Текст книги "Нейтрал: падение (СИ)"

Автор книги: Джексон Эм

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 33 страниц)

Глава 10

Альберт

Пока Катрин раздумывала о причинах своего поведения, Фиций уже достиг места обитания Альберта. Едва слышно миновав двор, лишенный каких-либо животных, он вошел в дом, используя собственный ключ.

" Да уж, не думал, что мне когда-то он пригодится",– обратился он сам к себе, вертя его в руках и смотря на него.

Обычный двухэтажный дом был расположен на окраине города в богатом квартале. Ничего из предметов быта не могло намекнуть на нрав хозяина и вид его деятельности. Светлые кожаные диваны, золотые статуэтки и антикварные необычные вещи говорили даже о претензии хозяина на богатство и вкус. Побродив по первому этажу и не обнаружив там своего братца, Фиций поспешил вниз, к двери, ведущей в подвал.

Покрутив ручку двери, он попал в длинный затхлый коридор, заканчивающийся одинокой дверью и освещенный скудным светом нескольких лампочек.

Скрепя зубы, Фиций добрел до конца коридора, и открыл следующую для себя дверь. Он очутился в подвальной комнате, обставленной некоторыми старыми вещами. Практически посередине ее стоял небольшой стол и рядом старый диван.

– У тебя же есть целый особняк,– прямо с входа выпалил Фиций.– Почему ты предпочитаешь подвал?– обратился он к скрюченному на диване братцу.

Его лицо и тело находились в тени.

– Здравствуй, брат. Ты знаешь, я далек от людей и предпочитаю уединение. Только здесь, в полной тишине, я могу подумать о чем-то новом, разложить все в своей голове,– едва слышно промямлил он голосом, лишенным сил.– Впрочем, я рад твоему приходу. Подойди ко мне! Давно не виделись,– поднял он голос и ловко вскочил с дивана.

Пока он на нем находился, свет не падал на него, сейчас же Альберт предстал перед Фицием во весь рост и последний получил возможность лицезреть брата в свете лампы.

Помедлив лишь секунду, он быстро ступил к нему и обнял. Долго не мог отпустить он брата, затем быстро отошел от него и присел на диван.

Между ними, присмотревшись, можно было заметить небольшое сходство, невзирая на разницу в росте: Альберт был на порядок ниже. Оба худощавые, с темными волосами. Правда, волосы Альберта были обильно покрыты кожным салом: неизвестно было, когда он мыл их в последний раз. Вообще, любой человек при виде этого, с позволения сказать, существа, ощутил бы мерзость и не смог бы к нему даже притронуться. Фиций же чуть ли не любовно всматривался в каждую черту лица брата, хватал его за его длинные белые пальцы, заканчивающиеся грязными ногтями, которые он неизвестно когда стриг в последний раз, и общался с ним, не замечая зловония, исходящего из его рта и от его одежды.

– Ты снова похож на меня,– обратился к Фиций чуть ли не со слезами в глазах.

– Ну, это ведь только ты ничего не меняешь,– пожал плечами Альберт и разместился рядом.

– Сколько дней ты уже не ел? Признаться, выглядишь не очень. Ты вообще выходишь на воздух, свет?

Альберт горько рассмеялся.

–Зачем мне это? Меня все устраивает.

Действительно, Альберт выглядел из ряда вон плохо. Осунувшееся лицо с землистым оттенком, впавшие щеки, и небольшое количество прыщей, которые расположились на бледном лице с отмершей кожей.

– Чем же ты занимаешься? Раньше у тебя была библиотека, ты любил читать, коллекционировал и учил заклинания. Где ты все это прячешь? Пойдем туда!

– Фиций, Фиций,– покачал головой Альберт.– Сколько мы не виделись? Лет двадцать? Да, да. Маленький промежуток времени, но все же. В этом доме ты не был. Да и теперь я не пользуюсь больше теми заклинаниями, не ищу днями и ночами новые методы, не вычитываю, как какой-то,– перешел на сиплый голос Альберт.– Теперь все вот здесь,– ткнул он себя в голову.– Помилуй, сейчас другие времена, так уже давно никто не работает, попробуй найти сейчас на улицах колдуна или ведьму, которые действуют пещерными методами. Более того, многие ведьмы избрали Светлую сторону, отказавшись от служения силам Тьмы. Этим они повысили свой потенциал в разы, даже осмелюсь предположить, в десятки раз, да и теперь даже стали, так сказать, легализованы.

