Текст книги "Нейтрал: падение (СИ)"

Автор книги: Джексон Эм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 33 страниц)

Она принялась упираться.

–Так, Даниэла, ты сама во всем виновата. Смотри сюда, – Дарий начал загибать пальцы напоказ. – Я тебе предлагал самой стать членом Организации? Предлагал. Если бы ты приняла мое предложение, сейчас бы уже ты устанавливала правила игры. А так тебя осудили за отказ, и выставили в разряд потенциально опасных Темных, в силу твоих родовых особенностей. Вспомни, чем занималась твоя мать. Вот и все. Надеюсь, я доходчиво объяснил?

И он присел.

– Чего вы так со мной разговариваете? Что с вами произошло?

– А что? Что произошло?– начал перекривлять ее Дарий.

– Вы стали каким-то другим. Желчным. Из вас просто брызжет злоба. Никогда еще не видела ни одного такого, как вы в Организации.

– Ой, кто бы говорил. А как же твой милый папаша?– Дарий оскалился.

– Не смейте трогать моего отца!– крикнула Дениел.

– Давай, давай. Как я уже соскучился по твоим истерикам,– передразнил ее он.

– Вы пожалеете, – и она практически выбежала из кабинета, с желанием найти Катрин.

Понимая, что спрашивать кого-то бессмысленно, она лишь сосредоточилась и усиленно подумала о ней. Затем попросила подсознание подсказать ей местоположение той. Первое, что пришло ей на ум, была Столовая. Она, недолго думая, направилась туда. И не ошиблась. Действительно, Катрин сидела там за одним из столиков в гордом одиночестве. Она лишь ела подобие десерта какого-то приятнейшего ядовито– голубого цвета

– Амброзия?– поинтересовалась у нее Даниэла, приближаясь к ней.

– Ой, девочка моя, привет! Ты пришла к нам! – быстро поднялась та со стула и поспешила обнять Даниэлу.– Да, амброзия. Надо наращивать силы. А то неизвестно, что ожидает нас завтра.

– Что, грядут Темные времена?– засмеялась Ден.

Катрин посмотрела на нее в упор, затем, не желая ее расстраивать или вообще нагнетать обстановку, плюс она знала позицию Дениел по поводу Темных, и потому решила сдвинуться с этой темы, но сказать смежную с этим вещь

– Дениел, никогда не думай, что ты сможешь приручить зло.

– В смысле?– искренне не поняла ее Дениел.

– Просто, учитывая, что ты стоишь одной ногой в мире Света, и другой – наряду с силами Тьмы, если ты когда-то посмеешь предположить, что твоя принадлежность ко второму миру дает тебе преимущество, и ты начнешь насыщаться этой мощью, знай – это самообман. Никто еще не смог прижать горло злу. Заключить его в свой кулак. Накинуть на него цепи.

Попадая в кого-то, зло настолько быстро разрастается по нему, как метастазы рака. И, как и при раке, действовать можно только на начальных стадиях. Бесспорно, – выдохнула Катрин.– Даже и когда уже кто-то обессилит, и зло его практически поработит, у него все равно остается своя воля, и каким бы слабым он уже ни был, Бог может повернуться к нему и помочь ему спастись. Для этого необходимо искреннее раскаяние и желание перемен.

– А почему вы полагаете, что я хочу поработить зло? Хочу управлять им? Нет, просто во мне есть и то, и другое.

– И тебе не страшно? Что ты собираешься с этим делать? Что ты решила?

– Вы опять начинаете говорить о выборе стороны. Давайте не сегодня. Вот Дарий,– тут Дениел осеклась.

Она просто хотела противопоставить его слова изречениям Катрин. Он пока что был единственным знакомым Дениел, который считал ее коктейлем. Советовал ей научиться объединять в себе две эти стороны. А не выбирать одну из них. И хотя она до сих пор не понимала, каким образом можно это сделать, все же к этой идее она склонялась наиболее всего. Ведь даже если спустить какую-то из сторон в тень, это не значит, что ее не станет вообще. И это все равно будет частью ее самой. А тяжело жить, пока что-то в тебе отвергается тобой самим.

– Что Дарий?– при этом губы Катрин сжались.

– Не важно. Кстати, я чего вообще вас искала. Что происходит с Дарием?

– А что с ним происходит? – пожала плечами Катрин.

Она прекрасно поняла смысл вопроса Дениел, но хотела лишь услышать позицию девушки по поводу этого, которая либо развеяла бы ее сомнения, либо еще более их укрепила.

