Текст книги "Куда тянутся души (СИ)"
Автор книги: Анастасия Пенкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 31 (всего у книги 46 страниц)
Глава 27
Решительно поднявшись по невысокой, но довольно широкой лестнице, ведущей на мраморную террасу, остановилась и притаилась за белой колонной у самого фасада, где стеклянные двери с витражом от пола до потолка были распахнуты настежь. Уверенности поубавилась, когда вырывающийся из бального зала на улицу свет ослепил меня. Как лесное животное, ослепленное фарами на ночной дороге, застыла. Мероприятие началось. Люди и маги, сбивающиеся в группы, разговаривали, смеялись, их голоса на фоне музыки сливались в единый гул.
По залу сновали слуги с подносами. В дальнем углу я приметила вытянутые столы с закусками и напитками. В другом протянулась вереница деревянных скамеек с мягкими сидениями, обитыми красной тканью.
Все гости были одеты очень нарядно, но не так вычурно, как на день Сома, более сдержанно. Пусть сегодня и не день свадьбы, но все же… В центре зала кружилась пара. Габриэль и Альцина. Наследница магов Севера была действительно прекрасна и, пожалуй, краше большинства гостей. Платье из ткани, больше похожей на тонко выкованное серебро. Фасоном напоминало платье «годе», который хорошо мне знаком – в подобном я выходила когда-то замуж. Чуть спущенные с плеч рукава плотно прилегали к рукам и доходили до запястий. От лопаток начинала струиться почти прозрачная накидка, шлейф которой догонял с запозданием свою владелицу. Собранные волосы открывали изящную шею. Она лучезарно улыбалась. И Габриэль улыбался. Меня накрыло чувство де жавю, которое быстро сменилось назойливой ревностью. Я знаю, что он любит меня. Да только толку – Альцина прекрасна, и не поверю, что хоть один мужчина устоит перед ней, окажись в одной постели. А значит, я приняла правильное решение, передумав отправляться в леса Смагарда, к Драконьим горам вместе с Габриэлем. Проведя с ним столько времени наедине, я просто не смогу его отпустить, не сломав себя окончательно. Найти домик, где живет дочь Псигелии, я смогу и без него, и надеюсь, дальше она поможет мне найти великую Богиню. И может, нам удастся все исправить.
Набравшись смелости, я проскользнула в зал. Тут же меня нашел официант, то бишь слуга с подносом.
– Дурманящий эль, – предложил молодой человек. На секунду засомневалась, но одним бокалом голову мне не затуманить, а ходить по залу с пустыми руками не хотелось, я и так ощущала себя голой.
Сказать, что я чувствовала себя не в своей тарелке – ничего не сказать. Правитель людских земель вместе со своей супругой, отцом Альцины и Агеной стояли в противоположном конце зала, у изысканно сервированного стола, ломившегося от обилия закусок. Непринужденная беседа шла, видимо, легко, и местная знать пребывала в прекрасном настроении, то и дело на их лицах мелькали улыбки. Остальные гости также сбились в группы либо танцевали в центре зала. Местных правил и традиций я не знала, и как вести себя дальше – тоже. Подойти к семейству правящих не решалась, боясь нарушить их идиллию. А кроме них я более никого и не знаю. Габриэль был слишком занят Альциной, да и навряд ли он удостоит меня своим вниманием на этом вечере. Единственный, кого еще я знала из присутствующих гостей, член правящего совета Лабор. Но с ним желания общаться не возникало.
Музыка стихла. Танцующие остановились, и партнеры поклонились друг другу, благодаря за танец. В зале раздались аплодисменты, а затем звон бокала, по которому Хендрик постучал серебристой ложечкой, призывая всех к тишине. Слуги суетливо забегали по залу, вручая гостям с пустыми руками полные бокалы и подливая золотистый дурманящий эль в опустевшие.
– Приветствую всех собравшихся, – эхом разнесся властный баритон правителя людских земель. – Дорогие гости, пир состоится в тронном зале через полчаса, столы почти накрыты. Для меня честь принимать всех вас в своем замке и семью Хегалаз в частности. Повод, по которому все мы здесь собрались, объединит людей и магов Севера на долгие века. Прекрасный союз красивейшей пары положит этому начало. Давайте же выпьем за будущих супругов!
– Н-да, за такое надо выпить залпом, – проворчала я себе под нос. До чего же было гадко на душе. Одно утешало – сегодня ночью я исчезну из этого замка.
