Текст книги "Авдей. Дитя хаоса (СИ)"
Автор книги: Анастасия Понамарева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 33 страниц)
– Что тебе нужно?
– Новый идентификатор. Полная перепрошивка. Новые регистрационные коды для корабля.
Он подошёл ближе. Его сенсоры изучали меня – сканировали, анализировали. Я чувствовала, как волны энергии пробегают по коже.
– Сними капюшон.
Я сняла. Он долго смотрел на мой шрам на шее, на тени под глазами, на жёсткую складку у губ.
– Орден, – сказал он наконец. – Я чую их выучку. Ты одна из них. Бывшая. Или беглая.
– Это имеет значение?
– Нет. Я работаю с кем угодно, если платят. Но цена будет выше. Ты понимаешь, о чём я спрашиваю?
– Понимаю. Сколько?
Он назвал сумму. У меня всё похолодело внутри. Это было почти всё, что я выручила за груз. Я молча выложила на стол мешочек с кредитами.
– Здесь половина. Остальное – когда смогу.
Он посмотрел на мешочек, потом на меня. Долго. Пауза тянулась бесконечно.
– Ты из Ордена, – произнёс он наконец. – Ты знаешь цену слову. Я дам тебе рассрочку. Но если не заплатишь в срок – я найду тебя. И тогда заплатишь иначе. Ты понимаешь?
– Понимаю.
– Тогда садись. Будет больно. Очень больно.
Я села. Закрыла глаза. И приготовилась.
Визг высокочастотной дрели, входящей в порт синхронизации на моём запястье, слился с пронзительным гулом в моей собственной голове. Боль была острой, физической и ментальной одновременно, будто выжигали не просто чипы, а самые мои воспоминания. Я впилась зубами в губу до крови, но не издала ни звука. Это был мой выбор. Моя боль.
Когда всё закончилось, на моём запястье лежал холодный, безликий браслет из матового чёрного сплава.
– Готово. Данные старого стёрты в глубинных реестрах. Поверхностный осмотр покажет, что это чип низкоуровневого техника-ремонтника с заброшенного рудника Пояса Раздора. Имя – Сера. Ни родни, ни истории, ни долгов. Полная пустота. Корабль доделаю к утру. Иди. Не задерживайся. Ты уже привлекла достаточно внимания одним своим видом.
Я кивнула, поднялась на негнущихся ногах и шагнула к двери. Но стоило мне сделать три шага, как ноги подкосились, мир поплыл перед глазами, и я провалилась в темноту – глухую, тёплую, полную странных звуков, похожих на эхо далёких голосов. Я не знала, как долго я была без сознания. Сны не снились. Только пустота и тишина.
Очнулась я на жёсткой койке в той же мастерской. Свет был приглушён, и пахло уже не озоном и кровью, а чистым металлом и свежей изоляцией. Рядом, на стуле, сидел Зилер. Его механические руки были сложены на коленях, сенсоры тускло мерцали.
– Ты очнулась, – произнёс он своим скрежещущим голосом. – Четыре дня.
– Четыре дня? – Я попыталась сесть, и голова закружилась. – Я была без сознания четыре дня?
– Четыре дня. Процедура оказалась тяжелее, чем я предполагал. Твой организм сопротивлялся новому идентификатору. И у тебя было истощение – физическое и ментальное. Ты не спала нормально уже месяц, а может, и больше. Тело просто выключилось, чтобы восстановиться. Я поддерживал тебя внутривенным питанием и регидратацией. Теперь ты в порядке.
– А корабль?
– Готов. Я закончил его переделку на третий день. Новый двигатель, перепрошитые системы, маскировка. Он числится как «Серая муза» – грузовой транспорт, принадлежащий независимому торговцу. Полностью легальный. Или настолько легальный, насколько это возможно в этом секторе. – Он помолчал. – Ты заплатила аванс. Остальное можешь выплатить позже. Я не тороплю.
– Спасибо.
