Текст книги "Куда тянутся души (СИ)"

Автор книги: Анастасия Пенкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 45 (всего у книги 46 страниц)

Взгляд Мары-Элин скользнул по моим рукам, и улыбка девушки стала еще шире.

– Ох, Анна…

Но не успела я восхититься догадливости юной эльфийки, как в палатку проскользнула еще одна фигура.

– Вот ты где, Эли, – раздалось укоризненное из тени.

А потом к свету вышла девушка. Почти точная копия моей новой знакомой, только черты лица более заостренные.

У меня не возникло никаких сомнений, кто это.

– Ты должно быть Мара-Лин?

Только сейчас девушка подняла строгий взгляд с сестры на меня. Эльфийка нахмурилась, явно не признавая во мне никого из своих сородичей.

– Я Анна.

Девушка сначала замялась, поджав губы, явно не зная, как со мной себя вести. Чего ожидать, и кто я вообще такая.

– Это Анна из другого мира!

Пояснила за меня Мара-Элин.

– Ох, Эли, ты опять болтаешь без умолку. Простите, если она вас побеспокоила.

Отношение как к какой-то важной персоне мне совсем не понравилось.

– Мне только в радость, – поспешила я успокоить еще одну новую знакомую.

Девушка наконец улыбнулась.

– Вообще-то, нам пара, приятно познакомиться, Анна из другого мира, – вежливо закончила беседу Мара-Лин, и потянула сестру за собой.

– Еще увидимся Анна, – крикнула напоследок Мара-Элин, покидая палатку.

Эльфийки взбудоражили мой «отдых», и я поднялась на ноги, принимаясь расхаживать по отмеренному пространству небольшой палатки туда-сюда. Их появление подкинуло много новых мыслей.

Но самая главная… Они так похожи на людей! Те же заботы. Та же жажда жизни. С трудом верилось, что первородные когда-то отказались от них, не желая давать даже шанса на жизнь.

В одном я была уверена – эти девушки-сиротки тоже заслужили право на счастье.

Глава 20

С тех пор как о появлении великого жреца ордена Тьмы стало известно, армию Смагарда удалось увеличить почти вдвое. Габриэлю было непривычно управлять таким количеством солдат. К тому же многие из них новобранцы, понятия не имеющие, что делать с мечом. Готовые наложить в штаны при виде бездушных и десятка чудовищ рядом с теми.

Маги усилили защиту своих границ, но мало кто рискнул обратиться к спрятанной почти в каждом Тьме. Без нее физически противостоять химерам или другим тварям они не могли, для этого и нужны были люди. Магические барьеры на границах не вечны, и истощаются, пропуская темных тварей. Габриэлю удавалось «подчищать» территории вполне успешно. Но сейчас, когда на подходе, целая армия – они долго не выстоят. А если Сизаморо пожелает, барьеры исчезнут еще быстрее.

На Черно-белую пустошь Габриэль не желал брать неопытных воинов. Но спорить с Хендриком, желающим пустить в глаза пыли потенциальным врагам, не собирался. Лучше приберечь жизненные силы для чего-то более полезного.

Несмотря на то, что шли войска к той самой пустоши, где состоится судьбоносная встреча с бездушными, Габриэль едва скрывал ликование. Как минимум кое-что изменить в будущем удалось. Он четко помнил в первых рядах Натаниэля. Но теперь тот отправился в Маир вместе с женой. Изменит ли это будущее? Габриэль не знал, но тешил себя мыслью, что хоть что-то под контролем.

Бросив взгляд на хмурого Хендрика, следовавшего рядом, Габриэль самодовольно ухмыльнулся, вспомнив как не смог сдержать ярость брат, узнав об исчезновении Альцины, и о том, что воины, которых он приказал арестовать, сбежали. Конечно, не только правитель был ярости, гнев рода Хегалаз задел всех Делагарди. Но ни Хендрик, ни маги Севера не смогли доказать причастность Габриэля. Хотя и те, и другие, не сомневались в том, кто устроил исчезновение, и ради чего. Да и привлечь Габриэля к ответственности, даже в случае неоспоримых доказательств, было нельзя. Ведь впереди магический мир ждало кое-что посерьезнее, чем побег и замужество Альцины в тайне ото всех.

