Текст книги "Куда тянутся души (СИ)"
Автор книги: Анастасия Пенкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 46 страниц)
Глава 7
Начало смеркаться. Лазурное небо, украшенное пушистыми облаками, проибрело бледно-васильковый оттенок, а облака стали походить на клубничную сахарную вату. Место для ночлега выбирал Габриэль, и мы, немного свернув с дороги в лес, вышли на небольшую полянку, усеянную маленькими кустиками белых цветов. Развел костер Эрвин, просто пощелкав пальцами над приготовленными ветками, осыпав их огненными искрами. Сухие ветки быстро затрещали, разгораясь.
Для сна предлагалось нечто, напоминающее спальный мешок, набитое шерстью неизвестного мне животного, а может, и известного, я не спросила. К моему удивлению и сожалению, байки у костра никто не стал рассказывать. Может, я бы хоть немного отвлеклась от собственных мыслей, послушав рассказы о магическом мире. Но решено было сразу лечь спать, и я не решилась снова лезть с расспросами.
Но уснуть не получалось. Во-первых, в лесу не было темно, как это в моем понимании бывает. Здесь все вокруг подсвечивалось разноцветными огоньками, не то светлячки, не то феи сновали светящимися стайками то тут, то там, сидели на цветах и траве, на деревьях, прячась в широких щелях коры, и при малейшем шорохе взлетали со своих мест, сильно отвлекая. Казалось, что вот-вот из-за пахучего куста шиповника выйдет лесная нимфа с венком из цветов и трав на голове и позовет за собой. Или дерево оживет, показывая свое лицо, как в мультике про Покахонтас, и начнет рассказывать интересную историю вместо моих спутников. Луна, почти полная, висела очень низко и освещала все вокруг. Не ночь, а черт знает что. Красиво, конечно, лес манил своими тайнами, но сну такое не способствует. Во-вторых, слишком много мыслей крутилось в голове, не давая мне покоя. Тут еще в туалет приспичило.
Посмотрев на своих спутников, я пришла к выводу, что у них таких проблем нет, и Эрвин, мирно посапывая, уже видел десятый сон. По Габриэлю сложно было сказать, спит ли он на самом деле, но глаза были закрыты, а грудь равномерно вздымалась.
Осторожно выбравшись из мешка, чтобы никого не разбудить, я отправилась на поиски подходящего места. Мне уже не привыкать, все-таки целый день в пути. Справив нужду, я не спешила возвращаться.
Мое внимание привлек голубой огонечек, чуть ярче светящийся, чем остальные и, так как сна не было ни в одном глазу, я решила за ним проследить. Конечно, подсознание говорило мне, что по закону жанра следовать за подозрительными огоньками как бы плохая примета. Но лес не страшный совсем, почему бы не нагулять сон? Далеко все равно не пойду.
Впереди показалась поляна, где таких огонечков было очень много. Они кружились в хаотичном танце, прямо-таки зовя к ним присоединиться.
И я уже почти присоединилась к их незамысловатому танцу, когда мне на плечо легла тяжелая мужская рука. Вздрогнула и резко развернулась. Но это был всего лишь Габриэль.
– Что ты тут делаешь? – спокойно поинтересовалась я.
– Это я тебя должен спрашивать, – прошипел Габриэль, и немного встряхнул меня за плечо, видимо, пытаясь вразумить.
– Гуляю, – коротко пояснила я. В принципе, так оно и было.
– Ты совсем… ничего не понимаешь? – чуть спокойнее произнес Габриэль и внимательно уставился на меня, скользнув взглядом по моим приоткрытым губам, а я застыла в растерянности.
Его глаза были бирюзового цвета, такого чистого и глубокого, что напомнили мне океан, а в свете луны они будто светились изнутри. Лицо с красивыми и правильными чертами, но в то же время такое мужественное, сейчас казалось обеспокоенным.
Мне почему-то захотелось его успокоить, провести рукой по легкой щетине, погладить его сильную широкую шею, узнать, какова его золотистая кожа на ощупь. Сделав шаг, я приблизилась к нему и медленно провела рукой по щеке, переходя к подбородку, а затем и к шее.
