Текст книги "Сто тысяч миль (СИ)"
Автор книги: Sabrielle
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 45 страниц)
– Вы тут что, утопию строите? – не понял Коллинз.
– Что строим? – не поняла Лекса.
«Мёрфи, прошу, отзовись».
– Что вы хотите от наших людей? – злобно зашипел Канцлер.
– Чтобы вы постоянно делились своими генами с будущими поколениями людей. Вынашивали детей. И без устали работали на благо общества. Ничего необычного.
– То есть хотите превратить наших женщин в инкубаторы? А наших мужчин в тягловых лошадей? Что за добровольное рабство, на которое я должен подписать всех своих людей?!
– Добровольное рабство? – насмешливо фыркнула Командующая. – Это то, что предписано нам природой. Размножаться и развиваться. Пусть не так, как вы того хотите. А вы-то хотите всё сделать чужими руками. Так не бывает. Придётся потерпеть, господин Канцлер.
«ДЖОН!»
– Хотите знать, что я думаю? – только сейчас я понял, насколько Коллинз взбешён. – Занимайтесь своим светлым будущим, а мы займёмся своим. Катитесь к чёрту! Вы услышали меня, Командующая? Вам всё ясно?
– Предельно, – с жуткой улыбкой ответила она, а из зарослей за её спиной появились ещё воины. И ещё. И ещё.
Их десятки. Возможно, сотни.
«ПОМОГИ!»
Я схватил Коллинза за шкирку и втащил в оцепление нашего отряда. Парни держали винтовки наизготовку, но стрелять не спешили. Все понимали: один выстрел – и ничего уже не изменить.
– Рейес! Рейес, ответь! – в панике я почти задыхался, но в ответ коммуникатор молчал. Я поднял взгляд на Коллинза и едва выдавил: – В лагере. Беда.
– Иди, – отрывисто ответил он. Я замер: неужели он не понимает? – Чего стоишь? Оглох? Иди! Приказ Канцлера! Дакс и Адам, вы со мной. Остальные – за Мёрфи.
– Господин Канцлер, ты чокнулся? – я даже не шевельнулся. – Ты чего хочешь тут добиться?
– Хочу прикончить эту стерву. Хочу выиграть нашим хоть немного времени.
– В лагере уже что-то происходит, – мне захотелось потрясти его за плечи. – А у тебя нет шансов против толпы её телохранителей. Очнись, Коллинз! Это самоубийство!
– Как и вся эта миссия, – отрезал он. – Дуй в лагерь. Сейчас же!
– Постарайся не умереть. Идёт?
– Мёрфи, почему ты всё ещё здесь?
И я ушёл. Со мной пошли ещё восьмеро. Никто не смеет ослушаться приказа Канцлера.
До лагеря было рукой подать, я только начал задыхаться в приступе отдышки, как показался охранный контур. Уже у частокола нас остановил отряд землян. Не меньше дюжины. В шумной суматохе, что раздавалась из-за стен лагеря, мы почти не заметили их приближение. Они материализовались за спиной. Убивать не собирались, только схватить – иначе мы были бы уже мертвы. К горлу Коннора прижали нож, утаскивая в заросли. Тот же трюк попытались проделать с Гленном, но Миллер вовремя среагировал. Одним нажатием на курок продырявил землянину плечо. Атом бросился вглубь леса, отбивая захваченного товарища. Остальные едва очухались, взялись за оружие наизготовку.
Я тоже взвёл прицел и пальцем дотронулся до курка. Снял предохранитель. Бум. Один упал. Бум. Следующий. Бум. Хлопки выстрелов взрывались в голове. Убийца. Я – убийца. Бум.
Охранный контур больше не гудел. Коммуникаторы без связи превратились в бесполезный кусок кремния. Ублюдки прорубили себе путь сквозь главные ворота и теперь бесчинствовали в лагере. Их было много. Десятки. Сотни. Они быстро, но методично хватали всех, кого могли. Кто-то отчаянно сражался, схватив лазерные резаки, кто-то бежал, кто-то опасливо выглядывал из укрытия, пока его не настигал очередной захватчик. На одного нашего было трое ублюдков. Без шансов. Земляне сформировали кольцо вокруг корабля, перерезая путь к спасению. Частокол захлопнул ловушку с другой стороны. Холодок пробежал по спине. Скольких они уже утащили?
