Текст книги "Путь к бессмертию. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Shin_Stark

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 33 страниц)

– Вы взяли задание на Чёрную Гряду, – сказал я. – А идёте к юго-западной дороге. Проблемы с ориентированием в пространстве?

Цзян Юэ сжала губы.

– Тебе какое дело?

Вот хороший вопрос.

Очень хороший.

Мне действительно не должно было быть дела.

Более того, это была почти идеальная возможность.

Две ученицы пытаются сбежать.

Одно из главных правил секты: нельзя покидать секту без разрешения и нельзя дезертировать. Ученик секты – собственность секты. Не в красивых формулировках, конечно. Официально это называется «долг перед наставниками, горой и путем». Но суть та же: тебя взяли, кормили, дали трактаты, одежду, крышу, доступ к Ци и поручениям. Теперь ты не можешь просто решить, что тебе не понравилось, и уйти домой.

Если сбежишь, за тобой отправят карательную группу.

Поймают. Вернут. А потом показательно накажут.

И хорошо, если просто уничтожат даньтянь и выкинут прочь. Но скорее – казнят. Особенно если захотят напомнить остальным, что секта – не постоялый двор.

Если я убью их сейчас, формально это будет не преступление.

Наоборот.

Я остановил дезертиров.

Поступил как верный ученик.

Зал Справедливости, возможно, даже похвалит.

Ну или, по крайней мере, запишет в отчёт и забудет.

А главное – никто больше не будет говорить о Лу.

Вот она – идеальная реализация первого плана.

Я посмотрел на Цзян Юэ.

Потом на Цзян Лин.

– Вы понимаете, что если вас поймают, ьл казнят?

– Не поймают, – сказала Цзян Юэ.

– Конечно, – кивнул я. – Секта Облачного Меча, одна из крупнейших сект королевства, наверняка не способна найти двух учениц второго и третьего уровня. Особенно если они идут пешком, с мешками и бумагой задания, по которой прекрасно видно, где они должны быть.

Цзян Лин всхлипнула.

Цзян Юэ побледнела сильнее.

Но всё равно ответила:

– Мы не пойдём домой сразу. Мы уйдём через старую дорогу. Потом через деревни. Потом к реке. Если нас не найдут за семь дней, нас объявят пропавшими на задании. Возможно, мёртвыми. У Чёрной Гряды часто исчезают слуги.

Я молчал.

План был не совсем глупым.

Скорее отчаянным.

Слуги действительно пропадают. Особенно на заданиях низкой оплаты. Секта не любит тратить силы на поиски каждого слабого ученика, если нет причины. Через несколько недель отметят невозвращение. Через месяц-другой спишут как погибших. Если тела не найдут, это никого особенно не удивит.

Правда, если кто-то решит проверить – всё рухнет.

Но для второго и третьего уровня это всё равно было, пожалуй, лучшее, что они могли придумать.

– Зачем? – спросил я.

Цзян Юэ усмехнулась.

– Ты спрашиваешь зачем?

– Да.

– Чтобы жить!

Хороший ответ.

– В секте тоже живут, – заметил я.

Цзян Лин вдруг подняла голову.

– Нет.

Одно слово.

Но в нём было столько усталости, что я даже не сразу нашёлся с ответом.

Она смотрела на меня уже не как на сильного внешнего ученика.

И не как на человека, которого ненавидит.

А как на последнее препятствие перед дверью, за которой может быть хоть что-то кроме страха.

Младшая не выдержала.

– Это не жизнь, – сказала она тише. – Нас толкают, обирают, унижают, отправляют на самую грязную работу. Если мы жалуемся – становится хуже. Если молчим – тоже хуже. Ты теперь сильный, тебе не понять…

– Лин.

– Нет! – младшая вдруг сорвалась. – Нет, хватит! Пусть знает! Пусть знает, раз уж всё равно пришёл убивать нас!

Я не пошевелился.

Она сама сказала это.

Не я.

Цзян Лин смотрела на меня с мокрыми глазами.

– Ты ведь за этим пришёл? После того, что мы сказали про Лу? Ты же сильный. Тебе ничего не будет. Мы сбегаем – значит, нас можно убить. Правда? Это же удобно.

Умная девочка.