– Не за что. Просто делаю свою работу. – Он встал, и его механические конечности издали тихий гул. – Корабль в доке номер три. Можешь забрать его, когда будешь готова. Но я советую тебе поесть и поспать ещё хотя бы сутки. Твоё тело ещё не до конца восстановилось.
Я кивнула, хотя внутри всё горело желанием встать и уйти. Но он был прав. Я чувствовала себя так, будто меня переехал грузовой дроид. Каждое движение давалось с трудом.
– Спасибо, Зилер.
– Удачи, Сера. И запомни: если ты кому-то скажешь, где я, я найду тебя. Даже с новым идентификатором. Даже через десять лет.
– Я запомню.
Он вышел, оставив меня одну. Я лежала на койке и смотрела в потолок. Четыре дня. Я потеряла четыре дня жизни. Но за это время я получила новую личность и новый корабль. Настоящее перерождение.
Спустя ещё сутки, когда я наконец смогла встать и пройтись без головокружения, я направилась в док номер три. Корабль стоял там – чистый, переделанный, почти как новый. Я поднялась по трапу, провела ладонью по панели управления и почувствовала, как внутри что-то отпускает. Это был мой корабль. Моя новая жизнь.
– Ну что, дружок, – сказала я зайцу, который всё это время лежал в моём рюкзаке, – пора начинать новую жизнь.
Заяц молчал. Но я знала: он согласен.
Я села в кресло пилота и активировала системы.
– Система готова к работе. Назовите идентификатор.
– ТИТР.
– Принято. Интеллектуальный терминал тактического распознавания активирован. Чем могу быть полезен, оператор?
– Запусти анализ всех данных, полученных с «Серого рассвета». Всё, что удалось скачать. Ищи любые упоминания об Авдеях. Координаты, частоты, коды. Всё, что может быть хоть каким-то следом.
– Принято. Обработка займёт ориентировочно четырнадцать часов. Продолжить?
– Продолжай.
«Серая муза» неслась сквозь гиперпространство. Я смотрела на безумный калейдоскоп за иллюминатором и думала о том, что ждёт меня впереди. Бегство было окончено. Начиналась охота.
Четырнадцать часов спустя ТИТР доложил:
– Анализ завершён. Обнаружено семьдесят три упоминания, потенциально связанных с Авдеями. Из них три заслуживают внимания.
– Показывай.
На экране вспыхнули три точки в разных секторах галактики. Три зацепки. Три пути. Я смотрела на них и чувствовала, как холодный, спокойный азарт заполняет пустоту внутри.
Охота началась.
Глава 42. Призрак с прошлым
«Серая муза» неслась сквозь гиперпространство, оставляя позади гнилой смог Лутрка. В рубке было тихо – только ровный, убаюкивающий гул двигателей да редкие щелчки приборов. Я сидела в кресле пилота, откинувшись на спинку, и смотрела на безумный калейдоскоп за иллюминатором. Синие, фиолетовые, кроваво-красные сполохи сменяли друг друга, гипнотизируя, погружая в странное, почти медитативное состояние.
Новый корабль. Новое имя. Новая жизнь.
Зилер постарался на славу. Внутри «Серая муза» была так же преображена, как и снаружи. Никаких следов пиратского свинарника. Панели управления сияли чистотой, системы гудели ровно и послушно. Даже запах изменился – теперь здесь пахло озоном, свежей изоляцией и чем-то ещё, едва уловимым, напоминающим цветы. Наверное, какое-то чистящее средство. Или просто иллюзия нового начала.
Я провела ладонью по подлокотнику. Кресло пилота было жёстким, но удобным, подогнанным под меня. Зилер даже это учёл. Настоящий профессионал.
Заяц сидел в соседнем кресле, пристёгнутый ремнём безопасности. Я отыскала его в груде вещей, которые забрала с «Упрямца» перед тем, как уничтожить буксир. Он был всё таким же – потрёпанным, с оторванным ухом, которое я так и не зашила, с вытертой шёрсткой. Но он был здесь. Со мной. Единственный свидетель всего, что случилось. Единственный, кто прошёл со мной через всё.