– Я видела много сторонников Тьмы. Даже друзей мамы,– Даниэла заглянула куда-то в себя, по всей видимости, оживляя в себе воспоминания.– Он стал выглядеть очень лукаво и злобно. Речи его были совсем не такие, как обычно. Без тени былой теплоты.

– И как ты думаешь, что это с ним?

– Не хочется вас огорчать, но вы же знаете, я с детства общаюсь и с теми, и с теми. И с Дарием произошли страшные перемены. Это уже не тот Дарий. Я не знаю, кто в него вселился или это он сам. Но его нужно спасать. Мне даже страшно стало.

Катрин лишь хмыкнула в ответ

– Но вы ведь ...

– Если что, то Дарий как раз сделал то, о чем я тебе только что говорила. Выбрал сторону. Он вообще всегда был белой вороной в Организации. У него нет сострадания, и вообще, души. Я его безмерно уважаю, но все же, со временем все человечное и божественное в нем все более погибало.

– Так, а какой вообще смысл его существования? Я не понимаю. Ведь каждый из вас, работников Организации преследует одни цели, вы живете не для себя, а для других.

– Нет, нет, малышка, мы живем для себя, помогая другим. Вот так,– улыбнулась Катрин.

– Ну да. Вы осуществляете высшее благо абсолютно бескорыстно, ничего не требуя взамен, жертвуя на это свою жизнь.

– Ничего мы не жертвуем, это и есть наша жизнь,– снова улыбнулась ей Катрин.

– А Дарий?

– А что Дарий?

– Каковы его мотивы членства в Организации?

Катрин поникла.

– Тебе лучше не знать. Я никому не хочу об этом говорить потому что, быть может, только я и знаю правду. По крайней мере, я могу предполагать. Ну, хотя бы верхушку айсберга я знаю.

– И в чем она заключается?– поинтересовалась крайне заинтересованная Ден.

Любопытство одолело ее.

– Существует много того, что о Дарие не знает никто. И не потому, что они не хотят этого видеть или он им не говорит. А лишь потому, что он тоже живое существо. А что есть у каждого из нас?

– Что?– быстро спросила Ден.

– Прошлое. Прошлое, деточка, прошлое. От этого не уйдешь. И он заблуждается, думая, что я его не узнала. Если он меня не узнал – это лишь его проблемы.

– Вы знали его в детстве?

Катрин отвернулась, не желая сначала отвечать Дениел. Затем она посмотрела на нее в упор и ответила:

– Мне посчастливилось, ну если можно так сказать, допрашивать Дария перед судом истины после смерти в одной из его прошлых жизней. Он и сам сейчас не понимает, чего он так раздосадован. Все ведь лежит очень глубоко, в глубинах его памяти и подсознания. И он, даже помня все это, не хочет признать, что именно это и тянет его вниз и дает осадок неудачи. Вот только он всегда ошибался. Потому что верит в свое всезнание и всемогущество.

– А в чем он ошибался?

Катрин так и подмывало все рассказать Дениел, но она решила, что все же ей стоит промолчать. Все же эта правда принадлежала только Дарию. И, несмотря на ее отношение к нему, она не собиралась ничего разглашать.

– Сейчас он так раздосадован, потому что осознает, сам не понимая почему, что все идет наперекос его планам. То, чего он хотел достичь, ускользнуло от него. Хотя он и не попытался к этому дотянуться. Он не сделал абсолютно, – Катрин подняла второй палец правой руки.– Повторю, абсолютно ничего.

– Так в чем это заключалось?– никак не уставала интересоваться Дениел.

Но Катрин сделала вид, что пропустила этот вопрос мимо ушей.

– На самом деле, Дарий крайне интересная личность. Он и сам не догадывается, насколько. В нем есть внутренний стержень. Именно он и оберегает его от зла. У него есть свое мнение. И много из Темных сущностей не в состоянии воздействовать на него, вливаться к нему, подсаживаться к его ауре и манипулировать им. Да. Дарий все же не зря в Организации. Но он никогда не воспринимал то, чему он служил как что-то иное кроме источника власти. Не вдавался в смысл всех своих функций, извечно преследуя лишь какие-то свои призрачные цели. Кто знает, быть может, если бы в начале его пути с ним не произошло то, что было тогда, он бы и был другим человеком. Но тогда это бы уже был не Дарий. По крайней мере, не тот, которого мы знаем сейчас. Но тогда бы, возможно, от него исходило гораздо больше светлых дел.

– Вы так все это говорите страшно интересно!– выпучила глаза Дениел, -Так скажите хоть что-то четко. Что это были за события?