– А ты?

– А что я?

– Что насчет тебя? И ты ведь знаешь, что все равно остаются очень сплоченные Темные могущественные силы. Скажи, если начнется конкретная борьба, брат, к кому ты пойдешь? Будешь ли ты им помогать?

Альберт откинул длинные прямые сальные темные волосы, разделенные в продел посередине его головы, назад.

– Тебя не удивляет, что я очутился в таком месте, такой стране? Думаешь, это просто так? Да нет же, я в некоем роде преследую тебя, брат. Все же, как младший следую за старшим,– улыбнулся он отчужденной загробной улыбкой. – Нет, я не собираюсь никому помогать. Более того, ни о чем таком я даже не слышал, а уж поверь, демоны, которые служат мне, давно бы о таком донесли.

– Ты уверен?– с искренней надеждой в глазах, обратился к нему Фиций.

Испустив зловонный выдох, Альберт ответил:

– Я не собираюсь повторять дважды. Так чего же ты пришел? Только за этим или то, что я еще существую, тебя уже чем-то не устраивает? На, забирай меня,– и он актерски заломил руки, сдаваясь Фицию.

– Да перестань, брат, ты мне только поклянись, что ты не с ними.

– Я тебе ничего не должен, если не хочешь говорить просто так, давай отсюда, восвояси,– желчно процедил в ответ Альберт.

Затем, несколько смягчившись, добавил:

–Я ни при чем. Злые языки. Не любят меня, брат. Ты же знаешь.

Успокоившись, Фиций выдохнул и, толкнув Альберта по плечу, хотел отправиться восвояси.

– Что, не хочешь проводить время со мной? Брезгуешь? Жалкий мерзкий Альберт я для тебя, да? – рассвирепел последний.

– Нет же, нет. Просто я хочу быстрее сообщить в Организации, что ты не причастен.

–Да пошел ты к дьяволу, не боюсь я вас. Полицаи вшивые. Причастен-не причастен, приводи своих. Пусть попробуют взять меня голыми руками.

– Перестань, Альберт. Ты же знаешь, мы не карательная структура,– мягко начал Фиций.– А, как раз таки, наоборот.

Тот лишь хмыкнул в ответ и потер свой нос.

– Низко, низко ты пал, Фиций. Мы ведь аристократы.

– Были,– развел руками в ответ его брат. – Теперь новые времена, ты сам сказал, да и вообще, вылазь тогда из подвала и помойся, аристократ,– засмеялся Фиций.

К его удивлению, сморщенный братец тоже присоединился к его веселью.

– Ладно, я пойду,– вставая с дивана и, направляясь к выходу из этого затхлого помещения, кинул Фиций.

– Давай.

– Ты это, Альберт, выйди, погуляй. И поешь.

– Хорошо. Спасибо. За приход, и за заботу. Но сейчас я предпочитаю сон, и он снова скрючился на диване и сделал вид, что пытается заснуть, тем самым показывая, что их разговор окончен.

Фиций пожелал ему приятных сновидений и пообещал наведываться чаще, а затем покинул помещение. Альберт же, недолго думая, сразу же после его ухода подскочил, и стал нашептывать какие-то слова, все более погружаясь в состояние транса.

Откуда ни возьмись, перед ним стало расти облако сплошного дыма, которое постепенно трансформировалось в подобие человеческой фигуры. Наконец, на месте облачка, предстал уродец. Это низкое ужасное существо мало напоминало человека. Карлик с зеленовато-синим цветом кожи со скрюченными длинными пальцами, которые заканчивались заостренными когтями. На его сморщенной морде были глубокие складки темно-коричневого цвета, и выделялся орлиный нос. На нем практически отсутствовала одежда. Жилистое тело без жира было затянуто материей из ниток красного цвета. Он застыл перед Альбертом в поклоне.

– Гивон к вашим услугам, сер!

– Им откуда-то все известно! Что я пытаюсь настроить Седого с его прихвостнями на Организацию! Кто? Кто сдал? Искать!– рявкнул он на несчастного, ни в чем не провинившегося слугу.

