Текст книги "Какой скандал! (Это просто смешно)"

Автор книги: Ци Инцзюнь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 38 страниц)

По совету Эр Лань, министр доходов включил в список зерновых культур для транспортировки просо, указав, что оно устойчиво к порче, удобно для хранения и может использоваться для кормления лошадей.

Эта реформа была предложена партией вдовствующей императрицы и была полезна для военных, поэтому принц тоже не будет сильно противиться.

Именно поэтому этот доклад прошёл через множество редакций, но незаметное слово «просо» чудесным образом сохранилось до конца и было доставлено Сяхоу Даню.

Сяхоу Дань уверенно написал «утверждено».

* * *

Так система кайчжун была официально введена.

Зерно начали собирать в хранилищах по всей стране, а торговцы, услышав об этом, стали транспортировать его к границам.

В засушливых районах, услышав, что даже сухая трава, такая как просо, может считаться налогом, крестьяне посмеялись над глупостью чиновников и отправились собирать его на полях. Более активные даже посадили новую партию и удобрили её.

Более того, чтобы сэкономить на транспортировке, торговцы начали нанимать людей для освоения земель прямо на границах и посадки культур из списка. В суровых условиях на северо-западе, ближе к Яньскому государству, только просо могло выжить, и там появилась первая плантация проса.

Все были довольны: армия получила зерно, вдовствующая императрица – мавзолей.

На этом этапе всего несколько человек в мире с горячими слезами на глазах радовались полям проса.

Хотя найденных семян было недостаточно, но на земле Великой Ся уже была посеяна первая надежда.

* * *

На следующий день несколько чиновников собрались в укромном частном доме, не смея устраивать пышное празднование, только подняли бокалы в знак признательности.

Частный дом был отведён Цэнь Цзинтяню, и в заднем дворе было разбито небольшое экспериментальное поле. Там были посажены несколько засухоустойчивых культур, которые в данный момент росли хорошо.

Ю Вань Инь с облегчением вздохнула, случайно выпив немного лишнего, стояла у края поля и напевала: «Ой… счастливые барабаны… бьют каждый год с радостью…»

В стороне стоял Ван Чжао: «…»

Ван Чжао был самым спокойным из чиновников, с большой бородой, похожий на небольшого вождя.

Он почесал свою бороду, обдумывая, и наконец с трудом выдавил:

– …Наложница выразила трудности народа.

На другой стороне поля Ли Юньси и Ян Дуоцзе, двое несговорчивых чиновников, что-то тихо обсуждали.

Ли Юньси был в ярости.

Преуспевающий министр доходов, благодаря своим заслугам, сразу же повысил Эр Лань.

Эр Лань тогда мельком взглянула на Ли Юньси, но ничего не сказала. Позже она объяснила ему: «Я хотела похвалить тебя, но перед сторонниками вдовствующей императрицы не могла открыто поддерживать, чтобы не вызвать подозрений.»

– Говоришь, как будто мне это нужно.

Ян Дуоцзе возмущённо сказал:

– Это значит, он украл твою заслугу…

– Брат Ли.

Эр Лань с невозмутимым лицом подошла к ним:

– Можно ли поговорить наедине?

– Не нужно.

Ли Юньси уже прозрел истинные мотивы этого человека и с презрением сказал:

– Брат Эр, не утруждай себя, у каждого свои цели, и для меня стремление к продвижению и богатству – это неважно.

Эр Лань улыбнулась:

– Насколько высокие должности мы сможем занять под властью вдовствующей императрицы – действительно неважно. Это всё же императорская страна, и когда Его Величество будет оценивать заслуги, он обязательно вспомнит и о твоих, брат Ли.

Ли Юньси был так зол, что чуть не задохнулся:

– Неважно, под властью вдовствующей императрицы или Его Величества, я не собираюсь этого делать.

Это было сказано так громко, что Сяхоу Дань, стоявший рядом, оглянулся.

Эр Лань тоже потеряла терпение:

– Да-да, брат Ли стремится к высоким идеалам, не может дождаться, чтобы сегодня попасть на службу, а завтра уже погибнуть. А я надеюсь, что брат Ли проживёт подольше и напишет ещё несколько статей, которые в будущем помогут мне продвинуться на службе.

Ли Юньси: «…»

– Ты действительно так думаешь? – спросил Ли Юньси.