– Не думаю, что вправе об этом говорить. Или в следующий раз. Но то, что происходит с ним сейчас, это необратимый процесс. И даже я не знаю, к чему он его приведет, – Катрин развела руками.

– Совсем забыла,– опомнилась Дениел.

Все эти перемены, которые она увидела в Дарие, выбили ее из колеи.

– Я пришла сюда, потому что вчера ко мне явился Макс и объявил мне, что теперь он мой наставник. Что это за маразм? Почему, допустим, не вы?

Катрин было стыдно смотреть Дениел в глаза. Она не понимала, как объяснить ей все это. Не могла подобрать необходимые слова. Но чувствуя ожидание Ден, она все же взялась за объяснение:

– Понимаешь, сколько разных людей, столько и мнений. Большинство сотрудников Организации испугались тебя, как просто того, чего они не знают. А не знаешь, так легче опасаться, записать в разряд риска, вот они и решили прикрепить к тебе наставника.

– Хорошо. А почему именно Максима?

Катрин хотела ответить ей правду о том, что этот идиот Петр убедил большинство, что Макс ближе всех стоит к Ден, но затем она все же решила, что не вправе подставлять своих сотрудников и наговаривать на них и ответила так:

–Там вычислили что-то. По психофизическим характеристикам вы подходите. Попытайся относиться к этому более спокойно. Как просто к его работе. Ты не обязана с ним дружить, общаться. Только в моменты крайней нужды пользуйся его услугами и все. Я говорю об исцелении. А все остальное: общаться с ним или нет вообще. Это решать тебе.

Ден кивнула. Она поняла смысл того, что хотела донести до нее Катрин. Видя, как та сама раздосадована всем этим, она не хотела расстраивать ее еще больше. Все, что ее волновало по поводу Макса, она решила перенести на другое время.

– Встретимся с вами как-то? За пределами Организации?– спросила она у Катрин.

– Конечно же,– спохватилась та.– В любое время. Знай, что и мои двери, и двери Организации открыты, да просто распахнуты для тебя круглосуточно.

– Хорошо, я свяжусь с вами. Ну что же, давайте, употребляйте свою амброзию. Хорошего вам дня!

–Спасибо! Храни тебя Бог, Дениел,– бросила ей вслед Катрин.

Покинув Столовую и все время думая о Дарие, Катрин и не заметила, что, по всей видимости, притянула его к себе своими мыслями. Они столкнулись в коридоре. Дарий остановился и обратился к ней первый.

– Что это было там, на собрании? Что на тебя нашло, Катрин?

Он был ей просто мерзок и отвратителен. Все его слова казались ей настолько лживыми, что она просто и не знала, как бы ей ответить так, чтобы не обидеть его. Все же она не смогла сдержаться и обратилась к нему:

–Ты предал нас. Мне кажется, ты ведешь двойную игру и тебе пора в этом признаться.

–Что за блеф, Катрин? Откуда у тебя такие сведения вообще? Помилуй, ты вообще понимаешь, о чем ты говоришь?– Дарий с улыбкой двинулся к Катрин и хотел похлопать ее по плечу или обнять, но она отмахнулась от него со словами:

– Не подходи ко мне. Ты слышишь?– она начала повышать голос.– Я сделаю все, чтобы все узнали, кто ты на самом деле. Узнали, какие игры ты ведешь. И вообще, смерть Сергея на твоих руках.

Дарий просто рассвирепел. Если слова Катрин не касались его до сих пор, этим она затронула его за живое.

– Никогда! Никогда,– сквозь зубы прошипел он ей.– Не трогай ничего, связанного с Сергеем. Не говори о том, чего не знаешь.

–Тьфу,– плюнула Катрин. – Это ты убил его. И не важно, своими руками или ты косвенно виноват. Все равно это случилось из-за твоих интриг.

– И что ты там уже накопала, а?

– Так вот, какой ты на самом деле. Жалко, что нас сейчас не снимает камера. Пусть бы все узнали твое истинное лицо. И вот с этим человеком я проработала практически всю жизнь плечом к плечу? Ты не достоин называться сотрудником Организации! Хотя бы, потому что ты используешь все это лишь в своих интересах. Правда, ты, наверное, махинатор-неудачник. Потому что я не вижу, чего ты добился. Все, к чему ты прикасаешься, становится проклятым или превращается в прах. Поэтому я не позволю тебе приближаться к маленькой Дениел. Я буду охранять ее. Всегда. Я буду молиться за нее Богу и защищать ее даже после смерти, чтобы твои мерзкие руки – щупальца не смогли больше до нее дотянуться.