– Чего ты боишься? – почти шепотом спросила я. Кожа его оказалась мягкой, и теперь мне захотелось узнать какая она на вкус. Мне казалось, что она непременно должна быть сладкой, как карамель.
От моих движений он замер, но руку мою не остановил.
– Это Древний лес, не такой как у подножия горы Орн, где мы встретились, тот лес молодой, в нем мало магии и почти нет магических созданий. А этот лес пропитан ею, она сочится из каждой его травинки. Ты могла заблудиться и стать чьим-нибудь ужином, или попасть в руки темных адептов, а я не могу этого допустить, я дал клятву перед Светом… – пробормотал он чуть охрипшим голосом.
Моя рука гуляла по его шее, описывая все впадинки и выпуклости. Чувствовалось, как пульс учащенно бьется под моими пальцами. И я уже почти не слушала, что он говорит.
Взяв блуждающую руку за запястье, Габриэль притянул меня ближе, не оставляя между нами расстояния. Другую положил на затылок. Его губы осторожно накрыли мои, пробуя на вкус.
Его оказались сладкими, с примесью меда и мяты. По телу пробежала дрожь. Решив, что мне мало такого невинного поцелуя, я запустила ладонь в его волосы, которые сейчас были распущены и доставали до плеч. Немного играя ими, я притянула Габриэля ближе к себе, прижимаясь всем телом к этому сильному и притягательному мужчине, кончиком языка провела по его губам, немного прикусила нижнюю, проверяя, насколько она мягкая. Затем мой язык проник к нему рот, я нуждалась в страстном глубоком поцелуе и Габриэль не остался равнодушным к моим ласкам, ответив на них с такой неистовой силой, с такой страстью, словно мои губы были волшебным источником, а он, усталый путник, никак не мог напиться.
Желание разгоралось жаркой волной. Его руки блуждали по моему телу, лаская грудь и бедра. Нарастающее желание разрывало нас обоих. И мы повалились на мягкую траву. Я чувствовала, как его твердая плоть упирается мне в живот, внизу все горело, пульсировало, я была готова принять его. Обхватив ногами бедра, прижала сильнее к себе, к источнику моего желания, из которого, казалось, расходился огонь по всему телу.
Покрыв мою шею множеством поцелуев, Габриэль развязал шнуровку корсета. Дышать сразу стало легче. Задрал мою тунику, почти разрывая ткань. Его губы быстро нашли мою грудь, накрыли напряженный сосок, а руки сжали усиливая ласку. У меня вырвался стон от наслаждения, которого, мне кажется, я никогда не испытывала. Легкий ветерок ласкал кожу, разжигая пламя только сильнее. А путник нашел новый источник, даже целых два, поочередно высасывая, слизывая невидимый нектар, пытаясь их осушить. Я уже совсем не сдерживалась, но шум леса поглощал все звуки.
– Продолжай, – шептала я, – не останавливайся. Я даже не задумывалась о том, что происходит.
Мне нечего было терять, и я не хотела отказывать себе в удовольствии. Тело жаждало продолжения, необходимо было почувствовать его внутри себя, только это могло принести облегчение.
Я начала стягивать с себя юбку, и мне тут же принялись помогать сильные мужские руки. Но под юбкой были еще и джинсы. Ах, сколько препятствий! Прокладывая дорожку из поцелуев к самому жаркому месту, Габриэль немного задержался около пупка и шрамов. Я больше не могла терпеть. Мое нутро жаждало слиться с ним немедленно. Здесь и сейчас! Выгнулась ему навстречу, запрокинув голову назад и всем телом показывая, как я хочу его, и он принялся стягивать с меня джинсы, срывая с бедер вместе с бельем.
Но тут я замерла. Моему взору, перевернутому вверх тормашками, предстало что-то черное, лоснящееся и переливающееся при лунном свете.
Я вскрикнула, и Габриэль остановился. Единорог. Черный единорог, мать вашу за ногу! Меня предупреждали о магических существах, но я и не думала, что так скоро доведется увидеть единорога!
