мог понять, что существует просто счастье. А где оно? А какое оно? Он никогда его не видел и не знал. Это все равно, что уверять слепого, что есть на этой земле свет, описывать, рассказывать ему о нём, что это. Но для того, чтобы этот слепой мог поверить и ощутить, что же, все−таки, такое свет, необходимо, чтобы он прозрел. А Макс прозревать отказывался. Он просто не знал, для чего он должен прозреть. Да и никто ему, собственно говоря, и не помогал.

После разговора с Ликой Дениел опять не захотелось ехать к Максиму, в его логово, и она отправилась к Тиграну. Прямо с порога она бросила ему:

– А чего ты меня ни о чем не спрашиваешь? Кто я? Что я? Где я? С кем я живу? Чем я живу?

Тигран странно посмотрел на нее и ответил:

–Так, а зачем? Я и так все знаю.

– Знаешь что?

– Я знаю о вас все, Даниэла Сергеевна,– мягко улыбнулся он, затем продвинул вперед, усадил за стул и, обойдя ее, начал растирать ей плечи.

Она все время хотела повернуться назад, посмотреть на него, но он не давал ей это сделать.

– Откуда ты знаешь?– тихо, но чрезвычайно надменно и настырно проговорила она.

– Да кто вас не знает, Даниэла Сергеевна,– он обошел ее обратно и сел на кресло напротив, положив ногу на ногу и гипнотизируя ее взглядом.

– Что ты ко мне чувствуешь? Ты меня любишь?– спросила она его.

Он промолчал в ответ. Затем, наконец, сказал:

– Говорят, это чрезвычайно опасно. Это не приносит мужчинам счастья,– и он глухо засмеялся, а затем закашлялся. – Вот,– сквозь кашель проговорил он,– Вот – вот. Даже здесь уже плохо становится. Да ладно, я шучу. Расслабься,– сказал он.– Да, я влюблен в тебя Дениел. Я влюбился с первого взгляда, как только тебя увидел. Вот только все это мне не нравится. И если ты уже завела эту тему, то я хотел бы знать: что у вас с Максимом Руденко? Зачем ты живешь с ним?

– Он мой наставник,– потупилась Дениел.

Она спрятала взгляд от Тиграна. Он не мог этого не заметить, но все равно, как, ни в чем не бывало, продолжал.

– Ну вот, ты говоришь – он твой наставник, так и что. Ведь вообще-то по правилам Организации браки и любые личные отношения между наставниками и воспитанниками запрещены, поэтому это твой выбор: жить с ним или нет. Ты ему ничего не должна. И если ты его боишься, не любишь, опасаешься, если он тебе противен и ты хочешь просто исчезнуть, я не вижу проблем. Давай будем жить вместе. Хочешь, я сниму тебе жилье?

Дениел лишь усмехнулась.

– Поверь, вот с чем, а деньгами на жилье у меня проблем нет,– она засмеялась.– Если бы проблема была только в этом. А с чего ты взял, что я его боюсь?– спросила вдруг она.

Он отвернулся.

– Мой координатор Линда.

– А,– проговорила она.– И что, ты говорил Линде что-то о нас? – Дениел не на шутку испугалась.

– Нет, что ты. Зачем мне тебя подставлять и пятнать твою репутацию.

– Так, а как же ты?

Тигран махнул рукой.

– Да зачем тебе это знать, – и тут он резко перешел на другую тему.– Знаешь, я видел Макса в Организации. Я специально с ним познакомился. И что я хочу сказать? Он мне противен. Просто отвратителен. Все время, которое я с ним общался и присматривался к нему, у меня на языке крутилось одно слово: какой-то он неспособный. Разбитый. Никакой. Понимаешь?

Лицо Тиграна озарилось таким отвращением, какое Дениел еще никогда у него не видела. Ей захотелось вступиться за Макса. Она возразила Тиграну:

– Ты его просто не знаешь. Вернее, не знал. Раньше он таким не был.

Тигран поднял руку в знак того, что он не хочет слушать Дениел.

– Мне все равно. Я не живу им. Я живу тобой. Пусть мы с тобой знакомы недолго, но я хочу видеть тебя рядом с собой, – и немного промедлив, Тигран добавил.– Постоянно. Почему ты не хочешь сказать ему о нас? О том, что мы можем с тобой попробовать построить теперь счастливые отношения. Те, которые вы не смогли. Пусть даст тебе шанс.

Дениел лишь качала головой. Она не собиралась этого делать. Она просто не была намерена терять Макса. Тигран же не унимался.

– Почему мы не можем быть с тобой вместе? Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Ты вот хоть уже стала улыбаться. Но мне и то кажется, что ты улыбаешься не на полную силу. Что-то тебя еще сдерживает.