Слишком умная для второго уровня.

Очень жаль, что в секте ум без силы обычно только помогает раньше понять, насколько мир жесток.

Я мог солгать.

Мог сказать: нет, что вы, я просто случайно проходил мимо по ночному лесу, наслаждался соснами и философией.

Но не стал.

– Да, – признал я.

Цзян Лин замолчала.

Цзян Юэ медленно вытащила нож.

– Тогда делай, что должен. – сказала она.

В этот момент всё должно было стать проще.

Они сами всё поняли.

Они дезертиры.

Они знают слишком много.

Одно движение руки, и все будет кончено. Даже техники не нужно.

Потом пойду в Зал Справедливости приду с отчётом. Всё закончится.

Это надежный способ покончить с этим.

Я посмотрел на нож в руке Цзян Юэ.

На дрожащие пальцы Цзян Лин.

На дорогу, которая вела не к власти, к сокровищам или великим наследиям. Они просто хотели домой.

Вот же мерзкая ситуация.

Потому что убить врага, который пришёл за твоей головой, не так уж трудно. Ужасно, неприятно, но понятно. Он хочет твоей смерти – ты хочешь своей жизни.

Убить Фан Цзюня было легко не в смысле силы.

А в смысле решения.

Он сам гнал меня к краю.

Лу сам напал.

Фан Лэй сам пришёл с мечом.

А эти?

Эти просто не выдержали жизни в секте.

И да, они опасны. Покуда у меня ужасный Корень Духа – даже на десятом уровне я остаюсь человеком, от которого легко избавиться.

Да, если оставить всё как есть, они могут однажды стать причиной моей смерти.

Но сейчас передо мной стояли не враги.

А две девчонки, которым секта сломала жизнь быстрее, чем дала хоть какой-то шанс.

И хуже всего – я слишком хорошо понимал это чувство.

Когда место, которое должно было стать путём наверх, становится клеткой.

Я медленно опустил руки.

– Оставьте вещи, – сказал я.

Цзян Юэ моргнула.

– Что?

– Всё, что связано с сектой. Таблички. Одежду. Бумагу задания. Мешки. Личные вещи тоже.

Цзян Лин уставилась на меня.

– Но… они нам нужны.

– Нужны, – согласился я. – Но если хотите жить – оставите.

– Почему? – прошептала она.

Цзян Юэ молчала. Она смотрела мне в глаза. Долго. Слишком долго для человека, который боится.

И в какой-то момент, кажется, увидела то, что младшая ещё не поняла.

Не доброту, милосердие или благородство.

Ничего такого красивого у меня на лице быть не могло.

Скорее просто усталость.

И тот самый ответ, который люди иногда понимают без слов: если я сказал оставить вещи, значит, именно так и нужно поступить.

Цзян Юэ медленно убрала нож.

– Лин, – сказала она. – Делай.

– Но сестра…

– Делай.

Младшая дрожащими руками сняла мешок. Потом серый верхний халат. И все остальное тоже. Даже сменную одежду.

Остановилась на деревянной заколке, которой были сколоты волосы.

– Это мамино, – прошептала она.

Я почувствовал, как внутри что-то неприятно дёрнулось.

Прекрасно.

Теперь ещё и это.

– Положи, – сказал я.

Она прижала заколку к груди.

Цзян Юэ тихо сказала:

– Лин.

Младшая заплакала.

Но положила к остальным вещам.

Старшая сделала то же самое. Правда, никаких сомнений у нее не было.

Возможно старшая смогла бы добиться больших успехов, если бы не младшая. Но это уже не важно. Она сама выбрала семью вместо пути бессмертного. И не скажу, что это неправильный выбор.

Когда всё лежало на земле, я подошёл и присел рядом.

Собрал вещи в свой мешочек.

Потом посмотрел на девушек.

– С этого момента вы умерли.

Цзян Лин вздрогнула.

Цзян Юэ кивнула.

