Текст книги "Какой скандал! (Это просто смешно)"

Автор книги: Ци Инцзюнь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 38 страниц)

Принц Дуань, возможно, на более высоком уровне.

Она хотела бы скрыть это от Сяхоу Даня и расследовать дело самостоятельно, но в итоге сказала ему прямо: «Я могу сдаться и перейти на его сторону…»

К счастью, в конце концов, она все же осталась верна Сяхоу Даню, иначе к этому моменту её бы уже закопали.

Однако этот способ выражения верности…

Ю Вань Инь закрыла уши подушкой, прячась как страус.

После слов «Он не станет, он сам сказал», она окончательно потеряла сознание и упала в объятия Сяхоу Даня.

Сяхоу Дань ничего не сказал, уложил её в постель, кажется, накрыл её одеялом и ушел.

Ю Вань Инь не знала, как теперь смотреть ему в глаза. Её собственные мысли были ей не понятны.

Придя в этот мир она тысячу раз повторяла себе: никому нельзя доверять, игра не стоит свеч. Нельзя позволять себе эмоции, нельзя действовать импульсивно, нельзя играть с жизнью. Если главный герой погибнет, эта книга будет оборвана на середине; если она погибнет, книга потеряет только пару страниц.

…Так с какого же момента она подсознательно предала себя?

Предала и ладно, но зачем же делать это на глазах у всех! Как будто махала Сяхоу Даню платком: «Я дурочка, используй меня». Так не пойдет…

– Госпожа? – служанка Сяо Мэй позвала её из-за занавеса, – Пора вставать, сегодня вы должны предстать перед вдовствующей императрицей.

Когда Ю Вань Инь причесывалась и одевалась, Сяо Мэй разговорилась рядом:

– Слышала, что сегодня утром в императорских покоях одну маленькую служанку жестоко допросили, а потом утащили. Похоже, она подсыпала в чай противозачаточное средство. С госпожой всё в порядке?

Ю Вань Инь мысленно вспомнила все детали той чашки чая и поняла, что произошло.

– Не волнуйся, я выпила совсем немного, а большую часть выпила наложница Се.

Сяо Мэй немного замялась, деликатно добавив:

– Теперь она уже наложница высшего ранга Се.

Ю Вань Инь:

– …

Глаза Сяо Мэй покраснели:

– Как император мог быть настолько безрассудным, чтобы позволить вам двоим быть вместе в одну ночь… а потом ещё и сделать её наложницей высшего ранга! Как это должно ранить сердце господина и госпожи, ууу…

Ю Вань Инь вспомнила, что она просила его разыграть перед Се Юнэр сцену из драм о властном президенте, влюбившемся в неё.

Сяо Мэй продолжала возмущаться:

– Говорят, она даже притворялась испуганной и отказывалась, а император сказал, что никогда не встречал такой особенной женщины, как она.

Ю Вань Инь:

– …

* * *

Сяхоу Дань действительно вошёл в роль. Когда наложницы пришли выразить почтение, он снова появился, и в этот раз не удостоил Ю Вань Инь ни единым взглядом, сразу сев рядом с Се Юнэр.

Се Юнэр неуютно пододвинулась в сторону, но он сел ещё ближе. Се Юнэр подала ему чай, и он, принимая чашку, нарочно коснулся её руки.

Сидя рядом, Ю Вань Инь почувствовала на себе множество взглядов, включая взгляд вдовствующей императрицы. Она вошла в роль и грустно опустила голову.

Вдовствующая императрица размышляла о необходимости приготовить новое противозачаточное средство.

– Близится праздник цветов. Император, какие у вас планы?

Сяхоу Дань прищурился, глядя на Се Юнэр:

– Пусть наложница высшего ранга Се исполнит танец. Слышал, как наложница Се поёт и играет музыку, но ещё не видел, как вы танцуете.

Ю Вань Инь подумала: если она начнёт танцевать «Джигоку нютэ», сможет ли Сяхоу Дань сдержаться?

Сяхоу Дань в этот момент случайно взглянул на неё, как будто представил себе подобную сцену, и его уголки губ едва заметно дёрнулись.

Ю Вань Инь поспешно отвела взгляд, чтобы не рассмеяться.

Как бы то ни было, Сяхоу Дань был более надёжным союзником, чем принц Дуань.

