Текст книги "Stargate Commander: История "Рассвета" (СИ)"

Автор книги: Александр Черный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 47 страниц)

Глава 22. Гостья.

21 февраля

Борт крейсера Древних класса «Аврора»

Только придя в себя, я, прогнав сонливость и распрощавшись с музами Морфея, по достоинству оценил подгон Мигунова и Рыковой.

Первая мысль уставшего человека: завалиться спать и совокупляйся оно всё конём. Так ведь, нет! За каким-то хреном няньку приставили!

И только на «трезвую голову», выспавшись и придя в себя, я осознал, как неполноценно работал переутомлённый мозг. Ведь рядом такой ходячий аккумулятор!

Замечено мною лично и не раз, а также доказано всеми мыслимыми и немыслимыми докторами, кандидатами и прочими деятелями науки и техники, что совместный отдых мужчины и женщины приводит к более качественным результатам, нежели, когда они почивают порознь. Если взглянуть на гормональную карту, то это уже само по себе чуть ли не лекарство от всех болезней. Такие комбинации гормонов и медиаторов вырабатываются, что на одном только счастье можно вывезти любые невзгоды и тяготы. А если эти самые отдыхающие состоят в более глубоких отношениях… Там настолько буйный букет из всевозможных эндорфинов и серотонинов, что тушите свет и кидай гранату: никаких веселящих газов и таблеток радости не надо.

В «более глубоких отношениях» мы с Анькой не состояли. Тот факт, что я усиленно отношал её довольно продолжительное время во всех удобных для этого позах, ещё не говорит ровным счётом ни о чём. Что поделать, таковы нравы нынешнего времени. Переспать и трахаться напропалую – ну, что поделать, физиологическая потребность организма. Цветы, признания и ресторан – это уже серьёзный шаг, тут думать надо.

Нет, серьёзно, кроме шуток. Как женщина Анька жгла по всем параметрам. И, если бы обстоятельства нашего знакомства были бы чуть менее напряжёнными, я бы рассмотрел возможность отношать Рыкову на регулярной основе с перетекающими последствиями. Но этой ночью нам обоим стало понятно, что на текущем этапе развития событий хватит и того, что биолог выложилась на полную катушку и заставила нас оторваться как в последний раз. Благодаря этому я не чувствовал себя пережёванным окурком и был полон сил творить дальнейшую дичь.

Так что, спасибо всем причастным за качественный отдых одного отдельно взятого техника. С меня причитается.

Правда, «причитающееся» Анька потребовала сразу же, как только мы проснулись. Причём, судя по всему, качественный отдых удался не только мне: Рыкова тоже светилась от удовольствия, будто не её отношали полночи, не давая спать. В конечном итоге, подъём затянулся: из постели мы вылезли только, когда на часах стукнуло полдень по Москве. Биолог требовала продолжения банкета, но тут уже пришлось включить твёрдую руку и сказать «Ша».

– Я проспал больше двенадцати часов, – произнёс я. – С чем в связи премного благодарен. Настолько, что размер благодарности видишь сама. Но у меня работы – непочатый край, а у нас ещё рейф не валялся. Если так понравилось – потерпи до следующего отдыха. Сейчас мне надо в душ, пожрать и со свежими силами взяться за это дерьмо.

Поначалу Рыкова повелась. Даже как-то пошла навстречу и пообещала не терроризировать без необходимости почём зря.

Но что такое обещание «кассового» наркомана, когда ещё не весь наркотик вышел из организма? Стоило нам зайти в душ, как у Аньки буквально сорвало резьбу. В итоге, затянулись ещё и мыльно-рыльные процедуры, а не только лишь подъём.

Зато потом биолог реально насытилась и перестала вешаться на меня по поводу и без. До особой команды я не испытывал ни малейшего поползновения от неё в мою сторону, что мешало бы работать. Из чего сделал вывод, что Аньку лучше голодной не оставлять: удовлетворённая, она гораздо более покладистая и послушная.

После скорого завтрака из остатков сухих пайков дополз до Центрального поста и уже оттуда связался с землёй.