Тот мигом исчез так же неожиданно, как до этого появился, лишь кивнув и отвесив еще один, теперь уже более глубокий поклон.

– Уничтожу,– сквозь зубы проговорил Альберт.

Прошло всего несколько дней после этого неожиданного визита Фиция к брату. Дениел сидела в комнате одна. От Лики она уже съехала. Теперь она жила в помещении, которое ей снимала Организация.

Внезапно в воздухе почувствовалось липкое жуткое присутствие. Если бы другой на ее месте почувствовал леденящий кровь ужас и страх¸ она лишь промолвила:

– Явись мне, прими человеческий облик, что ты скрываешься.

И прямо за своей спиной она почувствовала уже человеческое дыхание. Обернувшись, она увидела Майка.

– Я видела тебя пару раз, но много наслышана о тебе, что ты хочешь?– спросила она и села за кухонный стол.

Майк был одет в зеленый бархатный пиджак, снежно-белую рубашку и ярко-алый галстук, который по цвету напоминал свежую человеческую кровь. Его темные короткие волосы, которые блестели от геля или лака, были накручены и методично лежали на голове без малейших погрешностей. Образ его дополняли простые черные брюки, и как всегда идеально начищенные лакированные черные туфли. Опять казалось, что он ими даже не прикасается к полу, настолько чистыми они были.

– Приветствую, Даниела. Что за кислый взгляд?

Она лишь поджала губы и уставилась на него. Сразу было видно, что она ему не рада.

– Ладно, попробую тебя немного развеселить,– кинул ей он.

И через секунду у него в руках появился прекраснейший черный атласный пеньюар с кружевами. Появление данного одеяния приподняло у Дениел один уголок губы. Она кивнула, и он бережно повесил пеньюар за ближайший стул.

– Ты знаешь Альберта?

Дениел поморщилась.

– Я его не люблю.

– Но уважаешь?

– Он вонючий и скучный.

– Да совсем он не воняет,– улыбнулся Майк.– А насчет скуки и занудства, ну здесь, может, ты права.

И он зажег в руке спичку. Воздух наполнился запахом серы.

– Ммм, как дома,– протянул Майк.– Ладно, я отвлекся. Так вот, сегодня ко мне явился прислужник Альберта, демон Гивон, мы все знаем, что некогда у него не осталось выбора, и дабы продлить свое существование, ему необходимо было примкнуть к Альберту, хотя то, на что он себя обрек сейчас, жалкий прихвостень!

– Смотрите, сами не попадитесь.

– Очень смешно!– махнул и затем покачал головой Майк.

– Так, а что вы от меня хотите? Чего теперь вы пришли ко мне?

– Может, мне стоило записаться к тебе на прием?– пошутил Майк, и крутнулся на каблуках.– Гивон прибыл ко мне сразу же после разговора с Альбертом. Тот прознал, что Организации достигла информация о тайной сходке старых друзей Светланы. И, как ты можешь догадаться, все это является совсем не их волей. И не проявлением дружбы и посмертной солидарности. Все это проделки Альберта. Он умело окрутил их, кому нашептал, кого заклял, но в итоге, имеем, что имеем.

– И? – без тени эмоций проговорила Дениел.

Майк же, будто не обращая внимания на ее слова, проговорил:

– Чего ему вообще не живется, не сидится спокойно. Сколько на земле места. Нет, приперся к братцу. Как же сильны такие чувства, как ненависть и зависть.

– А кто его брат?– направив взгляд на Майка, спросила Дениел.

Тот не спешил отвечать, обдумывая ответ. В конце концов, он проговорил ей:

– Я не могу тебе сказать. Да и это не важно.

– Ну как же, очень важно, если вы говорите, он приехал сюда.

– Забудь. Я пришел по другому поводу. Рано или поздно они придут за тобой. К тому времени ты должна быть готова.

– К чему?

– Ты должна подготовить почву, чтобы они уже не были с Альбертом.

– Я не смогу так их заклять.

– Все думают, что ты поведешь их. И ты должна уверить их в этом. Дать им надежду, что в битве ты будешь поддерживать лишь их. Чтобы они не смогли усомниться в тебе.