– Я должен был догадаться, – почти стуча по лбу рукой, проговорил Габриэль, как будто забыл, что-то очень простое, но важное, и, отстранившись от меня, встал.
Коняшка махнула головой, и из рога вырвались те самые голубые огоньки. Лунные блики играли на мышцах магического существа. Длинная черная грива доставала до земли, а лошадиный хвост разгонял огни в стороны, как назойливых мух.
– Черный единорог, – констатировал очевидное Габриэль.
– Ну это я вижу.
– Что ты знаешь о единорогах? – проговорил Габриэль, явно ведя к чему-то важному, поднимая мои вещи и помогая встать. – Пойдем отсюда, оденешься по пути.
И потянул меня за собой к нашему маленькому лагерю.
– Белый единорог олицетворяет целомудрие, – начал Габриэль, – черный, наоборот, способствует похоти и страсти, он разжигает ее, затуманивая разум.
– Так это все… – начала я, – это все из-за него? – пробормотала себе под нос, разглядывая дивное существо.
Немного крупней обычной лошади, на лбу растет рог, черный и ребристый. Вокруг так и вьются голубые огоньки.
– Да, – процедил Габриэль, – уйдем от него подальше, и все пройдет.
Да, определенное воздействие на разум я ощутила. Но мне больше показалось, что разум не затуманился, а наоборот, прояснился, все лишнее куда-то ушло. Хотя, конечно, ему виднее, какими свойствами обладают волшебные единороги.
Пылу у меня поубавилось, но чувство неудовлетворенности осталось.
Когда мы пришли к костру, Габриэль лег сверху на свой мешок, видимо, не боясь замерзнуть, и повернулся ко мне спиной. А я забралась в свой, сворачиваясь калачиком, насколько это было возможно. Непонятно, как я допустила такое, да еще и с практически незнакомым мне мужчиной. Умом я понимала, что так не должно быть, и хорошо, что мы вовремя остановились. Но тело помнило ласки, жар и желание, оно жалело о том, что не произошло, оно осталось неудовлетворенным.
Я, конечно, давно не была с мужчиной. Но и в браке не испытывала подобной страсти. Действие магии единорога было действительно волшебным. В здравом уме я бы не накинулась на малознакомого мужчину, пусть и привлекательного внешне, еще и посреди поляны, успокаивала я себя, засыпая.
Глава 8
Проснулся Габриэль неохотно, поспать почти не удалось. Ночное событие не выходило из головы, настойчиво всплывали картины страстной сцены, а на губах остался вкус ее кожи, губ, сладкий, как молоко и цветы персика.
В свете полной луны ее рассыпавшиеся по траве волосы, казалось, отливали серебром, а золотистая кожа казалась белоснежной и такой нежной, манящей своей сладостью. Глаза словно чаща Древнего леса, в которой можно заблудиться и никогда не вернуться, горели зеленым огнем, чаруя, будто обладали магией. Он так хорошо изучил изгибы ее тела, знал, как приятно ощущать их под своей ладонью, которая все еще помнила ее тепло и мягкость. А ее страсть и напор свели его с ума в тот момент. Казалось, что он уже никогда не избавится от этого знания. Забудет ли он когда-нибудь этот огонь? Ведь он понимал, что все это из-за вмешательства магического существа. Титанических усилий ему стоило остановиться, когда появился единорог. Он был почти уверен, что, попытайся он поцеловать Анну снова, после того как та узнала, что это все из-за воздействия магического создания, то она наверняка сломала бы ему нос, и это в лучшем случае.
У Габриэля были разные женщины, и все они, безусловно, не походили на Анну. Были среди них и нежные красавицы, млеющие от его легких прикосновений, готовые растаять, позволь он большее, и пылающие страстью, готовые на все, удовлетворяя его мужские желания, лишь бы он на них женился. После недолгих ухаживаний все они приглашали его в свою постель. Но ни разу после ночи с женщиной у него не оставалось таких ярких воспоминаний, они рассеивались с первыми рассветными лучами. А тут даже толком ничего и не успело произойти. Словно наваждение какое-то.
