Текст книги "Нейтрал: падение (СИ)"

Автор книги: Джексон Эм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 33 страниц)

Так что, почва для наступления была заложена просто идеальная. Да, на Земле, безусловно, уже появлялись, как в предсмертных конвульсиях пытаясь исправить все быстрей и быстрей то, что уже катилось как шар, стирая все на своем пути, подобие смерча, вбирающего в себя все. Те, кто начинал защищать землю, флору и фауну, повышали собственную духовность в виде медитаций, духовных практик, вели достойный образ жизни, но их было чрезвычайно мало по сравнению с теми, кто уже был поражен вирусом зла. Пока существуют такие как Дарий, которого можно подловить на его уникальности, избранности, вседозволенности и тяге к власти, и пока будут те, кто пойдет за такими, одержимые жаждой агрессии, наживы и прочего, процесс не повернуть вспять.

Зло испокон веков, рассеиваясь как саранча по миру, для возможностей своего влияния все более и более оседало в правящих верхах, а так же ловило тех представителей смертных, которые представляли правящую элиту, чтобы сделать своими марионетками. Каждого на своем. И стоило кому-то из них немного уйти с этого пути, протрезветь, как зло с новыми силами все более накидывалось на него и будто снова сыпало на него свой ядовитый порошок, окружая его проблемами, болезнями и прочим, чтобы вернуть на "верный путь", выгодный последователям Тьмы.

Последующие три недели пролетели для Максима как в тумане. По субботам он ходил на Тренинги, клялся себе каждый раз, что скоро станет новым человеком, изменится, но опять попадая к себе в обитель, просто продолжал вести все тот же образ жизни. За одну неделю он умудрился ввязаться в две пьяные драки, и когда ему уже окончательно все опротивело, он решил навестить Линду.

Да, пусть он ее терпеть не мог. Но друзей у него не было. Куда ему еще было обращаться? Он вообще подумывал на некоторое время переехать к Линде. Это были бы крайние меры для него. Сродни поездке в санаторий для наркобольных. Там бы он хотя бы был не один, и смог бы немного перестать пить и просто убивать себя день за днем своей депрессией и прочим.

Дениел он так и не видел после их той случайной встречи. Поменять чувства в себе к ней ему было не под силу. Необходимо было что-то менять. Как он уже ждал дня, когда мог бы официально, под видом наставника из Организации прийти к ней. Пусть даже с рабочим визитом. Правда, как он будет искать общий язык в общении с ней, этого он пока еще не понимал. Да. Какой же была абсурдной идея Организации выбрать наставником для нее именно его. Ему самому нужен был наставник. Вот тут, при этих мыслях, он и вспомнил о Линде. Направляясь к ее дому, он все равно опять купил алкоголь: виски для себя и ее любимое белое вино.

Он решил ей даже не звонить перед приходом: не будет дома, значит и не надо. Но по стечению обстоятельств она оказалась дома. А куда ей было ходить? Практически все свободное время от работы она просиживала в своих четырех стенах. Рисовала, просматривала фото, сделанные ею на природе, а так же случайные фото животных или людей. Так же ухаживала за собой, наводила красоту так сказать. Поэтому она была очень рада приходу Максима.

– Признаться, я не ожидала, что ты вспомнишь обо мне. Думала уже сама тебя навестить,– весело проговорила она, обращаясь к нему и убирая со стола и с пола гору разложенных фотографий.

– Вам нравится этим заниматься?

– Да,– сказала она, укусив нижнюю губу.– Надо же что-то делать.

– Может, создадите выставку своих работ? – поинтересовался Макс.

Линда улыбнулась.

– Может,– затем махнула рукой и добавила.– Да кому это надо. Есть еще сотни таких же как я. Я делаю это так, для себя.

