Текст книги "Stargate Commander: История "Рассвета" (СИ)"

Автор книги: Александр Черный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 31 (всего у книги 47 страниц)

– А шкуры использовать можем? – спросил я. – Сколько туш мы добыли? Сможем из них элементарные матрасы нашить?

– Уже работаем над этим, – подтвердил офицер. – Ещё не всех снабдили, но мяса нам требуется в большом количестве. Шкуры тоже идут в дело. В скором времени решим этот вопрос. Ты, кстати говоря, поел?

– Так точно.

– Тогда оставляй свои дела и пошли со мной. Нас на Земле ждут на совещание.

Глава 47. «Пятиминутка» – 2.

Млечный Путь, рукав Ориона

Земля

Подземное расположение объекта «Город»

«Рассвет»

По прибытию на Землю пришлось чутка форсировать события. Как выяснилось, я немного задержался на задаче. К тому времени, как мы с полковником Мигуновым добрались до коммуникационной платформы и «дозвонились» на Землю, в застенках подземного командного пункта Военно-Космической обороны начиналась «пятиминутка» по теме спасения наших шкур.

Мы с офицером обнаружили себя в телах дежурных связистов, отдыхавших в помещении аппаратной. Уже не стали зацикливаться на таких мелочах, чьи тела нам достались и с какими нашивками ФИО. Просто сам для себя на всякий случай запомнил, что на груди того, в чьём теле оказался Палыч, вышито «Калязин Д.И.», чтоб, при случае, найти его в толпе. Мало ли, разделимся?

Мигунов, видимо, проделал то же самое, скользнув взглядом по нашивке на теперь уже моём кителе.

Встал со своего места, подошёл к двери аппаратной и доложил:

– «Звезда» и «Рассвет». Мы на связи. Нас должны были ждать.

Офицер махнул мне рукой: видимо, его позвали следовать за провожатым. Что ж. Ну, пойдём.

Идти недалеко. Один из соседних кабинетов на этом же уровне, чья тяжёлая воздухоплотная гермодверь подписана классической «уставной» красной табличкой с золотым окаймлением и золотым же шрифтом на поле: «гв. м-р Дегтярёв А.С.». Старые знакомые, однако…

Провожатый, молодой лейтенант, чью фамилию я даже не удосужился посмотреть, остался в коридоре, а нас запустил в отсек, даже не постучав. Хотя, стучать по двухтонной «герме»… Большого ли ума это требует?

В отсеке не сказать, что было не протолкнуться, но количество гостей очевидно превзошло мои ожидания. Не думал узреть тут столько народу.

Гвардии майор Дегтярёв Александр Сергеевич собственной персоной как хозяин местных пенатов.

Лейтенант Косоруков Алексей Михайлович. То ли как сподвижник майора, то ли как задействованный в нашем спасении. В общем, непонятный рак на непонятной горе.

Младший лейтенант Кошкина Кристина Дмитриевна, как, если я правильно понял, племянница Дегтярёва и наиболее «мазаная» «в теме». Это в её теле я оказался во время первого сеанса связи через коммуникационные камни. Соответственно, она – была в моём.

Юля без звания, рода и племени – юный гений, что занималась проблемой нашего возвращения. Судя по всему, как технический специалист со стороны Земли.

Иже с ними, полковник Мигунов, прибывший со мной, как командир экспедиции и старший по званию и должности среди выживших.

И я, ефрейтор с позывным «Рассвет», как имевший дурость ввязаться во всю эту авантюру и, как выразился Палыч, «любезно не давший всем подохнуть в первые сутки инцидента».

Можно ли считать гостем большую маркерную доску – не знаю. Но и полотно размером полтора на три метра, водружённое на свою станину, тоже стояло рядом со столом. Видимо, предназначалось для нынешнего действа.

Дегтярёв поднялся с места.

– Желаю здравствовать, Михаил Павлович, – протянул руку. – Рад вас видеть.

Мигунов обошёл стол и пожал руку майору.

– Взаимно, Александр Сергеевич.

Повернулся к лейтенанту, пожал ему краба.

