Текст книги "Stargate Commander: История "Рассвета" (СИ)"

Автор книги: Александр Черный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 41 (всего у книги 47 страниц)

Краем глаза скосился на сидящую за пультом штурмана Аньку. Биолог едва заметно пыталась кусать губы, явно испытывая некий дискомфорт. Возможно, фантомные боли после прострелянной груди. Или просто флэш-беки какие-то мучают.

Спорить с мелкой не стал. Хочет – пусть благодарит. Доброе слово и кошке приятно.

Хотя я решительно не видел поводов вешать на меня то, чего не совершал.

Ладно бы, в составе подразделения штурмом отбил заложников. Или в перестрелке уничтожил боевиков. На самый худой крайний случай, вывел бы кого-нибудь по-тихому, пока бойцы отвлекали б люсианцев огнём. Это да. Это понимаю. А так…

Под нами проплывал высокий инопланетный лес, не просматриваемый визуально никак и ни под каким углом. Не зная скорости роста деревьев на этой планете, не могу сказать, как долго тут никого не было. Но индустриальная застройка заросла капитально. Счёт явно не на десятки и даже не на сотни лет.

«Увидеть» находящееся внизу помогали бортовые сканеры ал`кеша. На оперативном экране рабочего поста командира корабля вырисовывались схематические очертания ландшафта. Пока что искомое не находилось, но это лишь вопрос времени. Так или иначе, разбитая пехота не могла далеко уйти.

С рабочего поста штурмана раздался предупредительный звуковой сигнал тревоги автоматической системы оповещения.

– О, – безэмоционально доложила Рыкова-старшая. – Новая сигнатура позади нас.

И буквально секундой позже корпус нашего ал`кеша знатно содрогнулся от неслабого удара: в нас попало что-то увесистое и ощутимое.

Первое, что должен сделать экипаж ал`кеша, подвергнувшись нападению (а удар на скорости в небе чужой планеты вряд ли можно считать случайной аварией) – увеличить скорость и занять максимально выгодную высоту. У этого типа кораблей нет возможности похвастаться широкими углами атаки и обстрела цели. Всего одна-единственная турель под брюхом вертится на 180 градусов, покрывая всю нижнюю полусферу. Корабль абсолютно беззащитен при нападении сверху. Хоть на метр цель выше, чем могут подняться твои орудия – и тебе крышка.

Корабль вздрогнул второй раз: это уже я подал всё, что можно было, в двигатели и начал стремительно, насколько позволяла масса и инерция стометровой дуры, набирать высоту. Параллельно разворачивал орудия назад: именно там, со слов Аньки, обнаружилась новая цель.

Сейчас посмотрим, кто тут такой наглый…

Глава 64. Проверенный метод.

Если кто-нибудь сказал бы мне когда-то, что судьба попытается сделать из меня канонира, заставив воевать на корабле гоа`улдов, я б тогда послал его в Пицунду, обрывать растущие на берёзах помидоры.

Потому что воевать с кораблями гоа`улдов нам уже доводилось. Не раз, не два и не десять. Но воевать на них… к такому повороту событий жизнь меня не готовила.

Наличие на борту сразу двух пассажирок резко сужало и без того неширокое окно возможностей. Я существенно ограничен в выборе тактики противодействия. Первый шаг – понятно, набрать максимальную скорость и высоту, завладев преимуществом. Но это лишь полумера. Враг – не дебил, раз догадался зайти нам с кормы. Он не будет висеть на месте ровно, дожидаясь, пока мы разберём его на гайки. Значит, будет маневрировать. Значит, что-то станет предпринимать. В обычных условиях я могу рискнуть: тот же таран, например, применить. Столкновение по касательной двух сараев массой под сто тысяч тонн каждый гарантированно спишет в утиль оба борта. Но и шансов при падении на землю оставит мало. С девчонками же на борту… не знаю. Теперь придётся думать на ходу.

Орудийная спарка под днищем ал`кеша развернулась по кормовому. Телеуправляемая система наблюдения выдала мне картинку на оперативный экран. Этого и следовало было ожидать.