Максим же брал фото одно за другим. Он не знал, было ли в них нечто особенное. Но его лично поражало лишь одно: Линда хоть вообще чем-то занималась. У нее были хобби. И работа, любимая ею. И где она находила время на это все? А он, человек, который чувствовал в себе огромный потенциал и, даже обладая миллионом идей, все лежал на своем диване, выпивал и плакался? А жизнь ведь проходила мимо. Если бы не деньги, которыми его обеспечивала Организация, он вообще не знал бы, как ему существовать. Хотя раньше он всегда видел себя в бизнесе, да и сейчас, в принципе, планировал туда вернуться. Нужна была какая-то встряска. Что-то, что отвлекло бы его от всех проблем. Убрало эту зацикленность. И где же все его силы? Почему он оказался абсолютно неспособным делать вообще что угодно?

Линда была очень рада любимому вину, которое Максим принес для нее. Она уже налила себе бокальчик и, расположившись, напротив на него на своем мягком кресле, по привычке поджала ноги под себя. Он опустил взгляд на ее приторно розовые мягкие мохнатые тапочки с баламбонами и едва сдержал смех. И к этому человеку он пришел лечить душу? Вот это дожился. Ему просто хотелось возвести руки к небу и хохотать без устали. Откуда в нем была такая неприязнь к Линде, он просто не понимал. Ну, была и была. Он ничего не мог с собой поделать.

– Линда, а правильно ли мы с вами поступили?

– О чем ты, Макс?

– Вот вы предложили мне соврать, и я это сделал. По вашему же совету.

Линда сделала еще глоток вина, пытаясь понять, о чем ей толкует Максим. Он продолжил:

– Вы говорили ни при каких условиях не афишировать мои чувства к Дениел. Но ведь получается, что мы врем. Это просто обман. И я подвержен субъективизму в сторону воспитанника.

– Я тебя умоляю, Максим,– Линда отвернулась и цокнула ртом.– Да все, неважно в каких они отношениях как эгоистичные организмы думают и действуют субъективно. А насчет чувств... А ты уверен, что они вообще есть? Как к такой как Дениел вообще можно что-то ощущать? Учитывая то, как она относится к тебе.

Максим был, как всегда, поражен.

– По-моему, вы единственная из Организации, которая так не любит Дениел. Вы ведь ее совсем не знаете, как вы можете делать выводы о ней? Может вам стоит чуть больше пообщаться.

– О нет, мне и так хватит.

– Ну как хотите. Я не намерен это обсуждать. Если я ее люблю, значит, она достойна этого. А просто я не достоин ее.

Линда поджала губы. Дениел она просто терпеть не могла, и не могла понять, что все в ней находили. Тоже мне. Оправдывать истерики и перепады настроения малолетки еще и тем, что она родилась под знаком скорпиона.

"Вот выдумали, тоже мне!", – пронеслось в голове у Линды.

– Так что ты хотел мне рассказать?– отвлеклась от своих мыслей она, обратив внимание на Максима, который сидел весь напряженный, как натянутая пружина.

– Да. Я потому и пришел сюда, чтобы хоть кому-то это рассказать. Я устал носить это все в себе, – и он начал яростно бить кулаком в стол рядом с собой.

На костяшках его пальцев проступила кровь. Линда решила не останавливать его. Ее сердце просто обливалось кровью, когда она смотрела на это все. Все более она наполнялась неприязнью к Шветской.

– Я влюблен. Я по-разному пытаюсь это скрыть, потому что я не знаю, есть ли взаимность этого человека.

– Так спроси это у нее.

– Так я уже спрашивал!– крикнул Макс.

– Прямо в глаза?– спросила Линда

– Нет. Не так, но она понимала, к чему я веду. Да, может, я боюсь ей все сказать в глаза. Понимаете, так у меня хоть есть призрак надежды. Пока она не сказала ни да, ни нет. А если скажет "нет", мир пойдет в пропасть, я начну себя по-всякому угнетать, зарывать, просто умирать в душе из-за того, что не чувствую взаимности. Иногда мне кажется, что я испытываю взаимное чувство, не передающееся словами и искреннее. Но следя за ее поступками, словами, я понимаю, что это не так, что это не более чем иллюзия.

Линда молчала и лишь подливала себе вина, вслушиваясь в рассказ Максима. Как бы хотела она, чтобы кто-то так полюбил и ее. Чтобы вот так мечтал о ней, жить без нее не мог.

