Текст книги "Какой скандал! (Это просто смешно)"

Автор книги: Ци Инцзюнь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 38 страниц)

Му Юнь понимал, что именно тревожило принца:

– Конечно, мы должны действовать под благовидным предлогом. Недавно я послал людей распространять слухи среди людей, говоря, что та гроза возникла из-за того, что император убил свою мать, и небо послало предупреждение. Затем мы будем действовать по плану, и люди почувствуют, что тиран более чем достоин своей смерти.

Спустя долгое время Сяхоу Бо слегка кивнул.

Глава 42

Пока все гражданские и военные чиновники пребывали в тревожном состоянии, опасаясь, что на их головы обрушится сам дьявол, Сяхоу Дань, которого они считали таковым, лежал в постели, словно труп.

Сильнодействующего лекарства, данного ему Сяо Тяньцаем, едва хватило, чтобы он дотянул до конца утреннего заседания, но как только его действие ослабло, он тут же вернулся в своё прежнее бессильное состояние.

День выдался на редкость холодным. После многодневных осенних дождей северный ветер принёс с собой дыхание зимы. Бэй Чжоу сновал туда-сюда, приказывая слугам развести тепло в камине и заменить старое одеяло на более плотное, при этом совершенно игнорируя самого Сяхоу Даня.

Когда остальные покинули комнату, он, не обращая внимания на умирающего на кровати, начал проверку тайной стражи.

Сяхоу Дань, запутавшись в одеялах и едва держась за жизнь, тихо простонал:

– Дядя Бэй…

– …

– Дядя Бэй, дай немного воды.

С громким стуком Бэй Чжоу, хмуря брови, поставил чашку с горячей водой на край кровати, настолько резко, что несколько капель пролилось.

Сяхоу Дань:

– …

* * *

Ю Вань Инь, тем временем, продолжала разыгрывать перед окружающими святую невинность.

Выйдя наружу она тут же была подхвачена другими напуганными наложницами и вовлечена в разговор, обсуждая последние новости. Вместе с ними Ю Вань Инт направилась к покоям вдовствующей императрицы, но они так и не смогли попасть на прием, чтобы выразить своё почтение. Затем они направились к покоям императора, но их встретили стражники и вежливо отослали прочь.

После того как все действия в рамках дворцового этикета были выполнены, Ю Вань Инь настолько замёрзла, что уже не чувствовала пальцев на ногах. Потирая руки, она произнесла свою заключительную реплику:

– Похоже, мы не смогли ничего узнать, давайте пока разойдёмся.

Однако её тут же схватила за руку одна из юных красавиц. С очаровательной улыбкой она прошептала:

– Сестра Ю, не волнуйтесь, к утру наверняка все станет известно.

Ю Вань Инь в недоумении:

– А?

Все заговорщически переглянулись и засмеялись. Ещё одна наложница взяла её за другую руку и тихо заметила:

– Сестра, императрица-мать слегла. Теперь никто не будет присылать тебе отвар против зачатия, так что стоит воспользоваться моментом, чтобы подарить императору наследника.

– Верно, верно. Недавно я освоила новый модный макияж с узорами пионов, могу накрасить вас.

– Что вы такое говорите? Сестра Ю и так необыкновенно красива, излишний макияж только испортит её природную красоту! На последнем празднике цветов, когда наложница Се старалась выделиться своим ярким макияжем, разве не выглядела она глупо рядом с сестрицей Ю? А вот моя розовая вода очень хороша, сестра, понюхайте…

Ю Вань Инь:

– …

Она вспомнила, что перед происшествием на горе Бэйшань дворцовые интриги как раз достигли того момента, когда её персонаж должен был вернуть расположение императора.

* * *

Вдовствующая императрица, которая всегда держала всё под контролем, пала, вызвав потрясение не только в императорском дворе, но и в гареме. Ю Вань Инь вдруг стала центральной фигурой, к которой теперь стремились все наложницы.

Юная красавица, которая сейчас так цеплялась за неё, происходила из семьи, что поддерживала вдовствующую императрицу, и раньше прислуживала наложнице Шу, активно притесняя Ю Вань Инь. Теперь же она была в отчаянии, опасаясь, что Ю Вань Инь, получив власть, отомстит ей и это отразится на её семье, поэтому поспешила выразить свои добрые намерения.