Когда на Габриэля начинали давить потенциальные невесты вместе с его родными, он, не задумываясь, рвал все отношения, уезжал подальше, находя себе новое дело для расследования. Не желал он прожить с женщиной всю жизнь, ведь так быстро они становились неинтересны, казались пустыми, как куклы. Ему совсем не хотелось быть привязанным к кому-то, кто совсем безразличен. Связывать себя брачными узами только для того, чтобы заиметь наследников? У рода Делагарди и без него будет их предостаточно. У Хендрика уже два сына, и его жена снова в положении. Наверняка, и Рейнорд не заставит себя ждать. И становиться племенным жеребцом Габриэль не собирался.
«Но что она теперь думает обо мне? Расскажет кому-то? Может, намеревается теперь женить меня на себе? Кто знает, что в голове у этой женщины? – размышлял Габриэль. – Ее мир не такой как наш, хоть и очень похож».
Последние истории о другом мире были написаны почти тысячу лет назад, отличие состояло в первую очередь в отсутствии магии. У них были города, государства, правители, которые именовались королями и императорами. Люди так же любили и женились. Вели войны, изучали науки. Он хорошо помнил историю о Елене Троянской, из-за которой мужчины развязали войну. Раньше эта история казалось ему совсем уж нереальной. Но теперь он не был так уверен. Если все женщины из другого мира такие как Анна… Но тысяча лет – это очень много. Мир Габриэля изменился, значит, и ее тоже.
«Нужно выяснить, что можно ожидать от этой женщины, расскажет ли она кому-то, использует ли это против меня?» – решил Габриэль.
С первыми рассветными лучами их маленький лагерь проснулся, но завтракали они в тишине. И Габриэль видел, как Анна старается не встречаться с ним взглядом. Эрвин, казалось, не замечал этого. Он сам погрузился в свои думы. При нынешних обстоятельствах ему явно не до плотской проблемы, возникшей между Габриэлем и Анной. Находясь в новом статусе верховного хранителя ордена Света, Эрвин Савитар совершил свою первую ошибку. И какую?! Как теперь поступить? Убить? Нет. На такое Эрвин точно не готов пойти. Для него жизнь, Свет – превыше всего. Неужели маги и люди не смогут защитить от адептов Тьмы одну-единственную женщину из другого мира? Уберечь их мир от возвращения великого жреца ордена Тьмы? Смогут, еще как смогут, или он не Эрвин Савитар, маг Лесных земель, а ныне верховный хранитель ордена Света!
– Почему продукты все еще съедобные, ведь мясо быстро портится? – вдруг поинтересовалась девушка.
– Сумка, где они лежали, заговорена специальным заклинанием, – ответил Эрвин, – правда, действие его длится не долго, максимум три дня, это простая бытовая магия.
Больше она ничего не спрашивала, и Габриэля это раздражало. Как понять, что у нее на уме? В молчании троица продолжила свой путь.
– Анна, в городе никому не говори, кто ты и откуда, пока не окажемся в зале совета, – строго проговорил Эрвин, – и никуда не ходи одна, пусть рядом будет либо Габриэль, либо я.
– Хорошо, – ответила девушка, глядя куда-то вдаль.
Вдалеке показался город, расположенный у самого подножия горы, поросшей зеленью и деревьями, сквозь которые пробивались землистые скалы. Маленькие домики с разноцветными крышами усыпали весь склон, поднимаясь на самый верх. Почти на самой вершине горы располагалась башня, поражающая своим великолепием, вытесанная из блестящего на солнце белого камня, от чего та сияла, выделяясь на сочной зелени и ослепляя.
– Эрвин, – тихо произнес Габриэль, – лучше тебе прибыть на совет раньше нас и предупредить.
Маг немного задумался, потирая подбородок, остановил лошадь и спустился на землю.
– Думаю, ты прав, Габриэль, – закивал ему в ответ Эрвин, – дальше вы и без меня доберетесь.
