Текст книги "Куда тянутся души (СИ)"

Автор книги: Анастасия Пенкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 38 (всего у книги 46 страниц)

Глава 9

Кто бы знал, что понятие «скоро» в понимании кочевника и моем, так разительно отличается. За это скоро я успела разработать не один план побега, поспать, проснуться и снова клевать носом. Опробовать для сидения все стороны тела. Но, кажется, еще чуть-чуть и зад опять окаменеет. Одно радовало, чувствовала я себя куда лучше. И, когда не копошилась на одном месте, обращалась вся в слух, пытаясь понять, где я. Но тщетно, и по этой же причине отметались все идеи о побеге.

Я не знала где, сколько еще разбойников, не очень-то дружелюбно настроенных ко мне, рыщут поблизости. Насколько Риден сильный маг? И моя перезагруженная память пока не подсказывала в какой стороне искать Канью. Она вообще мало что подсказывала.

В какой момент мое терпение приказало долго жить было сложно определить, как только меня вернули в этот мир – это стало лишь вопросом времени. И, когда, наконец, вернулся Риден, я была, мягко говоря, на взводе. Шаги и скрип деревянных половиц послышались еще издали, что позволило сделать вывод, что в этом доме… сооружении непонятного назначения, никого больше не было, так как до этого момента тишина стояла даже жуткая. Черт знает, куда подевался его подельник с неуклюжими кувалдами вместо рук.

Дверь знакомо заскрипела, по коже прошелся едва уловимый ветерок принося в мою «темницу» запах леса и специй. Вот только лес этот был иным, ни свежей хвойной прохлады Смагарда, ни терпкого запаха нагретой солнцем листвы Маира. Пахло сухой корой и землей, травой, превращающейся в сено, и серой. Гортань уже не болела, и чувствовала я себя настолько хорошо, насколько это возможно в моей ситуации. И теперь была уверена в каком регионе магического мира нахожусь – Огненные горы.

Огненные горы и так не самые густонаселенные живностью территории. Климат тут суров, и от жестокого севера отличается только градусом температур. И сложно сказать, что хуже – жар лавы, раскаляющий воздух до максимума, или безжалостный холод, промораживающий кости, и то и то может опалить до красна. Правда, от пышущих огнем бескрайних скал, осталась лишь десятая часть, Тьма забрала жизнь даже из огня в глубинах гор, и случилось это уже очень давно.

Суровому краю суровые законы, которые по большому счету хранились в тайне от остальных все это время. Самое большое упущение с моей стороны, что я рассказала об этом почти всем, кроме самой Каньи. И вряд ли она подозревает какова степень опасности для нее на самом деле.

Пальцы обхватили мою шею, и я замерла, ожидая от Ридена чего угодно. И не сразу поняла, что он вовсе меня не касался. Ветерок пополз по шее поднимая невидимы волоски на коже. Теплый как прикосновение руки. Пустынный маг применял ко мне свою силу, вот только чего он добивался я поняла только после того как лишилась кляпа и повязки на глазах.

Мои потуги что-то сказать вызвали ухмылку Пустынного мага.

– Не пытайся, это блок на связки, не сможешь говорить пару дней.

Взглядом задаю вопрос.

«Зачем?»

– Мы поедем в город, есть у меня дельце там. Сама понимаешь, мне не нужно чтобы ты трепалась о похищении.

Я поняла, что мимика у меня совсем не так хороша, как у Габриэля. И сделать лицо «говорящим» выходит с трудом. Или собеседник выпал недалекий, что мало вероятно.

Вздернула брови выше.

«Зачем тебе я в городе?»

– Ну же, Анна, не нужно бояться, – Риден говорил притворно ласково. Но даже змеи куда ласковее будут, чем этот кочевник.

Я закатила глаза к потолку. Мысленно прокляла всех почивших в мир Света и пока здравствующих великих духов. Я от природы не была болтливой, и будучи адвокатом ненавидела «лить воду», не тратя ни свое время, ни судьи, предпочитая говорить строго по существу. Но лишиться голоса – это слишком!