Горные хребты расступались, открывая взгляду Черно-белую пустошь. Еще слишком далеко, но уже виднелась черная полоса на горизонте. То место, где проходила граница с мертвыми землями. Место где будет решаться судьба магического мира.

Почему-то Габриэлю казалось происходящее нереальным. Слишком давно в его мире не происходило ничего подобного. Истории прошлого, мифы и легенды о былых победах Света над Тьмой, всегда воспринимались им как повод для гордости. Сказки об эльфах, гномах и каменных людях, что рассказывают няньки малышне перед сном пугая, лишь вымыслом. Как же круто он ошибался. В реальности все оказалось наоборот. То, чем «кормил» орден Света, самая настоящая ложь. Было ли хоть что-то правдой? Теперь это не имело значения. Чтобы не случилось в прошлом, этого не исправить.

Ряды шагающего войска стали уже неровными, дорога, плавно переходящая в равнину, позволяла растянуться вширь. Они шли больше двенадцати часов, делая только короткие привалы. Но как бы не желал Габриэль оттянуть время, люди устали. И пустошь неумолимо приближалась.

Оставив Хендрика, пришпорив лошадь, Габриэль помчался вперед, чтобы лучше рассмотреть, что их ждет впереди.

Обогнув людей, он остановился в том месте, где горные хребты, по обе стороны от него, расступались открывая взгляду всю пустошь. Там, где сочные луга заканчивались и виднелись Мертвые земли, удалось разглядеть цветные пятна. Лагерь бездушных у самой границы.

– Привал! Ставим лагерь! – отдал команду Габриэль, разворачиваясь к людям.

* * *

Стоило новым знакомым оставить меня, как в клубах Тьмы появился Сизаморо.

– Готова? – мягко поинтересовался он, потрудившись произнести вопрос вслух.

– К чему?

Как бы я не пыталась продемонстрировать равнодушный тон, у меня не вышло.

– Состоится долгожданная встреча, – сохраняя безмятежный тон пояснил первородный. Вот только это мне мало что дало. – Одни создания магического мира против других. От того как поведут себя люди, какой выбор сделают, будет зависеть их судьба. Разве тебе не интересно что они выберут?

– Может кого? – поправила я. Как бы не старалась, скрыть свою заинтересованность от Сизаморо, не получится. – Я все еще не понимаю, зачем сталкивать их друг против друга. Натравливать, ожидая кто окажется сильнее…

– Сила не в том, Анна. Не в том, что один сможет перегрызть глотку другому… Пойдем, тебе тоже придется выбирать.

Не допустить мысль о том, что свой выбор я уже сделала, так и не удалось. Но первородный отреагировал лишь скептическим хмыком, и вывел меня наружу.

После полумрака свет ударил по глазам, и я ненадолго зажмурилась.

А потом увидела их. Бездушных.

Уже после встречи с Марой-Элин, я поняла, что они живые, настоящие, в их телах так же есть частичка магии. И теперь убедилась еще больше.

Их одежды когда-то были яркими нарядами, теперь от них остались выцветшие лохмотья. Но это не мешало улыбаться существу с кожей будто покрытой каменной чешуей. Да, не красавец, даже жутко первые секунды, но, когда он мне улыбнулся, чисто и искренне, я не удержалась от ответной улыбки.

Зато эльфы были прекрасны. Не у всех кожа была цвета яблочной мякоти как у Мары-Элин и ее сестры. Оттенки от серо-серебристых до нежно голубых и оливковых. Но все как один красивы. Встретились мне и гномы. Эти маленькие люди больше остальных походили на магов. Едва доставали мне до груди. Ширококостные, с крупными чертами лиц. Их женщины, с яркими медными волосами, напомнили мне об Анкиле. Было в служительнице что-то общее с ними.