Музыка вновь заиграла, и тут же пары в изысканных нарядах закружились в танце. Все гости преимущественно в нарядах бледно-голубого, серебристого и белых оттенков, расшитых драгоценными камнями, наверное, определенная тематика вечера присутствовала. Они кружились по мраморному полу, сияя великолепием, как тающие льдинки, сверкающие в лучах солнца, свет тысячи огней отражался, усиливаясь в сто крат от каждого, даже самого маленького драгоценного камушка.
Залюбовавшись прекрасным зрелищем, я не заметила, как ко мне подкралась Агена.
– Ты все-таки пришла, – тихонько произнесла она сбоку от меня.
– Вроде вы меня сами позвали, – также тихо напомнила я.
– Ну, да, разумеется.
Она замолчала, любуясь танцующими, как и я. Габриэль и Альцина снова кружились в центре.
– Прекрасная пара, не правда ли? – елейным голосом пропела Агена.
– Да, очень, – получилось немного зло, а хотелось соврать более уверенно.
– Знаешь, почему к тебе никто не подходит, не приглашает на танец? – вдруг спросила она и хитро прищурилась, совсем как младший сын, когда задумывал нечто нехорошее. Теперь Агена внимательно смотрела на меня, но только, чтобы увидеть выражение моего лица, и тут же продолжила:
– Не потому, что ты непривлекательна, напротив, мужчины любят экзотику. Просто ты в этом мире никто, безродная великовозрастная девица, место твое в храме городских жен, а не в замке. Знаешь, зачем я позвала тебя?
– Явно не насладиться вечером, – процедила я, – может на потеху гостям?
Мне стало не просто обидно за себя, а появилось стойкое ощущение, что меня окунули в ведро с помоями. И чувство несправедливости вопило внутри во всю мочь.
Агена недовольно усмехнулась.
– Ни один приличный маг или человек не подойдет к тебе.
Тут я хотела возразить, но поняла: что бы я ни сказала, ее мнение обо мне не изменится. Тут даже, возможно, дело и не во мне. Она желает брака Габриэля с Альциной так же, как и Хендрик, и отец Альцины. А я всего лишь помеха, досадное недоразумение из другого мира, в котором они видят угрозу.
– Прощайте, Агена, – бросила я, разворачиваясь к выходу, не собираясь продолжать этот разговор. Так нелепо я себя еще никогда не чувствовала. Это же надо было повестись на приглашение. Как я сразу-то не почуяла подвох?! Агена прекрасно справилась со своей задачей. Я недолго провела в зале, но успела заметить на себе взгляды и любопытные, и осуждающие, и даже презрительные. Были и те, кто вообще предпочитал не смотреть. Но до слов Агены я не придавала этому значения, истолковав все по-своему. Я-то думала это из-за того, что я так не похожа на них, за то, что пыталась быть сильной и самодостаточной, за то, что убила Гонкана, или была, пусть и недолго, участницей разбойного нападения. Но я и не думала, что предубеждения жителей этого мира могут быть так глубоки. Да и откуда бы мне это знать? Ни Эрвин, ни Габриэль, ни Канья никогда так не относились ко мне. Даже разбойники повели себя дружелюбно. Как же плохо я знаю этот мир. И как же хорошо, что спрятала сумку с вещами в кустах у крайней аркады, чтобы, не возвращаясь в комнату покинуть замок, через черный вход.
Сбегая с этого лицемерного тожества, подобрав шлейф, я просто слетела с лестницы, устремившись к скамейкам в саду, что приметила тут раньше. Подальше от посторонних глаз, туда, где можно дать ненадолго волю ненавистным слезам.
Выбрав одну из каменных скамеек в самом углу, неуклюже спотыкаясь о шлейф, села. Опираясь руками о прохладный камень, я рассматривала свои ноги, опутанные красивой тканью. Несколько слезинок упали и, впитываясь, оставили после себя темные пятна на ткани. Жаль, я не успела попрощаться с Габриэлем. Говорить, что ухожу, я не собиралась. Я просто хотела сказать ему, что люблю его. В замке, кроме него, меня никто не держит, во всех смыслах этого слова. Спрятанная в корсаже грамота, свернутая в тонкую трубочку, будто обжигала кожу, напоминая о себе. Сегодня я намеревалась воспользоваться своей свободой.