Ладно, не стоило паниковать раньше времени. Если меня освободят и появится возможность сбежать, а она появится, раз мы отправляемся в город, я готова потерпеть, и пожить без голоса.

Риден приподнял меня удерживая за локти, и наклонился, чтобы развязать веревку на ногах. Сложный тугой узел распустился стоило кочевнику приблизить руки.

Меня вывели из каморки, что послужила мне камерой. Дом был не совсем предназначен для постоянного жилья. Очень маленький, из необработанных булыжников. Доски под ногами скрипели.

Я оглядела помещение повторно, подмечая полезные детали. Стол, два грубо выструганных из дерева табурета. Уже давно посерели от времени. Кровать, далеко не двуспальная, задвинута в угол. Что за окном не удалось разглядеть, темно, да и единственные два окна напротив очага, маленьких как в русских банях, с покрытыми черной сажей стеклами. Помимо той, из которой меня выпустили, еще две двери – на улицу, и видимо в кухню.

Никаких мелочей, позволяющих сделать вывод, что дом постоянно обитаем, и сколько людей или магов в нем живет. Это больше походило на охотничью сторожку где-то в лесу, предназначенную для одноразовой ночевки.

Риден оставил меня в комнате, а сам открыл скрипучую, как и все в этом заброшенном доме, дверь, предположительно ведущую на кухню.

Пока он там копошился, решила, что времени зря терять глупо с моей стороны. И уверенно дернула ручку, что должна была открыть мне путь к бегству. Но тщетно.

– Заперто с помощью заклинания, – послышался проникающий холодком под одежду голос кочевника. Он говорил спокойно, даже равнодушно. Правда, тарелка с мясом, полная кружка и вилка на стол опустились с многозначительным грохотом.

– Ешь, до Крапдагона придется пару часов добираться.

Подсознание заботливо подбросило несколько образов. В городе магов Огненных гор мне доводилось бывать и прежде. Хоть те и не любили жить, сбиваясь в одном месте, приходилось иметь свою «столицу», как и тем же кочевникам. Нужно где-то размещать магистрат, держать дома для знатных гостей и храмы городских жен. Хотя, конечно за тысячу лет многое могло измениться.

Разъезжать по магическому миру, видимо, судьба. Постоянно видится почти одна и та же картина. Я, верхом на лошади, мчусь во весь опор, копыта то взбивают пыль дороги, то вырывают траву на зеленых холмах. На мне серый шерстяной плащ прячущий мою фигуру, и скрывающий лицо под большим капюшоном. В этот момент я почти всегда счастлива. Гармония внутри меня, она же и снаружи. Магия Тьмы и Света наполняет воздух вокруг, землю и деревья…

– Ешь, говорю! – чуть повысил голос Риден. Это вырвало меня из сковавшего воспоминания.

Я бросила презрительный взгляд на него, раз теперь какое-то время только так сообщать свое мнение – нужно потренироваться, артачиться не стала, уселась на табурет и принюхалась к еде. Мясо уже холодное, но все равно приятно пахло. Живот скрутило, напоминая о недавних болях, но и есть уже хотелось и довольно сильно.

После трапезы я чувствовала себя еще бодрее. Не планируя путешествие в день похищения, оделась в простое платье, и чувствовала теперь себя крайне неуютно, неловко волоча ноги под слоем ткани, что путалась у щиколоток. Риден заботливо помог мне взобраться на лошадь, посадив перед собой.

Я бы хотела сказать, что время не щадит никого, и даже города с жестокими законами. Но это было бы не о Крапдагоне. Если в моей мега-памяти сохранились образы пещер, служивших домами для магов Огненных гор, промышлявших в основном добычей магических кристаллов, после которой и оставались эти пещеры, то сейчас, окруженный почти безжизненным лесом с черно-серыми костлявыми деревьями, город сверкал. Медные крыши уходящих в глубь Пламенной горы построек, теперь оправдывали ее название, полученное когда-то, давным-давно, из-за лавы, спавшей в ее недрах, что проверяла на прочность характер местных жителей, когда ей вздумается, но также давно потухшей.