И каждый мне улыбался. Мне и Сизаморо.

Я настолько увлеклась разглядыванием бездушных, что не заметила, как ступаю по черной земле, лишенной жизни.

А мы вливались в общий поток, все куда-то шли. И когда Сизаморо вывел меня за пределы тесных рядов палаток, я увидела ее. Пустошь. Действительно Черно-белая. Бездушные разместились на черной половине. Впереди виднелась граница. Не очень четкая, но явная. Дальше начиналась равнина, усыпанная сочной травой и белыми полевыми цветами. Там уже стояли стройные ряды шатров. Изумрудный позволял сливаться с зеленью. Но садящееся солнце щедро подсвечивало ткань.

Сердце замерло. Где-то там Габриэль, и я было уже собралась рвануть туда, добраться до границы одной из первых… Но я не была уверена, что меня встретят крепкие объятия любимого, а не острые стрелы. К тому же на плечо упала тяжелая ладонь Сизаморо.

– Граница защищена магией, – пояснил он, – пока я не сниму ее, никто туда не пойдет, это опасно.

Я лишь кивнула. Уже было все равно на то, что он читает мои мысли не спрашивая. Внутри все скручивало от тоски, от неприятно томящего предвкушения чего-то важного, но в то же время опасного.

– Мне что-то нужно будет говорить? – севшим от волнения голосом обратилась я к Сизаморо. – Какова будет моя роль?

– Говори лишь то, что посчитаешь нужным. Тебе не нужно играть роль, Анна, – вкрадчиво объяснял Сизаморо чуть разворачивая к себе. И я только сейчас обратила внимания, что он опять переоделся. Излюбленная черная мантия едва держалась на крепких плечах, черные штаны, босые ступни. В моей памяти он почти всегда был таким. – Вполне достаточно быть собой.

В его улыбке я уловила что-то, заставившее напрячься. Он явно о чем-то умалчивал. И предвкушал будущее, как и я, но ждал своего исхода.

* * *

– Мать твою… – выругался Ариман. Даже в такую прохладную осеннюю погоду, когда остывший воздух обжигал легкие от частого дыхания, бедные лошади вспотели, скача во весь опор. – Почему от Смагарда до Маира нет ни одного постоялого двора, где можно хотя бы сменить лошадей?

Вопрос разбойника был явно риторический, но Натаниэль все же ответил на него.

– Древний лес. Люди бояться его.

– Трусы, – фыркнул Ариман. Конечно, злился он не на отсутствие таверны, где можно утолить жажду огромной кружкой свежесваренного эля.

Дорога от Смагарда до Маира была короткой, какой-то день пути, но не когда, ты спешишь в город магов, пытаясь сократить обычное время чуть ли не вдвое.

– Надо было послать этого Делагарди со своими поручениями, – презрительно скривился Ариман и сплюнул на землю.

Вынужденная остановка, чтобы справить нужду и дать лошадям хотя бы пять минут отдыха, его совсем не радовала. Чувство ответственности брало верх, и он боялся не успеть вовремя добраться до верховного хранителя.

– Это не просто поручение, – поправил Натаниэль, – это просьба. И от этого может зависеть жизнь Анны.

Ариман еще больше скривил лицо, не в силах больше подобирать слова, которые можно произнести в присутствие Альцины.

Именно из-за того, что это могло помочь Анне выбраться из лап жреца ордена Тьмы, Ариман и взял на себя обязательство добраться до Маира в кратчайшие сроки.

– Если бы правитель людских земель не дошел до крайности и не разбил зеркало мориона, нам бы не пришлось так торопиться, – напомнила Альцина. – Так что направь свой гнев на него Ариман. Думаю, Хендрик этого заслуживает как никто другой.