– Ну что, дружок, – сказала я, глядя на него. – Новый корабль. Новая жизнь. Как тебе?
Заяц молчал. Но я знала: он одобряет.
Я снова перевела взгляд на иллюминатор. Гиперпространство мелькало, переливаясь красками. Впереди была неизвестность.
Куда теперь?
Вопрос, который я задавала себе снова и снова с тех пор, как покинула «Серый Рассвет». Бежать? Вечно? Это был путь в никуда. Прятаться? Рано или поздно меня найдут. Вейл не остановится. Совет не остановится. Повелители – если узнают, что я на свободе, – тоже не остановятся.
Нет. Бегство не было решением. Чтобы выжить, нужно было атаковать. Нужно было найти тех, кто превратил меня в оружие. Кто смотрел на меня сквозь прицел, как на образец. Авдеев.
Но с чего начать? Где искать?
Я активировала новый, чистый бортовой компьютер. Зилер установил его вместе с остальными системами – старый, пиратский, пошёл на свалку. Новый ИскИн отозвался нейтральным, безличным голосом:
– Система готова к работе. Назовите идентификатор.
– ТИТР.
– Принято. Интеллектуальный терминал тактического распознавания активирован. Чем могу быть полезен, оператор?
– Запусти анализ всех данных, полученных с «Серого рассвета». Всё, что удалось скачать. Ищи любые упоминания об Авдеях. Координаты, частоты, коды. Всё, что может быть хоть каким-то следом.
– Принято. Обработка займёт ориентировочно четырнадцать часов. Продолжить?
– Продолжай.
Машина загудела, прочёсывая украденную информацию. Я откинулась в кресле и закрыла глаза.
Мысли текли медленно, вязко, как смола. Я думала о том, что оставила позади. Олов. Каллист. Вейл. «Серый Рассвет». Всё это теперь было прошлым. Я больше не Айва. Я Сера. Никто. Призрак.
Но призрак с прошлым.
Потому что прошлое никуда не делось. Оно сидело во мне, как заноза. Красные глаза Повелителей. Крики на корабле. Лица родителей на экране. Взрыв на Площади. Холодные серые глаза Наставника. И его голос: «Ты – бомба».
Я сжала кулаки. Ногти впились в ладони. Боль отрезвляла. Помогала не провалиться в воспоминания.
Я больше не бомба. Я – охотник.
– ТИТР, – позвала я.
– Слушаю, оператор.
– Есть что-нибудь интересное?
– Пока нет. Идёт первичный анализ. Но я зафиксировал несколько зашифрованных каналов, которые могут представлять интерес. Требуется время на дешифровку.
– Продолжай. Доложишь, когда будет результат.
– Принято.
Я встала с кресла и прошла в грузовой отсек. Здесь Зилер тоже поработал – установил новые стеллажи для грузов, заменил проводку. В углу стояла моя койка, застеленная серым одеялом. Рядом – небольшой столик, привинченный к стене. На столике лежал заяц. Я взяла его, прижала к груди.
Он пах домом. Тем, которого больше нет.
Я закрыла глаза и попыталась представить речку. Солнце. Папин смех. Мамину улыбку. Но картинка не складывалась – слишком много всего случилось за эти годы. Слишком много боли накопилось между тем днём и этим.
Но я всё ещё помнила. И пока я помню – они живы. Мама и папа. Живы во мне.
– Мы найдём их, – прошептала я зайцу. – Тех, кто это сделал. Тех, кто превратил меня в монстра. И они заплатят.
Заяц молчал. Но я знала: он согласен.
Я вернулась в рубку. Села в кресло. Положила руки на штурвал. Звёзды за иллюминатором всё так же мелькали, переливаясь красками.
Где-то там, в бесконечной черноте, были ответы. И я их найду.