Эр Лань закатила глаза и ушла.

Ли Юньси повернулся к Ян Дуоцзе:

– Он, он, он… это же ни в какие ворота не лезет!

– Ваше Величество, госпожа.

Цэнь Цзинтянь легко и непринужденно подошёл, держа в руках несколько растений, и показал их:

– Сейчас видно, что просо наиболее устойчиво к засухе и растёт лучше всего. Но окончательный урожай будет ясен только к осеннему сбору.

Ю Вань Инь спросила:

– Господин Цэнь, можете ли вы, как и раньше, определить, какая почва лучше всего подходит для проса, как её орошать и удобрять?

Цэнь Цзинтянь подумал:

– Я постараюсь сделать всё возможное, но для точного результата может понадобиться два-три года.

Когда речь зашла о времени, все замолчали.

Ю Вань Инь не могла предсказать, когда случится засуха, а Цэнь Цзинтянь не знал, доживёт ли он до этого времени.

Ю Вань Инь, глядя на его молодое, но утомлённое лицо, вдруг почувствовала вину:

– Господин Цэнь, берегите себя.

Цэнь Цзинтянь улыбнулся:

– Я постараюсь жить подольше.

– Нет, серьёзно, берегите себя. Ради небольшого повышения урожая, вы скрываете своё имя и покинули родину, оставив своих родителей и семью…

– Стоит ли это того? – прервал Сяхоу Дань.

Ю Вань Инь толкнула его локтем: слишком прямолинейно.

Но Цэнь Цзинтянь улыбнулся и махнул рукой:

– Я считаю, что знать срок своей смерти – это удача. С юности я размышлял о том, что нужно сделать, чтобы жизнь не была потрачена впустую. Родителями займутся мои братья, а родина будет гордиться мною после моей смерти. Когда я уйду, я хочу, чтобы место моего упокоения было плодородным и обильным.

* * *

В карете на обратном пути во дворец Ю Вань Инь явно погрустнела. С тех пор, как она попала в этот мир, ей казалось, что она быстро растёт и давно уже не та беспомощная девочка.

Но некоторые люди напоминали ей, что ей ещё далеко до их уровня.

– Думаешь о Цэнь Цзинтяне?

– Да, – Ю Вань Инь вздохнула.

Раньше, читая книги, она любила сцены больших сражений, борьбу героев… но всегда пропускала части про земледелие Цэнь Цзинтяня.

– Теперь, оказавшись в этом мире, я понимаю, что именно он действительно спасает людей от бедствий. Такая жизнь действительно не будет потрачена зря.

Карета покачивалась, и Сяхоу Дань в полушутку сказал:

– Не принижая своих заслуг, ты тоже спасаешь людей.

– Объективно говоря, если ты поможешь Великой Ся пережить засуху, твоё имя тоже войдёт в историю.

Ю Вань Инь засмеялась и опустила голову.

Через мгновение она глубоко вздохнула и резко подняла голову:

– Хорошо, я тоже не хочу прожить эту жизнь впустую.

– Что? – удивился Сяхоу Дань.

– По сюжету, принц, чтобы взойти на трон, заплатил огромную цену, а я хочу победить его с минимальными жертвами. Предотвращение засухи – это только первый шаг. Он собирался вести смертельную войну с Яньским государством, и в этой битве погибло много людей – мы не допустим этой войны.

Она с горящими глазами смотрела на Сяхоу Даня, её сердце переполняла новая решимость:

– Кажется, я немного помню обстановку в государстве Янь, эта война не обязательна, попробуем решить все дипломатически.

– Хорошо.

– Кроме того, когда принц будет защищать Великую Ся, ему предстоит столкновение с вдовствующей императрицей. Но если мы сможем заранее стать достаточно сильными и внушить им страх, то сможем одержать победу без сражения.

– Хорошо.

– И ещё… – Ю Вань Инь остановилась, – Ты что, смеёшься?

Сяхоу Дань покачал головой:

– Просто кажется абсурдным, что всё, что мы делаем, происходит в книге.

Ю Вань Инь тоже думала об этом:

– Но как в притче о Чжуанчжоу и бабочке*, как мы можем быть уверены, что тот «реальный мир» не является другой книгой?

– Это действительно неизвестно.

– Верно, кто может гарантировать, что его существование реально? Я не хочу об этом задумываться.