Но находились и те, кто с презрением посматривал на Ю Вань Инь и с сарказмом советовал: «Императорская милость непостоянна, я бы на месте сестры была осторожнее.»

Ю Вань Инь снова вспомнила, что все это происходит в книге о дворцовых интригах.

Но она по-прежнему не могла вспомнить имена всех этих людей.

Легендарная «коварная наложница, погубившая страну» Ю Вань Инь, долго стояла перед собравшимися, подбирая слова и, наконец, выдала:

– Знаете, я думаю, в этом дворце всё время соревнуются во внешности и происхождении. Атмосфера, честно говоря, не самая дружественная.

Наложницы:

– ?

Ю Вань Инь продолжила:

– Кроме того, средняя продолжительность жизни в гареме всегда была короткой, такое положение дел не выгодно никому. У меня есть предложение: может, стоит ввести что-нибудь вроде игры в пинг понг? Это поможет направить соревновательный дух в полезное русло. Дружба на первом месте, соревнование на втором, и к тому же это улучшит физическое здоровье и поддержит психическое благополучие.

Наступила гробовая тишина.

Спустя некоторое время, та самая юная красавица осторожно спросила:

– Что такое пинг понг?

* * *

Когда все женщины разошлись, Ю Вань Инь снова через потайной ход вернулась под кровать Сяхоу Даня.

Едва она высунула голову, как на неё обрушился поток тёплого воздуха.

Комната была натоплена до весенней температуры, сверху доносился тихий голос Сяхоу Даня:

– …если придворные врачи не справятся, займись этим сам. Нужно, чтобы императрица-мать прожила ещё хотя бы месяц.

– Я сделаю всё возможное, – ответил Сяо Тяньцай.

Затем раздался голос Се Юнэр:

– Можно узнать, зачем это нужно?

В её тоне слышалась ненависть, ведь она всё ещё помнила, как вдовствующая императрица заставила её сделать аборт.

– Нет, – отрезал Сяхоу Дань.

Ю Вань Инь, лежа под кроватью, погрузилась в раздумья.

Сторонники вдовствующей императрицы в последние дни уже успели завалить императорский кабинет своими прошениями: среди них были прошения о пощаде, заявления об отставке, жалобы и попытки устранить конкурентов. Всё это было похоже на дьявольский карнавал. Сяхоу Дань внимательно прочёл их все и запланировал встречать этих людей небольшими группами по очереди.

Теперь, оглядываясь назад и анализируя, она поняла ещё одну причину, по которой Сяхоу Дань не убил вдовствующую императрицу сразу: он оставил время для того, чтобы плавно взять под контроль её сторонников.

Сейчас, когда их собственные силы слабее, чем у могущественного врага – принца Дуаня, необходимо было как можно скорее укрепить свои ряды. В этот момент самыми легкими союзниками были те, кто вот-вот потеряет свои привилегии – сторонники вдовствующей императрицы, потерпевшие поражение.

Попытка нанести удар по ним сейчас была бы слишком рискованной, ведь это могло бы сильно ослабить собственные силы и, в конечном итоге, сыграть на руку принцу Дуаню. Идеальную чистку политической арены можно было отложить на будущее, когда ситуация стабилизируется.

Ю Вань Инь, хотя и не общалась с этими министрами лично, читала о них в описаниях. Эта группа людей льстила и обманывала Сяхоу Даня, на словах подчиняясь, но на деле нарушая его приказы. Снаружи, прикрываясь именем императора, они обдирали народ, набивая карманы и не переставая плести свои интриги. Даже как наблюдатель, она мечтала ускорить приход возмездия.

Но Сяхоу Дань сумел сдержаться.

Будь то на краю гибели в горах Бэйшань, или сейчас, когда его репутация значительно возросла, все его решения, если подумать, были наилучшими из возможных.

С точки зрения характера и видения его можно было считать выдающимся правителем.

… Может быть, даже слишком выдающимся.

Кто бы поверил, что он всего лишь актер, прибывший сюда год назад?

Се Юнэр молчала какое-то время, осмысливая происходящее, и пробормотала: «Безжалостный человек».

Безжалостный к другим, ещё более безжалостный к себе.

Сяхоу Дань:

– Кто из сторонников вдовствующей императрицы является шпионом принца Дуаня?

Се Юнэр:

– …

– Не медли, составь список и честно предоставь мне. Ты уже с нами в одной лодке. Если на этот раз принц Дуань не погибнет, погибнешь ты. Так что будь инициативнее с разведданными.