Но невдомек ей было, что она видела лишь его сторону. Может, ей стоило пойти и поинтересоваться относительно ее чувств еще и у Дениел? Почему Линда никогда не хотела задать Максу главные вопросы? Допустим: а будешь ли ты любить Дениел, когда она уже будет тебе принадлежать? Или тебе просто нравится само состояние страдания, и ты просто любишь гоняться за иллюзией? С чего Линда вообще взяла, что Дениел была причиной страданий Макса? Ведь каждый выбирает все сам. Ему нравилось упиваться этим чувством. Только по своим, ему одному известным причинам и правилам. И пока Дениел не вмешивалась в это, он был вполне счастлив. Макс тем временем продолжал.

– Она холодная, жестокая, иногда очень грубая. Вроде бы и чувствует ко мне эмоции, но пытается их скрыть. Замкнутая что ли. Может она и любит меня, только пытается всякими различными способами показать, что ей плевать. Стремится показаться агрессивной, не эмоциональной.

При этом Макс возвел руку к потолку и, подняв палец, воскликнул:

– Да, я понял!!! Дениел все хочет сделать вопреки. Но!– тут он расцвел. Все его лицо озарилось светом.– Я не собираюсь оставлять ее до последнего. Даже если я буду единственным человеком, который будет верить в то, что она еще способна на добро, и оно в ней когда-то пробудится, я буду продолжать так думать, говорить и поддерживать ее. Наша любовь – это самое главное, может она просто еще это не понимает. Без любви она, как говорила мне сама, просто умирает. И еще она говорила: любовь должна прийти внезапно. Так, как пришла наша. Свалиться как камень сверху, чтобы ощутить, распознать, понять, что это именно то, что нужно человеку, что это его. Бывает ведь так, у людей есть все. Встречи, романтика. Но они не переживут любовь никогда.

Я сам, до встречи с ней, не думал, что такое вообще возможно. Но, как оказалось. А теперь я боюсь наших следующих встреч. Не то, что я боюсь этого человека, я боюсь именно этой встречи. Я опасаюсь того, что человек меня может даже не воспримет.

Но как было раньше, еще до смерти ее матери. У меня и тогда был такой страх, но он длился лишь до встречи. Но при ней она открывалась, я был открыт, я больше не боялся, она не боялась. Что бы мы ни делали, даже порой самое запретное и аморальное, мы друг друга никогда не осуждали. Не говорили: о Боже, ты это сделал? По-моему, это залог отношений. Особенно в долгосрочной перспективе. Чтобы ты мог принимать другого и сам даже в некоей мере разделять его интересы, плохие привычки, образ жизни. Чтобы косо не смотреть друг на друга.

Был какой-то сосуд, гравитация между нашими походками, словами. Я понимал, что ей это нужно, и она понимала, что ей это необходимо. Мы могли раскрыть друг друга. Нельзя чтобы было все одинаково. Надо чтобы было не так, но и совмещено,– Максим замер.

Он более не хотел говорить. Он даже и забыл уже о присутствии Линды в комнате. Забыл он и то, что вообще находился у нее дома. А она так заслушалась его, представляя при каждом его слове себя с каким-то мужчиной, что даже не заметила, как он остановился.

– А?– громко спросила она, наконец, осознав, что он более уже ничего не скажет.

И они оба рассмеялись, поняв друг друга. В этот вечер они больше не разговаривали. Просто Линда приготовила Максиму еды, и они смотрели телевизор. Может быть, впервые за последнее время Макс почувствовал себя как дома.

Глава 7

Капсула

В конце последней недели Тренингов Максима сфотографировали на память вместе с остальными участниками курса, некоторым из которых еще не нашли воспитанников, затем поздравили с успешным окончанием программы и выдали Сертификат. Он уже считался полноценным участником Организации. Теперь он мог спокойно облачиться в костюм, как он и хотел, ведь у него в голове работа ассоциировалась именно с черно-белым стилем. Этот костюм был для него даже необходим. Все необходимые документы для начала его работы были подготовлены в местном Отделе кадров. Максим, фактически, уже мог приступать к работе. Его координатором была Линда, но она перенаправила его к Арсению. Нашел его Максим не в кабинете, а на одном из этажей, после долгих поисков и расспросов. Арсений был, как всегда, чем-то очень занят, но в спешке успел объяснить, куда Максу необходимо подойти, чтобы получить координаты Дениел сейчас и дальнейшие инструкции относительно его действий.