Ю Вань Инь махнула рукой, словно разгоняя этот вопрос в дым.

– Даже если меня ждёт смерть, я хочу сделать как можно больше перед этим.

– Хорошо.

– Почему ты всё время говоришь «хорошо»?

– Хорошо, тогда я пожертвую свою жизнь, чтобы следовать за тобой, – улыбнулся Сяхоу Дань.

* * *

Чжан Сан рос год за годом.

Клематисы год за годом регулярно цвели, но он уже давно не думал о тех цветах.

Потому что, по мере того как император старел, а он взрослел, он осознал, что, возможно, та «демоническая наложница», которая была главной героиней, это была не наложница его отца, а его собственная.

Когда он станет императором, она и появится.

Этот факт не принес ему большого утешения. Хотя перед тем, как попасть сюда, он только мельком видел текст, он ясно помнил, что главная героиня была наложницей, а главный герой – не императором.

Следовательно, по стандартным сюжетам романов, он, будучи императором, должен был быть злодеем – тем, кто обречён на трагическую смерть.

Более того, он начал подозревать, что главным героем этого романа является его старший брат.

Сяхоу Бо дожил до того, что покинул дворец, построил своё поместье и получил титул принца Дуаня.

Этот молодой принц, не имея опоры при дворе, часто добровольно просился на пограничную службу. Проведя несколько лет на пограничной заставе, он превратился из унижаемого новобранца в опытного полководца, который завоевал уважение военных. Возвращаясь, он всегда привозил множество военных трофеев и был удостоен почестей от старого императора.

Сяхоу Бо явно следовал пути главного героя.

А Чжан Сана, напротив, злобные силы всего мира толкали на путь злодея.

По логике вещей, Сяхоу Бо был гораздо более подходящим кандидатом на звание наследного принца, чем Чжан Сан. Но новая императрица никогда не допустила бы этого, ей нужен был легко управляемый марионеточный принц.

В результате открытой и скрытой борьбы двух фракций, Чжан Сан подвергся четырём покушениям за один год. Его пытались убить во сне, он плевался кровью после еды, был неоднократно тяжело ранен и каждый раз спасён. Принц Дуань хотел его смерти, а вдовствующая императрица – чтобы он выжил.

Он начал страдать от бессонницы, мигрени становились всё сильнее. Иногда он слышал галлюцинации, иногда думал, что это галлюцинации, а это были настоящие убийцы.

Когда старый император умер и Чжан Сан взошёл на трон, сидя на императорском престоле, он увидел, что кроме фракции вдовствующей императрицы, в совете появилась ещё одна мощная фракция – фракция принца Дуаня.

Но не было почти никого, кто поддерживал бы императора. Даже его учителя были назначены вдовствующей императрицей.

В этом мире его современное образование было не преимуществом, а недостатком. Ни в хитрости, ни в политических интригах, девять лет обязательного образования не могли ему помочь.

Среди всех придворных чиновников он не мог найти никого, кому можно было бы доверять.

Империя рушилась, а он не мог её удержать.

Но Чжан Сан не верил в судьбу.

Даже если ему суждено умереть, он будет бороться до конца.

Интуитивно он нашёл министра Сюй, потому что этот старый чиновник, в отличие от других, не льстил ему, а часто говорил суровую правду и давал мудрые советы.

Кроме того, министр Сюй был неудачником при дворе, его постоянно притесняли.

Чжан Сан решил, что этот человек действительно на его стороне, и начал обращаться к нему с уважением, спрашивая совета по многим вопросам. Но предложения министра Сюй всегда встречали сильное сопротивление, и чем больше это происходило, тем больше Чжан Сан доверял ему. Ведь если бы предложения были ошибочными, вдовствующая императрица и принц Дуань не препятствовали бы им.

До тех пор, пока однажды министр Сюй не предложил избавиться от одного крупного чиновника.

Министр Сюй убедительно объяснил: этот человек всегда обманывал вышестоящих и воровал, а также был в сговоре с принцем Дуанем, его влияние растет, и нужно срочно его устранить.

Чжан Сан поверил ему, собрал доказательства и на утреннем совете внезапно обвинил того чиновника, отправив его в тюрьму, и после казнил.

Это был восьмой человек, которого он убил.

Эта акция прошла удивительно гладко.

Даже слишком гладко. Он не встретил никакого сопротивления. После совета к нему подошёл маленький чиновник с усами, плача и утверждая, что его обманули.