Маг покрутил посохом верховного хранителя над головой, и камень в нем засветился, а розоватое облако дыма окутало мага, быстро рассеявшись вместе с ним.
Когда Эрвин исчез, Габриэль посмотрел на девушку. Она внимательно смотрела на место, где только, что стоял маг.
– Я … – залепетала она, – я думала… Почему тогда мы шли пешком? – возмутилась она.
– Мгновенные перемещения в пространстве доступны лишь на небольшие расстояния для магов, имеющих разрешения, и только в те места, где они уже были, людям это и вовсе недоступно.
Но он не для лекций о магах послал Эрвина вперед, этим пусть занимаются хранители, если сочтут нужным. Ему же нужно было поговорить с Анной о случившемся прошедшей ночью прежде, чем они прибудут в город.
– Анна… – начал Габриэль, но помедлил, подбирая нужные слова. Столько думал, с чего начать, но, когда представилась, наконец, такая возможность, слова, что казалось, вертелись на языке – испарились.
– Не утруждайся Габриэль, – не дав продолжить, сказала девушка, все же удостоив взглядом. И лучше бы она этого не делала – мыслей в голове Габриэля стало еще меньше. – Я понимаю, что в произошедшем на той поляне нет виноватых, и что ты не хотел этого всего, только единорог виноват во всем. – Она поморщила нос, видимо, вспоминая похотливое магическое создание, лишившее их обоих всех понятий о приличии и нравственности. – Я не невинная девушка, мое целомудрие не пострадало, и ты ни чем не напугал меня. Давай не будем об этом никому рассказывать и просто забудем о случившемся. Хорошо?
– Конечно, – тут же ответил Габриэль, не ожидая такого ответа от нее, но он его полностью устроил. – Я сам хотел предложить то же самое.
Но вот в том, что он не хотел, чтобы произошедшее на поляне все-таки случилось, Габриэль сильно сомневался. По крайней мере, из ее слов ясно, что он правильно поступил, когда отстранился – девушка не хотела этого и жалела о случившемся.
Габриэль был удивлен, что она ничего не требует: ни женитьбы, ни откупных, даже извинений не просит. Такого он совсем не ожидал. Это, конечно, все упрощает. Но вот забыть? С этим тоже проблем не будет, если держаться от нее в стороне. Как только они прибудут в город, и девушка будет передана совету – ему не придется быть подле нее все время. И можно будет отвлечься на поимку темных адептов.
– Анна, город магов называется Маир, но в обыденной жизни, в разговорах чаще говорят просто «город магов», вряд ли кто-то подойдет и спросит, но все же лучше знать, может пригодиться. Путь к обители лежит через весь город, держись рядом, – предупредил Габриэль.
Он решил начать с малого. Рассказывать всю подноготную своего мира Габриэль не собирался, сама освоится, главное – доставить ее в обитель, а там пусть хранители с ней возятся.
– Пока не доберемся до обители, нужно быть осторожней, – снова предостерег он. Вдруг выкинет какую глупость? Вздумает опять сбежать или еще что, с ее-то диким нравом.
– А если кто-то спросит, откуда я? – задала резонный вопрос девушка.
– Скажешь, что ты из города людей, из Смагарда, что ты сирота и пришла служить в обитель.
– А если меня спросят, – тут она помедлила, – из какого я рода?
– Не спросят, – сухо заверил Габриэль, – когда пойдет слух, что ты из другого мира, это тебе уже не понадобится.
– Ты думаешь, правящий совет не станет скрывать, кто я?
Габриэль был уверен, что не станет. Наоборот, еще и сами же распустят слух, расписывая все подробнее, в ярких красках, чтобы никто ее ни с кем не перепутал. Привлекут как можно больше внимания в надежде, что адепты темного ордена выдадут себя, пытаясь завладеть девушкой, если таковые еще остались. Ловля на живца – самый простой способ поймать их. Он бы сам так поступил, и поступит, если Эрвин поручит ему.