Вооружившись терпением и пытаясь перебить свое дыхание и биение сердца, Максим направился к необходимому человеку. Им оказалась женщина, в Отделе, чем-то напоминающем большую человеческую библиотеку. Огромный зал, посреди которого были расставлены много прилегающих друг к другу горизонтальных столов, лишь с узкими проходами между ними. Везде сидели куча членов Организации. Пока что Максим видел такое количество людей лишь в Столовой. И то, там всегда их было меньше. Здесь же сегодня, видимо, был загруженный день. Сотни, а может и тысячи членов Организации сидели за столами как за рабочими местами, и каждый что-то вычитывал, отмечал себе.

Кто-то просто сидел в своем компьютере, который он принес с собой. Зал был щедро освещен светом, хоть в нем и отсутствовали окна. Был выполнен вполне в тоне Организации. Серебристые цвета, кое−где желтые отблески. Серые длинные столы и скамейки вдоль них. Серебристые стены, каждая из которых отбивала свет. В конце же этого огромного квадратного зала находилось примерно двадцать стоек, каждая с сотрудницей. Они сразу же напомнили Максу библиотекарш, хотя среди них были и парни. Все женщины были в белых кофтах и коричневых сарафанах. Парни же были в черных костюмах и белых рубашках с черными галстуками.

Никакой очереди не было. Практически все они стояли и улыбались. Причем, не Максиму. А просто так, доброжелательно, сами себе. Казалось, что они вообще не были живыми людьми, а лишь какими-то проекциями. Даже не роботами. И Максим скоро убедился в том, что это его догадки – это правда. Одна девушка подошла к парню за стойкой, нажала на какую-то кнопку, парень сразу же зашевелился. Поднял руку и по левую сторону от нее сразу же появились какие-то графы: разделы, цифры, возможности ручного ввода для поиска. Девушка что-то клацала, затем обратилась к нему. И он просто показывал все опять же на своих буквах, которые возникали рядом с ним.

Перед этими стойками располагалось несколько рядов с компьютерами Организации. Они были совершенно не похожи на компьютеры обыкновенных людей. Функций, да и клавиш там было намного больше. Вообще, сидение, на котором размещался человек перед компьютером, напоминало скорее кресло перед рулем автомобиля. Человек сидел, облокотившись. Его ноги действительно стояли на каких-то педалях, и он мог даже находиться, как понял Макс, в реальном режиме, наблюдая за жизнью его воспитанника сейчас.

Некоторые, еще находясь в этих прозрачных кабинах, которые Макс так и назвал сидениями автомобилей с экранами, исчезали оттуда. Будто куда-то катапультировались. Макс понял, что в эти моменты они, по всей видимости, переносились к своим воспитанникам. Когда место освобождалось, кто-то из зала обязательно шел и проделывал то же самое. Сначала своей карточкой проводил для того, чтобы прозрачная дверь– люк приподнялась, и он мог залезть в это подобие уже, как подумал Макс космической капсулы. Сев, человек начинал клацать по каким-то символам, которые появлялись перед ним, затем он уже непосредственно начинал просмотр чего-то. Наблюдая за тем, что не все исчезали с этих кабинок, Макс понял, что не все переносятся к воспитанникам таким образом. Многие просто просматривали последние кадры из жизни их, так сказать, клиентов, и затем просто покидали эти капсулы.

Максим застыл и не знал, куда ему двигаться дальше: к этим библиотекарям – роботам или в эту капсулу. И там, и там он не знал, что делать, на что нажимать и что спрашивать. Пытаясь понять, что же ему делать, он стал оборачиваться по сторонам: ну и чего же все так молча сидят?

"Пусть бы хоть кто-то другому слово кинул!",– выругался он про себя.