Дарий засмеялся. Собравшись что-то сказать, он вдруг осекся, передумал и, по всей видимости, сказал совершенно другое:

–Дениел сама делает свой выбор. Не спрашивая ни тебя, ни меня. Ко мне она привыкла, пусть и не так, как я бы этого хотел, но все же, она не откажется от меня. Хотя мне более все это уже не надо. Быть может, ты и права. Темные могут предложить гораздо больше, чем можете дать мне вы, ваша Организация и вообще Светлый мир.

– Предатель!– губы Катрин побелели. Казалось, даже волосы на ней встали дыбом.

Она просто стояла и бессильно сотрясала даже не поднятыми кулаками. Она прекрасно осознавала, что Дарий так и будет продолжать плести свои интриги, потому что ей никто не поверит, даже если она сейчас побежит и начнет во всеуслышание кричать, что он – изменник. Он сумеет выкрутиться.

Видя все эти ее мучения, ему было до этого не то, что безразлично. Более того, ее взбесила слепая вера в их правое дело. И субъективизм, который был так свойственен ангелам в их Организации.

– Представляю, что сейчас творится у тебя в душе. Успокойся, марионетка Катрин. Кто ты, в сущности? Просто робот? Что ты делаешь? Лишь твердишь слова Бога? А где же твое мнение?

– Как ты мог так продаться? Чем? За что? Чем, чем они тебя переманили? Я тебя не узнаю,– Катрин была просто в шоке.– Ты больше не Дарий, ты не Светлый воин, ты деградировал.

– Да нет же, родная моя. Даниэла сказала, что я уже слишком стар. Я и сам знаю об этом. Поэтому особого смысла в этой жизни напрягаться я уже не вижу. А вот в следующей я уже разойдусь.

– Я и Воины Света будем защищать мир до последнего, даже от таких биороботов, как ты, Дарий. От таких бесчувственных исчадий зла.

– Что же, удачи. Тебе все равно не повезет. В моем лице Тьма, если что, обретет очень ценного и достойного сотрудника. Да и я получу недюжинные дивиденды. Как в материальном, так и в душевном плане. Мне станет просто плевать до всего, что мучило и истязало меня прежде. Я исцелюсь. Этот черный дым, который будто вплыл в меня, заполонил все мои органы и я чувствую себя вновь живым. И теперь хоть немного собираюсь пожить для себя. Все равно я буду в лагере "сильных". Тех, за кем победа.

– Мне жаль, когда теряют кого-то. Сейчас мы теряем тебя, Дарий. И этот процесс нельзя остановить. Я вот стою с тобой. И понимаю, что скоро мы уже не будем стоять вот так вот. Рядом. Просто потому, что ты уже больше не тот, кем ты был. А может быть, мы и не знали, кто ты. Никогда. Мы все в тебе ошиблись.

Катрин стояла и смотрела на Дария. Он не вызывал в ней сейчас уже ничего, кроме разочарования и отвращения. Она вспомнила Сергея и сравнила чувства к нему сейчас с тем, что она ощущала по отношению к Дарию. Это было просто несоизмеримо.

– Вы никогда не победите,– Катрин уже была обессилена этим разговором и молча развернулась на каблуках и пошла по коридору прочь от Дария.

Она более не хотела ни видеть, ни слышать его. Даже молиться за него она не собиралась. Он разочаровал ее. И пусть это и было вопреки всем правилам, которые проповедовала Организация, допустим это, которое сейчас подходило как нельзя лучше:

"Человек имеет право на сомнения. Поэтому Организация не вправе отказываться ни от кого".

И тут у нее в голове пронеслось:

"А может, не страшно, когда человек, которого ты любил, умер? А может страшно, когда он еще живым становится тебе чужим? Вот так вот отворачивается от тебя. После смерти хоть есть надежда. Есть память с приятными воспоминаниями. А так, ты уже видишь все по факту. И даже и не охота вспоминать то, что было у вас с этим человеком, как бы привязан к нему не был. Он перечеркивает все. И ты, в свою очередь, хочешь просто вычеркнуть его из своей жизни, памяти. И больше никогда с ним не пересекаться. В такие моменты целый блок памяти и прекрасных воспоминаний это разочарование, которое растет в тебе к нему, вырывает с корнем. Да, наверное, все же, самое страшное: когда еще при жизни человек становится тебе чужим".

Катрин сделала глубокий вдох, так как остановилась, немного отойдя от того места, где они только что толковали с Дарием, и пошла дальше. Она так и не понимала, что же выбрал Дарий. Чем прельстил его мрак? Силой, безграничным влиянием, властью, Деньгами, какими-то другими запретными благами? Катрин все перебирала и перебирала это у себя в голове.

