Текст книги "Дело в ридикюле (СИ)"

Автор книги: Анна Лерн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 32 страниц)

Глава 82

Дождь, который начался еще днём, теперь лил стеной. Крупные ледяные капли барабанили по земле, по листьям деревьев, и я мысленно похвалила себя за то, что сняла с бандитов куртки и шляпы. Ветер усилился, пробирая до костей. Темнота стремительно сгущалась, поглощая последние отблески серого неба.

– Аннабель, милая, нам нужно ускориться, – прошептала я, поддерживая сестру маркиза. Лицо женщины было еще бледнее, чем в хижине, глаза полузакрыты. Она пошатывалась. Удар по голове не прошел бесследно.

Идти было мучительно трудно. Земля под ногами раскисла, превращаясь в скользкую чавкающую грязь. Я чувствовала, как ноет моё собственное тело – рёбра, голова и особенно руки. Держак, на который я опиралась, стал вдруг непомерно тяжёлым. Но я не собиралась его бросать. Он был моим единственным оружием.

Я перекинула руку Аннабель себе через плечо, обняла за талию и, стиснув зубы, упорно тащила подругу по несчастью. Она почти не помогала: ноги женщины волочились по земле.

Вскоре лес вокруг превратился в непроницаемую черную стену, лишь смутные силуэты деревьев вырисовывались на фоне чуть менее тёмного неба. Я ничего не слышала, кроме шума дождя и собственного тяжелого дыхания. Надежда таяла с каждой минутой. Куда идти? Где мы вообще находимся? В панике легко было потерять ориентиры, заблудиться окончательно.

Я заставила себя остановиться. Силы были на исходе: тащить Аннабель дальше по такой погоде и в такой темноте было практически невозможно. Нужно было думать и думать быстро. А паника – худший советчик. Оглядевшись, я попыталась разглядеть какой-то ориентир. Внезапно взгляд зацепился за что-то темнеющее на склоне холма неподалеку. Но это была не просто тень, а углубление в скале. Похоже на пещеру… Прекращать путь не хотелось, но это был единственный шанс найти укрытие от ливня и ветра.

– Сюда, Аннабель. Давай, последний рывок, – прошептала я, меняя направление.

Добраться до склона было ещё одним испытанием. Холм становился круче, ноги скользили на мокрых камнях. Но надежда на укрытие придавала сил. Наконец мы добрались. Это действительно была пещера – неглубокая, но достаточно большая, чтобы спрятаться от непогоды.

Осторожно усадив сестру маркиза на сухой пол, я устроила её поудобнее, прислонив к стене. Оставаться здесь вдвоём и просто ждать рассвета, когда Аннабель так плохо, было не лучшей идеей. Нужна помощь. Тащить её с собой дальше в таком состоянии слишком рискованно. Выйдя из пещеры, я прислушалась. Всё та же тишина. Вдруг сквозь шум дождя послышался ещё один звук. Я напряжённо застыла. Так и есть. Плеск воды. Где-то рядом течёт река.

Недолго думая, я пошла в ту сторону, понимая, что это реальный шанс выйти к людям. Шум воды становился всё отчётливее, и вскоре передо мной открылся каменистый берег. Небольшая речка быстро несла свои воды между большими валунами, с шелестом разбиваясь об их поверхность.

В голову пришла мысль, что поселения чаще всего располагаются в низинах. Значит, двигаться вниз наиболее логично. А ещё я вспомнила, что у старой мельницы река текла как раз в сторону Логреда.

Я вернулась в пещеру и, присев рядом с сестрой маркиза, тихо сказала:

– Аннабель, я пойду искать помощь. Я вернусь, обещаю. Потерпи, пожалуйста.

Дождавшись слабого кивка, я направилась искать подмогу.

Покинув укрытие, ещё раз окинула взглядом пещеру, запоминая её местоположение относительно деревьев и склона. Во мне поднялся новый прилив решимости. Сжав в руке держак, я шагнула в становящуюся всё более непроглядной дождливую ночь, полагаясь лишь на свой разум и инстинкты.

Спустившись к реке, я начала двигаться вниз по течению, стараясь держаться поближе к воде. Время тянулось неимоверно медленно. Каждая минута казалась вечностью. Ноги подкашивались, лёгкие горели от быстрой ходьбы, а глаза слезились от напряжения, вглядываясь в темноту. Через некоторое время дождь закончился, и на небе появилась большая яркая луна. Под её светом идти стало легче. По крайне мере, я перестала спотыкаться о камни под ногами. Мне казалось, что этот путь никогда не закончится. Но, наконец, я увидела яркие мерцающие огоньки. Неужели?! Сердце бешено забилось, подскочив к горлу. Да это же Логред! Неужели мы были так близко? Несмотря на усталость, я ускорила шаг.