– Но мы же оба знаем, что этого не произойдет.

– О, дьявол, Дениел,– начал крутить пальцы Майк.– Ну что за наивность, уволь меня от такого. Ты должна вести игру!

– Я уже наигралась.

– И еще ты должна уничтожить Альберта. Он нам не нужен. Он – звено, которое вылетает из всей цепи, потому что не подчиняется общим законам. Нам не нужен беспредел.

Дениел подняла брови.

– Еще чего!

– Он спекулирует смертью твоей матери, тебе разве этого мало?

Дениел гневно посмотрела на собеседника.

– Вы ей сейчас тоже спекулируете.

– Дениел, мне плевать на твои раздумья и выбор. Уверен, из тебя, если что, выйдет хороший Воин Света. Вовсе не Нейтрал. Ты знаешь, Дениел, я ведь очень уважаю Воинов Света,– Майк обходил ее, зловоние от одного его присутствия распространялось по всей комнате, будто он был окутан зеленым тухлым пламенем.

Он обходил девушку, что-то шептал ей, нюхал ее волосы. Она же сидела безучастно. Страха перед ним она не чувствовала. Отвращения тоже. Она давно привыкла к таким как он.

– Ты не знал мою мать, со мной тоже знаком недавно. Какое тебе дело до меня вообще? Какие цели ты преследуешь? Что-то не верю я, что ты тоже беспокоишься.

– Я хочу предотвратить возможное противостояние. Пусть все и думают, что я на такое не способен. Я прибыл с одной целью. Моя роль миротворческая. И сколько бы при Воинах Добра я не показывал свое естество, ведь чего падать лицом в грязь, но, все же, я скрываю иную правду. Никому сейчас не нужны жертвы. Не нужна глупая война. Исход битвы и так ясен.

Дениел подняла на него глаза.

– И какой же он?

Тот прищелкнул пальцем в воздухе, образовалось синее пламя, которое окутало весь земной шар. Затем эта картинка исчезла.

– Мы победим. Наши силы и энергия и так уже распространяются по этой планете как щупальца спрута. Еще немного, накопим силы, чтобы уж наверняка, раз в сто превышать по мощи и жизни в умах людей добро, и потом, в самый неожиданный момент, нанесем решающий удар. Бам!– его глаза запылали языками черного пламени, которое, впрочем, очень быстро погасло.– А до этого времени тратить силы на какие-то локальные вспышки конфликтов не нужно. Мало ли кто подтянется, зло более разрознено, каждый ведь из нас индивидуальность, и контролировать всех невозможно. Так что любая агрессия может привести к самому худшему – потере наших сторонников, наших сил.

– Так почему ты не скажешь это им?

– Кому?

– Друзьям моей матери, которые сейчас намереваются за нее отомстить.

Майк хмыкнул.

– За кого ты меня принимаешь? Я что, сопляк, какой-то? Да и они никогда всего этого не поймут. Подсоби мне! Придумай, как это предотвратить. Вот только будь очень осторожна: Альберт может догадаться или пронюхать, что это ты слила информацию Организации. И тогда они очень быстро до тебя доберутся. И если это уж действительно произойдет, не очень хочется марать руки жизнями своих сторонников.

– Что вы имеете в виду?– удивленно спросила Дениел.– Вы причем?

– Защищать тебя буду. Ты ценный член нашего общества,– подмигнул ей он.

– Ведь вы сами проповедуете мне судьбу Воина Света.

– Когда-то все станут умней, и силы объединятся. Нам не нужно перемирие, нам не нужен баланс, хотя я до сих пор считаю, что именно баланс пока – это наилучшее из зол, пока время не пришло. Я уж прямо как наш старый добрый Дарий,– язвительно хмыкнул он.– И вот когда настанет мир, когда битва закончится, и мы все объединимся в одну сплошную энергию, вот тогда, наконец, придет власть. Тьмы или Света. Пусть так говорят дураки, а я верю в гораздо более сильную субстанцию. Пример, который можешь репрезентовать ты. И когда-то ты нас возглавишь.

– То есть вы хотите на костях построить империю? На крови, агрессии, насилии?