Резко сбросив свою маскировку, где-то в километре позади нас из ниоткуда возник ещё один ал`кеш. И это проблема. Потому что, если мы уже нашли их два, то кто сказал, будто этим всё и закончится? Где-то поблизости может быть и третий.

Севший на хвост корабль открыл по нам огонь сразу же, как только вышел на траекторию стрельбы. И что особенно хреново для нас – он занял эшелон на сотню метров выше. Мы тоже не лаптем щи хлебали: ускорились и начали набор высоты через минуту после того.

Масса, инерция, ускорение… этот грёбаный звездец мне знатно в учебке крови попил. Преподаватели заставляли нас решать эти грёбаные уравнения, регулярно меняя переменные в них. И ладно бы, дело кончалось лишь на математике. Так ведь нет. Основой боевой и технической подготовки был навык применения этих расчётов относительно заданной оперативной ситуации. Дают тебе какую-нибудь невыполнимую вводную, по типу перелёта с недопустимым перегрузом в условиях ограниченного запаса энергии, а с тебя спрашивают расчёт её расхода со временем, необходимым для полёта. И в задаче не может быть неправильного ответа: ошибся – и твой условный корабль рухнет без единого милливольта напряжения в бортовой сети. А, на минуточку в технике гоа`улдов работа абсолютно любой системы потребляет из неё энергию. И всё это надо учесть. По итогу обучения ещё на этапе аттестации я вбил себе в шпаргалку, что в любой внештатной ситуации необходимо отрубить все лишние потребители. Зачем тратить время на расчёт расхода энергии, когда можно искусственно создать её переизбыток? Пусть расходуется себе на здоровье.

Состояние источника энергии ал`кеша и энергосети корабля меня условно удовлетворили ещё на этапе осмотра перед вылетом. Может, существенной необходимости в столь радикальных мерах и не было. Но лежащая на пульте управления головного терминала рука машинально начала отключать систему за системой, оставляя лишь самый необходимый нам сейчас минимум. Зачем нам гипердвигатель? На хрена жизнеобеспечение? К чему транспортные кольца…?

Кстати, а это идея… Есть два ал`кеша. На каждом – по установке транспортных колец: устройства перемещения людей и грузов на сравнительно небольшие расстояния. Если я тут, то могу воспользоваться кольцами и окажусь перемещённым на борт преследующего нас корабля, где изнутри смогу попытаться развалить экипаж корыта. Правда, сработает это лишь при двух условиях: транспортная система исправна на обоих кораблях и экипаж преследователя не слишком многочисленный.

Сейчас мне необходимо время на раздумья и разработку плана. Ускорение – задали. Набор высоты – нос в небо, и полетели. Маскировка – накинуть. Если мы не увидели ал`кеш под маскировкой, то и он нас обнаружить не должен.

Набор высоты тяжёлой дурой – чрезвычайно медлительное занятие. Запас по мощности позволяет двигателям этого корабля противостоять гравитации планеты класса газового гиганта. Будучи захваченный гравитационным полем, ал`кеш без особого труда сможет набрать необходимое ускорение и покинуть его. Но время развития полного хода непозволительно большое. В космосе – да, вопросов нет. Хотя даже там есть сила противодействия… В атмосфере же планеты маневренность и ускорение категорически снижены.

Зато маскировка дала нам некоторое время перевести дух и придумать тактику противодействия. По крайней мере, нас не расстреляют сразу: система наведения гоа`улдов не в состоянии захватить цель, скрытую от обнаружения. Пока не покажемся опять, нас не атакуют.

Но и противник не дурак. Как только мы скрылись, свою «мантию-невидимку» накинул и преследователь. Теперь остаётся только думать.

Секунд тридцать на мостике было тихо.

– Это что было? – отрывисто спросила Юлька.

– Нам поджарили корму, – пожал плечами я. – Видимо, выжившие из десанта люсианского союза. Позади нас второй ал`кеш образовался.