В этот момент позади меня раздался шорох. Очень тихий, но я услышала его. И моментально замерла. Страх сковал грудь ледяной хваткой. Не тот страх, что парализует, а животный, заставляющий напрячься все мышцы и приготовиться. Я медленно обернулась, крепче сжимая держак. В этот момент ночь казалась ещё чернее, а лес ещё плотнее. Может, показалось? Или это животное. В лесу наверняка водились какие-то звери.

Но шорох повторился, ближе. Нет, это не животное… Из-за ствола большого дерева выступила высокая фигура. Высокая, сутулая, с трудом передвигающаяся. Луна осветила ее, и я испуганно попятилась назад. Один из бандитов! Со шрамом на щеке! Он выглядел не лучше, чем я. Одежда прилипла к телу, волосы свисали мокрыми прядями. Левую руку мужчина прижимал к боку, а голова была наклонена к плечу. Но его глаза... Даже в темноте я почувствовала этот горящий ненавистью взгляд.

– Я так и знал, что вы пойдёте к реке, – прохрипел бандит. Голос был сиплым, но в нём звучало злорадство. – Ну что, обнимемся, как старые друзья, леди крошка?

Я почувствовала, как силы покидают меня окончательно. Этот человек тоже был ранен, но я была на пределе, а он, несмотря на боль, всё ещё оставался опасным мужчиной, привыкшим к насилию. Соотношение сил теперь было явно не в мою пользу. Бандит шагнул вперёд. И я подняла свой боевой держак, готовясь к обороне.

Схватка началась почти мгновенно. Он набросился на меня, не особо заботясь о защите, просто пытаясь смять своим весом и силой. Я попыталась уйти в сторону, но ноги не слушались, скользили по грязи. Каждое движение требовало в разы больше усилий. Мышцы горели, дыхание сбивалось. Бандит, хоть и раненый, был сильнее и тяжелее. Он легко отбивал мои вялые попытки ударить его. И всё-таки дотянулся до меня. Один из его ударов прошел по касательной, сбив с ног. Я упала в грязь, моё оружие отлетело в сторону. Прежде чем я успела подняться, бандит навалился сверху. Отчаянно сопротивляясь, царапаясь и кусаясь, я пыталась вывернуться из захвата. Но он был слишком силён. Рука мужчины легла мне на шею, пальцы сомкнулись, перекрывая доступ воздуха.

– Сейчас ты заплатишь, сучка... – наклоняясь, прошипел он мне в лицо. Его дыхание было горячим и зловонным.

Я почувствовала, как мир начинает плыть перед глазами. Силы окончательно покинули меня. Неужели это конец? Когда спасение было совсем рядом… А как же Аннабель?

Сквозь пелену затухающего сознания я вдруг услышала... лай. Далёкий, неясный, словно доносящийся из другого мира. Это просто галлюцинация…

Но лай не исчез. Он приближался, становясь громче и настойчивее. Из-за деревьев появился неясный силуэт, двигающийся с поразительной скоростью. И в следующий миг огромное лохматое животное с яростным рычанием набросилось на бандита! Он вскрикнул от боли и неожиданности. Хватка на моём горле ослабла, и мужчина повалился в сторону, пытаясь отбиться от вцепившегося в него зверя. Раздались глухие удары и злобное рычание пса.

Тут же послышались приближающиеся голоса. Кто-то бежал сюда.

– Фу, Добряк! Фу! – прозвучал громкий приказ. Граф Шетленд!

Последнее, что я увидела, прежде чем темнота окончательно поглотила меня, был Кессфорд. Он буквально налетел на бандита, оттаскивая пса и одновременно нанося удары.

– Эммануил… – прошептала я, стараясь выкарабкаться из жуткого состояния слабости. Но сознание окончательно покинуло меня.