Деревья с острыми, царапающими небо макушками, служили естественной защитой Крапдагона, тесно сплетая ветви и образуя мощную стену, отделенную от лесы глубоким рвом. Узкая дорога освещалась магическими кристаллами с розоватым светом. Сдается мне, они используются не только как источник света, но и для защиты от темных тварей.

В живой преграде к городу вырезан проход. За решеткой мужчина в коричневом балахоне. Он сидел за письменным столом, в руках подобие карандаша, которым он почесывал затылок.

При нашем появлении поднял голову, спрятанную под широким капюшоном.

– Имена?

Такая строгость могла бы удивить, если вспомнить как легко удавалось покинуть Смагард, но теперь не удивляла – магам Огненных гор все же есть что скрывать.

Риден назвался настоящим именем, а меня представил Флорой, но его мелкая ложь не имела особого смысла, мужчина на «проходной» записал только кочевника, а меня пометил как «плюс один». После этого нас впустили без лишних вопросов.

Мы сразу оказались на небольшой площади вымощенной камнями. Пламенная гора полукругом возвышалась над ней, усыпанная роскошными домами, между которыми лишь узкие тропинки и лестницы.

Риден оставил лошадь в городской конюшне, а меня подхватил под локоть, и повел, по ему только ведомым, делам.

– Ты принесешь мне удачу, Анна, – заговорил наконец Риден. Мы остановились у одного из домов, двери, украшенные медными вензелями и осколками кристаллов, охранял сурового вида бугай. Вывеска над его головой приглашала в трактир с символичным названием «Друза удачи». – И в этот раз уйду победителем.

был полон энтузиазма, однако, вставленная щитом ладонь бугая остановила его.

– Тебе сюда нельзя, Пустынный маг, – пробасил здоровяк.

– Эй, Томми, так ведь? – заискивающе заговорил Риден и достал из-за пазухи мешочек с монетами. Помахал им перед носом сурового мужчины, а потом перевел взгляд на меня. – К тому же сегодня я с талисманом.

Бугай оценивающе осмотрел меня сверху-вниз, а потом и обратно.

– Вилгор, предупреждал, что ты придешь, он дает тебе последний шанс, – пробасил он. Отошел в сторону и открыл массивную дверь, чтобы пропустить нас внутрь.

Мы прошли через туннель и оказались в просторном зале, вырубленном прямо в скале. Потолок метра три высотой, и примерно на метр ниже у бара.

За круглыми деревянными столами разномастные мужчины. Среди них встречались и женщины, но единично. И больше всего они походили на коллег Кеммы.

Легкий гомон от разговоров посетителей и звона посуды звучал своеобразной музыкой, настоящей не наблюдалось.

Потолок у бара оказался ниже, чем мне показалось, над головой оставалось буквально пару сантиметров. Так, главное не задеть его головой. Ридену пришлось пригнуться, и он поспешил присесть за стол в самом углу закутка. Там уже сидел мужчина. В черном камзоле он сливался с тенью, черные волосы и загар на лице не способствовали выделению его фигуры из темного угла. Когда я тоже присела на свободный стул, рассмотрела и сухое лицо с морщинами, не думаю, что он был сильно стар, просто худой и кожа сморщилась как чернослив. Густые усы пытались скрыть его самодовольную ухмылку, проскользнувшую при нашем появлении. Но Риден заговорил первый.

– Какая удача, что и ты, Вилгор, и я оказались в одно время в Крапдагоне.

– Удача ли?

Голос Вилгора, казалось, царапал уши. А от нескрываемой насмешки не по себе стало даже мне.

Риден не обратил внимания на тон, и, если его и задевала такая манера общения скрывал это умело – губы все еще изогнуты в изящной усмешке, немного ленивой, а взгляд равнодушный.

– Я знаю простой способ это проверить.

– А я знаю, что у тебя есть деньги, но ты не спешишь оплачивать долги!