На первый взгляд видится странным, почему корабли люсианцев атаковали друг друга ни с того, ни с сего. Но, если так подумать, то всё логично.

Десант был заодно с Мелиховым и его людьми. Слишком слаженно совпали по времени атака на укрепрайон и захват заложников. Значит, майор с «люсиками» был на короткой связи. Мелихова ждал ал`кеш. Значит, они координировали действия. Опять же, короткая связь. Ал`кешу надо было откуда-то взяться. Значит, он прибыл в составе какой-нибудь авиационной группы самих «люсиков». «Люсики», потерявшие и ал`кеш, и группу Мелихова должны были догадаться, что их рыдван прибрали к рукам. Вот и разметили свой бывший кораблик как ныне враждебную цель. Мы появились на радаре – нас обстреляли. Всё логично.

Так ли оно было на самом деле – неизвестно. Я не оракул. Но на месте обстрелявших нас размышлял бы именно таким образом.

Мои домыслы подтвердила Анька:

– Нас обстреляли без разговоров, – сообщила Рыкова-старшая. – Запросов «свой-чужой» не поступало. На связь никто выйти не пытался.

Но вот тут, если подумать ещё лучше, могла быть другая ветка: «люсики» «в контрах» с Мелиховым, и ал`кеш, ожидавший майора, хотели сбить просто потому что. При любом раскладе и вне зависимости от. Разглагольствовать на эту тему можно долго: фантазия богатая. Применительно к текущей оперативно-тактической ситуации нам это мало чем поможет. Мы же не будем выходить на связь с недругом и спрашивать, где им насолили? Помнится, предыдущий подобный запрос со стороны люсианцев я одарил довольно жёсткой формой ответа.

Высота пятьсот метров, шестьсот, семьсот и продолжает увеличиваться. Падает скорость набора высоты: каждая сотня метров даётся медленней, чем предыдущая. Но тут уж сказывается конструктивная особенность в виде дичайшей массы и относительно небольшая начальная скорость.

Я быстро думал, что происходит и чем нам это чревато.

Выбора у нас нет. Встреча с противником произошла относительно недалеко от лагеря: двигаясь по спирали с укрепом в центре, мы не отошли на большое расстояние. Между нами и точкой старта сейчас всего несколько километров. Значит, лагерь под ударом вражеской авиации. Что должна сделать вражеская авиация при обнаружении твоей? Правильно. Уничтожить в точке базирования. Вывод – наши «прыгуны» под угрозой. И счёт буквально на секунды, потому что координаты лагеря известны люсианцам. Больше чем уверен, что Мигунов выставил дежурного на пульте «прыгуна», чтоб сканировал окрестности бортовым радаром. Но от внезапно материализованного над точкой базирования ал`кеша это не спасёт.

Вопрос о том, применять ли связь для предупреждения, даже не стоял. Шанс быть раскрытыми по оконечности установленного радиомоста в данном конкретном случае несёт нам куда меньшую угрозу, чем риск для лагеря быть разбомбленным. Пока это «прыгуны» поднимутся в воздух… два десятка компактно стоящих брусочков можно разобрать на шайбы буквально за пару минут.

Рука потянулась в подсумок на разгрузке и достала оттуда приёмопередатчик гоа`улдов.

– «Звезда», ответь «Рассвету», – зажатая тангента понесла в эфир мои сигналы.

Чистота голосовой связи на технике змеёнышей не в пример лучше, чем на земном радио. Это автоматически отметает необходимость дважды и трижды повторять передачу в расчёте на то, что одно из нескольких сообщений не дойдёт до абонента или будет получено искажённым помехами.

– Слышу тебя, «Рассвет», я «Звезда», – ровным голосом отозвался полковник через несколько секунд. – Ты рано.

– Рана у барана, – резким хамоватым ответом дал понять военнослужащему, что ситуация близка к критической. – Все «прыгуны» немедленно в воздух. Возле лагеря ал`кеш противника.

– Понял тебя, – до офицера быстро дошло, что такое аэродром базирования под ударом бомбардировщика-штурмовика. – Возвращайся. Прикроешь сверху.