Четырьмя быстрыми выстрелами мы прикончили охранников главных ворот. Под градом стрел их охранного кольца едва уцелели, проскользив по траве за ближайший домик. Дерево их стрелы не возьмут.
– Группируемся за укрытиями и снимаем всех, пока хватает патронов, – шёпотом приказал я. – Наша цель – добраться до корабля. Уничтожить всех.
– Какого чёрта корабль закрыт, когда половина наших ещё здесь? – гневно выплюнул Миллер. – Как мы попадём внутрь?
– Прикончишь всех ублюдков и увидишь, – рыкнул я, взводя прицел.
Бум. Бум. Бум. Порой воины падали на землю, будто картонные фигурки.
– Твою мать, как стрелять, если я могу попасть в наших? – зашипел Атом, пытаясь добраться до землянина, что скрутил Фокс и стремительно тащил её к дыре в другой части частокола.
Чёртово дерьмо! Раньше я её не видел.
– Перебейте кольцо у корабля. Поняли?
Земляне, поняв, что происходит, перегруппировывались. Кольцо исчезло – они попрятались за ближайшими постройками и ящиками. Только чёрта с два они знали, что пули – не стрелы, и дерево для них не аргумент. Бум. Бум. Стрелы снова засвистели, когда мы тоже перегруппировывались, продвигаясь вперёд. Как же их много! Главное – прикончить всех, пока идёт подкрепление. Иначе у нас не будет ни шанса.
Вдруг ожил коммуникатор. Из сопла двигателя корабля вырвалось облако чёрного дыма.
– Рейес! Рейес, ты здесь? – с надеждой выпалил я, уклоняясь от очередной стрелы.
– Мёрфи? – её голос послышался из динамика. – Ты где? Где Финн?
– Коллинз с Лексой. Мы расчищаем оцепление землян вокруг челнока. Ты внутри? Мы почти прорвались.
Бум. Бум. Бум.
– Не тратьте патроны. Пустите их к нам. Пусть подойдут ближе.
– Что?
– Уходи из лагеря, Мёрфи. Уводи ребят!
– Ты что задумала? Хочешь всё тут сжечь?
– Аккумулятор сдохнет с минуты на минуту. Шевелитесь!
– Я не брошу вас там.
– Значит вернись за нами потом, мать твою!
– Сколько вас в корабле?
– Тридцать пять.
– Остальные?
– Забрали.
Послышался гул кислородных насосов, сгущающих топливный окислитель. Эта лиса не шутила.
– Погоди с поджогом, Рейес. Дай им привести побольше людей.
– Идите.
– Ты понимаешь, что сейчас сожжёшь больше половины нашего оборудования?
– Лучше, чем кто-либо ещё. Но так надо, – впервые её голос так сильно задрожал.
А потом она отключилась.
Мы были уже за частоколом, когда рёв двух десятков реактивных двигателей оглушил, посылая по земле волны вибраций. Затряслись деревья, птицы в испуге вспорхнули с веток. Огонь и дым взмыли ввысь. Волна нестерпимого жара пронеслась мимо. Тут же чёрные клубы рассеялись повсюду, пока пламя с треском пожирало почти всё, что мы успели отстроить.
Тридцать пять человек. С Коллинзом, мной и отрядом – сорок восемь.
Сорок восемь из ста.
Игра ещё не окончена, земные ублюдки.
***
Перед глазами стояла мутная пелена.
– Но зачем? Зачем вы это сделали?
Рэйвен отвернулась. Монти тяжело вздохнул. Джон приложился к кружке.
– Я не смогла бы стоять и смотреть, как пытают наших людей, – в голосе Рейес звучало хриплое отчаяние. – Я бы сдалась и делала то, что они попросят. Ремонтировала бы корабль. Довезла бы их до «Ковчега». Я – трусиха. Предпочла отрезать нам последнюю ниточку к дому, чем сдать её в руки землянам. Я сожгла почти всё топливо и больше половины бесценных ресурсов. «Исход» вряд ли когда-то ещё сможет взлететь. И… Наверняка из-за меня погиб кто-то из наших. Нам пришлось отбиваться от толпы этих нелюдей, и в какой-то момент их стало слишком много. Мы с Монти… Мы закрыли шлюзы. И если ты сейчас пожелаешь мне смерти, я не стану тебя за это осуждать.