Сесть в кресло, развалиться по-барски, усилием мысли запустить радары, найти активные отметки на поверхности планеты. Видимо, «прыгуны» с «Колыбели зла» и «Авроры».

– «Звезда», я «Рассвет», ответь, – воззвал я голосом к абоненту.

Честно говоря, не ожидал, что полковник сам будет дежурить на связи. У него и без того дел хватает. Но вызвать решил его хотя бы по той лишь одной простой причине, что на память позывные всех участников экспедиции не помнил. А Палыч примелькался за эту неделю.

– «Звезда», ответь «Рассвету», на связь.

Потому с некоторым приятным удивлением услышал, когда связь поперхнулась и голосом полковника Мигунова отозвалась:

– Слышу тебя, «Рассвет». Я «Звезда».

Только сейчас до меня с запоздалым тормозком дошло, какой каламбур случился в моей жизни. Я – абонент с позывным «Рассвет», вещаю в эфир с борта корабля, чей класс звучит как «Аврора», а «Аврора» с латыни и переводится как «Рассвет».

Вот, что с людьми качественный отдых делает!

Мастер-оружейник вернётся позже с ещё одной порцией бесполезной информации.

– Тоже спал? – осведомился я промеж делом.

– Прикорнул в десантном отсеке «прыгуна», – пробормотал Палыч. – Не у тебя одного были бессонные ночи, знаешь ли.

– Знаю, – согласился с офицером. – Спасибо за возможность выспаться. Мы бобры и полны сил.

Так-то, мы «бодры», на самом деле, но Мигунов не первый день в армии, и разжёвывать ему такие детские приколы не требуется. Сам всё понял.

– Восхитительно, – буркнул военнослужащий. – Чем порадовать решил?

– Согласовать план действий.

Пошутили – и хватит. Работы действительно предстоит много. И раз уж «золотое время» упущено безвозвратно, то надо, хотя бы, постараться его нагнать. Сейчас важней всего обеспечить экспедиции безопасность и наметить путь к возвращению на родину.

– Тебе наш юный гений что сказала? – осведомился офицер. – Собери всю астрономическую информацию, какую сможешь, чтоб определить наши координаты. Вот этим и займись. А я на планете пока что рулить буду. С тебя – данные о космическом окружении, с меня – окапывание и развёртывание ППД.

Первым порывом было уточить, а на кой, собственно говоря, хер ляд полковник собрался разворачивать пункт постоянной дислокации. Потом, правда, до меня дошло, что при длительном размещении временный лагерь не котируется от слова «абсолютно». Может, нам вообще зиму встречать придётся. А они тут явно не сахарные: местное светило менее активно, нежели Солнце.

– Принял тебя, – вздохнул я. – Тогда остаёмся на орбите. Занимаемся астрономией и прочей звёздной дрочью. Провизию на поток ещё не поставили?

– Уже, – сообщил полковник. – Тамара Николаевна проверила ряд образцов на предмет годности для употребления в пищу. Разослал охотников по близлежащим окрестностям. До конца суток должны быть первые результаты по добыче мяса. Так что к вечеру будет шашлык.

Отлично. Одной проблемой меньше. Значит, пайки можно не экономить. Хотя бы, по одной простой причине: их больше нет.

– Я оставил дежурных на коммуникационных камнях, – предупредил Палыч. – В ближайшем обозримом будущем ожидаем входящее соединение с Земли. Как только «пришлют» нам профильных специалистов – прилетим к вам. До тех пор соберите максимум данных, сколько сможете. Мы сообщим, когда направимся к вам.

– Понял тебя, – подтвердил команду. – Занимаюсь астрономией и не отвлекаюсь на потусторонние мелочи.

– Добре, – полковник попрощался. – «Звезда», конец связи.

– «Рассвет», конец связи.

Что ж. Этот пункт выполнен. Пусть он был очевиден сам по себе и априори, но теперь официально помечен как «ВЫП.». Переходим к следующему.

А следующий пункт… Вот тут я натурально выпал в осадок.