Сяхоу Дань немного посидел, а затем ушёл.

Когда Се Юнэр вышла вслед за остальными наложницами, она заметила, что Ан Сянь не ушёл вместе с императором, а ждал снаружи.

Увидев её, Ан Сянь улыбнулся:

– Наложница высшего ранга Се, позвольте проводить вас обратно.

Главный евнух при императоре сделал ставку на Се Юнэр!

Ю Вань Инь снова почувствовала множество взглядов на себе. Она печально улыбнулась и ушла одна.

В оригинале этот старый евнух пытался угодить Ю Вань Инь, когда Се Юнэр потеряла влияние, и сильно её унижал. Позже, когда Се Юнэр одержала победу, Ан Сянь снова пытался угодить ей, но она отправила его в тюрьму.

Сейчас, минуя этап падения, Се Юнэр не затаила на него обиду, а наоборот, подошла к нему.

Она ведь настоящая демоническая наложница, и, несмотря на свою раздражительность, использовала своё влияние на полную.

Может, сначала использовать Ан Сяня, чтобы устранить несколько врагов?

Пройдя немного, Се Юнэр жалобно спросила:

– Главный евнух Ан, можете сказать, чем я так понравилась Его Величеству?

Ан Сянь улыбнулся:

– Его Величество сказал, что вчера ночью, когда видел вас, буйствующую, у вас была свежая энергия, не такая, как у других наложниц. А утром, когда вы отказались от титула наложницы высшего ранга, вы были настолько невинной и милой.

Се Юнэр:

– …

Слишком банально!

Ю Вань Инь не обращала внимания на этот банальный диалог, а медленно направилась к библиотеке.

Библиотека восстанавливалась на старом месте, работы шли медленно.

Она смотрела на умелых рабочих, размышляя о принце Дуане, когда вдруг услышала:

– Благородная наложница Ю.

Ю Вань Инь обернулась и увидела человека в одежде рабочего, который молча вручил ей письмо.

Ю Вань Инь удивлённо посмотрела вниз на письмо, на конверте не было подписи.

– Это… – она подняла голову, но человека уже не было.

Ю Вань Инь ушла в укромное место и открыла письмо, в котором было всего несколько слов: «Полночь, императорский сад, за каменной горой.»

Подпись была изображением черепахи.

Похоже, что охрану вокруг императорского сада отозвали. Ю Вань Инь шла в темноте, освещаемая только лунным светом, пока не услышала спокойный голос из-за каменной горы:

– Вань Инь.

Сяхоу Бо действительно ждал её там, его белые одежды в лунном свете придавали ему вид небожителя.

Ю Вань Инь была немного нервной, приходя на встречу одна. Она хотела взять кого-то для охраны, но ни Бэй Чжоу, ни стража не могли пойти, чтобы не донести Сяхоу Даню, поэтому она пошла одна.

Она должна узнать, на каком уровне он находится, чтобы решить, что делать дальше.

Сделав глубокий вдох, она успокоилась и вошла в роль, изображая застенчивость:

– Ваше Высочество, зачем вы обратились ко мне?

Сяхоу Бо улыбнулся и, не отвечая, сказал:

– Сегодня я встречал Ю Шаоциня. Он беспокоился о тебе и хотел узнать, как ты живёшь во дворце.

Ю Вань Инь тяжело вздохнула:

– Сегодня утром Его Величество сделал Се наложницей высшего ранга.

Произнеся это имя, она мельком посмотрела на Сяхоу Бо, но в темноте не смогла разглядеть его реакцию.

Ю Вань Инь решила спросить напрямую:

– Что Ваше Высочество думает о наложнице Се?

– Она наложница Его Величества, я не смею обсуждать её.

– …А обо мне?

– О тебе? – Сяхоу Бо сделал шаг вперёд, приближаясь к ней. – Вань Инь, мы уже давно знакомы, может, пора сказать правду?

Ю Вань Инь притворилась, что её глаза наполнились чувствами:

– Например?

Принц Дуань также сделал вид, что его глаза полны чувств:

– Например, кто ты на самом деле.

Ю Вань Инь подумала: настало время проявить стойкость.

– Или, например, кто такой император и кто такая Се Юнэр.

Ю Вань Инь не смогла сдержаться и сделала шаг назад.

Самый худший сценарий подтвердился.