Глава 9
Остаток пути мы с Габриэлем молчали. Я не любитель задушевных бесед, но сейчас эта тишина между нами напрягала. К счастью, довольно быстро впереди показалась каменная дорога из больших обтесанных булыжников, с проросшей кое-где между ними травой.
Город магов оказался на удивление простым. По городу мы шли уже пешком, оставив лошадей в конюшне ордена, что располагалась при въезде в город. Узкие улочки, мощеные камнем, небольшие домики, кирпичные и оштукатуренные, выкрашенные во все цвета радуги, с окнами и дверями на любой вкус, они буквально налезали друг на друга и утопали в цветущей зелени. В воздухе стояли ароматы черемухи, сирени и шиповника. В целом, обычный старый европейский городок, ничего магического я не приметила. Но это пока мы не добрались до городского рынка, который располагался на одной из главных улиц.
Как только мы приблизились, аромат цветов смешался с морем других запахов. Что только тут ни продавалось. Свежие овощи, фрукты, рыба и мясо, горячий хлеб и булочки. Травы, собранные в пучки и развешанные на веревках, свечи и книги занимали целые лавки. Продавалась и готовая одежда: юбки, корсеты, платья, обувь, что удивило и порадовало меня. Мне хотелось остановиться, рассмотреть все поближе. Но шаг у Габриэля был широкий, и продвигался вперед он очень быстро. Стоит на секунду зазеваться, и я тут же потеряюсь в толпе.
– Платки! – размахивая сразу целой охапкой пестрых платков, кричала тучная женщина в коричневом переднике и смешном чепчике, под которым прятались рыжие с проседью волосы, – Варгагские платки!
– Недорого, загадочная моя, – улыбнулась она мне, внимательно вглядываясь в мое лицо маленькими и заплывшими жиром глазками, хватая за руку и подходя слишком близко. От нее пахнуло удушливым запахом пшеничного эля и пота.
Я невольно отшатнулась. Но Габриэль поддержал меня за локоть, остановившись вслед за мной, а когда женщина его увидела, улыбка сползла с ее лица, и, отведя от меня взгляд, она спряталась за прилавок.
Остаток пути мы уже прошли спокойно, никто не отважился приставать ко мне, видя Габриэля за спиной. Мельком я разглядывала прилавки. Украшения, специи, снова свечи и травы, прилавки с различными склянками, содержимое которых осталось для меня загадкой. Но подавляя желание остановиться, я шла вперед.
Путь до обители постоянно вел в гору, петляя зигзагами вверх. Мне была приятна физическая нагрузка, после нескольких часов в седле хотелось размяться. Я старалась не заглядывать в дома, из которых доносились голоска и смех, а с подоконников раскрытых свисали цветы. Когда мы уже прошли мимо домиков, и оставалось совсем чуть-чуть, я остановилась и посмотрела на открывшийся с высоты, поверх пестрых черепичных крыш, вид.
Бескрайний лес вокруг расстилался махровым ковром от подножия и тянулся в ту сторону, откуда мы пришли, точнее, меня привели, и терялся где-то вдали, в той же стороне были горы со снежными шапками на вершинах. Никаких вышек сотовой связи, антенн и проводов, тянущихся повсюду, оплетая дома. Чуть ближе на противоположной стороне виднелись скалистые горы, поросшие травой и кривыми соснами, как та, на которой мы находились. Может, среди них была гора, на которую меня перенесло порталом.
Поднявшись выше, к каменным стенам, переходящим в отвесную скалу, мы прошли через деревянные ворота, которые оказались открыты, и попали на большой внутренний двор, даже целую площадь, мощеную гладким белым камнем. Территорию окружало строение в два этажа, напомнившее мне монастырь. Покатая крыша с серой черепицей. Немного шершавый камень песочного цвета, небольшие, застекленные окна. В центре площади двухуровневый фонтан, усаженный зелеными растениями и больше напоминавший миниатюрный водопад.