Впервые я увидела у неё в глазах слёзы. Монти закрыл лицо руками.
– Ублюдки взяли корабль в кольцо, никто всё равно не мог к нему пробраться. Я там был, я знаю, – сказал Мёрфи.
– Вы действовали согласно Протоколу, – прошептала я. – Никогда в этой жизни я не стану осуждать никого из вас.
– К чёрту Протокол, – злобно выплюнула Рейес. – Ты знала, что они задумали? Поэтому вернулась? Хотела предупредить?
– Рэйвен…
– Что «Рэйвен»? Я рада видеть тебя, Кларк, живую и здоровую, но ты хоть понимаешь, как это выглядит?
Я не могла совладать с голосом несколько долгих секунд – снова задыхалась от кома в горле.
– Простите меня. Они много раз угрожали мне всё здесь уничтожить, но я никогда не воспринимала угрозы всерьёз. Я не понимала, чем рискую.
– Ты видела Лексу? – вскинулся Мёрфи.
– Нет, никого с таким именем. Я… Мы с Уэллсом не отошли от лагеря даже на полмили, но там уже была засада. На нас напали воины Лесного Клана. Решили вести к своему Совету. У нас не было особого выбора…
Исповедь полилась сама собой. Я говорила, порой запиналась, порой не могла подобрать нужные слова. Порой взволнованно сглатывала от внезапной сухости в горле. Все страхи, переживания и надежды рвались из меня вместе с рассказом о нескольких неделях, показавшихся вечностью. Я вновь мысленно стояла перед советниками и дрожала от волнения, будто лист на ветру. Вновь слышала вкрадчивый голос Аарона, вновь спорила с Беллами, говорила с Аньей и следила за причудливыми обычаями землян. Вновь решалась на побег и попадалась командиру. Вновь сквозь стыд и боль осознавала свои ошибки.
Меня не перебивали. Даже когда я закончила рассказ, они молчали. Я не спешила нарушать тишину – мой ворох мыслей тоже не торопился укладываться в цельную картину.
– То есть, – первым подал признаки жизни Джон, – ты хочешь сказать, что из-за твоего побега они поняли нашу истинную опасность. Доложили об угрозе этой своей чокнутой Командующей. А она уже должна была разобраться с нашим лагерем и с нами по своему усмотрению.
Я кивнула. Командир Блейк немало рассказывал мне о Коалиции, главой которой представилась Лекса. Но, как оказалось, ещё о большем он умолчал. Что у Коалиции есть Командующая, которая вправе творить то, на что их Военный Совет не решился.
– Почему Советники «Ковчега» ни слова не сказали нам про «Маунт Уэзэр»? – в унисон моим мыслям спросила Рейес.
– То есть факт присутствия на этой проклятой планете смертельного вируса тебя вообще не волнует? – вклинился в разговор Атом.
Я печально усмехнулась.
– У нас не слишком много шансов победить его самостоятельно. Если мы и заражены, то единственное лекарство сейчас находится в «Маунт Уэзэр». К тому же, у них может быть средство для связи с «Ковчегом». Бункер – наша цель номер один.
– И Советники почему-то о нём умолчали, – по-настоящему озадаченно проговорила Рэйвен.
– Ты полностью исключаешь факт того, что они не знали? – спросил Джон.
– Нет, не исключаю, – выдохнула она. – Но если знали? Какая может быть причина не говорить нам? Обезопасить?
– Когда хотят обезопасить, то говорят, что играть с огнём опасно, а не ждут, пока сам его добудешь и сожжёшь кислорода на месяц жизни. Чёрт его знает. Вопросов как всегда намного больше, чем ответов.
– Но теперь у нас хотя бы есть цель, – заметил Монти. – Есть гипотетическое убежище. Есть… хоть что-нибудь.
Я уставилась на свои руки, сложенные на коленях. Уставшая. Опустошённая. Но хотя бы не одна. Подняв голову, я посмотрела на Джона.
– Что случилось после запуска двигателей «Исхода»?
Мёрфи отвёл взгляд.
– Расчёт был на то, что адское пламя их испугает, и у нас будет время скрыться. Так и случилось – какое-то время земляне не рисковали подходить близко. Незадолго до того момента мы как раз обнаружили эту пещеру и решили перекантоваться здесь. Но нас было больше сорока, и идти сквозь лес всей толпой было самоубийством. Потому мы решили разделиться на три группы по пятнадцать человек.