– Алексей Михайлович.

– Михаил Павлович, – Косоруков привстал с места.

Майор указал нам с полковником на наши места за столом. Кроме нас расселись уже все.

– Сильно мы опоздали? – осведомился Палыч, занимая своё кресло.

Дегтярёв неопределённо покрутил рукой в воздухе.

– Не очень. В особенности, если принять во внимание астрономические расстояния и время.

Александр Сергеевич бросил косой взгляд в свой оперативный ежедневник, почивающий на столешнице одесную офицера. Коротко пробежался по записям и посмотрел на меня.

– Помнится, ты говорил, что «Ortus Malum» окирпичился?

– Так точно, – подтвердил я. – Мы ещё при нахождении на борту потеряли все ключевые системы. Их что-то выжгло. Что, собственно, и стало основанием для принятия решения об эвакуации.

– Оживить пробовали? – поинтересовался гвардии майор.

– Даже не пытались, – пожал плечами. – На одиннадцатикилометровом корабле с возрастом старше ох?лиарда лет мне одному делать нечего. Там полнокровный экипаж нужен и наземный док. Причём, не абы какой, а именно для этого класса кораблей.

– Врата тоже потеряны? – на всякий случай уточнил он.

– Так точно.

Юлька между делом восторженно потирала лапки, будто только что удалась величайшая шалость во вселенной.

– Ты чего такая весёлая? – поинтересовался я.

Юный гений посмотрела на меня озорными глазками.

– Кажется, мы нашли способ облегчить ваше существование. Хотя бы на этапе, пока не прибудет эвакуация.

Полковник Мигунов повёл бровью и посмотрел на гвардии майора Дегтярёва.

– Да ладно.

Не спросил, но утвердил офицер.

– Серьёзно? Вот прям так?

Кажется, командир о чём-то догадался сразу.

И, кажется, секундой позже начал догадываться и я.

– Слово нашему юному дарованию, – умыл руки майор. – Пусть расскажет свой гениальный план.

Юлька, подмигнув мне, поднялась с места, одёрнула короткую форменную юбку, обошла стол и встала возле доски, торжественно взяв в руку фломастер.

– Для начала, немного трагического экскурса в ретроспективу, – плотоядно улыбнулась девушка.

На доске короткими движениями тоненькой ручки появилось схематичное изображение некоего образования, по задумке художницы являющее собой нечто замкнутое, и, очевидно, безысходное.

– Гравитационная аномалия, – замогильным голосом начала она. – Предположительно – и не безосновательно – имеющая корни происхождения от защитной системы Древних. Абсолютно хтоническая безвыходность. И вообще. Оставь надежды, всяк туда попавший.

Косоруков чуть прыснул со смеху. Улыбнулась и Кристина. Дёрнулся уголок рта у майора. Такие презентации им устраивали нечасто.

На доске внутри образования нарисовался рой точек, очевидно, символизирующий обильное множество попавших туда кораблей различных времён и рас.

– Принципы действия гравитационной аномалии безрадостны, – продолжила Юля. – В отдельно взятом масштабе они усиливают гравитационные связи между объектами. Коэффициент усиления прямо пропорционален тяге, порождаемой попавшим объектом. Развивается ускорение в одно «жэ», противодействие равно тому же. Пытаешься развить десять – десятку и получишь. Отсюда нет разницы, сколько у тебя «кобыл» в багажнике. Лёгкий транспорт или тяжёлый линкор. Кранты всем и каждому.

Тонким фломастером девушка ткнула несколько маленьких точек среди россыпи более жирных.

– Вместе с тем аномалия игнорирует легковесные объекты с небольшой кинетической энергией и/или ускорением. Такие она считает космическим мусором и не задерживает. Хотя может, как выяснилось из инструкции. Зависит от настроек оператором. Отсюда следует, что небольшие борта – тот же «прыгун», к примеру – спокойно могут покидать пределы аномалии.

Всё это докладчица изложила чёрным маркером. Подобрав с доски красный и зелёный, ткнула несколько точек обоими цветами.