Он мог разоблачить Се Юнэр, возможно, потому что она, с её любовным мозгом, где-то прокололась. Разоблачить её саму тоже было возможно, потому что она могла где-то допустить ошибку. Но разоблачить Сяхоу Даня, этого искусного актёра, было невозможно.

Он мог стоять только на более высоком уровне.

Сяхоу Бо улыбнулся:

– Не нужно так нервничать, у меня никогда не было злого умысла по отношению к тебе. Если ты можешь предвидеть некоторые события, то должна понимать, что выбрать меня будет разумнее.

– Ты… ты всё знаешь, зачем я тебе нужна?

– Ты меня неправильно поняла. Я пришёл к тебе не за знаниями, а потому что ты мне нравишься.

Ю Вань Инь почувствовала, что это звучит абсурдно:

– Мы даже не из одного мира, как ты можешь ко мне что-то чувствовать?

Сяхоу Бо словно замер:

– Это не имеет значения.

– А? Так ты любишь мой образ?

Сяхоу Бо мягко улыбнулся:

– Именно поэтому я с самого начала искал тебя.

* * *

В покоях горела одинокая свеча.

– Наложница Ю пошла в императорский сад. Я проследил за ней и увидел, как она встретилась с принцем Дуанем, – прямо сказал Бэй Чжоу. – Я был слишком далеко, чтобы услышать разговор, но атмосфера казалась весьма интимной.

Сяхоу Дань:

– …

Бэй Чжоу с беспокойством сказал:

– Даньэр, если она уже перешла на сторону врага, может, лучше её устранить? Я знаю, что ты её любишь, но она твоя наложница, и если она предаст, это будет слишком опасно.

Сяхоу Дань играл с пламенем свечи, не говоря ни слова.

Коленопреклонённый страж привычно спросил:

– Мне заняться этим?

Сяхоу Дань медленно произнес:

– Вы не задумывались, что с её точки зрения, следовать за принцем Дуанем действительно безопаснее?

Бэй Чжоу был озадачен:

– Почему? Ты ведь уже знаешь план принца Дуаня.

Сяхоу Дань горько улыбнулся.

Прошлой ночью Ю Вань Инь поспешно ушла, еле держась на ногах, и вернулась в покои наложницы, где обнаружила секрет принца Дуаня. Она не собиралась рассказывать ему об этом, но та чашка [***] заставила её говорить правду.

Она доверяет ему, но слишком боится принца Дуаня.

– Желание выжить – это естественно.

Бэй Чжоу вздохнул:

– Ты не должен позволять чувствам затуманить разум… Эта женщина действительно так важна?

– Она мой спасательный круг.

Бэй Чжоу и страж переглянулись. Когда это она стала спасательным кругом?

Страж никогда не сталкивался с такой ситуацией и нерешительно спросил:

– Ваше Величество, закапываем?

– Ещё одно слово, и я закопаю тебя, – ответил Сяхоу Дань.

Ю Вань Инь, спотыкаясь, шла к покоям наложницы высшего ранга, каждый её шаг казался ей тяжёлым, как тысяча цзиней. В голове у неё царил хаос, все планы, все амбиции и даже всё её самосознание разбились на тысячи осколков.

«Не играю больше, как тут вообще можно играть?» – подумала она.

Может быть, когда он читал её как книгу, он действительно симпатизировал этому бумажному персонажу? Хотя это звучит странно, для неё это определённо хорошая новость. Он уже протянул ей оливковую ветвь, почему бы не воспользоваться случаем и не перейти к нему, продемонстрировав свою искренность…

Однако в глубине сознания её не покидало ощущение несоответствия. Её шаги замедлялись, и она остановилась на месте.

«Что-то здесь не так».

Поглощённый страхом мозг начал медленно восстанавливать ход мыслей. Если Сяхоу Бо действительно находится на более высоком уровне, зачем ему показывать им книгу Сюй Яо?

Зачем создавать книгу, намеренно показывать её им, чтобы вызвать подозрения о его личности? В чём здесь выгода для него?

Самый простой способ победить Сяхоу Даня – это ничего им не сообщать.

Почему бы просто не уничтожить эту книгу?

Подобно трещине на ледяной поверхности, однажды возникнув, сомнения породили новые вопросы.

Если он знал, что она пришла из другого мира, почему просто не сказал об этом напрямую, зачем несколько раз проверял её?