– Уже.

С наибольшей долей вероятности могу предположить, что устройства связи гоа`улдов, используемые люсианцами, имеют сопряжение с кем-то на третьей стороне. Если мы можем «вешать» на один канал неограниченное количество слушателей, то кто сказал, что только две «рации» червяков могут общаться в эфире одновременно? Почти наверняка наши передачи слышат. А раз это слушают шарящие за земную технику «люсики», то нет большой разницы, пользоваться их техникой или нашей. Нас вскроют и прослушают при любом раскладе.

Высота уже километр. На таком эшелоне видно очень даже многое, включая расположение лагеря.

Наш ал`кеш добрался до базы как раз к тому моменту, когда «прыгуны» один за другим нестройным роем начали взмывать в небо и занимать различные эшелоны.

И похвалить хочется, и наругаться охота. Молодцы тем, что сообразили не сбиваться на одной и той же высоте. Меньше шансов столкнуться при горизонтальном движении. Кто-то занял «сотку», кто-то тузил на ста двадцати метрах, кого-то понесло на сто пятьдесят и так далее. Додумались и разойтись чуть в стороны от точки базирования, заняв широкую окружность рядом с лагерем, а не зависли там, откуда взлетели. А ругаться громко и матом буду оттого, что взлетели, но пренебрегли маскировкой. Хоть сейчас со своего борта могу начать обстреливать их, как в тире.

Чести и достоинства лётного состава ради стоит сказать, что орудия ал`кеша действительно медлительны для «прыгунов». Сбить из них кого-то можно только случайно или подловив на линейном движении без смещения. Так что тактически ошибка значимая, но в данном конкретном случае простительная.

Хорошо. Одной проблемой меньше. Полностью боеготовый аэродром – так себе мишень. Шансов уйти целым после отработки по ней немного. Будем считать, что противника спугнули и бомбить наш лагерь он сейчас не рискнёт. А дальше что делать? Мы можем висеть, как дирижабли, сутки напролёт. Нашему трофейному ал`кешу даже садиться не придётся: припасы для экипажа можно транспортными кольцами поднимать на борт. И сколько это продлится? Тут уже начнётся охота и соревнование на терпение с выдержкой.

Надо найти полевой лагерь боевиков союза. Надо ликвидировать живую силу противника и уничтожить/захватить их авиапарк.

Но как? Ладно, хрен с ним. В приоритете – авиация.

Раз мы не можем обнаружить цель самостоятельно и нам не под силу её ликвидировать лично, то воспользуемся уже проверенным методом.

При доразведке сектора, в котором нашли «Судьбу», мы с Мигуновым применили тактику роя снарядов Древних. Эти дроны, будучи выпущенными, используют для общения между собой и арсеналом несущего их корабля выделенный канал связи. Так весь рой понимает, какая часть боезарядов какую цель захватила, и не ломятся всем скопом в одну форточку. А если учесть, что оптический диапазон этим снарядам на хер не впёрся, то оптическая маскировка не сильно-то мишени и поможет. Даже при условии, что она делает цель радиопрозрачной и мешает обнаружению привычным нам радаром: диапазон «видения» снарядов Древних одним только радио не ограничивается. Там и инфракрасный спектр, и ультрафиолетовый, и серо-буро-козявчатый малиновый в крапинку, и тепловой… Проще перечислить, в каких условиях эти дроны бесполезны.

Рука подняла приёмопередатчик и зажала тангенту.

– «Звезда», – я позвал полковника. – Ответь «Рассвету».

– На канале, – оперативно отозвался офицер.

– Ты помнишь, как мы разобрались с мелочью перед высадкой с «Авроры» на «Судьбу»?

– В общих чертах.

– Повторить сможешь?