– Кроме того. Аномалия различает систему «свой-чужой». Отдельные объекты, заложенные в её память, могут свободно передвигаться в её пределах, используя коды опознавания. Перехватить их невозможно, потому что для ретрансляции и обмена используется подпространственная сеть передачи. Не существует в известной части вселенной технологии, способной «прослушать» её.

За пределами круга аномалии Юля нарисовала корпус, отдалённо напоминающий силуэт «Авроры».

– Благодарю за нагнетание обстановки, – спокойно произнёс Мигунов. – Никто не знал этих деталей. Особенно те, кто прошли через это.

Чёрный сарказм полковника не смутил девушку.

– Обращайтесь, Михаил Павлович, – с самой чистой и наивной детской непосредственностью отозвалась она. – Но это только начало.

На доске появилось схематическое изображение влетающего на скорости корабля, рядом с которым Юля дорисовала круглый символ звёздных врат.

– Трагедия заканчивается тем, что в аномалию влетает «Ortus Malum». Или, как его знают все тут присутствующие, «Колыбель зла»… и сразу, одна за другой, начинают отказывать бортовые системы, оставляя корабль хладеть мертвеющим в безжизненном космосе гробом… Одной из ключевых систем, потерянных в аномалии, становятся звёздные врата на борту.

Символ врат перечеркнул жирный чёрный крест.

Юля обернулась к нам и со школьной простотой поинтересовалась.

– Я ничего не упустила?

Едрить, она слог, конечно, избрала... Прям, ни дать, ни взять – натурально нуарные трагедии писать мастерица. Ещё бы чуть – и от напущенного ужаса волосы седеть начнут. И не только на голове.

Но, если не вдаваться в детали, то так оно, примерно, всё и было.

– За исключением одного ключевого факта, – мой взор зацепился за изображение звёздных врат на доске. – Там не одни врата. Со слов наших оперативников, вторые врата есть на борту одного из кораблей люсианского союза. Они скакнули в ту же степь почти одновременно с нами и также оказались лишены хода.

– Бл9ть… – неприкрыто в голос выругалась девушка. – Дядь, вот в кого ты такой умный, когда не надо? Взял и весь театр мне испортил…

Докладчица дорисовала пирамидку в пределах аномалии и поместила ещё один символ врат внутрь неё.

– «Рассвет» прав, – выдохнула юный гений. – В том же секторе зависла эскадра боевиков союза. На борту их корабля – теперь это достоверно известно – есть звёздные врата. Способны ли они установить соединение с Землёй – непонятно. По объективным причинам считаем, что не могут. Но на практике проверено, до «дозвониться» до них мы можем сами.

Полковник повернулся к майору.

– Вы установили тоннель на корабль люсианцев? – спросил он.

Дегтярёв кивнул.

– Мы выяснили адрес, который был введён при вашей отправке, – сообщил Александр Сергеевич. – Он вёл в звёздную систему, где вы сейчас находитесь. Пока мы не знаем, каким образом, но союз выяснил, что рядом должен находиться корабль-носитель с вратами на борту. Вероятно, это подпространственный маяк или нечто схожее с транспондером. Но прямых доказательств пока не собрано. Через подмену адреса «Судьбы» вас отправили на «Колыбель зла», чтоб использовать вас как ключ. Диверсанты должны были застопорить ход «Колыбели»: тогда адрес врат корабля не изменился бы со временем. Каким-то образом люсианцы рассчитывали попасть на «Колыбель зла» через червоточину. Пока выясняем, как именно.

Мигунов откинулся в кресле.

– Заход с двух направлений, – опытному офицеру не составило труда увидеть тактическую задумку врага. – Первая группа инфильтруется на борт и обеспечивает проникновение второй. Третья, составляющая основную ударную силу, перемещается в район с использованием тоннельного двигателя, спёртого у полувознёсшегося Анубиса. Размашисто. Дерзко. Уважаю.