Четырнадцать часов спустя ТИТР доложил:
– Анализ завершён. Обнаружено семьдесят три упоминания, потенциально связанных с Авдеями. Из них три заслуживают внимания.
– Показывай.
На экране вспыхнули координаты. Три точки в разных секторах галактики. Три зацепки.
– Первая: координаты указывают на заброшенную базу Авдеев в секторе Ксилон. Вторая: перехваченный сигнал с позывными, совпадающими с позывными оперативника Ордена, действовавшего под прикрытием. Третья: аномальная активность в нейтральном секторе, возможно, связанная с нелегальными операциями Авдеев.
Я смотрела на эти точки, взвешивая варианты. Третья была слишком расплывчатой – аномальная активность могла быть чем угодно, от контрабанды до случайного сбоя. Вторая – перехваченный сигнал – требовала времени на дешифровку, а у меня не было лишних часов, чтобы сидеть и ждать. Первая была конкретной. Реальной. Заброшенная база Авдеев в Ксилоне.
Я знала этот сектор. Мы проходили его на тренировках, когда я ещё была ученицей. Там были старые учебные полигоны, склады, архивные хранилища – места, которые Орден считал неважными и не охранял. Идеальное место, чтобы начать поиски. Идеальное место, чтобы понять, что именно Авдеи искали во мне.
– Курс на первую, – сказала я. – Сектор Ксилон.
– Принято. Расчётное время в пути – шесть дней.
– Отлично. У нас есть время подготовиться.
Я откинулась в кресле и улыбнулась. Впервые за долгое время я чувствовала не страх, не ярость, а холодный, спокойный азарт.
Охота началась.
Глава 43. Эхо Ксилона
Шесть дней в гиперпространстве. Шесть дней тишины, нарушаемой только гулом двигателей и монотонным голосом ТИТРа, докладывающего о состоянии систем. Я почти не спала – кошмары приходили каждую ночь, и я просыпалась в холодном поту, с криком на губах. Но днём я тренировалась. Медитировала. Училась чувствовать свой Клосс не как бурю, которую нужно подавлять, а как течение, которое можно направлять.
К концу шестого дня я чувствовала себя почти готовой.
– Выход из гиперпрыжка через десять секунд, капитан, – доложил ТИТР.
Я вцепилась в подлокотники. Корабль дрогнул, и звёзды за иллюминатором вернулись на свои места – холодные, равнодушные, вечные.
Сектор Ксилон встретил меня тишиной.
Заброшенная база Авдеев висела в пустоте, прилепившись к огромному астероиду, как раковина к скале. Старая, потрёпанная, с погасшими огнями и ржавыми шлюзами. Она выглядела мёртвой – но я знала, что в таких местах часто скрывают то, что не хотят показывать.
– Сканирование, – скомандовала я.
– Пассивные сенсоры активированы. Атмосфера внутри отсутствует. Энергоснабжение – минимальное, аварийное. Тепловых сигнатур не обнаружено. База выглядит заброшенной.
– Выглядит, – повторила я. – Но мы проверим.
Я надела скафандр, проверила бластер и двинулась к шлюзу. Заяц остался на корабле – я не хотела рисковать им в незнакомом месте.
– ТИТР, держи связь.
– Принято, капитан.
Шлюз поддался с трудом – механизмы заржавели, и мне пришлось применить Клосс, чтобы сдвинуть тяжёлую створку. Золотистая вспышка на мгновение осветила темноту, и я проскользнула внутрь.
База пахла пылью, металлом и временем. Коридоры были пусты, стены покрыты слоем сажи и копоти. Где-то в глубине тихо гудели аварийные генераторы – единственные признаки жизни в этом мёртвом месте.
Я шла медленно, прислушиваясь к каждому звуку. Мои шаги отдавались эхом в пустых коридорах. Вдоль стен тянулись ряды запертых дверей – лаборатории, склады, казармы. Всё, что нужно для базы Авдеев.
В одной из комнат я нашла то, что искала.