– Нет. Все Темные когда-то могут стать Нейтралами, а потом и Воинами Света. Но есть другая каста Темных. Тех, чья сила и мощь не знают границ, и кто знает гораздо более чем простая агрессия и жажда всего, что может принести тьма. Именно такие и являются достойными представителями Тьмы. Им известно то, о чем многие могут лишь догадываться.

– И вы такой?

– Пока нет. Но я иду к этому. Надо просто стать спокойнее и мудрее. Вот взращиваю в себе эти качества.

– Так вы прибыли с миротворческой целью?– задумалась Ден.

– Да.

– А не обманываете?

Тот зашелся смехом.

– Нашла кого спросить,– он просто не мог остановиться.

– А вы-то как узнали, что это я передала информацию о заговоре Организации?

Минуту помолчав, Майк ответил:

– Я видел Дария вот как сейчас тебя. Он был очень слаб. Его давно подтачивает одна тайна, которую, он думает, другие не замечают. Учитывая, что его энергия застыла в этом одном русле, не имеет значения, какие у него силы, он уязвим. Вот я и прочел все, что было у него в голове. Это было передо мной будто на ладони.

И для наглядности Майк показал свою ладонь и изобразил эту картинку перед Дениел.

– Все хотят разное. Одни борьбы, другие – мира, третьи – перемирия, четвертые – войны. Неужели вы думаете, конец этому когда-то настанет?– удивленно возразила Дениел.

– Я думаю, да. Ничто не вечно. Но этот конец будет лишь новым началом. И потому будут другие вопросы, решения и проблемы. Поэтому ты должна понимать: сейчас такое недопустимо, мы должны идти по обыкновенной схеме, все более закручивать гайки на уже установленных связях и придавить затем все так, чтобы Светлому сообществу стало тяжелее дышать.

Нам не нужен этот всплеск. Альберт чрезмерно амбициозен, и мы готовы им пожертвовать. Ему никогда не стать достойным членом нашего клана. Он низок. И полет его такой же. Им руководит только жажда своей, тайной власти. Никаких планов наперед. Мы всегда умели манипулировать людьми. Теперь эти заклинания, обряды,– все это отошло на исторический план. Мы паутиной окутываем нации, работаем через людей, и не через простых, а через особенных,– тех, кто наделен властью. Нам не нужны простые смертные, нужна элита, которая правит. Именно эти люди порабощены бичем власти. Церковь и правители – вот наши извечные поля, куда мы пускаем семена. Осмелюсь напомнить даже о распятии Христа, ведь его инициировали власть имущие, под нашим контролем. Промыть голову тому, кто обречен на зависимость очень легко.

Для каждого найдется то, чем мы можем его прельстить. Те же, кто достаточно сильны и духовно развиты, их необходимо уничтожать. И этим мы и занимаемся благодаря другим, слабым, малоразвитым. Сначала мы делим людей на классы, а затем натравливаем классы друг на друга. Наша задача: хаос, бездушие, агрессия, военные противостояния. Люди сами выбирают свою участь, потому что они слепы. И они сами делают нас своими властелинами. Своими страхами, своей злобой, алчностью и всеми остальными пороками. Быть может, мы и есть продукт этого общества. Ведь это, наверное, как курица и яйцо. Быть может, мы, то, что все называют злом, есть физической проекцией, живым воплощением того, что люди держат в своих головах и своих душах.

– Я не хочу работать и на Организацию, и на вас.

– Ты ведь еще не работаешь на Организацию, и я от тебя ничего не требую. Ты же мне не слуга,– замахал головой Майк.– Я просто предлагаю тебе помочь. Всем нам. Остановить противостояние.

– Вернее, остановить? До определенного момента. Вы ведь это имеете в виду?– прокомментировала его фразу Дениел.

– Да. Я предлагаю тебе самой выбрать, на чьей ты стороне. А в данный момент решение этого конфликта как никогда лучше покажет твою позицию. Ты поможешь нам, Темному сообществу, и поддержишь офис своего папаши, помогая поддержать этот их "хлипкий баланс",– перекривил он.

– Я подумаю.

– Хорошо, все равно тебе все делать самой и по своему усмотрению. Что же, счастливо оставаться,– сверкнул он белым зубом в улыбке.

Дениел промолчала. Он исчез.

"Как жаль, что Дарий сейчас далеко",– пронеслось у нее в голове.