– Врата «Колыбели» выведены из сети, – закончила Юля. – Их поглотила аномалия. Обратимо или нет – не могу сказать. Мне бы для этого на борту корабля оказаться. Но их место заняли врата, оказавшиеся на борту корабля люсианцев. Двое врат по одному адресу. Одни вне сети. Адрес автоматически присваивается оставшимся в строю. Повторный набор этого адреса пробросил гипертоннель на корабль союза. Мы имеем прямое одностороннее сообщение с вашей системой.

Это уже не «рояль в кустах»… это уже органом попахивает. И фугами Иоганна Себастьяна Баха…

– Остаётся понять, почему врата «люсиков» не «съела» аномалия, – подумал вслух я. – Наши накрылись практически сразу. А эти оказались в состоянии принять входящий тоннель.

– Всё просто, дядя, – Юля скрестила руки на груди. – Эти, как ты их называешь, «люсики», добыли не просто наследие полувознёсшегося Анубиса. В их руках оказался не только перечень технологий и опытных образцов. Библиотеки, базы данных, архивы. Они завладели информацией. В числе прочего у них в распоряжении оказались координаты звёздной системы с верфями Древних и ключ-пароль от гравитационной ловушки. Ты не задумался, почему «Колыбель зла» лишилась основных бортовых систем, а корабли люсианцев дали вам отпор? Пусть всратый и дезорганизованный, но отпор.

А ведь юный гений права! Едрить твои свободные радикалы, она права!

Я только сейчас понял это. «Колыбель зла» «сдулась» буквально за несколько часов. А вместе с тем «люсики» дербанили попавшие в ловушку корабли на трофеи и преспокойно себе поливали нас огнём! Да, он не возымел особого эффекта. Орудия гоа`улдов против щитов Древних – как из пневматики по броневагону. Но сам факт! Что флагман, лидер эскадры, что хат`таки – все имели бортовое питание и были способны к действиям!

Только почему они не двигались, лишённые хода? В тактическом плане это неразумно. Если у них был ключ-пароль и они передали «мозгам» системы защиты планеты, что это «свои», то почему они висели на месте смирно? Если они не были под действием ловушки, то почему стояли как мишени в тире? Это неразумно.

Собственно, эти вопросы я и озвучил вслух.

Юля покачала головкой в ответ.

– Тут, дядя, я тебе ничего не скажу. Меня там не было. Что в пустых черепушках «люсиков» – не знаю. Это мы выясним только когда обследуем корабли, что вы подбили.

Мигунов посмотрел на Косорукова и Дегтярёва.

– То есть, всё? Рейд утверждён? Среда безопасна для вторжения?

Майор кивнул.

– После установки червоточины послали зонд-разведчик на базе «Нерехты». Телеметрия показала непригодную для пребывания температуру и атмосферу. Люди пойдут в скафандрах. Но живых на борту не обнаружено.

Юля дорисовала справа от аномалии звёздный символ, обозначавший на картах Млечного Пути Землю. От него до врат внутри аномалии пробросила схематичный гипертоннель. Над ним – символ электрического разряда и математическое выражение в скобках «приближённо равно бесконечности». Типа, намёк на то, какую прорву энергии сожрал гипертоннель при установке червоточины.

– Пропускная способность этого пути снабжения велика, – сообщила девушка. – Можно отправить всё, что пройдёт через переборки на борту корабля и может быть погружено в «прыгун». Как мы поняли, основная проблема у вас – медикаменты. Пищу, воду и строительный материал вы можете добывать на месте.

– Даже больше, – настала пора Мигунова отвечать докладом. – Обследовали малую часть верфи. Обнаружили истощённый складской комплекс с минимальными остатками заготовок для производства. Наличными силами можем наладить изготовление небольших партий необходимых вещей. Думали начать с сельхоз инструмента, если мы задерживаемся на неопределённый срок. Но, быть может, и их вы нам перебросите через врата?

– Медикаменты в расширенном списке, – уведомил майор. – Вместе с ними на нескольких дублирующих друг друга жёстких дисках – обширная библиотека с литературой для вашего фельдшера. Там будет всё, что надо, начиная от реестра лекарственных средств с подробным описанием и совместимостью и заканчивая последними сборниками статей на медицинскую тему. Надеюсь, ни с чем серьёзным она не столкнётся. Но пусть уж лучше информация будет на руках. А вот с сельхоз инструментом не успеем подготовиться. По крайней мере, в необходимом вам объёме. Но запрос принят.