Глава 83

Сознание возвращалось медленно, словно волна, накатывающая на берег. Первым ощущением было тепло. Не просто уютное тепло, а всепоглощающее, обволакивающее, проникающее в каждую клеточку тела. Затем пришёл запах – смесь терпкого одеколона и чего-то очень родного, успокаивающего. Боль в теле напомнила о недавнем кошмаре, но она была какой-то далёкой и незначительной, заглушаемая этим ласковым теплом. Я приоткрыла глаза и увидела в полумраке несущейся кареты неясное очертание мужского лица, склонившегося надо мной. Затем контуры стали чётче, и я улыбнулась. Эммануил. Взгляд маркиза был полон такого беспокойства, такой нежности, что у меня перехватило дыхание. Я лежала у него на руках, прижавшись к широкой груди, и чувствовала уверенное биение сердца любимого мужчины. Объятия Эммануила были крепкими, даже чересчур, словно он боялся, что я снова куда-то денусь.

– Наконец ты очнулась.

– Аннабель… – хрипло прошептала я слабым голосом, испытав укол страха за баронессу, оставшуюся в пещере.

Кессфорд ласково погладил меня по лицу.

– Всё хорошо, – его голос был глухим от эмоций, но таким успокаивающим. – Моя сестра в безопасности. Добряк нашёл баронессу первой. Её уже отправили домой.

Я облегчённо закрыла глаза, избавляясь от остатков страха и отчаяния.

– Адель, ты даже представить себе не можешь, как напугала меня… – прошептал маркиз. – Мне было страшно только от одной мысли, что могу потерять свою девочку. Я люблю тебя. Больше всего на свете.

Чувствуя, как в моей груди разливается горячая волна счастья, я подняла глаза, встречая полный тревоги и нежности взгляд. В его глубине я увидела не просто привязанность, а глубокое, непоколебимое чувство, и от этого захотелось плакать. Я хотела ответить, но горло перехватил спазм. Эммануил смотрел на меня так, словно я была для него самым ценным сокровищем. Я чувствовала себя самой желанной женщиной на свете. Взгляд маркиза скользнул по моему лицу, а потом он наклонился. Его дыхание коснулось моей кожи, тёплое и нежное, посылая по телу рой мурашек. А затем губы Эммануила мягко, почти невесомо прикоснулись к моим. И в этот момент мир вокруг перестал существовать. Остались только мы, полумрак экипажа, его руки, крепко держащие меня, и этот поцелуй. Я приоткрыла губы, отвечая на нежность и позволяя ему стать чуть более глубоким. В моей груди расцветало новое трепетное чувство – уверенность в том, что мы будем вместе. И в этом будущем сила моего мужчины будет моей опорой, а моя любовь станет его утешением.

Когда Эммануил совсем чуть-чуть отстранился, его лоб всё ещё касался моего. В тишине экипажа слышалось лишь наше тяжёлое дыхание.

– Я люблю тебя… – прошептала я, прижимаясь к его груди. – И это навсегда.

Сильные руки маркиза сжали меня в ответ. Этого было вполне достаточно.

Некоторое время мы ехали молча, а потом я спросила:

– Откуда вы узнали, что мы здесь?

– Меня предупредил Эдвард. Он узнал, что на тебя готовится нападение, и пришёл в мастерскую. Хотел всё рассказать. Но не успел. Охрана металась, один из них оказался убит. Швеи сходили с ума от страха… А вас с Аннабель уже не было, – вздохнул Кессфорд. – Кузен сразу же помчался ко мне. В это время с визитом приехал граф Шетленд, и мы немедленно бросились на поиски. Его сиятельство предложил людей и привёл Добряка. Отличный пёс, скажу тебе! Настоящий герой! Он легко взял след и сначала привёл нас на старую мельницу. Там мы нашли тело Вивьен Делор. Это она навела бандитов на тебя.

Эммануил замолчал, видимо, беспокоясь, как я восприму эту информацию. Но у меня не было ни злости, ни обиды на эту женщину, волею судьбы ставшую моей матерью. Лишь лёгкая грусть о загубленной жизни. Она сама наказала себя.

– Мы должны похоронить Вивьен, – устало произнесла я, нарушая тишину. – Это будет по-человечески.

– Да, конечно. Я обо всём позабочусь, – ответил Кессфорд, а потом добавил: – Я ни минуты не сомневался, что ты так скажешь. У тебя доброе сердце, любовь моя.

– И что же было дальше? – я положила голову на плечо маркиза.

– А потом Добряк повёл нас дальше. Прямо в лес. Он безошибочно вывел нас к хижине, где мы обнаружили раненого бандита. Это твоих рук дело? – Эммануил приподнял моё лицо за подбородок. – Никогда бы не поверил, если бы мне кто-то сказал, что такая маленькая леди, как ты, смогла справиться с мужчиной. Но доказательство тому – тётушка! Ты ведь и её спасла от разбойников.