– Анна, – послышался удивленный голос Лабора, и я подняла голову, посмотрев на мага влажными глазами. От него не ускользнула моя печаль. В руках он держал белую розу дивной красоты, от кремовых бархатных лепестков которой сложно было оторвать взгляд. Наверное, он сорвал ее где-то в саду – столь свежей она казалась. Запах от нее доносился даже с расстояния нескольких метров.
– Может, это исправит ваше настроение в лучшую сторону? – пропел маг, протягивая мне цветок.
– Спасибо, – оторопев, поблагодарила я, не ожидая подобного жеста от члена правящего совета. – Только боюсь, что одного цветка не хватит растопить мои печали.
Осторожно взяв цветок, стараясь не задеть шипы, все же укололась об один. Но мне было плевать на такой пустяк. Яркий аромат манил, и я зарылась носом в бархатистые лепестки, втягивая аромат.
То ли я слишком глубоко дышала, то ли от нервов, но все вокруг поплыло. Голова закружилась, будто выпила не один бокал дурманящего эля, а пару-тройку стопок водки. Теплой.
Странный гул, стоявший в ушах, заглушал голос Лабора, он звал меня или кого-то еще. Я уже была не в состоянии разобрать. Когда начала заваливаться на бок, почувствовала, как меня удержали мужские руки, сильные, с немного шершавыми ладонями, как у всех, кто в этом мире владеет мечом. Сознание угасало так же стремительно, как потушенная свеча. Мгновение – и я провалилась в темноту.
Чертов цветок, и зачем я его только понюхала?! Да, глупо теперь себя за это ругать. Ведь перед его красотой сложно было устоять. Да и не думала, что этому магу настолько нельзя доверять.
На глазах чувствовалась повязка из прохладной мягкой ткани, руки связаны, как и лодыжки, судя по всему, такой же тканью, что и на глазах. Лежала я боком на чем-то твердом и прохладном, щекой касаясь каменной поверхности, гладкой, как мраморный пол. Неужели меня кто-то положил на пол?!
Неподалеку слышались мужские голоса. Один из них точно принадлежал Лабору. Еще один мерзкий маг, член правящего совета, которого я непременно убью, если представится такая возможность. Если. Что он задумал вообще? Хотя несложно догадаться. От осознания собственной участи к горлу подступил комок паники. Та-ак, только этого мне сейчас не хватало.
Глава 28
Я понятия не имела, сколько была без сознания и где теперь нахожусь. Но когда услышала ещё один знакомый голос, испытала облегчение. Которое, к моему разочарованию, продлилось несколько секунд: когда я услышала, что он говорит, меня передернуло от отвращения. Обида и жестокое разочарование в мире и населяющих его людях неприятно колола сердце.
– Если ты считаешь, что добровольность к соитию от нее не обязательна, то я возьму ее силой, – спокойным голосом произнес Ариман, главарь разбойников, к которому я питала весьма теплые чувства. Ключевое слово – питала. Как оказалось, и его я совсем не знаю. А я думала, что неплохо разбираюсь в людях.
Кажется, по щекам опять потекли предательские слезы. Нет, это не может происходить на самом деле! Куда вы смотрите, великие первородные маги?! Неужели не видите, что творится? Или это очередной ваш дурацкий замысел? Может, хотите вернуться за мой счет из вашего проклятого мира Света?! Ну уж нет. Не в этой жизни.
Я зло всхлипнула, шмыгнув носом. Впитываясь в повязку, слезы на глазах быстро высыхали. И теперь я копила силы и гнев, ожидая возможности высвободиться.
– Ну, здравствуй, Анна, – послышался голос разбойника совсем рядом со мной. – Не думал, что встретимся при таких обстоятельствах.
Кляпа во рту не было, но я не знала, что можно сказать в такой ситуации. Надо как-то выбираться. Может, удастся Аримана склонить на свою сторону?
– Зачем тебе это, Ариман? – мягко спросила я. – Не думала, что ты такой фанат первородных магов и магов вообще.
– Ты знаешь, зачем, – ответил он, проводя пальцем по подбородку, а затем по приоткрытым губам. – Я хочу тебя, и не имеет значения, каким способом я этого добьюсь, раз уж ты сама не захотела быть со мной.
– С чего ты взял, что я не хочу быть с тобой?! – невинно возмутилась я. Его пальцы застыли у моего лица, и я потерлась щекой о ладонь, в надежде, что ласка с моей стороны может помочь его уговорить. – Я никогда не была к тебе равнодушна, Ариман.