– Вместе с лекарствами будет тонна научно-технического оборудования, – предупредил лейтенант Косоруков. – Наши союзники по проекту «Звёздных врат» слёзно молят вас помочь с изучением планеты и собрать максимум полезной информации о вашей системе. В очень скором времени к старту готовят «Атлантиду». Её экипаж уже апробировал технологию тоннельного двигателя и провёл ходовые испытания. Сейчас корабль начиняют припасами и готовят к автономке. По плану, вас сменят специально подготовленные отряды. Но до тех пор вас просят о содействии и пересылают некое количество железок и прочей пробирочной стеклотары.

– Сколько бортов готовить? – настороженно спросил полковник.

– Все, что есть, Михаил Павлович, – сухо констатировал Дегтярёв. – Все, что есть.

Мы с Мигуновым переглянулись. Это чем же таким Земля хочет загрузить столько «прыгунов»? Ведь, не «аптеки» на несколько бортов? Нам столько лет на дцать хватило бы! Или там вместе с оборудованием ещё и люди к нам придут?

Кстати… а не этой ли новости так радостно потирала лапки Юля? Я скосился на девушку и встретился с ней глазами.

Та аж сияла и лучилась от нетерпения.

Японский лупанарий… да ну на хер!

Глава 48. Подготовка.

С нас не спрашивали нашего согласия на эту операцию или готовых к озвучиванию рационализаторских предложений. Нам просто сообщили по факту о готовящейся акции и велели начать действовать: подготовить транспорт для переброски с корабля люсианцев поступившего пополнения ресурсов и с тушкой запечённого инопланетного порося на расшитой ширинке ждать хлебосольно дорогих спасителей с Земли.

Эту озвездочешуительную новость я переваривал уже в кабинете, где готовилась к убытию Юлька. Догадка подтвердилась на все сто сорок шесть процентов. Юный гений действительно окажется в составе ограниченного контингента. С её слов, у неё будет на карандаше отдельный перечень задач до прибытия эвакгруппы, перепоручить который другим людям не получится в силу ряда причин.

Только мы зашли в отсек, как зажёгся свет. Юлька развела руками и продемонстрировала творящийся беспредел.

– Добро пожаловать в уголок хтонического хаоса! – декларировала она.

«Это ещё мягко сказано», – подумалось мне.

В углу стоял, готовый к убытию, набитый станковый рюкзак на сто двадцать литров. Чем бы его не наполнили, вряд ли хрупкая девушка-подросток упрёт на себе все эти литры и килограммы. Видимо, ей будет кто-то помогать. Рядом с рюкзаком дюжина пластиковых герметичных кофров литров на полсотни каждый и экспедиционных ящиков: судя по обилию в этом месте всего электронного, там именно высокочувствительное оборудование и прочие компьютеры. Чтобы перебросить такой объём через врата, необходимо полнокровное отделение носильщиков. Ну, или какая-нибудь грузовая платформа. По типу той же «Нерехты».

А вот на столах…

Свят-свят-свят, прости Господи…

На основном рабочем столе лежал раскрытый корпус системного блока серверного класса. Обычный тип «Tower», не стоечный «юнит». Вокруг него россыпью почивали комплектующие. С первого взгляда стало понятно, что юный гений обзавелась новой игрушкой под тяжёлые прикладные задачи. Когда на материнской плате виднеется сразу два сокета для процессоров, явно не офисная печатная машинка собирается. Да и обилие слотов под оперативную память намекает, что думать этому монстру придётся много, быстро и обо всём.