Почему он замер, когда она сказала «мы из разных миров»?

Ю Вань Инь снова пошла, на этот раз ускоряясь с каждым шагом.

Всё это можно объяснить и по-другому: возможно, принц Дуань всё ещё был бумажным персонажем. Но он каким-то образом заметил нечто необычное и заподозрил, что они поменялись душами.

Для него они могли выглядеть как полубоги, способные предвидеть будущее и видеть его секреты. Поэтому принц Дуань не доверяет ей, Сяхоу Даню и Се Юнэр – для него они все трое одинаковы.

Судя по книге Сюй Яо, советы Се Юнэр он всегда слегка изменял. Разве это не проверка, чтобы узнать, насколько далеко они могут предвидеть?

Но он не был уверен, что, изменив детали, сможет избежать их всевидящего глаза.

Поэтому он приближался к ней, строя из себя загадку и пытаясь её переубедить…

Но остаётся один вопрос: как бумажный персонаж мог родить столь передовую концепцию «смены души»?

Даже Се Юнэр не нашла таких, как она, а он явно заподозрил сразу троих.

Можно ли это объяснить исключительно его выдающимся умом?

Не имея больше доказательств, нельзя окончательно определить, кто он на самом деле.

Ю Вань Инь, обдумав всё это, приняла одно твёрдое решение.

Глава 14

На следующий день Ю Вань Инь нашла Сяхоу Даня и сказала:

– Я хочу провести эксперимент с этими кандидатами на прохождение экзамена.

– Что? – ответил он.

– Дело в том, что у нас есть две гипотезы насчет принца Дуаня. Либо он на уровень выше нас, либо все еще на самом низком уровне. Поэтому я хочу его проверить. – Ю Вань Инь провела всю ночь, придумывая этот план, и теперь, полная энтузиазма, не замечала пытливого взгляда Сяхоу Даня. – Ты сможешь связаться с теми экзаменующимися, о которых говорила Се Юнэр?

Сяхоу Дань внимательно смотрел на нее.

Разве ты не встречалась с принцем Дуанем ночью, чтобы перейти на его сторону?

– Я уже ищу их, это не проблема. Я планирую выйти инкогнито, чтобы встретиться с ними в ближайшем будущем, чтобы посмотреть, смогу ли я произвести на них впечатление.

– Хорошо, тогда мы заранее пустим слух, чтобы принц Дуань думал, что встреча пройдет в месте А, а в назначенный день мы тайно отправимся в место Б. Теперь, когда у нас есть темные стражи и Бэй Чжоу, эту тайну возможно сохранить.

Сяхоу Дань смутно понял ее замысел:

– Значит, ты хочешь увидеть, куда пойдет принц Дуань?

– Да, если он получит информацию о месте А и пойдет туда, значит, он все еще бумажный персонаж. Если он отправит людей в оба места, то он все еще бумажный персонаж – наши действия…

Ю Вань Инь продолжала свои размышления:

– Ладно, когда нас обнаружат, принц Дуань, будучи подозрительным и осторожным, не упустит ни одного места.

Она медленно добавила:

– Только в одном случае он проигнорирует место А и направится прямо в место Б – если он на более высоком уровне и предвидит все это, зная, что место А можно не учитывать.

Сяхоу Дань зааплодировал:

– Ты действительно достойна своего звания, сестра Ю.

– Хе-хе-хе, да ладно, – улыбнулась Ю Вань Инь.

– Но ты не думала, что он мог бы предвидеть все, включая наш разговор, и нарочно отправить людей в оба места?

– Он не будет притворяться бумажным персонажем.

Ю Ваньинь стиснула зубы и сказала:

– Он связывался со мной лично, пытаясь убедить, что он на более высоком уровне, и хотел, чтобы я служила ему. У него есть возможность доказать это, он ждет не дождется.

Сяхоу Дань слегка приподнял бровь:

– И ты просто рассказала мне об этом?

Ю Вань Инь, заметив его взгляд, нервно повысила голос:

– Я же не верю ему, если выбирать, то я, конечно, останусь с тобой.

– Ю Вань Инь.

– Да?

Сяхоу Дань потер лоб:

– А если эксперимент покажет, что он на более высоком уровне?

Ю Вань Инь замерла.

Сяхоу Дань продолжил:

– Если это так, ты можешь перейти к нему. Это честное слово.