Внешне сомнительный знакомый Ридена казался крайне хрупким – ну что может сделать щуплый престарелый мужичонка с молодым, высоким и крепким магом-разбойником? – но стоило ему повысить голос, как воздух заполнился опасностью. Незримая аура магии ворвалась в наше личное пространство выжигая на миг из воздуха кислород и опаляя теплом всемогущего Света.

Этого короткого мгновения хватило, чтобы понять, почему Вилгор так самоуверен и не носит оружия – сильному магу оно ни к чему. Но Эрвин, например, тоже был сильным магом, одним из сильнейших и никогда не устраивал показных демонстраций, даже во время совета, чтобы утихомирить неугомонных стариков.

Дешевые понты или благоразумное предупреждение для Ридена не злить? – выводы я делать не спешила. Но вот кое-какие умозаключения на счет кочевника напрашивались.

Мешочек с монетами упал на стол характерно звякнув, а Риден откинулся на спинку стула приняв уверенную позу. И эти его взгляды, и серьезный вид – тоже показушник и даром, что главарь разбойников.

– Ты же знаешь, род Октант заплатит к следующему полнолунию. Но это, – он ткнул длинным тонким пальцем на мешок с монетами, – аванс. Свои деньги ты получишь в срок, как и договаривались. А сейчас я предлагаю выгодную ставку.

Загадочный маг-сухарь шевельнул усами, пряча загадочную ухмылочку и тоже вальяжно откинулся на спинку… К моему удивлению, он раздумывал.

О каких ставках шла речь я не понимала. Карты? Рулетка? – сомневаюсь. Но уверена, суть не отличалась от азартных игр мира людей. И моя роль талисмана вполне понятна. Но жаль меня предусмотрительно лишили голоса – я бы много чего высказала по этому поводу.

– Я бы не сунулся, не будь забег сегодня, – продолжил уговаривать Риден.

Маг-брокер потер усы большим пальцем, продолжая раздумывать, что же делать с наглым кочевником, брезгливо раздвинул пальцами мешочек и осмотрел содержимое.

– И какова твоя ставка?

Тут Риден обернулся ко мне, и улыбка его стала шире, обворожительней – глупый мальчишка! Мой говорящий взгляд он явно пропустил мимо ушей. Зато привлек внимание Вилгора. Он осмотрел меня сверху вниз, насколько позволяла столешница. Снова ухмыльнулся приводя в движения темные усы, но промолчал, ожидая ответ Ридена.

– Один к десяти на синего.

В ставках я, честно говоря, никогда особо не разбиралась, и сделать вывод, что кочевник совершает очередную глупость, вроде той, из-за которой Канья теперь в лапах семейства Октан, сулящих смертельную опасность, сделала лишь по реакции сухача. Былой пафосный налет вмиг слетел, морщины вокруг выпученных глаз немного расправились. Предвкушая наживу, он не сводил любопытных глаз с меня и Ридена, видимо, пытаясь оценить что во мне такого, из-за чего кочевник идет на такой риск.

* * *

Изменять своим принципам оказалось не просто, но в последнее время Эрвину Савитару это делать приходилось недопустимо часто – даже привык. Вот и сейчас, в компании Габриэля и мага Огненных гор Бероуза, что напросился с ними, не боясь гнева изгнавших его сородичи, а могут и убить за появления на своих землях, – снова в седле, спешит на поиски женщины, что выбивает почву из-под его ног одним своим видом.

Удивляло и поведение Габриэля. Казалось он слишком сосредоточен, ни намека на прежнюю манеру поведения и желание отпустить насмешливую шуточку в его адрес.

Так же, как и самого Эрвина, Габриэля здесь быть не должно. Его место в Смагарде, армия существ вот-вот подойдет к границе Мертвых земель и командующий армией людей должен быть готов к любому повороту. Как и Эрвин.

Но они здесь, на Юго-Западном тракте направляются в Огненные горы, как указало заклинание поиска. Жаль, что оно недостаточно точное, да и Габриэль пока не овладел искусством перемещения в пространстве, а Бероуз так и вовсе к ним не способен. А верховный хранитель еще не настолько оглупел от чувств, чтобы отправляться за Каньей и Анной одному.