– Они всё-таки нас выследили по следам и сломанным веткам, – слово взял Монти. – В том бою мы потеряли Коннора и Майка. И ещё двое потом умерли от заражения. Земляне забрали Рому и Харпер, и… – его голос вдруг сорвался. Грин тяжело сглотнул. – Нас осталось шестеро. Атом, Гленн и Миллер нас защищали. А мы бежали, как трусы. Спасали чёртово оборудование. Мы ждали другие две группы. Рэйвен четыре дня выслеживала их по радарам.
– Они не пришли, – от тоски защемило сердце.
– Не пришли, – эхом повторил Монти.
– Странно, что отряды Лесного Клана не рыщут по округе. Мы не настолько талантливо спрятались, – заметила Рейес. – Если эти звери с клеймами на лицах не местные и могут не знать про это место, то Лесной Клан…
– Ничего странного, – возразил ей Джон. – Они захватили или убили почти всех в лагере. Что им толку усиленно охотиться на нас? Всего шестерых? Но в одном ты права. Расслабляться нельзя.
Я внимательно вглядывалась в каждого из друзей. Всё это время я боялась, что вирус уже добрался до них. Но они выглядели нормально. Бледные, но внешне здоровые.
– Насчёт этой местной заразы… – начала я. – Вы не чувствовали каких-то странных симптомов? В лагере были случаи летального исхода?
– В первые несколько дней – да, но ты и сама об этом знаешь, – ответил мне Монти. – После вашего исчезновения больше никто серьёзно болел. Адаптировались. Это хорошо или плохо?
– Пока хорошо, – тихо сказала я. – Наше ДНК проектировали невосприимчивым ко всем известным человеку типам вирусов. Я не знаю, как получился этот штамм, но я склоняюсь к версии, что он – творение рук человека. И тогда мы защищены.
В их опустошённых взглядах я впервые увидела искорку надежды. Лучше надеяться. Лучше верить. Война не станет ждать, пока мы передохнём.
– Я рад, что ты с нами, – искренне заявил Грин.
– Я тоже. Но я иначе представляла себе эту встречу, – с тоской сказала я.
Рэйвен вдохнула и закусила губу в немой горечи.
– Мы все наделали ошибок, Кларк. Но это не значит, что мы не можем попытаться их исправить.
Я оглядела друзей. Конечно, мы будем сражаться. Разве могло быть иначе?
========== Глава 12. Беллами ==========
Полис отстроили на крупном острове в течении реки, что разрезала земли Кланов надвое. Помимо огромного рынка, на который свозили всё, что было возможно довезти, город был ещё и крупным портом, где останавливались торговые лодки. В самом сердце острова ввысь взмывала высокая башня – символ единения людей послевоенной Земли. Белокаменная и величественная в лучах утреннего солнца, она поражала воображение. Даже издалека. Я читал о ней в книгах, но не мог и представить, насколько впечатляюще она выглядит.
– Никаких оборонительных стен? Они что, совсем бесстрашные?
Я вздрогнул от неожиданности и бросил взгляд за спину.
– Райдер?
– Теряешь хватку, – хмыкнул он, подходя к борту. – Раньше к тебе было не подкрасться.
– Задумался, – тряхнул головой я. – Не ждал засады. Думал как раз о том, как удобно, когда вокруг нет лесов, полных зверей, только вода. Не от кого защищаться. В книгах писали, что внешние крепостные стены не строили, желая подчеркнуть нейтральный статус города. Это не крепость, а место, где рады всем без исключения.
Даже таким изгнанникам, как я.
– Похоже, в книжках иногда пишут интересные вещи. Жаль, что я ненавижу читать.
– Что там пустоши? Там бывает не менее интересно. Особенно тебе. Хотя два месяца подряд – это слишком даже на мой вкус.
– Мы возвращались, так что не совсем подряд. Пришлось же тащить домой проклятого горца, – усмехнулся он. – А за второй месяц улова было несравнимо меньше. Мясо да шкуры. Как всегда.
Я бросил на напарника нарочито равнодушный взгляд.
– Ты знаешь, почему собрание решили провести именно сейчас?