Он встал, подошел к ней и, наклонившись, стал гладить ее лицо, любуясь ею.

– Я бы не стал говорить все это, если бы не был намерен бороться за нашу с тобой любовь, а то вся эта ситуация, мягко сказать, меня не устраивает. Если бы я хотел легкомысленных отношений с тобой, это одно. А я хочу видеть тебя своей женой, просто своей. И счастливой.

Лицо Тиграна расплылось в улыбке, он нежно взял руки Дениел, и поцеловал каждую из них по очереди. Что-то содрогнулось в Ден в тот момент, когда он сказал про жену, ведь она уже была женой. Того человека, которого и любила, и боялась, и презирала, и ненавидела одновременно. Океан эмоций к Максу не мог перекрыть никто, даже Тигран.

К Тиграну она ощущала любовь, тепло. Но это, как монета без второй стороны. Такие монеты просто в природе не существуют. Нет, конечно, она еще не была готова оставить Максима. Хотя, его поведение и отношение к ней говорило об ином. Может, он это и заслужил. Дениел вдруг захотелось как можно скорее уже решить всю эту ситуацию с ним, которая тянулась вечность. Просто взять и разрубить этот узел между ними, который ей уже здорово надоел. И просто пойти дальше. Навстречу своему счастью. По крайней мере, так сейчас говорило ее сердце. И она проговорила Тиграну:

–Ты прав как никогда. Завтра я поговорю с ним.

Он снова взял ее руки в свои.

– Вот и молодец, милая моя, – и стал ее целовать, ласкать.– Ничего не бойся. Я с тобой. Он больше не посмеет тебя обидеть.

У Дениел так и хотели сорваться с языка слова, что Макс никогда ее и не обижал. Но она не смогла это выговорить. Потому что это просто было неправдой. Тигран же продолжал:

– Он просто дурак, не видит, какое чудо находится рядом с ним. А когда что-то не ценишь, это бесспорно у тебя заберут,– и он снова одарил ее своим поцелуем, лукаво посмотрев ей прямо в глаза.

Обычно, когда Макс так пристально смотрел на нее, ей становилось жарко, и одновременно она начинала смущаться, а так же улыбаться и чувствовать непреодолимое влечение и любовь к своему мужу. К Тиграну же она не почувствовала ничего. Лишь маленький укол какого-то неизвестного подвоха. И все.

Но, невзирая на все эти ощущения, Тигран накрутил ее, и Дениел поняла, что не хочет и не может больше жить с Максом. Она влюбилась, вернее, как она понимала, нашла пристанище своему сердцу у Тиграна. Он смог наполнить ее теплом, любовью, исцелить ее. Он был таким ласковым, нежным, заботливым, а Макс представлялся ей прямо каким-то зверем. Она забыла все тепло, каким ранее одарял ее Макс, все его нежные слова, его руки. Все это сейчас было уже не с ней. Проснувшись у Тиграна на следующее утро, она твердо решила сегодня найти Макса и наконец все решить. Она знала, во сколько он должен быть сегодня в Организации, поэтому, посмотрев на время, быстро собралась и поехала туда. Подождав его, она догнала Макса и предложила пойти поговорить.

– Ты опять не ночевала дома,– безразлично кинул Макс.

– Вот об этом я и хочу поговорить.

Максим пристально посмотрел на нее, пытаясь в ее глазах прочитать, что же она ему скажет, но так и не смог пока найти ответ. Потому остановился и стал смиренно ждать, что же она ему дальше скажет.

– Может, пойдем, сядем где-то?

– Да зачем,– махнул он рукой. – Тут тоже нормально.

И снова уставился на нее. Так и приглашая к разговору.

– Ну, говори,– наконец не выдержал он.

Промедлив лишь несколько секунд, Дениел без задних мыслей выдала все, что собиралась сказать.

– Ты же знаешь Тиграна?

Максим сжал губы и неуважительно посмотрел на нее.

– Я хочу быть с ним. Я уже достаточно долгое время с ним встречаюсь. И не собираюсь от тебя больше это скрывать. Я прошу развода. Я его люблю.

Макс нахмурил брови, его глаза скосились к переносице. Он не мог вообще понять свое состояние. Единственной его реакцией было:

– Что?

Дениел же, как ни в чем не бывало, с улыбкой на лице и крайне легкомысленно продолжила:

– Ты же сам видишь, что семейная жизнь у нас с тобой не складывается. Быть может, мы просто не созданы друг для друга,– она так наивно и по-детски это сказала, что, если бы, не вся ситуация, быть может, Макс бы зашелся смехом.

Но сейчас он просто почувствовал шок, будто землю выдернули из-под его ног. Как же это было лицемерно! И да. Пусть он не экстрасенс и не провидец, но как мог он это не заметить. Как он это не предвидел? Как он не осознал этот обман. Он стоял как статуя, пытаясь скрыть все чувства смятения, которые сейчас пылали в его душе.