– Не идите сразу к родне, – сказал я. – Если там появитесь слишком быстро, вас найдут. Смените имена. Если идти прямо по дороге, то выйдите у деревни с большой статуей на площади. Найдите там кузнеца, и скажите, что вас прислал Человек В Маске Демона – он выдаст вам все необходимое. Ему платить не надо – у него все оплачено. В дальнейшем не платите Камнями Духа, если можете. Не говорите, что из секты. Не используйте Ци без крайней нужды. Вообще лучше забудьте, что умеете. Если кто-то спросит – вы сёстры из северной деревни, родня умерла, идёте к тётке. Тётку придумайте сами, но не слишком подробно. Люди плохо помнят простые истории и хорошо – необычные.

Они слушали.

– Через три дня сверните к реке. Не идите по главной дороге. Если увидите людей секты – прячьтесь, даже если никогда их не видели. Особенно если это слуги. Слабые чаще всего хотят выслужиться.

Я замолчал.

Потом добавил:

– И никогда больше не произносите моё имя.

Цзян Юэ посмотрела на меня.

– Почему ты это делаешь?

Вот вопрос, которого я опасался.

Не потому что не знал ответ.

Я мог сказать: потому что так выгоднее.

Мог сказать: потому что ваше исчезновение всё равно решит мою проблему.

Мог сказать: потому что если я вас убью, мне потом будет неприятно спать, а я и так сплю не идеально.

Вместо этого пожал плечами и улыбнулся.

– У меня хорошее настроение.

Цзян Лин всхлипнула так, будто одновременно хотела рассмеяться и снова заплакать.

Цзян Юэ долго смотрела на меня.

Потом вдруг сложила руки и поклонилась.

– Спасибо вам, Старший. – тихо сказала она.

Увидев действие старшей сестры, младшая осторожно повторила.

Черт, это ощущается совсем не так, как поклоны лизоблюдов в секте. Немного даже теплее стало на душе.

– Бегите, давайте. И… – я замолчал на секунду. – Если вы будете проходить через деревню Ляньси, найдите могилу старика по имени Чжоу Дэ, и расскажите, что Хао-эр не собирается с ним встречаться, ведь он станет настоящим бессмертным и никогда не умрет.

Девушки переглянулись и кивнули.

Цзян Юэ взяла сестру за руку.

Они развернулись и пошли в темноту между деревьями.

– Хех, похоже – мне нужно будет придумать другой план побега. Этим же воспользовались они…

* * *

Глава 25

Я стоял и смотрел им вслед, пока они окончательно не исчезли.

Ши Юэ вылез из-под плаща и завис рядом.

Он покачнулся в воздухе. Будто бы спрашивая, действительно ли я этого хочу?

– Ты понимаешь, что сейчас происходит?

Слизь радостно дрогнул.

– Конечно не понимаешь.

Он снова покачнулся. Хотя это было больше похоже на обиду из-за моих слов.

Снова посмотрев им вслед, я тяжело вздохнул.

И вот, что было совсем уж странно, мне действительно стало легче.

Не хорошо, нет

До хорошего тут было как до заложения Основы с моим Корнем Духа.

Но легче.

Я достал маленький Камень Духа и бросил ему.

Ши Юэ поймал его всем телом, втянул внутрь и засиял так довольно, что даже без лица выглядел неприлично счастливым.

– Бонусный, – сказал я. – Не для выживания. Просто потому что у меня хорошее настроение.

Слизень подпрыгнул.

– Не привыкай.

Он, разумеется, уже привыкал.

Я убрал вещи девушек в пространственный мешочек и направился обратно к секте.

По дороге думать было неприятно.

Поэтому я, конечно же, думал.

Смог бы я их действительно убить?

Не в теории.

В теории я уже всё решил. Даже план был.

Но если бы все пошло по плану, то что бы я сделал?

Я шёл между сосен, слушал, как под ногами хрустит сухая хвоя, и честно перебирал ответ.

Скорее всего – нет. У меня не хватило бы духа убить ни в чем не повинных людей.

Именно это было самым раздражающим.

Я бы нашёл причину, чтобы остановиться. Любую.

Сказал бы себе, что их смерть привлечёт больше внимания. Или что лучше использовать их иначе. Возможно откладывал бы их убиение мыслями, что сейчас неподходящее место.

Но причина нашлась бы.

Потому что я не хотел их убивать.

Вот и вся правда.

И иногда этого оказывается достаточно, чтобы разумный человек начал придумывать очень сложный план вместо простого убийства.

К рассвету я вернулся к внешнему городу.