– Может стоило все же взять с собой кого-то еще? – неуверенно поинтересовался Бероуз, нарушая уже давно всех тяготившее молчание. Но внутреннее напряжение от такого высокопоставленного соседства спало, а тишина, разбавляемая уханьем сов, становилась все невыносимей.

Почти два дня пути обещали быть не самыми веселыми.

Эрвин и Габриэль переглянулись, игнорируя мага Огненных гор между ними – уж больно знакомую он завел песню. Вот только, снявший с себя белый балахон и оставивший свой посох, верховный хранитель не мог позволить воспользоваться властью и привлечь внимание к этой незапланированной поездке. Не мог он позволить себе путешествие в поисках женщины, с которой его кроме страсти ничего не связывает и не может связать. Настоящая ведьма, наделенная и светлой, и темной магией – не пара верховному хранителю ордена Света. И даже если их союз перерастет в любовь, общество магического мира еще не готово принять такое смешение.

– Или полететь на драконе, – ворчливо пробормотал Габриэль.

– И привлечь еще больше внимания, – напомнил Эрвин.

Бероуз уже пожалел, что завязал этот разговор. Но не навязаться в поездку не мог. Стоило ему стать случайным свидетелем разговора командующего и верховного хранителя, мысли занимали только родные земли. В то, что девушки исчезли, и оказались именно там, по чистой случайности он не верил. Никто не верил, но он единственный думал о самом худшем. И подвывающие в лесах твари лишь усиливали это ощущение.

Огненные горы и иссушенные леса, окружающие их, не были таким уж приятным местом для путешествий, хуже разве что Забытые земли или, что уж мелочиться, Мертвые пустоши. Но разбойника уже мало что пугало. Новость о смерти Гонкана ненадолго придала вкус жизни, но жажда мести не ушла безвозвратно, и врожденная трусость с каждым днем гасла от раздирающей душу несправедливости.

Мужчины были в дороге целый день. Лошади шли на последнем издыхании, не особо радуясь смене погоды с легкой осенней прохлады на духоту остывших гор, все еще хранящих в своих глубинах жар раскаленных масс.

Переход в чужие земли был не заметен, но спутать обманчиво безжизненный лес с другими территориями было невозможно. И как бы не «радовала» перспектива ночевки среди серых коряг с редкими бледно зелеными и охристыми листьями, сил даже сидеть в седле оставалось немного. У верховного хранителя и мага Огненных гор, так точно.

– Привал? – произнес Эрвин, не оборачиваясь к спутникам, и так всем ясно, что вопрос был к опытному следопыту, у которого глаз наметан на выбор мест для ночлега. Правда Бероуз не сдержался и удивленно вскинул бровь – молодой мужчина, заправляющий всем магическим миром спрашивает разрешения остановиться?

Но верховный хранитель был абсолютно прав доверяясь Габриэлю Делагарди.

– Нет, – ответил он чуть слышно, но тоном не терпящем возражений.

Отчего напрягся опытный следопыт никто не понял.

И лишь когда Габриэль жестом приказал остановиться, а в нескольких метрах от путников раздался угрожающий рык, а на дорогу преграждая путь выскочило несколько химер, стало ясно, что отдых не стоит ожидать в ближайшее время, а Бероуз убедился, что верховный хранитель не зря доверяет в таких вопросах Делагарди. Не остановись он – темные твари набросились бы прямо на них, застав врасплох.

Глава 10

– Целуй.

Я всегда отличалась стойкостью характера, не любила закатывать истерики и пытаться достичь победы в споре повышением голоса. Вот и сейчас, лишенная возможности кричать, к собственному удивлению, умудрялась держать себя в руках и не предаваться панике и отчаянию.

И даже синяя лунная ящерица длиною до полутора метров, в милой миниатюрной жилетке, смотрящая на меня умными золотистыми глазами, покатым носиком с двумя маленькими дырочками в сантиметре от моих губ, не способна вывести меня из себя.

– Целуй! – повторил Риден, добавив в голос настойчивости.

Нет, определенно, это похищение намного приятнее, чем попытка Лабора сделать меня мамочкой для великого духа.