– Ладно, – довольно хмыкнул Ариман. Не согласиться с девчонкой было трудно. – Быстренько вскарабкались на своих лошадок и поскакали во весь опор. Делагарди уже наверняка добрался до Черно-белой пустоши, будь он неладен…

«Я бы никогда тебя не попросил, но от этого может зависеть жизнь Анны, нужно передать послание Эрвину Савитару. К тому же я беспокоюсь об этих двоих,» – Габриэль махнул головой в сторону воркующих Натаниэля и Альцины, – «Кроме тебя, я не могу никому доверить ни их жизни, ни послание».

Вручив свернутый кусок пергамента Габриэль отошел на несколько шагов. Выжидающий взгляд и поза (скрещенные на груди руки), явно говорили о том, что у разбойника есть выбор. По крайней мере так думал Делагарди. А разбойник точно знал, что нет этого выбора. Ведь речь шла об Анне. И не имеет значения, кого она выбрала – разбойник сделает все, чтобы уберечь того, кого любит.

Даже несчастные пять минут прибавили сил, открыли второе дыхание. И вот уже на горизонте появилась белая башня обители. Последнее препятствие в виде извивающейся ленты дороги, ведущей наверх, и их встретил верховный хранитель у входа в башню.

За ним показалась обеспокоенная Канья Одисс. Теперь уже жена верховного хранителя. Она заботливо опустила руки на плечи мужа принимаясь их разминать, не хуже него чувствуя, что гости не с самыми хорошими новостями.

Ариман, без лишних приветственных церемоний вручил Савитару письмо. Канья, выглядывая из-за спины мужа, тоже жадным взглядом пробежалась по строкам.

– Я не отпущу тебя одного! – воскликнула она дочитав.

– Но Канья… – попытался возразить верховный хранитель. – Габриэль прав, без меня у них мало шансов, если придется сражаться. К тому же Анна…

– Именно поэтому. Со мной силы еще больше увеличатся. К тому же…

Тут она осеклась. Хоть Канья и выполнила главное поручение великой Богини. Стала женой Эрвина, раскрывать все планы первородной все еще не могла. Да и защищать Анну нужно не от Сизаморо и бездушных, кроме Каньи в это мало кто был готов поверить. Пока что.

– Я отправлюсь туда, Эрвин Савитар, и никакая магия меня не удержит, – пригрозила Канья.

Под строгим взглядом внешне невозмутимого Эрвина, Канья чуть сбавила воинственный настрой, и уже ласковее добавила:

– Поверь, так будет лучше. И тебе ли не знать, что я могу себя защитить?

Верховный хранитель немного расслабился. Хоть он и беспокоился о жене, понимал, что спорить с ней бесполезно.

– Я кое о чем слышал, – вмешался в семейные разборки Ариман. – Настоящие ведьмы могут перемещать в пространстве не только себя, но и людей… Ты же одна из них, Канья Одисс?

Едва ли это был вопрос. Разбойник знал о чем говорит. Девушка по-новому оценила гостя, а потом кивнула.

– Я хочу отправится с вами.

– Тогда и я отправлюсь! – подхвати Натаниэль.

– Погодите, – возмутилась Канья, округлив глаза удивившись такому напору. – Я еще ни разу никого не перемещала. Может у меня не получится?

– Должно получиться, – настоял Ариман.

* * *

К нам направился солдат, даже издалека было видно, как он пытается справиться с нервной дрожью в руках, с силой сжал флаг.

Бедняга, представляю, сколько мужества ему потребовалось.

Флаг был самый обычный, белый. И судя по довольной ухмылке первородного, он все еще означал то же самое, что и в мире людей.

Они будут говорить с нами.

Юноша остановился в нескольких метрах. Звонким голосом, стараясь не кричать, но говорить громко, он передал послание своего правителя.

Великому жрецу ордена Тьмы следовало явится к границе, для дальнейших переговоров.

