Текст книги "Куда тянутся души (СИ)"

Автор книги: Анастасия Пенкина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 46 страниц)

Глава 20

Всю дорогу до города магов Габриэль и Натаниэль угрюмо молчали, погрузившись в тяжелые мысли. Альцина пыталась немного со мной поговорить, но через несколько часов и тоже устала.

Как только вдали показалась белая башня обители, погода изменилась. Сплошь затянувшие пасмурное, серое небо тучи, расступились, а сквозь кучевые облака пробивался голубой цвет и солнце, от чего стало значительно теплее.

Маир встретил нас пустыми, вычищенными улицами. Только стаи черно-серых ворон занимали целые деревья, добывая красные ягоды с макушек. Но и они разлетались в стороны при нашем приближении.

Оставили лошадей в конюшне ордена и двинулись в гору. Все повторялось вновь, но в то же время совсем иначе. Этот мир уже не такой чужой – он просто другой. Мы с Габриэлем шли впереди, оказавшись намного выносливее магов Севера. Хотя наверняка Натаниэль шел нааовне с Альциной намеренно.

На мгновение остановилась перед открытыми воротами обители. Оказавшись вновь здесь, с Габриэлем за спиной, испытывала облегчение. Я сильная, многое могу и сделаю, но даже самые сильные люди нуждаются в надежном тыле. И Габриэль с Эрвином давали мне это чувство, ощущение, что я не одна в этом мире, в котором вновь оказалась по чужой воле.

– Анна?! – удивленно воскликнул верховный хранитель, когда мы наконец добрались до нужного кабинета. – Анна! – снова воскликнул он с облегчением, осознавая реальность моего присутствия.

– Рада видеть тебя, Эрвин, – мягко поприветствовала я, искренне испытывая самые теплые чувства к магу.

Нервным взглядом он осмотрел остальных, но не нашел того, кого искал.

– Габриэль, – укоризненно обратился к командующему армией людей Эрвин, – почему ты мне не сообщил?

– Не до того было, – устало оправдался он.

Эрвин бросил недоверчивый взгляд на Натаниэля и Альцину, видимо, не зная, что можно при них говорить, а что нельзя.

– Это Альцина, моя невеста, – представил Габриэль. – А это… Это Натаниэль из магов Севера, новый рекрут..

– Эрвин Савитар, верховный хранитель обители ордена Света, – чуть склонив голову из уважения к наследнице магов Севера, представился он. – Пусть кто-нибудь из хранителей проводит вас к жилым комнатам и в столовую, вы, полагаю, устали с дороги.

– Натаниэль, – строго обратился Габриэль, теперь не к разбойнику, а к своему подчиненному. – Можешь проводить Альцину вниз.

Я вновь осталась с двумя мужчинами, неплохо уже знакомыми.

– Меня вернул жрец ордена Тьмы, – начала я, не дожидаясь вопросов и сообщая новости верховному хранителю прямо в лоб. – Да, он вернулся довольно быстро. Что с Каньей – не знаю. Но он сказал, что она в порядке.

Эрвин шокированный слушал меня, зеленые глаза мага все больше расширялись с каждой новой новостью, но с каждым словом в них зарождалась надежда. – Он? Он сказал? – удивился маг, повторив мои слова. Так и думала, что за информацию о Канье он зацепится больше всего. – Ты с ним говорила?

– Да, его зовут Сизаморо, – подтвердила я, как будто рассказывала о новом друге.

Верховный хранитель нервно заходил по своему маленькому кабинету, шурша полами белого балахона, к моему удивлению, он даже не пытался скрыть, что пребывает в полнейшем шоке.

– Сядьте, – нервно показал он на кушетку. Место и так не много, а тут еще мы – две внушительные фигуры.

Я действительно устала, поэтому и согласилась… Габриэль уселся рядом, прикасаясь ко мне бедром. От его близости становилось жарко, что жутко нервировало.

– Не прикасайся, – прошипела я так, чтобы Эрвин не услышал.

Но он проигнорировал мою просьбу и придвинулся еще ближе.

– Расскажи все, что тебе известно, Анна, – наконец попросил Эрвин, переварив полученную информацию.

Пока я рассказывала, маг только возмущался и повторял – «Невозможно, невозможно». Но все возможно, как оказалась.

– Что ты думаешь делать, Эрвин? – поинтересовался Габриэль.