Переборов брезгливость, я чмокнула ящерку в нос, та дернулась заурчав и высунув язычок-хлыст, с которого спустились голубые искорки, и владелец зверушки спустил ее на землю.

Все можно понять, мы в магическом мире, конечно. Но даже здесь верить, что мой поцелуй принесет удачу – идиотизм. К сожалению, в этом наши миры похожи, мужчины, кажущиеся на первый взгляд сильными и уверенными, запросто могут оказаться до такой степени наивными в подобных вещах. Я, конечно, не стала бы отрицать, что у великих духов ко мне особое отношение, но не до такой же степени.

Несчастные чешуйчатые зверюшки разных цветов и форм, выстроились в ряд. Насчитала десять штук. По какому принципу делались ставки так и не поняла, но отметила, что «наша», синяя, самая маленькая.

«Трасса» для забега проходила в узкой расщелине, к выходу из которой вел длинный тоннель, где и начинался старт. Вокруг толпились люди. Яркие пятна цветных хламид и дорогих камзолов, и блеклых на их фоне светлые балахоны мельтешили перед глазами, сливаясь в пятнистое полотно. В массу идиотов преимущественно мужского пола. Детский сад, честное слово. И из-за этого идиотского увлечения Риден продал сестру.

Надежда встретить хоть одно знакомое лицо способное мне помочь быстро прогорела. Может просто дело в том, что знакомых у меня тут раз, два…

Презрительно фыркнув я уставилась на кочевника.

– Пойдем, – позвал он, улыбаясь в соответствии со своим диагнозом.

Мы отошли в сторону, заняв удобную для наблюдения позицию.

Вся эта ситуация крайне раздражала. На них орда существ движется, а они развлекаются. Конечно, это лучше паники, но все же…

Прижавшись спиной к теплой скале, попыталась вслушаться в смешавшиеся в единый гул голоса. Но ничего полезного разобрать не удалось. Зато из общего пятна толпы все-таки удалось вычленить одно знакомое лицо. Точнее мерзкую рожу фанатика.

Лабор. В нескольких метрах от меня разговаривал с одним из владельцев беговых зверюшек. На голове широкий капюшон, из-за чего мне не сразу удалось его заметить. Но сейчас он стоял ко мне боком, и удалось разглядеть его профиль. К тому же теперь, глаз украшал уродливый приметный шрам. К счастью для меня, он не смотрел в мою сторону. Не испытывая судьбу, отклеилась от стены и спряталась за спину Ридена. Тот покосился на меня, но ничего не сказал. В сторону члена совета я старалась не смотреть. Не хватало, чтобы еще и меня неудачливый игроман решил продать. Хотя, вполне возможно, Лабор не столь щедр, и просто вырвет меня из лап разбойника без лишних объяснений.

Но выбирая из двух зол, я однозначно выберу Пустынного мага, все-таки целовать зверюшек, участь куда лучше, чем стать инкубатором.

Гомон стих. Из массы выделился мужчина с намотанной на деревянную палку тряпкой чуть свисающую вниз, грязно-красного цвета, имитирующей флажок, взмахнул ей вверх. Все взгляды обратились к застывшим ящерицам, готовым сорваться с места. Раздался где-то над головой удар в гонг, и под свист, вперемешку с подбадривающими криками толпы, зверюшки пустились вперед, скрываясь в красной пыли, поднятой ими с земли, наполнившей воздух запахом меди и земли. Риден тоже дернулся, закричав своей лунной ящерице подгоняющее «давай», но я старательно не высовывалась из-за укрытия, почти вплотную прижимаясь к мужской спине.

– Пойдем, хочу увидеть, как они финишируют, – радостно скомандовал кочевник.

Я не ожидала, что он так резко обернется, и оказалась на виду. К тому же мы не единственные, кто желал сменить место наблюдения за забегом.