Подошёл к столу. Взял в руки «мать». Матерь Божья… да тут мосфетов на цепях питания распаяно больше, чем патронов в ленте пулемёта! Вон, целая шеренга виднеется из-под термопрокладки, прижатой радиаторами. Это ж какую нагрузку они призваны через себя пропускать? Оперативная память в восьмиканальном режиме для каждого сокета. Слотов расширения сразу десяток. Разъёмов подключения накопителей столько же…

Когда я скосился на стол и увидел отдельные стопки с готовыми планками оперативной памяти и запаянными в антистатические пакеты жёсткими дисками, то даже знать перехотел, какие такие задачи должен будет решить эта тварь Франкена Штейна (это я про системный блок, если что).

Но рука сама потянулась за процессором и приступила к установке.

Один процессор, второй, защёлкнулись крепления в сокете. Планки памяти: одна, вторая, третья, пятая, седьмая, десятая, пятнадцатая… медитативный процесс сборки «пекарни» во многом напоминает сборку патрона или автомата после полной разборки. Главное – не мешайте. А остальное руки сделают сами. Даже, если мозг уже не работает.

Из тюбика выдавить несколько капель термопасты и равномерным тонким слоем размазать по теплораспределительным крышкам процессоров. С оснований башенных систем охлаждения снять защитные плёнки и последовательно установить на свои крепёжные места. Сразу подключить питание в соответствующие разъёмы материнской платы.

Медитация чуть не отвлекла меня от этого мира. Я уже и забыл, зачем меня привела сюда Юля.

– А у тебя рука набита, – заметила она. – Так ты у нас не только ефрейтор, но ещё но и айтишник, и технарь?

– Приходский пономарь, – поморщился я. – По профилю – мастер боевых систем и комплексов вооружений. По бумагам – «специалист» по технологиям Древних. Компьютеры – так. Личное хобби.

Девушка хмыкнула под щелчки запираемых в своих слотах видеокарт. Я даже не стал смотреть, что это были за графические ускорители и сколько там гигабайт памяти на какой шине. Уже по дизайну системы охлаждения было видно, что это сугубо профессиональные модели под узкоспециализированный рендер и просчёт. Обычному гражданскому компьютеру сразу четыре видеоадаптера редко когда бывает необходимо.

– Если это «хобби», то я танцую «тверки» в Большом Театре, – усмехнулась юный гений. – Если так хорошо шаришь, то, может, поможешь и «ось» накатить?

А чего её накатывать? Воткнул носитель с образом операционной системы и следуй указаниям на экране. Это же не установка операционки через удалённый доступ и не строчный ввод команд того же «DOS».

Я пожал плечами.

– Накатим. Почему бы и да.

Устанавливая компоненты на своё законное место, проверил, что законтрил всех и каждого винтами, если того требовала конструкция. Материнскую плату – к боковой стенке корпуса. Видеокарты – к задней. Пошла пора жёстких дисков.

– У нас с тобой будет отдельная задача, дядь, – проинформировала Юлька. – Вообще-то, это должен был быть сюрприз, но их и так на твою долю выпало с запасом. Решила сказать заранее. Нам потребуется скачать максимум данных, сколько сумеем. С «Колыбели зла» – в первую очередь. Потом, если получится – с люсианских кораблей. Если успеем до прибытия эвакгруппы – то с обнаруженных вами верфей. И вне зависимости от успевания до эвакуации – плотная работа с полученными данными. Анализ и апробация для использования совместно с нашими технологиями. Попытаемся изучить и выжать максимум из того, что найдём на вашей планете. Собственно, для этого ты и подключаешь столько накопителей и видеоадаптеров. Работёнки предстоит до жопы.

Как ответ – помахал серверным жёстким диском, который взял в руки для установки в корзину системного блока.

– Этого не хватит даже для закачки тамошней «Википедии», – предупредил я. – Десяток «хардов»? Тут даже двадцати терабайт не будет. И начинать не стоит. Не говоря уже про скорость загрузки. Это работы на месяцы, если бы были накопители в запасе.

Юлька указала себе за спину.

– СТОЛЬКО жёстких дисков тебе хватит? Там все кейсы ими забиты.

Я на секунду отвлёкся и посмотрел на кучку. Ну… в притык. По моим оценкам, должно хватить впритык. Возможно, даже придётся выбирать между несколькими темами для сохранения копий, что важнее. Но такой груды накопителей хватить может.