Райдер наравне со мной всегда был одним из любимых учеников Густуса и мог знать то, чего не говорили мне. Мог знать всё. Но он только пожал плечами:
– Я слышал только, что произошли какие-то изменения, о которых хотят объявить Коалиции. Больше ничего.
– Ты знал, что Ледяной Клан пересёк Перевал Мертвецов?
Я искал напряжённость или попытку солгать, но увидел только искреннее удивление.
– Что ты сказал?
Пятернёй я взъерошил волосы на затылке, вновь переводя взгляд на приближающийся город.
– Артигас? Пенн? Индра? Они могли знать?
– Думаю, что из всех командиров только тебя удостоили такой информацией, – поджал губы он. – Это поэтому Густус вчера был злее дикой кошки?
– Можно сказать и так, – вздохнул я. – Кое-что произошло. Возможно, скоро мне придётся уехать.
– Наш город? – напрягся Райдер.
– Нет, – отрицательно покачал головой я. – По крайней мере, пока что нет.
– Небесные? – догадался он.
– Да. Густус уже давно знал про Ледяных на нашей территории. Потому не отправлял новых отрядов на место посадки корабля. Значит, не хотел дать Ледяным понять, что первыми нашли Небесных именно мы. Он выжидал, наблюдая за тем, что предпримет противник. А теперь…
– Что «теперь»? – мрачно уточнил он.
– Теперь я не понимаю, почему в такое неспокойное время командир забрал с собой всех нас. Город ослаблен. Под боком бродит Ледяной Клан. А мы приехали на это дурацкое собрание, которое последний десяток лет было чистой формальностью. Такое чувство, что это всё – большая ловушка.
– По соглашению Коалиции Ледяной Клан имеет полное право находиться на нашей территории.
– Только пока это не военная кампания.
– Верно.
– Когда мы поймём, что это военная кампания, будет уже слишком поздно.
– Мы этого не знаем.
– Но не знаем и обратного.
– А ты не думал, что Густус скрывал настолько важную информацию по какой-то определённой причине?
Я замер на несколько долгих мгновений. Прежде я считал, что Густус просто просчитался. Но теперь догадался. И похолодел.
– Например?
– Не прикидывайся идиотом, – серьёзно посмотрел на меня Райдер. – Ты прекрасно понял, о чём я. Он подозревает кого-то в предательстве и ждёт, когда крыса выдаст себя. И он взял всех нас сюда именно потому, что боится. Город ослаблен, но предатель среди командиров во время осады – это нечто несравнимо худшее.
Я опёрся о перила борта и уставился на пенящуюся от столкновения с кормой зеленоватую воду. Всё это бесконечная игра в догонялки, где каждого съедают дикие кошки задолго до финиша.
– Блейк?
– Он сохранил Небесной жизнь и держал у нас взаперти, чтобы выгодно её использовать в случае обострения ситуации. Я не знал об этом. И помог ей сбежать из нашего города несколько дней назад. Если бы я знал, что Ледяной Клан уже у нас на пороге, я бы никогда так не поступил. Я бы лучше умер, – я повернулся, наблюдая, как шок и негодование сменяют друг друга на лице напарника. – Густус нашёл своего предателя. Но какой от этого толк?
– Какого… – Райдер сначала нахмурился, а затем резко сделал шаг вперёд. Казалось, вот-вот схватит за глотку и скинет за борт. – Командир всегда называл тебя в числе лучших. А ты вот так… Какого чёрта, Блейк?
Я заговорил. Повторил ему всё то же, что и говорил Густусу в вечер накануне.
– Ты ведь и сам всё понимаешь? – к своему удивлению в его вопросе я услышал отголоски сожаления, когда закончил свой рассказ. – Командир никогда тебя не простит. Даже если понимает и верит в твои мотивы. А он верит, судя по тому, что на тебе нет клейма.
– Знаю. Хочу закончить все дела, пока есть время.
Корабль уже подошёл вплотную к пристани, и моряки Водного Клана кидали швартовочные тросы на причал. Работники порта подхватывали их и накидывали петли на швартовочные тумбы. Райдер долго молчал, а затем вдруг сказал:
– Густус искал не тебя.
– Что? – резко глянул на него я.
– Я думаю, не ты его подозреваемый. Есть то, чего он опасается намного больше, чем твоего стремления к светлому будущему.
– «Второй Рассвет»? – вспомнил беседу с Эвелин я.