Казалось бы, задача стоит простая, как сатиновые трусы: собрать астрономические данные для определения местоположения. То есть, описать уникальные признаки, по которым можно идентифицировать опорные ориентиры вокруг нас и на основе этих вводных выполнить локализацию. Проще некуда.

Вот только, в список таких уникальных признаков входит такая прорва параметров, что даже перечислять (зае)(долба)(трахаюсь). Количество звёзд в обозримом пространстве, их видимая звёздная величина, удалённость друг от друга, угловые расстояния между ними, уровни активности, классы. Для нашего светила желательно выяснить его массу, радиус, класс, абсолютную звёздную величину, замерить магнитное поле, провести спектральный анализ на химический состав. «На сдачу» было бы неплохо провести изыскания фотосферы, хромосферы и короны звезды. И это только для самой звезды! А ведь есть ещё и её звёздная система! Пояс астероидов откуда-то взялся. Останки планеты или притянут гравитацией? Расположение планет. Даже мне, далёкому от космологии, кажется подозрительным. А ещё относительное местоположение в галактике надо понять… Спасибо, если карты загружены. А если нет? Хера с два я это определю! Нет, понятно, что, если рядом – сверхмассивная чёрная дыра, то мы рядом с центром галактики. Но «рядом» – понятие растяжимое, и в космических масштабах может играть десятки и сотни световых лет. И какую из этих вводных мне считать приоритетной? Что изучать вначале?! С чего, бл9ть, вообще начать?!

На помощь пришла Рыкова. Какое-то время я её не видел (как раз изучал перечень задач), а буквально через несколько минут биолог пришла с кружкой крепчайшего сладко подслащённого кофе. Угостив меня напитком, молодая женщина растворилась где-то за полем моего зрения, стараясь не мозолить мне глаза и не мешая работать.

Хм. А, ведь, строго говоря, не такая уж Анька и оторва… Может, и впрямь стоит к ней приглядеться?

Начать решил с карт. Если они в базе имеются – то полдела сделано. Сориентироваться на карте всегда проще, чем самому рисовать её с ноля.

Чем мне всегда нравился невральный интерфейс Древних – нет необходимости самому ползать по древу иерархии и искать, какая система где зарыта. Просто подумал «Навигация», и хоп – на тебе, навигацию. Удобно донельзя.

Навигация, радары, сканирование. Результат работы радаров наложен на карту этой галактики.

Что приятно удивило – карта довольно обширная, и учитывает местное сверхскопление галактик как точку отсчёта.

Чисто ради прикола попытался найти Землю: хер бы там плавал. Понятное дело, что ни в этой галактике, ни в любой другой я её не обнаружу. Но даже Млечный Путь найти оказалось очень непросто. Его не было видно в упор.

Пришлось вспомнить, что я, вообще-то, отдыхал, а, значит, умею шевелить мозгами. Надо посмотреть «дату обновления» карт.

Как и следовало было ожидать, версия несколько устаревшая. Приблизительно на десять тысяч лет или чуть больше. Последнее обновление не учитывает астрономическое смещение небесных тел и их скоплений за указанный промежуток времени. Поэтому и Земля не на месте, и рукава Млечного Пути выглядят не так, как я привык.

Через подпрограмму поиска вбиваю по очереди несколько имён, под которыми у Древних была известна Земля. «Гайя», «Терра», «Радага», «Эт»… Раз за разом мне выдавалась одна и та же планета с одними и теми же характеристиками, включая координаты. Ежу понятно, что последние актуальны для старой версии карт. Но всё же. Местоположение Земли известно для навигационного компьютера этого корабля. Так что же получается, можем выдвигаться?

Чисто ради поржать попытался проложить генеральный курс к Земле. Удивительное дело, но навигационная программа маршрут «съела» и согласилась провести к планете борт. При текущем состоянии гипердвигателя и максимальной доступной скорости расчётный путь занял бы…приблизительно два века. А зная способы разгона штатных двигателей «Аврор», можно скостить этот срок до одного века. М-да. В стазис так или иначе придётся лезть. И это без шансов.