– И поэтому ты спишь с Делагарди? – усмехнулся разбойник. Откуда он только знает? По-моему, для мира, где нет телефонов и скоростного транспорта, за исключением возможности ограниченной кучки магов перемещаться в пространстве, скорость распространения слухов пугающе быстрая.
– Можешь не отвечать, я все равно не поверю, – равнодушно ответил Ариман, приблизившись ко мне вплотную. Я чувствовала его дыхание на своей щеке, и от тела его исходил жар, несмотря на прохладный воздух. Я вот, в своем платье начинала замерзать. Отчего напрашивался вывод, что мы далеко за пределами замка, и никак не в саду, где было еще теплее, чем в самом городе.
– Я знаю, все это неожиданно, но тебе лучше смириться с происходящим и не сопротивляться, шансов одолеть меня у тебя все равно нет, тем более без оружия, – прошептал Ариман мне на ухо.
Смириться. Ну уж нет. С таким я точно не готова смириться. Жертвой изнасилования я не буду. Вспомнилась та девушка из новостей. По крайней мере, она осталась жива. Только вот Ариман об этом не знает.
– Ариман, ты не понимаешь, ритуал меня убьет, – обреченно начала я лгать и уговаривать своего насильника.
– Да почем тебе знать…
– Я знаю, я видела, что стало с девушкой, из чрева которой вышел великий жрец ордена Тьма, – уже шептала я.
Очень надеюсь, что Лабор нас не слушал. Если шанс, что Ариман меня пожалеет, еще существовал, то мага такая новость только подстегнет ускорить действия.
– О чем ты говоришь? – также тихо спросил разбойник.
– Я видела его, он здесь, в этом мире…Нельзя возвращать первородных светлых магов, они не такие, как ты думаешь, – продолжала я сыпать аргументами, – как думают маги.
– Анна, это все, конечно, очень интересно, но мало меня сейчас волнует.
– Да что ты там возишься?! – возмутился Лабор, прикрикнув на разбойника. – Мне нужно взглянуть на ее живот. Там должны были остаться символы.
Руки Аримана скользнули под длинный подол платья, касаясь обнаженных ног. Сначала он просто задрал вверх юбку, но потом, воспользовавшись ножом, разрезал ткань, я даже почувствовала холодный металл на коже. От этого чувство страха и безысходности стало подкатывать чуть быстрее.
– У вас ничего не выйдет! – зло прошипела я. А Ариман уже добрался до моего живота.
– Отлично, символы сохранились, я так и думал, – довольно произнес маг.
Значит, он собирается проводить ритуал так же, как это хотели сделать адепты Сизаморо, как сделал Джубба.
– Ты собираешься отрабатывать свои деньги?! – высказал претензию Лабор. – Или тебе помочь?
– Так тебе еще и заплатили? – зло повторила я. Надежда, что он меня послушает, стремительно таяла. – Может, тебе после всего этого поискать подработку в храме городских жен?
Я постаралась улыбнуться как можно стервознее. Может, хоть удастся задеть его мужскую гордость.
– Начинай уже! – начал кричать Лабор, подгоняя моего насильника.
– Не вопи, – бросил ему разбойник, – если ты уберешься отсюда подальше, поверь мне, дело пойдет быстрее.
В голосе Аримана явно чувствовалось презрение. Насколько я помнила, он не питал любви к членам правящего совета. Неужели жажда наживы не остановила его даже перед сотрудничеством с одним из них?
– Я лучше поприсутствую, – возразил маг.
– Разрази его Кракен, – проворчал еле слышно Ариман.
Разбойник снова приблизился ко мне, перекатив с правого бока на спину, и обнял мое лицо теплыми ладонями.
– Сейчас, – виновато сказал он. Так тихо, что навряд ли его слышал Лабор.
– Я тебя не тороплю, – фыркнула я в ответ, решив, что слова все-таки адресованы мне.
Прикосновение мягких, чуть обветренных губ оказалось внезапным, хотя я и ожидала этого. Он целовал нежно и поверхностно, не давая его укусить.
– Хватит с ней лобзаться, – продолжил возмущаться Лабор, – я начинаю жалеть, что отдал свои деньги тебе.
– Не делай то, о чем потом пожалеешь, – шепнул Ариман и взобрался на меня сверху.
– То же самое могу сказать тебе, – процедила я.
– Тебе понравится, Анна, – уже громче сказал он. Я слышала, как раскрылась металлическая защелка на его поясе. Как кожа с шумом рассекла воздух.