– Да. Думаю, Густус ищет их скрытых сторонников. Возможно, я доверчивый дурак, но никак не могу представить тебя в их рядах.
– Почему ты мне веришь?
– Не знаю, – пожал плечами он, когда мы пришвартовались. – Но верю. Благодаря тебе меня и моих ребят не освежевали разбойники прошлой зимой. Такие долги не оставляют неоплаченными. Можешь на меня рассчитывать.
Как членов почётной делегации, нас поселили в главной башне. Лесному Клану отвели западное крыло шестого этажа. Из окна моей небольшой комнаты открывался вид на часть города и живописную долину реки, что блестящей лентой утекала вдаль. Оба берега обступили пушистые ярко-зелёные леса, подчас покачивающиеся на ветру.
Коллегия Полиса дала делегациям обустроиться, а затем пригласила на приветственный обед. Дневного света, пробивающегося в окна, едва хватало для освещения всей башни, потому пространство освещалось тёплым светом свечей на стенах и люстре. Электричество здесь предпочли не использовать, что сразу давало понять – мы совсем не в своих родных землях.
В зале были предусмотрены двенадцать больших столов для каждой из делегаций, но мы заняли только два, которые предусмотрительно поставили рядом. Еду расставляли на столе, пока мы слушали приветственные речи коллегии.
– Для нас честь принимать вас у себя. Однако с грустью вынужден сообщить, что прибыли только семь делегаций, так что нам придётся немного вас задержать в нашем прекрасном городе, – уважительно поклонился нам седовласый мужчина из коллегии. – Боюсь, что заседание Коалиции состоится несколькими днями позже.
– Зная ваше гостеприимство, мы даже не заметим, как пролетит это время, – поднимая кубок, заметила Луна.
Командир Густус поднял кубок вместе с ней.
Я нашёл Эвелин после обеда в крыле, отведённом Водному Клану. Она засмотрелась в окно на живописный пейзаж, но почти сразу заметила моё приближение. Вместо привычных доспехов на ней сегодня был свободный тканевый костюм, волосы были распущены и перекинуты вправо, чтобы скрыть шрам.
– Хреново выглядишь, – улыбнулась она. – Неужто меня ищешь?
– Ты не поверишь.
– Что же случилось?
– Где тут можно поговорить наедине?
Её глаза сверкнули:
– Это ещё зачем?
– Ты должна кое-что узнать. И пока не стоит делать так, чтобы все знали, что ты знаешь.
– Если это твой очередной подкат, то клянусь… – она не закончила, очевидно, не увидев в моём взгляде ни капли озорства. Затем кивнула в сторону лестницы: – Идём.
– Так бы сразу, – усмехнулся я. – Без лишних вопросов. Как в старые-добрые времена.
За своё дурацкое чувство юмора я тут ж был награждён испепеляющим взглядом. Затем Эвелин, будто кошка, грациозно и невесомо направилась вниз. Я последовал за ней. В башне было слишком много лишних ушей, так что лучший способ оставить разговор в тайне – затеряться на людных улицах Полиса.
Никто не обращал на нас внимание. Мы ориентировались, как и все – по многочисленным указателям для странствующих торговцев. Шумный и торопливый людской поток нёс нас по улицам и проулкам, будто течение бурливой горной реки. Ни знакомых, ни озорных сорванцов, ни озарённых светом лиц матерей. Только лица без улыбок, смиренные и отчасти обречённые. На стенах зданий мелькала пирамида, будто расходящаяся лучами, а в самом её основании – маленький треугольник, напоминающий глаз. Тот самый символ, что я видел у проповедников. Подчас под знаками мелькали надписи. Иногда краткие: «благословенны матери и дети», «технологии – машины смерти», «едины ради второго рассвета». Подчас я видел и длиннее, те, в которых звучали отголоски философов прошлого. «Общее благо есть единственная истина». «Живя для себя, ты – среди врагов. Живя для других, ты – среди друзей». Но чаще всех мелькала одна и та же. «Из пепла мы восстанем». Иногда она прокатывалась эхом по улицам вслед за нами, цепляясь к мыслям и фразам. Иногда дополнялась одой земле, из которой мы все уродились. В Полисе массово верили в животворящий пепел. «Второй Рассвет» был близок как никогда.