– Поняла, – ответила сдерживая раздражение Се Юнэр.

Сяо Тяньцай, следуя за Се Юнэр, покинул зал. Когда они остались одни, его шаги постепенно замедлились, он уставился ей в спину.

– Госпожа.

Се Юнэр обернулась.

Юноша долго колебался, прежде чем заговорить:

– Разве вы не говорили, что вас тронуло искреннее отношение Его Величества?

Только что проявленная холодность Сяхоу Даня прямо-таки наклеила ей на лоб ярлык «инструмент».

Се Юнэр взглянув на невинное лицо Сяо Тяньцая, не знакомое со страданиями этого мира, горько усмехнулась:

– Какие чувства? Я просто переметнулась, чтобы выжить и дождаться, пока они выяснят, кто победит.

Эти слова звучали так печально, что даже ей самой было невыносимо их слышать.

Сяо Тяньцай замер на месте, не зная, как реагировать.

Се Юнэр собрав остатки своей раздавленной гордости, глубоко вздохнула:

– Пойдём.

За спиной послышался голос:

– А что потом… когда они решат, кто победил?

Се Юнэр уловила скрытую надежду в его голосе. Но её боевой дух уже угас, и она не желала больше играть с мужчинами. Пожав плечами, она ответила:

– Наверное, постараюсь сбежать.

Сяо Тяньцай замолчал.

Се Юнэр, растерянная, подняла голову и посмотрела на небо, очерченное крышей дворца:

– Смешно, не правда ли? Я мечтала завладеть этим миром, но даже не знаю, как он выглядит.

* * *

Внутренние покои.

Ю Вань Инь вылезла из-под кровати:

– Закончили своё собрание?

– Закончили, – ответил Сяхоу Дань, прислонившись к изголовью.

Ю Вань Инь, чувствуя, как тепло возвращается к её конечностям, полностью ожила. Она села на край кровати, сделала глоток чая и нахмурилась, пристально глядя на Сяхоу Даня:

– Мне кажется, или твоё лицо сейчас выглядит ещё хуже, чем утром?

Сяхоу Дань не успел ответить, как Бэй Чжоу, стоявший у стены, вдруг резко фыркнул.

Сяхоу Дань быстро бросил на него взгляд, который ясно говорил: «Не рассказывай ей о том, что я принимаю лекарства.»

Бэйчжоу фыркнул ещё громче и вышел.

Ю Вань Инь:

– ?

– Ничего, просто рана заживает медленно. Яд на оружии яньцев слишком сильный. То, что я выжил, уже чудо.

Ю Вань Инь прищурилась, внимательно разглядывая его, и протянула:

– Дань, почему у тебя постоянно есть что-то, что ты от меня скрываешь?

Было ли это многозначительным намеком, знала только Ю Вань Инь.

Сяхоу Дань натянуто улыбнулся:

– Ни в коем случае.

Неожиданно Ю Вань Инь поняла, что может многое прочитать по его выражению лица и взгляду.

Вчера, только что вернувшись из ада, его состояние было на удивление спокойным. Но сейчас его глаза, темные как чернила, вновь стали мрачными, словно он безмолвно терпел какую-то боль.

– Опять голова болит?

Сяхоу Дань:

– …

– Как ты узнала?

– Я знаю больше, чем ты думаешь.

Ю Вань Инь не получила ожидаемую реакцию. Сяхоу Дань сделал вид, что не понял, и слабо улыбнулся:

– Как и ожидалось от тебя.

Ю Вань Инь не удалось поймать его на крючок, поэтому она оставила эту тему:

– Ложись, я сделаю тебе массаж.

На самом деле, массаж не мог облегчить его головную боль. Но ему нравилось это предложение, и он с готовностью подставил голову. Ю Вань Инь разогрела ладони и умело надавила на виски:

– Закрой глаза.

Сяхоу Дань как и было велено, закрыл глаза и притворился спящим.

Снаружи завывал ветер, подчеркивая тишину внутри.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Сяхоу Дань тихо заговорил:

– С тобой всё в порядке?

– Со мной?

– Те люди, которые погибли на горе… – он держал глаза закрытыми, как будто тщательно подбирал слова, – …они все равно бы погибли. Даже если бы выполнили задание, принц Дуань всё равно бы расправился с ними. Так что их смерть не твоя вина.