Связь на какое-то время замолчала. И небезосновательно. Полковник Мигунов – офицер, руководитель, управленец. Его мозг до отказа забит административными протоколами, распоряжениями, приказами и уставами с наставлениями. О тактике применения отдельных видов вооружения осведомлён в рамках необходимого по занимаемой должности, но не более того. Уметь стрелять из автомата по человеку и суметь заставить автомат попасть в голову врага на большой дистанции – это разные вещи. На дистанции до ста метров даже обезьяну учить стрелять не надо. А подготовка снайпера – отдельная специализация. Так и тут. Палыч мог бы запросто сбить активно светящуюся цель в небе даже из ЗУ-23, особо не напрягаясь. Но умеет ли он управлять роем снарядов Древних?

– Только, если проконсультируешь, – отозвался Мигунов. – Я так понимаю, надо не просто выпустить весь боезапас в небо на свободную охоту?

– Можно и так, – согласился я. – Тогда есть риск сбить своих же.

– Дай мне время. Подниму твою «птичку». Ей как раз боекомплект загружали.

Категорически вовремя.

Рыкова-старшая неприкрыто хмыкнула в голос, а Юлька заинтересованно повела бровью.

– Ты что-то придумал? – спросила мелкая.

– О, да! – протянула Анька, с безучастной вальяжностью ковыряя ногтем панель рабочего поста штурмана. – Сейчас будет фейерверк.

Юный гений устремила взор на оперативный экран, где на картинке с радара новая отметка «прыгуна» поднималась в воздух. Полковник «Звезда» изволил испить кровушки супостата и поднял машину на крыло.

– «Рассвет», – приёмопередатчик в руке ожил. – Я на месте. Что делаем?

– Снарядов сколько? – осведомился я.

– Загрузили восемь штук из двадцати.

Даже с переизбытком хватит. Ал`кешу столько не требуется.

– Сейчас ничего не делай, – предупредил офицера. – Дослушай до конца. По команде действуй. Необходимо последовательно выпустить четыре снаряда без захвата и поводки цели. Полётное задание не должно быть заложено. Как только четвёртый снаряд уйдёт, вызывай их сопряжение с бортовым компьютером. В удалённом режиме дай задачу выстроиться в фигуру пирамиды, дроны необходимо расположить по её вершинам. Построение должно иметь грани не меньше нескольких сотен метров. Очерёдность выпущенного снаряда на место в формации не влияет. Потом задай вводную «поиск и уничтожение». Программа сама запустит рой искать противника. Всё, что окажется внутри пирамиды, будет сочтено за врага и обстреляно. Как понял, приём?

– Принял, – повторил полковник. – Выпускаю четыре снаряда без полётного задания. Выстраиваю в пирамиду по вершинам. Расстояние между дронами – несколько сотен метров. Даю задачу «поиск и уничтожение». Стараюсь не попасть внутрь формации.

– Точно.

– Выполняю.

Сразу видно, что у Мигунова мало практики с «прыгунами». По итогу, задуманное полковник осуществил, но на это у него ушло довольно много времени.

Краем глаза ловлю на себе восхищённый до щенячьего восторга взгляд Юльки. Заметившая сотворение кумира Анька удовлетворённо хмыкнула и оставила ситуацию без комментариев. Биологу не привыкать: подобное тактическое решение она уже видела, но только в моём исполнении. Сейчас устраивать геноцид будет полковник Мигунов.

Как по команде, прочие поднятые в воздух «прыгуны» ринулись врассыпную, освобождая небо над лагерем. Нам тоже надо бы поторопиться. Дроны не знают, какой ал`кеш кому принадлежит. Если попадём внутрь формации снарядов – то по нам и отработают. А мы сейчас на километровой высоте. Падать больно. Я проверял.

Долго ждать не пришлось. Уже на том этапе, когда снаряды Древних покинули борт выпустившего их «прыгуна», можно было ставить чайник и идти курить бамбук. Уйти от самонаводящихся дронов не смогла ещё ни одна техника гоа`улдов.

Первый взрыв раздался через несколько минут в паре километров от нас. Через минуту лишившийся маскировки ал`кеш люсианцев обзавёлся ещё одним расцветшим от разрыва снаряда пламенным цветком. По прошествии минуты третий взрыв прорвался изнутри: дрон прошёл обшивку и сдетонировал во внутреннем объёме бомбардировщика. Последний четвёртый залп пришёлся аккурат в область ходовой группы: двигатели разнесло, озарив нестерпимо яркой вспышкой, казалось, всю окрестность лагеря. Дура массой под сто тысяч тонн начала камнем заваливаться вниз с высоты в несколько сот метров.