–Да?– он поднял на нее печальные глаза, наполненные пустотой. – Ну, если хочешь, живи с ним.

– То есть, ты даже не против? – изумилась Дениел, почувствовав облегчение, когда он так просто и легко ответил.

Вправду, в то, что же он чувствует сердцем она вникнуть и не думала.

– Абсолютно. Нам уже давно пора расстаться.

– Ты что меня больше не любишь?

Максим молчал, стоя понурив голову. Дениел подошла и попыталась заставить его посмотреть на нее. Он лишь отодвинулся.

– Считай, что нет,– тихо и почти беззвучно проговорил он отрешенным безразличным тоном.

– И ты больше не будешь меня преследовать? Никогда? И дашь мне жить спокойно с Тиграном?

Макс усмехнулся и сплюнул.

– Только вот имя его поменьше говори, хорошо?– с той же натянутой улыбкой проговорил он.

– Хорошо,– просияла Дениел, как наивный ребенок.

Затем она сделала порыв, пытаясь его обнять, но он лишь отмахнулся от нее как от назойливой мухи, отвернулся и пошел прочь. Он сделал вид, что ему все равно, что он рад ее желанию. Но что-то в тот момент навсегда надломилось в его душе. Эта новость сразила его наповал, потому что была совершенно неожиданной. Чего-чего, но такого представить себе он не мог. Как его глаза не видели все, что происходит? Как мог он это пропустить? Почему не чувствовал даже уколов ревности? Он так увяз в своих надеждах на их нормальную семейную жизнь, что ничего даже не заметил. Нет, сейчас ему легче всего было просто удалиться. Его колотило, он не знал, что уже может помочь ему.

Более он был не намерен терпеть ее, спасать, выслушивать. Она разбила его сердце и свела его в жизнь в канаву. Сейчас, когда он уже думал, что все они практически выстроили, поняли друг друга и, наконец, обрели гармонию, она сказала этот бред. А быть может и не бред. Ведь это ее чувства. Что же, пусть она будет с другим. Может, он и есть ее настоящая судьба.

Теперь ему было просто все равно. Что ей вообще нужно от него? Теперь он никогда больше не собирается попадать на крючок любви. Да какой любви? Ее не существует. Тот, кто любит беззаветно становится обреченным и проклятым. Ты падаешь в такую яму, из которой тебя уже никто не вытащит. Всю жизнь он жил в непонимании этого. И тут до него дошло. Если он сам не вытащит себя из этой ямы, никто ему уже не поможет. И Дениел была причиной его страданий.

Единственное, чего ему сейчас безумно захотелось, это воспарить ввысь и навсегда улететь от этой ситуации и этой любви. Да и такого понятия, как любовь вообще. Вернуть он уже ничего не мог, но мог лишь двигаться дальше. Того Максима не стало в тот самый момент, когда он узнал об этом Тигране. Дениел потеряла его навсегда. Все и так шло к этому, а это было последней каплей. Он ведь раньше думал, что один не такой, как все, что она любит его. А она, оказывается, ему лишь лгала, не понимала его и не ценила. Злоба захлестнула Макса, свалилась на него, как снежная глыба.

"Ты когда-то поймешь все, но будет уже поздно",– промолвил про себя он.

Гордо подняв голову и обернувшись, все еще надеясь увидеть Дениел, которая осталась позади, ждать его возвращения или просто смотрит ему вслед. Но никого там не увидев, сердце Макса наполнилось такой немой болью, просто застыло во времени, стало наполняться прохладой и ледяной пустотой. Затем, издав глухой стон, и, опустив на глаза веки, которые, казалось, были каменными, настолько тяжело они легли, он просто закрыл глаза.

В этот момент Максим возненавидел и себя, и ее. За все, что было. Чувствуя себя крайне потерянным и забытым, брошенным, оставленным, одиноким, он яростно повернулся обратно и быстрыми шагами пошел прочь.

Перелистывая в голове все воспоминания, Макс долго не мог подобрать нужные слова. Все же он считал, что их встреча тогда, в доме Шветских, была судьбой. Просто так не могло совпасть столько событий, чтобы они встретились. Но теперь он ясно понимал, что судьба просто дала им возможность почувствовать, как хорошо им может быть вместе, чтобы двигаться дальше. Да, им когда-то было прекрасно вместе, но это был всего лишь урок в жизни, такая необходимая им обоим вещь, чтобы жить дальше. Максим смеялся над собой и чувствовал себя пешкой в руках Судьбы, которая дала ему возможность почувствовать себя живым и все. Теперь он понял, что то, что было между ними, был лишь стимул судьбы, им обоим необходимо было просто двигаться дальше, а они взяли и зависли. А необходимо было прожить свои жизни на максимум, и никогда не зацикливаться на будущем, ведь того, что было – не вернуть.