Меня начало трясти изнутри. Не только от холода. Нет, неужели это происходит со мной?
«Псигелия, ты меня слышишь? Самое время появиться!» – безмолвно взмолилась я.
Но ничего. Ни теплого дуновения ветерка, ни напряжения в воздухе, время шло как прежде – она мне не отвечала.
Слишком быстро все происходило. Вот руки Аримана скользнули к затылку, узел не сразу поддался, но я все равно не была готова. Оранжевый свет от зажженных факелов был тусклым, но больно ударил по глазам, привыкшим к темноте.
Надо мной нависал Ариман. Выражение его лица меня поразило. Ни капли сожаления. Один уголок губ вздернут в почти незаметной улыбке. Один глаз прищурен, другой широко раскрыт внимательно всматриваясь в мое лицо, а бровь вопросительно изогнута.
Решила, лучше осмотреться, где нахожусь. В небе сиял тонкий месяц, с трудом пробиваясь из-за туч, и звезд было не видно. Место было мне, конечно, незнакомо. Среди пушистых кустов – разрушенные наполовину колонны из белого известняка, увитые плющом. – Время позволило природе поглотить их. Они расположились по кругу, в центре которого находился каменный стол, который стал импровизированным ложем. За спиной Аримана стоял Лабор, недовольно скрестив руки на груди и наблюдая за нами. Позади стояли хранители ордена Света в белых балахонах. Их лица скрывались за капюшонами. Приподняв голову, я увидела шестерых.
– Я убью тебя, Ариман, убью, если останусь жива! – прошипела я свою угрозу, все больше казавшуюся нелепой.
– Не убьешь, – усмехнулся разбойник, в глазах сверкнуло отражающееся пламя. Факелы одновременно вспыхнули.
Он снова вплотную придвинулся ко мне, связанные руки больно упирались в спину. Штаны он расстегнул, однако пока ничего не делал. Но тут шершавые ладони легли на голые бедра, медленно поднимаясь выше, и я тяжело сглотнула. Ариман с нескрываемым наслаждением смотрел на меня, не отрывая взгляда.
– Не делай то, о чем потом пожалеешь, – снова предупредил он, лукаво улыбаясь. В его руках сверкнуло лезвие большого ножа.
Не успела я ахнуть, как путы на лодыжках ослабли, разрезанные одним движением. Разводя мои ноги в стороны, Ариман устроился меж них, вжимаясь в мое лоно твердой мужской плотью.
Я старалась сохранить выражение лица бесстрастным, непроницаемым. Не показывать страха перед врагами, будто мне это могло помочь их одолеть.
– Извини, эта игра оказалась очень возбуждающей, – прошептал Ариман. – И прости меня.
Мой возмущенный вздох был перехвачен и прерван, Ариман снова меня поцеловал, язык его с такой наглостью и быстротой ворвался в мой рот, что я не успела среагировать. Но тут же он отстранился. Ухватив меня за плечи, приподнял.
Лезвие, переливающееся на свету, мелькнуло перед глазами, и опустилось за мою спину. Я даже не успела испуганно ахнуть. В одно мгновение шелковистая ткань, связывающая мои руки, была разрезана. Когда Ариман слез с меня, нож полетел в голову застывшему в изумлении Лабору. Лезвие вошло прямо в правый глаз. Тот вскрикнул и осел на землю. Крови потекла по щеке, ручьем стекая в подставленные магом ладони.
Тут среагировали хранители. Между ними стало появляться белое свечение. Но когда факелы вновь вспыхнули без какой-либо видимой причины, огонь с них сорвался, устремляясь к легковоспламеняющимся балахонам. И хранителям стало не до Аримана или меня. Истошно крича, нарушая лесную тишину, они суетливо забегали, пытаясь избавиться от огня. О том, как нужно вести себя в такой ситуации, им никто не рассказал, какое пренебрежение техникой безопасности, однако.
– Бежим! – крикнул разбойник, вцепившись в мою руку, рывком заставляя встать.
Я только и успевала молча хватать ртом воздух, не ожидая такого от него. Вслед за ним я все-таки побежала. Пока выбора у меня не было, и он держал меня за руку.
Сейчас мысли путались в голове, беспорядочно переплетаясь. Одна лишь была ясной – ритуал сегодня не состоится. И надеюсь, что никогда. Хватит этому миру первородных магов. Что же меня спасло – вмешательство Псигелии или то, что Ариман не собирался меня насиловать изначально? От ответа на этот вопрос зависела дальнейшая судьба разбойника.