Он уже говорил подобное раньше, но Ю Вань Инь считала это дипломатическим ходом и не принимала всерьез.

– Я не стану тебя останавливать, но после того, как ты уйдешь, ты потеряешь мою защиту, и это ты тоже должна понимать.

Это… угроза? Ю Вань Инь осторожно спросила:

– И что ты тогда будешь делать?

– Я? – Сяхоу Дань как будто серьезно задумался. – Скорее всего, убью несколько человек в меру своих возможностей, а потом буду ждать своей судьбы.

Ю Вань Инь почувствовала, как леденеет ее сердце:

– …Ты звучишь как настоящий тиран.

Сяхоу Дань уныло ответил:

– Что поделать, попробуй каждый день испытывать мучительную головную боль.

Ю Вань Инь не могла по-настоящему бояться Сяхоу Даня, даже когда он говорил самые опасные вещи.

Она размышляла, почему так. Возможно, это было из-за его выражения лица и тона – три части жалобы, три части грусти, как коллега, который говорит о смене работы за обедом. Это совершенно не совпадало с его образом тирана и не напоминало высокомерного босса.

Вся его сущность излучала: «Я свой, мне можно доверять».

Она даже не могла солгать ему, сказав, что не уйдет, даже если эксперимент покажет, что он на более высоком уровне. Все они понимали: если компания обанкротится, сотрудники уйдут.

В отличие от героинь книг, которые она читала, Ю Вань Инь была на одну треть романтичной и на одну двадцатую храброй. Эта мимолетная теплота не могла устоять перед лицом смерти. Ю Вань Инь давно знала, что она такая, но в присутствии Сяхоу Даня ей было немного стыдно.

Она сменила тему:

– Дядя Бэй проверяет все яды, даже меня уже проверил. Со временем все наладится.

В последующие дни Сяхоу Дань отправлял письма кандидатам в прохождении экзамена и распространял ложные слухи для принца Дуаня.

Через несколько дней:

– Кандидаты для прохождении экзамена прибыли в место Б. Люди принца Дуаня пока отправились только в место А, – сказал Сяхоу Дань.

Ю Вань Инь расслабилась:

– Значит, почти наверняка, что он притворяется. В любом случае, пойдем на встречу и будем наблюдать.

Так называемое место Б было озером для прогулок.

Сегодня было пасмурно, людей было немного, и на озере плавали лишь пара лодок.

Сяхоу Дань и Ю Вань Инь в этот раз были одеты как богатые молодые люди, окруженные «слугами», и арендовали роскошную лодку, которая медленно направилась к центру озера. Когда лодка отошла от берега, к ней подошла маленькая рыбацкая лодка. Темные стражи поставили мост между лодками, и вскоре поднялись шесть человек.

Двое злодеев вновь надели маски добродушия и принялись с почтением встречать гостей, приветствуя их веерами.

Шестеро ученых выглядели в основном как хрупкие литераторы, только один из них был более крепкого телосложения. Поклонившись, они сняли маски, открыв молодые или уже состарившиеся лица. Крепкий ученый, выглядящий за тридцать, с явным упрямством и недовольством на лице, сказал: «Мы пришли на встречу, тронутые вашим письмом, желая поговорить с понимающим человеком. Но сейчас видим, что вы не так горите желанием встретиться, как было сказано в письме.»

Едва он заговорил, Ю Вань Инь узнала его. Это был Ли Юньси, самый бедный из всех экзаменующихся. Он был талантлив, но неудачлив на экзаменах, и имел прямолинейный характер. В «Восточный ветер распускает тысячу цветов ночью» его убили после того, как он разоблачил мошенничество одного влиятельного лица, а в «Возлюбленной наложнице дьявола» его завербовал принц Дуань, и он стал его большим помощником.

Сяхоу Дань торопливо поклонился: «Простите за беспокойство и за то, что вам пришлось скрываться. Я искренне восхищаюсь вашим талантом, ваши блестящие статьи, особенно ваши рассуждения о налогах и повинностях, часто занимают мои мысли.»

Боясь, что этого недостаточно, он на месте процитировал несколько отрывков из работ авторов, проникновенно, с чувством, что вызвало у гостей удивление и уважение.