Дождавшись утвердительного кивка молодой солдат развернулся на пятках, и гордо зашагал к своим.

Сизаморо ничего мне не сказал, только многозначительно посмотрел.

«Идиот, думает, что я не знаю, что он скажет,» – добавил он мысленно к своему взгляду и выступил вперед, осторожно подтолкнул меня в спину, чтобы я сделала шаг и встала рядом.

Для себя я решила, чтобы не допускать крамольных мыслей, не вызывать излишних подозрений у первородного, буду слушаться, пусть думает, что я ведома им. Что я на его стороне.

Никто из бездушных не пошел за нами. И я была рада, что Мара осталась далеко. Как бы она не отличалась от людей, я точно знаю, что разговаривала с самым обычным ребенком.

Чтобы не думал правящий совет, Смагард во главе с Хендриком, бездушные давно обрели душу. И в них куда больше человеческого, чем в некоторых знакомых мне людях.

Мое сердце неумолимо ускорялось, когда вместе с Хендриком вперед выступил Габриэль, а с ним двое солдат, судя по одинаковым посохам с черными кристаллами на вершине – маги.

Мы остановились на границе. Где обсидиановая земля, сухая и опустошенная, наполнялась соками жизни. Появлялась редкая трава и крохотные белые цветы. Разрастаясь на север все плотнее, и почти полностью застилала землю до той линии, где остановилось войско Габриэля.

Жаль, что цветы все равно затопчут.

Было странно видеть Габриэля не в легкой защитной одежде, а в кольчуге, с блестящими на солнце стальными наплечниками. За спиной изумрудный плащ как у всех солдат. Как у Хендрика. Единственное, что отличало правителя людских земель, тонкий серебристый обод, напоминающий корону.

С замиранием сердца я ждала, что же будет дальше. Что скажет Сизаморо, а Хендрик ответит? Конечно, я догадывалась, о чем пойдет речь, но первородному удалось удивить всех, включая меня.

– Поздравляю, Габриэль, быть отцом волнующее занятие, – заговорил Сизаморо. – Тебе понравится. Впрочем, как и всегда.

Я вцепилась взглядом в Габриэля считывая реакцию. Черты лица заострились, когда он нахмурился, сдвинув брови, и прожег взглядом Сизаморо. Но тут же смягчился, посмотрев на меня.

– Анна… Это правда? – недоверчиво уточнил Габриэль. На его лице читалось много эмоций. И я не стала затягивать с ответом.

– Да.

Он вовсе не злился на меня. Уверена, новость его обрадовала. Вот только место и способ о ней узнать вышли не самыми удачными.

Зато Хендрик не стал сдерживаться в эмоциях.

– И почему-то я не удивлен, – не скрывая своей неприязни высказался правитель людских земель.

Надо отдать ему должное. Несмотря на все предрассудки, близость великого жреца не приводила Хендрик в ужас.

И, видимо, впечатлившись известием, он сам заговорил с первородным.

– Я знаю, что ты снял защиту, но для них, – Хендрик окинул взглядом бездушных сделав паузу, – места нет. Может ты создашь для них новые земли? Взамен тех, что нас лишил.

Последнее было сказано с еще большим презрением, чем ко мне.

И мне стало, как бы это не было странным, жаль Сизаморо.

– Мне не нужна твоя жалость, – процедил он, явно обращаясь ко мне. Но смотреть продолжал на Хенрика.

Правитель людей вскинул бровь в молчаливом вопросе, явно не понимая к чему относились слова первородного.

А ведь Сизаморо было куда хуже, чем мне казалось. Ведь он слышит все, что думает о нем брат Габриэля. И наверняка это не самые приятные мысли.

– И не думал, – ответил Хендрик, пребывая все еще в замешательстве от слов первородного.

– Без сомнений.

Сизаморо расплылся в улыбке, от которой мне стало не по себе. Что он прочел в мыслях Хендрика?