Ворота уже открывались для ранних поручений. Стражники меня пропустили без вопросов. Один даже поклонился.

Я кивнул.

Внутри было спокойно.

Слишком спокойно.

Теперь нужно было сделать вторую часть этого сложного плана.

Куда более неприятную.

Зал Справедливости находился не в самой пагоде, а в отдельном широком здании с тёмной крышей и резными каменными зверями у входа. Звери выглядели так, будто их задачей было заранее напоминать посетителям: если пришёл сюда – либо ты жалуешься, либо на тебя жалуются, и оба варианта пахнут плохо.

Утром там уже было многолюдно.

Ученики с мелкими спорами.

Слуги, которых кто-то обвинял в краже.

Двое внешних учеников с разбитыми лицами, каждый из которых явно пытался доказать, что первым ударил не он, а второй сам упал на кулак.

Несколько внутренних учеников, пришедших по серьёзным делам.

И писари.

Много писарей.

Люди недооценивают писарей.

Очень зря.

Мечник может убить тебя один раз.

Писарь может записать так, что тебя будут убивать по правилам ещё три поколения.

Я вошёл.

Разговоры чуть стихли.

Не полностью.

Но достаточно.

Десятый уровень Концентрации Ци привлекал внимание. Тем более, они видели юношу в бело-серебристой одежде внешнего ученика и спокойное лицо человека, который пришёл не жаловаться, а сообщить.

К стойке подошёл сухой мужчина средних лет с узкими глазами.

– Какое у вас дело, старший? – спросил он.

В мире бессмертных старшим является не тот, кто больше прожил. А тот, кто дальше прошел в культивации.

– Две слуги попытались сбежать из секты, – сказал я.

В зале стало тише.

Писарь поднял кисть.

– Имена?

Я достал бумажную пластинку задания, две ученические таблички и положил на стойку.

– Цзян Юэ – третий уровень Концентрации Ци. Цзян Лин – второй уровень. Сёстры. Взяли задание на сбор Пепельной Полыни у Чёрной Гряды, но направились по юго-западной старой дороге. Я обнаружил их за внешними воротами. Они признались, что собирались сбежать.

Писарь посмотрел на таблички.

Потом на меня.

– Где они?

Я медленно выдохнул.

Вот оно.

– Мертвы.

Теперь стих весь зал.

Не просто ближайшие ученики. Абсолютно все и каждый, кто был здесь.

Даже двое учеников с разбитыми лицами перестали пытаться доказать, кто из них более невиновен.

Оно и понятно. Правила против дезертиров придуманы, чтобы наши культиваторы и наши тайны не утекли в другие секты. И чтобы защитить обычных людей от бессмертных.

Но они всего на втором и третьем уровне «Концентрации Ци». Они явно не собирались в другую секту. И сеять хаос по миру тоже не могли.

Все понимали, что они просто не справились с жизнью бессмертных, и попытались сбежать.

Так что, для абсолютно каждого присутствующего это, наверное, звучало как простое признание в убийстве двух девочек.

Писарь помолчал.

– Ты убил их? – уточнил он.

– Да.

Где-то сбоку кто-то тихо втянул воздух.

Писарь прищурился.

– Они были второго и третьего уровня.

– Верно.

– Ты внешний ученик десятого уровня.

– Тоже верно.

– Почему не привёл живыми?

Я посмотрел ему прямо в глаза.

– Они пытались бежать. После остановки отказались возвращаться. Старшая достала оружие. Младшая попыталась использовать талисман. Я решил не рисковать.

Вот последняя фраза была настолько наглой, что на мгновение даже мне стало неловко.

Не рисковать.

Против второго и третьего уровня.

Вот примерно также звучало бы оправдание танкиста, выстрелившего в муравья.

Но иногда именно наглость делает ложь похожей на правду: «Слишком странно звучит – значит он точно это не придумал. Да перед нами – просто псих!»

Писарь явно тоже так подумал.

– А где трупы? – холодно спросил он.

Я поднял руку.

Ши Юэ послушно выполз из рукава.

Не весь.

Сначала маленькой чёрной каплей. Потом растёкся по ладони, стал плотнее, темнее, почти смоляным. За последние годы он научился менять оттенок, особенно когда жрал определённые материалы. Чёрным он становился после некоторых ядовитых грибов и пары порошков, которые я использовал для его тренировок.