– Для начала попробуем отыскать Канью, – задумчиво потирая гладко выбритый подбородок, ответил он.

– А ты можешь? – воодушевилась я, надеясь, что речь идет о применении для этих целей магических штучек.

– Попробуем заклинание поиска, – не очень уверенно ответил Эрвин и подтвердил мои догадки.

– Вообще-то, я спрашивал о более глобальных проблемах, а не о поисках дамы сердца Эрвина, – проворчал Габриэль, за что получил от меня укоризненный взгляд.

– Отряды ты уже начал формировать – это правильно, – проигнорировал его замечание маг. – Времени, как оказалось, на подготовку у нас нет…

– На подготовку к чему? К чему вы готовиться собрались?! – перебила я. Оба мужчины удивленно на меня посмотрели.

– К борьбе с Тьмой, – как нечто очевидное сообщил Эрвин, а Габриэль качнул головой, соглашаясь..

Но я не разделяла такую позицию. Да, их уверенность в том, что борьба вообще возможна, немного утешала. Но мне не казалось все таким очевидным. Что-то подсказывало, что в реальности все обстоит куда сложнее.

– Как вы собираетесь противостоять ему? – фыркнула я, осуждая про себя мужскую прямолинейность.

– Для этого нужно найти великую Богиню, – ответил Габриэль скривив лицо в недовольной гримасе. – Но она не желает, чтобы ее нашли.

– Верно, – согласился маг.

– Не думаю, что она будет нам помогать, – пробормотала я.

– Но других вариантов у нас нет, – подметил Эрвин.

– Да, так и есть, – все же согласилась. – Но думаю, что стоит выяснить, что же на самом деле затеял Сизаморо.

– Если найдем великую Богиню… – начал Эрвин.

– А если не найдем? – не успокаивалась я и перебила верховного хранителя.

– Анна права, неизвестно, что на уме у этой рыжей стервы, – согласился с моим скептицизмом Габриэль. Как и я не доверял первородным магам.

– А есть другие предложения? – поинтересовался Эрвин.

Я немного подумала прежде, чем ответить. Но ничего гениального в голову не пришло. Вся надежда на Богиню, которой я не доверяла. Конечно, как вариант, снова обратиться к Сизаморо и выяснить, в конце концов, что он собирается делать. Ведь из всего, что говорил и показывал жрец, я не могла сделать вывод, что его цель все погубить. Зачем вообще вступать в диалог с тем, кого собираешься убить?

– Есть одно, но… – я замялась, не решаясь озвучить нелепую идею.

– Говори, – настоял Габриэль, – раз уж начала.

– Мы можем обратится к Сизаморо напрямую, поговорить, но… – я снова не решалась договорить.

– Анна, прошу, договаривай, – мягко проговорил Габриэль, повернувшись ко мне, положив руки на колено и мое плечо.

Я смахнула его конечности, не дающие покоя. О чем он только думает?

– Если он ответит или придет, то неизвестно, что сделает и к чему вообще эта затея приведет нас, ясно одно, желай он кого-то из нас убить – давно бы это сделал, – выдавила я, наконец, слова. Не рассказывать же им, чем на самом деле вызваны мои опасения и что произошло в прошлый раз.

– Ты думаешь, он пойдет на контакт? – удивился Эрвин.

– Думаю, – кивнула утвердительно. Я была уверена, что ответит. Только чем это может обернуться на этот раз?

– Я считаю, что стоит рискнуть. Это лучше, чем мучиться догадками, – высказался Габриэль.

– Тогда, предлагаю воспользоваться заклинанием, чтобы найти Канью, а затем попробуем воззвать к Сизаморо. И после вновь отправимся на поиски великой Богини.

– Это бесполезно, Эрвин, она не хочет, чтобы ее нашли, я звал ее, находясь в храме, около него, да что я только ни пытался сделать, – процедил Габриэль.

– Подождите, – перебила я, вспоминая о неожиданной помощи на поединке, когда просто подумала о Псигелии. Наверняка, это было ее вмешательство. – Может, попробуем воззвать к ней так же, как к Сизаморо?

– Она не хочет помогать, – настаивал на своем Габриэль.

– А вдруг получится? – не успокаивался Эрвин, пока не теряя надежду. – Если все же не выйдет, отправитесь вновь к храму.