Руки Ю Вань Инь замедлили свои движения.

Она с улыбкой и легкой насмешкой спросила:

– Ты мне что, психологическую поддержку оказываешь?

Сяхоу Дань открыл глаза и посмотрел на неё с непонятным выражением.

– Мы ведь прошли через одно и то же, так что если кому и нужна помощь, то нам обоим. – Она мягко похлопала его по лбу: – И это не твоя вина.

Сяхоу Дань продолжал неотрывно смотреть на неё, так долго, что Ю Вань Инь начала чувствовать себя неловко.

Она потрогала своё лицо:

– Что-то не так?

– Нет, – Сяхоу Дань наконец отвел взгляд: – Только запах…

– Запах? – Ю Вань Инь наклонилась и понюхала себя, рассмеялась: – Это розовая вода, которую мне подарили твои прекрасные наложницы.

– Почему они тебе её подарили?

Ю Вань Инь вспомнила ту фразу «постарайся, чтобы зачать наследника» и почувствовала, как её лицо покраснело:

– Без понятия.

– Ну скажи.

– Голова больше не болит? Тогда я пойду.

Сяхоу Дань быстро ухватил её за край платья:

– Нет-нет, не уходи, я не буду спрашивать…

Когда тайный страж принёс срочное письмо и подошёл к двери, он увидел следующую сцену: тяжелораненый император, играющий в какие-то детские игры с наложницей.

Страж замер на месте и собирался уйти тем же путём, но Сяхоу Дань заметил его:

– Что случилось?

Ю Вань Инь быстро выпрямилась.

– Господин Бай прислал письмо, – ответил страж.

– А-Бай? – спросила Ю Вань Инь.

Страж передал письмо, с удивлением глянув на Ю Вань Инь, которая даже не подумала уйти, и на Сяхоу Даня, который тоже не прогонял её. Он не мог не задуматься. Каждый раз, когда он возвращался в столицу после долгого отсутствия, он замечал, что статус этой наложницы снова и снова поднимался.

Что же в ней такого, что даже император, который годами избегал женщин, так потерял голову?

Сяхоу Дань уже вскрыл конверт и бегло прочитал письмо.

Страж услышал, как он пояснил Ю Вань Инь:

– Я попросил А-Бая отправить людей, чтобы помочь Туэру, он ответил, что всё выполнено.

– Отправить людей?

– …Это его друзья из мира боевых искусств.

Ю Вань Инь поняла:

– Так вот в чём заключалось твоё задание для А-Бая? То подкрепление, что ты пообещал Туэру, – это группа людей из мира боевых искусств? Подожди, но А-Бай только в этом году завершил своё обучение, как он смог собрать столько людей?

Сяхоу Дань:

– …

Сяхоу Дань уклончиво ответил:

– У него свои методы.

– А-Бай действительно впечатляет.

Сяхоу Дань сжал губы, ничего не ответил и затем перевернул конверт и потряс его. Оттуда сначала выпали несколько таблеток, как обычно, а затем нечто неожиданное.

Серебряная шпилька, украшенная фигуркой птицы с расправленными крыльями, с длинными перьями вместо кисточки.

Это явно не было подарком для императора.

Лицо Сяхоу Даня омрачилось:

– Жаворонок. – Он передал ей шпильку: – Это для тебя. Он сказал, что скоро у тебя день рождения, и это его подарок

Глаза тайного стража округлились. Он был уверен, что не должен был видеть такой провокационной сцены. Подарок женщине императора прямо на глазах у самого императора?

Тайный страж с тревогой украдкой посмотрел на Ю Вань Инь.

Ю Вань Инь не знала, смеяться ей или плакать:

– Он совсем не боится смерти.

Нет, госпожа наложница, как вы можете беспокоиться о том, боится он смерти или нет? Разве вы сама не боитесь смерти?

Ю Вань Инь покрутила шпильку в руках, заметив на лице Сяхоу Даня выражение «если ты её наденешь, я убью А-Бая», поспешно отложила её в сторону и попыталась успокоить:

– Не сердись, он ничего такого не имел в виду. Люди из мира боевых искусств не знают дворцовых правил, он считает меня другом…

Сяхоу Дань мрачно пробормотал:

– Вы едва провели вместе несколько дней, а уже стали друзьями.