Выглядело неприятно и немного пугающе.

– Мой духовный питомец, – сказал я. – Их тела были полезны для его питания, так что я скормил их ему.

Тишина стала уже не просто полной.

Она стала оскорблённой.

Даже писарь на мгновение потерял выражение лица.

Один из внешних учеников с разбитым носом отступил на полшага.

Кто-то прошептал:

– Он скормил их слизню…

Ши Юэ в этот момент, словно почувствовав важность сцены, радостно колыхнулся на моей ладони, и перетек из руки к шее. Из простого кругляша превратившись в жуткую черную жижу.

Вот ведь талантливый мерзавец.

Писарь медленно сказал:

– Ты утверждаешь, что после убийства двух учениц секты скормил тела своему питомцу?

– Двух дезертиров, – мягко поправил я. – Слуг, пытавшихся покинуть секту под видом задания.

Он посмотрел на меня.

Я – на него.

Очень спокойное соревнование взглядов.

Чтобы подкрепить свои слова, я достал их вещи. Сначала мешки. Потом серые ученические халаты. Потом остатки сухой еды. Кошелёк с мелочью. Деревянный гребень. Медное кольцо на шнурке. Письмо в старой ткани.

И наконец – деревянную заколку Цзян Лин.

Я положил её на стойку последней.

Не знаю зачем.

Наверное, потому что это было самым убедительным доказательством.

Люди могут бросить одежду. Могут потерять табличку. Могут отдать мешок.

Но такую вещь не оставляют просто для обмана.

Писарь смотрел на предметы долго.

Потом взял таблички, сверил с книгой, нашёл запись задания и кивнул второму писарю.

Тот что-то быстро записал.

В этот момент я узнал одного из тех, кто тут работал. Лицо было смутно знакомое, но я вспомнил, что именно он был одним из тех троих бессмертных, которые привели меня сюда.

Кстати, он был всего пятого уровня. Совсем не впечатляет. Хотя раньше казался возвышенным бессмертным.

Он тоже меня узнал.

– Мин Хао… эти девочки… они ведь прибыли с тобой вместе! – сказал он во всеуслышанье.

В зале зашептались.

– Они прибыли вместе…

– Значит, он знал их с первого дня…

– Второй и третий уровень…

– Зачем убивать? Мог одним пальцем связать…

– Скормил слизню…

– Это уже не человеческий поступок…

Я стоял спокойно.

Этот парень еще больше уничтожил мою репутацию. Но я был благодарен ему за это. Ведь благодаря ему моя история звучит еще более жуткой.

А значит, более правдоподобной.

Писарь отложил кисть.

– Дело будет передано старшему надзирателю Зала Справедливости. До проверки ты должен быть доступен для вопросов.

– Разумеется.

– Учитывая предоставленные таблички, личные вещи и зарегистрированное задание, предварительно действия ученика Мин Хао будут записаны как пресечение попытки бегства слуг Цзян Юэ и Цзян Лин. – сквозь сжатые зубы процедил он.

Он сделал паузу.

– Однако отсутствие тел будет отмечено.

– Этот ученик понимает.

Писарь посмотрел на Ши Юэ.

Слизь колыхнулась.

Писарь явно пожалел, что вообще посмотрел.

– Убери это.

– Конечно.

Я спрятал Ши Юэ обратно.

Тот, кажется, был доволен собой до невозможности.

Ещё бы.

Карьерный рост у слизня шёл куда увереннее, чем у многих учеников.

Я сложил руки.

– Благодарю за труд.

Писарь ничего не ответил. Только махнул рукой.

Разговор был окончен.

Я развернулся и пошёл к выходу.

Толпа расступалась.

И вот это было уже не то уважение, что утром на рынке. Не то осторожное признание силы. Не тот торгашеский страх, с которым продавцы снижают цену и внутри проклинают твою родословную.

Нет.

Это было другое.

Люди отходили так, будто рядом проходило что-то жуткое и опасное.

Не просто сильный внешний ученик.

А человек, который убил двух слабых девушек, с которыми когда-то пришёл в секту, а потом скормил их тела духовному питомцу и спокойно сообщил об этом при свидетелях.