Действительно, сотни наставников сидели, погруженные лишь в свои дела. Максим психанул, развернулся и хотел уже уходить, как перед ним, как из-под земли возник другой наставник, лет тридцати со светлыми соломенными волосами и веселыми бегающими серыми глазами.

– Здесь все построено на самообслуживании,– шепнул он Максу. – Ты здесь в первый раз, я прав?

– И он подвинул его к скамейке. Они оба пролезли между скамьей и партой-столом и познакомились.

– Макс.

– Лотос, – ответил тот и протянул ему руку.

– Ты кто, Лотос? И сколько ты в Организации уже наставник?– спросил его Максим. – И объясни, как всем этим пользоваться?

Он окинул взглядом то, что было впереди них, затем провел еще и рукой в воздухе, махнул ей и, чуть было не плюнул. Все это казалось ему чем-то невиданным, словно он попал в открытый космос. Попросту сказать, он чувствовал себя дураком, и ему это не нравилось.

– Давай проясним,– начал отвечать ему Лотос, сопровождая каждое из своих слов движением рук. – Я, чтобы тебе было легче понять, так сказать, с Информационной поддержки. Меня Арсений прислал. Не наставник я. А сколько я в Организации?– тут пришел его черед махать рукой.– Эх, тебе лучше не знать. Не хочу тебя расстраивать, – и он улыбнулся Максу. – Значит так, система достаточно проста: вот эти капсулы, которые находятся перед тобой, многофункциональны.

Ты можешь использовать их в различных целях: для самосовершенствования, обретения новых знаний, – доступ ко всем возможным файлам, которые находятся в свободном доступе на нашей планете, ты найдешь в них. Информация на финансовых рынках, история, путешествия. Прямо сидя здесь ты волен перенестись, куда тебе будет угодно. Для этого необходимо лишь дать правильный запрос в твоем сознании. Для этого, поместившись в капсулу, ты должен быть максимально расслаблен как в состоянии транса. В таком состоянии твоя душа наиболее пригодна для перемещений. Если же тебе нужна информация о твоем воспитаннике, – его прошлом, том, где он находится сейчас, какие-то биографические данные членов его семьи, – тоже давай запросы на появившейся перед тобой клавиатуре. Также ты можешь перемещаться в пространстве, находясь в этой капсуле. Что же, это все нужно по ситуации. Ты, оказавшись там, все поймешь сам.

– А в прошлое можно перенестись?

– Нет. Ты можешь посмотреть его как фильм. И то, если у тебя будет доступ. Вынужден тебя огорчить: как бы для тебя все это красиво не звучало, для тебя пока что почти все секции закрыты. Доступ открывается лишь по мере того, как сотрудник достигает каких-то высот в Организации. Вот у Дария есть ключи ко всем секциям. И не только доступным в этом зале. Тебе будет открыто,– при этом Лотос стал загибать пальцы.– 1. Биография твоего воспитанника, 2. Твоя биография, 3. Местонахождение твоего воспитанника, 4. Доступ к отчетности,

5. Информация с энерго-информационного поля Земли без перемещения туда, то есть читай историю Древнего Египта и смотри картинки, находясь здесь. Но дальше: "ни – ни".

– Ну и ладно, меня и это пока устраивает. А из капсулы я могу перенестись к своей воспитаннице?

– Только в случаях крайней необходимости.

– Мне еще говорили, я смогу ее исцелять, каким образом? Я ведь не целитель и не знахарь.

– Опять же, если это будет необходимо, тебе это сообщат.

– Так, и теперь относительно Болдинов.

– Кого?

– Бол-ди-нов,– по слогам повторил Лотос. И показал рукой на людей– роботов, практически все из которых были сейчас заняты. – К ним тебе обращаться пока не нужно. Через них идет обмен сообщениями между членами внутри Организации. Отправка отчетов, вопросов, приглашение на встречи, конференции. Причем, не только в пределах твоей страны. Ну, все, дерзай, – и он быстро встал и уже начал направляться к выходу, как Максим быстро подскочил, поняв, что он уже уходит, и быстро буркнул ему.

– Спасибо.

Тот кивнул и снова хотел молниеносно мчаться дальше. Максим опять остановил его.