– Может, со мной будет больше шансов, – вмешалась я. – Ведь я когда-то ей верно служила, была любимой душой.

Говорить, что поединок был не совсем честным, мне не хотелось.

Габриэль тяжело вздохнул и обреченно покачал головой, поняв, что двое против одного.

– Тогда, если она не ответит, и мы отправимся на поиски, то сделаем это вдвоем, – твердо заявил он. Смотрел на меня, не отрывая бирюзового взгляда, поэтому речь явно шла не о верховном хранителе.

– Нет, – не очень уверенно ответила я. Чувствовалось, как он пытается давить, даже немного подался вперед, заставляя невольно отпрянув.

– Я не спрашивал твоего согласия, – пробурчал Габриэль.

– А кто тебе дал право ставить меня перед фактом? – возмутилась я, больше не пятясь, а наоборот, подалась вперед, как и он, не собираясь уступать.

– Анна! – прорычал он в ответ. В глазах пробежала Тьма. – Мы не сможем никого взять с нами, мы полетим на драконе! Эрвин, выйди! – прорычал он верховному хранителю, между прочем, находящемуся в своем кабинете.

Меня почти трясло от гнева, как и Габриэля. Он был прав – не можем. И это злило.

– Что за зверь между вами пробежал? – удивился нашей перепалке маг, но за дверь все же вышел.

Единорог пробежал. Вот кто во всем виноват. Уверена, если бы не тот случай, мы бы не успели…Не успели полюбить друг друга в этой жизни. И тогда все было бы проще.

– Зачем ты его выгнал? – возмутилась я, глядя на закрытую дверь. Руки скрестила на груди, подсознательно защищаясь.

– Мне нужно успокоиться, – тихо, но гневно проговорил он. В глазах вовсю плескалась Тьма, черными искрами захватывая океан глаз. – Эрвин не знает еще.

Я сразу поняла, о чем он. На его месте, даже несмотря на отмену казни, не рисковала бы и не спешила делиться со всеми подряд тем, что во мне проснулась Тьма. Такого рода предубеждения не исчезают за несколько дней.

– Анна… – уже мягче проговорил Габриэль.

Но я не дала договорить – перебила.

– Надеюсь, нам не придется никуда отправляться вдвоем.

Попыталась встать, но он усадил меня обратно, будто пригвоздил руками к кушетке.

– Анна, не надо злить меня еще больше, – прошипел он, приближаясь к моему лицу. – Лучше помоги успокоиться.

Я и сама уже не на шутку начинала злиться. Каким способом я должна его успокоить?!

Подняв мою кисть, сжимая запястье, заставил разжать кулак. И я поддалась. Тогда немного шершавой щекой он потерся о мою раскрытую ладонь. Сердце предательски сжалось – успокоить, утешить…

– Анна, прошу, ты нужна мне… – охрипшим голосом, прикрыв глаза, проговорил Габриэль. Разжал, обхватившую мое запястье, ладонь, и я не убрала руку. Не смогла. Прикоснулась второй рукой, погладив щетину. Я так хотела его поцеловать, еле сдерживала себя от желания расслабить нервно сжатые губы.

– Любимая, – прошептал он и открыл глаза, они вновь были чисты, как океан.

Слова, которые любая женщина рада услышать от возлюбленного, ранили меня сильнее острого меча, почти попавшего в мое сердце, и это причиняло боль. Я не могла быть с ним, ведь он не мог быть только моим.

– Габриэль, не говори так, не надо, – мягко отозвалась я, почти умоляя и неохотно убирая руки. Но он не позволил, взял мои ладони в свои, целуя их. Легкие прикосновения жгли, доставая до моих ран, скрытых глубоко внутри. – Так нельзя.

Держась из последних сил, вырвалась, поднимаясь с кушетки. Опрометью бросилась бежать из кабинета верховного хранителя. Эрвин стоял у полки с книгами, оглянулся, когда открылась дверь. Но я плохо его видела – глаза застилали слезы. Что-то во мне надломилось, почти сломалось. Больше так нельзя, иначе я скоро сдамся. А тогда… Тогда я не оставлю в себе ничего хорошего. Ничего от меня не останется.