Но я осознанно пошел на этот шаг.

Плохая репутация – тоже репутация. Если я буду известен как псих, то ко мне также не будут лезть.

Возможно – это даже лучше, чем просто сила.

На улице я остановился у ступеней Зала Справедливости.

Утро уже полностью поднялось над городом. Свет ложился на крыши, на торговые ряды, на серые одежды внешних учеников, спешащих по своим мелким делам.

Где-то там, далеко за внешними дорогами, две девушки без имён секты сейчас уходили прочь.

Если им повезёт, через несколько месяцев они доберутся до своей деревни, и им придется долго объяснять, почему они, кто ушел в мир бессмертных, вернулись.

Впрочем, это уже не мои проблемы.

Ши Юэ тихо шевельнулся под одеждой.

– Да, – сказал я ему. – Мы с тобой сегодня стали очень плохими людьми.

Слизень, естественно, не возразил. Хотя он вообще не человек.

Я спустился по ступеням.

Имя Мин Хао покатилось по Залу Справедливости, потом по рынку, потом по внешнему городу. К вечеру, я был уверен, история обрастёт подробностями. К завтрашнему утру я лично вырву сердца двум несчастным красавицам и заставлю слизня пить кровь при луне. Через три дня окажется, что я кормлю Ши Юэ только учениками, которые не проявляют ко мне должного почтения. Через неделю кто-нибудь поклянётся, что видел, как мой слизень сам просит человеческого мяса.

Люди обожают улучшать правду.

Особенно если правда и без того достаточно мерзкая.

Я прошёл мимо первой группы учеников.

Они замолчали.

Вторая отступила к стене.

Третий Слуга, едва увидев меня, резко свернул в переулок.

А это достаточно удобно.

Почему же тогда внутри было так неприятно?

Впрочем, ничего страшного. Очень скоро я привыкну.

Я усмехнулся.

– Праведная секта, говорите?

Никто рядом не понял, о чём я.

Да и не должен был.

К полудню слух уже получил форму.

К вечеру – имя.

Так я и стал известен на всю секту…

* * *

– Слышали о том, что случилось…?

– Этот парень убил двух девушек и скормил их своему питомцу!

– Я видел эту тварь. Эта жуткая штука – точно не слизь! Она черная как смола, и извивается, будто вот-вот бросится на тебя. Эта штука – точно Демон!

– Да. И Мин Хао этот – тоже не человек. Человек бы так точно не поступил с бедными девушками. Он тоже Демон!

– А за что он с ними так?

– Говорят, его Демоническая Слизь просто захотела их съесть.

– Почему его тогда не накажут?

– У него связи есть. Я слышал, что Старейшина Му – его рабыня! Она лично готовит ему пилюли, и кормит слизь.

– Жуть…

– Еще говорят, что он близок с той самой Лань Сюэ. Именно он промыл ей мозги, из-за чего она бросается на всех мужчин. Наверное, тоже его женщина.

– Лань Сюэ его женщина⁈

– Да. Он очень ревнив, поэтому Лань Сюэ бросается на всех мужчин, кто подходит слишком близко.

– Как этот Демон вообще попал в нашу праведную секту⁈

– Этот Демон из праведной секты…

– Демон праведной секты…

– Слышала, что Праведный Демон…

– Этот Праведный Демон…

– Праведный Демон…

* * *

Кажется, спустя пять лет у меня тоже появилось прозвище.

Вот так они и рождаются.

Не от великих подвигов.

Не от Небесных знамений.

А из грязного шёпота, страха, недопонимания и одного очень довольного слизня, которого вовремя показали нужным людям.

Кстати, Ши Юэ теперь тоже получил прозвище.

Демоническая Слизь.

Если так дальше пойдет, может и правда станет Королем Демонических Драконов?

Впрочем, мое имя было ничуть не менее броским.

Праведный Демон.

Я услышал это впервые уже ближе к вечеру, когда проходил мимо закрывающейся лавки трав.

Двое внешних учеников шептались у стены.

– Это он?

– Тише! Хочешь, чтобы услышал?

– Говорят, он своих сожрал…

– Не он. Его слизень.