Учёные:

– …

Немного неловко. У людей науки ведь тонкая кожа, когда их так хвалят, они всё равно должны выдавить из себя улыбку и ответить парой любезностей. Ловко пригласив их сесть, Сяхоу Дань сменил выражение лица на озабоченное страданиями страны:

– Вы, несомненно, обладаете талантом государственного управления, но в нынешние смутные времена государственные экзамены превратились в стоячее болото, где процветают кумовство и взяточничество, и выходцам из бедных семей практически нет шансов. Видя, как вы год за годом усердно учитесь, моё сердце не может этого выносить.

Ли Юньси:

– Кто не знает, что так называемое избрание достойных давно стало посмешищем? Просто я не теряю надежды и, благодаря поддержке земляков, не желаю быть бесполезным.

Эти слова задели больное место всех учёных, и остальные начали его поддерживать. Кто-то сказал, что способные министры вымерли, и Великая Ся скоро падёт, а сами они готовы биться головой о землю, чтобы пробудить этого тирана.

Кто-то заявил, что принц Дуань умен и обладает военным талантом и достоин называться мудрым правителем; но тут же кто-то презрительно заметил, что принц Дуань заботится только о своей безопасности и не смеет выступить. Другие утверждали, что принц Дуань невиновен, виноват тиран, который вверг народ в беды и страдания.

И даже звучали обвинения в адрес Ю Вань Инь, называя её коварной наложницей, погубившей страну.

Наконец, кто-то, слишком увлекшийся чаем, воскликнул:

– Властители и министры!

Сяхоу Дань подхватил:

– Разве рождаются избранными?

Учёный:

– Именно!

Ю Вань Инь захлебнулась кашлем и больно толкнула Сяхоу Даня локтем.

Учёные, немного остудив пыл, задумались и почувствовали страх:

– …Вы, однако, осмелились такое сказать.

Только Ли Юньси с презрением усмехнулся:

– А что в этом такого? Сколько из вас, посвятивших всю жизнь учению, смогут спасти Великую Ся?

Сяхоу Дань:

– Верно, чтение книг не спасёт народ Великой Ся.

Ли Юньси продолжил:

– Поднимите глаза и взгляните, небо не видно, только грязь вокруг! Прожорливые крысы, не трогайте мой хлеб!* Если мы служим народу, то нет ничего невозможного!

(прим. пер.: фраза взята из сборника стихов «Книги песен» (Ши Цзин), она выражает недовольство и презрение к чиновникам и паразитам, которые эксплуатируют народ, подобно крысам, поедающим хлеб.)

Сяхоу Дань с энтузиазмом захлопал в ладоши:

– Прекрасные слова! С таким человеком, как брат Ли, у Великой Ся есть надежда!

Учёные, тронутые, с восхищением смотрели на него:

– Вы действительно говорите так, как чувствуете. Раз уж мы так откровенны, не могли бы вы назвать своё имя?

Сяхоу Дань, изящно покачивая веером, ответил:

– Моя фамилия Сяхоу.

В каюте воцарилась тишина.

Учёные один за другим поднялись и уставились на него:

– Принц… принц…

Сяхоу Дань:

– Моё имя Дань.

Ю Вань Инь едва не провалилась сквозь землю от стыда. Ей не место на лодке, ей место в трюме.

Сяхоу Дань указал на неё:

– А это коварная наложница, погубившая страну, Ю Вань Инь.

Тем временем тайные стражи стремительно окружили их. Окаменевшие учёные наконец пришли в движение и, спотыкаясь, начали падать на колени, с бледными как смерть лицами.

Только двое упрямо стояли на месте, отказываясь преклониться.

Один из них, конечно, был Ли Юньси, а другой – Ду Шань, который до этого момента поддерживал всё, что было сказано.

Ли Юньси, понимая, что ему не избежать смерти, теперь был спокоен, но смотрел на злую супружескую пару с явной неприязнью; а Ду Шань дрожал ногами, но из-за своего самолюбия, не хотел уступать Ли Юньси.

Сяхоу Дань отмахнулся и отпустил стражей:

– Прошу всех встать.

Он ничуть не смутился, как будто только что те, кто грозился свергнуть его, были не они.