Но эти данные нельзя использовать для точных расчётов. И уж тем паче для путешествий. Очень много изменений коснулось интересующих нас частей вселенной за это время. Пример тому – наша Солнечная система. Вместо девяти планет и пояса астероидов на карте отражено десять. У Земли, откуда-то, два крупных спутника размером с Луну, а у Марса, помимо микроскопических по космическим меркам Фобоса и Деймоса, есть собственная луна, пусть и меньше по размеру, чем «земная». Не говоря уже о том, что у Юпитера и Сатурна по одной «лишней» «луне» (довольно крупные, между прочим). Если даже в пределах планетной системы такие косяки набежали за десять тысяч лет, то что уж говорить про маршрут до Земли?

Я уже собрался было начинать копаться в навигационной системе «Авроры», чтобы дать бортовому искину задачу просчитать астрономическое смещение за десять тысяч лет, как вдруг система связи ожила и произнесла голосом Мигунова:

– «Рассвет», ответь «Звезде». На связь.

– «Рассвет» на связи, – отозвался я.

– У нас гости, – проинформировал полковник. – Выдвигаемся к вам. Скоро будем.

Вовремя, блин. Ничего не скажешь. «Подготовь информацию»? Я успел буквально только начать.

– Принял, – сообщил в эфир. – Встречу за переходником.

***

Прибытие «гостя» – не повод устраивать цирк с конями. Встретить вышел – и ладно. Всякие салюты, фанфары, парады и доклады опустим. Не то время, не то место и не те обстоятельства для подобного церемониала. Да и, если честно, нет настроения щёлкать каблуком под козырёк и браво гусарить на лихой манер.

Но вот внешний вид в порядок привести стоит. Пусть Рыкова усиленно делает вид, что всё в порядке, но хера с два оно в порядке, когда женщина ходит с расстёгнутым кителем навыпуск, под которым из одежды видны только брюки. Заставил застегнуться и заправить куртку нормально. К счастью, Анька не стала кочевряжиться и быстро привела форму одежды в надлежащий вид.

Мне приводить было нечего: свой комбез всегда одеваю как положено. Привычка такая, знаете ли. Если жарко – рукава закатаю, но внешним видом форменной одежды пренебрегаю в исключительных случаях.

И вот мы с Рыковой стоим за гермозатвором шлюза, ведущего к ангару. По расчётам, «Звезда» уже должен быть на борту, сопровождая гостей. Значит, буквально несколько минут им запас на всякий форс-мажор и пояснение раскладов, и они выйдут к нам сами, как только отыграют все фикусы-пикусы с атмосферным давлением. Надеюсь, хоть в этот раз клапан на ресивере не заглючит. Корабль-то далеко не новый.

Но вот над шлюзом загорелась контрольная лампа: не входи, шлюз занят, идёт переход людей.

Как только автоматика системы жизнеобеспечения разобралась с визитёрами, перед нами отворился внутренний гермозатвор. Обитаемый объём «Авроры» соединился с объёмом шлюза и визитёры получили возможность полноценно взойти на борт.

– Добро пожаловать на борт, – коротко рекомендовался я.

Что прибудет «Звезда» – это было ожидаемо. Как старший до должности и званию Мигунов курирует большинство вопросов экспедиции, если не все. И уж кто-кто, а он точно должен быть осведомлён обо всём, что касается возвращения личного состава домой.

Что в его компании делает Томка Беляева – вопрос. Увидеть на борту крейсера Древних нашего медика я не ожидал от слова «совсем». Так-то, у неё и на земле задач до кучи. Зачем ещё тягать сюда мою подругу детства?

Но, если вспомнить, что не так давно отдохнувший я научился шевелить мозгами, то получится сложить «А» и «Б». В теле Томки сейчас кто-то с Земли: занял управление посредством коммуникационных камней Древних. В пользу этой версии говорит отсутствие нашивок на груди: «Беляева Т.Н.» сейчас снято, и на кителе красуется голая ответная часть от липучки. Значит, «на борту» кто-то иной.

Кто конкретно – долго гадать не пришлось.

«Томка» подмигнула мне и махнула рукой в знак приветствия.