Более всего ее интересовало: на что он способен пойти? До чего его уникальный мозг может додуматься? И как вытащить его из всего этого? Хотя, вспоминая его абсолютно безучастный и смеющийся над ней взгляд, у нее уже возникали сомнения относительно его возможного возвращения в их ряды.

Дарий же, покинув ее и оставшись один на один с собой в своем кабинете, опомнился. Что это он наговорил ей сейчас там, в коридоре? Ведь большую часть этих слов он и не собирался никому даже озвучивать. Да и сам еще так не считал. Будто его подменили. Он страшно испугался. Что с ним происходит? Может быть, он сам и не заметил, как его потянуло в другую сторону. А быть может, это уже были чужие мысли, а не его? Совсем запутавшись, он решил искать меры, чтобы если что ликвидировать свою одержимость. Будучи существом очень цельным, более всего не любил Дарий зависимостей в любом их виде. Он привык зависеть только от себя и самому решать, что ему делать и как. А сейчас он не понимал, чье это было решение: затеять это все. Может кто-то вселился в него? Или просто нашептывал ему что-то?

Главным во всем и всегда для него было не проиграть. И сейчас он чувствовал себя тем, кто, возможно, просчитался. Зачем он Тьме? А свою тягу к власти, известности, силе и мощи он мог вполне реализовать и в Светлом мире. Быть может, все это началось с приходом Майка?

А может он всегда носил эту черноту в себе, с собой? Он уже с рождения был отравлен этим. Просто все это было до этого времени в зародыше.

Да, Тьма прекраснейшим образом сработала с ним, сделал он вывод сам для себя. Как всегда, умело воспользовалась моментом. Отчаяния от ситуации со всей семьей Шветских, включая и Ден, страха и паники, которые поселились в нем после увиденного намерения Темных пойти против их Организации, а еще и сомнений, которые вселила в него встреча с Абсолютом. Не важно, было ли это в нем, пробудилось или оно, или это подсадили. Почва была уже заготовлена.

Дарий прекрасно знал, что демоны, бесы созданы из тонкой материи, невидимой для простого человека, но ведь не для него. Он видел их в любых их оболочках. Но бесы ведь настолько лукавы, лживы и злобны, что могли вполне прийти к нему и под маской благодетеля. Кто же мог подселиться к нему? В панике начал Дарий перечислять в голове всевозможные варианты.

Все указывало на подселение. Часто ведь никто и не подозревает, что в нем засел бес. Как только в нем зародились сомнения после встречи с Абсолютом, в этот же день по непонятной причине к нему в дом явился этот Майк. Что ему было нужно? Он ведь ничего так толком и не объяснил. А может это вообще все казалось Дарию? Может, он спит и вот пробудится, и все окажется, как раньше. Сергей будет жив, Макс не будет наставником Ден, Темные не будут отрабатывать план восстания?

Дарий закрыл глаза, сжал их, будто это могло ему чем-то помочь и решить дело. Дарий, который всю жизнь был скромным и спокойным, вдруг резко стал наглым и агрессивным. Нет, что-то здесь не так. Но кто мог помочь ему? К кому можно было обратиться? В этом мире он всегда был совершенно один, не чувствовал себя в той безопасности, которую ощущает человек, у которого есть друзья, близкие. Дарий никому не доверял. Но тут он понял, что обманывает сам себя. Разумеется, он доверял. Сергею. Вот только Сергея уже не было в живых. И тут у него созрела мысль обратиться к тому, что всегда, если и не отвергал, и даже поощрял, но считал глупым занятием и все же сторонился этого, – к магии. Дарий захотел какой-то спиритический сеанс, который бы смог вернуть ему дух Сергея при этой жизни, чтобы услышать его советы. И тут он засмеялся. Настолько отчаянно и обреченно, что слезы наворачивались на его глаза.

" До чего же ты дошел, Дарий",– он схватился за волосы и сполз по стенке, к которой прижимался, стоя и думая обо всем этом.

Сев на пол и скорчившись, он закрыл голову руками и горько зарыдал. Он устал. Просто устал и запутался. Ему уже было абсолютно все равно. Захотелось каких-то теплых рук, прикосновение которых он не чувствовал уже века. Просто ощутить, что он кому-то нужен, и кто-то поддерживает его и поможет выйти в следующий день победителем, создаст душевный комфорт. Так и просидел он остаток вечера в одном положении.