Этот усатый чиновник всегда был сторонником вдовствующей императрицы, но теперь он клялся в верности императору, утверждая, что давно не может выносить унижений от вдовствующей императрицы и хочет служить императору. Он заявил, что министр Сюй на самом деле был её приближённым, хитрым и коварным, и всё это время водил императора за нос.

«Он использовал вашу руку, чтобы убрать того коррумпированного чиновника, на самом деле это было устранение союзника принца Дуаня и избавление от угрозы для вдовствующей императрицы!»

Усатый чиновник представил множество доказательств, в том числе записи почерком вдовствующей императрицы и министра Сюй.

Чжан Сан не мог в это поверить и тайно отправился к вдовствующей императрице, где увидел министра Сюй, радостно беседующего с ней.

Два месяца спустя этот усатый чиновник публично обвинил министра Сюй.

Чжан Сан не убил министра Сюй. Он приказал конфисковать его имущество и отправить в ссылку.

Министр Сюй не сказал ни слова, тяжело поклонился ему несколько раз и был уведён.

Эта акция тоже прошла удивительно гладко.

Чжан Сан чувствовал, что что-то не так, но не мог понять, в чём была ошибка.

Только спустя несколько лет, терпеливо собирая информацию, он смог понять, что же произошло на самом деле.

Усатый чиновник был человеком вдовствующей императрицы. А его обвинение против министра Сюй было сговором с принцем Дуанем.

Усатый чиновник благодаря этому поступку укрепил свои позиции во фракции вдовствующей императрицы и постепенно поднялся к центру власти, позже он был удостоен титула великого наставника – его фамилия Вэй.

В то время Чжан Сан уже не мог ничего сделать против него.

Неважно, верил Чжан Сан в судьбу или нет.

Миру нужен был злодей, вдовствующей императрице – марионетка, а принцу Дуаню – козёл отпущения, чтобы обвинить его во всех бедствиях, голоде и неурожаях.

Он пришёл, и он стал этим человеком.

* * *

Карета резко остановилась, затем внезапно ускорилась, разбудив Сяхоу Даня от полудремы.

Ю Вань Инь тоже испугалась, подняла занавеску и спросила:

– Что случилось?

Кучер ответил:

– Тайная стража заметила слежку. Нападавший всего один, но обладает высоким уровнем боевых навыков, тайная стража не смогла его задержать. Господин Бэй отправился разбираться с ним… Мы должны сопроводить Его Величество и госпожу обратно во дворец.

– Подождите, – нахмурился Сяхоу Дань. – Отправить одного убийцу? Это не в стиле принца Дуаня. Прикажите Бэй Чжоу захватить его живым для допроса.

Кучер оглянулся, прищурившись:

– Господин Бэй ещё не одолел его.

– Как такое возможно? – удивилась Ю Вань Инь.

Бэй Чжоу ведь был самым сильным воином во всей книге, ему не было равных в поединке.

– Похоже, они уже обменялись более чем тридцатью ударами, – продолжил кучер. – Странно, что никто из них не наносит смертельных ударов.

Ю Вань Инь не выдержала и высунула голову из окна, мгновенно растрепав волосы на ветру.

Чтобы скрыться, они всё время ехали окольными путями, и сейчас находились в узком переулке, куда едва могла проехать одна карета.

На другом конце переулка ветер поднимал пыль и камни, мечи свистели в воздухе, две парящие тени сражались, словно в вихре.

Рядом с плечом Ю Вань Инь появилась ещё одна голова. Сяхоу Дань спросил:

– Есть ли в оригинале такой персонаж?

– Я не помню такого…

– Ха! – раздался громкий крик, за ним последовал свистящий звук.

Кучер продолжил свой репортаж с места событий:

– Чёрт, убийца бросил метательные снаряды!

В узком переулке было невозможно уклониться, и Бэй Чжоу вдруг отпрыгнул от стены, как птица, взмыв в воздух и сделав сальто. Метательные снаряды убийцы безвольно упали на землю.

Ещё не приземлившись, Бэй Чжоу взмахнул длинным рукавом в сторону убийцы, и снова раздался свистящий звук.

Его метательные снаряды были гораздо более многочисленными, они непрерывно обрушивались на убийцу, словно превращая его в решето.