Бросила быстрый взгляд на Лабора. Именно в этот момент он повернул голову в мою сторону. Взглянул коротко, и отвел взгляд будто не узнав. Риден, крепко схватив мою ладонь, уже тащил за собой к одному из ответвлений в туннеле. И я не уступала ему в скорости – лишь бы чертов фанатик не заметил и не вздумал увязаться за нами, чтобы попытать удачу с ритуалом второй раз. Но боковым зрением почувствовала, как Лабор обернулся снова, а лицо из возбужденного азартом, превратилось в смесь презрения и злости. Заметил. И сердце застучало, разгоняя кровь, чувствуя надвигающуюся опасность.

Прилив адреналина, видимо, придал сил, и мне удалось привлечь внимание Ридена, дернув на себя, и увести в сторону от возбужденной толпы, наступающей на пятки.

– В чем дело, Анна? – возмутился мой похититель.

А внутри меня все кипело. Именно в минуту опасности я остро почувствовала чем обернулось мое похищение. И как же теперь хотелось просто оказаться рядом с Габриэлем, уткнуться носом в горячую кожу на шее и вдохнуть что есть силы родной запах, почувствовать себя на своем месте, все остальное – нелепые формальности. В глубине души я очень надеялась, что он где-то рядом, ищет меня сбиваясь с ног. Только ждать его со сложенными на коленях ручками я бы ни в одной жизни не смогла. К тому же Канья где-то, наверняка, совсем рядом, и участь ей грозит едва ли лучше моей, попади я в руки Лабора.

Видимо, взгляд на этот раз был достаточно красноречив. Риден остановился, выпрямился, чуть склонив голову в сторону и сложив руки за спиной, и взгляд стал внимательный-внимательный – тут он серьезно напомнил Айера – не иначе собрался слушать.

Только говорить я все еще не могла. И в ход кроме говорящих взглядов пошла активная жестикуляция.

– Тебя кто-то преследует? Ты кого-то боишься. – Начал строить догадки Риден.

Я уже отчаянно замотала головой подтверждая его догадки и собралась переходить ко второй части мысли, что пыталась донести, но моей неумелой игре в «Экивоки» было не суждено продолжиться. За спиной разбойника, где явственно виднелся выход, раздался свист толпы, чей-то усиленный магией голос возбужденно закомментировал происходящее. Гоночные ящерицы приближались к финишу.

– Зеленая обходит красную, но ей не угнаться за синей и черной, несомненными лидерами сегодняшней гонки! – вещал комментатор. – Кто победит, сила приближающейся луны или сама Тьма?!

– Удача! Удача победит сегодня, – ответил Риден, но слышала его, естественно, только я. Он отвел от меня взгляд и устремил весь слух к эпицентру событий.

Я обреченно вздохнула. Интерес к моим немым репликам был утерян и подхватив под локоть Риден потащил меня на звуки не затихающей толпы.

А этот комментатор тот еще скандалист. Так открыто и публично говорить о Тьме и существах, имеющих к ней отношение, когда чуть ли не вчера это было под строжайшим запретом. И это лишь вызвало дополнительные перешептывания.

Продолжая то и дело оглядываться назад, я с нетерпением ждала окончания гонки. Мысленно проклинала кочевника и всех, разделявших, его интерес, убежденная, что победы он не заслужил.

Но лишь в очередной раз убедилась, что великие духи мало пекутся обо мне и совсем не внимают моим просьбам.

Синяя лунная ящерица победила. Кочевник, разбойник, Пустынный маг и сын одного из членов правящего совета в одном лице чуть ли не прыгал от своего счастья на месте. Но к моему удивлению, внешнее проявление радости было не долгим, и, прежде чем направиться дальше он нацепил былую маску холодной надменности, через которую лишь изредка проскальзывало юношеское озорство.

Благодаря нетерпению Пустынного мага, нам вновь удалось не попасть в самый поток народа, спешащего в основной зал этого «славного» заведения выпить за победу и проигрыш, тут уж кто на что ставил.