Я смущённо умолчала, что справилась с двумя мужчинами. Может быть потом, когда придёт время рассказать обо всём подробно…

– Мне не терпится узнать, каким образом моя невеста расправляется со злодеями, которые больше её в несколько раз. И как только мы окажемся дома, ты обязательно мне всё откроешь эту тайну, – маркиз поцеловал меня.

– Обязательно, – представив его реакцию на признание, что владею навыками ирландского боя на палках, я улыбнулась. – Добряк сразу нашёл Аннабель?

– Да. Пёс привёл нас в пещеру, – кивнул Эммануил. – Сестру сразу же отправили домой, а мы с Шетлендом ринулись дальше. Остальное ты знаешь. После того как бандит был обезврежен, граф отправился в Логред за помощью.

Всю оставшуюся дорогу до дома Эммануил не отпускал меня из своих объятий. Он держал меня так, будто я была самым хрупким и ценным сокровищем. За окном экипажа понемногу прогонял темноту розовый рассвет. И вскоре первые лучи солнца, пробиваясь сквозь кроны деревьев, заплясали на стенках кареты. Эммануил пришёл в ужас, увидев состояние моих рук при свете дня. С его уст сорвались тихие проклятия.

Мягкое покачивание сменилось легким толчком, и экипаж, наконец, замер. Дверца распахнулась, и я ощутила знакомый аромат роз Кессфорд-холла. Маркиз вышел первым, после чего осторожно подхватил меня на руки.

– Я могу идти сама, Эммануил… – воспротивилась было я. Но он лишь прибавил шаг.

Под испуганными взглядами слуг Кессфорд пронёс меня через просторный вестибюль прямо к широкой лестнице, ведущей на второй этаж.

– Приготовьте ванну! Немедленно! – распорядился он на ходу. – И пригласите доктора!

Наконец мы оказались в просторной, залитой мягким светом спальне, в которой я жила после переезда в Кессфорд-холл. Маркиз осторожно опустил меня на мягкую перину огромной кровати, и я ощутила ни с чем не сравнимое блаженство.

Вскоре в комнате засуетились слуги. Они растопили камин, принесли ванну и набрали в неё горячей воды. Эммануил ушёл, оставив меня в заботливых руках горничных.

После всех процедур ко мне заглянул доктор Ричардсон. Он осмотрел раны, обработал их мазью и наложил повязки.

– Вы молодец, леди Флетчер. Его сиятельству очень повезло с вами, – с улыбкой произнёс мужчина. – Он счастливчик. Леди Аннабель мне всё рассказала. И, если честно, на меня её рассказ произвёл неизгладимое впечатление.

– Как она себя чувствует? – меня обрадовала новость о том, что сестра маркиза в ясном уме. И даже в состоянии делиться нашими приключениями.

– Слаба. Но жизни баронессы ничего не угрожает, – ответил доктор. – Через неделю её милость будет в полном порядке. И вы всей семьёй отлично погуляете на свадьбе графа Шетленда.

Точно! У Иви с графом свадьба через неделю! Как же быстро пролетело время…

За дверями послышалась громкая возня, и через секунду в комнату заглянули четыре любопытных мордашки: Джай, Эмма и близнецы.

– Мама! – Робби первый бросился ко мне. – Я думал, что больше никогда тебя не увижу!

Остальные мальчишки тоже взобрались на кровать. Лишь Эмма смущённо стояла в стороне.

Доктор Ричардсон откланялся, а я легонько постучала по матрасу рядом с собой, глядя на девочку.

– Эмма, иди к нам.

Глазки девочки моментально загорелись радостью. Она вскарабкалась на высокую кровать, всё ещё смущённо поглядывая на меня.

– Вы будете моей мамой, когда отец жениться на вас?

– Конечно! – фыркнул Джай. – Наша мама станет и твоей мамой! А твой отец будет нашим отцом!

Я хотела аккуратно поправить мальчика, объяснить, что, возможно, маркиз не захочет, чтобы братья называли его отцом. Но не успела.

– Это чьим же я отцом буду? – в открытую дверь вошёл Эммануил. На его губах заиграла улыбка при виде детей, оккупировавших кровать.

– Их! – Эмма ткнула пальчиком в ребят, которые напряжённо замерли.

Кессфорд подошёл ближе и присел, чтобы быть с детьми на одном уровне.

– Вы можете и должны считать меня своим отцом, – его голос стал чуть серьезнее, но по-прежнему был полон тепла. – Я хочу быть для вас опорой, вашим защитником и наставником. Но помните, мои дорогие, родных родителей забывать нельзя. Они дали вам жизнь и навсегда останутся частью того, кем вы есть. И это очень важно – помнить и чтить своих родителей, ведь именно благодаря им вы появились на свет.