– Подождите.

– Что еще?– Лотос опять посмотрел на него, не понимая, что он еще хочет.

Ведь они вроде уже обо всем договорились, и он ему объяснил все, что Максу следовало знать.

– А вы не можете? – Максим медлил с вопросом, это уже начало раздражать Лотоса, он спешил.

– Что? Я могу все,– улыбнулся тот. Затем быстро поправился.– Ну не все, конечно. Но,– он прищелкнул пальцем.– Практически все. Кстати, Максим, да?

– Да.

– А у тебя есть работа?

– Ну вот, в Организации.

– Нет-нет. Помимо Организации у тебя ведь есть еще жизнь. Простая человеческая работа? Не можешь же ты вызывать подозрения! Ты ведь проживаешь где-то, зачем нам пересуды: кто ты, что ты, чем занимаешься. Каждый работник Организации, который функционирует здесь как наставник, должен быть обеспечен работой, чтобы жить в социуме, не привлекая к себе внимания. И вообще быть занятым. Понимать людей.

– Я и так человек.

– Ну вот. И даже так говорить!– Лотос засмеялся.

– Если вы об этом, – поспешил ответить ему Макс.– У меня была работа. Должна была быть, верней. Ну, об этом я поговорю с...

– Просто ты мог бы в капсуле...

– Так, послушайте, я спрошу об этом у Линды.

– Линда твой координатор?– Лотос сморщился.

– Да.

И Максим поднял брови, даже выпучил глаза, пытаясь всем этим выражением лица дать понять Лотосу: а что такое? В чем проблема?

– Линда практически никогда не берет себе никого в подчинение. У нее достаточно других обязанностей.

И тот причмокнул, недовольно скривив лицо.

– Да ладно, проехали. Хорошо, спросишь у Линды. Пусть она займется этим, а так, в капсуле,– он поднял руку, чтобы Макс дал ему договорить.– Ты мог бы выбрать в уровне для начинающих то, что тебе интересно, и Организация приложила бы все усилия, чтобы помочь тебе устроиться именно на ту работу, которую ты хочешь. Возможности, деньги и так далее.

– Да я собираюсь вернуться в бизнес. У меня были совместные дела с Сергеем Шветским.

Пришла очередь Лотоса округлять глаза.

– А кто твоя воспитанница ты говоришь?– практически с открытым ртом спросил он.

– Даниэла Сергеевна Шветская,– отчеканил Максим.

– Да ладно, ты что, смеешься надо мной? Чего ты так официально? Можно было сказать и просто Дениел. Как будто, я не знаю, кто это, – и он искренне рассмеялся. – Ты знаешь, Макс, я впервые увидел Даниэлу еще, когда ей было лет шесть,– и он показал примерный рост маленького ребенка, невысоко от пола. – Вот она была смелая и игривая. Не такая, как ты. Она не спрашивала, что и как. Нет-нет, – он пригрозил Максу пальцем в воздухе. – Влезла в эту капсулу и все. Сережа очень часто приводил ее в Организацию. Эх, такая семья, такие люди. Если бы все такими были.

Макс наблюдал за Лотосом, пока тот говорил это. Того охватила необъятная ностальгия. Взгляд его улетел куда-то вдаль, казалось, он полностью перенесся в прошлое. В то время, о котором рассказывал.

– Я опасаюсь того, что этот мир слишком жесток для Даниэлы. Поддержи ее в это непростое время!– и он сжал руку Максима под рукавом.

– Так может, вы встретитесь с ней сами? – спросил его Макс.

– Да она вряд ли меня помнит. Мы ведь только в Организации виделись. Ну, может мне еще когда-то повезет, и я с ней поработаю плечом к плечу тоже,– подмигнул он Максу.– Так значит, ты у нас "вип– наставник",– улыбнулся он.– Что же, раз так, давай я тебя проинструктирую первый раз в капсуле,– и он двинулся по направлению ко всем этим агрегатам.