Ю Вань Инь уловила его ревность и неожиданно повеселела, подумав: ты раньше так старательно притворялся великодушным, а теперь уже не можешь.

Тайный страж, заметив её улыбку, почувствовал, что его вот-вот хватит сердечный приступ.

Ю Вань Инь наклонилась и прошептала на ухо Сяхоу Даню:

– Ваше Величество.

Сяхоу Дань, чувствуя её дыхание, покраснел и отвернул голову. Ю Вань Инь, словно древняя лиса, настойчиво продолжала шептать:

– Ваше Величество… он для меня как сестра.

Сяхоу Дань:

– …

Тайный страж:

– ?

Что ты только что сказала?

Дьявольский голос Ю Вань Инь проник в его уши:

– Он сказал, что фиолетовый – это очень утончённый цвет.

Сяхоу Дань:

– …

– Пф, – Сяхоу Дань с трудом сдержался, чтобы не засмеяться.

Тайный страж с онемевшим сердцем подумал: наверное, вот что значит быть околдованным.

Глава 43

Лежавший целый день без сознания, Сяхоу Дань понемногу приходил в себя. На следующий день, всё ещё с трудом двигаясь, он собрался с силами и поспешил отправился к вдовствующей императрице, чтобы поиграть в политические игры с её сторонниками.

Ю Вань Инь, напротив, позволила себе наконец выспаться, а проснувшись, с привычной сноровкой переоделась в мужской костюм, после чего, в сопровождении тайных стражей, незаметно покинула дворец. Убедившись, что за ней никто не следит, она тихо выехала за пределы города.

За чертой города, на кладбище, появилась новая могильная плита. Яма перед ней всё ещё оставалась незакопанной, а рядом одиноко стоял пустой гроб.

Когда Ю Вань Инь вышла из экипажа, перед её взором предстали несколько человек: Ли Юньси, Ян Дуоцзе, Эр Лань и пара пожилых людей, которых она видела впервые.

Ледяной ветер дул ещё сильнее, чем накануне, развевая одежды собравшихся. Пожилая пара стояла, опираясь друг на друга, их согбенные фигуры дрожали, а глаза, опухшие и пустые, словно не видели окружающего мира. Только когда Ю Вань Инь приблизилась, старуха чуть подняла голову и тихо спросила:

– Вы все были товарищами моего сына?

Чтобы избежать слежки принца Дуаня, все, кто вышел из города, тщательно замаскировались и не называли своих настоящих имен. Даже на плите было выбито лишь поддельное имя, которым Ван Чжао пользовался при дворе.

Ян Дуоцзе шагнул вперед и ответил:

– Отец, мать, мы все были близкими друзьями Ван Чжао и пришли проводить его в последний путь.

На самом деле, назвать их друзьями было бы преувеличением.

Но назвать их друзьями было бы преувеличением. Ван Чжао всегда был замкнутым и сдержанным человеком, почти стариком в душе, взвешивая каждое слово и держась на расстоянии. Вряд ли кто-то мог сказать, что знал его по-настоящему. Тем более, что после вступления на службу он вскоре отправился в далекое государство Янь.

Старики, услышав ответ, выглядели благодарными:

– Спасибо, хорошо… хотя бы столько друзей пришли его проводить.

Пожилая пара с трепетом развернула свёрток, который принесла с собой, и положила в гроб несколько вещей, выстроив их в форму человеческого тела.

Когда стражники начали засыпать яму, Ю Вань Инь почувствовала холодок на кончике носа и подняла голову. С неба падал первый в этом году снег.

Ли Юньси, израненный горем, этим утром с трудом наскреб денег на хорошую бутылку вина, и теперь налил полную чашу, начав петь: «Чистые воды реки у кленовых деревьев, взгляд в тысячи ли ранит сердце тоской. Душа, возвращайся, душа, возвращайся! О, печальный Юг…»

Старики зарыдали под его хриплый и печальный голос.

Ю Вань Инь стояла рядом, молча слушая, и вдруг вспомнила, как однажды она напевала что-то под нос, и Ван Чжао услышал это. Он долго колебался, прежде чем сказать: «Вы, госпожа, поёте так, будто знаете всю боль народа».

Это был их единственный общий момент.

Что за человек был Ван Чжао? О чём он мечтал, кого любил, о чём думал в последние мгновения своей жизни, глядя в сторону Великой Ся…

Она ничего не знала о его жизни или смерти. Она знала лишь одно: путь далёк, а безымянная могила скрыта от глаз.