– Оставьте его живым! – крикнул Сяхоу Дань.

И в этот момент убийца закричал:

– Стоп! Я не убийца, разве вы не видите этого? Помилуйте!

Судя по голосу, это был молодой человек.

– Если бы ты был убийцей, ты бы уже не жил, – спокойно сказал Бэй Чжоу.

Кучер остановил карету и, охраняя Сяхоу Даня и Ю Вань Инь, приблизился, осторожно глядя на незнакомца.

Метательные снаряды Бэй Чжоу не попали в убийцу, а очертили его силуэт на стене.

Незнакомец не мог двигаться, опустил голову и сказал:

– Я сдаюсь, я сдаюсь.

– Кто ты? – спросил Бэй Чжоу.

Молодой человек, казалось, бросил взгляд на Сяхоу Даня и улыбнулся:

– Моя фамилия Бай, можете звать меня А-Бай.

___________________

прим. пер: «Притча о Чжуанчжоу и бабочке»

Однажды Чжуан Чжоу приснился сон, что он – бабочка, порхающая туда-сюда, и наслаждающаяся своей жизнью. Он не знал, что он был Чжуан Чжоу. Вдруг он проснулся и увидел, что он снова Чжуан Чжоу. Но он не знал, был ли он Чжуан Чжоу, которому снилось, что он бабочка, или бабочкой, которой снилось, что она Чжуан Чжоу.

Глава 21

– Кто ты?

Молодой человек, кажется, мельком взглянул на Сяхоу Даня и с улыбкой сказал:

– Моя фамилия Бай, можешь звать меня А-Бай.

Подойдя ближе, Ю Вань Инь, глядя против света, разглядела лицо незнакомца.

Это был высокий человек, чье лицо было скрыто черной маской, оставляющей открытыми только глаза. Его глаза, несмотря на темноту переулка, были удивительно ясными, как стекло, закаленное в огне. Ю Вань Инь вспомнила, что такая ясность часто бывает у тех, кто овладел глубоким внутренним – Не двигайся. Где ты научился таким боевым искусствам? – Бэй Чжоу не ослаблял внимания, подняв руку в боевом жесте, который напоминал не то ладонь, не то коготь, оставаясь наготове. Метательные ножи, которыми он очертил контуры тела незнакомца, глубоко вонзились в стену, и из трещин осыпалась кирпичная пыль.

А-Бай, застыв на месте, неожиданно спросил:

– Ты Бэй Чжоу?

Бэй Чжоу удивился.

А-Бай продолжил:

– Мы с тобой не знакомы, но ты должен помнить Безымянного Гостя? Он мой учитель.

Безымянный Гость, хотя и не имел имени, был легендарным мастером, чьё имя гремело по всему миру боевых искусств. Когда-то Бэй Чжоу, путешествуя, случайно встретил его и получил от него ценные наставления, став его другом, несмотря на разницу в возрасте.

Однажды, выпивая, Безымянный Гость спросил его, почему он постоянно скитается без цели. Бэй Чжоу, будучи в подавленном настроении, рассказал о скоропостижно скончавшейся императрице Цы Чжэнь: «Дорогие мне люди ушли, и я не знаю, куда идти дальше.»

Безымянный Гость тут же, смочив руку в вине, начертал на земле предсказание и сказал ему: «Вернись в столицу, возможно, ты встретишь сына дорогого тебе человека.»

– Недавно мой учитель, наблюдая за звездами ночью, вдруг решил, что мне пора завершить обучение и отправил меня в столицу, чтобы я присоединился к тебе.

Он достал из-за пазухи смятое и грязное письмо и передал его Бэй Чжоу.

Прочитав письмо, Бэй Чжоу нахмурился:

– Это действительно его почерк. Но я не понимаю, что он пишет.

– О, это письмо не для тебя, оно для императора, – пояснил А-Бай.

Сяхоу Дань, молча стоявший в стороне, наконец заговорил:

– Дай-ка мне посмотреть.

А-Бай резко повернулся, воскликнув с преувеличенным удивлением:

– Император? Живой император!

Сяхоу Дань: «…»

Сяхоу Дань бросил на него предостерегающий взгляд.

А-Бай, однако, только усугубил ситуацию:

– Ого, какой красавец!

Сяхоу Дань: "?»

Сяхоу Дань прочитал письмо, на его лице появилось серьёзное выражение, и он передал его Ю Вань Инь.