Я забилась в угол на одном из уровней библиотеки и дала волю слезам, всхлипывая и задыхаясь, как маленькая обиженная девочка. Я тонула в собственных эмоциях. Бесконечное чувство любви к своему родному человеку, к душе – убивало. Меня тянуло к Габриэлю так, что сопротивление приносило боль, физически ощущаемую и, будто разлагающее мою душу. Гнев и обида от того, что я не могу даже сказать вслух об этом, и страх… Страшно от того, что я могу так и не сказать ему этого. В этой жизни.

Не знаю, сколько я просидела в углу, упиваясь жалостью к себе. Но когда я почти успокоилась, меня нашел Эрвин.

– Анна, – мягко обратился он.

Я еще тяжело дышала. Но, думаю, по опухшему как после атаки пчел лицу было видно, чем тут занималась.

Эрвин внимательно посмотрел на меня и протянул руку, чтобы помочь встать.

– Пойдем, – будто обращаясь к маленькой девочке, рыдающей из-за потерянной игрушки, позвал он.

Я воспользовалась протянутой рукой и пошла вслед за верховным хранителем. Он проводил меня к жилым комнатам. Ничего не говорил и не задавал вопросов, за что ему отдельное спасибо. Вообще Эрвин всегда хорошо меня понимал, хоть мы и на многие вещи имели разные взгляды, но я уверенно могу сказать, что в этом мире имею друг. Да, кстати о друзьях.

– Приведи себя в порядок, поужинай и приходи в зал совета, – опередил мой вопрос Эрвин. – Думаю, ты захочешь присутствовать, когда я буду пытаться найти Канью.

– Да, Эрвин, спасибо, – я обняла его, чмокнув в щеку, испытывая чувство благодарности к молодому магу.

Глава 21

Комната, к которой он проводил меня, была такая же, как та, в которой я жила раньше. С удивлением обнаружила одежду, купленную для меня в прошлый раз. Смыть дорожную грязь под относительно нормальным душем оказалось настоящим блаженством. И это занятие надолго поглотило меня.

Помимо одежды, было еще и нижнее белье, накидка темно-бордового цвета из шерсти, подбитая мехом – где только взяли так быстро? Обувь я надела ту же, в которой пришла – все-таки потеплее и удобнее туфель.

Ужин вышел поздний, в столовой уже никого не осталось, что только к лучшему. От разговоров я за сегодня устала. Отужинала в одиночестве, долго ковыряя вилкой запеченную утку и картофель.

На обитель ордена Света опустилась ночь, когда я вновь поднималась по лестнице башни. Зал совета был пуст, но мое внимание привлекла открытая дверь у лестницы, ведущей на крышу – раньше я видела ее только запертой.

Эрвин оказался наверху – любовался открывающимся с высоты видом. А посмотреть было на что. Он стоял недалеко от края, и я подошла к нему. Не было никаких защитных ограждений, и легкий прилив адреналина от близости к опасному краю отозвался жаркой и тяжелой волной в животе.

Звезды, щедро рассыпанные на чернильном небе, освещали горизонт. Внизу теплые огни окон и тонкие струи дыма от зажженных каминов. Весь магический мир как на ладони. Далекие и загадочные снежные вершины манили отправиться на их изучение. Сказочный, но опасный мир. Почему-то в этом магическом мире я менялась. Привычное мне спокойствие, рассудительность и сосредоточенность, цинизм и хладнокровие с легкостью развеивались, и на их место приходила буря эмоций, чувств, скручивающих душу в тугую, напряженную спираль, готовую раскрутиться в любой момент, лопнуть и разорвать изнутри.

– Габриэль мне рассказал, – в задумчивости подал голос Эрвин.

– О чем именно? – отстраненно уточнила я.

– О вас.

– М-м-м, – протянула я, не зная, что на это сказать. То, что он рассказал магу, меня не злило, просто было не ясно, зачем.

– Мне кажется, к Канье я испытываю нечто подобное, – с горечью произнес он.

– Сочувствую.

Маг удивленно посмотрел на меня.

– Настоящая любовь – это не залог счастья, – повторила я то, что когда-то уже сказала Канье. – Чем сильнее чувства, тем может быть больнее от них.

– Все будет хорошо, Анна, – как всегда успокоил Эрвин, – пойдем.

Мы спустились вниз, где за каменным овальным столом уже сидел Габриэль. На столе древняя карта из библиотеки. Та самая, большая часть которой сгорела, точнее, была сожжена Сизаморо.

– О, Габриэль, – поприветствовал Эрвин. – И ты здесь.

Командующий армией людей небрежно махнул рукой на карту.