Даже, если кто-то и выжил после обстрела, шансов при падении об грунт просто никаких. В особенности, когда на месте падения ал`кеша поднимается инфернальное шаровое облако огня от сдетонировавшего топливного запаса. Искать выживших там просто бессмысленно.

Глава 65. Это великолепно, но это не война. Это безумие! – 2

Наблюдая пылающее облако от сдетонировавшего топлива на борту разразившегося инфернальным пламенем ал`кеша, пытался думать план. Непривычное это занятие для техника: в тактика играть. Мне бы железки крутить, а не вот это вот всё…

Абсолютно очевидно, что простой поиск сверху мало что даст. Точно так же, как нас обошёл сзади один ал`кеш, может обойти и другой. В этот раз нам повезло: при обстреле супостаты не попали ни во что критическое, да и мы были готовы к подобному. Быстро среагировали и предприняли контрмеры. Ну, а как учтут ошибки и повторят? Допустим, с меньшего расстояния атакуют или вовсе выполнят по нам бомбометания? Тогда нам точно крышка. Щиты ал`кеша довольно дрянные. Вон, догорающему в термоядерном пекле сараю четырёх снарядов Древних за глаза хватило.

Лучший бой – этот тот, которого не было. Остаётся забуриться в базу и не высовывать носа. Просто принять к сведению, что в лесу опасно, потому что там бабайки. Но волков бояться – в лес не ходить. Мы же не будем заперты тут навечно? Сидеть в глухой обороне и ждать прибытия «Атлантиды», конечно, весело, но не в наших правилах. Ладно бы, противник превосходил количественно или качественно. Однако у нас и авиации, и личного состава больше. Зачем терпеть, когда можно не терпеть?

А противник, к слову, тоже не дурак. Раз использовал тактическое преимущество в виде маскировки и грамотно зашёл с тыла, значит, кое-что умеет. Недооценивать его нельзя.

Думай, башка, «Алтын» куплю… как бы я действовал на месте вражеского командира?

Дано: рассеянная после отвлекающего штурма укрепрайона пехота, вооружённая разномастной шелупонью. На руках наверняка есть раненые. После любого штурма всегда есть раненые. Не пулями, так осколками.

Данная рассеянная пехота отошла в лес и укрылась под сенью массива, отступив куда-то вглубь. Датчики ал`кеша ничего не фиксируют. Почему? Потому что нет никого живого, кого могли бы зафиксировать датчики.

Это возможно в двух и только в двух случаях. Первый вариант – поблизости реально нет никого. Просто смылись. Взяли и отошли так далеко, что мы их не достаём. Но пешим порядком с ранеными на руках так далеко за такое короткое время не отойти. Даже, если раненых добить, как балласт. Значит, использовали транспорт: условный третий ал`кеш. Второй вариант – этот самый условный третий ал`кеш и используется как прикрытие, потому мы никого не видим.

Смысла отлетать далеко и надолго нет. Пусть мы отбили штурм, но пехота должна зализать раны, отдохнуть. Штурм укрепа из «зелёнки» с наскока, без предварительной артподготовки и поддержки авиации – мягко говоря, нетривиальная задача, граничащая с самоубийственной безбашенностью. Значит, они должны отдыхать. Но где? Просто зарыться в лесную подстилку? Мы бы их увидели. Допустим, они где-то рядом. Почему не видим? Потому что маскировка.

Любое генерируемое поле от любого источника имеет возможность масштабирования. Это справедливо как для элементарных явлений, так и для высокотехнологичных устройств. К примеру, взяв магнит большей силы, мы получим большее по радиусу действия и напряжённости магнитное поле. Например, подав большее напряжение на источник освещения, мы спровоцируем более интенсивный световой поток. Также, если подать больше мощности на радиоизлучатель, мы приобретём большую по площади покрытия или дальности действия радиосеть.