На бумаге было написано двумя строками каллиграфическим почерком: «Небо изменило свою волю, указав на нового правителя, звезда империи вновь воссияет. Планета Марс угрожает сердцу, судьба на грани. Пять планет выстроятся в ряд, невезение обращается в удачу.»

Ю Вань Инь едва прочитала первые четыре слова и была потрясена.

Небо изменило свою волю, указав на нового правителя? Это определённо не типичное выражение для гадания. Только путешественник во времени мог бы понять: «Я знаю, что ты сменил душу.»

Весь текст можно перевести так: «Я знаю, что ты сменил душу, и новый человек на троне может изменить судьбу страны. Но твоя судьба полна опасностей, у тебя есть лишь один шанс на спасение – ты должен пройти через смертельную опасность, чтобы обратить беду в удачу.»

Ю Вань Инь и Сяхоу Дань обменялись взглядами, думая: «Этот человек действительно может видеть сквозь время и пространство.»

А-Бай продолжил:

– Учитель сказал, что ты выдающийся талант, и вроде бы как старший брат по учению, и что мне следует у тебя поучиться. Я думал, что же это за талант, может ли он быть таким же талантливым, как я, и вот…

– И поэтому ты решил вначале сразиться со мной?

А-Бай тихо хмыкнул.

Бэй Чжоу посмотрел на своего нового ученика, чувствуя к нему некоторое уважение, но на лице была лишь улыбка:

– Сдался?

А-Бай уклонился от ответа:

– Так ты в столице просто охраняешь императора? Можно мне присоединиться?

Бэй Чжоу посмотрел на Сяхоу Даня.

– У меня уже есть Бэй Чжоу, – ответил Сяхоу Дань.

– Ай, не будь таким. Мой учитель отправил меня сюда с добрыми намерениями, чтобы я служил тебе.

А-Бай ничуть не стеснялся перед императором, даже выглядел немного нахальным:

– Ещё один телохранитель не повредит, я хорошо владею боевыми искусствами, смогу защитить эту… Ого, какая красавица!

Он смотрел на Ю Вань Инь.

– … Спасибо.

Сяхоу Дань снова бросил на него строгий взгляд.

Ю Вань Инь тоже размышляла. В оригинальном сюжете не было такого персонажа, как А-Бай, но теперь, когда появилось два путешественника во времени, стало понятно, что они привлекли внимание мастеров из этого мира.

Сяхоу Дань в это время тихо спросил:

– Бэй Чжоу, что ты думаешь о Безымянном Госте?

Бэй Чжоу заверил:

– Безымянный Гость давно ушёл от мирских дел. Если он прислал это письмо, то, вероятно, предсказал, что ты, Сяхоу, сможешь поддерживать стабильность государства. Этот юноша действительно использует его боевые навыки, так что, думаю, ему можно доверять.

Сяхоу Дань кивнул и сказал А-Баю:

– Следуй за нами.

* * *

Вечером вся группа вернулась во дворец.

Сяхоу Дань сказал, что устроит А-Бая на должность и увёл его с собой.

Бэй Чжоу снова применил свою технику трансформации и вернулся к облику служанки, сопровождая Ю Вань Инь обратно в покои наложницы:

– Тогда я вернусь к себе.

– Бэй Чжоу, – Ю Вань Инь последовала за ним в комнату, – Я хочу кое-что спросить.

– Что?

Ю Вань Инь улыбнулась:

– Сегодня ты пробил стену метательными снарядами не только благодаря силе рук, верно? …Не смотри на меня так, я просто догадалась.

Бэй Чжоу всё ещё был насторожен:

– Как ты узнала…

– Когда мы впервые встретились, твой кинжал пробил деревянную дверь, не теряя силы и убил убийцу на месте. Потом, на лодке, твои метательные снаряды летели прямо и точно, а также могли быть выпущены последовательно без остановки.

Ю Вань Инь внимательно посмотрела на его рукав и похвалила:

– Бэй Чжоу, ты действительно мастер на все руки. Я тоже интересуюсь механизмами, но не могу представить, какие изощрённые устройства могут создавать такие эффекты.

Её объяснение было полностью выдуманным.

Она знала, что Бэй Чжоу был гением в искусстве механизмов, потому что так было написано в оригинале книги.