– Будем надеяться.

И вернулся к установке.

Юлька прошла до своего кресла и забралась в него с ногами.

– Хотелось бы мне порадоваться, что романтика дальнего космоса удалась, – вздохнула она. – Если б я была чуть более наивной и не понимала, куда иду. Холодный безжизненный корабль с тысячами тонн проблем, разваливающийся в реальном времени… А потом ещё безжизненные корабли, на которых в режиме геноцида задушили тысячи солдат противника…

– Кстати, – поинтересовался я, закручивая винты крепления жёстких дисков в корзинах. – Спросить хотел. Неужели и впрямь живых нет? Слишком мало времени прошло. Мы-то думал, неделю выжидать придётся или две. Неужто так быстро «скукожились» «люсики»?

Юлька пожала тонкими плечами.

– Не задавалась вопросом. Деталей вашей операции не знаю. Самое логичное объяснение – система жизнеобеспечения пострадала и без вас. Может, они там висели гораздо дольше, чем вы думали. А потом ещё и ты им пожары на борту устроил. Угарный газ – не самое полезное для дыхания. Может, им всем стало стыдно за их просёр и они дружно самовыпились по-самурайски. Не могу тебе ответить.

Матплата. Процессоры. Система охлаждения «камней» и корпуса. Оперативная память. Видеокарты. Жёсткие диски. Два блока питания. Вроде бы, всё. Механически всё собрано и подходит друг к другу. Нигде не осталось торчать не защёлкнутого элемента или недовоткнутого штекера. Стало тесно от обилия силовых и передающих кабелей: от одних только десяти жёстких дисков тянулось двадцать хвостов. Но машина собрана полностью.

Убрать со стола лишнюю упаковку от комплектующих. Протянуть свисающий с монитора видео-кабель: с левого края стола на поворотном кронштейне висел отдельный «моник». Последняя проверка, кнопка питания – «Пуск».

Взвыли матом серверные вентиляторы. Вроде бы, большие, аж сто сорок миллиметров каждый. А ревут как турбины. Хотя, чего я хочу от пятнадцати тысяч оборотов в минуту с каждого? Это ж сервер…

В отсеке стало некомфортно находиться.

Юлька протянула мне внешний дисковод с универсальной последовательной шиной подключения. В его приоткрытом лотке привода виднелся оптический диск: по ходу, с образом операционной системы. Ну-с, приступим-с…

– Слушай! – перекрикивая рёв системы охлаждения, спросила Юлька. – Ну, мне так, для себя! Чисто для расширения кругозора! Ты только в «железе» «сечёшь» или в «админке» тоже? «Сетку» поднять сможешь?

– Только простейшую, – сразу обломал юного гения я. – Мой максимум – роутеры и маршрутизаторы. Пробросом портов и прочими танцами с бубнами над шлюзами не занимался. Только не говори, что мне осталось это изучить за сутки!

– Не за сутки! – покачала Юлька. – Но если будет у меня помощник – будет лучше! Сам понимаешь, если с компами возился!

Понимаю. Как никто другой. Что в технике Древних, что в технологиях Земли, есть один общий знаменатель: количество информации. Знать всё на свете нереально. Мозг человека в принципе не способен усвоить такой объём знаний. Для этого и существует разделение по профессиям. Даже, если в одной «айтишке» работают несколько человек, со стопроцентной гарантией у всех них будет разный набор знаний. Общие азы знают все. Но кто-то больше сведущ, например, в «железе» и проблемах с логикой, а кому-то легче даётся тонкая настройка систем под отдельные задачи или администрирование больших массивов.

Контрольный запуск машины показал, что всё собрано правильно. На экране отобразилась картинка. Ожидаемо, машина заругалась на отсутствие загрузочного устройства и операционной системы. Принудительно выключить компьютер зажатием кнопки включения. Подключить внешний дисковод и перезапустить сервак.

– На многое не рассчитывай, – предупредил Юльку. – У меня слишком много специализированной инфы загружено. Быстро новую специализацию не освою. Беспроводную сеть вещания ещё создам. Несколько локальных пользователей в одну «киску»* запущу. Но админить большие трафики, файерволить угрозы или цодить центры обработки данных… Не моего уровня задачи. Не умею.