"Да что там далеко. Вообще неизвестно где. Несчастный одинокий трус".

Вот его советы были ей как никогда необходимы. Он начал эту историю, выудив у нее информацию, и должен был ее закончить. К кому теперь обращаться за консультациями она просто не знала. К Катрин идти не было смысла. Все бы сразу же стало категоричным достоянием общественности. Больше особых друзей у Дениел в Организации не было. Все ее если откровенно не ненавидели, то опасались. Тут она, вспоминая всех работников, остановилась на Арсение. Его образ сначала проплыл перед ней, а затем она мысленно заставила его вернуться.

" А почему нет?",– пронеслось у нее в голове.

Она не могла откладывать этот разговор и потому на следующий же день отправилась в Организацию. Тщетно искала она его. Затем, наконец, ее поиски увенчались успехом, и Дениел догнала Арсения в коридоре.

– Я ищу вас,– подбежала она к нему, запыхавшись.

– Что же, предлагаю не стоять здесь, пойдем ко мне в кабинет.

– А разве он у вас есть?

– С недавнего времени, да. Пойдем за мной.

Через некоторое время, с официального серебристого коридора, которому, казалось, не было конца, они вошли в помещение, которое молниеносно поменяло настроение Дениел.

Вокруг пели птицы, журчал маленький водопад, в котором, при желании, можно было искупаться. Арсений прошел на миниатюрные качели, и стал покачиваться. Все было устлано зеленой травой. Невдалеке виднелось стоптанное футбольное поле, единственная дорожка вела к речке внизу, возле причала стояла лодка.

Увидев взгляд Дениел, брошенный на нее, Арсений ответил.

– Да, на ней можно плыть.

– А куда мы выплывем?

Арсений лишь покачал головой и пожал плечами.

– И где мы? – продолжила Ден.– Как мы здесь очутились. Здесь как в раю!– ошеломленно сказала она.

Арс засмеялся.

– Нет, там лучше, поверь. Это просто импровизация. Я называю свой кабинет "местом для пикника". Я здесь успокаиваюсь, и мне все нравится. Давай пройдемся, посидим под кронами вот тех деревьев,– указал он пальцами на небольшую посадку вдалеке.

Там еще виднелся деревянный современный домик и два туалета: мужской и женский, как было видно по знакам. На деревянной двери женского туалета было вырезано сердечко, на двери мужского – треугольник острием вниз.

В тени деревьев располагалась уютная лавка. Дениел и Арс утонули в ней. Но, несмотря на всю расслабляющую и вдохновляющую атмосферу вокруг, а, так же, наполовину отсутствующую улыбку Арсения, Ден не собиралась отдыхать. Внутренне она все равно была напряжена. И поэтому быстро приступила к разговору.

– Вы не поверите, даже не знаю, имею ли я моральное право вам это говорить, но...

– Скажи мне, кого ты сейчас уговариваешь? Себя?– перебил ее Арсений.– Только ты можешь принять решение. И только ты будешь нести ответственность. Все это зависит от твоей воли и твоей совести,– мягко сказал он, даже не смотря на нее, а просто наблюдая за птицей на ветке ближайшего дерева.

– Да, – выдохнула Дениел.– Я считаю нужным это сказать.

– Отлично. Значит так сейчас необходимо. Я готов тебя внимательно выслушать,– и он повернул голову, попытавшись заглянуть ей прямо в глаза.

Она улизнула от этого взгляда, быстро посмотрев на землю.

– На днях я виделась с Майком.

Арсений уставился на нее еще больше.

– Плохая тенденция,– покачал головой он.– Приперся сюда, забивает всем головы,– Арсений начал усиленно потирать кости рук.– Насколько я знаю, именно с ним виделся Дарий до ухода из Организации. Видимо, это он и задурил ему голову.

– Нет, все не так. Он прибыл сюда с миротворческой целью. Пусть никому это и не разглашает, но его цель: поддержать баланс, и не дать конфликту разжечься.

Арсений удивленно посмотрел на Дениел.

– И какой смысл этого? Он тебе сказал?

– Да. Это как долгосрочная инвестиция в будущее. Будущее зла. Чтобы не потерять силы, что ли.