Эвелин остановилась только на одной из многочисленных пристаней. Дошла до конца пирса, у которого ещё не успел пришвартоваться никакой корабль, опустилась на доски, свесила ноги к воде и обернулась, взглядом спрашивая: «Долго тебя ещё ждать?». От мачт на воду падали причудливые тонкие тени, вода пахла тиной, а от большой земли ветер нёс запах свежей зелени. Я сел рядом, рассматривая заросли на другом берегу и глубину под ногами.
Мы просидели до заката. Я начал с дня, когда в ночном небе вспыхнул космический корабль, и закончил вечером, когда Густус изгнал меня из Лесного Клана. Разумеется, опускал незначительные детали вроде пленного горца и нашего с инопланетянкой альянса. Возможно, я не имел никакого права выдавать Водному Клану сам факт присутствия Небесных и Ледяных на нашей территории – эти тайны Густус ревностно оберегал даже от своих соратников – но терять было уже нечего. Эвелин внимательно ловила каждое моё слово. Впитывала каждую крупицу новой информации. Порой выглядела шокированной и едва сдерживала в себе поток уточняющих вопросов.
– И почему ты рассказал мне всё это? Хочешь свалить на меня всю свою ответственность за спасение мира? Так не пойдёт! Забирай обратно.
– Эвелин, – я выдохнул, – ты никогда не была глупой. Используй это, чтобы обезопасить свой Клан.
– Я не знаю, как. Может, я даже хочу помочь тебе, но тоже не знаю, как. – Впервые на моей памяти её язвительность уступила место настолько откровенному замешательству.
– Знаешь. Убеди Луну, что её нейтралитет в сто раз зловреднее войны. Убеди прямо сейчас выслать нам подкрепление, не дожидаясь беды. Расскажи всё, что только что рассказал я.
– Она не станет слушать, пока нет ни доказательств, ни фактов.
– Ты даже не попробуешь?
– А ты? – Эвелин вскинула голову, впиваясь в меня испытующим взглядом. – Действительно уйдёшь из своего Клана?
Меня вдруг разозлил её простой вопрос. Будто бы у меня был выбор!
– Да, уйду.
– Так легко сдашься?
– Я бы никогда не оставил свой дом по своей воле, – процедил я очевидное. – Только милостью командира на мне нет клейма. Потому что он поверил, что я не предатель, а просто обычный идиот. Ещё раз сунусь в город – и эта милость может быстро закончиться.
– А ты стань воином Водного Клана. Приходи к нам, – хитро улыбнулась она. – Клейма нет. Ты не преступник. Ваши командиры тебя не тронут, если не хотят большого скандала. Что они могут?
– Хочешь сказать, у Луны не будет вопросов, почему я так резко решил сменить Клан? А если будут, то она закроет глаза на возможность испортить отношения с Густусом?
Эвелин пожала плечами, глядя вдаль.
– Я не сказала, что будет легко воплотить это в жизнь. Но наша Вождь тоже далеко не дура. Она сможет увидеть очевидные выгоды. Даже если забыть про всё остальное, ты один из немногих, кто неплохо успел узнать Небесных. Дал им понять, кто мы и чего хотим. Они тебя знают. И действительно могут изменить баланс сил. Нашему Клану пригодилось бы такое преимущество. А тебе пригодилось бы близкое соседство со своими. Я могу устроить тебе встречу с Луной. Или тебе слабо? Кишка тонка?
– Ничуть, – усмехнулся я. – Только если ты устроишь всё тайно. Справишься?
– А то, – усмехнулась в ответ Эвелин. – Уже придумал, что будешь говорить? Расскажешь ей то, что рассказал мне?
– Ага. Расскажу. И она ни за что не примет меня в свой Клан. Выдать все тайны прошлого командира – не лучший способ заручиться доверием нового.
– Не хочу это признавать, но у тебя и правда есть шанс, – усмехнулась она. – Ладно. Жди весточки и постарайся пока не натворить дел.
Следующие дни закрутили меня настоящим водоворотом. Коллегия Полиса изо всех сил не давала делегациям скучать, устраивая для нас представления, обеды и ужины, различные игры и шутливые состязания. Постепенно друг за другом прибыли ещё два недостающих клана. Теперь не хватало только Ледяных и соседних с ними двух небольших Кланов. С чем это могло быть связано, из нас не знал никто.