* «киска», «киско» – жаргонное обозначение сетевой продукции под маркой «Cisco», примечание

«Ось» поставилась сравнительно быстро. А вот в помощи с установкой специализированных программ пришлось отказать. Их объём оказался внушительным: на отдельном внешнем жёстком диске лежали установочные файлы десятков программ. Машина была собрана мощная, но пропускная способность интерфейса передачи данных и скорость чтения-записи жёстких дисков всё равно накладывали свои ограничения. Это задача ещё минимум часов на несколько, которые лично мне, как сообщил зашедший за мной Мигунов, надлежит потратить на подготовку к исполнению разобранного ранее плана.

С Юлькой мы распрощались на тёплой ноте и не очень крепко: ожидалось, что увидимся буквально на днях или раньше. Но, покидая вотчину юного гения, меня всё сильнее стало разбирать семя сомнения. Кем же приходится нашему биологу этот Эйнштейн в юбке? Сходство фамилий на Земле не редкость. Самые разные семьи и рода могут иметь одну и ту же, но они же могут и не знать о существовании друг друга, не говоря уже о какой-то линии отношений между ними. Допустим, тут я себя накручиваю.

Но повадки… речевые обороты… манеры поведения… Я вижу вблизи её буквально несколько раз. Откуда во мне зреет чувство, будто передо мной стоит миниатюрная копия Аньки? Попрошу всяческих доморощенных психиатров оставить свои диагнозы при себе: я не настолько поехал крышей, чтобы втюриться в Рыкову до беспамятства и видеть объект своих вожделений в каждой женской особи противоположного пола. Нет, тут что-то неладное…

Я до самого убытия с Земли пытался понять, что меня напрягает в Юльке. Что девчонка похожа на Аньку, как две капли воды, сказать нельзя. Но, определённо, в ней что-то от бывшей люсианки есть. Но что?

Цвет глаз. Тембр речи. Длина волос. Их цвет. Осанка. Походка. Мимика. Жесты. Что конкретно меня напрягает в малолетнем гении, которую не побоялось прибрать к рукам Министерство Обороны? Что в ней ненормальное?

Мне в упор казалось, что разгадка лежит где-то на поверхности, просто я её не вижу. Но где? Что именно? За что цепляться?

Нас уже собирались разъединять, отключая от коммуникационной платформы, когда моё чрезвычайно задумчивое состояние заметил дежурный связист.

– Нехорошо? – с явной тревогой в голосе спросил молодой лейтенант. – В медсанчасть набрать?

Этот вопрос и выдрал меня из раздумий. Неужели я так глубоко задумался, будто со стороны стало похоже, что мне плохо?

– Нет необходимости, – заверил я. – Сейчас отключимся, и опросите хозяина тела. Я не ощущаю потребности в медпомощи.

Но Мигунова такими детскими отговорками не проведёшь. До самого разрыва соединения он в упор смотрел на меня немигающим взором, чем односложно дал понять: сейчас придётся отвлечься на разговор.

***

Великая Стена Слоуна

«Рассвет»

Только, когда полковник убедился, что вокруг отсека, отжатого под аппаратную дальней связи, никого нет, Мигунов позволил себе перейти к делу.

– Рассказывай, – приказал он.

Вопрос, конечно, с предъявлением. Что тебе рассказывать? Анекдоты? Имена, адреса, явки и пароли? Корни корпускулярно-волнового дуализма?

Но приходится оставить свои фирменные закидоны при себе. Если даже Палыч заметил, что меня что-то забеспокоило, то мне однозначно пора в театральное училище или контрразведку: учиться держать под контролем свои эмоции.

– О чём конкретно? – всё же, уточнил я. – Поточнее можно?

– Можно Машку за ляжку, – чуть жёстче отозвался командир экспедиции. – Что на тебя нашло на Земле? Ты последние минуты перед убытием как отсутствовал. Натуральный зомби, на хер.