Все оказалось гораздо легче, чем представлял себе Макс. Когда полукруглая прозрачная дверца открылась, он залез внутрь. Все было очень комфортно. Казалось, эта "маленькая машина" понимает и чувствует каждое движение мысли Макса. Теперь он понял, почему Лотос советовал ему очистить сознание и расслабиться. Пока его преследовал поток мыслей, информация мигала перед ним как на испорченном приемнике. Так продолжалось достаточно долго. Ну, по крайней мере, так казалось Максу. Более всего ему было стыдно за себя. Постоянно присутствовало ощущение того, что если кто-то будет наблюдать за ним и вот этой его первой попыткой погрузиться в мир этой злосчастной капсулы, то он сможет вдоволь насмеяться.

Это как при езде на машине. Если ты чувствуешь машину и расслаблен, вы с ней одно целое, и ты просто наслаждаешься процессом. Но Максим никак не мог себя отпустить. Он уже хотел покинуть это вовсе, но сидение под ним превратилось в массажное кресло. Воздух вокруг него наполнился свежестью и ароматическими маслами. Он, наконец, начал расслабляться. Он и сам не понял, как его сознание стало таким гладким, как море во время штиля. И тут его подсознание выдало первую мысль, которая была ему сейчас самая важная: где Дениел? Я хочу туда перенестись.

Не успел он подумать об этом, как уже очутился в каком-то спальном квартале Москвы среди высотных домов. Он не понял: приземлился ли он или просто возник здесь ниоткуда. По крайней мере, чувствовал он себя не очень. Его закачало. Создавалось такое впечатление, что он состоит из миллиона своих клеток, и каждая из них еще не поняла, что пора объединяться в одно целое и снова становиться просто Руденко Максимом. Все, он на месте. Он встряхнулся.

"Ну, я и вспотел",– провел он по верху своей спины рукой, сняв пиджак.

Да, он здорово напрягся в этой капсуле. Сейчас он и представить себе не мог, как все те, за кем он наблюдал, могли так легко управлять всем миром, в полном смысле этого слова, этой капсулы.

Главное, наверное, сначала понять самого себя. Взять себя в руки. Понять, чего я конкретно хочу, и сосредоточиться на этом, подытожил для себя Максим. Но если бы на практике все оказалось так же легко, как и в теории.

"Может со временем будет легче",– обнадежил себя он.

Но отметил, что в ближайшее время это делать он не намерен. Он вернется в капсулу только по случаю крайней нужды. Он так погрузился в свои мысли и ощущения себя, как спортсмена после трехчасовой интенсивной тренировки в зале, что и забыл о том, что он вообще делает здесь.

Макс поглядел на часы. Было около семи вечера. Солнце уже начинало заходить. Немного постояв на месте, наконец придя в себя, и осознав, для чего он здесь находится, он уже начал сомневаться в том, что сумел правильно переместиться: быть может, он дал неправильный запрос? А он вообще находится в Москве? Здесь его чуть не хватил удар! Он судорожно начал проверять свои карманы, и убедился в своих предположениях! Конечно же! Все свои деньги и документы он оставил в Организации. Даже мобильный телефон он сдал при входе в ту чертову "Библиотеку". Лелея лишь минимальную надежду, что он все же находится в Москве и сумеет хотя бы пешком, пусть и за долгое время, но все же дойти обратно до Организации, он пошел дальше. Все это время он пытался постоянно думать о Линде, мало ли, а вдруг сработает, и она почувствует его призывы. Но все бесполезно.

" Да. Я неудачник",– засмеялся он сам с себя.

Но тут он понял, что ничего он не ошибся, и все правильно сформулировал. Растерявшись лишь на минуту, он быстро попытался взять себя в руки и уже сосредоточиться в ситуации. На другой стороне улицы перед собой он увидел Дениел, которая шла прямо на него. Она все приближалась, не замечая его. Она просто шла и смотрела лишь себе под ноги.

Недолго думая, Макс быстро перешел маленькую дорожку, разделяющую их, и оказался прямо перед ней, выскочив и напугав ее. Но испуг Даниэлы в момент сменился раздражением. Она подумала, что он специально ее выслеживал.

– Как ты меня нашел? Ты что меня преследуешь?