Командир Густус по-прежнему делал вид, что меня и вовсе не существует. Упорно сохранял равнодушный вид, когда коллегия в очередной раз откладывала собрание на день. Продолжал молчать о том, что ситуация, возможно, близка к катастрофе. В поведении других командиров перемен к себе я не заметил, потому решил, что глава Совета им ничего не рассказал. Зато не молчал Райдер: поведал правду обо мне своему другу Артигасу, а тот – Индре. От них узнали Пенн и Деррик. И пусть далеко не все из них спокойно отнеслись к моему поступку, но гнев, направленный на меня, померк по сравнению со злостью на Густуса. Никто из них не считал Кларк и её кучку лесных дохляков хоть сколько-нибудь существенной угрозой. А такое откровенное недоверие Густуса глубоко оскорбило абсолютно всех. Риск, которому он подвергал город, привёл всех в ещё большую ярость. Гипотеза Райдера, которую он высказал мне на корабле про поиски предателя, ещё сильнее накалила обстановку. Я ждал, что ситуация придёт в тупик взаимного недоверия. Но когда все немного переварили новые факты, Артигас просто взял и предложил встретиться в местной таверне за чашкой пива. И все внезапно согласились.
– Вам не кажется, что это неправильно? Ну, в смысле, сидеть здесь и додумывать вместо того, чтобы пойти к командиру и задать все вопросы напрямую? – спросил Деррик, отправляя в рот кусок копчёной рыбы.
Индра отрицательно покачала головой.
– Ну уж нет. Густус не будет рад, что Беллами нам всё рассказал. Я не собираюсь усугублять его положение.
Остальные поддержали её молчаливым согласием и со звоном чокнулись кружками. От их доверия мне было тепло и приятно на душе. Я был готов встать и сражаться до тех пор, пока не упаду от изнеможения, а потом ещё чуть-чуть.
– Если мы говорим о войне, наш город не выстоит против большого количества бойцов. Первое кольцо эффективно только против голодных зверюг и случайных разбойников, – продолжила Индра. Никто не спорил. Она знал, о чём говорила. – Без внешней поддержки шансов мало. Нам нужно подкрепление.
– Чёрта с два мы его получим, – гневно констатировал Артигас. – Все военные лидеры Кланов сейчас набивают брюхо в обеденном зале.
– Вот именно, – усмехнулся я. – Они все здесь. И кто-то из них может согласиться помочь.
– Ты чего это задумал? – оживился Райдер.
– Пойду и попытаюсь продать себя повыгоднее. В обмен на отряды под нашим первым кольцом.
– Кому?
– Водным.
– Они готовы?
– Шансы весьма высоки.
– Пройдоха, – усмехнулся Райдер.
– Я собираюсь просить Густуса пересмотреть решение о твоём изгнании, – уверенно заявила Индра, глядя мне прямо в глаза. – Нам нужны Небесные. Постарайся продаться с возвратом.
– Согласен, – поддержал её Деррик.
– Ну вот, это же был отличный шанс от него избавиться. Это опять его терпеть что ли? – с притворным сожалением пробормотал Райдер, и серьёзная атмосфера тут же рассеялась. Он поднял кружку, призывая к тосту, и торжественно объявил: – За Лесной Клан!
Звук звенящих кружек растворился в тихом беззлобном смехе.
Вернувшись в башню, я нашёл на полу своей комнаты письмо, просунутое под дверь. Лидер Водного Клана назначила мне встречу на той самой шхуне, на которой мы и прибыли сюда. Я понятия не имел, что буду говорить и буду ли вообще. Я едва ли стану своим в Водном Клане. Но это не помешало мне обнаглеть достаточно, чтобы всё-таки явиться на встречу.
Эвелин и Луна ждали меня в капитанской каюте шхуны Водных. Воительница слишком по-хозяйски оперлась локтем о кресло, на котором восседала Вождь, и я будто впервые увидел её, хотя встречал уже не раз. Те же коричневые с рыжим непослушные кучерявые пряди, глубокие миндалевидные глаза и пухлые губы. Вроде как стандартные черты, но… Я перевёл взгляд на Луну. А потом обратно. А потом снова на неё. Я напрочь позабыл даже слова приветствия от абсурдности идеи, что только что посетила мою голову. Я уже видел их рядом на приветственном ужине, но тогда был слишком занят своими мыслями. А сейчас впервые подумал, что они слишком… похожи?