Когда она впервые привела Сяхоу Даня к этому человеку, у неё была одна мысль. Бэй Чжоу считал свои изобретения в области механизмов абсолютно секретными, и чтобы завоевать его доверие, требовалось провести с ним какое-то время.

Как и ожидалось, после краткого замешательства Бэй Чжоу рассмеялся:

– Вань Инь, ты такая умная. Но неудивительно, что ты не можешь это понять – этими механизмами могу управлять только я.

Он поднял руку, согнул и разогнул пальцы, и из его рукава раздался щелчок:

– Эти механизмы приспособлены к моему телу и требуют мощной внутренней энергии для активации. Поток внутренней энергии позволяет мне непрерывно выпускать метательные снаряды на большое расстояние, проникая даже через самые прочные преграды.

Ю Вань Инь, проявив восхищение, сделала вид, что задумалась.

Бэй Чжоу думал, что она попросит его показать механизмы, готовясь отказать, но вместо этого она спросила:

– А вы никогда не думали создать ещё более мощные механизмы? Например, не на основе внутренней энергии, а на основе пороха?

– Порох? – Бэй Чжоу заинтересовался.

– Да, я думаю, что с нынешним положением Его Величества ему нужно что-то для самозащиты.

* * *

Тем временем, А-Бай сунул Сяхоу Даню горсть таблеток:

– Попробуй их все. Я собрал их по всему миру, это всё какие-то секретные рецепты и народные средства.

– Может, уже хватит?

– Нет, это одна из задач, которую дал мне мой учитель. Он предсказал, что я смогу помочь тебе, и я должен это сделать.

– Хорошо.

А-Бай сел напротив него, ловко налив себе чашку чая:

– Как дела в суде?

– Произошли некоторые изменения, длинная история. Лучше ты расскажи, как у тебя дела.

– Это тоже длинная история… Недавно я устранил двух ключевых фигур, пришлось изрядно постараться, чтобы действовать тихо…

Сяхоу Дань возился с мятой и грязной бумагой.

Предсказания Безымянного Гостя о том, что Сяхоу Дань сменил душу, написание письма и отправка ученика – всё это было правдой.

Только вот это письмо было написано пять лет назад, и их первая встреча произошла пять лет назад.

А-Бай, продолжая свой отчёт, заметил его действия и усмехнулся:

– Ты устроил всю эту сцену, чтобы обмануть моего старшего брата?

– Бэй Чжоу легко обмануть. Это не для него.

А-Бай вдруг понял:

– Тогда это было для обмана той красавицы.

– Прояви уважение, это Благородная наложница. Перед ней нужно притворяться, что ты только что познакомился со мной, не выдай себя.

А-Бай, задумавшись, с возбуждением сказал:

– Она та, кого ты ждал всё это время?

– Нет, это другая.

– Что?

Сяхоу Дань с каменным лицом сказал:

– Я ждал не ту, но она пришла вовремя. Если бы не она, я бы уже давно был мёртв.

– То ли я слишком туп, то ли ты не объяснил, – нахмурился А-Бай.

– Ты слишком туп.

А-Бай: «…»

Он вдруг злобно усмехнулся:

– Ты влюблён в неё, да?

Сяхоу Дань: "?»

– Говорить, что влюблён – это слишком узко.

– Значит, не влюблён?

Сяхоу Дань: «…»

А-Бай, не услышав возражений, удивлённо посмотрел на него:

– Ты действительно не влюблён?

Сяхоу Дань оставался молчаливым.

Любовь, восхищение, преклонение – он чувствовал, что то, что бурлило у него в груди, не заслуживает таких прекрасных названий. Это было как глубокое, тёмное, ядовитое море, в котором росли только чёрные водоросли.

А Бай резко вскочил и выбежал из комнаты:

– Тогда я не буду церемониться!

Сяхоу Дань: "?»

* * *

А Бай снова надел чёрную повязку и прокрался к покоям благородной наложницы, намереваясь незаметно проникнуть внутрь. Но вместо этого он случайно потревожил тайную стражу, что привело к появлению Ю Вань Инь.

Он беззаботно заявил:

– Благородная наложница, я пришёл потренироваться с братом.

– Тссс, – Ю Вань Инь потянула его внутрь и шепнула, – Бэй Чжоу здесь в роли Бэй-мамы, он не показывает свои боевые навыки. Я могу отвезти тебя к нему, но вам придётся найти другое место для тренировки.