– Все вы знаете о жестокости тирана и его грабительской политике, но не знаете, что я, как император, давно лишён власти. Теперь управление государством разделено: половина находится под контролем императрицы-матери, половина – в руках принца. Они играют в азартные игры, ставя на кон мой народ, и каждый раз от этого мне больно, но у меня нет другого выхода. Сегодня я встретился с вами, чтобы открыть вам своё искреннее сердце.

Он снова сделал знак, и ученые с неохотой снова сели. Только Ли Юньси все ещё стоял, уперевшись:

– Если у вас такие намерения, Ваше Величество, почему вы не реформируете экзаменационную систему и не привлекаете талантливых людей, а заставляете нас приходить, как воры, скрывая лица? Такой способ привлечения талантов неприемлем для государя.

– Я уже говорил, у меня есть веские причины, – сказал Сяхоу Дань. – За мной следят слишком много глаз, и любое движение в экзаменационной системе вызывает сопротивление с разных сторон. Если бы не стража, которая искала таланты по всей стране, ваши выдающиеся сочинения никогда бы не попали ко мне на стол. Сейчас мы можем только тайно общаться, чтобы постепенно развивать план и отправлять вас на подходящие должности для реализации ваших амбиций.

Он вздохнул:

– Как только вы войдёте в правительство, вас либо притянут на сторону вдовствующей императрицы, либо к фракции Сяхоу Бо. Вы неизбежно станете либо пешками, либо жертвами их интриг. В тот день я надеюсь, что вы не забудете свои сегодняшние горячие речи и высокие устремления, и выпрямите спины, чтобы стать опорой Великой Ся.

Ю Вань Инь была поражена.

Какое вдохновляющее и трогательное выступление!

Что же за бизнесом занимался этот «генеральный директор», если он настолько искусен в актёрском мастерстве?

Некоторые из студентов даже прослезились. Ю Вань Инь заметила, что среди них были маскирующаяся под мужчину талантливая девушка Эр Лань и Ду Шань, который недавно трясся от страха, но не стал преклонять колени.

Ду Шань был глубоко тронут:

– Ваше Величество возлагает на нас такие надежды, это просто…

Ли Юньси резко прервал его:

– Просто безобразие!

Сяхоу Дань:

– ?

Ю Вань Инь:

– ?

Ли Юньси с раздражением продолжил:

– Ваши слова, Ваше Величество, такие легкомысленные. Одним лишь упоминанием о своих трудностях вы хотите превратить тела бедных студентов в пешки, которые должны рисковать жизнью, чтобы свергнуть вдовствующую императрицу и устранить принца. Вы сталкиваетесь с ограничениями, но ведь у вас есть положение и власть, так почему же вы не можете выражать свои собственные мысли? Вы говорите о множестве препятствий, так почему вы не можете навести порядок в государстве? Если даже император не способен взять на себя такую ответственность, зачем тогда играть роль спасителя, толкая других, чтобы они стали опорой?

Сяхоу Дань:

– …

Какая складная и пафосная речь.

Сторонний наблюдатель, Бэй Чжоу, сложив руки на груди, казалось, хотел было подойти и отрубить ему голову, но Сяхоу Дань едва заметно покачал головой.

Ли Юньси повысил голос, его слова звучали сквозь стиснутые зубы:

– Мои родные, крестьяне, все без исключения с раннего утра до поздней ночи работают на земле, но им едва хватает еды. Мои младшие брат и сестра, родившись в голодный год, умерли от голода на руках родителей, которые плакали от отчаяния…Такого рода налоги идут туда, куда нужно? Солдаты, годами сражающиеся против Янь, получают жалование с примесью песка! Ваше Величество, вы видели это своими глазами?

Ду Шань встревожился и попытался его успокоить:

– Брат Ли, не нужно так…

Ли Юньси с презрением:

– Кто это говорил, что при встрече с императором обязательно ударится головой о землю и принесёт свою жизнь в жертву, чтобы высказать свои упрёки? Император здесь, перед вами, почему же вы все вдруг замолчали?

Ду Шань покраснел и замолчал.

Ю Вань Инь почувствовала себя неловко. Она была обычной служащей из семьи среднего достатка, её в школе не учили, как спасать страну. И, находясь внутри книги, она не могла воспринимать страдания бумажных персонажей как реальные. Поэтому, когда она собирала этих студентов, она не думала, что столкнётся с такими вопросами.

Но теперь… она не могла быть уверена, что сама не является всего лишь персонажем на бумаге. Так действительно ли страдания других бумажных персонажей такие уж нереальные?