– Давай начнем, – поторопил он.

Эрвин, державший в руках посох верховного хранителя ордена Света, подошел к краю стола. Коснулся одной рукой карты. Посох окутало розоватой дымкой, крупный кристалл заискрился и засветился изнутри. Маг не произносил никаких слов заклинания, как я ожидала. Но что-то явно происходило. Розовые искры вырвались из посоха, стайкой они закружились над картой.

– Что-то не так, – настороженно проговорил Эрвин, открывая глаза. Розовые искры рассредоточились по карте, впитываясь в обожженные края – карта начала увеличиваться, расти – она восстанавливалась. – Это не моя магия, – побормотал маг.

– Что происходит?! – воскликнул Габриэль, соскочив со стула и отстранившись. Я тоже невольно отшатнулась.

– Не знаю… – пробормотал маг.

Но тут я почувствовала, как тело мое застыло. В зале совета резко потемнело: потух свет, идущий от подвешенных у потолка на черных цепях фонарей. В метре от меня заклубился черный туман. А в голове – или все же и остальные слышали – раздался невеселый смех.

В черном тумане появилась мужская фигура. Темные волосы аккуратно собраны в хвост. Атласная накидка на голых плечах. Только черные штаны были на великом жреце ордена Тьмы. Мои глаза встретились с холодной синевой. Тонкие губы исказила усмешка. Через долю секунды первородный маг уже стоял за моей спиной. Одна рука легла на живот, другая опутала шею тонкими пальцами, прижимая мое безвольное тело к голой груди первородного мага.

Эрвин и Габриэль, как и я, впали в оцепенение. А быть может, сами боялись пошевелиться.

– Здравствуй, Анна, – прошептал Сизаморо над моим ухом, опаляя его жаром. Его голос, прекрасный и ужасающий одновременно, пробирался под кожу. – Как хорошо, что все вы здесь собрались, – обратился он к остальным.

– Надо же, сам явился, и позвать не успели, – язвительно заметила я, пытаясь разрядить напряженную обстановку. Пошевелиться не могла, но способности говорить меня не лишили.

– Зачем ты явился? – прорычал Габриэль. Его глаза наполнились бушующей Тьмой.

– И тебя я рад видеть, Габриэль, – отозвался Сизаморо. – Как ты пережил свое последние наказание? Насладился тысячелетним одиночеством?

О чем это он?

– Ах, да, – горячее дыхание снова обожгло кожу. – Вы же ничего не помните. Но это поправимо. Предательство, что он совершил однажды – это нарушение обещания, данного первородному магу, мне. За это я наказал его. Я разлучил вас, отправив душу Анны в мир людей, чтобы ты, Габриэль, почувствовал, каково это – быть оставленным любимой, чтобы испытал все то, что испытал я. Сотни лет ты, одинокий ворон, страдал в поисках своей настоящей любви. И вот, наконец, нашел.

По залу вновь разнесся зловещий смех, пробирающий до костей.

– Но вот ирония, – продолжил Сизаморо просвещать нас, – твоя возлюбленная тебя разлюбила, – притворно сочувственно произнес великий жрец. Я молчала, не зная, что предпринять, что сказать. – Тысяча лет – слишком много даже для настоящей любви.

Рука жреца ордена Тьмы скользнула по моему телу. Властные руки повернули голову. Губы его застыли в миллиметре от моих. Горячий, удушающий поцелуй, сопротивляться которому мне не позволили. Настойчивый язык скользнул по губам и внутрь. Я пыталась сопротивляться, но толку не было.

– Сладкая, первая, – томно проговорил Сизаморо, но так, что слышали все присутствующие.

– Не смей! – прошипел Габриэль. – Анна моя!

– Не твоя, – будто повторяя мои слова, жестоко сказанные когда-то Габриэлю, ответил Сизаморо. – Она наша, наша с Псигелией. Первая душа, что отделилась от нас задолго до создания твердого мира и появления человечества, первая среди миллиардов. Творение нашей любви. Когда мы обрели плоть, Псигелия поняла, что ей этого мало. Она захотела стать матерью, как люди, почувствовать свою плоть и кровь в ком-то. И вот к чему это привело. Чувства и желания сделали нас слишком похожими на людей, – с горечью проговорил он.

– Что ты хочешь? – вмешался Эрвин.