– Ну, здравствуй, кашевар, – улыбнулась она. – Сварил тут кашу без меня или помочь?

«Юлька», – понял я.

Видать, майор Дегтярёв таки-выпросил у кого-то из начальства «путёвку» сюда для своего «юного гения».

Глава 23. Гостья (продолжение).

20 февраля

Млечный Путь, рукав Ориона

Земля

Подземное расположение объекта «Город»

Гв. м-р Дегтярёв А.С.

Сразу после убытия «Рассвета» и «Звезды» майор Дегтярёв прибег к довольно спорному, но, тем не менее, как он считал, действенному шагу: вернулся к себе в кабинет, набодяжил кофе покрепче и уже собирался было выпить кружку залпом, как в отсек без стука вошли.

– Ты опять? – с укором спросила Кристина.

А вошла именно она. Одна из немногих в составе Вооружённых Сил Российской Федерации вообще и из личного состава объекта «Город» в частности, кто имела совесть (или наглость) зайти к своему крёстному в кабинет без предварительного разрешения.

– По новой, – бросил ей Александр Сергеевич. – Чего приклеилась? Ещё крестница меня не учила, как мне службу нести.

И уже собрался опрокинуть в себя кружку, но Кошкина оказалась быстрее. С непостижимой для офицера скоростью материализовалась подле дяди и быстро, но мягко остановила его руку. Тот подавился матом от внеземного уровня борзоты.

– Ты мне ещё живой нужен, – мягко произнесла девушка. – Твою тахикардию скоро будет слышно сквозь лязг наборного кольца звёздных врат, причём на весь объект. Остановись! Ты кофе хлещешь вёдрами! Я, блин, энергетики столько не пью, сколько ты кофе!

На здоровье прошедший военно-врачебную комиссию гвардии майор не жаловался. Хотя, стоит признать, что кардиологи матерились сквозь зубы на линии кардиограмм военнослужащего, чьё сердце функционирует как левой пятке задней ноги угодно. Поводов для освобождения от занимаемой должности или направления на лечение пока что нет, но моторчик боевого офицера имеет ощутимые следы износа. Во время очередной ВВК эскулапы пригрозили открытым текстом, что пойдут толпой митинговать к генералам Прохорову и Белову, чтобы те своим приказом запретили майору жрать кофе вёдрами. Как минимум, он сознательно гробит своё здоровье. Как максимум – рискует оставить свой пост без замены в столь тяжёлое для страны и планеты время.

– Брысь, пожалуйста, – беззлобно попросил Дегтярёв. – И без тебя не айсберг.

Девушка мягко, но настойчиво забрала кружку из руки крёстного и отставила её на стол.

– Ты себя в могилу сведёшь, – уже твёрже повторила она. – Или ты, наконец, услышишь это, или я сама тебя пристукну, и совочком закопаю. Пожалей своё сердце и меня уже, наконец, в конце-то концов!

Александр Сергеевич знает свою племяшку не первый год. Крестил он её ещё в младенчестве и помогал своей сестре Наталье растить малышку с первых дней её жизни. О настырном и, порой, сверх меры въедливом характере девушки знает, как никто другой. Она от него не отцепится.

– Ты пришла нотации читать? – с деланным равнодушием спросил майор, старательно отмахиваясь в мыслях от кольнувшего его укуса совести.

– Практически, – буркнула Кристина. – Как знала, что ты опять попытаешься нажраться.

Офицер фыркнул в голос и притянул к себе крестницу, обняв.

– Прозвучало, будто я пропойный пьяница.

Девушка обняла крёстного и уткнулась ему мордашкой в грудь.

– Да уж лучше бы так. Этого, хотя бы, закодировать можно.

Александр Сергеевич погладил племяшку по волосам.

– Что там у них?

Голос боевого офицера вернулся из семейного русла в рабочее.

– Ничего хорошего.

Кристина с сожалением разорвала объятия и отошла от дяди на положенную уставом дистанцию.