У стола сухаря мы оказались первыми. Вилгор поднял на нас ленивый взгляд, и мерзкий ус чуть дернулся. Откинувшись на спинку стула, он поправил и без того выглаженную как следует одежду. Не знаю что о пренебрежительном отношении к своей персоне думал разбойник, но лично я сразу поняла к чему все это представление, и появившийся служивший на входе охранник, кажется Томми, ясно об это говорил – выигрыш, вдруг став удачливым, разбойник так просто не получит.

– Я хочу свои десять тысяч, – уверенно заявил Риден. – И прошу побыстрее, Вилгор. У меня нет времени ждать.

Надо отдать должное кочевнику-разбойнику, против Вилгора, которому возможно и охрана-то не требуется, он пытался держаться наравне.

Но во мне было наивности меньше, чем в Пустынном маге. И почувствовав на спине чей-то взгляд, куда тут же, чуть расплываясь в довольной улыбочке посмотрел и Вилгор, обернулась.

Мои опасения подтвердились. Там был чертов фанатик. Вот только Лабор вовсе не приближался к нам, а стоял в компании нескольких прислужников выжидая.

– Удача вещь переменчивая, Риден, – заскрипел противным голосом сухарь. – А твоя тебе и вовсе не принадлежит.

Взгляды обратились ко мне. Я яростно замотала головой отрицая и сделала шаг назад, но уперлась в барную стойку.

Вот еще! Я никому, кроме как себе, не принадлежу.

Какие бы тут не произошли договоренности между Лабором и Вилгором сдаваться так просто я не собиралась.

Вилгор, видимо, неправильно расценил наши с разбойником отношения. И решил, что тот бросится спасать меня, а не свои деньги. И тот меня не подвел.

В тот момент, когда я решила, что стоять без оружия мне точно не по себе, и обернувшись схватила зеленую бутыль красного эля, неожиданный выпад произошел со стороны сыночка Айера. Он что-то достал из-под плаща и в ту же секунду в воздухе взвилось облако серой пыли лишая обзора. Единственно, что я заметила, как Риден схватил со стола мешок с монетами.

И мой локоть.

Я закашлялась, как и все, кто был в зале. Нормально не удалось вздохнуть даже, когда оказались на улице. Снова закашлялась и затормозила, что кочевнику совсем не понравилось. Риден молниеносно обхватить мою шею пальцами, с которых сорвались серебристо-голубые искры. Теплый, но все равно свежий ночной воздух, наполнил легкие, и дышать стало легче.

– Твою ж мать, – пробурчала я. Дальше из моих уст послышались более жесткие выражения, и я удивилась услышав собственный хриплый голос.

Порадоваться вернувшейся возможности говорить я не успела, Пустынный маг снова потянул за собой. А я настолько растерялась от всего происходящего, что и не сообразила оказать сопротивление.

Бегать я давно полюбила. Сначала на беговой дорожке, потом в парке у дома. Потом по магическим лесам и средневековым городским улочкам, уже не бесцельно, а убегая. Вот и сейчас я бежала быстро, вцепившись в ладонь кочевника, чувствуя, как тревога отступает, оставаясь далеко за спиной, как и преследователи. Но полностью она ушла только, когда мы забрали из городской конюшни лошадь, и беспрепятственно прошли мимо сонного мага, записывающего всех прибывших.

Лошадь понеслась галопом, как только мы оказались за пределами живой стены. Город остался позади, как и кристаллы, освещающие и защищающие дорогу. Неполная луна освещала землю, но слишком тускло. Риден зажег белый огонек размером с теннисный шарик и тот опустился перед лошадью, подсвечивая нам путь.

– Ты должен меня отпустить, – издалека решила не начинать.

– До свадьбы Каньи осталось совсем чуть-чуть, – напомнил Риден. – Будь так добра, потерпи это время мое общество.

Наигранная любезность лишь разозлила. Я сидела к кочевнику боком, что позволило повернуться и схватить его за грудки. Наконец-то у меня есть возможность говорить.

– Они убьют ее! – прошипела я. – Твою сестру. Никакие деньги не избавят тебя от чувства вины…

Я распалялась и готова была продолжать свою пламенную речь, но Риден меня перебил:

– Никто не станет ее убивать, не неси чушь. Замужество – это не так страшно, Анна.