– Чего я хочу? – повторил Сизаморо усмехнувшись, переведя взгляд на верховного хранителя. – Я хочу развеять всю ложь, что плели остальные, вдалбливая ее в ваши наивные душонки. Я хочу истинной справедливости. – Он перевел взгляд на Габриэля. – И наказания для виновных.

Рука Сизаморо легла на мою грудь. Но не из похоти – тепло, его магия проникала в самое сердце, я это чувствовала.

– В глубине души ты не испытываешь страха, Анна, ты знаешь правду, но она пока спрятана слишком глубоко.

– Сизаморо… – проблеяла я. Сейчас я все же боялась. – Что ты предпримешь? – выдавила из себя вопрос.

– Не бойся Тьмы, – прошептал он. – Никто не должен бояться Тьмы! – уже во весь голос, разносящийся по залу, проговорил Сизаморо. – Истина во Тьме. Вам стоит бояться Их – не меня.

– О ком ты? – встревоженно потребовал ответ Габриэль.

– О ваших «великих духах», что прячутся в мире Света, – презрительно сообщил Сизаморо. – Чей Свет уже давно померк в их жестокости… В чьих словах лишь море лжи.

Я верила каждому его слову. Не знаю, каким шестым или седьмым чувством я это понимала.

– Я хочу справедливости для созданий Тьмы, для тех, кого великие духи обрекли на смерть. Для тех, кого защищают от мира первородных магов Света Мертвые земли. Я слишком человечен и хочу мести.

Он, наконец отпустил меня, и, пользуясь возможностью, я отскочила к Эрвину и Габриэлю.

– Я.… хочу… мести, – медленно, будто впечатывая каждое слово в воздух, проговорил он, глядя вверх, сквозь потолок. – Слышишь меня, любовь моя?

В глазах его была боль, сводящая с ума.

– Я не разрушу наш мир, – снова обращался он не только к нам, но и к Псигелии, – нет, я никогда этого не делал и не собираюсь, напротив, он станет лучше, когда придет справедливость, он станет таким, каким должен был стать много жизней назад. Я слишком долго ждал этого.

Великий жрец ордена Тьмы направил свой взгляд на Габриэля.

– Тебе не стоит бояться за свою жизнь или за жизнь Анны. Я прослежу, чтобы вы жили долго, – Сизаморо усмехнулся, – я буду наслаждаться, когда новое наказание настигнет тебя, Габриэль. Я слишком сильно тебя люблю и слишком сильно страдал от твоего предательства, чтобы так легко простить. Ты не заслужил ее любви, а хорошо ей может быть не только с тобой, – Сизаморо бросил пробирающий душу взгляд на меня. – Не так ли, Анна?

Щеки мои залил стыд и гнев. Зачем он это сказал?

– Ты сама придешь ко мне – они оба не заслужили нашей любви, – ехидно ухмыляясь произнес Сизаморо напоследок.

Черный, клубящийся туман окутал жреца ордена Тьмы, унося его прочь. Только то, что он сказал и сделал, уже не изменить.

Габриэль прикрыл глаза и нервно сжал кулаки, рухнув на колени, когда вновь смог двигаться. Эрвин не отрывал от меня испуганных глаз.

– Что, Эрвин? – зло спросила я. – Я его не звала!

– Если бы мы его позвали сами, это мало что изменило бы, – заметил Эрвин, чудом сохраняя спокойствие. – Но то, что он говорил… Первая душа, Анна, надо же.

– Это все, что тебя заинтересовало? – проворчала я. – Мне вот интересно, что за страдания он нам уготовил.

– Что-то я не услышал о страданиях, уготованных тебе, – зло процедил Габриэль, все еще не открывая глаз.

Я скрестила руки на груди, недобро посмотрев на него. Он не понимает, что если будет страдать он, то и я вместе с ним. Даже если мы не будем вместе. Даже если я не говорю ему, что люблю.

– Ты тоже считаешь, что я не заслуживаю твоей любви? – горько произнес он. От этих слов внутри все похолодело. Конечно, я так не считаю. Но правильнее будет не говорить правды, вообще промолчать. Но все внутри протестовало. Если я так поступлю, то сбудутся слова Сизаморо – Габриэль будет страдать, от той же боли разбитого сердца, что и сам первородный маг.

– Не стоит верить всему, что он сказал, – вмешался Эрвин.