Закончив свою песню, Ли Юньси пролил вино перед могилой и сказал: «Брат Ван, небеса будут твоей крышей, горы и реки – стенами, солнце и луна – факелами, а травы и деревья – балками. Теперь ты дома».

Остальные тоже взяли кувшин с вином и по очереди выпили за упокой.

Ли Юньси наполнил ещё одну чашу:

– Это от братца Цэня, он попросил меня выпить за тебя.

Ю Вань Инь оставила стариков наедине с их горем и жестом пригласила остальных отойти в сторону и тихо спросила:

– Что с Цэнь Цзиньтянем?

– Ничего хорошего, – ответил Ли Юньси и вздохнул: – Вчера он услышал, что с просом из Янь всё улажено, был очень рад, собирался сегодня проводить Вана. Но утром… не смог встать с постели.

* * *

Когда Ю Вань Инь вернулась во дворец, Сяхоу Дань уже успел встретиться с двумя группами людей и принёс с собой новость:

– Твой отец, Ю Шаоцин, пытается передать тебе сообщение.

Ю Вань Инь, погружённая в свои мысли, спросила:

– Ю Шаоцин? Кто это?

– …Твой отец.

– Ах, чуть не забыла.

– Видимо, дела у него идут плохо с принцем Дуанем, вот он и пытается найти новую опору. Этот человек в оригинале был просто проходным персонажем, верно? Может, стоит дать ему шанс… – Сяхоу Дань внезапно замолчал.

Ю Вань Инь посмотрела на него.

– Ты плакала?

– Нет.

Глаза Ю Вань Инь действительно были сухими. Она не помнила, когда в последний раз плакала.

Она рассказала ему о Цэнь Цзиньтяне.

Сяхоу Дань напомнил:

– Изначально он и должен был умереть от болезни.

– Но в оригинале он хотя бы дожил до лета и умер во время засухи.

– Тогда он держался из последних сил, надеясь увидеть урожай. Теперь он знает о засухе и знает, что люди смогут пережить эту катастрофу. У него больше нет причин держаться, – голос Сяхоу Даня был спокоен, – Для него это счастливый конец.

Ю Вань Инь почувствовала глухую тоску.

Она хотела сказать, что это не может быть счастливым концом, ведь они обещали Цэнь Цзиньтяню, что он увидит мирную и процветающую Ся. Но даже когда они давали это обещание, они понимали, что времени не хватит, и это обещание останется лишь мечтой.

Но прежде чем она успела заговорить, Сяхоу Дань, словно предвидя её слова, мягко сказал:

– Вань Инь, не забывай, они всего лишь бумажные люди. Если забудешь об этом, они сломают тебя.

Когда в памяти всё ещё звучали те печальные песни и рыдания, слово «бумажные люди» казалось особенно режущим.

Ю Вань Инь невольно выпалила:

– Но когда ты узнал о смерти Ван Чжао на горе Бэйшань, у тебя была совсем другая реакция.

В глазах Сяхоу Даня мелькнула тень:

– Поэтому я тоже должен напоминать себе об этом.

Ю Вань Инь не нашла, что сказать.

Сяхоу Дань, похоже, счёл разговор оконченным:

– Сейчас снаружи опасно, не выходи из дворца. Если хочешь навестить Цэнь Цзиньтяня, можешь послать кого-нибудь. Кстати, нужно ли пригласить твоего отца во дворец?

– Нет, – Ю Вань Инь глубоко вздохнула, – пока я его не вижу, он остаётся для меня просто бумажным человеком.

Сяхоу Дань:

– …

Вдруг он вспомнил своё обещание, что ей никогда не придется меняться.

Он нарушил это обещание.

Он не хотел, чтобы она страдала, поэтому пытался лишить её права на боль.

Прошло несколько секунд, прежде чем Сяхоу Дань тихо спросил

– А как насчет того, чтобы вечером съесть маленький хот-пот?

– …Что?

Сяхоу Дань улыбнулся:

– Ты ведь всегда хотела собрать троих, чтобы поесть хот-пот и поиграть в карты. Теперь у нас есть Се Юнэр, я приглашу ещё Бэй Чжоу, и мы научим его играть.

Ю Вань Инь заставила себя вернуться в реальность:

– У тебя же раны ещё не зажили, тебе нельзя острое.

– Мы можем приготовить двойной хот-пот.

У Сяхоу Даня была какая-то странная одержимость маленьким хот-потом, которую она не могла понять.

* * *

Темнело быстро, тёплый свет дворцовых фонарей освещал падающий снег.

Ю Вань Инь пошла в боковые покои искать Се Юнэр.

Чтобы избежать попыток устранения со стороны принца Дуаня, Се Юнэр теперь официально считалась больной и никуда не выходила, фактически скрываясь в боковых покоях Сяхоу Даня, проводя дни в одиночестве, без собеседников.

Сяхоу Дань последовал за ней во двор, отпустил прислугу с зонтом, затем повернулся к двери, за которой находился Бэй Чжоу, но не сделал ни шага.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем он стряхнул снег с плеча, подошёл к двери и постучал:

– Дядя, поедим хот-пот?

Дверь открылась, и Бэй Чжоу с каменным лицом посмотрел на него.

Император, которого называли тираном, опустил глаза и тихо сказал:

– Не сердитесь, тогда я принял лекарство, потому что другого выхода не было.

Бэй Чжоу тихо вздохнул.

– …Дядя.

Бэй Чжоу положил руку ему на голову и с легким нажимом сказал:

– Я уже говорил тебе, ты ребёнок Нань, а значит, и мой ребёнок. У меня нет никого ближе в этом мире, и я потратил все силы, чтобы защитить тебя, не ради какого-то государства или трона. Если ты ещё раз рискнешь своей жизнью ради этого дурацкого трона, я тебя свяжу и увезу на край света, чтобы мы могли провести остаток жизни вдали от всех, понял? Пойдем.

Не дожидаясь ответа, Бэй Чжоу развернулся и пошёл прочь.

Сяхоудан остался стоять у двери, опустив голову.

Ю Вань Инь попала сюда сравнительно недавно, и ещё не испытала на себе достаточное количество расставаний и потерь, чтобы понять, что чужая доброта часто становится обжигающим пламенем.

* * *

Маленький котелок с бульоном тихо булькал, Бэй Чжоу, зачерпнув ложкой, вдыхал обжигающий пар, шипя от жгучей остроты.

Ю Вань Инь обратилась к Се Юнэр:

– Что стоишь, помоги положить в котел.

Се Юнэр всё ещё была в растерянности. Она не ожидала, что в этом мире первый раз попробует хот-пот именно при таких обстоятельствах.

Перед ней сидели эти двое, уже углубившись в обсуждение свежих новостей.

– Говорят, среди народа уже пошли слухи, что я погубил императрицу-мать, а гроза была небесной карой за мои неправедные деяния.

– Вот это да, наверное, слухи распускают сторонники принца Дуаня? Похоже, они начинают информационную войну. Без лука, пожалуйста.

– А может быть, это остатки фракции вдовствующей императрицы. Нужно ли добавить креветки в острый бульон?

Бэй Чжоу поднял голову и вмешался:

– Кто распространяет эти слухи? Кто бы это ни был, я поймаю одного и отрублю ему голову в назидание остальным, как вам такой план?

– Ни в коем случае! – возразили Ю Вань Инь и Се Юнэр в один голос.

Ю Вань Инь подняла бровь:

– Что?

Се Юнэр, как опытная поклонница информационных баталий, пояснила:

– Я понимаю, как это работает. Если попытаешься заткнуть рот, это только усугубит ситуацию. Чтобы победить слухи, нужно использовать их же оружие. Отправь людей на улицы, пусть говорят, что принц Дуань не только несправедлив и бессердечен, но и послал людей убить тебя и вдовствующую императрицу на горе Бэйшань, но ты, как истинный сын дракона, благодаря своей удаче, был спасён, когда небеса послали 81 молнию, поразившую всех врагов.

Сяхоу Дань на мгновение задумался:

– Это немного преувеличено.

– Действительно, – подтвердила Ю Вань Инь.

– Люди не боятся преувеличений, они даже верят в книги, спрятанные в животах рыб, чем нелепее история, тем быстрее она распространяется, – Се Юнэр говорила уверенно: – Почему, по-твоему, Сяхоу Бо до сих пор не выступил против? Он всегда верил, что он послан небесами для исполнения небесной воли и спасения Великой Ся, поэтому он держится за свою правоту. Эти слухи сейчас, похоже, подготавливают почву для того, чтобы он начал действовать лично.

Ю Вань Инь зааплодировала.

– Юнэр, теперь понятно, почему принц Дуань так долго держался на плаву – это всё благодаря тебе.

Се Юнэр смущенно улыбнулась:

– Он намного умнее меня.

– Только потому, что у тебя есть чувства, ты больше похожа на человека!

Сяхоу Дань задумался:

– Раз так, мы не можем напасть на него без повода, иначе нас обвинят в убийстве матери и брата, и это дестабилизирует двор.

– Согласно записям Сюй Яо, у них есть два плана твоего убийства, оба после смерти вдовствующей императрицы. Один на похоронах, другой во время похоронной процессии. Но теперь ситуация изменилась, и я не знаю, какой из них выберет принц Дуань, или вообще ни один. Думаю, нам следует подготовиться к этим двум сценариям, и поставить людей следить за принцем Дуанем, чтобы в случае чего мы могли его поймать и законно устранить.

Се Юньэр, услышав упоминание о книге Сюй Яо, приподняла бровь и посмотрела на Ю Вань Инь:

– Кстати говоря…

– Что?

– Ты говорила, что записи Сюй Яо немного отличаются от моего первоначального плана, – Се Юнэр медленно продолжила, – но как ты узнала…

Как ты узнала мой первоначальный план?

Я ведь рассказывала его только Сяхоу Бо.

Неужели он, безупречный злодей, рассказал тебе это?

Тогда она была сбита с толку, чтобы это заметить.

Но в последние дни, когда её эмоции утихли, этот вопрос возникал у неё в голове снова и снова, и она подавляла его снова и снова.

Она не была уверена, что действительно хочет знать ответ.

Ю Вань Инь быстро обменялась взглядом с Сяхоу Данем, выражение их лиц оставалось обычным. Она похлопала её по плечу и сказала:

– Это тоже рассказал мне Сюй Яо после того, как перешел на нашу сторону. Все твои предложения, принц Дуань обсуждал с Сюй Яо.

– Ах.

В глубине души Се Юнэр чувствовала, что это объяснение притянуто за уши. Но если не принц Дуань и не Сюй Яо, неужели Ю Вань Инь действительно открыла небесное око?

…Небесное око.

Вдруг у Се Юнэр внезапно возникло странное чувство: она поняла, что не стоит дальше искать ответы в этом направлении. Иначе то, что она обнаружит, может ей не понравиться.

Ю Вань Инь крепко обняла её и потрепала по голове:

– Сестра, такие мужчины, как трава на лугу, оглянись, и мы найдем других в другом месте.

Сяхоу Дань посмотрел на Ю Вань Инь с недоумением.

– Это тоже твоя сестра?

Глава 44

Всё происходило словно под чьим-то невидимым контролем: состояние здоровья вдовствующей императрицы то ухудшалась, то улучшалась, заставляя многих придворных то и дело замирать в тревоге. Наконец, после того как вся императорская медицинская академия по очереди принесла извинения, стало очевидно: надежды на выздоровление больше нет.

За эти несколько дней фракция вдовствующей императрицы распалась, а её члены разбежались как обезьяны с упавшего дерева. Несколько видных фигур были разжалованы, некоторым удалось подать в отставку, и это было одобрено. Оставшиеся же, словно притихшие мыши, влились в ряды сторонников императора, при этом большинство из них сохранили свои должности.

Освободившиеся места были быстро заполнены новыми лицами.

Эр Лань и Ли Юньси получили повышение.

Ян Дуоцзе, наконец, со слезами на глазах попрощался с Бюро небесных предсказаний и с радостью перешел в Министерство чиновников.

Многие низшие чиновники, которые годами прозябали на задворках, теперь неожиданно получили повышение.

Всё происходило тихо и незаметно, и даже настолько спокойно, что казалось, будто никакой бури вовсе не было.

Из-за этого многие, кто пытался извлечь выгоду из хаоса, жаловались на удачу императора, в то время как самые умные из тех, кто глубже всех был вовлечен в политические интриги, уже начали испытывать страх.

Буря не ощущалась лишь потому, что её подавили в зародыше.

Раньше считалось, что принц Дуань – сильная фигура, но теперь стало ясно, что за ним стоит кто-то ещё более опасный.