– Они на борту крейсера. Принадлежит или принадлежал Древним. Состояние не очень, но получше, чем у нас некоторые морские суда. Со слов, с питанием швах, медикаментов минимум, основную массу личного состава высадили на планету с целью закрепления. С людьми на планете не общалась, но те двое, что нас встретили, были явно в адекватном состоянии. Никаких упаднических настроений, панических истерик или прочих «Мы все сдохнем».

– А кто они? – поинтересовался майор.

– Одна – биолог, другой – электрик, – пожала плечами девушка. – Она – русская, второй – по ходу, японец. А «гости» наши как?

Тут уже наличествовал тонкий момент, заключавшийся в том, что младшая по званию требует отчёта у старшего. И, строго говоря, информация её касается чуть менее, чем вообще никак. Не в том смысле, что у неё нет к ней допуска, а в том плане, что она для неё бесполезна. Но Дегтярёв решил, что не выдаст секрета Полишинеля и не подведёт никого под монастырь, если откроет абсолютно общедоступные сведения. Даже с поправкой на такую пропасть в званиях между визави.

– Один – полковник, другой – ефрейтор, – пожал плечами майор. – Оба церберы. Один принял командование после гибели генерала, как старший по званию. Другой с первых секунд гребучего пиз… гм… мясореза взялся разруливать последствия инцидента. Пусть и с потерями, но они сумели разрешить кризис. Неплохие кадры.

Кристина улыбнулась.

– От тебя нечасто услышишь похвалу в адрес сослуживцев. Видимо, и впрямь спецназ на выезде.

«Не каркай, блин», – подумал военнослужащий. – «А то ещё накличешь…».

– Не спецназ, – выдохнул офицер. – Но с любыми другими кадрами «у руля» шансов для экспедиции было бы намного меньше. Ты корабль, кстати, осматривала?

Девушка покачала в ответ головой.

– Нас дальше санузла не отводили. Сказали, мол, они тут почти ничего не понимают, а единственный специалист по технологиям Древних сейчас на Земле с докладом. Лучше никуда не ходить и ничего не трогать.

Александр Сергеевич аж крякнул от изумления.

«Не понимают?! Люди, которых готовили к отправке на корабль Древних, не понимают в технологиях Древних?! Подать сюда мне это тело, я ему втащу!».

Учинять массовые казни по столь незначительному поводу точно не стоит. Но зарубочку в памяти лучше оставить и потом разобраться с этим вопросом.

Потом.

Как-нибудь.

Гвардии майор вздохнул.

– Ладно. Я к генералам на доклад. Хоть к кому-нибудь из них, кто сейчас на месте будет. Держись на связи. Если дадут «добро», Рыкова «пойдёт» к ним на место, разруливать ситуацию.

Племянница кивнула.

***

Командовал парадом на территории объекта генерал-полковник Белов Дмитрий Константинович. Убелённый сединами старец весьма почтенного возраста являл собой неразрешимую загадку, почему в свои года он остаётся при исполнении и не уходит на пенсию в связи с выслугой лет. Обычно, такие возрастные группы военный комиссариат списывает с учёта. Но что поделать, если инопланетное направление для Земли новое, а генерал-полковник – один из немногих среди генеральского корпуса, кто соответствует и уровню знаний об этом деле, и своим званием, и уровнем допуска по секретной части? Приходится на ходу править отдельные нормативные акты, чтобы натянуть сову на глобус и оправдать некоторые отклонения от привычного уклада.

Оный генерал-полковник Белов обладал феноменальным не только для своего возраста, но и вообще для человека навыком скорочтения. Потому любой более или менее крупный доклад ему предоставлялся в письменном виде даже, если докладчик стоял перед ним. Как сейчас перед столом генерала-полковника стоял гвардии майор Дегтярёв. Высокочинный же изучал материалы по теме ограниченного воинского контингента, испытывающего судьбу на прочность. Довольно быстро изучал, надо заметить. На ознакомление с текстом времени ушло несравнимо меньше, чем ежели бы доклад вёлся устно.

Генерал-полковник отложил бумаги на стол и снял очки. Возрастные изменения никто не отменял, невзирая ни на какие заслуги и выслуги лет. Вблизи Белов видел уже не так шикарно, как полвека тому назад.