Арсений поджал губы и замолчал.

– Ну, хоть на том спасибо.

– На чем?

– За время. Спасибо им, что они не торопятся.

– Так это вы должны торопиться! Иначе проиграете! Время не идет в вашу пользу! Вы теряете силы и шансы! – Дениел просто взбесилась, вскочила и перешла на крик.– Пока вы здесь сидите, с каждой упущенной минутой все больше людей оказываются в сетях зла, которые, как паутина окутывают землю!

– Спокойно, Дениел. Перестань думать о других. Бог дал всем выбор,– осадил ее Арсений. – Все будет так, как должно быть.

– Но,– она не могла найти слов, и лишь ловила воздух ртом.

– О, я вижу, несмотря на отказ Дарию, ты все же являешься сторонником Организации,– улыбнулся Арсений.– Ты даже лучше, чем я думал.

– Я огорчу вас. Я не совсем не такая, какой вы меня представляете.

– Нет, это ты не то, что ты думаешь. И если бы с тобой не произошло всего плохого, что случилось, в тебе не произошли бы столь необходимые изменения, твоя душа, под крылом Светланы и Сергея, никогда бы не очнулась, не стала самостоятельной, ты не обрела бы возможность общения с Максимом, ты бы не стала думать сама. Пусть сейчас ты и в затяжной депрессии.

– Я ничего не хочу. Мне больно, обидно и противно. Возле меня нет никого, кто мог бы меня поддержать. Дарий меня бросил, родители умерли и оставили меня. Максим ... От него я не чувствую поддержки, такое впечатление, что он сам в ней нуждается, потому что он постоянно то ли прикидывается, что ему еще хуже, то ли это действительно так.

– Он такой человек,– пожал плечами Арсений.

– Он много проводит времени с Линдой. Я бы очень хотела поговорить с ней, узнать, как он живет, чем и что думает. А что вы скажете о Линде, Арс? – обратилась к нему Дениел.

– Ты ничего не знаешь о Линде. Я знаю немного больше твоего, и глубоко уважаю эту женщину,– какой-то коварный взгляд промелькнул в глазах Арсения.

И он мигом замолчал.

– Я очень уважаю Линду и хочу стать ее другом,– быстро проговорила Дениел.

– Я не об этом,– отмахнулся он.– Душа Ангела полна тайн. Эти посредники Господа необычайные существа. Необходимая естественная ангдрогинность часто перемежается в них с эмоциональностью, которая возникает из глубин их душ. И это все явно не идет им на пользу.

Я никогда не понимал, почему Линда до сих пор в Организации. Без партнера. Но повторюсь, я знаю больше твоего. И я желаю, чтобы она поскорее исправила эту ситуацию. Эх. Если бы это было возможно,– грустно закончил Арс.

– То есть, это касается любви?

– Как ни крути, все в нашей жизни упирается в любовь. Причем в глобальную. Если кто-то подпитывает в себе негатив, злобу, это означает лишь то, что его сердце лишено любви. Его не любили. И мне жаль таких людей. Немногие могут переступить через эту нелюбовь, недостаток тепла со стороны ближних, и сами начать отдавать, а затем щедро получить что-то взамен. Многие начинают лелеять в себе это чувство неполноценности, делают из себя животных, монстров, обреченных на страдания, потому что они сами отрекаются от любви.

– Так, а чего вы говорите это мне? Чем это мне поможет?

– Дениел, ты неблагодарна и эгоистична. По сути дела, пока ты колеблешься, к кому примкнуть, какой образ жизни выбрать, только Организация тебя и поддерживает.

– Чем? Тем, что в меня не верит? Без поддержки никто не может сделать никаких свершений, в том числе и просто, измениться.

– В Организации огромное количество сотрудников верит в тебя. Причем, именно мы воспринимаем тебя такой, какая ты есть, не осуждаем и не требует от тебя меняться. Все идет своим чередом.

– Меня никто не поддерживает. Я потеряла все,– отмахнулась Дениел.

– Оставь свою заезженную пластинку. Это не так. Ты просто слишком большой эгоист и отказываешься понимать что-либо, что не соответствует рамкам твоего маленького мирка, и внесет в него изменения. То, что ты настолько горюешь сейчас о родителях – не светлая память о них, не благодарность за все моменты, которые они тебе подарили, любовь, которой щедро тебя одаривали, и вообще жизнь. Это горькая тоска, обида на то, что они оставили тебя.