Итак, после жестокой тирады Ли Юньси, Сяхоу Дань очевидно тоже оказался загнанным в угол и оставался молчаливым. Ю Вань Инь не удержалась и попыталась его защитить:

– Император распорядился наказать министра доходов, это стало громким событием, вы наверняка слышали об этом.

Ду Шань, стоя рядом, колебался, но потом, наконец, заговорил:

– Месяц назад эта новость дошла до нас, и все люди в моём родном городе радовались и молились за Ваше Величество…

Он не продолжил.

Ю Вань Инь почувствовала, что её словно ударили в лицо.

После смерти министра доходов фракция вдовствующей императрицы немедленно продвинула другого человека на эту должность.

Более низкого чиновника поставили на его место. Не нужно больше слов, она и так могла догадаться, что жизнь народа нисколько не улучшилась.

Ли Юньси разочарованно покачал головой, явно не желая продолжать разговор, и повернулся, чтобы уйти.

Как только он повернулся, телохранители сразу пришли в движение. Все понимали, что его нельзя отпускать – он уходит с такой ненавистью и при этом знает о планах Сяхоу Даня, превращаясь в настоящую бомбу с часовым механизмом.

Ду Шань дрожащим голосом окликнул:

– Брат Ли.

Тайные стражи уже обнажили мечи, но Ли Юньси не остановился, твёрдо шагая вперёд, явно решив погибнуть на этой лодке.

– Постойте! – закричала Ю Вань Инь.

Она подбежала к Ли Юньси, сбивчиво пытаясь его уговорить:

– Господин Ли… Господин Ли, Его Величество сегодня здесь не для того, чтобы втянуть вас всех в придворные интриги. Говоря прямо, эти бесполезные придворные, включая членов императорской семьи, если они погибнут – что с того? Но в чём провинился простой народ?

Учёные были ошеломлены, глядя на неё. Она только что сказала «включая кого»?

Ю Вань Инь продолжила:

– Но сейчас ситуация такова: налоги несправедливы, чиновники обманом вымогают деньги, казна пуста. Наши возможности ограничены, и если не примем меры, мы не успеем ничего исправить. Нам нужна ваша помощь.

Она глубоко поклонилась, искренне сказав:

– Я, Ю Вань Инь, не обладаю красноречием и не могу рассуждать о великих делах. Но прошу вас, не ради тирана и коварной наложницы…

Учёные поражённые, взглянули на Сяхоу Даня, но он остался невозмутим.

– …А ради ваших земляков и семей!

Она снова глубоко поклонилась, и когда поднялась, увидела, что Ли Юньси пристально смотрит на неё, с необычным выражением лица. Ю Вань Инь вытерла слезу, удивляясь своему актёрскому мастерству. Но с другой стороны, она не была уверена, что всё это была лишь игра.

– Ваше Величество, госпожа наложница, – заговорил вдруг тихий и худощавый учёный. – У меня с рождения неизлечимая болезнь, жить осталось два-три года.

Ю Вань Инь вспомнила, его звали Цэнь Цзиньтянь, он был аграрным гением. В оригинальной истории он не был сторонником Сяхоу Бо, но с огромным энтузиазмом и самоотверженностью трудился на благо государства два года. Затем пришла засуха, он смотрел на засохшие поля и голодающий народ, испытывая чувство незавершенности, умер. Сяхоу Бо устроил поминальный обряд для него, поклявшись отомстить, и поднял восстание.

Цэнь Цзиньтянь:

– Осмелюсь спросить, Ваше Величество, увижу ли я при своей жизни мир и процветание?

Сяхоу Дань, посмотрев ему в глаза, торжественно ответил:

– Это слово императора.

Цэнь Цзиньтянь слабо улыбнулся и опустился на колени:

– Готов служить императору до последнего вздоха.

В итоге все учёные успокоились и сели обсуждать дела с Сяхоу Данем два часа, затем вместе выпили по чаше крепкого вина. Сяхоу Дань и Ю Вань Инь лично проводили их к рыбацким лодкам, наблюдая, как они снова надели свои маски и отплыли.

Они ещё не успели развернуться, чтобы вернуться в каюту, как вдруг раздался громкий треск.

Совсем рядом рыбацкая лодка начала быстро тонуть прямо на их глазах.