Это был архив. Не главный – второстепенный, забытый. Здесь хранились записи, которые не должны были увидеть посторонние. Я села за старый терминал и начала читать, и с каждой строкой внутри меня разрастался холодный, липкий ужас.
Я нашла отчёты о классификации носителей Клосса. О том, как Авдеи оценивают своих учеников. О том, что делают с теми, кто не соответствует стандартам.
«Классификация носителей Клосса по категориям:
Категория Альфа: наследственные носители, стабильный Клосс, высокий контроль. Основа элитных подразделений.
Категория Бета: спонтанные носители, стабильный Клосс после стабилизации, средний контроль. Основная масса оперативников.
Категория Гамма: спонтанные носители, нестабильный Клосс, низкий контроль. Требуют усиленной психокоррекции. При неэффективности – направление в лабораторию для углублённого изучения.
Категория Дельта: носители с экстремальным потенциалом, но полным отсутствием контроля. Представляют угрозу для себя и окружающих. Рекомендуется списание.»
Я замерла. Экстремальный потенциал. Полное отсутствие контроля. Угроза для себя и окружающих. Рекомендуется списание.
Я знала, к какой категории относилась. Я всегда знала. Мой Клосс был слишком сильным – и слишком диким. Я могла разрушить всё вокруг, но не могла удержать огонёк на ладони дольше нескольких секунд. Я была ценна как источник силы – и бесполезна как боевая единица.
Я вспомнила тот день. Последнее испытание. Камень Фокуса. Я должна была показать контроль. Вместо этого я расколола его. Вместо этого я показала им, что не могу управлять своей силой. Что я – бомба с неисправным детонатором.
Вейл сказал это тогда. Я помнила его слова. «Бомба с неисправным детонатором». Он был прав. И он дал мне шанс. Вместо того чтобы отправить в лабораторию, он отправил меня на «Серый Рассвет». Он дал мне последний шанс доказать, что я могу контролировать себя.
Я провалилась. Снова. И тогда я сбежала.
Я продолжила читать, ища записи о других – о тех, кого не спасли. О тех, кого отправили в лабораторию.
«Объект 412-Терра. Нестабильность Клосса. Направлен в лабораторию для углублённого изучения. Результат: не подлежит дальнейшему использованию.»
«Объект 589-Терра. Отказ от сотрудничества. Направлен в лабораторию. Результат: утилизирован.»
«Объект 703-Терра. Провал на итоговом испытании. Направлен в лабораторию. Результат: не зафиксирован.»
Сотни номеров. Сотни «Терра». И ни одного «выбыл по окончании срока». Только «направлен в лабораторию». И тишина. Никто не возвращался.
Я не нашла себя среди этих записей. Меня здесь не было. Но я знала, что мой номер существовал где-то в других архивах. 734-Терра. Объект с экстремальным потенциалом. Объект, который должен был быть списан. Объект, который сбежал.
Я нашла записи о том, как работает система отбора. О том, какие критерии используются для оценки носителей.
«Критерии оценки носителя Клосса:
1. Мощность потока – объём доступной энергии.
2. Стабильность – способность удерживать Клосс в контролируемом состоянии.
3. Контроль – точность и осознанность применения.
4. Пси-устойчивость – способность противостоять внешнему воздействию.
Оптимальный носитель – высокие показатели по всем критериям. Допустимый – высокий поток при среднем контроле. Критический – экстремальный поток при полном отсутствии контроля. Такие носители считаются нестабильными и опасными.»
Я закрыла глаза. У меня был экстремальный поток. И полное отсутствие контроля. Я была критическим носителем. Опасным. Нестабильным. Таким, которого следовало списать.
Но Вейл не списал меня. Он дал мне шанс. И я сбежала.
Я нашла ещё один документ. Отчёт о том, как Клосс реагирует на разные состояния носителя.
«Страх: снижает контроль, увеличивает риск неконтролируемого выброса. Гнев: усиливает мощность, снижает точность. Боль: может как усилить, так и ослабить поток в зависимости от индивидуальных особенностей. Отчаяние: полная потеря контроля, самоуничтожение.»