Маркиз сделал небольшую паузу, позволяя своим словам осесть в детских сердцах. Мальчики слушали его, затаив дыханием.

– Но это не помешает мне стать тем, кто будет заботиться, учить и любить вас всем сердцем, – продолжил Эммануил, мягко поглаживая близнецов по головкам. – Я обещаю вырастить вас, как своих собственных сыновей. Я буду рядом, чтобы поддержать вас, научить всему, что знаю сам.

Джай порывисто обнял его, и близнецы последовали примеру брата. А Эмма вдруг прижалась ко мне, щекоча своими тёмными локонами.

– Мы, как девочки, должны подкидывать им в постель червяков и подкладывать кнопки на стулья, – шепнула она мне на ухо.

– Обещаю, что так и будет, – шепнула я ей в ответ. – Пусть знают, с кем имеют дело.

Эмма захихикала, а наши с Эммануилом глаза встретились. В этот момент я отчётливо поняла, что нахожусь дома. Впервые за долгое время в сердце воцарился покой, в котором эхом отзывались только смех моих детей и нежность взгляда любимого мужчины.

Глава 84

За три дня до свадьбы Иви и графа Шетленда, когда уже вовсю шли последние приготовления к торжеству, в Кессфорд-холл стремительно въехала карета. Оставив корзинку с розами, которые срезала в саду, я пошла к выходу. Интересно, кто бы это мог быть? Из экипажа, не дождавшись помощи лакея, выскочила Иви. Её лицо было заплаканным, шляпка сбилась набок, да и вообще весь вид подруги вызывал недоумение. Моё сердце тревожно сжалось.

– Иви! Что случилось? – я быстро подошла к девушке и увидела, что у неё в глазах стоят слёзы.

– О, Ади! – Иви разрыдалась, уткнувшись мне в плечо. – Это ужасно! Всё это ужасно!

– Ну-ка, пойдём со мной, – я взяла подругу под руку, и мы поднялись по лестнице. – Расскажешь, что случилось.

Я провела Иви в гостиную, усадила на диван и попросила принести воды. Когда девушка немного успокоилась, я мягко поинтересовалась:

– Что произошло? Снова отец?

– Нет… нет… – отрицательно покачала головой подруга. – Сегодня я была в деревне, хотела забрать кружева для подвенечного платья у миссис Хоббс. В общем… я видела графа. Он стоял у старого дуба, который растёт у школы, и разговаривал с этой девочкой… Розитой. Помнишь, мы ещё замечали, как он на неё смотрит?

Я кивнула, напряжённо ожидая продолжения.

– Граф держал её за руку, Адди! – голос Иви снова задрожал. – Так нежно, так… интимно. Потом он достал из кармана кошелёк. Розита взяла деньги, а мой будущий муж наклонился к ней и что-то прошептал на ухо. Девочка при этом потупилась, смутилась… А он смотрел на неё… смотрел так, как смотрят на предмет обожания, понимаешь? Я видела, как граф поправил ей локон, упавший на щеку… О, Адди, это было ужасно! Я всегда чувствовала, что-то не так с его вниманием к Розите, но гнала эти мысли! Но теперь у меня не осталось сомнений! Граф добивается внимания этой девочки! Да он просто чудовище!

Иви снова зарыдала, закрыв лицо руками.

Слова Иви резанули по сердцу. Я крепче сжала руку подруги, чувствуя, что она ещё не всё сказала.

– Адди, ты ведь знаешь, что я смирилась с тем, что мне придётся стать женой Шетленда, – вдруг прошептала Иви, поднимая на меня заплаканные глаза. – Потом даже убедила себя, что этот брак ничем не хуже, чем союзы остальных пар из высшего общества… Даже чем-то лучше. И я решила принять судьбу, оставив все надежды на то, что когда-то испытаю глубокие чувства.

Подруга прерывисто вздохнула, словно пытаясь собраться с мыслями. Я молча поглаживала её по спине, ожидая продолжения.

– Но потом всё изменилось. Когда я переехала в дом графа, когда мы начали проводить столько времени вместе… Я увидела его доброту, его заботу, его тонкое чувство юмора, смелость… Мне кажется, что я начала влюбляться в Итона, Адель. По-настоящему.

Глаза Иви были полны невыносимой боли.