Такими же свойствами обладают и генераторы щита, и генераторы маскировки. Оба поля, продуцируемые своими аппаратными мощностями, могут изменяться по напряжённости, и, как следствие, по потребляемой энергии. Если на тот же генератор силового поля подать больше энергии и изменить конфигурацию самого поля посредством тонкой настройки на контрольной панели кристаллов, то щит растянется по площади и приобретёт большее напряжение. То же самое и с маскировкой: действуя по тому же принципу, можно растянуть поле подавления, сделав непроницаемой для сенсоров большую область.

Аналогичным образом мы поступали на Даккаре, когда после отбоя личный состав собирался в развалинах древних храмов гоа`улдов и квасил местное бухалово. Особисты за этим рьяно следили и всячески отслеживали нарушителей дисциплины. В том числе не гнушались использованием трофейной техники этих самых гоа`улдов, с помощью которой по сигнатурам отслеживали живых (мёртвые не бухают). Как следствие, ушлые технари из числа наиболее активных «синяков» придумали ставить самопальные «глушилки», собранные дендрофекальным способом (из говна и палок) прямо на коленке. Система проста, если знаешь, что и как делать. Небольшого маломощного источника энергии ей хватало, чтоб надёжно скрыть от обнаружения небольшую толпу в пять-десять человек рыл.

Значит, если противник не дурак (а повода считать себя таковым пока что не давал), можно предположить, что где-то неподалёку сидит очередной ал`кеш, и, прикрыв своим полем пехоту на земле, маскирует её от наших сенсоров. Версия работает?

На полсотни процентов.

Вторые полсотни процентов даю на то, что они, всё-таки, собрали манатки и убрались восвояси. Куда – неважно, это уже отдельный вопрос. Могли найти что-нибудь надёжное для укрытия: какую-нибудь заброшенную базу или чей-нибудь укреп по аналогии с нашим. Могли отыскать что-то, что поможет им соперничать с нами по огневой мощи.

Вот эту версию, кстати, не стоит отметать совсем. Мы – на заброшенной планете Древних, где располагались верфи для строительства космических кораблей. На поверхности – тонна производственных мощностей, начиная от добычи руды и заканчивая стапелями завода. Мы с Рыковой самолично видели эти верфи вживую и даже исследовали приёмную зону склада. Видели готовые к погрузке в плавильные печи слитки. Значит, где-то есть ещё производства, эти самые слитки изготавливающие. А любой производственный объект – это адский по своей сути укрепрайон, который даже авиабомбы не всегда берут.

Первую версию отработать просто. Ал`кеш – довольно габаритный корабль в несколько десятков метров в поперечнике. Вокруг – сплошной лес. Настолько, что буквально яблоку негде упасть. Прогалин и полянок нет. Ещё не тайга, но уже не ухоженный ГОЭЛРО лес в Подмосковье. Значит, если обнаружим свежий поваленный лесоповал или просто крупную плешь, где, в теории, мог бы приземлиться ал`кеш, то там, с наибольшей долей вероятности, корабль и сидит. А там трава не расти: отработать по предполагаемому месту из бортового вооружения нашего бронесарая и для гарантии прошерстить вокруг метров на сто или сто пятьдесят. И дело сделано.

Почему именно столько? Привычка. Когда разворачиваешь, допустим, наземную станцию управления дроном или просто оперативный штаб/командный пункт, никто и никогда в здравом уме не расположит антенный комплекс сразу над ним. Обычно, по демаскирующим признакам (а антенны – как раз они и есть) при первейшей же возможности «прилетает» арта. Как правило, любые демаскирующие признаки стараются относить как можно дальше от защищаемой цели. Мы, например, тянули коаксиальный кабель именно на столько. Дальше не имело смысл: Слаботочный сигнал от маломощного оборудования затухал и нередко требовались усилители с репитерами. Ближе – опасно: близкий разрыв от 152 миллиметра или сопоставимого по огневой мощи боеприпаса мог разнести и антенны, и нас рядом с ними.