Узкая тропа извивалась средь высоких сосен. Туфли были совсем не подходящими для столь подвижных прогулок. И я мысленно ругала себя за то, что не устояла перед их красотой. Еще и шлейф платья цеплялся за колючие кустарники. Все это значительно снижало мою скорость.
Бежали мы довольно долго, но для меня это не предел. Ариман уверенно вел нас вперед. И мы, наконец, остановились, добежав до пересечения с широкой дорогой. Дав разбойнику минуту отдышаться, я начала задавать вопросы, а точнее, кричать.
– Что это все значит, Ариман?!
Но разбойник не торопился отвечать. Схватив его за ворот туники и как следует тряхнув, готова была уже надавать ему, но он протестующе поднял руки.
– Анна, не горячись.
– Не горячись?! – возмущенно повторила я его слова.
Отшвырнув его от себя, я схватила край разорванного подола, чтобы, наконец, избавиться от мешающего шлейфа, и с силой дернула, враз укоротив платье до длины миди. Оставался, конечно, и разрез почти до самой талии, но в таком виде, похожая на оборванку, я смогу выбить всю дурь из разбойника без скованности движений.
Я уже приняла боевую стойку и решала, как лучше – руками или ногами, выбить несколько зубов разбойнику, когда он снова заговорил.
– Все не так, как ты думаешь, ты вообще должна благодарить судьбу за то, что я оказался на западном тракте два дня назад и решил выпить красного эля в «Трех кедрах».
– В «Трех кедрах»?
– Это постоялый двор к западу от стен Смагарда, если направляться в сторону Драконьих гор, – пояснил Ариман. – Если бы я не услышал о предложении Лабора в тот вечер, то на моем месте был бы тот, кого совсем не волнует, что с тобой будет. И ты бы сейчас здесь не стояла… Сама понимаешь, что бы с тобой произошло.
Очень хотелось верить в то, что говорит Ариман. Только, как говорится, доверяй, но проверяй.
– Я тебе не верю, я слышала, что ты сказал Лабору, что готов взять меня силой… – произносить вслух это оказалось больно, и голос был будто сдавленным. Не хотелось в это верить, но там, связанная, я верила.
– Анна, послушай, – мягко обратился Ариман, делая шаг ко мне. Отстраняться я не стала и позволила его ладоням обхватить мое лицо. – Да, я не случайно оказался там, но только лишь для того, чтобы ты избежала участи, что готовил для тебя Лабор.
Я заглянула в глаза цвета молотого кофе. Видела ли я в них ложь или правду? Я уже сама себе не верила, что уж говорить о других.
– Я бы никогда так с тобой не поступил, – продолжил заверять Ариман, большими пальцами погладив мои скулы. – Этот огонь, думаешь, он сам по себе набросился на хранителей?
– Нет, конечно, нет…
Но на этот счет у меня была пара мыслей. И в качестве подтверждения одной из них кусты позади разбойника зашуршали.
– Анна, Ариман, хвала великим духам, все обошлось, – затараторил запыхавшийся Бероуз, согнувшись в три погибели. Внимательно осмотрев меня, он нахмурился. – Все в порядке?
С облегчением вздохнула. Теперь я не сомневалась, что взбунтовавшиеся факелы – дело рук Бероуза. А значит, Ариман не лжет, он все-таки мне не враг.
– Зачем ты тогда меня целовал и лапал там?! – возмущенно поинтересовалась я и шутя ткнула кулаком в грудь. Вопрос был риторическим. Но шутки шутками, а я чувствовала, как твердо мужское естество упирается в меня. О том, что он меня хочет, он не соврал.
– Что за глупости, Анна, нужно было выждать, после того, как Бероуз подал знак, помнишь, как вспыхнули факелы? – я утвердительно качнула головой. – Нельзя было, чтобы Лабор заподозрил нас в сговоре раньше времени, я врал убедительно, а насчет твоих способностей я не был уверен, поэтому и не предупредил, – оправдался Ариман.
– На будущее знай, вру я не хуже тебя! – фыркнула я недовольно. А может, и лучше, но об этом ему не нужно знать.
– Так, значит, про великого жреца ордена Тьмы была ложь?
Медлить с ответом я не стала.
– Нет, это правда.
Смысла больше скрывать это от разбойников, я не видела. Скоро все узнают, так или иначе.