Ты винишь их, винишь себя за то, что дала им уйти, не предотвратила это, обвиняешь других в их смерти. Пока что все трактуется как несчастный случай. Пойми: если бы виновник был, он был бы уже давно найден. Пока ты не перестанешь жить болью, ничего у тебя не поменяется. Убери голову из прошлого. Посмотри в настоящее. Сейчас у тебя есть верная любовь, Максим. Он готов ради тебя на все. Поддержи ты его сейчас, будь с ним, попытайтесь что-то построить. Я вижу по нему: он на грани. Если ты упустишь сейчас и его, потом Макса уже нельзя будет вернуть. Я чувствую это. Хотя, может быть, ты специально тянешь, ждешь, пока и он тебя оставит, чтобы потом можно было вдоволь пострадать и убиваться об утрате.

Дениел ненавистно смотрела на Арсения не в силах что-то ему ответить. Она понимала, что он прав. Во многом прав. Особенно по поводу родителей. Но убирать голову из прошлого она не хотела, не могла и не собиралась. Наверное, для этого должно было пройти больше времени, и только своим собственным решением она могла бы это сделать.

Увидев ее глаза, и осознав, что она сейчас задумывается над его словами, Арсений продолжил:

– Ты боишься смерти, Дениел. Вот только не своей. Ты вообще априори сталабояться потерь. Ты перестала ценить свою жизнь после смерти родственников. Ты просто играешь с жизнью, не бережешь себя. Да и не живешь. Такое впечатление, что ты не хочешь эффективно проводить время, отпущенное тебе. Так кому ты делаешь хуже? Ты ждешь дня смерти?

– Я просто не вижу смысла проводить время эффективно, если все равно когда-то придется умереть. Я живу в каком-то отрезке, от этого дня и до смерти, и он мне кажется таким ничтожным, что все становится бессмысленным. Зачем что-то делать? Я не хочу ничего менять, создавать.

– Дениел, послушай,– Арсений подскочил к ней и обхватил за плечи.– Тебе срочно надо определить свою миссию и смысл жизни, разобраться с ценностями, ты должна обрести цель существования. А оно очень долгое. Это вся вечность. Миллиарды лет. Нить не прервется никогда. Поэтому просто наслаждайся, живи и будь благодарна за то, что есть. Ты можешь изменить все. Если ты захочешь.

– Я не верю вам. Зло всегда побеждает. Я это уже поняла. Они победили практически везде. Уже даже так. Какой смысл существования Организации вообще?

Арсений покачал головой.

– Несмотря на тотальную победу зла, по всем фронтам, то, как они уже вселились в умы людей, поработив их собственными же желаниями, больше всего я рад тому, что всюду добро продолжает оставаться добром. И поэтому надежда всегда остается. Злу никогда не победить. Рано или поздно люди захотят очиститься от тьмы и их души сбросят эти путы.

– Майк приходил ко мне просить помочь ему предотвратить этот конфликт. Скажите: как это сделать? Ведь именно я, так сказать, слила Дарию информацию об этом. Они могут подумать, что я изменник.

– А разве не так? Ладно, я шучу,– стал отнекиваться Арсений.

– Они уже ищут того, кто это сказал. Вы понимаете это?

– Разумеется,– быстро проговорил Арс.

– Это все Альберт, он их всех настраивает!

Арс развел руками.

– Он держит зло на Организацию. И всеми способами хочет нам навредить. Ему плевать на тех Темных, которые будут инициировать этот конфликт.

– Я не хочу, чтобы еще кто-то погиб. Я не хочу смерти даже этому вонючему Альберту. Пусть убирается в какую-то пещеру, и живет там. Чтобы мы его не видели и не слышали. Я устала от неискренности,– выдохнула Дениел.– От системы. От доносов. Я не хочу больше быть лицемерной. И не хочу общаться с теми, кто лицемерен. Мне предлагали работу. Простую, человеческую, но я не смогу пребывать в этих коллективах, где царит мрак. Где каждый не говорит правду, еще и должен покоряться каким-то общим правилам.