Если противник хоть немного умеет думать, он понимает, что свежий лесоповал на заброшенной планете – самый демаскирующий признак из всех возможных. Значит, личный состав будет отстоять от него так далеко, как позволит техническая возможность. Бесконечно растягивать маскирующее поле тоже не выйдет. Значит, боевиков люсианского союза стоит искать где-то рядом с прогалинами. Насколько рядом – зависит от безбашенности боевиков и их готовности пожертвовать надёжностью и непроницаемостью поля в угоду площади покрытия.

Расходовать на такую прочёску боезапас «прыгунов» – безумное расточительство. По крайней мере, до тех пор, пока не найдём мощности для производства снарядов по технологиям Древних. Безусловно, дай нам с «Ёкаем» волю – и мы с Максимычем приварим на каждый «прыгун» по ДШК, КПВТ, ШКАССу и ещё кормовую ГШ-30-1 присобачим. Но основное вооружение корабликов – дроны, которых негде взять. Оставим на самый крайний случай. Прочешем ал`кешем. Энергетическое вооружение корабля не требуется пополнять на складах.

А уже потом, если никого не найдём в ближайшем обозримом радиусе, то полетим искать, где эти козло3,14доры гребучие могли засесть. В округе много мест, где можно спрятаться. Но не так уж и много тех, что можно использовать с развитием тактического и оперативного успехов.

Рыкова-младшая сосредоточенно смотрела на меня, не мешая думать, но, очевидно, ждала возможности вставить свои пять копеек. Рыкова же старшая сидела за пультом штурмана и всем своим вальяжным видом показывала, что находится на борту только, строго и исключительно ради самоличного увеселения: для неё уже всё известно, чем дело кончится, и она тут чисто чтобы поржать.

– По глазам вижу, что что-то уже придумал, – констатировала Юлька. – По злым и кровожадным техническим глазам вижу. Мне стоит авансом пить успокоительное или это уже не поможет?

– Не думаю, – хмыкнула Анька.

– Тебе уж точно, – бросил я биологу.

Рука зажала тангенту на приёмопередатчике гоа`улдов.

– «Звезда», я «Рассвет». Отлично сработал, цель уничтожена.

– Вижу, – отозвался по удалённой связи полковник. – Неплохая хиросима шарахнула.

– Я пошёл прочёсывать лес, – доложил офицеру. – Оставайтесь в районе лагеря. Есть возможность ещё одного налёта.

– Пехота? – осведомился собеседник.

– Ал`кеш.

Анька со своего поста запустила сканирование. Чисто ради галочки, ибо результаты всё равно не поменялись: как не было на оперативном экране никаких чужих сигнатур, так их и не появилось. Ввод команд – и бортовой компьютер интерполирует результат сканирования, отрисовывая ландшафтную карту.

– Тут негде укрыться, – биолог – не тактик, но и она видит элементарные вещи. – Сплошной сибирский реликтовый лес насколько хватает глаз. В нескольких местах даже что-то, похожее на скальные выступы.

Укрыться – негде. Замаскироваться – вполне.

Вон, к примеру, вижу несколько сравнительно крупных прогалин. Одна из них, кстати, с характерным угольным цветом лесного пожара, как будто кто-то поджёг массив или в это место пришёлся удар с орбиты. Сильного фугасного поражения на местности не вижу. Значит, просто пожар. Но деревья всё равно свалены.

В любой другой ситуации я бы изловчился, попытался минимизировать расход боекомплекта на «прощупывание» противника, постарался бы локализовать район, где враг мог бы спрятать свои силы. Но зачем? А, главное, на хрена? На кой ляд изъё8ываться и пытаться накачать корове подкову через жопу, если можно сделать всё просто, топорно и без изысков? Этих прогалин в округе меньше дюжины. Сейчас просто прочешем их все по очереди, обстреляем, и дело с концом. Тут одно из двух: или угадали, или нет. Или люсианцы заныкались поблизости, или покинули район и улетели на хер.