– Значит, наш юный гений уверена, что сможет определить местоположение экспедиции? – задумчиво произнёс вслух Белов. – Что ж. Её отправляйте. Во времени не ограничивайте. Пусть работает столько, сколько потребуется. Что до тоннельного двигателя «Атлантиды»… Передадим запрос нашим вероятным союзникам. Перелёт за миллиард световых лет – затратное мероприятие и чрезвычайно рискованное. Велик шанс, что ради двух сотен человек такие риски принимать откажутся. Но за спрос не бьют в нос.

– Разрешите самому участвовать в деле? – запросил гвардии майор.

– Оно у вас на личном контроле, – кивнул генерал-полковник. – Курируйте его вплоть до возвращения личного состава. Если того требует ситуация – «отправляйтесь» «туда» лично. И подключите Отдел по связям с общественностью. Пусть подготовят почву на всякий противопожарный случай. Действовать с умом. Весь сор из избы не выносить, но особо отличившихся упомянуть и отметить сообразно заслугам.

– Есть.

***

Кошкина Кристина как раз домывала в кабинете дяди кружки из-под кофе, которые специфическим кофейным налётом покрылись, как стены пещер от известковых отложений, когда на поясе в подсумке ожила радиостанция.

– «Рокада», отзовись, – р/с хрюкнула голосом гвардии майора Дегтярёва.

Девушка перекрыла кран рукомойника, отставила мокрую кружку на ближайшую горизонтальную поверхность и вытерла руки полотенцем прежде, чем снять с пояса радиостанцию.

– На связи, – откликнулась племянница, начисто забив на параграф дисциплины связи.

Даже не назвала имени вызываемого абонента, кто вышел на канал.

– Гарцуй к нашему мегамозгу. Помоги правильно подключиться и присмотри за тем, кто придёт «с той стороны». Я подойду в ближайшее время.

– Есть.

Быстро убрать рацию в подсумок на поясе, протереть лишние брызги воды у рукомойника, надеть китель, снятый для посудомоечных работ, и убыть по указанному адресу исполнять нарезанную задачу.

21 февраля

Борт крейсера Древних класса «Аврора»

«Рассвет»

– Шибануться, куклы гнутся! – восхитилась «Томка», оказавшись в Центральном посту «Авроры».

Мне главное ненароком не забыть, что передо мной – мелкий, но дико вумный гений, а не моя давнишняя подруга детства. Желательно фильтровать базар, думать, что говорю и вообще выглядеть пай-мальчиком. Даже, если таковым не являюсь.

– Центральный пост крейсера, – я в роли экскурсовода информировал гостью о состоянии дел.

Мигунов, делегировав мне эти полномочия, предпочитал тусоваться позади и не отсвечивать. Видимо, о чём-то подозревает, или чего-то опасается.

– Отсюда происходит управление кораблём, если всё происходит штатно. На случай внештатной ситуации есть запасной мостик, но сейчас нам и этого хватает.

– Обсерватория тоже тут? – поинтересовалась Юлька.

– Ни хрена никак нет. Аппаратная бортовой обсерватории изолирована от рабочих объёмов. Но сюда может стекаться информация с внешних датчиков, сканеров и телескопов. Собственно, насчёт обсерватории…

Я подошёл к креслу командира корабля, сел в него и подключился к нейроинтерфейсу. Через несколько секунд перед нами возник голографический экран, где отобразилось наше относительное местоположение в этой системе.

– Ты спрашивала за локализацию наших координат. Самое простое мне удалось, но на этом мои полномочия, как бы, всё. Кончились.

Рыкова-младшая подошла к экрану и около минуты созерцала его, видимо, старательно запоминая картину на нём.

– Ты только относительное местоположение установил? – спросила она, не оборачиваясь.

Мысленная команда на изменение масштаба – и изображение начало медленно отдаляться. Планетная система, звёздная, звёздное скопление, рукав этой спиральной галактики, местное скопление галактик, сверхскопление.

– Данные неточны, – сообщил я, когда очертания схемы стали отдалённо походить на то, что известны нашим астрономам. – Что это Великая Стена Слоуна – понятно и без перевода. Но смотри, что я нашёл.