За этим строением возвышалась башня почти без окон, только на самом верху несколько больших проемов с колоннами и полукруглых, вытянутых окон, выглядящих словно пустые прищуренные глазницы. Башня была широкая, из белого камня с розоватыми прожилками. Она казалась огромной, а солнечный свет, отражавшийся от нее, слепил. Сооружение было величественным и совсем не вписывалось в общую картину обители ордена Света, да, пожалуй, и всего города. Как рассказал Габриэль, зал, где заседал правящий совет магов, находился почти на самом верху. А еще выше, на крыше, была Арка-портал, такая же, что перенесла меня в этот мир. Остальные этажи занимали библиотека с архивом и служебные помещения. Саму башню окружала зеленая лужайка размером с небольшое футбольное поле, чуть дальше я приметила сады с цветущими деревьями. Хранители и служители обители жили в небольших комнатах, расположенных в той двухэтажной постройке, вокруг площади с фонтаном. Там же имелась кухня с небольшой столовой.
Вся обитель была такой простой, сдержанной, без каких-либо изысков и излишеств, но в тоже время казалась удивительным сооружением, занимающим всю ровную поверхность у вершины. По углам и у каждого входа стояли глубокие каменные полукруглые чаши, в них тлели пучки трав, от чего все вокруг было в легкой дымке, а воздух пропитался ароматом сухих трав. Чем занимались хранители и что они охраняли – Габриэль меня не просветил. Не сильно то и хотелось, собственная судьба пока волновала больше.
– Первым делом на совет, – сказал Габриэль и потянул меня за локоть к сквозному проходу в здании, за которым находились зеленая лужайка и вход в башню. Будто я и так не шла за ним.
Я послушно плелась, не очень заботливо придерживаемая под локоть. Массивные деревянные двери были распахнуты. Мы столкнулись на пороге с двумя фигурами в таких же светлых балахонах, какой носил Эрвин, только эти были подпоясаны металлическими цепочками, и мне показалось, что под ними у магов не было одежды. Пряча руки в рукава, а лица за капюшонами, не поднимая на нас глаз, они проследовали в ту сторону, откуда пришли мы с Габриэлем.
Подтолкнув меня к лестнице, сам Габриэль пошел следом. Не думает же он, что я предприму попытку сбежать сейчас, поднявшись так высоко и устав с дороги?
Если сравнить с подъемом в гору через город, то лестница, ведущая наверх башни, казалась пустяком, хотя высота была почти с семнадцатиэтажный дом. Оказавшись наверху, Габриэль остановился на последнем лестничном пролете, где до нас донеслись голоса. Жестом он показал мне, чтобы я молчала.
– Хранители прочесали весь город.
– И никто не замечен в использовании темной магии.
– Будем надеяться, что та кучка отступников во главе с Дабиусом была единственной.
– Если кто-то и появится, то без книги им будет сложно завершить ритуал, – проговорил Эрвин, и что-то тяжелое упало на стол. Его голос казался самым молодым. – Джубба, – обратился к кому-то верховный хранитель, – разместишь книгу в хранилище, рядом со светлой летописью, нужно изучить ее.
– Ее нужно уничтожить! – вскричал кто-то.
– Да, зачем она нам?! – подхватили остальные.
– Я уже пытался это сделать, как только нашел ее, но ничего не вышло. Она словно соткана из Тьмы, или та слишком хорошо ее защищает. Изучим и, может, найдем способ уничтожить.
– Тогда нужно казнить женщину из другого мира, – прокричал кто-то противным голосом, – раз мы не можем уничтожить книгу.
– Гонкан, что ты такое говоришь, – послышался голос другого мужчины. – Мы не можем убить ни в чем неповинную женщину. Чем мы тогда лучше темных?
– Для этого у нас есть люди, Айер, – пробурчал противный голос, что принадлежал, кажется Гонкану, – и их мечи.
– Давайте лучше вернем Альхона, – предложил кто-то.
– Не неси ерунды, Лабор, Альхон пожелал остаться в мире Света. И мы не владеем знаниями призыва великого духа.
– У нас есть книга темных, – продолжил Лабор. – Ритуалы не могут сильно отличаться. Нужно только уговорить женщину из другого мира пойти на это добровольно. Раз она здесь, то пусть принесет пользу нашему миру.