– А я верю, не знаю, как, но чувствую – он говорит правду о великих духах, – высказалась я. – Но, ты прав, Эрвин, кое в чем он ошибается.

Габриэль все еще стоял на коленях, опустив голову. С ним что-то происходило. Тьма не отпускала?

– Ты в порядке? – обеспокоенно поинтересовалась я.

Грудь его тяжело вздымалась от глубоких вдохов. Он пытался успокоиться. Воздух вокруг него, казалось, приходил в движение. Как только Эрвин еще ничего не заметил, не понял?

– Нет, – прорычал он.

Я подошла к нему. Он не готов сказать о Тьме Эрвину, но сейчас этого может и не потребоваться, если не вмешаюсь.

– Габриэль, – мягко позвала, положив руку на широкое плечо, а другой провела по выгоревшим прядям волос.

Опустилась на пол рядом с ним. Ласково очертила пальцем покрытые золотистым загаром скулы, линию подбородка с темной щетиной. Мягкие, немного полноватые губы.

– Я не считаю тебя недостойным, – тихо произнесла, держа его лицо в своих ладонях. – Слышишь меня? Но и превратить себя в недостойную тебя, я не могу, понимаешь?

– Я понимаю, – огорченно ответил он, открыв глаза, – но пока мы ничего не можем изменить, Анна, прости.

Он встал и резко направился к лестнице, больше ничего не сказав.

– Анна, что с ним? – обеспокоенно спросил Эрвин.

– Все хорошо, Эрвин, – притворно улыбнулась я. – Спросишь у него сам, позже. Скажи лучше, как мы будем теперь искать Канью? Снова попробуешь заклинание поиска? И кстати, ты же говорил, что карту невозможно восстановить.

Я подошла к столу, и Эрвин следом подошел ближе, с интересом мы осмотрели появившиеся новые территории. Они были значительно больше тех, что мы знали. В левом нижнем углу, на Юго-Западе, стояла точка у самого берега моря, обозначающая город. Город «Бездушных».

– Эрвин, ты слышал когда-нибудь о таком городе? – насторожилась я. Как-то название не предвещало ничего хорошего.

– Я не уверен… – задумчиво теребя подбородок ответил верховных хранитель. – Есть легенда, даже, скорее, детская сказка…

– Об эльфах? – вспомнила я рассказ Каньи.

– Да, и о них в том числе, а ты откуда знаешь? – удивился маг.

– О, в моем мире о них написаны мифы, сказки, и Канья упоминала, что здесь тоже о них слышали.

– Я попробую заклинание поиска, – нахмурился Эрвин.

– Возможно, карту восстановила Псигелия, поэтому Сизаморо появился здесь, почувствовав ее магию, ведь он не может не искать ее, – предположила я.

– Возможно, – кивнул он. – Но давай все же для начала найдем Канью, а потом уже обо всем остальном подумаем.

Эрвин прикоснулся к карте. Сноп розовых искр вновь вырвался из посоха. Покружился над обновленной картой. Я опять почуяла неладное. Нет, не появление очередного первородного мага. Искры сделали последний круг по карте и тая, словно снег, осыпались.

– Эрвин? – настороженно позвала я. – Что это значит?

Маг остекленевшим взглядом уставился на карту.

– Эрвин! – снова позвала я.

– Ее нет, – горько произнес он, – ее нет в магическом мире.

– Этого не может быть, – пробормотала я, – этого не может быть, Эрвин. Сизаморо сказал, что она здесь, – уже четче и громче повторила я.

– Он мог обмануть, – пожав плечами, предположил Эрвин. Сквозь маску невозмутимости читалась печаль.

– Нет, Эрвин, – я не верила, что он соврал. – Уверена, она в этом мире, и догадываюсь почему ты ее не нашел.

– Почему? – оживился маг, с надеждой глядя на меня.

– Кого не в силах найти даже первородный маг? – задала я риторический вопрос.

– Великую Богиню, – ответил Эрвин, понимая, о чем я.

– Она наверняка с ней. Найдем богиню, найдем и Канью. – улыбнулась я, приободрившись.

– К тому же они обе нам нужны.

– Верно. Завтра я пойду к озеру. Думаю, там будет лучше всего пытаться воззвать к ней. Там она мне уже отвечала.

– А если ничего не выйдет?

– Тогда мы с Габриэлем полетим к ее храму, – решительно ответила я.