Ввод команды на поиск Терры – и проложенный генеральный курс к Солнечной системе привёл нас аккурат в наш уютный уголок галактического дурдома.

– О…ху…деть…, – только и смогла выдавить из себя юный гений.

Соглашусь, есть, от чего порвать свои шаблоны.

– Это Солнечная система, – констатировал я очевидное, пока мелкая пребывала в состоянии когнитивного диссонанса. – Третья по счёту от Гелиоса планета – Терра – и есть Земля. Но, как ты понимаешь, на этом сходство заканчивается. У Земли две Луны. У Марса лишний спутник нарисовался. Вместо пояса астероидов за Марсом лежит полноценная планета, неизвестная сегодняшним астрономам. У Юпитера с Сатурном по одному неучтённому спутнику. Это устаревшая карта. Ей как минимум больше десяти тысяч лет.

– О…ху…деть…, – повторила едва слышно Юлька, глазами ошарашенного ребёнка глядя на голографический экран.

Как будто ей на Новый год подарили щенка, о котором она мечтала всё своё детство.

– Различия колоссальны, – закончил я. – Если даже в пределах одной звёздной системы столько изменений произошло, то что могло случиться по пути – даже представить страшно. На этом мои способности исчерпаны. Я техник, а не астрофизик. Всё, что я знаю – все небесные тела движутся относительно друг друга с разными угловыми скоростями. Вселенная не статична и постоянно расширяется. Планеты вращаются вокруг звёзд, звёзды вращаются вокруг центра галактики, галактики тоже крутятся-вертятся вокруг себя и центра своих скоплений. Но я не астрофизик. Просчитать действительную обстановку не могу. Узнать, что изменилось за десять тысяч лет на отрезке в миллиард двести миллионов световых лет – тем более. Лететь можно и так, останавливаясь для пит-стопа и доразведки. Но это слишком долго. Не меньше полутора веков займёт. Поэтому прямой путь на двигателе хотелось бы оставить как запасной вариант на случай кромешного дерьма.

Рыкова-младшая обернулась к полковнику.

– Дядя, – ошарашенным голосом попросила она. – Придержите этого кадра у себя годика эдак три. Чтоб не смылся никуда. Как только позволят органы опеки, я выйду за него замуж и нарожаю ему кучу детей.

Мы с Мигуновым улыбнулись. Ультимативное предложение, ничего не скажешь.

– Сперва за эти три года нам необходимо вернуться, – с отеческой ухмылкой изрёк офицер. – К тому же, юная барышня, вы не первая, кто положил глаз на нашего техника. На его мозги уже очередь выстроилась.

– Я сирота, мне можно и без очереди! – безапелляционно заявила Юлька.

И повернулась ко мне.

– Серьёзно, дядя. Ты меня удивил. Что ты делаешь в «техничке», когда тебе самому положено на крейсере пиратствовать в Дальнем Космосе?

Я пожал плечами.

– Где учился – там и пригодился. Работа у меня такая. Смех смехом, а что скажешь по ситуации?

Юлька вернула взгляд на оперативный экран.

– Это полностью бесперспективный план, – сообщила она. – Ты прав почти во всём, что перечислил. Небесные тела не статичны и не постоянны. Они рождаются и умирают, порождают новые гравитационные связи. Если не учтём силы притяжения какой-нибудь разросшейся чёрной дыры или зацепим чей-нибудь гравитационный колодец, не рассчитав тягу двигателей, нас засосёт и не спросит. Не говоря уже о такой вещи, как астероидные потоки и кометные дожди. Встреча с ними способна уничтожить жизнь на планете, не говоря уже о каком-то древнем корабле.

Вот мне про астероидные потоки и кометные дожди можно не зачехлять. Что это такое – я испытал на собственной шкуре. Волосы поседели, кажется, не только на голове.

– Я проработаю этот план как запасной, – предупредила Рыкова-младшая. – Но рассчитывать на него не стоит. Необходимо найти способ вернуться домой, минуя гиперпространство и обычный космос.