– Да нет, мне помогли тебя найти. Я бы сам никогда тебя просто так не побеспокоил,– соврал Макс.

– Это что, Дарий меня сдал тебе?

– Дарий? Нет, нет,– вдруг засмеялся Макс.

– Что смешного?!– рявкнула Ден.

– Да просто у нас с Дарием, скажем так...Я и сам, конечно, не понимаю почему, – замялся Максим.– Но не лучшие отношения. Мне дали твои координаты в Организации. Вернее, я сам их взял.

– Ты что, украл их?

– Давай не будем об этом,– Макс, как вспоминал об этой капсуле, так ему уже становилось тошно.

Пересказывать эти ощущения он точно не хотел. Но вспомнив, что Дениел как-то в ней сидела, он, все же, решил ей об этом сказать. Она лишь посмеялась, когда он пересказал ей свои ощущения, даже немного смягчилась, по-видимому благодаря приятным воспоминаниям прошлого.

– Да ты просто ничего не понимаешь, – она продолжала смеяться, смотря на уставшего Макса, который просто ненавидел то, о чем он ей рассказывал.– Это же лучшие моменты. Эта "Капсула", как ты ее называешь, – место для обучения, расслабления, получения знаний. С ней ты можешь все. Куда там всем компьютерам и учебникам. Просто ты должен уметь отдаваться этому. Тебе должно хотеться пойти дальше, стать невесомым, отбросить это свое физическое тело, развязать эти цепи, которые держат тебя в мире плоти, как говорил папуля, и потом ты сможешь воспарить куда угодно и получить все, что ты хочешь узнать.

– Ты теперь живешь где-то здесь?– Максим окинул взглядом бедный район вокруг него.

Он, как и Линда жил в центре.

– Да,– ответила Дениел и отвернулась от него.

– Это что, Организация тебе снимает здесь жилье?– удивился Максим.

– Нет, я живу у Лики. Помнишь, я тебе говорила.

– Да,– перебил ее Макс.

Ком подкатил к его горлу, когда она снова завела эту тему. Он все еще в это не верил, даже сейчас, глядя на нее, он не понимал, правда это или нет. Но об этом он решил поговорить позднее, или вообще не затрагивать эту тему сегодня. Лучше, как лучше.

– Так почему ты не хочешь ее забрать и жить там, где это может предоставить тебе Организация?

Дениел посмотрела на него в упор, не отводя взгляд.

– А какая разница? Я не понимаю, о чем ты толкуешь, Макс. У меня уже был дом, в который я никогда не вернусь. А где я сейчас, это уже не важно. Да и не согласится Лика никогда жить там, где это будет оплачивать Организация,– отрезала она.

– А у Лики есть наставник?

– Да, разумеется. Она на это согласилась. Как ни странно,– промямлила про себя Дениел.

– И кто он?

– Я нечасто его вижу. Парень какой-то.

Макс отметил про себя, что первой его задачей будет узнать, кто он, подружиться с ним, чтобы узнать все про отношения Лики с Ден и вообще внедриться в общение к ним.

– Макс,– вдруг начала она мечтательно и очень грустно.– А что теперь будет с нашим домом? Ну, с тем, где мы жили с мамой?

И она так заглянула в его глаза, что он чуть не упал с ног. Он и сам бы поинтересовался о доме Шветских.

– Может, наведаешься туда?

– Нет, туда я не войду больше никогда.

– А может?

– Нет, Макс. Я хочу, чтобы все осталось в моей голове так, как я это помню. Мамин смех, все наши вечеринки, вечера с папой, наши игры в детстве. Все должно быть наполнено чем-то живым. Будто все мы еще находимся там. И все так и есть. В моей голове. А если я войду теперь туда, там будет просто пустота. Такая тишина, которой можно испугаться. От нее можно сойти с ума. То, что вывернет мою душу, потому что я окончательно пойму, что все кончено. Что это все прошло. Что вроде все осталось прежним: стены, комнаты, мебель. Вот только все это уже мертвое. Потому что нет самого главного. Основной составляющей: людей. Нет, я никогда больше не вернусь в свой дом. Только в воспоминаниях.