– Какая разница? Его не просто так назвали Праведным Демоном…

Я остановился.

Они побледнели.

Один, кажется, на мгновение забыл, как дышать.

Я посмотрел на них. Они вздрогнули.

Я улыбнулся им. Они отступили на пару шагов.

– Ши Юэ, ты голоден? – спросил я.

Слизень показался из рукава и покачался.

– А-а-а!

– Помогите! Праведный Демон нас атакует!

Они побежали так, что и внешние ученики обзаведутся их скорости.

Я же с трудом сдерживал свой смех. А вот Ши Юэ откровенно ржал. Ну или я не знаю, как еще воспринимать эти его подергивания.

Впрочем, веселиться за их счет слишком долго я не стал.

Вскоре я вернулся в родненькую пещеру.

Все-таки, обязанности садовника с меня никто не снимал.

Через несколько вдохов у прохода оказалась еще одна фигура.

«Мне было интересно, как скоро она появится», – про себя чуть грустно вздохнул я.

Му Цинлань – старейшина, которая сделала мне много добра.

К сожалению, сплетни ее тоже задели. Но, когда она изгонит меня с горы, думаю, ее репутация быстро вернется.

Да, именно «когда», а не «если». Потому что я был уверен, что она меня изгонит.

В прошлом, из-за возможных слухов она не приняла меня в ученики, когда я молил ее об этом.

Тем не менее, она поселила меня на своем пике. И сделала очень много добра. И я вовек не отплачу ей за это.

– Как сад? – спросила она с далека.

Поскольку она уже заговорила, то приветствовать ее не было смысла.

– В полном порядке, – ответил я. – Думаю, даже если никто не будет за ним присматривать, он еще неделю или две будет в хорошем состоянии.

Му Цинлань кивнула.

Я всегда выполнял свою работу хорошо, и она это знала.

– Знаешь, я… – она замолчала, после чего вздохнула и отвернулась. – Вчера ночью я прогуливалась по юго-западной дороге… и видела там прекрасные цветы.

Я вздрогнул.

– Что? – ошарашенно спросил я.

Она слабо улыбнулась.

– Эти цветы сохранили воспоминания о благородстве и доброте человека, который помог незнакомым девушкам во вред себе. Он опорочил свое имя, но спас их. Думаю, в этот момент он стал примером и для меня.

По телу пробежали мурашки.

То есть, несмотря на слухи и мою репутацию, она готова оставить меня здесь?

– Этот юноша вряд ли достоин такой похвалы, Тетушка Му. – сложил я руки вместе.

Было трудно сдержать эмоции. Поэтому я сделал то, что умею лучше всего – спрятал все внутри себя, и сделал вид, что все в порядке.

– Кстати, на счет этого. Можешь называть меня мастером.

– Мастером?

– Да. С этого дня – ты мой Второй личный ученик. И внутренний ученик секты Облачного Меча. – она подошла ко мне и коснулась плеча. – Поздравляю, мальчишка. Ты достиг того, о чем другие могут только мечтать.

В этот раз я уже не смог сдержать улыбки.

– Пусть мастер Му живет тысячу лет! Потом еще тысячу лет! Потом еще тысячу лет!

Она прыснула от смеха.

– Давай уже, льстец, готовься.

– К чему? – удивился я.

В ее глазах проявился хитрый блеск.

Но прежде, чем она успела ответить, все вокруг начало дрожать.

– О, кажется уже началось. – ухмыльнулась она.

А потом послышался громкий голос, разнесшийся по всей секте.

– ВСЕМ ВНУТРЕННИМ УЧЕНИКАМ СЕКТЫ ОБЛАЧНОГО МЕЧА НУЖНО СОБРАТЬСЯ НА ЦЕНТРАЛЬНОЙ ПЛОЩАДИ! МЫ ДОЛЖНЫ ВСТРЕТИТЬ ГОСТЕЙ ИЗ СЕКТЫ ДУШИ ЗВЕРЯ! И ПОДГОТОВИТЬСЯ К ТОВАРИЩЕСКИМ СОРЕВНОВАНИЯМ МЕЖДУ СЕКТАМИ!

Я не мог поверить своим ушам.

Какие еще товарищеские соревнования⁈ Это значит, придется много драться⁈

                                        

* * *