Взгляд великого жреца метнулся к Габриэлю. Затянувшееся мгновение они не отрываясь смотрели друг на друга. Готова поклясться, что они вели мысленный диалог.

– Мы не можем пустить всех сразу, – произнес Габриэль. – Начнутся беспорядки, хаос, это нанесет вред, как и земле, так и ее жителям. Как старым, так и новым.

Хендрик резко повернулся к брату. Я поняла, что в его план даже такой вариант не входил.

– Ты что несешь? – предъявил он Габриэлю, подтверждая мою догадку.

– Извини, Хендрик, но я не готов к войне.

Казалось в Габриэле спало все напряжение, будто он резко изменил свое мнение о Сизаморо и бездушных. И я могла лишь догадываться о причинах таких резких перемен.

И чтобы у брата тоже не возникло никаких сомнений указал на меня рукой.

– Не знаю, как ты, но я хорошо помню военные байки, что отец рассказывал, они передавались из поколения в поколение, но нисколько не потеряли от этого красочности. Я не хочу, чтобы мой ребенок жил в таком мире.

– Это предательство Габриэль.

– О, Габриэль знает толк в предательствах, – чуть ли не хихикая вставил слово Сизаморо. – Но пришло время снова сделать выбор. Не ошибись на этот раз.

– Да, я ошибался… в прошлом. Был ведом, как и другие. Предал свой орден… – Габриэль отвел взгляд от жреца, буравя пол, а потом посмотрел на меня полным мольбы о прощении взглядом. – И тем самым тебя, Анна.

Я не могла сдвинуться с места или еще как-то сказать ему, что все прощаю. Ведь я помнила, о чем говорит Сизаморо. О каком предательстве.

Тогда первородные, действительно ввели в заблуждение магический мир. Одним они рассказали страшную сказку о последнем великом жреце ордена Тьмы, а Габриэлю, некогда преданному адепту, историю о том, как Сизаморо сошел с ума от ревности, и возжелал погубить весь мир. И Габриэль поверил. Встал на сторону ордена Света, когда пришло время. И Сизаморо остался один. Не считая меня, брошенной Богиней служительницы, борющейся за равновесие.

Первородный любил одинаково как меня, так и Габриэля. Но оставить предательство без наказания не мог. Надавил на самое чувствительное место Габриэля – отправил мою душу в другой мир. Сам оставаясь разрываемый от боли. К тому же Псигелия продолжала скрываться.

Остальные первородные, воспользовавшись слабостью сломленного морально Сизаморо, смогли отправить его принудительно в мир Света.

– Мне плевать, что было в прошлом! – почти сорвавшись на крик заявил Хендрик, вырвав меня из пучины воспоминаний.

– Знаешь, Хендрик, в тебе нет и капли Тьмы, но и Света не осталось, – с какой-то грустью произнес Сизаморо. – Как же они все-таки заблуждались.

– Это вы все заблуждаетесь, – пробормотал Хендрик.

А потом, переведя взгляд с первородного на брата, чуть громче добавил:

– Никогда не думал, что ты так слаб брат, и пойдешь на поводу у женщины.

В этот момент во мне поднялась волна гордости за своего возлюбленного. Я точно знала, что слова Хенрика никак не про него. Он не шел у меня на поводу, но и едва ли прислушиваться к своей женщине – слабость.

– Ты больше не командующий армией людей, Габриэль Делагарди! – официальным тоном заявил Хендрик. Но вряд ли его слышало остальное войско, кроме тех двоих, что стояли рядом, пытаясь слиться с землей.

Дал знак сопровождающим воинам-магам, и те отступили на шаг приготовив магические посохи то ли к атаке, то ли для защиты.

Но Хендрик не спешил уходить или нападать.

– У тебя еще есть шанс передумать, брат, остаться рядовым, но на правильной стороне.

В голосе правителя людских земель все больше просачивалось злобы.

А потом он будто взорвался, расплескивая эмоции на все и всех вокруг.