«Рекомендация: для стабильной работы использовать дисциплину и тренировки. Эмоциональные триггеры не рекомендуются – они делают носителя нестабильным. Идеальный носитель – тот, кто способен отделить волю от эмоций.»
Я знала это. Я знала, что мой Клосс зависит от воли, а не от эмоций. Но моя воля была слабой. Моя боль была слишком сильной. Мои страхи – слишком глубокими. Я не могла контролировать себя, потому что внутри меня всё ещё жила та девятилетняя девочка, которая смотрела на экран и видела лица мёртвых родителей.
Я открыла глаза и посмотрела на экран. Записи обрывались на середине. Важное отсюда давно убрали, когда базу закрыли и перенесли всё в другое место. Остались только обрывки – намёки на то, что происходило за стенами лаборатории. Но даже этих обрывков хватило, чтобы понять: Авдеи – это не защитники. Они создают оружие. И тех, кто не может стать оружием, они уничтожают.
Я выпрямилась и отодвинулась от терминала. Внутри всё кипело, но я заставила себя успокоиться. Не сейчас. Сначала – то, за чем я пришла.
– ТИТР, – позвала я, – у нас есть портативный накопитель?
– В аварийном комплекте, капитан. В шкафчике у шлюза.
Я нашла флешку – старую, ёмкую, с защитой от перезаписи. Вставила её в терминал и начала копировать все файлы, которые смогла найти. Отчёты о классификации. Списки объектов. Протоколы лабораторных исследований. Всё, что могло пригодиться. Всё, что могло стать доказательством.
Копирование заняло почти час. Я сидела в темноте заброшенной базы и смотрела, как строчки данных перетекают на флешку. Каждый файл был кусочком правды, которую Авдеи пытались скрыть. Каждый документ – доказательством того, что они не лучше Повелителей.
Когда копирование завершилось, я вытащила флешку и спрятала её в карман скафандра.
– Всё, – сказала я. – Мы закончили.
Я ещё раз оглядела архив. Пыльные стены, старые терминалы, запах времени. Здесь когда-то решали судьбы детей. Здесь ставили эксперименты. Здесь списывали тех, кто не подходил. И теперь это место было пустым – только тени прошлого и обрывки записей, которые я забирала с собой.
Я вышла из архива и направилась обратно к шлюзу. Коридоры были такими же пустыми, как и раньше. Где-то в глубине всё так же гудели аварийные генераторы. Но теперь я знала, что скрывается за этими стенами. И я забирала эту правду с собой.
Когда я наконец вернулась на корабль, внутри меня была не просто ярость. Было понимание. Холодное, жёсткое понимание того, что Авдеи – это не защитники. Это такие же монстры, как Повелители. Просто их монструозность скрыта за красивыми словами о долге и чести.
Я сняла шлем и достала флешку из кармана. Маленький кусок пластика и металла, в котором хранилась правда, способная разрушить репутацию Ордена. Я сжала её в кулаке, чувствуя, как холодный пластик впивается в ладонь.
– ТИТР, – сказала я, – у нас есть новые координаты.
– Куда направляемся, капитан?
– Подальше от Авдеев. Подальше от Повелителей. Туда, где нас не найдут.
– Принято.
Я села в кресло пилота и взялась за штурвал. Заяц сидел в соседнем кресле, его стеклянные глаза смотрели на меня с немым вопросом.
– Ну что, дружок, – тихо сказала я. – Похоже, у нас появилась новая цель.
Он молчал. Но я знала: он согласен.
«Серая муза» отстыковалась от базы и нырнула в гиперпространство. Я смотрела на безумный калейдоскоп за иллюминатором и сжимала в кармане флешку с документами. У меня не было плана, куда идти дальше. Не было армии, которую нужно было собирать. Не было миссии по спасению мира.
Был только я. И правда, которую я забирала с собой. И этого пока было достаточно.