– …Бэй кто?

Ю Вань Инь привела его во внутренний двор и постучала в дверь комнаты Бэй Чжоу:

– Бэй-мама.

Бэй Чжоу с удивлением посмотрел на А-Бая.

А Бай весь затрясся от смеха и, наконец, не выдержал:

– Ха-ха-ха, что за нелепость?

Бэй Чжоу цокнул языком и покачал головой:

– Тебе ещё недостаточно побоев? Давай-ка, мамочка позаботится о тебе.

Дверь закрылась, и внутри раздались звуки борьбы. А-Бай вышел, весь в пыли и с растрёпанными волосами.

Ю Вань Инь не смогла удержаться от улыбки:

– Ну и что ты хотел этим добиться?

А-Бай почесал голову, и хотя его лицо было прикрыто, было видно, что он глупо улыбается.

Прожив долгое время во внутреннем дворце, видя таких свободолюбивых людей, Ю Вань Инь находила это забавным. Она повернулась и сказала:

– Попей чаю и отдохни.

А-Бай, глядя на её стройную спину, окликнул:

– Благородная наложница.

– Да?

А Бай огляделся и увидел цветущий сад, полный ярких цветов.

Он тут же принял боевую стойку, плавно двигая руками, и, с помощью движения ладоней, вызвал лёгкий ветерок.

Ю Вань Инь сделала пару шагов, но вдруг заметила, что за её спиной поднялся вихрь из множества лепестков и закружился перед ней в золотисто-красном закате. Она оказалась в облаке аромата и с удивлением оглянулась.

Сяхоу Дань стоял прямо за ней.

Они встретились взглядами в этом волшебном, почти сказочном вихре.

Ю Вань Инь вдруг почувствовала, как у неё вспыхнули щёки:

– Почему ты здесь?

– Пришёл пригласить тебя на ужин, – улыбнулся Сяхоу Дань.

Недалеко А-Бай, превратившись в живой вентилятор, безмолвно вздохнул: «…»

Глава 22

Сяхоу Дань повел Ю Вань Инь в дом на ужин, а А-Бай проявил настойчивость и последовал за ними:

– Можно для меня добавить еще одну пару палочек и чашку?

Ю Вань Инь была поражена. Неужели все люди из мира боевых искусств такие смелые?

Сяхоу Дань бросил на него холодный взгляд и безразлично сказал:

– Иди убери лепестки, которые раскидал.

А-Бай оглянулся:

– Там уже дворцовые служанки убирают.

– Тогда иди и пересади цветы на клумбе.

– Не будь таким мелочным, просто позволь мне поужинать с вами…

Сяхоу Дань кашлянул, предупреждая его взглядом: не наглей, мы же договорились притворяться, что не знакомы.

А-Бай на мгновение замолчал и немного смягчил тон:

– Я не просто так прошу. Слышал, что император интересуется новостями о государстве Янь.

Ю Вань Инь удивилась:

– Ты знаешь что-то о государстве Янь?

В её голове Яньское государство представлось как нечто неопределенное и расплывчатое, она лишь смутно помнила о внутреннем конфликте, но не знала подробностей. Теперь, когда она хотела ввести просо и предотвратить войну, ей нужно было сначала разобраться в их внутренних разногласиях и использовать их.

– Знаю, знаю, я знаю много всего, я даже убил…

Сяхоу Дань, положив руку на плечо А-Бая, прервал его:

– Садись.

Сяхоу Дань отослал слуг, которые подавали еду, и за столом остались только трое. А-Бай, наконец, добился своего и сел рядом с Ю Вань Инь.

Оглядываясь по сторонам, он снял повязку с лица и начал есть.

Ю Вань Инь с интересом смотрела на его лицо. Это был довольно красивый молодой человек, полная противоположность Сяхоу Даню по характеру. Кожа у него была слегка загорелой, видно, что он часто бывал на улице; у него были белые зубы, и он выбирал только мясо, набивая щеки до отказа.

А-Бай сделал глоток вина и вдруг, повернувшись к Ю Вань Инь, с усмешкой спросил:

– Смотришь на меня? Красивый?

Ю Вань Инь: «…»

Все люди из мира боевых искусств такие смелые?

Она невольно взглянула на Сяхоу Даня. Тот, казалось, не обратил внимания на сцену и спокойно сказал: