Текст книги "Дело в ридикюле (СИ)"

Автор книги: Анна Лерн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 30 (всего у книги 32 страниц)

Глава 88

Я всё ещё подыскивала слова для ответа на неожиданные слова благодарности графини, когда внезапно в дверях гостиной появился дворецкий. Он был явно чем-то взволнован.

– Прошу прощения, ваше сиятельство, – обратился он к Кессфорду, а потом повернулся ко мне. – Леди Флетчер, из столицы прибыл посыльный. Дело чрезвычайной важности. Касается вашего отца.

– Что случилось? – я немного напряглась. Всё, что касалось виконта, вызывало во мне неприятные чувства.

Дворецкий выглянул в холл, и через минуту в гостиную вошёл мужчина в пыльной одежде. Он поклонился и сказал:

– Леди Флетчер, меня прислала ваша матушка. На лорда Флетчера напали. Он ранен и находится без сознания.

– Ранен? – я нахмурилась. – Но что произошло?

– Бандиты, леди, – ответил посыльный. – Напали на виконта в тёмной подворотне.

Я испытала укол жалости. Да, этот человек принёс мне много неприятностей. Но такого я не желала даже ему. Как бы то ни было, я формально являлась дочерью лорда Флетчера и обязана быть рядом в такой момент.

– Мне нужно ехать. Немедленно, – я посмотрела на Эммануила, и он сразу же поднялся.

– Я еду с тобой.

– Мне так жаль… – леди Лэйкер прижала ладонь к груди. – Господи… Если потребуется моя помощь…

– Благодарю вас, ваше сиятельство, – мне сейчас не очень хотелось слушать слова сочувствия. Потому что не чувствовала того, что, по идее, должна испытывать настоящая дочь. – Прошу прощения, но мне нужно собираться в дорогу.

Этим же вечером, когда сумерки окончательно окутали поместье, запряженный лучшими лошадьми экипаж уже мчался по пыльной дороге в сторону Лоундона.

На рассвете, с первыми лучами солнца, едва окрасившими крыши домов, карета подъехала к особняку Флетчеров. Маркиз помог мне выйти, и я на минуту замерла перед главным входом. Воспоминания лавиной обрушились на меня. В новом мире я появилась именно здесь, в этом особняке. Здесь я увидела в зеркале новую себя…

– Ты хорошо себя чувствуешь? – Эммануил склонился ко мне, заметив мою нерешительность.

– Да, да… Всё хорошо, – я вынырнула из своих мыслей и, глубоко вдохнув, ступила на лестницу.

Внутри дом был погружён в густую давящую тишину, от которой сжималось сердце. Нас никто не встречал, но мне было всё равно.

Где-то наверху хлопнула дверь, и на лестнице показалась леди Горделия.

– Адель! – воскликнула она, быстро спускаясь вниз. – Ты приехала!

Женщина обняла меня, после чего поздоровалась с Кессфордом. Но, несмотря на вроде бы тёплое приветствие, в ней чувствовалась какая-то холодная отстранённость. Между нами словно выросла стена.

– Как отец? – спросила я, отметив про себя, что леди Горделия бледна, но не похожа на убитую горем супругу.

– Твой отец плох, Адель. Он не приходит в себя, – ответила она и кивнула на второй этаж. – Если хочешь, поднимись к нему. Там доктор Грэм.

Мы с Эммануилом поднялись в покои отца и без стука вошли в приоткрытую дверь. Лорд Флетчер лежал в постели, его лицо было мертвенно-бледным, а кожа имела неестественный восковой оттенок. В кресле сидел доктор, что-то записывая в блокнот. При виде нас он поднялся, поклонился маркизу, а потом и мне.

– Доброе утро, леди Флетчер.

– Какие у вас прогнозы? – поинтересовался Эммануил. – У виконта есть шансы?

– Я сделал всё, что мог, ваше сиятельство, – тихо произнёс доктор Грэм. – Сейчас остаётся только ждать. Удар был очень сильным. Состояние виконта крайне тяжёлое.

Я подошла ближе и присела на кровать. В этот момент передо мной был не безжалостный распорядитель судьбы дочери, а раненый человек. Не знаю почему, но мне вдруг захотелось прикоснуться к его руке, лежащей на груди. Она была чуть тёплой, с выступающими узлами голубоватых вен. И в этот момент лорд Флетчер вдруг открыл глаза. Его взгляд заметался по комнате, а потом остановился на мне.

– О Боже… – прошептала я, сжимая его пальцы. – Отец, вы слышите меня?

Виконт захрипел. Его левая рука, слабая и дрожащая, приподнялась на несколько сантиметров, прежде чем бессильно упасть на покрывало. В этот момент, глядя на некогда властного, а теперь беспомощного и испуганного лорда Флетчера, я снова почувствовала к нему искреннюю пронзительную жалость. Полные невысказанного ужаса глаза отца смотрели на меня с таким отчаянием, что я почувствовала, как в горле образуется колючий ком.

– Вы позволите? – к кровати подошёл доктор, и я уступила ему место. Он осмотрел виконта, а потом многозначительно взглянул на дверь.

Мы вышли в коридор и мистер Грэм сказал:

– Леди Флетчер. Вашего отца парализовало после удара. Правая сторона тела полностью обездвижена, также наблюдается нарушение речи. Удар был очень сильным, он повредил головной мозг… Но это удивительный орган, и иногда происходят чудеса. Но в таких случаях восстановление происходит очень медленно и требует огромных усилий. На данный момент мы можем лишь поддерживать состояние лорда Флетчера и надеяться. Я дам вашей матушке контакты профессиональных сиделок, которые знают, как управляться с такими больными.

Доктор ушёл, а я вернулась в комнату отца. Оставлять виконта в одиночестве, когда он только пришёл в себя, было бы неправильным.

Но в то же время я прекрасно понимала, что в данный момент ничем не могу помочь. Да и не хотелось пропустить свадьбу Иви. Я верила, что она обязательно состоится, и подруга с графом найдут общий язык. Ничего, вернусь после венчания.

За обедом в столовой царила гнетущая, почти осязаемая тишина.

– Матушка, я понимаю, как вам сейчас тяжело, – начала я, стараясь не обращать внимания на холодность хозяйки дома. – Я буду приезжать так часто, как только смогу, чтобы помогать с отцом.

– Зачем? – матушка бросила на меня недовольный взгляд. – За виконтом будут ухаживать сиделки, а врачи проследят за его состоянием. Да и у меня теперь будет… много времени… После того как я лишилась…

Она резко оборвала фразу, но я заметила, как женщина машинально прикоснулась к животу. Неужели леди Горделия потеряла ребенка?

Настаивать я не стала. Но решила, что всё равно приеду после свадьбы Иви. Тем более мне нужно было встретиться с редактором «Мира Моды».

Вечером, когда слуги готовили наш с маркизом экипаж, я вышла в сад. День выдался невероятно тяжёлым, полным сложных эмоций. Мне хотелось побыть одной. Прохладный, влажный вечерний воздух приятно холодил лицо. Тонкий, чуть сладковатый аромат роз смешивался с запахом сырой земли и ночной фиалки. Я медленно шла по дорожке, засыпанной мелким гравием, но, услышав приглушённые голоса, остановилась. Они доносились откуда-то из-за густых разросшихся кустов старой сирени в самом дальнем и укромном углу сада. Один голос я узнала сразу: он принадлежал леди Горделии. А вот второй… второй показался мне тоже очень знакомым. Необъяснимое любопытство, смешанное с каким-то нехорошим липким предчувствием, заставило меня подойти ближе.

– …Я не верю своему счастью, Оскар! – взволнованно говорила леди Горделия. – Неужели это происходит с нами?

– Тише, моя дорогая, умоляю тебя, тише… – негромко увещевал матушку её спутник. – Нас могут услышать!

Я замерла на месте, боясь дышать, боясь издать хоть малейший звук. Оскар Дулитл? С леди Горделией? Я не могла поверить своим ушам. Это казалось каким-то дурным, абсурдным сном! Неужели этот тот влюблённый в Адель романтичный юноша?

Осторожно раздвинув ветви, я замерла, поражённая увиденным. Руки Оскара крепко, собственнически обнимали за талию леди Горделию, прижимая к себе. А она, запрокинув голову, с какой-то исступленной страстью отвечала на его поцелуй…

Глава 89

Вот тебе и Оскар! Как же он умело изображал пылкую влюблённость! Смотрел на меня преданными глазами, помог сбежать! Омерзительно!

Я закусила губу. Каждый мой нерв был натянут до предела. Уходить было рано: возможно, получится узнать ещё какие-нибудь секреты.

Влюблённые, наконец, оторвались друг от друга, и, тяжело дыша, леди Горделия произнесла:

– Я думала, что избавилась от Адель, когда ты помог ей сбежать! Надеялась, что виконт не простит дочь, вычеркнет ее из жизни, из завещания! Но эта мерзавка умудрилась охмурить маркиза Кессфорда! Самого маркиза! Теперь она под его защитой! А я… я потеряла нашего ребенка! Нашего ребёнка, Оскар! Который должен был стать следующим виконтом Флетчером!

Последние слова женщина почти выплюнула. В них смешались злость и какая-то звериная тоска.

Так значит, виконтесса носила дитя Оскара Дулитла? Это было слишком чудовищно, чтобы быть правдой. Она изменяла отцу с этим молодым проходимцем, который годился ей в сыновья… И у них должен был быть ребёнок, которого леди Горделия собиралась выдать за наследника Флетчера…

Я пребывала в шоке от всех этих интриг.

– И теперь, если мой муж умрёт, наследство поделят между нами с Адель! – тем временем продолжала злобно шептать леди Горделия. – А если девчонка, не дай Бог, до смерти отца успеет родить ребёнка мужского пола от своего маркиза, то титул перейдет ему! Представляешь, Оскар? Ему! А Адель станет хозяйкой всех денег, всего состояния Флетчеров до совершеннолетия своего сына! Я же получу мизерную вдовью долю, жалкие крохи! И буду смотреть, как она всем распоряжается! Нет! Этому не бывать!

В наступившей тишине было слышно лишь стрекот цикад и тяжёлое дыхание взволнованной виконтессы. Я боялась пошевелиться, чтобы не пропустить хоть слово. Мне было тяжело понять, как женщина, которая воспитала Адель с пелёнок, могла говорить такие страшные вещи. Ни капли сочувствия к умирающему мужу, ни тени любви к дочери. Только жадность, холодный расчёт и злоба.

– Что ты предлагаешь? – голос Оскара прозвучал приглушённо. В нем не было ни удивления, ни осуждения. Лишь деловой интерес. Он был соучастником. Не просто соблазнённым юнцом, а полноправным партнёром в этом грязном спектакле.

– Александра нужно убрать с дороги! – тихо, но отчетливо произнесла леди Горделия. – Он и так одной ногой в могиле. Небольшая помощь и всё закончится. Никто ничего не заподозрит.

Женщина сделала паузу, а затем её голос стал еще более вкрадчивым:

– А нам, мой сладкий, нужно постараться зачать своё дитя. Как можно скорее. Ребёнка, которого я выдам за отпрыска виконта! Доктор Тайсон накануне обследовал моего мужа. И кажется мне, что диагноз неутешителен. Но никто ничего не узнает, ведь виконт парализован! Он не сможет ничего ни подтвердить, ни опровергнуть. А я буду убитой горем вдовой, ожидающей посмертного наследника! И всё состояние вместе с титулом – наши!

Я больше не могла этого слушать. Всё было и так ясно.

Стараясь не шуметь, я выбралась из-за кустов сирени и быстро пошла прочь. Каким бы ни было моё отношение к лорду Флетчеру, но безучастно наблюдать, как его сведут в могилу, я не собиралась. Но что можно было предпринять в этой ситуации? Когда я вошла в холл, Эммануил как раз спускался по лестнице, уже готовый к отъезду. Он увидел меня и нахмурился.

– Адель? Что случилось? Где ты была? Пора ехать.

– Мы не можем сейчас уехать, – подошла к маркизу и тихо сказала: – Я видела в саду леди Горделию и Оскара Дулитла. Этот молодой человек был влюблён в меня… вернее делал вид, что влюблён. Они любовники.

– Кхм… это, конечно, неприятная ситуация, но виконтесса и этот молодой человек – взрослые люди… – Эммануил приподнял бровь, усмехаясь краешками губ. – Тебе это неприятно, но…

– Мне плевать на их отношения! – прервала я Кессфорда. – Но эти люди замышляют преступление!

– О чём ты говоришь? – маркиз тут же посерьёзнел.

И я начала торопливо рассказывать ему всё, что услышала в саду. О плане избавиться от меня, о потерянном ребёнке, о жадности, о страшном замысле убить отца и подложном наследнике.

Кессфорд слушал, не перебивая. Его лицо становилось мрачнее с каждой фразой.

– Эммануил, как же мы оставим отца? Они же убьют его. Они действительно это сделают, – прошептала я, с надеждой глядя в его умные глаза. – Я не могу этого допустить.

– Не волнуйся, – ласково произнёс маркиз, и от этого спокойного тона у меня немного отлегло от сердца. – Мы останемся. Скажем леди Горделии, что перед выездом обнаружили серьезную трещину в передней оси кареты. Потребуется время, чтобы найти хорошего кузнеца. Это задержит нас как минимум до завтрашнего полудня, а то и дольше. Достаточно правдоподобно, чтобы не вызывать лишних вопросов. А я сейчас же отправлюсь к этому доктору Тайсону, о котором упомянула виконтесса. О его профессионализме ходят легенды. В газете была колонка об этом человеке. Я знаю, что он поселился в гостинице «Маршал». Ну а ты веди себя естественно. Я постараюсь вернуться как можно скорее.

С этими словами Эммануил быстро вышел из дома. Я услышала, как он отдаёт распоряжения кому-то из слуг на улице. А спустя некоторое время раздался удаляющийся стук копыт.

Войдя в гостиную, я медленно опустилась в кресло у камина и, взяв со столика томик стихов, сделала вид, что читаю. Вскоре в холле послышались лёгкие шаги, после чего в гостиной появилась леди Горделия. В её взгляде промелькнуло плохо скрытое удивление, быстро сменившееся ещё более очевидным разочарованием. Она явно не ожидала увидеть меня здесь.

– Адель? – в голосе женщины прозвучали ледяные нотки. – Почему ты ещё здесь? Я думала, вы с маркизом Кессфордом уже уехали.

– К сожалению, матушка, наша поездка откладывается. Незадолго до отъезда кучер маркиза обнаружил серьёзную неисправность в экипаже. Кажется, треснула ось. Он категорически заявил, что ехать на таком экипаже опасно. Мы могли бы перевернуться в дороге. Маркиз был очень расстроен. Но безопасность превыше всего. Придётся искать каретника, чтобы всё починить. Боюсь, это займёт немало времени: возможно, до завтрашнего дня, а то и дольше. Так что нам пришлось остаться, – ровным голосом произнесла я и мило улыбнулась. – Может, выпьем чаю?

* * *

Доктор принял маркиза без лишних церемоний. Он указал ему на кресло и вежливо поинтересовался:

– Что привело вас ко мне, ваше сиятельство? Надеюсь, ничего серьёзного?

– Благодарю вас, доктор, со мной всё в порядке. Я здесь по очень деликатному делу, которое касается одного из ваших пациентов. Скажите, бывал ли у вас на приёме виконт Флетчер?

На лице доктора Тайсона не дрогнул ни один мускул. Он сложил руки на столе. Его взгляд оставался спокойным, но внимательным.

– Ваше сиятельство, вы же понимаете, врачебная тайна – это основа моей практики. Я не могу обсуждать здоровье своих пациентов с третьими лицами, сколь бы уважаемы они ни были. Это противоречит не только моим принципам, но и профессиональной этике.

Маркиз ожидал такого ответа. Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

– Я понимаю, доктор, и безмерно уважаю вашу позицию. Поверьте, я бы не стал беспокоить вас и просить нарушить столь важный принцип, если бы обстоятельства не были поистине чрезвычайными. Речь может идти не просто о здоровье, а о жизни виконта Флетчера. И о преступлении, которое, как у меня есть все основания полагать, замышляется против него и его дочери. Позвольте мне изложить вам суть дела, и тогда вы сможете решить, требует ли ситуация вашего вмешательства. Возможно, даже ради спасения человека, выходящего за рамки обычной врачебной этики.

Доктор Тайсон несколько секунд молча смотрел на Кессфорда, оценивая его слова.

– Хорошо, маркиз. Говорите. Я вас слушаю.

Изложив без обиняков всю историю, услышанную от Адель, Эммануил внимательно следил за реакцией врача. Доктор Тайсон не перебивал, лишь изредка задумчиво покачивал головой.

– Доктор, – маркиз наклонился вперёд, – ситуация критическая. У меня есть все основания полагать, что эта женщина готова на всё ради наследства. И жизнь виконта может быть в опасности. Я не знаю, как долго он проживёт, если леди Горделия попытается... ускорить события. Забрать мы его не сможем, так как подозреваю, что лорд Флетчер не выдержит долгого путешествия.

Доктор Тайсон на мгновение задумался, его взгляд был устремлен куда-то поверх головы Эммануила. Затем он решительно посмотрел на Кессфорда.

– Я понимаю ваши опасения, маркиз. И должен сказать, они не беспочвенны, учитывая услышанное. Думаю, я смогу помочь. Я приеду к виконту домой под предлогом осмотра. Вряд ли леди Горделия посмеет отказать светилу медицины в таком «невинном» желании проявить заботу о пациенте, не так ли? Иначе это будет выглядеть крайне подозрительно с её стороны.

На лице Эммануила отразилось явное облегчение. План доктора был изящен и почти безупречен.

– Это было бы просто замечательно! Ваше присутствие в доме может дать нам время и предотвратить худшее.

Доктор Тайсон ободряюще улыбнулся маркизу, и в его глазах появился профессиональный азарт.

– Именно так, ваше сиятельство. Во время моего визита я смогу не только оценить текущее состояние здоровья виконта Флетчера, но и, возможно, заметить что-то, что ускользнуло от внимания их семейного доктора. К тому же, моё присутствие может несколько охладить пыл леди Горделии, если она действительно что-то замышляет. После осмотра мы с вами встретимся снова и решим, как действовать дальше.

Глава 90

Утренние лучи солнца робко пробивались сквозь кроны вековых лип, когда к парадному входу особняка подъехал изящный экипаж. Несмотря на то, что ночь была тревожная и уснуть удалось очень поздно, проснулась я довольно рано. И теперь, стоя у окна, с предвкушением наблюдала, как по ступеням крыльца поднимается пожилой мужчина в котелке. Похоже, прибыл тот самый доктор Тайсон!

Я спустилась в холл в тот момент, когда наш долгожданный гость уже отдавал свои вещи дворецкому.

– Доктор Тайсон? – раздался за моей спиной удивлённый голос леди Горделии. – Что вас привело в наш дом?

– Доброе утро, леди Горделия, леди Флетчер, – вежливо поздоровался с нами мужчина. – Я прошу прощения за столь ранний визит, но как только до меня дошли тревожные вести о состоянии виконта Флетчера, я счёл своим долгом немедленно навестить его и предложить свою помощь. Могу ли я осмотреть виконта?

Посмотрев на матушку, я заметила, как на её лице промелькнула едва заметная гримаса паники. Но она тут же взяла себя в руки. Леди Горделия точно не ожидала такого поворота событий. Такое активное вмешательство извне, да ещё и от столь именитого специалиста, которому нельзя было просто так отказать, путало все карты.

– Это так… неожиданно, – выдавила она, пытаясь изобразить искреннее удивление. – Мы с Адель очень тронуты вашей заботой. Правда, дорогая? Мой муж, к сожалению, в очень тяжёлом состоянии. Но, конечно, вы можете подняться к нему. Пожалуйста, следуйте за дворецким.

Доктор кивнул и последовал за слугой вверх по лестнице.

– Странно, откуда он узнал о нашем несчастье? – недовольно произнесла леди Горделия, направляясь в гостиную.

– Что вас так удивляет? Слухи быстро разлетаются по городу, – ответила я, направляясь за ней. – Тем более отец – известный человек.

На лестнице появился Эммануил, и мы обменялись быстрыми взглядами. Битва началась.

Я распорядилась, чтобы принесли чай, а сама устроилась на софе рядом с маркизом. Леди Горделия, нервно теребя кружевные манжеты платья, начала прохаживаться по комнате и бросать на нас косые взгляды.

Прошла, казалось, целая вечность. Напряжение в гостиной нарастало. Наконец за дверью послышались шаги, и в комнату вошёл доктор Тайсон. Его лицо сохраняло невозмутимое выражение, но взгляд был задумчивым.

– Итак, – начал он спокойным, уверенным голосом. – Я провёл тщательный осмотр виконта. Его состояние, безусловно, очень тяжёлое, и я не стану приукрашивать действительность. Парализована обширная часть тела. Однако у меня есть основания полагать, что не всё потеряно.

Я взглянула на матушку. Она заметно напряглась, её губы сжались в тонкую полоску.

– Есть надежда, что паралич, по крайней мере, частично, может отступить, – продолжил доктор. – Организм виконта достаточно крепок, его жизненные силы не иссякли. Но это потребует колоссальных усилий и строжайшего соблюдения режима. Необходима активная разработка мышц, специальные упражнения, которые нужно выполнять регулярно. И, конечно, приём определённых препаратов. Они помогут восстановить нервную проводимость и укрепить организм. Это будет длительный и трудоёмкий процесс, требующий постоянного наблюдения и контроля.

– Звучит очень обнадёживающе… – с кислой улыбкой произнесла леди Горделия. – Нужно подумать, как всё это правильно организовать…

Доктор Тайсон посмотрел на хозяйку дома, его взгляд был прямым и проницательным.

– Именно поэтому я принял решение, что виконту необходима постоянная квалифицированная помощь. Сегодня же я пришлю к вам своего помощника – доктора Хэмфри. Он имеет большой опыт в реабилитации таких пациентов, обучен лечебному массажу и способен проводить все необходимые процедуры. Доктор Хэмфри будет находиться в вашем доме на постоянной основе, чтобы обеспечивать круглосуточный уход и наблюдение за виконтом. А сам я буду наведываться ежедневно, чтобы контролировать процесс лечения и корректировать его при необходимости. Лицо леди Горделии побледнело, а её глаза загорелись почти нескрываемой яростью.

– Это весьма благородно с вашей стороны, доктор. Мы очень признательны вам, – голос матушки звучал натянуто как струна.

План доктора Тайсона был идеален: он не только давал надежду лорду Флетчеру, но и полностью блокировал попытки Горделии навредить мужу.

Не прошло и часа, как к поместью подъехал экипаж с доктором Хэмфри, молодым, но очень серьёзным мужчиной с небольшим саквояжем в руке. Доктор Тайсон кратко проинструктировал его, а затем тепло попрощался с нами.

– Что ж, моя дорогая, – с улыбкой произнёс Эммануил, как только Хэмфри поднялся в покои виконта, а Горделия скрылась в своей спальне, – наш план удался. Теперь твой отец под защитой. Можно ехать домой.

Я почувствовала, как с моих плеч спадает огромный груз. Можно отлучиться на несколько дней и не переживать о лорде Флетчере.

* * *

Путь домой казался мне бесконечным. Теперь мои мысли были лишь об Иви и графе. Удалось ли Шетленду найти нужные слова? Рассказал ли он подруге, что Розита – его дочь? Лёгкая тревога сжимала сердце. Даже присутствие Эммануила, его спокойствие и уверенность не могли полностью её рассеять.

Небо, ещё утром обещавшее ясный день, к вечеру нахмурилось. Всё большее пространство небосвода затягивали плотные грозовые тучи. Воздух стал тяжёлым и душным. Крупные тяжёлые капли застучали по крыше экипажа, и вскоре разразился настоящий ливень. Дорога мгновенно превратилась в бурлящий поток грязи, замедляя наше движение. Вознице пришлось свернуть в придорожный трактир, и я уже не надеялась попасть на венчание. Что ж, придётся поздравить Иви с опозданием.

Когда мы подъехали к Логреду, время приближалось к полудню. Моё сердце радостно ёкнуло при виде вереницы нарядных экипажей, стоящих церкви. Это означало лишь одно – венчание не было отменено!

– Они женятся! – радостно воскликнула я. – Эммануил, они женятся!

Маркиз засмеялся, видя мой искренний восторг.

– Я в этом ни минуты не сомневался. Между леди Баллихан и Шетлендом давно проскакивали искры. Только они этого старательно не замечали.

Карета остановилась, и Эммануил помог мне спуститься на землю. Мы тихонько проскользнули внутрь церкви, стараясь не привлекать внимания. Я замерла в восхищении.

Сквозь витражные окна струился мягкий свет, в воздухе витал аромат свежесрезанных лилий и роз, которыми были щедро украшены алтарь и скамьи, создавая атмосферу чистоты и торжественности. Перед отцом Оппитом стояли Иви и граф Шетленд, окружённые солнечным сиянием. Как раз в этот момент они давали друг другу клятвы. Мой взгляд скользнул по рядам гостей, и я увидела Розиту, сидящую рядом с дедом. Значит, всё разрешилось благополучно.

Когда священник объявил пару мужем и женой, и граф с Иви обменялись первым поцелуем в новом статусе, я поспешила к подруге.

– Иви, дорогая моя! Я так счастлива за тебя! – прошептала я, крепко обнимая её.

– Я думала, вы уже не приедете! Спасибо тебе… за всё, что ты сделала для меня… – голос подруги дрожал от счастья. – Мне так много нужно тебе рассказать!

– Сегодня ты полностью принадлежишь мужу, – с улыбкой сказала я. – Мы ещё успеем не раз всё обсудить.

– Да… да… – Иви нежно взяла графа за руку. – Сегодня и всегда.