– И вот теперь… – её голос снова надломился. – Теперь я видела, как он смотрел на эту девочку… Как он касался её. Адди. Мне больно и стыдно.

Я крепко обняла подругу, чувствуя всю глубину её страдания. А что, если Иви права? Что, если за респектабельным фасадом графа Шетленда скрывается что-то недостойное? Эта мысль была неприятной и колючей.

Но я быстро взяла себя в руки. Паника подруги была заразительна, но сейчас она как никогда нуждалась в трезвом взгляде со стороны.

– Иви, дорогая, я понимаю, как тебе сейчас тяжело, – мягко начала я, поглаживая подругу по плечу. – И я не стану говорить, что тебе всё показалось, потому что мы обе замечали странное внимание графа к Розите раньше. Но прежде чем обвинять Шетленда, может, стоит попытаться разобраться? Понимаю, сейчас тебе кажется, что всё очевидно, но, может быть, есть какое-то объяснение? Очень простое или, наоборот, очень сложное. Нюансы, о которых мы не знаем?

Я смотрела на подругу с сочувствием, надеясь, что она прислушается.

– Можно я останусь сегодня у вас? – Иви ничего не ответила. Её взгляд блуждал где-то далеко.

– Да, конечно. Я отправлю слугу, чтобы он предупредил его сиятельство, – ответила я. – А ты примешь ванну и выпьешь мятного чая.

Как взрослая женщина, я понимала, что предложить Иви прямо сейчас спокойно поговорить с Шетлендом – это почти невыполнимая задача Но и оставлять всё как есть, основываясь только на одном увиденном эпизоде, каким бы он ни был красноречивым, казалось неправильным. Поэтому у меня появился план.

Наутро, когда первые лучи солнца начали рассеивать предрассветный туман, я уже была в пути. Единственный способ прояснить ситуацию, как мне казалось, это поговорить с тем, кто, возможно, знал правду: с дедушкой Розиты.

Естественно, я сразу же направилась к отцу Оппиту. Священник с тревогой выслушал меня, а потом сказал:

– Ты правильно поступаешь, дитя. Если все подозрения леди Баллихан верны, то мы должны оградить Розиту от позора… Всеми возможными способами. Но если всё не так, то правда успокоит будущую графиню… Розита с дедушкой живут в конце деревни, почти у самого леса. В доме с зелёной дверью.

Найти дом, где жили Розита и её дедушка, оказалось несложно. Он действительно стоял немного в стороне, у самого леса. Рядом был разбит небольшой, но ухоженный палисадник. Немного волнуясь и совершенно не представляя, что буду говорить, я постучала в дверь, Дело было очень деликатным. Мне открыл пожилой мужчина с добрыми глазами, вокруг которых залегли глубокие морщины.

– Я чем-то могу помочь, леди? – он посмотрел на меня с лёгкой настороженностью.

– Добрый день. Меня зовут Адель Флетчер, – я улыбнулась старику. – Я бы хотела поговорить с вами… О Розите.

Лицо старика моментально напряглось, уголки губ опустились. Он не пригласил меня войти, лишь сильнее сжал дверной косяк.

– О Розите? А что вам до моей внучки, леди? Она никого не трогает. Мы живём своей жизнью.

Господи… как же тяжело!

– Я понимаю, – продолжила я, смущаясь от его внимательного взгляда. – Но ситуация очень деликатная. Это касается графа Шетленда…

Но старик не дал мне договорить:

– Я не знаю, о чём вы толкуете. Розита хорошая девочка. И мы ни в какие дела знати не вмешиваемся.

– Послушайте, я здесь не для того, чтобы навредить Розите или вам. Наоборот. Я беспокоюсь за неё, быстро заговорила я. – Иногда молчание может привести к гораздо худшим последствиям, чем правда, какой бы сложной она ни была. Я готова выслушать вас и, если это необходимо, сохранить всё в тайне. Но мне нужно понять, что происходит, чтобы иметь возможность помочь!

– Я ничего вам не скажу, миледи, – упрямо произнёс старик, его голос был твёрдым, почти холодным. – Моя внучка ни в чём не виновата. И никаких тайн у нас нет. Прошу вас, оставьте нас в покое.

– Дедушка, кто там? – послышался из дома девичий голос. – Милли пришла за мной?

– Нет, моя хорошая, это ко мне! – оглянувшись, ответил старик, а потом снова взглянул на меня. – Уходите. Уходите, леди.

Он скрылся в доме, оставив меня растерянно стоять перед закрытой дверью. Итак, тайна всё-таки была. Причём очень неприятная.