Они никогда и не смогли бы быть вместе. Хоть ему и казалось, что они могут отвести печали друг от друга, если будут вместе. Он был для Дениел просто примером, что такие люди существуют, но он такой не единственный, у нее другая судьба. Теперь он, наконец, понял правду, какой бы болезненной она ни была. Но как бы это, ни было странно, он боли уже не чувствовал. Ему было все равно. Все отбивалось от него, как вода от гуся.

Дениел стала звонить на его телефон. Посмотрев минуту на экран и подождав, пока звонок завершится, Макс лишь проговорил, плюясь:

–Ты сделала все, чтобы убить меня, раздавить, превратить меня из человека в животное, что же теперь ты хочешь? Что тебе еще надо? Добить меня? Нет, у тебя это не получится. Мне больше нет дела до тебя. Даже если ты будешь где-то сдыхать, слышишь, Дениел!– ее имя прозвучало эхом в темном переулке.

Макс стал биться руками о холодные грубые стены, не обращая внимания на боль. Да какое ему было дело до физической боли, если он только что лишился души, чувств, эмоциональных привязанностей. Его выжали. Все его внутренности вытащили из него. Он больше не был живым. Вместо крови, которая раньше струилась по его венам, он теперь чувствовал лишь застывший лед. Сердце окутали железные обручи. Он просто чувствовал, как они сомкнулись. Теперь его сердце больше не могло биться. И больше никогда не будет способно чувствовать любовь. Что-то сбилось в нем.

Дениел поехала со спокойной душой к Тиграну, она просто плыла в его объятия. Он действительно был рад ее видеть, стал целовать ее руки, глаза еще с порога. Она проснулась, открыла глаза и будто прозрела. Ее сердце стало наполняться теплом и необычайным светом. Тело стало трусить от чувств. То, что она сейчас увидела во сне, стало для нее открытием, она была поражена. Схватившись, она села на постели.

"Что я делаю? Где я? Как я могла это допустить? Где же Макс? Как он сейчас? Что он делает? С ним все хорошо?", – все эти вопросы молниями проносились в голове Дениел.

Как она могла так поступить? Только сейчас она почувствовала его, только сейчас она все поняла. Она вспомнила того мальчишку, которого когда-то так любила. Как она могла всю жизнь не понимать, что это он. Когда-то она смогла бы узнать его в толпе, но время смыло с него следы былой любви.

А ведь они когда-то были счастливы, они были свободны, вот только тогда они и жили. Там, в лесу. Несколько недолгих месяцев. Теперь прошло много лет. Столетий. Лошади сменились на машины. Даже придя к реке в Саргемине, они уже не увидят того, что было там в прошлом. Но судьба подарила им такой шанс. Она подарила им встречу. Ей, былой Мартине, и ему, ее любви, Жаку. И как они могли этот шанс упустить? Нет, она сейчас вернет его, она поспешит к нему. С кем она вообще лежит? Как она могла променять своего Макса, того человека, который все время жил для нее на какого-то Тиграна? Что произошло с ней? Какое затмение нашло на ее разум?

Она стремительно оделась, вызвала такси и мчалась сквозь ночные улицы к их дому, но он оказался совершенно пуст. Макса в нем не было. Телефон его молчал. Она осталась совсем одна, и лишь ждала звонка, смотрела то на телефон, то в окно. В голове промелькнуло: "Время не вернуть. Никто не в силах вернуть прошлое. Ничего изменить уже нельзя".

В мире, наверное, обязательно существуют несчастные купидоны. Кто же тогда еще посылает стрелы неразделенной любви? Кому, как не им, их посылать.

Выбросив это из головы, она поехала к Лике. Да, может прошлое вернуть и нельзя, но она постарается. Построить новое будущее. Завтра. С необычайной верой и воодушевлением заснула она у Лики.

Максима не оказалось дома, потому что после их встречи он поехал в Организацию. Ему срочно необходимо было узнать, что было между ними ранее. И он собирался сделать все, чтобы ему открыли всю правду. Он хотел все вспомнить, все, что было, и как это было для того, чтобы больше никогда не повторить этого в будущем.

Раньше он хотел прожить для нее всю жизнь. А теперь он собирался жить уже только для себя. И для того, чтобы идти дальше, ему необходимо было лишь вспомнить то, что было.

И действительно, пора пришла. Придя в Библиотеку, он смог забраться в ненавистное ему кресло, которым в жизни так и не мог управлять, и сегодня, о чудо, он смог проникнуть в чертоги своего разума, увидеть все, что происходило с ними со стороны.