– Да, хорошая мысль, – поддержали некоторые. – Мы не знаем, удастся ли нам также успешно охранять границы с Мертвыми землями без Альхона.
– Мы не можем помочь девушке вернуться домой, так пусть хотя бы она послужит благим целям.
– В конце концов, в этом предназначение женщин – рожать потомство.
– Я все же думаю, лучше избавиться от нее, она несет угрозу, – настаивал на своем Гонкан, мужчина с противным голосом.
– Среди женщин кочевников много тех, кто все еще поклоняется великой Богине, они верят, что ее храм уцелел и она вернулась из мира Света тысячу лет назад, в прошлую ночь Адамаста с последним великим жрецом ордена Тьмы. Великая Богиня могла бы вернуть девушку домой, первородному магу для открытия портала не нужна ночь Адамаста.
– Ты сам отправишься через Мертвые земли проверять бабьи сказки, Айер? – злорадствовал противный Гонкан. – Даже если бы это было правдой, отправляться в Мертвые земли ради возвращения этой женщины домой было бы верхом идиотизма!
Тоже мне светлые маги. Один предлагает убить, другой сделать инкубатором по рождению первородных магов. По-моему, они ничем не лучше темных.
– Девушку никто не тронет, – не терпящим возражения голосом отозвался Эрвин.
Его голос был самым молодым и спокойным в отличие от остальных голосов, принадлежащих явно мужчинам преклонного возраста, склонным разводить склоки.
– Я предлагаю поселить женщину из другого мира на территории ордена, – продолжил Эрвин, – и ждать, пока адепты ордена Тьмы не проявят себя, если таковые еще остались. Лабор предлагает вернуть первородного мага, и в этом тоже есть смысл, в конце концов, если дух не пожелает вернуться в наш мир, то никакой ритуал не заставит его это сделать. Можно будет рассмотреть эту возможность при условии, что девушка согласиться добровольно. Отправляться на поиски храма великой Богини никто не решится, Айер, еще никто не возвращался из Мертвых земель, а вариант избавления от девушки посредством лишения ее жизни, пусть и от рук людей, Гонкан, противоречит принципам ордена Света.
Эрвин сделал паузу и продолжил:
– Подведем итоги. У нас два варианта: первый – это оставить девушку при ордене и ждать, когда адепты ордена Тьмы проявят себя, если таковые остались, второй вариант – изучить ритуал темных и склонить девушку добровольно стать матерью первородного мага. Итак, голосуем, – он говорил уверенно и спокойно.
Послышались шушуканья, потом все замолчали, и снова заговорил Эрвин:
– Голоса разделились, и это значит, что окончательное решение остается за мной, но я не готов принять его сейчас и озвучу его на следующем собрании, которое состоится не раньше празднования дня Сома.
Габриэль потянул меня за собой наверх и, преодолев оставшийся лестничный пролет, мы оказались в просторном зале, который был разделен колоннами на две части. В одной располагался овальный стол из такого же камня, что и вся башня. Массивные прямые стулья с подлокотниками и прямоугольными спинками из светлого дерева, были заняты восемью пожилыми мужчинами в белых балахонах. Во второй части зала не было ничего, только окна были чуть шире, чем на других этажах, поэтому свет заливал помещение. Маги начали подниматься из-за стола, когда мы показались им на глаза.
– Анна, разреши представить тебя правящему совету магического мира, – проговорил Эрвин, обращаясь ко мне и показывая жестом подойти ближе.
Старые маги начали перешептываться между собой, но кто-то отважился и подойти ближе.
– Анна, – худой пожилой мужчина с короткими седыми волосами, заостренным подбородком и римским носом внимательно посмотрел на меня выразительными голубыми глазами и, взяв мою руку в свои ладони, представился, – я, Айер, представляю интересы Пустынных магов, надеюсь, наш мир не разочарует вас. – Он слегка улыбнулся и, отпустив мою руку, отправился в сторону лестницы.
